3.Охота

      Тоска — это состояние, которое может охватить нас в различные моменты жизни. Она возникает из-за потерей, разочарований или просто ощущения пустоты. В такие моменты кажется, что ничто не остановит эту боль и душевное неудовлетворение.       Это неприятное чувство накатило на меня с неожиданной силой, словно гром, и вмиг заволокло своими темными облаками. Оно проникло в самую глубь души, не давая покоя. Боль в груди отзывалась слезами, появление которых я не могла объяснить. Они текли по щекам, словно реки, несущие с собой все мои страдания и печали. Ощущения были настолько ясными и острыми, словно я забыла что-то важное или кого то…       Я чувствовала себя измученной. Слабые руки болтались на весу, свисая вдоль тела. Тонкая шея не удерживала набитую мыслями голову. А затекшие ноги периодически пульсировали. Сара не оставляла мне ни минуты покоя, постоянно виляя вокруг. Последние события высосали из нас все силы, и если я сдалась и позволила себе проявить слабость, то Сара оставалась сильной.       Кажется, я нашла для себя идеал мужественности.       Когда Сара вызвалась помогать с ужином, я наконец-то осталась одна. Я лежала в тишине, слушая звуки природы за стенами палатки. Воздух был полон запахов свежей травы и зеленых листьев. В момент мое отчаяние сменилось волной злости. По телу разлился жар. Не хватало воздуха из-за неизвестно откуда взявшейся духоты вокруг лица. Хотелось сжать кулаки, ногтями вонзиться в кожу, а после выговориться о накопившем.       Меня не так сильно стал заботить вопрос о будущем, как желание разобраться с собственным прошлым. Были ли те сны воспоминаниями или же это просто фантазия разыгравшегося разума, который находиться на грани нервного срыва?       Правду говорят, что, находясь на грани между жизнью и смертью, люди начинают вспоминать свою жизнь.       «Уф, вся жизнь перед глазами пронеслась!» — скажет какой-нибудь вояка после того, как не сможет удержать повод лошади и с лязгом железных доспехов упадёт лицом в грязь. Разве понимал он, что, упав всего чуть-чуть под неправильным углом, мог просто сломать себе шею. Успел бы по-настоящему осознать свои последние секунды и вспомнить самые теплые моменты прошлого?       В моем видении было полно страданий. Душевных страданий. Я видела себя рвущей на голове волосы и кричащей в пустоту, срывая горло. После, я не могла отделаться от чувства глубокой утраты. Если же я правда потеряла близкого человека в прошлой жизни, то почему именно эта боль пробивается сквозь толстую стену беспамятства, а не что-нибудь иное?       — Лили! Ужин готов, — звонко прокричала Сара, без какого либо предупреждения или знака ворвавшись ко мне в палатку.       Прошло два дня с момента как на нас с малышкой напал демон. Я находилась между жизнью и смертью, когда, грубые руки вытащили мою душу на свет. Его меткий выстрел расколол черепушку чудовища на множество осколков.       Когда на город напали демоны, защита быстро рухнула, оставляя жителей на произвол судьбы перед силами зла. Люди в панике бежали в разные стороны, пытаясь спастись от нападения. Но не все смогли. Многие погибли, а те, кто выжил, были вынуждены искать убежище в лесу.       Там, в глубине деревьев, выжившие создавали отряды, чтобы защищаться от демонов. Один из таких возглавлял Астер. Именно он нашел меня и Сару в лесу, когда мы уже потеряли надежду на спасение. Я почти сразу же потеряла сознание от усталости и напряжения, а может, и от нахлынувших чувств после секундного воспоминания. Мужчине пришлось нести меня на себе несколько часов, пока патруль не добрался до безопасного места. Выживать гораздо проще с опытными охотниками, потому мы присоединились к остальным.       — Астер собирает отряд на охоту. Не хочешь пойти с ними? — поинтересовалась Сара. Устроившись на разорванном куске ткани на полу, приняв позу лотоса, она мешала содержимое своей тарелки. — Тебе нужно чуть чуть развеяться.       