Глава шестнадцатая

      Три недели. Двадцать дней, которые не проходили и даже не пролетали, а проползали. Егору хотелось убить себя каждый раз, когда смотря на часы в течение дня, вместо желанных десяти вечера он видел лишь два часа дня. Время шло, а работы и ответственности не становилось меньше, и если раньше он разгружался благодаря Авроре и ее поддержке, то сейчас дела с его каким-либо отдыхом шли хуже некуда. Концепт альбома свернул в какое-то депрессивное русло, создавая контраст с треками о чистой любви и грязным рэпом, и он понимал, что этот альбом переродит его, как артиста. Но никаких эмоций ему это не приносило. Егору было страшно, что он провалится в очередную депрессию именно тогда, когда ему категорически нельзя этого допускать, но даже огромное количество работы, которое Маша взвалила на него, не помогало отвлекаться. Все понимали, в чем причина, но ничего не говорили, позволяя боссу косячить, пропускать мимо ушей важные разговоры и не контролировать каждого человека, который был более менее связан с концертом. Последнее было всем на руку. — Егор, скажи мне честно, ты совсем дурак? — вдруг не выдержала Маша, резко отрываясь от своего макбука. Крид, сидящий рядом на трибуне, пытался контролировать происходящее вокруг них, но все разговоры проходили мимо его ушей. Он хмыкнул, когда Рома, который сидел слева от Егора, незаметно кивнул, соглашаясь с менеджером. — Ты че? — удивленно ответил голубоглазый, обиженно повернувшись к ней, отрываясь от прослушивания бесконечных разговоров о будущем мерче. — Ничё! Как ты можешь сидеть здесь, пока она одна?! Она же так переживает, что не справится, а ты тут типа работаешь, а на деле никакой пользы от тебя, только сидишь тупишь уже три дня подряд. Кто тебя таким гордым родил-то, а? Это ужас просто. Неужели, ты не понимаешь, что она тебя любит?  — Ты с ней разговаривала? — стиснув зубы спросил Егор, проигнорировав все слова менеджера. Она закатила глаза, возвращаясь к макбуку, но кивнула ему. — Если сказать коротко, ситуация — пиздец. И я не понимаю, какого черта ты сидишь здесь. Хоть бы полезен был.       Эти слова в нем что-то перевернули. Конечно, было бы хорошо, если бы он прямо сейчас сорвался с места и рванул мириться с ней, но единственное, что в нем щелкнуло — пора браться за работу. Он переживал много расставаний, временно переживет и это, пока не поймет, что ему делать, а плохо выполненную работу заметит каждый, в отличие от дыры в его сердце. Разговор с Авророй все равно ничего ему сейчас не даст. Она будет стоять на своем, думая, что права. Егор до сих пор не мог простить Маше и остальным это предательство, а именно — добровольное согласие на такую небезопасную авантюру.        Он повернулся к Роме, задавая немой вопрос: «Ну как там?». Громила лишь пожал плечами. — Она сказала, что воспользуется охраной отца, потому что каким бы добряком я ни был, я работаю на вас и буду сливать вам все ее разговоры. — Чёртова умница, — Крид позволил себе улыбнуться, запрокинув голову. Что ж, тогда ему точно пора работать. А с остальным он разберется позже, — Маш, — прошептал он, пихнув ее в плечо. Она недовольно повернулась к нему, — Что там по поводу дела? — Все сложно, — она вздохнула и повернулась к нему