6 журавль

Немногим после их ухода на берег озера Тай опустился Огненный Феникс. Дюжина небожителей, отдыхавших поблизости, поспешила в свои жилища, и Жунь Юй отправил Ли с ними, глядя на кипящую воду под пламенным хвостом. Изящно ограничив истинную форму, Сюй Фэн прошагал вперед. - До Небес все чаще доходит слух, что ты часто гостишь у Повелителя Вод. - Небесам следовало обращать внимание на интересы озерных жителей куда раньше, - нахмурился Жунь Юй, ни на цунь не двинувшись с места. Сюй Фэн остановился от него в десятке шагов. - Если в прежние времена озерные жители вели себя так же дерзко, неудивительно, что Небеса это не устроило. Жунь Юй стиснул зубы и повернул к нему лицо. - Выходит, и нынешний Небесный Император опасается бунта мирных изганников? - Изменников, - поправил Сюй Фэн. - И эти опасения не так уж пусты, хотя мне видится, что ты зачастил к Повелителю Вод не только ради поддержания союза. Либо ты собираешься использовать Цзинь Ми против меня, либо просто злорадствуешь. Жунь Юй безрадостно усмехнулся. - Если твои доносчики столь хороши, то ты должен бы знать, что у бессмертной Цзинь Ми я до сих пор не в чести. Что же касается моих визитов к Повелителю Вод, то я действительно преследую этим личные цели. Но вряд ли тому, кто был всегда окружен обществом, удастся понять, насколько ценен добрый собеседник для того, кто всегда пребывал в одиночестве. Черты Сюй Фэна отразили явное сомнение. - Как бы то ни было, я не желаю, чтобы ты навещал моих тестя и супругу. - Вынужден отказать, - светским тоном отозвался Жунь Юй. - И добавить, что если ты начнешь вражду из-за партий в вэйци, то не только продолжишь традиции беззакония отца, но и превзойдешь их. - Тебе ли говорить об этом? - фыркнул Сюй Фэн. - От князей Царства Духов и Суй Хэ мне известно, что твой ставленник Ин Цюэ отдавал Темному Владыке не только камешки на доске. Уверенное лицо Сюй Фэна Жунь Юя позабавило: - К чему бы тебе волноваться об этом? Кажется, ты нынче и сам с демонами в полном согласии. - В любом Царстве есть и бесчестные предатели, и верноподданные. Жунь Юй отвернулся к линии горизонта и насмешливо согласился: - И у рыбы, нарисованной на стене один глаз… Ты из-за этого оставил Ин Цюэ верховодить у Птиц? Он внезапно стал для тебя таким верноподданным, или это ты стремишься править мягкой рукой? Или все же дело в том, что Небесное Царство ослабло, и избегает конфликтов? - не обращая внимания на стремительно мрачнеющего брата, Жунь Юй закончил: - Впрочем, я зря задаюсь вопросом. В том, чтобы поддерживать тех, кто поддерживает тебя, независимо от их поступков, ты остаешься верен себе. - То же можно сказать и о тебе, - парировал Сюй Фэн, окидывая взглядом озеро. Жунь Юй отозвался ледяным тоном: - От племени крылаток, Повелительницы Цветов, дяди Лянь Чао, и даже моей матери поддержки ждать не приходилось. Что же касается Повелителя Вод, Цзинь Ми и жителей озера Тай - им самим нужна моя поддержка. - До изменников мне нет дела, - фыркнул Сюй Фэн. - Но если ты будешь продолжать попытки убедить в подобном Цзинь Ми или Повелителя Вод, я этого просто так не оставлю. Жунь Юй смерил взглядом его нахохлившуюся фигуру. - Если твои собственные способности к убеждению пропали с получением мянгуани, я не в силах тебе помочь. С этим Жунь Юй развернулся по ветру, и зашагал вдоль берега. Сюй Фэн унесся в небо мгновением позже. Приземлился Фэн-ди прямо у стола, где ужинали Ло Линь, Линь Сю и Цзинь Ми. Выбросив перед собой сложенные ладони, Сюй Фэн отрезал: - Повелитель Вод, позвольте ненадолго прервать вашу трапезу. Мне необходимо поговорить с моей супругой наедине. Повелитель Вод нахмурился, но прежде, чем что-то произнес, Цзинь Ми встала, поправила ханьфу и прошагала к супругу. - Отец, я пойду… Немногим позже после их ухода во владения Повелителя Вод опустился Жунь Юй. Ему сразу показалось, что вечер здесь наполнен духотой, и он поспешил пройти во