Глава 38

Глава 38 – Э-э… АНБУ-сан? – с недоверием прошептал Наруто, глядя на маску сапсана и светло-пшеничные волосы. «Кстати, его прическа кажется мне знакомой. Будто я уже видел ее, причем очень давно», – мелькнуло у него. – Здравствуй, Наруто, – мягко сказал шиноби. – Ты знаешь мое имя? – заторможенно спросил он, потом спохватился. «Конечно знает, он ведь меня встретил, когда я вернулся с миссии, затем нес на себе к старику Третьему», – подумал Наруто. – Разумеется. Ведь ты мой ребенок, – огорошил его новостью АНБУ. – Ч-че? – Наруто подумал, что не так расслышал его. – Дядя, харэ шутить. Ты так и не ответил на вопрос, чего забыл тут. Я помню, что в кабинете старика вы там хотели печать Кьюби проверить. А потом я очнулся уже в госпитале. – Да, прости за это, – шиноби молчал ещё пару секунд, а затем медленно, без резких движений снял маску сапсана. – Э-э-э…– красноречиво выдал Наруто. Перед ним предстало очень знакомое лицо: светлые волосы, небесно-голубые глаза, мягкие и изящные черты лица. На Саске все девчонки западали в Академии, но если бы этот парень пришел к ним в класс, то про Учиху все бы мигом забыли. «Вау… быть того не может», – чувство узнавания заполняло его, словно вода туалетный бачок, но он до конца не мог принять тот факт, что парень перед ним так похож на его кумира – мировую личность и великого героя, чьи портреты запечатлены в учебниках истории. Наруто, взлохматив блондинистые волосы, коротко заключил: – Офигеть… – Надо же, таки узнал? – улыбнулся мужчина. – Ага… Ты… Ты так похож на Четвёртого Хокаге! – воскликнул Наруто с расширенными от возбуждения глазами. – Ты его фанат-двойник что ли? Или косплеер? Крутяк! Вышло очень похоже, даттебайо! – Кхем… – замялся двойник Четвертого. – Наруто, я никакой не косплеер, и не двойник. Я и вправду Намикадзе Минато – Четвертая Тень Огня и Желтая Молния Конохи. А еще я действительно твой отец. Наруто открыл рот, потом закрыл. Открыл снова, но слова застряли в горле. Это все походило на какую-то глупую шутку. Вот только интуиция Наруто подсказывала ему, что мужчина перед ним говорит правду. Он действительно Четвертый Хокаге, кроме того, действительно является его отцом. Наруто даже пришлось отступить на шаг, он едва не потерял равновесие от такого потрясения. Взгляд заметался по сторонам, словно он пытался найти доказательства услышанному, затем снова вперился в Минато. Из глаз брызнули слезы, и он закричал: – ЧЕГО?! ТЫ МОЙ БАТЯ? ДА, БЛИН, ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ?! – он метнулся к отцу, чтобы хорошенько ему вмазать за все то, что ему пришлось пережить в детстве, но Минато легко сместился в сторону и поднял руки в примирительном жесте: – Эй, эй, спокойно, Наруто. Я понимаю, что это неожиданно… – Неожиданно?! – сквозь слезы кричал Наруто, сжав кулаки. – Сходить покакать в кусты, но, сняв штаны, обнаружить там клад на миллион рье – вот это неожиданно! А то, что ты только что сказал, это… это… – задыхался он от возмущения. – Ты хоть представляешь, через что заставил меня пройти? Почему ты оставил меня? Ты вообще, где был все это время? Или хотел получить звание «отец года», даттебайо?! – А у тебя тоже есть слово паразит, как и у матери, – ностальгически улыбнулся Минато. – Только она использовала «даттебане». – М-мама? – дрогнувшим голосом спросил Наруто, на мгновение растеряв весь свой запал, однако затем упрямо замотал головой. – Так, не соскакивай с темы! – он прыгнул на отца, замахиваясь для удара в живот. На этот раз Минато не стал уклоняться и согнулся в три погибели: – Кхох… ладно, я заслужил, – прохрипел он, затем, подняв ладонь, добавил: – Только больше не бей, а то я развеюсь. – Развеешься? – не понял Наруто, кулаки его разжались. – В смысле? – Я – инь-клон, – пояснил Четвертый, все еще держась за живот, он разогнул спину. – Я был мертв все это время, Наруто. Более двенадцати лет назад мы с твоей матерью ценой своей жизни запечатали Кьюби в тебе. Никто намеренно тебя не оставлял одного. Так решила администрация Листа. И их можно понять… – Какого биджу? Но ведь ты на днях нес меня к Третьему. Я это точно помню. – Да, это… долгая история. – А мы разве куда-то торопимся? Минато тяжело выдохнул и щелкнул пальцами. Темный зал с решеткой сменился на залитую солнцем поляну с цветами. От резкой смены обстановки Наруто даже покачнулся и прикрыл глаза ладонью. Проморгавшись, блондин осознал, что они оба оказались под небольшим деревцем. Четвертый теперь был одет в коронный белый плащ с огненным рисунком, эффектно взмахнув им, он сел на материализовавшуюся скамейку и похлопал ладонью рядом с собой: – Наруто, есть такая техника – называется Эдо Тенсей. Именно благодаря ей мы тогда смогли встретиться. Впрочем, мне следует начать с другого… Наруто сел подле отца и принялся внимательно слушать. Четвертый рассказывал обо всем с самого начала. И про роды Узумаки Кушины – его матери, и про Учиху в маске, который является лидером Акацуки, и о многом другом. Больше всего Наруто удивило существование такого запретного дзюцу, как Воскрешение Нечестивого Мира, придуманное Вторым Хокаге. Оказывается, Намикадзе Минато, как и других каге, временно вернули к