1. Ритуал.
14 января 2024, 23:40 Ночная прохлада пробежала по белоснежной коже, оставляя мурашки. Воздух наполнился запахом масел и предстоящей грозы. Серебристый лунный свет уже призрачно проникал сквозь тучи, создавая особенную ауру в ожидании неизбежного.
И вот, всего через мгновение — всё вокруг потемнело. Могучая тьма окутала все, что было на виду, представляя только обрывки образов и шёпот приближающейся стихии. Слегка приоткрыв грозовые завесы, небо озарила первая вспышка. Яркий свет проник в каждый уголок, делая видимым то, что в обычное время оставалось скрытым и безмолвным.
— Один. Два. Три. Четыре...
Вспышка громко разорвала вечернюю тишину, запуская последовательную цепь яростных взрывов.
Старая привычка заставляла девушку считать промежуток между яркой вспышкой и могучим громом. Интересно было наблюдать за тем, как числа сокращались, а непогода наращивала свою силу.
Платье леди Сиеры было изготовлено из полупрозрачной голубой ткани, которая идеально подчёркивала ее изящные формы. Служанки тщательно поправляли каждую складку, чтобы оно сидело идеально на теле госпожи.
Волосы леди Сиеры — её гордость. Они длинные, густые и шелковистые, но иногда, будучи такими непослушными, могли испортить весь образ. Служанки снова и снова пытались уложить их в аккуратные причёски, чтобы они не лезли в глаза и не мешали ей.
Вторая вспышка вновь осветила комнату.
— Один. Два. Три, — считала леди Сиера. Из-за раската грома не было слышно, как служанки удалились и комната опустела. Они выполнили своё задание, четыре безымянных сестры, служившие верой и правдой на протяжении многих лет, подготовили Сиеру для её пути перерождения. Серые глаза могли бы наполниться слезами, но их там уже не осталось.
Это был последний шаг — финишная прямая перед ее становлением Святой.
Сиера проходила через невыносимые наказания и испытания, чтобы закалить свое тело и дух.
Это включало физические тренировки, экстремальные условия и трудности, которые помогали ей преодолевать свои пределы и становиться сильнее.
Девушка помнит каждый свой шрам и величается ими. Старейшины в один голос твердили про судьбу малышки в этой войне: она объединит человеческие народы и поведет их против темного колдуна, чья ненависть не знает границ. Все народы, независимо от своей культуры и истории, оказываются под угрозой, когда над ними нависает тень проклятого колдуна. Единство народов становится необходимым в этой борьбе против зла, чтобы преодолеть его ненависть и вернуть мир вместе с гармонией.
Молния. Гром.
Она готова.
Холодный мрамор неприятно щипал голые ноги девушки. Стены цитадели трещали, скрипели под натиском непогоды. Ветер тошно завывал, выражая несогласие с происходящим. Длинный коридор казался бесконечным, когда-то он мог напугать совсем юную Сиеру, но не сейчас. Сейчас в её сердце горит настоящее пламя, которое не позволит отступить или струсить в самый последний момент… или все-таки позволит?
Тень сомнения грузом упала на плечи девушки. С самого детства ей рассказывали истории про то, что на неё сошло благословение, готовили и обучали, но чем ближе был роковой день, тем больше вопросов появлялось.
Двести тридцать ступеней — столько насчитала Сиера. Извилистая каменная лестница привела девушку к верхушке старой башни, покинутой и забытой временем. Верхушка отличилась старостью. Превознося свою колоссальную высоту и декоративные формы, башня возвышается над остальным зданием, бережно сокрытая в тени грустных облаков.
C обеих сторон стояли старейшины. Темные плащи, закрывающие их тела, придавали им загадочное и мистическое обличье. На лицах каждого из них была маска, поэтому Сиера никогда не видела их и не знала имен. Однако она и не стремилась запоминать эти детали — все они были несущественными в условиях, в которых девушка сейчас находилась.
Окружающая обстановка была весьма напряжённой. Тишина была настолько глубокой, что Сиера даже могла ощутить учащенный ритм собственного сердца. Её глаза перемещались с одного старейшины на другого, без единого слова, но с несказанным множеством подавленных эмоций.