всем корпусом, нервно сложив руки на колени, — Говорят ждать еще минимум пару недель. — А когда Аврора должна пойти на это невъебенное задание? — Не знаю, она сказала, что это все сложно, надо все подготовить, и четкой даты ей пока не сказали. — Ахуенно, и что делать? — Ждать, Егор. Ты должен понимать, что не так легко раздобыть что-то на этого кабачка. — Я плачу им такие бабки не за недели пустого ожидания. Скажи им, чтобы поторопились. — Ты точно хочешь, чтобы меня кто-то прикончил, — буркнула Маша, тут же начиная набирать какой-то текст в сообщениях. — Ты уверен, что у нас получится?  — Я сделаю что угодно, но не позволю ей туда пойти. Я не могу этого допустить. — Если мы провалимся и об этом узнают.. — Мы не провалимся.       Маша собиралась возразить ему, но напротив них резко оказалась Турана. Егор нахмурился, демонстративно прокашлявшись, и вопросительно посмотрел на нее. — Журналисты пришли. Говорят, ты на интервью опаздываешь. — Блять…       Маша тут же вскочила с места, посмотрев на время, и мысленно обматерила себя. Она схватила Крида за руку, потянув его за собой, пока он уныло плелся за ней, совершенно забыв об этих чертовых интервью, на которые у него совсем не было настроения. Конечно, вопросы были базовые, над ответами на которые даже думать особо не приходилось, но он все равно не любил всю эту канитель. — В последнее время ходит много слухов о том, что ты в отношениях с дочерью бизнесмэна – Авророй Прилучной, — одна из журналисток первая нашла в себе смелость озвучить то, что было в головах у всех. — Что ты можешь на это ответить?       У Егора что-то больно кольнуло в сердце. Маша уставилась на него с неимоверным испугом, но он лишь натянул на лицо фальшивую улыбку, не выдавая себя. — Я не понимаю, о чём вы, — снова его очаровательная улыбка, которую он использует как отвлекающий манёвр, — У нас есть общие друзья, поэтому мы часто видимся. Это всё. — Ваша разница в возрасте не мешает вам общаться? — А она, что, сильно большая? — Крид склонил голову набок и ухмыльнулся, скрестив руки на груди. Маша нервно стучала пальцами по чехлу своего телефона, стоя в сторонке. Эта журналистка явно жаждала эксклюзива, которого не дождется.  — А десять лет это разве мало?  — А какая вам разница? Прошу не вмешиваться в мою личную жизнь. Я сам прекрасно знаю, что мне мешает общаться с людьми, а что нет. — А ваш недавний отпуск в Дубае…       Крид хмуро кивнул Маше, намекая на то, что хочет уйти. Девушка тут же вышла вперед, прерывая наперед все будущие вопросы: — Уважаемые, время закончилось. Извините, мы опаздываем. Спасибо всем. До встречи. — Господи, как они все меня заебали. «А десять лет разницы не много?», да идите вы нахуй, хоть сорок, блять, — Егор выдернул бутылку воды у Маши из руки, агрессивно открывая ее. Она усмехнулась. — Да ладно тебе, ты же их знаешь. Главное, что все сказал правильно. Прости меня, я со всей этой суетой забыла внести эту тему в стоп-лист… Надо что-то с собой делать. — Все нормально. Бывшие мои же тоже в стоп-листе, но про них ведь вечно спрашивают, — Егор закатил глаза, придерживая Маше дверь, ведущую на самые нижние сектора арены, — До следующего сольника больше никаких интервью. Уже вижу, как это все летает по пабликам.