Может, Сара права и мне правда нужна некая встряска, чтобы хоть на время отпугнуть мысли о прошлом. Возможно, ментально я была на уровне смертника, но вот физически чувствовала себя получше. Лечебная магия местных целителей потрясающая. Приятно дышать полной грудью, не боясь резкой вспышки боли из-за сломанных ребер.       — Ты права, стоит сходить, — безэмоционально промямлила я, не притронувшись к еде.       В лучах заката верхушки деревьев казались приятно розового, оранжевого и золотого оттенков. Начинало темнеть, а на небе загорались первые звезды. По всему лагерю горели костры, люди собирались вокруг и обсуждали каждый свое. Астера с отрядом охотников я нашла не сразу. Здесь блуждало много интересных на внешность личностей, но лидер выделялся на их фоне.       Своим видом он внушал уважение и страх, его крепкое тело намекало на долгие тренировки, а шрамы на опыт в битвах. Темно русые волосы доходили до плеч, но сейчас были завязаны в тугой хвост на затылке. На левой щеке так же красовался белый шрам, но он ничуть не уродовал загорелое лицо Астера. Рядом с ним стояли еще два воина. Близнецы, которые отличались по прическам: у Дрейвена торчали короткие волоски на голове, когда как у Динни лысая черепушка.       Не знаю, могла бы я стать великой охотницей, или, может, уже была ей в жизни до потери памяти, но единственное, что привлекло в предложении Сары, это возможность выгулять свой мозг.       — Астер Ханссен, я могу пойти на охоту с вами? — вот так обращаются к знати, по имени и фамилии. У меня же второй не было.       — С нами? Ты хоть лук правильно держать умеешь? — все трое обернулись на меня сразу же. Вопрос задал Дрейвен.       — Умею, — я точно в этом уверена. Лук, как и кинжал, — часть моего прошлого, которое ещё не открыто. Глаза каждого метались в сомнениях. Никто не хотел брать на себя ответственность за меня, если я стану балластом.       — Даже если так, скоро стемнеет, нужно уметь пользоваться Кошачьим взглядом, — магия, вот её мне точно не хватало.       — Научите.       Магия — очень странная вещь. Чтобы владеть ей, у человека должен быть запас маны. Знатные кланы заключают множество выгодных браков для того, чтобы потомство вышло с большим резервом. Ведь чем он больше, тем быстрее ты будешь развиваться и сможешь познать все новые тайны магического бытия. Сильные маги рождались в влиятельных семьях. Не предрасположенные к волшебству люди живут без изысков, их права в разных сферах ограничены, потому не забивают голову мыслями о могуществе. Тётя Дуня рассказала мне это в перерывах между готовкой. Может, таким образом она надеялась сузить круг моего прошлого и определить к какой-либо касте. Маг я или же просто избитая девушка.       Пререкания сыпались с обеих сторон. Я же уже потеряла какое-либо желание идти с охотниками. Перспектива остаться одной и дальше загружать свой мозг ненужными мыслями или вернуться в палатку к Саре также не радовала совсем. Но, как оказалось, у меня был весьма неплохой резерв. Это сказал Динни, после того как тщательно меня осмотрел.       — У безродной такой большой резерв? Такое вообще возможно? — в его словах не было как такового удивления, больше интерес, смешанный с усмешкой.       — Может, я из благородного Королевского рода. Откуда тебе знать? — на языке проступили признаки раздражения. — Я немного с отбитой головой и потерей памяти, так что для меня тоже загадка откуда такой резерв. — и вот желание отвлечься снова привело меня к мыслям о своем прошлом.       — Нам уже пора выдвигаться. Динни, выдай нашей королевской особе лук и кинжал, по дороге обучишь Кошачьему зрению, — все притязания закончились, когда Астер отдал команду. На споры времени не осталось.       Вечерний лес несомненно поражает своей красотой и загадочностью. Чарующая атмосфера, плавные линии деревьев, переплетающиеся тени и запахи природы создают неповторимый визуальный и чувственный опыт.       — С самого начала ты должна почувствовать свой резерв. Это не сложно, — по тропинке из лагеря мы шли молча, но когда под ногами зашуршала трава Динни подхватил меня за локоть и начал лекцию о магии. — Каждый чувствует ману по-своему. Для меня это словно маленькие иголки, я ощущаю их покалывания и благодаря этому могу направлять. У тебя может быть совершенно другое, — воодушевленно рассказывал Динни, демонстрируя покалывания двумя пальцами по руке.       На словах это было действительно легко. Мы шли в самом конце, немного отставая от Астера и Дрейвена. Я пыталась сосредоточиться на собственных ощущениях, но делать это во время ходьбы не самая приятная вещь. Останавливаться нельзя. Я пообещала Астеру, что если начну мешать или задерживать, то сразу же вернусь обратно. Главная причина почему я покинула лагерь — это возможность отвлечься. Собственные мысли беспорядочно крутились в голове.       Шли мы очень долго. Мир вокруг уже погрузился в полную темноту.       — Когда найдешь и почувствуешь свой резерв, направь ниточку к глазам и пожелай улучшить свое зрение. Главное не перестарайся, если направишь много маны, то глаза могут лопнуть, — Динни с неким озорством улыбнулся, оскалив зубы и бросился догонять товарищей.       «У меня большие проблемы с памятью, а теперь есть шанс лишиться зрения. Прекрасная перспектива на мое будущее».       Теперь я шла одна. Попытки нащупать ту самую маленькую ниточку не увенчалась успехом. Я прислушивалась к собственным чувствам — они не утихли. Может, мне нужно попробовать помедитировать? Расслабиться в холодной воде в полном одиночестве. Эта идея немного окрылила меня, ведь мысль смыть с себя пот и грязь весьма неплохая. К моменту, когда я подумала о гигиене мы уже пришли.       — Вот. Эта точка, на которой мы встретимся, — оповестил всех Астер уверенным тоном, а затем взял длинную палку и воткнул поглубже в песок. — Расходимся до самого утра. На восходе солнца сбор и дорога в лагерь, — парни без возражений выдвинулись каждый в свою сторону, попутно достав оружие. Один Динни замялся на месте, встревоженно прикусывая заусенец на пальце. Когда остальные отошли на полметра, он встрепенулся, замахал руками, окликая всех.       — А как же наша королевская особа? Я не собираюсь после искать и тащить её труп!       Динни не хотел отпускать меня одну, но мой дар убеждения сработал. Я сказала, что освоила Кошачье зрение. Ребята не сразу поверили, но наличие большого запаса маны было весомым аргументом. В теории обучаться я должна быстро.       И вот, я одна в лесу, за несколько часов от лагеря пытаюсь выследить животинку в полной темноте. Глаза хоть и привыкли к мраку, но разглядеть я могла только силуэты деревьев и кустарников. Без Кошачьего зрения не то что убить, даже увидеть хоть кого-то не удастся. Точку сбора обозначили на берегу реки и я просто двинулась вверх по течению. Поношенные ботинки, льняные штаны с тысячей заплаток и грязная рубашка - я сбросила все это на первые попавшиеся камни. Первые шаги дались непросто, ступни накрыла холодная вода, и тут же свело ногу. Постепенно тело привыкло к низкой температуре, однако дрожь не унималась. Свет неполной луны отражался в бегущем потоке. Я вошла на нужную глубину, закрыв грудь и остальные части тела от посторонних глаз, будто такие тут были. Затем я целиком погрузилась в воду. Ощущение прохлады наполняло покоем. Река смывала грязь прошедших дней и очищала разум от негативных мыслей. Я невольно начала вспоминать тетю Дуню, ее сухие руки, дающие мне чашу с водой. Вспоминать наше с Сарой маленькое путешествие на озеро Лилий, его изумрудную гладь и рубиновые цветы, как быстрая река окутывала ноги Сиеры, той самой девушки из моих воспоминаний. Её звали Сиера, она не я. И может, это её смерть я оплакиваю до сих пор. Вода дарила ясность, освобождение от оков беспамятства. Пускай я вспомнила лишь её имя, но в конце концов я восстановлю всю цепочку своего прошлого. И её тоже.       