— Подойди, — громко сказал один из старейшин. — Встань в центр и молись, — хрипота в голосе указывала на почтенный возраст. Ему точно не меньше двухсот лет, а может, и больше двухсот пятидесяти.
Башня выла, старая окаменелость трещала и сыпалась. Обычная гроза переросла в настоящую бурю. Ветер метал волосы девушки в разные стороны до тех пор, пока первые капли дождя не усыпали русую голову. Одежда быстро намокла и неприятно липла к коже, локоны спутались, лезли в глаза. Дождь усилился, теперь каждая капля отбивала свой ритм на теле девушки. Леди Сиера упала на колени, сложила ладони рук и начала читать молитву, которую повторяла каждую ночь.
Старейшины зашептались. Их слова было сложно разобрать, но говорили они на другом языке. Языке магии. Ветер пытался унести каждое слово из этого места, дождь желал смыть начертанные руны, которые залились алым светом.
Сиера повторяла одну и ту же молитву не останавливаясь, в голове не было лишних мыслей, поэтому девушка никак не обращала внимание на непогоду. Она не слышала больше грома, дождя, даже своих слов. Тёмные облака громоздились одно на другое, словно пытаясь заглушить шептание старейшин. Но внезапно сквозь эту мрачную картину пробился луч света. Он был таким ярким и пронзительным, что казалось, будто само небо раскололось на две части. И этот луч падал прямо на башню, где находилась Сиера. Она чувствовала его каждой клеточкой своего тела, словно он проникал в её существо. Но это было не тепло от солнца, а нечто совершенно другое. Это была сила, которая давала ей веру в то, что все будет хорошо.
------------------
53 года спустя...
Громкий звук пронзил мою голову, вызывая интенсивную боль. Это было похоже на мощный удар по кастрюле, который раздался прямо над моим ухом. Боль была просто нестерпимой, она овладевала каждой частицей моего тела. В то же время сон постепенно отступал, будто его и не было. Однако я поняла, что открыть глаза — последнее, что я сейчас хочу сделать. И тут вдруг снова... Я услышала громкий противный звук, походящий на звон медных тазов. Он всколыхнул воздух и разносился повсюду. Одолеваемая любопытством, стремительно открыв глаза, я попыталась поднять голову и привстать на локтях. Однако острое ощущение боли пронзило мое тело, будто что-то горело внутри моей груди. С хрипом откинув голову обратно на деревянную кровать, я привлекла к себе внимание нарушителя моего покоя. Ко мне подбежала девочка или, возможно, очень смазливый мальчик лет двенадцати. Я с трудом могла повернуть голову, поэтому пыталась разглядеть её или его боковым зрением. Пухлое веснушчатое лицо, курносый нос, тонкая улыбка на губах, огромные голубые глаза, полные неприкрытого интереса — все это было направлено на меня. Ребенок, которого окутывал запах травы и сырой земли, имел лицо, испачканное высохшей грязью. Золотистые волосы слиплись и лезли прямо в глаза, чуть-чуть прикрывая их. «Всё таки мальчик...» — стиснув зубы, подумала я. — Вы очнулись! — детский голос эхом прошёлся по всем сторонам моей больной черепушки. Я что-то промычала в ответ, голос охрип, а горло пересохло. Подумав о воде, моё тело отозвалось кашлем. Грудь обожгло ещё сильнее. Видя мое состояние, мальчик вскочил и побежал к выходу, он что-то говорил у самых дверей, но я уже не слушала.--------------------
Луч света, проникая сквозь тёмные облака, нежно обволакивал верхушку башни, словно призывая к себе. Сиера встала с колен и потянулась к небу. Старейшины, завершив ритуал, тоже не могли устоять перед соблазном взглянуть на это божественное чудо, но свет был слишком ярким и слепил их глаза. — Что со мной будет? Это больно? — девушка сложила руки на груди, не отводя взгляд от неба. — Расскажите мне. Один из старейшин сделал шаг вперед, а затем почти вплотную подошел к девушке и убрал сырые пряди с её бледного лица. — Твой дух покинет это тело, вместо него придет другая. Сильная.--------------------