…

      Аврора лежала на огромной кровати с ведерком шоколадного мороженого в руках, и застыла с ложкой в руке, застряв где-то глубоко в своих мыслях, пока Рита что-то увлеченно рассказывала. — Пална, ау, мы вас на Землю вызываем, — подруга пару раз щелкнула пальцами перед ее лицом, и Аврора резко помотала головой, возвращаясь в реальный мир, хоть ей этого и не хотелось, — Что с тобой? Все еще переживаешь?  — Да, — она вздохнула и запустила щедрую порцию мороженого себе в рот, но даже это ей сейчас не помогало. — Вдруг, я не справлюсь? — Врать ты так и не научилась. Что там с Егором? — Ничего, — она нахмурилась, когда ее мысли озвучили вслух, и съела еще мороженого, чтобы оттянуть момент, когда ей все-таки придется об этом заговорить. — Не пишет, не звонит. Раздражает.  — А смысл? Чтобы вы еще сильнее поссорились? — подруга пожала плечами, совсем ее не успокоив.  — Да пофиг. Ты дописала конспект? — Агась. — Давай посмотрим что-нибудь, отвлечемся. Я чипсы как раз купила. — Пожалуй, это лучшее предложение за сегодня, — Рита кивнула и устало потянулась, пока Аврора открывала ютуб с ее большого ноутбука, — Ха, ничего себе, у Вали Карнавал интервью вышло. Целых два часа, — рыжая пробежалась глазами по названию и виновато уставилась на Аврору, молча пролистнув видео вниз. Брюнетка прикусила губу, сдерживая свой интерес, и позволила подруге включить реакцию Зубарева на какой-то фильм, — Так, давай я сначала в душ быстро сгоняю. Тебе надо? Если что, есть гостевая ванная. — Нет, думаю, я все-таки поеду домой вечером. — Хорошо, — Рита чмокнула ее в щеку и скрылась в ванной, громко хлопая дверью, а Аврора тут же закрыла вкладку с фильмом, включая интервью Вали, подыскивая в нем таймкоды про Егора. Она не понимала, зачем добивает себя в такой и так непростой период, но ее интерес был выше разума. Аврора сделала звук чуть громче, чтобы перебить звуки льющейся воды в ванной, и села в позу лотоса, начиная слушать рассказы Вали о прошлом с её Егором.        Аврора смотрела на нее в экране ноутбука и ее с отвращением накрывало осознание. Волосы, черты лица, говор, стиль… Бывшая Егора выглядела, как ее чертово отражение. Но она была успешна и популярна, ее все любили и обожали. Она нравилась его фанатам, в отличие от Авроры. В моменте она почувствовала себя так омерзительно, что по ее щекам покатились слёзы, но она все равно продолжала слушать. Кажется, они правда безумно любили друг друга. А что, если любят до сих пор?       Аврора так погрузилась в это, читая сотню комментариев о том, что они судьба друг друга и должны быть вместе, что даже не заметила, как Рита вышла из душа и села рядом с ней, сочувственно наблюдая. — Так! Хватит смотреть этот бред, — она выдернула ноутбук из ее рук и закрыла все ненужные вкладки, а потом и вовсе захлопнула крышку и убрала его в сторону. — Это не бред… Мы же… Мы одинаковые, — Аврора помотала головой, стирая слезы и размазывая тушь, а рыжая лишь вздохнула, уже не зная, как возразить, чтобы не вогнать ее в большую апатию, чем есть. — Вы не одинаковые. Ты не такая, как она. Ты уникальная личность и я уверена, что Егор не видит в тебе кого-то другого. — А если нет?!  — А если да? — подруга аккуратно положила руку ей на плечо, но Аврора громко всхлипнула. Ее психика и так была не особо стабильна, но в этот момент все как будто разрушилось. Неужели, правда все дело было только в этом?        Их диалог прервал громкий звук уведомления из Телеграма. Аврора тут же схватила свой телефон, включая экран блокировки, и ее сердце сжалось, когда она увидела новые посты от Егора. Она тут же смахнула одно из сообщений, переходя в его канал, и поклялась бы всем, что у нее есть, что она услышала, как в этот момент у нее разбивается сердце. Это была фотография. На ней Егор, грустный и задумчивый, сидит в своем любимом кресле. И подпись, которая ее добила.

«Вы никогда не задумывались о том, почему любить всегда так сложно и больно? Как будто за пару месяцев счастья ты расплачиваешься годами мук и страданий. Почему с другими чувствами не так? Че за вечная хуйня лол))) Мб проще тогда вообще никого не любить?»