жизни, чтобы напасть на Акацуки. И их миссия провалилась. Ну, то есть, они напали, и даже вроде как успешно уничтожили парочку из них. Вот только и сам отряд понес серьезные потери. Какаши сейчас в госпитале. А Джирайя и Орочимару… их тела так и не удалось найти. «Акацуки… биджу, они чертовски сильны», – думал Наруто. – Изначально я оставил в печати, сдерживающей Девятихвостого, своего клона, чтобы он запечатал обратно демона-лиса, если тот вдруг высвободит восемь хвостов. Однако, слава ками, этого пока не понадобилось. К тому же после недавнего обследования печати я решил обновить фуин и дополнительно оставить еще одного клона, чтобы он рассказал тебе правду о твоем происхождении. Обалдеть. Ну что же, он узнал правду. Наруто – сын Четвертого Хокаге. Сын того, кого он боготворил и на кого равнялся в детстве, чей лик на скале даже не смел разрисовывать, в отличие от скульптур остальных каге. – А что с Кьюби? – вдруг спросил Наруто. – Из Девятихвостого выкачали слишком много чакры, потому он восстанавливается в анабиозе. – И надолго? – Еще несколько дней он точно будет спать. Да и потом некоторое время его сила будет недоступна. Еще несколько дней в спячке, что же – это хорошо. Наруто уж испугался, что потеряет рыжего на совсем. «Черт, о чем я вообще думаю? У меня тут батя под боком нарисовался, а я переживаю о демоне-лисе, из-за которого страдал все детство», – мелькнуло у него. – Четвертый, – обратился он к Минато, не решаясь пока прямо сейчас называть его отцом. – Почему ты запечатал Девятихвостого именно во мне – в родном сыне? С этим, знаешь ли, было тяжело жить. Он не знал, что чувствовал. С одной стороны, хотелось радоваться, ведь он встретился с кумиром, который оказался его родным батей, а с другой… слишком много проблем и страданий доставили решения Четвертого. – Только ты был способен выдержать его жгучую чакру и мощь, Наруто. И только тебе, как сыну Кушины, было под силу ее полностью обуздать. Я запечатал в тебе лишь часть Кьюби, и, кажется, тебе с ней удалось справиться весьма хорошо. Выступление на Чунин Шикен было очень неплохим, даже если жилет чунина ты пока не получил. А бой с отступником оказался и вовсе выше всяких похвал. Ты овладел режимом отшельника, пользуешься покровом биджу и смог доработать мою технику – Расенган. И настолько серьезно ее улучшил. Ты молодец… – Откуда ты все это… – Я развеял своего старого инь-клона, поглотив его воспоминания. А он в свою очередь наблюдал за тобой, когда печать ослабевала и чакра Кьюби выходила наружу. Как я уже говорил, клон должен был подстраховать тебя, если печать разрушится и лис начнет вырываться на свободу. Отец… наблюдал за ним? Даже после смерти он не оставил его? От осознания сего простого факта у Наруто аж потеплело на душе, а в глазах опять предательски защипало. «Да блин, я же не в своем реальном теле, откуда тут слезы-то могут быть?» – мысленно бесился он. – Я не знаю всего, однако могу представить, через что тебе пришлось пройти, Наруто. – Минато положил руку ему на плечо и крепко сжал. – Прости меня… Наруто прикусил губу, он сдержал слезы, но внутри мелким червячком формировалось поганое чувство. Несмотря на поддержку отца, он так и не отошел от боя с Кагуей и знал, что все еще слишком слаб. Слишком слаб, чтобы противостоять своим врагам и защищать тех, кто ему дорог. Если бы он обладал силой Мастера Сайтамы, то смог бы подавить и Мизуки, и Кагую. Однако… он облажался. «Погоди-ка… а ведь учитель говорил, чтобы я искал ответы внутри себя. Неужели он знал, что я встречусь здесь со своим отцом?» – мелькнула у Наруто безумная догадка. А ведь это не исключено. Сайтама обладает поражающей воображение силой, и полных его возможностей, наверное, не знает никто. Выходит, он определенно знал, что Наруто встретится с батей. «Погружение в себя и разговор с душой», – мысленно повторил слова лысого сенсея Наруто. Под душой имелось в виду сознание Намикадзе Минато? Тогда все сходится! – Четвертый… как мне стать сильнее? – спросил он. – Ты и так очень силен, Наруто, – улыбнулся Минато, потрепав его по голове. – Гораздо сильнее меня в твоем возрасте. Эти слова очень слабо утешали. Если так подумать, то Минато в учебниках и исторических хрониках едва ли не боготворили. Он в одном бою против Скрытого Камня одолел целую армию в тысячу шиноби. В одиночку! Однако даже такой могучий шиноби практически ничего не смог сделать против биджу и того, кто его контролировал. Врага Учиху он лишь отогнал, пометив Хирайшином, а хвостатого демона запечатал ценой собственной жизни. Значит, Минато был недостаточно силен? Наруто поморщился. Видимо, отца застали врасплох. Он был недостаточно подготовлен к такой ситуации. Знал бы заранее, что такое может произойти, наверняка бы что-нибудь придумал, он ведь гений. «Но все равно, это мой шанс больше узнать не только о прошлом и родителях. Возможно, Четвертый сможет дать мне советы, как усилиться и стать Хокаге». – Не, батя, такой ответ не катит, – мотнул головой Наруто и вперился в него требовательным взглядом. – Раз уж ты был здесь, и изредка даже наблюдал за мной, скажи, что я делаю не так. Что мне делать, чтобы стать еще сильнее и