— Как твоё имя? Можно ли назвать эту даму старушкой? Точно нет. Она выглядит на сорок лет, но, возможно, она и моложе. Волосы собраны в строгий хвост, но все равно выглядели непослушными и торчали в разные стороны. Одежда, которая сейчас на ней, была явно поношенной, а на юбке можно было заметить небольшие заплатки. А её лицо украшено морщинами, которые уже давно стали частью её жизни. И хотя она выглядела несколько уставшей, глаза её были полны сил и жизненной энергии. Возможно, именно это делало её такой прекрасной в своем возрасте. Такой простой, и обыденный вопрос застал меня врасплох. Мое имя? Какое оно? Когда я очнулась, мне казалось, что в голове царит настоящий хаос из потока мыслей, а сейчас только пустота. Я напрягла голову и попыталась вспомнить, но собственное имя, такое родное, знакомое, вертелось на языке, но не как не выходило на свет. — Я не помню... — с большим трудом ответила я. Чувство какого-то бессилия хлынуло на меня с головой. Уголки глаз готовы были наполниться слезами. «Какой позор...» — мысль рикошетом пронеслась в голове. — Тише, тише, — теплая и шершавая ладошка упала на мой лоб. Женщина посмотрела на меня и улыбнулась. На душе стало как-то по-особенному спокойно, но надолго ли? Мы сидели в тишине, какое-то время не произнося ни слова. Я чувствовала, что она хочет мне что-то сказать, но не знала, как начать разговор. Наконец, она решила прервать наше молчание и представилась мне. Она назвалась Тётей Дуней. Женщина попросила меня называть её именно так. Дальше разговор шёл легче. Тётя стала что-то активно говорить, а я лежала и слушала. Меня нашли у самой опушки леса. Дети любили играть в том месте и наткнулись на меня. Тётя Дуня самостоятельно привезла к себе домой и отпаивала травами. Слушая её рассказ, я понимала, что в моей голове темно. Нет ни одного воспоминания, не за что было даже зацепиться. Пустота. Три дня я провалялась почти без сознания, не в силах встать с кровати. Боль в груди была невыносимой, вызванной переломом трех рёбер. Лекарства, которые заставляла меня пить Тётя, были просто омерзительными. Я мечтала только о нормальном горячем чае и тёплой ванне. Мне срочно нужно было смыть с себя всю грязь, накопившеюся за эти дни. Иногда ко мне прибегала Сара — маленькая дочка Тёти Дуни. Очень энергичная девочка, хотя сначала я подумала, что это мальчик. Мы разговаривали о всякой всячине, о том, почему мальчики такие глупые, почему небо голубое, а трава зеленая. Когда Тётя Дуня уходила в центр продавать пирожки (именно этим они и жили), Сара вытаскивала меня из дома и показывала окрестности. Передвигаться мне было тяжело, но благодаря лекарствам боль была не такой сильной. Мы приходили ближе к ночи, ужинали и ложились спать. Так как я заняла кровать Сары, то она спала на большом сундуке в углу комнаты, тихо сопя. Мне же сон давался тяжело. Каждую ночь я пыталась вспомнить хоть что-то. Одной маленькой детали хватило бы, чтобы иметь зацепку. Может, я сильно ударилась головой и мои воспоминания вернутся, но что-то мне подсказывало, что не все так просто. Находясь своих мыслях, я не заметила, как за окном небо окрасилось в красный цвет. «Уже рассвет?» — подумала я и решила выйти на улицу. Сон не шёл и, может, наблюдение за таким красивым природным явлением успокоит мои мысли и позволит заснуть. Накинув одеяло на плечи, я вышла во двор. Мое ожидание чего-то прекрасного сменилось волной страха. Город был охвачен пламенем. Я не могла отвести свой взгляд от городских стен. Не знаю, простояла я так несколько минут, а может, всего пару секунд, но решительность накрыла волной. — Нужно бежать! Одеяло упало с моих плеч, я забежала обратно в дом и сразу направилась к Саре. Девочка беззаботно спала. — Сара! Вставай! – крикнула я у самых дверей. Действовать нужно было быстро. Я сдернула одеяло с Сары и рывком подняла её на ноги. Она не сразу поняла, что происходит, но видя моё испуганное лицо почти сразу собралась. — Что случилось? — спросила она, попутно одеваясь. — Не знаю, но нам нужно уходить отсюда прямо сейчас. — ответила я, собирая свои вещи. — А как же мама? Точно! Тётя Дуня ушла в город и ещё не вернулась. Если она до сих пор