— Ебанный мудак! Рит, мы поссорились три недели назад, он все это время молчал! А тут вышло ее интервью и посмотри, что он постит! — Аврора сунула телефон подруге в лицо и ее выражение с каждым прочитанным словом становилось все безнадежнее. — Может, этому есть какое-то объяснение… — Нет этому никакого объяснения, Рит. Я так больше не могу. Пошел он к черту.       Рыжая вздохнула. Она видела, как Авроре плохо все это время, и совсем не понимала, что ей делать. От Миши же получала лишь пожимания плечами: Егору тоже плохо, но делать они ничего не хотят. И надо было этой чёртовой Вале именно сейчас выпускать это интервью? Сердце Авроры разбилось на миллиард частиц и, кажется, в ближайшее время его точно никак не получится склеить. Как бы она не пыталась казаться взрослой, на деле она была маленькой ранимой девочкой, которая начинала сходить с ума, как только что-то начинало идти не по плану. Егору было трудно справляться с ее характером, поэтому они часто ссорились, но он не винил ее, вспоминая ее возраст и почти полное отсутствие опыта. Зато гордостью оба блистали одинаково.       Сегодня Рита должна пойти на свидание с Мишей. Изначально она захотела отменить его, чтобы остаться с подругой, но та убедила ее в том, что хочет побыть одна и будет чувствовать себя совсем паршиво, если из-за нее сорвется свидание, которого подруга ждала целую неделю. — Если что, все мои предки сейчас в Италии, так что можешь спокойно остаться на ночь. Если будешь уходить, на полке в прихожей запасные ключи, — заботливо произнесла Рита, нежно посмотрев на подругу. Аврора улыбнулась и кивнула.       Как только за рыжей захлопнулась дверь, ноги автоматом понесли ее на кухню за алкоголем. Срочно хотелось напиться. Забыть обо всем, что так долго ее терзало. Хотя бы на один вечер.       Через полтора часа Аврора уже лежала на диване, находясь слишком далеко от трезвости, и держала в руке телефон, пялясь на контакт Егора с миллионом борющихся мыслей о том, стоит ли ему звонить или нет. В моменте набравшись откуда-то резко появившейся решительности, она сделала глубокий вдох и позвонила ему, приложив телефон к уху. — Алло? — как-то тихо, будто не веря, произнес Егор в трубку. — Привет, — Аврора скривила губы в чем-то по типу улыбки. Трудно было не выдать то, что она была рада его слышать.  — Привет. Что-то случилось?        Беспокоится. Чертов милашка. Который любит бывшую.       Аврора вспыхнула от злости, как только эти незваные мысли посетили ее голову, и фыркнула. — Нет. Ну, разве что, я напилась. Иначе бы не позвонила.       Её язык заплетался, но он мог разобрать, что она говорит. Она почувствовала, как он закатил глаза и сомкнул губы от недовольства. Он всегда так делает. — Егор, я такая пьяная, — промямлила та, усмехаясь в трубку, — Если бы ты видел, сколько я в себя залила джина, меня бы уже на этой планете не было. Ну, зато мне чуточку весело… Я так скучаю, хоть ты и полный мудак, — ее язык заплетался от алкоголя, но он все понимал.— Ну и я тоже полная дура, если честно… Знаешь, а ты прав. Я вообще ничего не понимаю в жизни, еще и пытаюсь тебя учить. Это папин характер, понимаешь, я-то совсем не хочу… — Боже мой, Аврора, ты точно пила только джин?  — Ну ты бы хоть дослушал… Не помню, может и водки пару рюмок… — Господи, где ты? Откуда тебя забрать? — Я в алколэнде… Просто опупенное место, — Аврора пьяно хихикнула в трубку, заливая в себя еще один непонятный шот, и поудобнее развалилась на диване, прикрывая глаза. — Чего? Впервые слышу о таком. Это клуб или бар? — Егор в панике наворачивал круги по какой-то подсобке, в которой не было слышно музыки, потому что сегодня по плану проводилась проверка звука на стадионе, — Скажи мне адрес, я приеду и заберу тебя. — Алколэнд – мир алкоголя, адрес – дом Ритки. Здорово я придумала, да? — она рассмеялась над своим заплетающимся языком, тут же услышав отборный мат из его уст, но так и не поняла, он оскорблял им ее, себя, жизнь или проходящего мимо человека. — Аврора, ты совсем дура?! Зачем ты звонишь мне в такое время, бухая в хламину, еще и пугаешь? Это не смешно и я занят! — Ну конечно, ты всегда занят, когда чувствуешь, что приближается разговор или событие, которое тебе не понравится, а тебе же так тяжело мириться с тем, что не все в жизни идет так, как тебе нравится, — она пожала плечами, вновь потянувшись к полупустой бутылке текилы. Егор вздохнул, стиснув зубы от недовольства этой ситуацией. — Нет, идиотка, все куда проще: я переживаю за тебя и твой пьяный зад. — Если бы переживал, уже сидел бы в своей ламбе и ехал ко мне. А так… Бла-бла-бла. Ты знаешь… Я никогда не могла понять своих чувств к другим людям. Ну типа… Как понять, что ты кого-то любишь? Это же бред какой-то… Я никогда не знала, каково это. Но каждый раз, когда я думаю о тебе, пересматриваю наши фотографии… Или когда случайно замечаю… Вернее, замечала, на себе твои взгляды, то у меня сердце как будто замирало. Мне кажется, что я зря тебе сейчас все это говорю, но я пьяная и в любом случае утром приклею свою ладонь ко лбу, поэтому… — Аврора прервала свой монолог, думая, что Егор хоть что-то скажет ей в ответ. Но он молчал, хотя она слышала его тяжелое дыхание в трубке. Стоило ли ей продолжать? — А вообще… Ты можешь забрать меня? Нам надо поговорить. — Дай мне полчаса.       