Часть 1

      Во внутреннем дворце произошло неожиданное: умер лекарь. Подавился. Просто подавился, никого рядом не оказалось, никто не помог, не спас, в общем: горе страшное. Так бывает.       Чье-то горе — чье-то благо, так было и так будет. Кто-то загадывает желания на падающую звезду, кто-то усердно молится, а кто-то просто пашет до кровавых мозолей, без выходных, сна и отдыха.       Мао Мао ждало повышение. Она была из последних.       Труд рано или поздно вознаграждается? Или все дело в правильных знакомствах?       — А? А так можно было?       — У нас нет выбора, — спокойно ответил Джинши. — Внутренний двор не может существовать без лекаря. Каждый день что-то происходит… Пока мы найдем подходящую кандидатуру, уже может быть слишком поздно.       Мао Мао с трудом скрывала довольную ухмылку. Теперь все содержимое кабинета лекаря в ее распоряжении?.. Это не сон? Ей не кажется?       — Это временно?       — Возможно. Но это не точно.       Для уверенности она ущипнула саму себя и, убедившись в том, что все — наяву, тут же засеменила прочь.       — И все? — послышалось в спину.       «И все», подумала про себя Мао Мао. Что еще он хочет услышать? Ненормальный. Чокнутый. Закрыть за собой дверь и скрыться подальше, туда, где не лезут в душу и не задают глупых вопросов, на которые у нее нет ответа.       — И спасибо, — она развернулась, закрыла глаза и поклонилась. Достаточно низко, чтобы оказать должное уважение за проявленное милосердие.       Без вмешательства Джинши ей вряд ли бы светила эта должность. Подсуетился, подсобил, оказался в нужном месте в нужное время и вставил свое слово, никто не смог и сказать ничего против.       Везение… Слишком много везения, слишком много всего — задаром. Простую служанку бы вряд ли заметили, вряд ли давали бы ей столько свободы. А за свободу приходится платить, дорого.       Еще не поздно прикинуться глупенькой, не понимающей намеков девчушкой и засеменить прочь. Не поздно ведь…       Мао Мао спешно расшаркалась и быстрым шагом направилась к выходу, но ее схватили за плечо.       — Прежде, чем отправиться в свой новый кабинет, загляни ко мне, хорошо?       — Как скажете, господин Джинши.       Слащавая улыбочка никогда не предвещала ничего хорошего. Но куда деваться?       В кабинете Джинши воздух спертый.       — Вы давно проветривали?       — А? — он оторвался от бумаг и недоумевающе взглянул на Мао Мао.       — Душно. Проветривать нужно, если не хотите ничем заболеть.       Он подпер голову рукой.       — Уже всерьез взялась за новые обязанности?       — С вашего позволения.       — Я зачем тебя позвал… Будь осторожна.       Настало время Мао Мао произносить этот глупый звук:       — А?       — Ответственность. За здоровье наложниц теперь в ответе ты. За роды, за…       — Я принимала роды. Обычное дело в доме удовольстви…       Джинши не дал договорить, хлопнул рукой по столу, поднялся, и вот, уже стоял в шаге от Мао Мао. Он говорил тихо, будто их кто-то подслушивал, а голос его подрагивал. Слабо, едва ощутимо, но Мао Мао слишком привыкла к его сладкому голоску, уловить измнения в тембре — проще простого.       — Это не подарок судьбы. Я… Как мог отметал твою кандидатуру. Пожалуй, даже пробуя яды, ты рисковала жизнью меньше.       А с каких пор проба ядов — легкая и непринужденная работа? Сам же ведь назначал.       — Одна ошибка, и полетят головы. Но на посту лекаря захотели видеть тебя. Просто… будь осторожна.       — Яд. Я бы хотела умереть от яда, я ведь говорила?       — Я не стану назначать тебе смертный приговор!.. Я же говорил!       Мао Мао пожала плечами.       — Вам придется. Работа такая. Один лечит — другой калечит.       Джинши молчал. Смотрел куда-то в стену, а затем также, ни сказав ни слова, открыл окно. Комнату обдало ледяным осенним ветром, запахом жухлой осенней листвы и переменами. По крайней мере, ей казалось, что так пахнут перемены.       Воздух теперь ощущался другим.       Очередное повышение в должности, из-за которого можно умереть?       — Иди уже.       — Как скажете.       Он снова уселся за стол и положил голову на руки. Заработался, наверное.