Сердце ускорило ритм. Моим резервуаром был исток, от которого по всему телу разлилась горная, бурлящая река.       «Об этом чувстве рассказывал Динни?» — вопрос, ответ на который не требовался.       Кислород закончился, я вынырнула на поверхность, сделав несколько быстрых вдохов. Тело пробил озноб — пора вылезать, зубы стучали друг об друга, а губы скорее всего посинели в цвет воды. Надевать грязную одежду на мокрое тело оказалось не из приятных. Все вещи были велики. Рубашка, которая обычно висела как мешок, сейчас прилипла к телу, штаны мне приходиться подвязывать льняной веревкой, а про ботинки и говорить ничего не стоит. Я привязала колчан со стрелами, закинула лук через плечо и собиралась уже идти на место сбора, но удача сегодня мне благоволит. На противоположном берегу зашуршали кусты... Теперь я поняла, что это лучшее время для того, чтобы освоить новый навык. Я тихонько зашла за камень, стараясь не издавать ни звука, крепко обхватила рукоять, натянула тетиву. Чтобы подавить волнение, я представила лесной ручей, который появился после грибного дождя. В голове ясно возник его звук, а перед глазами четко прорисовывался силуэт зверя. Мана разлилась по венам, направляясь к глазам.       «Трехрогий кабан имеет толстую шкуру, голова плотно защищена костяными пластинами, слабое место глаза», — напомнила я себе, будто прочитав строку из учебника.       Выстрел. На секунду воздух разрезал визг животинки. Стрела попала прямо в глаз. На моем лице возникла широкая улыбка. Однако радость от удачного выстрела закончилась быстро. С губ сорвался тяжелый вздох, опустились плечи. Пришлось перебираться на другую сторону и обратно, чтобы забрать тушку трехрогого кабана. Из далека казалось, что это совсем детеныш, но подойдя ближе, мертвая громадина оказалась мне по пояс. Стиснув зубы, надрываясь, я потащила добычу до места встречи, там уже передам доблестным мужчинам, которые точно не откажут даме.       Первые лучи просочились сквозь листву деревьев. Я вышла к длинной палке вставленной в песок. Подойдя к ней, я отвязала от себя веревку, другой конец которой был привязан к рогу кабана. А затем бросила оружие и с приглушенным вздохом села на песок, дожидаясь остальных. Бока неприятно ныли, на коже остался след. Первый пришел Астер, на спине он тащил тушку оленя.       — Еще мелкий, похоже от мамки оторвался, — причитал глава про свой улов. Увидев мою добычу, он сразу не поверил, начал расспрашивать кто из братьев мне помогал. На мой ответ, что я сама, он лишь хмыкнул, но все же похвалил. Услышав комплимент от такого воина как Астер, я нехотя засмущалась, щеки покраснели и мне пришлось отвернуться, пряча лицо. Не хотелось, чтобы он принял подобное за слабость, хотя любому живому существу будет приятно слышать хорошие слова в свою сторону. Следующим вернулся Дрейвен. За плечом он держал связку с пернатыми. Так же как и Астер он не мог поверить, что кабана убила лично я.       — Стрела пробила глаз, черепушку и добралась до мозга, — как факт произнес Дрейвен. — Хороший выстрел, точный, — мужчина перестал осматривать кабана и сел рядом.       Мы пытались говорить на разные темы, но все они всё равно сводились к охоте. Моим спутникам было интересно каким чудом я смогла убить чертово животное.       — Он спустился на водопой, у меня было время прицелиться, — раз за разом повторяла я, но слов все равно было мало. Долька сомнения в их глазах осталась. По моему рассказу всё было довольно легко, но тело гудело от тяжести туши, запястье неприятно ныло после выстрела, а глаза слезились из-за использованного навыка.       — Да ладно. Верим мы тебе, реветь не надо, — Дрейвен сложил руки на груди. Он смотрел на моё удивленное лицо. Я приложила руку к щеке, выругалась про себя, почувствовав влажный след.       — Это из-за Кошачьего зрения, — может, это и есть правда. Я не могу контролировать свои эмоции, так же как собственные слезы. Сейчас, смотря на Дрейвена, я вновь вспомнила Сиеру. Могут ли мои чувства говорить о другом? Может, она ещё жива? Смогу ли я найти её в этом огромном мире?       — У меня тоже есть сестра близнец, и, кажется, что я её больше никогда не увижу, — вытерев слезу грязным рукавом, я всё же решила рассказать.       Гул ветра разрушил тишину после резкого молчания. Ни Дрейвен, ни Астер не собирались ничего говорить. Недавняя трагедия задела каждого, кто сейчас находится в лагере. Лидер и братья тоже не могли скрыть своей боли и горя. Прошло слишком мало времени, чтобы душевные раны затянулись, Никто не хотел разбудить боль и печаль, которые ещё свежи в сердцах. Все понимали, что нужно время, чтобы пережить потерю. Поэтому в этот момент молчание было лучшим способом выразить свои чувства и уважение к ушедшим.       Динни не появлялся уже несколько часов, и это начало беспокоить Дрейвена. Мужчина нервно покусывал щеку. Солнце уже давно восседало в зените, но один из близнецов не мог успокоиться, он не мог просто сидеть на месте и ждать. Он ходил туда-сюда, перебирая варианты событий, которые могли задержать его брата. Астер тоже не хотел бездействовать дальше, он отдал приказ к началу поисков.       Первым делом наш лидер составил примерную карту местности, на которой должен охотиться Динни. Мы разошлись на несколько метров друг от друга, чтобы охватить больше территории. Небольшое расстояние позволяло слышать громкие голоса товарищей.       Дрейвен и Астер опытней в подобных делах, они без труда смогут найти следы Динни. Мне же приходилось вглядываться в каждую травинку в надежде не упустить что-то важное. Поиски продолжались ещё несколько часов. Я не добилась никаких успехов, лишь спутала следы. Всё скоро должно закончиться.       Через ещё какое-то время мы вышли к яме, из которой доносился голос Динни. Глубина была не больше семи метров, этого хватило, чтобы один из братьев, провалившись внутрь, сломал что-нибудь или ушиб.       — Главное, что живой, — Астер подошел к самому краю, — Ты как там?       Динни рассказал, о том, что во время погони за животным он не был внимателен к другим деталям. Провалившись, сломал ноги, но другие части тела целы. Дальше пришлось думать, как его достать. Я предложила поднять с помощью заклинаний, но резерв Дрейвена был исчерпан после целой ночи использования Кошачьего зрения, а Астер не восстановился после битвы за город.       — Может, я смогу его поднять? Мой резерв полон, — отбросив другие идеи, я решила предложить свою помощь.       — Нет, — сказал как отрезал Астер. — ты только научилась чувствовать резерв, заклинание такого плана тебе не освоить за такой короткий срок.       — Тогда опустите меня вниз. Я окажу первую помощь и подготовлю Динни к подъёму, — это шанс сделать хоть что-то.       Динни и Дрейвен были похожи как две капли. В бою они дополняли недостающие умения друг друга. Дрейвен специализировался на ближнем бою и на боевых заклинаниях. Динни же предпочитал поддержку и дальний бой, поэтому он смог продержаться столько времени и не потерять сознание.       Парни срезали десяток больших листов и насобирали толстых и худых палок. А я связала ветки между собой в веревочную лестницу. Дрейвен торопливо вбил колышки в землю. Даже когда промахивался по пальцам, он прикусывал губу, не издав ни звука. Наверное, если бы не здравый смысл, близнец без вспомогательных инструментов спрыгнул в яму. Наконец мы спустились. Под руководством Динни, я зафиксировала его ноги, приложив палку и перевязала все обрывком ткани, которую отдал Астер.       — Это пещера, а не яма, — пока я перевязывала ноги, Динни рассказал, что в тоннеле, который я не заметила сразу, есть водоем. Он понял это, прислушиваясь к различным звукам и услышав, как капли воды стекали с потолка и разбивались о водную гладь. — Из того тоннеля сильно сквозит, возможно там выход! — на этот раз выкрикнул Динни, чтобы услышали все. Астер и Дрейвен, что-то долго обсуждали, я же ждала команды для дальнейших действий.       — Дрейвен спустится к вам и вы будете искать выход, а я поищу вход в пещеру снаружи, — это и была та самая команда. Поднять Динни без посторонней помощи нельзя, осталось только проверить его теорию и надеяться. Дрейвен быстро соорудил подобие носилок из листьев и с моей помощью переложил туда Динни. Перед тем как выдвинуться вперед, близнец покопался в своей кожаной сумке и достал оттуда вещицу, которая напоминала живого светлячка. Её сплели из серебряных нитей, а по центру красовался белый камень. Светлячок встрепенулся в руках и, замахав ребристыми крыльями, взлетел в воздух, освещая пространство вокруг. Кристалл давал мало света, но его хватало, чтобы Дрейвен смог разглядеть дорогу впереди, меня же выручало Кошачье зрение.       Мы медленно продвигались вперед, ступая по неровному и скользкому каменному полу. Стены пещеры сдавливали своей атмосферой, из-за этого всё тело покрылось мурашками. Наши тени создавали причудливые формы на стенах из-за мелькания светлячка. Воздух был пропитан запахом влажной земли и мха, а звук наших шагов отдавался в глубине пещеры, словно эхо. Дрейвен и Динни о чем-то тихо перешептывались, я не обращала на них внимание, пока не увидела лучи солнца, где-то впереди. Волна надежды разлилась по телу, я ускорила шаг. Когда я подошла ближе то поняла, что свет не означал спасение. Трепет сменился досадой, когда мы вышли к прозрачному озеру, о котором предполагал Динни. Солнечный свет с трудом пробивался сквозь отверстия наверху, лучи отражались в прозрачных кристаллах, освещая пространство. Любоваться красотой озера можно вечно, но сейчас времени на это не было. Мы сразу бросились к воде. Дрейвен оставил Динни на меня, а сам пошел искать выход. Я взяла последний чистый кусок ткани, смочила его в прозрачном водоеме и начала промывать раны Динни.       Стук капель, падающих с горной породы, начали сводить с ума. Мне казалось, что два молотка долбят по височным долям. А эхо усиливало эффект. Какофонию звуков пещеры разбавляли стоны Динни. Оставшись здесь одна, я бы сошла с ума, дожидаясь одного из братьев. На руках и ногах отпечатались следы каменного грунта, когда тень Дрейвена мелькнула в проходе. Он скорее подбежал к носилкам и ухватился за концы листьев.       — Я нашёл выход, давайте наконец выбираться из этой подземной темницы, — с довольной ухмылкой выплюнул запыхавшейся мужчина. Осознание, что это конец, как будто высвободило второе дыхание. Дрейвен тоже повеселел на глазах и сам шустро зашагал в тоннель. Больному брату оставалось ухватиться за носилки и бурчать под нос недовольства. Учитывая, какие острые под ногами камни, да, это катания не самое приятное. По мере продвижения тоннель то сужался, то расширялся. Пока мы не достигли галереи пещеры. Среди выступающих сталактитов блеснула каменная плита. А за ней на стене выгравированные статуи богов.       — Что это? — поинтересовалась я, указав рукой на неприметную находку в тени.       — Похоже, что место для жертвоприношений темным богам, — постанывая, подал голос Динни.       — А ещё заброшено. Кровь давным давно там засохла, — вбросил сквозь стиснутые зубы Дрейвен, утомленный долгой остановкой. Я решила подойти поближе, чтобы рассмотреть. Когда ещё представится возможность увидеть воочию алтарь без безжалостных защитников? За спиной раздалось раздраженный вздох компаньона, а затем шелест листьев. Близнец аккуратно положил один конец носилок и затопал сапогом. Я же подошла к плите и провела пальцем по вырезанным на камне символам. Аж дух захватывало, а по телу пробежали мурашки. Из-за сырости едва-едва слышался запах гнили.       — Кто-то приносит в жертву животных? — на мой вопрос ответили смешками.       — Если бы! — говорил явно Динни. Яркий свет становился все ближе. Я вернулась к парням, чтобы послушать трепещущую историю. Динни подкреплял рассказ хоть и вялой жестикуляцией, но его глаза горели, как у ярого исследователя. А Дрейвен видимо всё слышал тысячу раз, потому вынул кинжал из ножен и начал играться. Я же внимала каждое слово, будто завороженная.       — Тёмные маги убивают людей и волшебных созданий, чтобы увеличить свой резерв на время. Эффект длится недолго, поэтому они вновь и вновь возвращаются к алтарям.       — Ага, они выслеживают одиночек и нападают! — резко в историю влез Дрейвен, во мгновение придвинулся ко мне и провел сталью в сантиметре от глотки. Его рука крепко схватила мое предплечье, не позволяя вырваться. Но мое тело не отреагировала на глупую забаву. Я осталась спокойно стоять, хотя внутри желала отпрыгнуть на безопасное расстояние. Ни ноги, ни руки не задрожали. В воцарившейся тишине только послышалось, как я сглотнула удушающий ком напряжение. Близнецу не понравилась моя реакция на шутку. Потеряв интерес, он вернулся к носилкам. Динни обменялся взглядом с братом, и мы продолжили путь до поверхности.       Тёмные маги считаются отбросами этого общества. Волшебных созданий найти чрезвычайно трудно: все они живут глубоко в лесах и не выходят на встречу к людям, поэтому убийство человека это самый простой способ обрести силу. Стать сильнее может каждый, дело только во времени, но для тех кто обходит правила и прибегает к тёмным ритуалам, судьба приготовила свои подарки. Каждый тёмный маг должен заплатить некую цену за новые способности. По рассказу Динни это может быть все что угодно: потеря органов чувств, конечностей и много другое, но чем тогда заплатил Аурецион? Он же является сильнейшим из тёмных магов, если бы было все так очевидно, то смогли бы люди его одолеть, зная они про слабое место?       — Аурециону не нужен булыжник для жертвоприношений. Его алтарь — поле боя, — копаясь в своих мыслях, я не заметила как сказала это вслух. Дрейвен обернулся и вопросительно вскинул бровь. От его взгляда стало как то не по себе.       — При чем тут он? — спросил Дрейвен.       — Аурецион развязал войну разве не из-за этого? Демоны убивают людей, а он становится сильнее, — я разжевывала каждое слово, как будто для меня только что открылся целый мир, но для моих спутников всё было очевидно.       — Но зачем ему это? Хотел бы власти, тогда давно захватил столицу, — буркнула я себе под нос.       В голове промелькнули события недавнего прошлого. Армия демонов уничтожила целый город за одну ночь, мы с Сарой смогли сбежать только благодаря тому, что жили за белыми стенами вблизи леса.       — Может, собирается стать богом, — сказав это, Дрейвен пожал плечами. Он вкинул то, что первое пришло в голову. Его слова полный абсурд. Динни сразу попытался переубедить меня, что существует легенда о том, что, достигнув высокого уровня магии, можно возвыситься до божественной ступени. Это что-то вроде сказки, которую рассказывают в каждом уголке страны. Рассказ Динни о тёмных магах немного запал мне в душу. Я могла бы и дальше раздумывать на эту тему и делиться безумными мыслями с остальными, но солнечный свет прорезал глаза, указывая нам на путь к освобождению.       Лагерь был погружен в темноту, лишь слабое свечение звёзд освещало его территорию. Ночная тишина царила повсюду, словно призывая к покою и отдыху. От костров, которые ещё недавно горели ярким пламенем, остались угольки, еле дышащие своим последним теплом. Я осторожно пробиралась между палатками, стараясь не нарушить сон людей, уставших от дневных дел. Мимо проходили патрули, бдительно следящие за безопасностью. Наконец, я добралась до своей палатки, которую мы с Сарой делили с двумя другими участниками. Войдя внутрь, я осторожно подвязала кожаные куски, служащие нам дверями, и уселась на свое место. В полумраке я наслаждалась моментом умиротворения. После нашего возвращения, Динни унесли к целителям, Астер и Дрейвен решили вернуться и забрать подстреленную дичь, я же подумала, что на этом можно закончить. Сара глубоко спала. Свернувшись калачиком, её светлые волосы небрежно спадали на лицо, пряча от внешнего мира.