Он сбросил. Боже, зачем она ему позвонила? Чувство тревоги тут же разлилось по груди, нагоняя на нее панику. Что она ему скажет?! Особенно в таком состоянии!       Аврора Прилучная, диплом самой импульсивной пьяницы определенно ваш.       Кажется, за эти полчаса, что Егор добирался до дома Риты, она успела отрезветь и опьянеть заново. От нервов она залила в себя еще шотов пять, если не больше, и ничем их не закусывала, почувствовав моментальную реакцию своего недовольного желудка. У нее крутило живот и она слегка сморщилась от боли, держась за него, пока в дверь громко не постучали. Она подпрыгнула на месте от страха и на ватных ногах пошла ко входной двери. Не видела его почти месяц… Господи. «Ты дура, Аврора», будет повторяться в ее голове до конца жизни.       Она сделала глубокий вдох и дрожащей рукой прокрутила ключ в замке, но не успела даже коснуться ручки, потому что это сделал Егор. Аврора нерешительно подняла на него свои отуманенные алкоголем глаза, как только дверь резко открылась наружу, и ее сердце пропустило столько ударов, что, кажется, могло бы и остановиться прямо сейчас. Его дико сердитый взгляд голубых глаз не бесил. Хотя должен. — Пошли, чёртова пьяница. — Что, даже не поздороваешься? — сострила она, четко увидев, как он закатил глаза, но сделала шаг к выходу, щелкнув кнопкой выключателя. — Стой… Ритки нет дома, надо закрыть… — она пошатнулась на месте, но Крид тут же схватил ее за талию и она буквально заехала носом ему в грудь, прерываясь на полуслове. Егор поклялся бы чем угодно, что ненавидел все в этот момент, включая себя, за то что вообще позволил всему этому дойти до такой убогой стадии. — Стой здесь. Всего минуту, Аврора, не расшибись, умоляю, — попросил Егор, чуть прижимая ее к стенке дома. Она прикрыла глаза и запрокинула голову, а он вошел в дом, направляясь в гостиную. Обнаружив на диване сумку Авроры, он тут же подхватил ее с места, а потом подошел к журнальному столику, рассматривая бутылки от алкоголя. Джин, водка, виски… Эта чокнутая совсем с дуба рухнула? Кто такое мешает? Егор прикрыл глаза на секунду, борясь с нарастающей яростью, и быстрым шагом вернулся на улицу, заперев дверь на ключ.        Посадив брюнетку в ламбу, Егор сам пристегнул ее, понимая, что она сейчас вообще не соображает, и обошел машину, присаживаясь на водительское. Он не скрывал своей злости. Как только они тронулись с места, Аврора сразу вжалась в сидение от скорости. Это не к добру. Костяшки пальцев Егора побелели от силы, с которой он сжимал руль, и он вздрогнул, когда ее маленькая тёплая рука неуверенно легла ему на колено, невинно поглаживая. — Не злись на меня… Мне было так грустно. Вообще, это я должна злиться на тебя… Но, кажется, я люблю тебя. Иначе как объяснить, что весь этот месяц я целыми днями только о тебе и думаю… Боже, как же я тебя ненавижу. Люблю и ненавижу, ненавижу, что люблю. Ха. И это тоже про бывшую, только про другую. Везде я мимо пролетаю.       Внешне Егор не дал никакой реакции, пока внутри него все органы устроили внезапную перестановку, будто кидаясь друг другом в разные стороны. Причем тут его бывшие? Любит, сказала…  — Помолчи.       Она усмехнулась. — Какой же ты, блять, камень. Я тебе всю душу свою открыла за этот час, а тебе хоть бы хны. Ещё бы ты меня любил, размечталась, Аврора, — последнюю фразу она произнесла шепотом и отвернулась, чтобы он не увидел ее слезы, но он слышал ее тихие всхлипы и желание пристрелить самого себя только возросло.       Не горя особым желанием подниматься домой сто часов, Егор подхватил Аврору на руки, усмехнувшись ее визгу неожиданности. Но она все равно крепко взялась за его шею, вдыхая любимый аромат. Как только они оказались в квартире, он тут же понес ее в свою спальню и опустил на кровать, уходя в гардероб. Вернулся он оттуда с большой белой футболкой, принимаясь раздевать девушку. Он делал это без каких-либо иных намерений. Ей надо было отоспаться. Сложив ее одежду на другую сторону кровати, Егор бережно накрыл ее одеялом и собрался уходить, когда она недовольно промычала, хватаясь за его руку. — Не уходи…       Егор улыбнулся. — Спи, Аврора. Утром поговорим, если твой организм это переживет.