стать, наконец, хокаге? – Стать Хокаге, говоришь? – улыбнулся Минато. – Похвальное стремление. На самом деле у тебя есть все шансы заполучить желаемое. Но с чего ты вдруг решил, что делаешь что-то не так, Наруто? – Эм… – Наруто задумался. Он помнил, как Сайтама наставлял его, как Джирайя пытался учить фуин. Как Наруто ежедневно подвергал себя адским тренировкам, раз за разом преодолевая свой предел. Несомненно, он успешно развивался, стал гораздо сильнее. Но… если так, то почему он не смог победить? Почему он до сих пор чувствовал себя беспомощным перед силой Кагуи? «Или Мастер Сайтама оказался прав, и я всего лишь сдерживался из-за изначального отношения к ней?» – подумал Узумаки. – Сайтама-сенсей сказал, что здесь, разговаривая с тобой, я смогу найти скрытую силу. Повисла тишина, лишь порыв ветра во внутреннем мире сорвал парочку листочков с дерева, которые закружились в причудливом танце и упали на колени Наруто. – Сайтама – это твой джонин-наставник, верно? – уточнил Минато, задумчиво потерев подбородок. – Да. А еще он мой Мастер. Если бы не он, я бы не достиг ничего из того, что имею сейчас. – Я рад, что у тебя появился человек, который может тебя наставить на пути шиноби, – улыбнулся Четвертый. – Жаль только, что я его совсем не знаю. «Было бы здорово познакомить их», – мечтательно улыбнулся Наруто. – Я немного наблюдал за твоими боями. Ты действительно очень многого достиг. Отличная скорость, сравнимая с Хирайшином или покровом Молний Райкаге, Расенган с добавлением стихий, режим отшельника и покров биджу, удары, сравнимые по силе с Цунаде. Не каждый каге сможет противостоять тебе. Однако, если хочешь еще больше эффективности, могу порекомендовать кое-что… – Что? Чего именно мне не хватает, батя? – загорелись нетерпением глаза Наруто. – Я не уверен, что мне стоит об этом говорить на первой встрече, – замялся Минато. – Этот совет на самом деле может оказаться даже вреден, и я не хотел бы… – Да блин, батя, не тяни резину, даттебайо! – не вытерпел Наруто. Выражение лица Четвертого стало чрезвычайно мрачным, а взгляд убийственно острым. Столь резкое изменение отца заставило Наруто судорожно сглотнуть и даже отодвинуться на край скамейки. – Наруто, в твоих ударах нет намерения убить. – Чего? – Наруто показалось, что он не совсем точно расслышал слова Минато. – Это не плохо, – смягчился Минато, приподняв ладонь. – На самом деле, если бы ты смог обходиться без этого, то было бы прекрасно. Однако путь шиноби как правило связан с убийствами. Мне на войне приходилось убивать, как и Какаши, учителю Джирайе и многим другим выдающимся шиноби. Этим нельзя гордиться. Однако если ты хочешь одолевать противника наиболее эффективным способом, ты должен быть готов быстро и без колебаний забрать его жизнь. – Н-но… – заблеял Наруто. – Кагую ты не смог одолеть именно из-за этого. Ты не воспринимал ее как врага и был слишком мягок. В нукенине Конохи ты по-прежнему видел учителя Академии. Готов был дать ему шанс, пытаться понять. Я не могу назвать это ошибкой, однако это то, чего обычно не должно быть у шиноби. В чем заключалась твоя миссия, ты помнишь? – Поймать Мизуки, – сипло сказал Наруто. – Полагаю, живым или мертвым, – кивнул Минато. Наруто не ответил. Разумеется, группе желательно было взять его живым. Однако и мертвого Мизуки Коноха бы приняла, и задание он бы не провалил. Будь у него другое мировоззрение, хватило бы ему сил отвлечь Кагую, добить Мизуки и взять его отрезанную голову, чтобы с ней скрыться по воздуху? Да, вполне. Вот только он бы нажил себе смертельного врага в лице Кагуи. И тогда с ней точно бы никогда не удалось разойтись миром. Убить ее? Об этом Наруто и помыслить не мог. Он испытывал душевную боль, пытаясь представить, как отнимает ее жизнь. «Но Мизуки нужно было валить», – стиснул зубы Наруто. Ему хотелось видеть лучшее в людях. Хотя сам блондин еще до экзамена на чунина говорил Саске, что некоторые люди – монстры в человеческом обличии, и они заслуживают лишь смерти. Куда же делась его хваленая решимость? Получается, у него слова расходятся с делом? Разве так поступает будущий Хокаге? – Батя… а чем тогда я буду отличаться от них? – вдруг спросил Наруто, пытливо уставившись на родича. – От этих монстров, легко и без колебаний отнимающих чужие жизни? Минато прикрыл глаза, затем лишь горестно вздохнул и потер переносицу: – Это сложный вопрос, Наруто. Однако до тех пор, пока ты несешь свет в своем сердце, ты не погрузишься в пучины безумия и кровавого угара, как они. В тебе точно есть этот свет. Кажется, будто его хватит на целый мир. Возможно, именно в этом и кроется твоя истинная сила, кто знает? В любом случае, я верю, что ты никогда не переступишь ту черту, отделяющую человека от монстра. – Блин, я думал, ты меня техникам каким научишь, – сложил губы трубочкой Наруто. – Хирайшину там, например, или еще каким премудростям боя. Ага, фиг там… Разговоры о моральной составляющей убийства – вообще не то, чего я ожидал. Четвертый усмехнулся и взлохматил волосы Наруто: – Прости-прости. Это было лишь мое мнение. Но, как и любой человек, я могу ошибаться. И недостаток ты сможешь превратить в преимущество. Что же до Хирайшина… я могу