двор, где чета хозяев заканчивала трапезу. То, что Цзинь Ми за столом не было, его сразу насторожило, но он понадеялся, что это лишь следствие ее ребячливого своеволия и нелюбви к этикету. - Повелитель Вод, Повелительница Ветров. Едва опустив руки, Жунь Юй заметил на лицах напротив тревогу и решился просить напрямую: - Я хотел бы увидеть Цзинь Ми. Брови Ло Линя опустились, как вода в засуху, и взгляд перестал блестеть: - Моя дочь сейчас беседует со своим супругом. Тебе лучше уйти, Повелитель Ночей. Губы Жунь Юя едва заметно поджались. Пережив укол холода, он поднял тут же озябшие руки и откланялся. Однако уже за воротами те же покорные ладони сжались в кулаки, и с глубоким вдохом Жунь Юй принял невидимый облик, чтобы поспешить обратно. Сюй Фэна и Цзинь Ми он нашел довольно быстро - те медленно направлялись к одинокой беседке над берегом моря. Стараясь остаться незамеченным, Жунь Юй скрылся за оградой с подветренной стороны. Едва Цзинь Ми присела, Сюй Фэн пробасил: - Ты говорила, что не можешь быть с тем, чьи принципы столь отличаются от твоих. Но надеюсь, ты понимаешь, что я занял престол не ради власти, и не ради победы в каких-либо личных распрях с Жунь Юем. Я сделал это, чтобы власть была передана законным путем и трон не пустовал, создавая смуту. Цзинь Ми вздохнула, как и их незримый наблюдатель. - Это я понимала с самого начала, и не приписывала тебе властолюбия. Меня смутило другое… То, что, получив мянгуань, ты продолжил тиранический путь правления отца. - Я никогда не был так силен в риторике и стратегии, как Жунь Юй. Но в отличие от него, имею почтение к родителям и старшим. Тон Сюй Фэна был необычайно сдержанным, и Цзинь Ми задумалась. Сердце Жунь Юя, затрепетало, будто остывая на ветру. Вздохнув, Цзинь Ми твердо произнесла: - Твое почтение также избирательно. Ты учитываешь волю старших, лишь когда тебе это угодно. - Неужели? - бровь Сюй Фэна дернулась кверху, как язык пламени. - И в чем же мое почтение избирательно? Цзинь Ми покачала головой ладоням, сложенным на бедрах. - Когда ты соблазнял меня до свадьбы, о моей репутации и уважении к моему отцу ты не думал. Желание своей матери женить тебя ты отвергал. А бунтовать против отцовской воли тебе просто не приходилось. - Пусть так, - резко выдохнул Сюй Фэн. - Но именно сейчас я собираюсь нарушить волю отца. Если мой отказ от власти на Небесах в пользу Жунь Юя докажет тебе, насколько я изменился, и вернет тебя, я это сделаю. Цзинь Ми замерла, а невидимый взор Жунь Юя застыл на ней, как нестираемые капли туши. Чем больше мгновений проходило, тем больше ему казалось, что ветер пытается развеять его дух. Наконец, Цзинь Ми скрестила руки и произнесла куда-то под воротник: - Я не прошу тебя об этом и не просила. - Значит, ты не вернешься, если я оставлю трон? Сюй Фэн резко выпрямился, а Цзинь Ми уставилась в беспокойную лунную дорожку у края морского горизонта. - Дай мне об этом подумать. - Я приду за ответом завтра вечером, - неровно улыбнулся Сюй Фэн и вышел из беседки, чтобы упорхнуть в небо огненной птицей. Цзинь Ми еще некоторое время сидела на месте, сверля взглядом луну, а потом поднялась и зашагала обратно во двор, нервно срывая по пути травинки. Жунь Юй в смятении отправился за ней. Когда Цзинь Ми проходила мимо отца, тот с тревогой спросил, все ли у нее в порядке. Она отозвалась в прежней задумчивости: - Да… Просто надо кое о чем поразмыслить. Жунь Юй проводил ее до покоев отчаянным взглядом, но заставил себя вернуться к озеру Тай заклинать звезды - хотя на этот раз это нисколько не помогло ему сосредоточиться или успокоиться. Он думал о том, что судьба и впрямь напоминает ему мачеху - дает, лишь чтобы отобрать. А у Сюй Фэна, как и всегда, есть что предложить Цзинь Ми. И так же, как и в увиденной жизни, брат торговал любовь за трон. С выдохом Жунь Юй осмотрел свою работу. Тысячи звезд подмигивали ему, предлагая что-то свое. Мысленно он