…

             Пронзительная, адская, невыносимая головная боль.       Первое, что она почувствовала, едва пробудившись. С трудом разлепив глаза, Аврора простонала от боли. Живот тоже болел. Какой отстой. Больше никогда не будет пить.        С трудом повернувшись на бок, она выпучила глаза, случайно зацепившись взглядом за бутылку воды и две таблетки аспирина на прикроватной тумбочке. Брюнетка улыбнулась, на секунду прикрыв глаза. Заботливый. Но ее брови сложились во что-то недовольное и улыбка тут же пропала, как только она вспомнила все, что было ночью. Стыд, позор и ненависть к этому подонку. Вот, что она сейчас чувствовала. Обреченно вздохнув, она потянулась к бутылке, открывая ее, закинула туда обе таблетки сразу и выпила почти залпом, предварительно встряхнув бутылку. Почувствовав себя немного лучше, Аврора решительно свесила ноги с кровати, соприкасаясь с чем-то холодным. Тазик… О, боже. Егор точно знал, как надо обращаться с бухущими в хлам людьми. К счастью, он был чистый и пустой. Отодвинув его в сторону, она встала и пошла в ванную, дверь в которую находилась прямо в спальне, чтобы умыться.        Аврора боялась выходить из комнаты. В квартире было подозрительно тихо. Ни единого звука. Может, он еще спит? Отличный шанс сбежать. Хотя, это было бы очень жестоко. Но разве он вчера не был с ней жесток? Бессердечный камень! Подпитал эго ее откровениями, а сам молчал.        Решительно схватившись за ручку, Аврора беззвучно открыла дверь и вышла из спальни, только услышав какие-то звуки с кухни. Она вздохнула и через пару мгновений уже стояла в проходе, смотря на Егора, который перекладывал что-то в тарелки из бумажного контейнера. Из динамика его телефона тихо играла музыка. Он обернулся, почувствовав, что на него смотрят, и ухмыльнулся, скрестив руки на груди. — Доброе утро, алкашня, — Аврора закатила глаза и схватилась за голову, которая до сих пор болела.        Проигнорировав его слова, она уселась за стол, поджимая под себя ноги. На нем лежал ее телефон. Она исподлобья посмотрела на Крида, который стоял к ней спиной, и бесилась. Какого хрена он такой внимательный и заботливый придурок? Раздражает! Громко фыркнув, она схватила свой айфон, купленный Егором, и виновато сомкнула губы, увидев пропущенные от Риты и Миши. — извини, планы поменялись, я у Егора.

Ритка🧡

— я уже знаю, он мне вчера написал, что забрал тебя

— передай Юрию Михалычу, что я сердечно извиняюсь за опустошение вашего мини-бара… — это был ход отчаяния

Ритка🧡

— Юрий Михалыч даже не заметит пропажи, не переживай) главное, что с тобой все ок

— как прошло ваше свидание?