передать тебе знания и тонкости этой техники, но… – Эй, я же твой сын! Какое еще «но»?! – возмутился Наруто. – На это может уйти время. И скорость овладевания Полетом Бога Грома будет зависеть от твоей предрасположенности к фуин и Райтону. – Я уже немного знаю фуиндзюцу, – надулся от важности Наруто. Потом стало немного грустно за его учителя печатей Джирайю. Однако он верил в лучшее. Извращенный Отшельник обязательно вернется. – А что насчет Стихии Молнии? – Кхем… ну, я работаю над этим, – не моргнув глазом, соврал Наруто. К овладению Райтоном он еще не приступал. Но уж очень хотелось получить наставления по легендарному дзюцу, прославившего Четвертого на весь мир. Минато рассмеялся, видя такое нетерпение сына. Затем встал на ноги. – Ладно, научу. Передам, что знаю и что смог уловить в нашей совместной битве со Вторым Хокаге. Все же он, будучи создателем Полета Бога Грома, был в нем куда более умел, чем я. – Вау, я выучу Хирайшин? Фигасе! Крутяк, даттебайо! – вскинул кулаки вверх Наруто, высоко подпрыгнув. Внутренний мир подернулся рябью, после чего умиротворенный пейзаж сменился на сухую землю полигона с макиварами и кунаями. Четвертый влиял на формы, словно он был тут царь и ками. – Я всего лишь клон, потому на самом деле у меня не так много времени, – Минато протянул ему развернутый свиток с техникой. – Так что читай внимательно, запоминай, затем слушай мои комментарии, Наруто… *** Утро Сайтамы начиналось не с кофе. И даже не с умывания. Еще вчера вечером он купил себе писчие принадлежности и побольше листов ватмана, после чего целую ночь вовсю рисовал, позабыв о сне и еде. Ну, как рисовал? Скорее, пытался вспомнить основы изобразительного искусства, которые ему давным-давно преподавали в школе. – Чё-то как-то отстойно выходит. Или я слишком самокритичен? – Сайтама задумчиво грыз карандаш, глядя на улыбчивого парня в соломенной шляпе, который с каждой новой попыткой обретал всё более странные пропорции. В голове у Сайтамы всё выходило идеально: чёткие линии, выразительные эмоции, динамичные позы. А вот в реальности... Получалось так, будто персонажа несколько раз переехала повозка с овощами. – Не, ну сейчас всё же чутка получше, – кивнул он, скрестив руки на груди и оценивающе осматривая сотый «дубль». Он таки сумел худо-бедно нарисовать героя, но что делать дальше? – Так, а я вообще помню сюжет? Сайтама задумчиво отложил очередной рисунок и взял в руки толстый блокнот, куда собирался записывать текст для диалогов и описание истории. – Главный герой хочет стать Королем пиратов... эм... почему? Потому что обещал кому-то? Или потому что… это звучит круто? – лысый нахмурился. – А у него ведь ещё команда будет… как их там?.. Чёрт. У них вроде клевые имена… надо бы вспомнить. Он открыл пустую страницу и написал крупными иероглифами «Главные персонажи». С именами у Сайтамы всегда было туго, как и с датами, как и… ладно. Не суть важно. – Как там капитана звали… Пуффи? Скуффи? Блин не помню. Ну, чтобы избежать полного плагиата, пусть будет Донки Ди Скуффи! «Главный герой, капитан пиратов – Донки Ди Скуффи, резиновый человечек». Сайтама откинулся на стуле и уставился на потолок, пытаясь выловить из памяти еще хоть что-то. – Там был еще вечно бухой мечник… Роза? Зара? Нет, Заро! Да, звучит нормально. Он нацарапал в блокноте: «Бухой мечник Заро, который всегда теряется, даже если стоит на месте». Затем он смог точно вспомнить имена для корабельного кока – «Шмалящий Санчо – его еда настолько пропитана сигаретным дымом и пеплом, что все, только попробовав ее, считают, будто их хотят отравить». Для дока описание тоже само всплыло в голове: «Мохнатый Зверь Пони-Пони Чпокер – любитель конфет и стероидов». Теперь оставалось вспомнить о длинноносом сапере (он же сапером был, да?). – Блин, как же его звали. Усоп? Нет, почти Усопший, звучит так, будто он уже помер. Усох? Да, уже ближе… он вроде был худоват. Окончательный вариант с именем сапера пока под вопросом, но он для ориентирования в истории нацарапал: «Длинноносый сапер Усох – его нос такой длинный, чтобы чуять запах бомб». Будущий мангака перевернул блокнот и открыл последнюю страницу, чтобы написать начало истории. И застыл. Рука с карандашом дрожала. Он не помнил, как начиналась та история. Вообще. – Придется писать свою историю, – нахмурился Сайтама, крепче сжав карандаш и поставив короткую черточку в начале страницы. Однако, чем больше он смотрел на белый лист, тем больше осознавал, что писательство оказалось куда сложнее, чем он ожидал. Если с рисунками ещё можно было как-то разобраться, ведь визуальные образы в голове у него имелись, то вот с текстами всё было несколько хуже. Большая часть фактов выветрилась из головы. – Ладно, надо просто записать, как идет, – пробормотал Сайтама и принялся строчить первую главу. «Жил-был один паренек. Он хотел стать пиратом. И он отправился в плавание, чтобы собрать всех покемо…» Сайтама нахмурился, обсасывая карандаш. – Пуньк-суньк… Чё-та скучно... и простовато. Он взял ластик, стёр написанное и попробовал еще разок. «В большом и удивительном мире, полном тайн и опасностей, один пират по имени Донки Ди Скуффи решил бросить вызов судьбе! Он