признал - что хотел бы править, наводя порядок и принося мир на Небеса, но только не такой ценой. Однако открыто говорить с Цзинь Ми он также опасался - слишком уж неожиданны были ее выводы в последнее время. И потом, с самого начала и до конца в обеих своих жизнях он желал лишь ее вольного согласия, без какого либо давления. Промаявшись так до рассвета у воды, Жунь Юй направился к Повелителю Вод. Тот встретил гостя радушно, но партию в вэйци предложил неохотно, а едва поставил камень, спросил: - Все еще хочешь поговорить с Ми-эр? - Ночью я потерял уверенность в этом желании. Камешек завис в руке Жунь Юя, а подушечка прижимавшего пальца побелела. Ло Линь вздохнул. Уставившись в доску, Жунь Юй упустил, когда Цзинь Ми вошла во двор, и от ее приветствия вздрогнул так, что камешек выстрелил из пальцев ей под ноги. Цзинь Ми нахмурилась, подняла его и положила на первое попавшееся пересечение. Поприветствовав ее с пронзительно-просящим взглядом, Жунь Юй уперся руками в колени, показывая Ло Линю, что не станет менять сделанный ее рукой ход. Пока тлела палочка благовоний, Цзинь Ми продолжала безучастно бродить рядом по саду, небрежно заклиная цветы, а игроки молча ставили камешки. К середине партии Жунь Юй начал довольно рискованное готэ, и Ло Линь, сняв его девятый по счету камень, нахмурился: - Повелитель Ночей нынче необычайно щедр. Заметив, как Цзинь Ми повернулась ухом к их столу, Жунь Юй кивнул и взялся за следующий камень. - Повелитель Вод не должен обманываться. Я уверен в цели, ради которой жертвую. Иначе от игры не было бы проку - вы не были бы счастливы нечестным выигрышем, а я попросту проиграл бы все - и игру и ваше уважение. Цзинь Ми надолго застыла, и цветок под ее рукой в считанные мгновения расцвел, сбросил лепестки и выпучил семена. А еще спустя пару кэ Жунь Юй выиграл партию и удалился. Тем же вечером встреча у беседки повторила вчерашнюю составом компании. Жунь Юй снова был невидим, хотя и в противном случае походил бы на неживое изваяние, а Цзинь Ми в свою очередь дышала глубоко, как ловильщица жемчуга перед прыжком в воду. И править «лодкой», где они оказались, снова взялся Сюй Фэн: - Ты подумала над тем, что я сказал вчера? - Подумала, - кивнула Цзинь Ми и резко выдохнула. - Я не вернусь, чтобы жить с тобой в браке, если ты оставишь престол… Вне зависимости от того, кому ты его передашь. Из-за темноты, резкой хмурости и по-птичьи скошенных век, Цзинь Ми показалось, что лучезарный Феникс превращается в огненного демона. Жунь Юй весь обратился в слух, а Сюй Фэн процедил: - Причиной нашей размолвки ты называла именно разницу взглядов. А теперь, когда я готов пожертвовать своими, ты все равно идешь на попятную. Ты изменяешь либо своим словам, либо своим воззрениям. Цзинь Ми принялась комкать верхнюю полу ханьфу,и витавший вокруг цветочный аромат почти пропал. Кулаки Жунь Юя стиснулись, но опасаясь выдать себя хрустом костяшек, он убрал руки за спину. Наконец, Цзинь Ми вздрогнула и выпрямилась: - То, что ты считаешь изменение своих взглядов жертвой, как раз доказывает, что в глубине души ты придерживаешься тех, что имел ранее. Невидимые глаза Жунь Юя округлились. Нет, он никогда не сомневался в находчивости Цзинь Ми, но не ожидал, что даже в таком подавленном состоянии она способна на такую отповедь. Сюй Фэн, на которого он перевел взор, выглядел столь же удивленным, но еще более раздраженным. Пока он молчал, Цзинь Ми мягко добавила: - Не надо ради меня чем-то поступаться. - Это не жертва! - наконец выпалил Сюй Фэн и придвинулся к ней так резко, что она отсела. - Эта власть никогда не была мне нужна. Мне нужна была только ты! Жунь Юй сердито поджал губы, но бешеный водоворот его мыслей внезапно потек в речах Цзинь Ми: - Ты называешь все жертвой, когда хочешь меня ей обязать. А когда не выходит, отказываешься от своих же слов. К твоим взглядам это не имеет отношения. Хотя жертвой это не назвать