Ритка🧡

— ахуительно

— расскажу при встрече

— ты тему то не переводи, что у вас с Егором? вы помирились?

— еще чего. — ладно, может и помиримся. — но не выебать ему мозги я не могу, он меня слишком обидел

Ритка🧡

— удачных ему голодных игр))))

      Аврора не успевает напечатать ехидный ответ, потому что на экране телефона резко высвечивается входящий вызов от брата. Она тут же принимает его. — Аврора, когда ты научишься сразу отвечать на звонки? — сердито спросил Миша. — Прости, Миш, пожалуйста… Так вышло. Что-то случилось? — Видела новости? — Нет, а что там опять?  — Зайди в наш диалог, я скинул.       Она закусила губу от любопытства, открывая переписку, и ахнула, когда прочитала один из постов.

«Андрей Абрамович, сын влиятельного бизнесмэна, был задержан этой ночью за обвинения в насилии и домогательствах. Анонимный источник заявил на него в полицию, попросив не раскрывать его личность. Мужчине грозит до тридцати лет лишения свободы»

— Ахереть, — протянула она в трубку, победно улыбнувшись, — Получается, мне не надо будет с ним видеться? — Нет, сеструха. Анонимный источник все порешал за тебя. — Но кто? И как? На него же ничего не было… — Сам в ахуе. Видимо, кто-то очень постарался.        Взгляд Авроры вдруг подозрительно упал на Егора, который продолжал непринужденно бродить по кухне с каменным лицом, делая вид, что не слышит, о чем они говорят. Неужели, это он? Ладно, это вряд ли. Зачем ему это делать? Она ему уже никто. А то, что было ночью… Исключение. — Просто забудь все, что вчера было. Я была не в себе, — наконец, она обратилась к нему, после того как завершила вызов с братом. — Да? А мне так не кажется. Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке, малышка, — сердце екнуло от того, как он ее назвал. — Тебе смешно?  — С твоей биполярки? Очень даже, — чуть грубо ответил Егор и поставил перед ней тарелку с сырниками и кружку с ароматным мятным чаем, который она так любила. В любой другой день у нее бы потекли слюнки, но сейчас ее чуть не вывернуло от вида еды. Через секунду он доложил в тарелку вилку и уселся напротив с такой же порцией, не отрывая от нее взгляда. — У меня нет никакой биполярки. Я не виновата в том, что без ума от человека, которому на меня наплевать, — она огрызнулась, не скрывая своей обиды, и прикусила губу, откинувшись на спинку стула. Егор вздохнул, шумно положив вилку на тарелку, отрываясь от трапезы. — Если бы мне было наплевать, ты не была бы сейчас здесь. Мне нахуй не надо возиться с тобой, как будто не хватает проблем и дел. Неужели, ты такая глупая, что не понимаешь этого? Или, если бы я сказал тебе пару беспонтовых ванильных слов в трубку, а сам поехал трахаться с какой-то моделью, это ты бы посчитала за поступок? Вы ведь любите ушами, не так ли? — Егор вспыхнул, повышая голос, чтобы до нее наконец хоть что-то дошло. Она опустила голову, сложив руки на груди, и опять начала борьбу с этими чертовыми слезами, от которых ее уже тошнило. Он опять прав. Как же это чертовски било по самолюбию. — Егор, я правда на нее похожа? — вдруг заговорила она, тупя взглядом в полную тарелку еды, к которой она так и не притронулась. — На кого? — спросил Крид, нахмурившись.  Она так быстро скакала с темы на тему, что он не успевал думать. Аврора подняла на него пустые глаза, до жути пугая его сейчас. — На Валю.  — Что?