собрал покемо друзей и отправился покорять морские просторы, чтобы стать самым главным пиратским чертякой и найти мировое сокровище! …Но для начала ему надо найти корабль. И карту. И понять, в какую сторону вообще плыть...» Лысый отложил карандаш и удовлетворённо покивал. – О, кажись, уже лучше. Правда, почему-то звучит, как начало какой-то пародии от автора-пятиклассника, но хоть что-то. Он расслабленно откинулся в кресле, чтобы перевести дух и помассировать виски, как в одно из окон громко затарабанили кулаком. – Блин, на самом интересном, – недовольно цыкнул зубом Сайтама и пошел на кухню, откуда раздавался звук. – Эй, Сайтама, открой мне уже, наконец! – услышал он за окном. Сайтама вздрогнул. Голос был знакомый. Да и, когда он зашел на кухню, то увидел силуэт в бежевом плаще. – Анко?.. – он открыл окно, девушка перепрыгнула через подоконник и пошла ставить чайник на плиту. – Ты чего через дверь не хочешь ходить? Думаешь, плохая примета? Или решила сократить путь, чтобы побыстрее добраться до моего холодильника? – закрыл он окно за девушкой. – Ты вообще не реагировал, – недовольно протянула Анко. – Я звонила в дверь и стучала. Ты что, не слышал? – Э… не-а, – мотнул головой Сайтама. – Правда, что ли? Выглядела Анко какой-то нервной и чересчур раздраженной. Она его даже не обняла при встрече. А взгляд то и дело прятала. «Чета как-то подозрительно, – подумалось Сайтаме. – Она от меня что-то скрывает?» – Я, как только узнала, что ты пришел с миссии, решила зайти, – она села за стол и посмотрела в стену. – Ну ок. – Нам нужно серьезно поговорить. Сайтама сложил руки на груди и тяжело выдохнул. Когда девушка приходит к тебе домой не в настроении и говорит, что вам надо поговорить, это плохой знак. Это значит, что отношение после серьезного разговора могут уже и не стать прежними. Жизнь может разделиться на «до» и «после». «Сначала она ушла из дома. Теперь даже в глаза опасается смотреть, будто провинилась в чем-то», – с подозрением прищурился Сайтама. У него был мизерный опыт отношений с девушками, однако в юности он читал много манги и новелл. Потому подспудно ожидал худшего. «Измена?» – мысленно спросил Сайтама и обострил чувства. Обоняние, зрение, интуиция. Он просканировал Анко от пяток до макушки. Однако так и не смог обнаружить на ней чьих-то следов. Нет, дело тут не в измене. Но что-то в ней явно изменилось. Только вот что именно? Сайтама, видя, что девушка мнется и ждет непонятно чего, решил спросить прямо: – Анко, ты что, хочешь расстаться? – ЧЕГО?! – крикнула Анко, вскакивая с места. В глазах появился испуг и даже застыли слезинки. Лицо перекосило от возмущения. – Да я… да как ты… – задыхалась она от эмоций, не в силах подобрать слова. Лысый удивленно вскинул бровь. Поведение девушки было странным. – Сайтама! Когда я такое говорила?! Нет, я люблю тебя. Зачем нам расставаться… подожди, или это ты хочешь… – она запнулась на полуслове. – Та не, как по мне, у нас все норм, – качнул головой Сайтама. – Фух… – Анко выдохнула, ее плечи расслабленно опустились, будто до этого на них был вес в сотню тонн. – Не пугай так. – Просто ты ни с того ни с сего ушла тогда, а теперь ведешь себя так, будто что-то скрываешь. – Я расскажу, но тебе… нужно сесть. – Окей, как скажешь. Чайник закипел. Вскоре они заварили чай с мелисой. Попили, Сайтама даже поел, впервые за ночь и утро. И откинулся на стуле, с ожиданием глядя на свою девушку. Однако после чаепития Анко так и не решилась поведать о своих переживаниях. Краснела, мяла край скатерти. Выглядело это мило, но причины пока были неясны. – Ладно, я пока поработаю, а ты к тому времени, может, созреешь и родишь. – Чего? Рожу? – расширились в шоке глаза Анко. – Да нет, мне еще рано… – Да я же фигурально, – лениво махнул рукой Сайтама и пошел в спальню. Анко некоторое время стояла в шоке, затем все же последовала за ним. Лысый уселся за рабочий стол, заваленный грудами черновых набросков, открыл блокнот и постарался вспомнить, что он хотел написать. – А чем ты тут занимаешься? – с любопытством спросила Анко, разглядывая разбросанные по полу ватманы, смятые бумажки и обгрызенные карандаши. – Составляешь тренировки для команды? – Да нет, – Сайтама почесал затылок. – Пытаюсь мангу писать. Повисла тишина. Кайф. Неужели Анко все поняла и решила не мешать своему парню? «Оказывается, она бывает умной девушкой», – покивал Сайтама. – Ты... что? – переспросила она. «А нет, показалось», – мелькнуло у лысого. – Мангу, – повторил Сайтама, закатив глаза и отложив карандаш. – Черно-белые комиксы. Как выяснилось, в этом мире о манге слыхом не слыхивали, потому я подумал, а почему бы не нарисовать свою? Хочу типа стать первопроходцем. Как думаешь, крутая идея? *** – А-а-а… – раскрыла рот Анко. Она абсолютно не понимала, о чем речь. Сайтама хочет рисовать комиксы для детей? Ни с того ни с сего? «Хм… а может, он догадался обо всем?» – промелькнуло у нее в голове. А что, Сайтама ведь только что сказал «к тому времени, может, созреешь и родишь». Может, ему уже кто поведал о ее беременности, и он лишь делает вид, что не знает, а на самом деле ждет ее признания? В сознании калейдоскопом проносилось сегодняшнее