в любом случае: для тебя власть не представляет ценности, в отличие от Жунь Юя и изгнанников, которым она нужна, чтобы защитить хотя бы свои жизни и достоинство. Сюй Фэн резко вскочил: - Я не собираюсь жертвовать свою жену никому и ничему! Жунь Юй подобрался, готовый появиться воочию, а Цзинь Ми вздохнула и поднялась. - Я сама решаю и о себе, и о своей ценности. Скрежетнув зубами, Сюй Фэн унесся ввысь огненным столбом. Цзинь Ми зажмурилась и утерла взмокшее лицо тылом кисти, будто вылизывающая лапу кошка. Она была так бледна, что Жунь Юй подошел ближе на случай обморока, однако спустя фэнь Цзинь Ми встряхнулась, вздернула нос и вслух заключила: - В игре должен быть прок. Нервно улыбнувшись, Жунь Юй проводил ее до дворца, а оттуда направился к себе, пытаясь развеять осадок беспокойства медленным перелетом. В последовавший месяц новости охватывали Шесть Царств, как пожар. Жунь Юй решил пока не отлучаться из озера, а Янь Ю, приносивший ему вести почти каждый шичень, выглядел взмыленным и причитал, что от таких частых перелетов у него кожа не в сезон слезет. Жунь Юй уговаривал его прекратить эту разведку, но тем не менее именно от него своевременно узнал, что Сюй Фэн по какой-то причине сразился с Владыкой Града Нерушимости, изгнал того из Царства Духов, получил от старейшин предложение занять место Темного Владыки и после некоторых колебаний согласился. Небеса оказались оставлены императором в тот же день. К удивлению Янь Ю, после его рассказа Жунь Юй нахмурился еще больше, походил вдоль озера взад и вперед, и произнес: - Следует все прояснить. Так, прибыв в Небесное Царство с увязавшимся вслед названным братом, Жунь Юй обнаружил почти пустой Верхний Дворец. Замерли, казалось, даже облака на столбах главного павильона. Стражники прибывших не останавливали и не окликали, но среди них не было ни одного, кого Сюй Фэн прежде относил к своему личному составу. Беспрепятственно поднявшись к тронному возвышению, Жунь Юй увидел на столе императорскую мянгуань. Он сверлил взглядом неподходящие ей завязки так долго, что Янь Ю участливо замолчал. И ни один из них не заметил прибытия к дверям Владыки Лао, пока об этом не возвестил один из стражников. Лао Цзюнь окинул зал взглядом и обратился к застывшему спиной к нему Жунь Юю: - Повелитель Ночей, полагаю, эта мянугань оставлена вам. - Это не так с самого ее появления в Верхнем Дворце. С этим Жунь Юй развернулся к нему лицом, и увидел грузно шагающего к ним По Цзюня. Жунь Юй подобрался под своими белыми одеждами, как снег после оттепели, однако Небесный Страж лишь сложил ладони в приветствии: - Ваше высочество, если вы и ваши подданные в озере Тай вознамеритесь вернуться в Небесное Царство, ни я, ни оставшиеся здесь стражи не будем чинить тому препятствий и, напротив, с радостью продолжим исполнять долг по защите небожителей. - Вам приказал это последний Небесный Император? Жунь спросил спокойно, но По Цзюнь стушевался. - Нет, ваше высочество. Его величество… высочество… покинул Небесное Царство без каких-либо приказов. Жунь Юй удержался от того, чтобы скривить губы и вместо этого с вызовом приподнял бровь: - А как вы поступите, если Сюй Фэн возвратится и прикажет вам схватить тех, кто вернулся на Небеса? По Цзюнь снова поднял ладони к груди: - Перед воинами Небесной Армии Повелитель Пламени отрекся от престола, мянгуани и своей власти здесь. Мы будем подчиняться воле того императора, что займет его место. - И кто же станет здесь новым императором? - светским тоном поинтересовался Жунь Юй. Шлем По Цзюня нырнул в кольцо рук, как откормленная рыбка с красным плавником на голове. - Наследника его величество не объявил, и посему это должно быть решено мудрым согласием небожителей. Жунь Юй глубоко вздохнул. - А можешь ли ты, Страж По Цзюнь, ответить за только что произнесенные слова? Дать Небесную Клятву о том, что ни один из небожителей по возвращению сюда не пострадает от