… — он растерялся, пытаясь понять, с чего она вообще это взяла. — Я задала тебе вопрос. Просто ответь. — Нет. Ты совсем на нее не похожа. То, что ты брюнетка с красивой фигурой не делает тебя моей бывшей. Вы абсолютно разные. — Тогда почему… — Аврора всхлипнула, прерываясь, — Почему ты все еще посвящаешь ей песни? — Я не посвящаю ей песни, — Егор покачал головой. — Кто внушил тебе весь этот бред? — Я сама догадалась. А что ты так занервничал? — У тебя паранойя. — Нет! Я интервью ее смотрела. Тебе всегда было все равно, но после него… — Аврора, что это за бред? Валя – мое прошлое, которое я никак не могу стереть. Но ты – мое настоящее. Я уверен в тебе и в своих чувствах на все сто. — Да, а чувства у тебя… Если вообще есть, то только потому, что я похожа на нее… — Хватит! — Егор разозлился, ударив кулаком по столу, и увидел в ее глазах, что она вообще не воспринимает его слова. Но ведь он даже ничего не сделал. — Хватит ебать мне мозги на пустом месте! Я тебе ни одного повода не дал. Ты можешь делать, что хочешь, я тебя вообще, блять, не держу. Валя тоже делала, в итоге сидит сейчас на подставном интервью, выдавливает слезы и говорит, что мы встретились не в то время. Тоже хочешь, чтобы все так закончилось?!  — А почему ты опять нас сравниваешь?!  — Это ты сравниваешь! Я ни разу об этом не думал! — Да?! Тогда к чему твои посты в телеграме? Ты мог выложить после нашей ссоры, после чего угодно, но ты сделал это после ее интервью, где она говорила о тебе! Ты думал о ней, просто признайся! — Да, думал, и это, блять, нормально! Это было везде, понимаешь, но это не значит, что я еще люблю ее или что-то в этом роде! Но эти посты! — он вздохнул, пытаясь чуть успокоиться, — Они были не о ней. Я выложил их, когда писал новую песню. О тебе, — он покачал головой, теряясь в этом абсурдном диалоге, и запрокинул голову, звонко соприкоснувшись со стеной. — Я не верю тебе. — Не верь, — он пожал плечами, — Мне уже все равно. — Класс, — она усмехнулась, стирая слёзы, и посмотрела на его полное безразличия лицо, чувствуя, как каждая клеточка ее тела кровоточит от боли. Не физической, а душевной. Он ее всю истерзал. А сейчас ему все равно. — Ты меня не слышишь. Никогда. Я разбиваюсь в лепешку ради тебя, а ты забиваешь себе голову какой-то Валей, на которую мне уже сто лет как похуй. Я не могу так, Аврора. И не хочу. Можешь считать, что я во всем виноват, я привык для всех быть злодеем, но я, блять, в ахуе с того, что ты действительно думаешь, что ты ничего не значишь для меня. Один единственный совет, — он наконец посмотрел на нее. Она заметила в его глазах какую-то искреннюю нежность и ее сердце вновь разбилось, — Перед тем, как заводить с кем-то отношения и любить кого-то, полюби сначала себя. Иначе так и проведешь всю свою жизнь, думая, что ты хуже других и в тебе можно любить только образы бывшей. Да, я во многих моментах немногословен, мне не свойственно постоянно говорить о любви и заливать в уши, я люблю делать, но ты и этого не видишь. Я устал, — у Егора дрогнул голос, заставив её покраснеть от стыда.       Его слова отрезвили ее в считанные мгновения, но она понимала, что поздно. Она облажалась. И все это время все портил не Егор, а именно она. Правда была горькой. Но Аврора её приняла. Наверное, никто бы не сказал ей это, кроме него. Но в его словах все равно не было злости, хотя он имел на это право. Аврора всхлипнула от осознания: она его не заслужила. Совсем. — Прости меня. Я правда дура. Не стоило тебе звонить. Всё это… Вообще не стоило. Думаю, мне лучше уйти, — она молниеносно оказалась в прихожей, обуваясь в попытках задержать свою истерику хотя бы до момента, пока не уйдет. Она схватила свою сумку и вылетела из квартиры, выпуская наружу абсолютно все эмоции, которые не хотела показывать ему. Не хотела давить на жалость.        Егор за ней не пошел, хоть и очень хотел. Он сходил с ума по этой девушке, но понимал, что у них ничего не выйдет в таких условиях. Им надо было побыть в одиночестве какое-то время. А может, даже, всегда. Возможно, они слишком разные. Но в это ему верить не хотелось. Он хотел быть с ней, но не сейчас. Батарейка в его сердце разрядилась. В очередной раз.