утро, которое она провела, как на иголках, особенно когда узнала, что ее парень вернулся в Коноху. Анко до сих пор не могла придумать, как ему сообщить о таком. Однако тянуть дальше никакого смысла не было. Пришлось взять волю в кулак и направиться к его дому. Каково же было ее удивление, когда он ей не открыл. Анко четверть часа стояла у двери, как дура. И звонила, и стучала. Ноль реакции. «Неужели он не хочет меня видеть?» – с горечью подумала она. Спросила у жителей квартала Сарутоби. Однако те утверждали, что лысый с вечера никуда не уходил. Значит, он точно дома. В такое время он уже не спит. Ключ она, увы, оставила у Сайтамы, потому доступа в дом не имела, а проникать в жилище своего парня без спроса, ну… Анко наглая, но ей казалось это уже слишком. Потому она вскоре принялась колотить кулаком в кухонное окно, которое было самым крепким и прочным по ее ощущениям. И, слава ками, это подействовало. Ее впустили. Однако ей не хватало смелости даже посмотреть своему парню в глаза. Она переборола себя и пришла, но все оттягивала момент неизбежного. «Ну же, это так просто. Сказать что-то вроде: Сайтама, ты будешь папой. Ты рад?». – Ну как, круто я придумал? – спросил Сайтама, выводя ее из раздумий. Девушка перевела взгляд на ближайший рисунок. На нем изображено… а что это вообще такое? – Это… ты рисовал? – спросила Анко. – Угу. Это главный герой манги. Его зовут Донки Ди Скуффи. – Да уж, интересное имя, – сказала Анко и снова перевела взгляд на набросок. Парень (с фингалом?) в кривой перекошенной шляпе выглядел так, будто прошёл через торнадо, а сам автор рисовал его впервые в жизни, к тому же совершенно угашенным. «Черт, даже дети пяти лет нарисовали бы лучше», – мелькнуло у нее. – Кхем… Ну… неплохо, – произнесла она осторожно, следя за реакцией парня. – Правда? – Сайтама оживился. – Если что, ты можешь говорить, как есть. Мне ведь нужно совершенствоваться. Я мечтаю выйти на мировой рынок. – На мировой рынок? – скептически протянула Анко. – Ты серьезно? – Конечно. Что-то не так? Анко едва не влепила себе ладонью по лицу и развернула рисунок к Сайтаме: – Ты говоришь про это художество? Лысый покивал: – Да, это один из моих лучших вариантов Скуффи. – Один из лучших? – сглотнула Анко. Ей не хотелось врать своему парню. Но и правда могла оказаться слишком грубой и оттолкнуть его. Но он ведь сам попросил быть честной, так что… – А ничего, что у него лицо на бок сползло? Так задумано? Или он использует технику гидратации? Сайтама нахмурился. – Да не, вроде нормально! Но он вообще резиновый, потому форму может частично менять, как и размеры. – Э… резиновый? – Сайтама вроде не пьет и не курит. Как можно придумать историю про резинового человечка? Что там дальше по сюжету будет, люди-дым? Или люди-крекеры? – Ладно, проехали. А что у него за кривой плюс на пузе? Он что, человек-крестик? – Это шрам. – А от чего? – Да хрен его знает, я не помню уже, – махнул рукой Сайтама. – Тебе не нравится? – Э-эм, Сайтама, ты только начал рисовать, верно? – Ага, до этого я особо не пробовал. – Ну, признаться честно, художник из тебя... – она замялась, пытаясь подобрать слова, мол, ему еще есть куда расти. Однако тут вдруг заметила толстый блокнот и решила перевести тему. – Погоди, а это что? – Сюда я записываю идеи и наброски будущих глав. – Я гляну? – Да там толком и нет ничего. Я только начал. Анко прочитала, как она поняла, сводку по персонажам и начала сомневаться в адекватности своего парня. Нет, возможно, она не видит всей истории, однако… Анко села рядом с Сайтамой. – Слушай, раз уж ты так этим загорелся... Давай помогу? Сайтама подозрительно прищурился. – А ты умеешь писать? – Нет. Но взгляд со стороны должен немного одергивать в случае, если тебя занесет немного не туда. Будем предлагать друг другу идеи, корректировать. Да и с рисунками я точно могла бы помочь. Что скажешь? Тут дело не в творческом зуде Анко. Просто ей нужно немного времени. Совсем чуть-чуть, чтобы аккуратно подвести парня к новости о своей беременности. И совместное раздумывание над вымышленной историей могло бы этому поспособствовать. Возможно, она скажет Сайтаме об этом уже совсем скоро. Лысый скептически посмотрел на неё, но потом вздохнул. – Лады, давай попробуем. Вдвоем все же как-то сподручнее. *** Чем больше идей предлагала Анко, тем больше Сайтама понимал, что у них слишком разное видение жанра этой манги. Слишком разное видение персонажей и их мотивации. – Сайтама, это должна быть история о любви, – вдохновенно вещала Анко. – Главный герой влюбится в навигатора, но они поначалу не смогут быть вместе… а она… а она влюбится в мечника. У них будет любовный треугольник, и несколько томов, чтобы каждый разобрался в своих чувствах… «Блин… я не хочу превращать все в ванильное любовное фэнтези», – скривился от отвращения Сайтама. Он предпочитал, когда гет не является главной направленностью истории. Ну, то есть любовная линия где-то мелькает, но ей уделяется фоновое значение. А движущей силой истории является сюжет, действия персонажей, быстрое развитие событий, интриги. Ну… и махач, куда же без него. – А потом у них родится ребенок, – на этих словах глаза Анко подозрительно