руки или оружия небесных воинов? С плохо скрываемой уязвленностью По Цзюнь решительно поднял в воздух три пальца, повторяя предложенное. На несколько мгновений прикрыв глаза, Жунь Юй окликнул Янь Ю и Владыку Лао: - Оповестите семью Повелителя Вод и жителей озера Тай о произошедшем и пригласите их к Верхнему Дворцу. Я же пока буду ждать здесь. Вскоре вся площадь у Верхнего Дворца наводнилась небожителями. Цзинь Ми, опустившись одной из первых, поглядела на разноцветное небо и шепнула отцу: - Ну вот, этот мост достаточно радужный. Увидев ее в толпе, Жунь Юй расслабил плечи. До последнего он переживал, не упустил ли момент, когда Цзинь Ми поменяла свое решение в отношении супруга. Когда все вспышки отсверкали и воцарилось молчание, Жунь Юй попросил По Цзюня построить своих воинов ближе. Тот удивился просьбе, и только собрав всех, понял, что первый принц решил учитывать каждое мнение. Описав возникшую на Небесах ситуацию, Жунь Юй предложил занять трон Повелителю Вод, однако тот усмехнулся, и указав Повелителю Ночей на замешательство присутствующих, вежливо произнес: - Как бы ни была лестна такая честь, я, как полагаю и все здесь, предпочту избрать того, кто уже доказал свои способности к правлению. «Поддерживаю» - раздалось из толпы вначале одним голосом, потом вторым, и наконец хлынуло потоком на всю площадь. А затем толпа небожителей разом опустилась на колени, как успокоившаяся волна с кувшинками поднятых рук. Хотя одно недовольное лицо в толпе Цзинь Ми все же увидела - броское красное-белое пятно трудно было не заметить. И только теперь ей пришло в голову, отчего Дан Чжу не донимал ее увещеваниями во время размолвки с Сюй Фэном - по-видимому, последний из гордости запрещал дяде визиты к своей упрямой жене. Когда все небожители поднялись, Владыка Лао повернулся к застывшему, как камень, Жунь Юю: - Повелитель Ночей, позвольте забрать мянгуань с тронного возвышения и подготовить церемонию. - Постойте… - на лице Жунь Юя отразилось колебание. - Подготовьте другую мянгуань. А ту, что в тронном зале… отправьте в Царство Духов Темному Владыке. С этим Жунь Юй развернулся и отправился посмотреть на свой заброшенный Дворец Небесных Сфер. Цзинь Ми проводила его долгим взглядом, а Куан Лу засеменила следом. Остановившись под ивой среди песчаных холмов, что некогда были кругами силы, Жунь Юй велел Куан Лу распорядиться о наведении порядка в своей обители. С удивлением та откланялась, а он так и продолжал стоять на месте, пока его не оповестили о готовности церемонии. Подготовленному одеянию и выбору Владыки Лао Жунь Юй умиленно улыбнулся: серебристое ханьфу с рисунком чешуи, вод и облаков. Ему уже представлялось, как осмелевшие подданные начнут шушукаться о заискиваниях Владыки Лао. Но пусть, самые сведущие однажды просветят несведущих о том, что их с Тайшан Лао объединяют воззрения и любопытство к предрассудкам смертных. Вот как сейчас - одним ханьфу почтенный мудрец напомнил ему о том, что смертные до сих пор считают за одно лицо Ли Эра, самого Лао и некоего исследователя звезд. Однако взгляд, что Жунь Юй на миг бросил в зеркало после облачения, быстро потемнел, а улыбка растворилась, оставшись в бронзе. Так или иначе, мянгуань была возложена на его голову также Владыкой Лао - Дан Чжу, кому это полагалось по старому церемониалу, стоял в углу и фыркал, как лиса, напрасно нырнувшая в снег за мышью. Цзинь Ми на Лунного Духа не смотрела вовсе, и вместо этого шушукалась с Пу Чи, несмотря на укоряющий взгляд отца. - Глянь-ка на этого императора, все ханьфу в чешуе, - тихо шипел Янь Ю. - Не успел вернуться на Небеса, а уже обрыбился. - Обдраконился, - шикала в ответ Цзинь Ми, щипая змея за бок. На его ответное «ай», несколько небожителей покосились с порицанием. - И вообще, - добавила Цзинь Ми, - ты и сам не без чешуи. - Это ты так подначиваешь меня показать тебе истинную форму? Я знаешь ли, могу быть очень длинным. Есть