там, то это значит, что она находится в самом эпицентре бури... — Она вернётся. Всё будет хорошо, — Врала я себе и Саре. Я не знаю, что с Тётей Дуней, но хочу верить в лучшее. Мы собрались за несколько минут. Сара оказалась очень дисциплинированной и не стала закатывать истерику, возможно, так заставляет действовать её страх? Мое внимание резко переключилось на улицу, когда я услышала странные звуки за окном. Шестое чувство подсказывало мне, что нужно вести себя максимально тихо. Я замерла на месте и схватила девочку за локоть, дав ей понять, чтобы она остановилась и притихла. Мои догадки подтвердились, когда в окне промелькнул силуэт. Я взглядом показала Саре, чтобы она спряталась в сундуке. Девочка кивнула и на цыпочках пошла в сторону своей импровизированной кровати. Сундук открылся с противным лязгом старых петель, и мы замерли, боясь привлечь внимание незваного гостя. Я мечтала только о том, чтобы звук был максимально тихим, но сегодня удача не на моей стороне. Входная дверь начала открываться, и в комнату постепенно пробиралось нечто. За это время я успела подойти к столу и взять в руки маленький кухонный ножик. Тихими шагами я подошла к углу, не сводя взгляда с входной двери. Дверь открылась, тень опустилась на пол, я же перестала дышать. Вслед за тенью в дом вошло существо. Оно было размером чуть ниже двух метров, кожа напоминала лоскуты старой ткани и имела красноватый оттенок. Вместо одежды на нем были железные доспехи, словно вросшие в его тело. Из головы торчал одинокий кривой рог, а вместо лица — огромная пасть с тысячей острых клыков. Я не могла отвести глаз от этого ужасного зрелища, моё сердце бешено колотилось в груди. Я понимала, что это нечто не из нашего мира, и страх охватывал меня все сильнее и сильнее. От увиденного я прикусила язык. Я почувствовала во рту вкус крови и железный привкус вернул меня в чувства. У этого существа было не самое лучшее зрение. Оно не сразу заметило меня, но зато его нюх был отменным. Как только во рту появился вкус крови, монстр повернулся в мою сторону. Я замерла, пальцы сжались на ноже в моей руке. Существо заурчало и начало обходить комнату, не отрывая глаз от меня. Затем оно резко бросилось в злосчастный угол. Я была удивлена своей реакцией, почти мгновенно я сделала кувырок в сторону. Появилось ощущение, будто мне приходилось делать это раньше где-то. Я понимала, что силы мои и чудовища не равны, но я не собиралась сдаваться. Я пыталась придумать хоть какую-то стратегию, чтобы выжить. Если не убить его, то хотя бы задержать, чтобы мы успели сбежать. Монстр зарычал и снова бросился на меня. В темноте я увидела блеск его острых клыков и мой нож в руке. Я поняла, что нужно атаковать его слабое место. Шея! У него не защищена шея! На этот раз я быстро уклонилась от его атаки и всадила металл между железных пластин на его шее. Монстр завыл от боли и рухнул на пол пытаясь вытащить нож. Мои движения были быстры и на удивление точные. Доведенные до автоматизма. Но думать об этом не было времени. Сара боязливо выглянула из сундука, а затем торопливо вылезла. Я схватила её за руку и мы бросились бежать. На улице начало всходить солнце, пробиваясь сквозь тучи дыма, которые заволокли небо. Вместо привычного голубого цвета, небо было окрашено в красный оттенок, напоминая о кровавых событиях, происходивших накануне. Мы собрались бежать в лес, подальше от города, где властвовал хаос и разрушение. Я в последний раз посмотрела на разрушенный город. Всё было погружено в мрачную тишину, только моё дыхание нарушало её. И тогда я увидела его — мужчину на вороном коне, окруженного чудовищами. Я не знала, кто он был, но чувствовала, что он несёт за собой зло и разрушение. Ненависть к нему нарастала во мне с каждой секундой. Моё сердце сжималось от боли, но не от физической, а от ужасного чувства досады. Сара тихонько потянула меня за руку и мы бежали в лес. Но даже в лесу мы не могли избежать запаха гари, напоминающего о том, что мы оставляем позади.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!