заблестели. Она взяла лысого за руку и улыбнулась: – Кстати, Сайтама, я долго к этому вела и сейчас готова тебе сказать. – Да? – с подозрением уставился на нее лысый. «Анко ведь не будет делать мне предложение, верно?» – забеспокоился лысый. Он не слишком хорошо разбирался в местных социальных нюансах, потому не знал, как оно проходит в этом мире. Может, тут девушки предлагают «руку и сердце»? Однако в любом случае поднимать вопрос о женитьбе, по его мнению, было пока преждевременно. – Сайтама, – не переставала улыбаться Анко. – Я хочу сказать, что я бе… Бз-з-з-з… Звонок в дверь был очень не кстати. Выражение лица у его девушки стало по-детски обиженным, будто кто-то на празднике посмел забрать у нее все конфеты прямо из-под носа. – Что ты говоришь? – переспросил Сайтама. – Сайтама, я бе… Бз-з-з-з-з-з-з! На этот раз звонок был еще более продолжителен. «Бе… что?» – не понял лысый. Анко что, бежать разминочный кросс собралась? На тренировку хочет пойти? – Ладно. Я пойду открою, – сказал Сайтама. – Там кто-то очень настойчивый. Сейчас приду. Анко нехотя выпустила его руку из своих ладоней. Стоило Сайтаме открыть входные двери, как он понял, что новый гость нарушит его планы по написанию манги. Да и с Анко поговорить, вероятно, не получится. – Мастер Сайтама! Я вернулся!!! – длинноволосый бородатый мужик в зеленом комбинезоне поначалу показался Сайтаме совершенно незнакомым. Однако вскоре он узнал этот фанатичный блеск в глазах и толстые брови. А низкий поклон и последующие реплики окончательно все прояснили. – Во имя Силы Юности, прошу! Проверьте, чего достиг ваш ученик! *** Страна Рисовых Полей Временная база Корня располагалась в подземном комплексе, под руинами заброшенного храма. Черный Зецу не стал нервировать главу Не внезапным появлением в его кабинете, это лишь обострило бы его паранойю и помешало бы построить диалог. Потому он, будучи официальным членом Акацуки, который ранее немного примелькался в переговорах, ожидал оповещения Данзо через его людей, стоя неподалеку. – Прошу, следуйте за нами! – появилось два корневика перед ним. Черный Зецу молча кивнул. Безликие отвели его в храм. Снаружи он порос плющом, камни потрескались, а кое-где и вовсе выпали из строения, да и внутри тоже помещения оказались запущены. Паутина в углах, обшарпанные деревянные двери и слабый свет от тусклых масляных фонарей, развешанных на серых стенах, вот, что увидел Зецу на пути в обитель Данзо. Сопровождающие конвоиры в масках после того короткого приказа-просьбы не проронили ни слова. А когда провели его в небольшой зал, отчитались о проделанной работе своему боссу, и тот их отпустил. – Что тебе нужно? – голос Данзо был холоден, в тоне явно сквозило недоверие. Старый паук определенно не привык, чтобы кто-то приходил к нему без приглашения, особенно если этот кто-то столь непонятен и загадочен, как Зецу. – Предлагаю информацию в обмен на услугу, – шелестящим голосом молвил Черный, обводя мимолетным взглядом охранников, стоящих за спиной Данзо. Это были его личные телохранители из Яманака и Абураме. Довольно неприятные противники. Однако Зецу сюда не сражаться пришел. – В отличие от Акацуки, мы не наемники, потому не оказываем услуги, – сказал Данзо. – У нас заключен союзнический договор. – Который мы можем в любой момент расторгнуть, – откинулся в деревянном кресле Данзо. – Насколько я знаю, для Акацуки наступили не лучшие времена. Вашу базу в Амегакуре разрушила Коноха. Соболезную. Зецу оскалился: – Не спешите сбрасывать нас со счетов, Данзо-сама. Я более чем уверен, что информация вас крайне заинтересует, да и услуга, которую мы попросим вас сделать, будет полезна в первую очередь для вас самих. – Почему пришел ты, а не Учиха в маске? – Мадара сейчас очень занят, я здесь вместо него. Но будьте уверены, я имею достаточно полномочий в организации, чтобы принимать важные решения и выступать от лица главы. – Хм… даже так, – хмыкнул Шимура и холодно приказал: – Тогда говори. – Начну с услуги, точнее, небольшой просьбы. Скоро из Конохи выдвинется отряд. Состоять он будет из Нагато и Конан – бывших членов Акацуки, которые ныне примкнули к Скрытому Листу. Не думаю, что в сопровождение им дадут нечто стоящее… – Ближе к сути, – перебил Данзо. – Мы хотим, чтобы вы устранили этот отряд. Либо взяли в плен и делали с ними все, что заблагорассудится. На ваше усмотрение. Зецу устроит оба варианта. При первом Коноха потеряет мощных союзников. При втором – усилится Корень, однако Зецу рано или поздно планирует взять эту организацию под полный контроль. Акацуки сейчас не в той боеготовности, чтобы посылать их на такую важную миссию. Да и обосновать необходимость подобного на данный момент будет проблематично. Именно поэтому он решил действовать через АНБУ Не. Впрочем, Зецу сильно сомневался, что у них хватит сил захватить цели живыми, однако убить кого-то из предателей оперативники Корня точно смогут. – Не интересует, – отрезал Данзо. – Почему ты вообще думал, что мне есть дело до бывших членов Акацуки? – О, это не просто рядовые члены, – прохрипел Зецу. – Долгое время они были у руля организации, к тому же правили Амегакуре. Конан обладает уникальным кеккей-генкай