на что посмотреть. - Да мне и смотреть не надо, - закатила глаза Цзинь Ми. - Не иначе тебя за бесстыдство с Небес за хвост спустили. Лицо Янь Ю на миг вытянулось, но тут же он гордо вздернул подбородок: - Коль есть цветы, воткни их в волосы при всех. - У тебя, скорее птицы в волосах гнездо совьют. Цзинь Ми дернула его за свисавшую прядь, но на этот раз Янь Ю подавил вскрик, чтобы не быть выставленным за распущенные длины: - Как и у тебя. Я-то по крайней мере не против того, чтобы птица занимала мою голову… К этому моменту все замолчали, ожидая речей выпрямившегося императора. - Я не собираюсь управлять вами, - произнес Жунь Юй, прислушиваясь к ветру, что вдруг стал слышимым. - Только заботиться о вас. Море по справедливости ниже горных рек, и не должно довлеть над ними, тогда как любая река может прибегнуть к морю. Каждый, кто жил со мной у озера, видел там течение дел, и если хочет продолжать созерцать его таковым, то достаточно будет взглянуть на бег облаков здесь. С этим Жунь Юй замолчал, а небожители склонились единой волной, после расплескавшейся надвое к местам для пиршества. На пиру Небесный Император ни разу не улыбнулся, однако к его сосредоточенности, больше походившей на мрачность, все привыкли и праздновали без оглядки. Цзинь Ми не произнесла за всю трапезу ни слова, и уже после первой чаши вина попросила отца покинуть дворец, едва это станет приличествующим. Так, с позволения императора семья Повелителя Вод удалилась с пира первой. За воротами Верхнего Дворца Линь Сю заметила вялость падчерицы и сказала, что поспешит вперед и проверит, готовы ли покои в их дворце к отдыху, а сама Цзинь Ми попросила отца отправиться до Северных Врат пешком. Шагали они совсем медленно - Цзинь Ми против всякого этикета пинала каждый камешек, что замечала на мосту - будто лишний раз старалась доказать, что императрица из нее вышла бы никудышная. Ло Линь вздыхал, но на середине моста все же произнес: - Удивительно, что Повелитель Ночей сумел повлиять на все свое окружение, но не обрел ничего для себя лично. Как продавец вееров, что обмахивается рукой… - Теперь он император, - глухо возразила Цзинь Ми. - Его и слуги обмахнут. Все на своих местах, и времени на себя у него будет более чем достаточно. - Но не желания, - поджал губы Ло Линь. - Ненадолго… Получил цунь, доберется и до чи, - как можно увереннее хмыкнула Цзинь Ми. - Повелитель Ночей из тех, чьи цели определенны и неизменны. - Проще говоря - упрямец. Взор Повелителя Вод уткнулся в уровень Пурпурных Облаков. - Скорее из тех, кто предпочитает журавля в небе синице в руке. - Да вот и я о том же! - фыркнула Цзинь Ми. - Будет теперь стоять журавлем среди кур, и замечательно! И куры под ногами путаться не будут… - Одиночество не придает устойчивости даже журавлю, - вздохнул Ло Линь, покосившись на золотых драконов Северных Врат. - Вот глупости! - уперла руки в бока Цзинь Ми. - Журавль даже на одной ноге стоит крепко. Только так и может сделать шаг нападения к добыче. - Но для шага ему все равно нужны две ноги. Ло Линь продолжал шествовать, как непробиваемая стена цунами, а Цзинь Ми надула губы и упрямо пробубнила: - Рыбешка всегда отличался рассудительностью. Сочтет одиночество слабостью - найдет себе достойную женушку-императрицу и будет преспокойно править дальше. Неожиданно Ло Линь остановился и повернул к дочери посерьезневшее лицо: - Ведомо ли тебе, что он хотел отказаться от трона? - С чего бы Рыбешке отказываться? - хмыкнула Цзинь Ми. - Подданные Небесного Царства одобряют его власть, Сюй Фэн снял мянгуань добровольно. Откуда быть сомнениям? Ло Линь посмотрел на нее, как на малое дитя. - Очевидно, Повелителю Ночей помешал домысел, что правление может увеличить разрыв между вами. - И все же он не отказался, - пнула камешек Цзинь Ми. - Надежд на иной выбор ты ему не дала. - И правильно поступила, - отрезала Цзинь Ми, и поспешила миновать драконьи статуи.