управления бумагой, благодаря которому способна делать огромное количество взрывных печатей в кратчайшие сроки. Эта девушка способна стереть с лица земли целую страну при должной подготовке. Акацуки предатели ни к чему. Однако уверен, у вас найдутся методы, чтобы сделать из этой бунтарской куноичи послушную девочку. Данзо задумался. Внешне он никак не проявил своей заинтересованности. Однако, скорее всего, один из маленьких крючков с наживкой все же нашел свою жертву. Зецу продолжил: – Узумаки Нагато же более известен вам как Пейн. – Пейн? – приподнял бровь Данзо. – Разве он не погиб в битве за Аме? – О, вы не представляете, насколько этот парень живучий, – проскрипел Зецу. В длинных рукавах его кулаки сжались от злобы. Узумаки Нагато оказался живее всех живых, хотя он точно помнил, как собственноручно убил его в камере заключения. – После экспериментов Орочимару он приобрел великолепную регенерацию и некоторые способности к Мокутону. Так что этот кадр вам тоже может пригодиться. В общем, сдача двух предателей в Корень АНБУ будет знаком доброй воли и мощным толчком к нашему будущему плодотворному сотрудничеству. Что скажете? – Ты предлагаешь мне отправить своих людей на смерть? – Отчего же? – Зецу сделал шаг вперед, однако его телохранители поравнялись с Главой Не, коснувшись рукояток оружия. Он поднял руки и не сдержал улыбки: – Ваши люди не настолько слабы. К тому же ваши ряды пополнились шиноби из Скрытого Звука. Разве я не прав? – Для банды наемников вы на диво хорошо осведомлены, – прохрипел Данзо, сжимая деревянную трость и дал знак своим миньонам, чтобы те отступили. – Однако все равно, два S-ранговых шиноби – не то, ради чего стоит рисковать. Если это все, то… «Набивает цену, – мысленно аплодировал игре старика Черный Зецу. – Ну, а теперь – пришло время козыря». – Вы забыли одну важную деталь, – проскрипел Зецу. – И какую же? – склонил голову набок Данзо. – Вы усиленно ищете Учиху Итачи. Однако позабыли, что он состоит в Акацуки. Данзо наклонился вперед, сжимая в руках трость. Было видно, каких усилий ему стоит скрыть удивление. – Твое предложение? – спросил Шимура. – Мы отдадим вам Учиху Итачи. На блюдечке. Недавно он как раз сильно истощился в битве, и его даже умудрились серьезно ранить, – Данзо настолько заинтересовался, что даже приоткрыл вечно закрытый глаз. – Нам ничего не стоит отправить его на какое-то фиктивное задание и дать информацию вам о его будущем местоположении. Данзо обдумывал полученную информацию, сверля Зецу подозрительным взглядом. – Взамен же вы убьете или плените бывших членов Акацуки: Нагато и Конан. В итоге вы будете в огромном плюсе, ведь получите целых три шиноби S-ранга. Ну, либо одного, а уникальные тела еще двоих заберете для экспериментов, – закончил свое предложение Черный Зецу. – Слишком сладко. Похоже на медовую ловушку. «Старик, а это она и есть, – мысленно рассмеялся Зецу. – Однако ты все равно в нее попадешь». – Ну что вы, – развел руками Черный Зецу. – Как я уже говорил, это жест доброй воли. Поддерживая союзнические отношения и обмениваясь информацией, мы сможем извлечь гораздо больше выгоды. – Не пойму только, какая вам выгода от сдачи своих членов. Итачи очень сильный шиноби. Вы что, намеренно ослабляете свою организацию? – прямо спросил Данзо. Итачи – крот Конохи, или, возможно, даже самого Данзо. Черный давно пришел к этому выводу, что лежал на поверхности. Потому избавиться от шпиона в рядах Акацуки – самое логичное решение. Впрочем, Зецу было плевать на желания Данзо, желания Обито или других людишек. Он лишь следует своему плану по возвращению величия матери, которую Белые вновь умудрились потерять в Стране Рек. Однако ничего. Здесь рыбка уже клюнула. Осталось лишь подсечь. А с мамой он скоро встретится. Интуитивно он ощущал, что Кагуя стала немного сильнее и душа от подспудного осознания этого ликовала. Зецу бросил: – Не сочтите за грубость, Данзо-сама, однако это лишь планы нашего лидера. И вас посвящать в них мы пока что не намерены. Данзо растянул губы в сардонической усмешке, обдумывая сказанное. Черный Зецу знал, что старик уже считай согласился. За столько столетий он научился читать таких людей на раз. Обвести их вокруг пальца и заставить поверить в то, что они действуют по своей воле и в собственных интересах… не составляет особого труда. – Хорошо, – наконец кивнул Данзо. – Мы принимаем ваше предложение, но ожидаем более детальной информации. – Вы скоро получите ее. – Однако, если это окажется ловушкой, – угрожающе поднялся с кресла Данзо. Его люди тоже выступили вперед. – То нашему союзу придет конец, а Корень и Акацуки станут злейшими врагами. – Заключил Зецу. – Однако это не нужно ни вам, ни нам. – Рад, что вы это понимаете, – вновь прищурил глаз Данзо и отдал приказ: – Провести нашего почетного гостя к выходу. – Нет нужды, я сам найду путь наружу, – оскалился он, отмахнувшись. – Засим – разрешите откланяться. С этими словами Черный Зецу исчез под землей, минуя все ловушки, сигналки и сенсоров Корня. Пусть старик понервничает, видя какими способностями скрыта обладает «парламентер». А заодно подумает о возможных последствиях за нарушение своей части сделки.