7 колючки

К удивлению Ло Линя, его величество Юй-ди появился в его владениях на следующий же день. Повелителю Вод даже пришлось превратить улыбку в вежливый кивок, когда он заметил, как кисти императора по привычке дернулись кверху. - Надеюсь, новый статус не лишит меня вашего гостеприимства и прежнего радушия, - улыбнулся Жунь Юй и присел на предложенный ему табурет. - Мянгуань на узле бывшего Повелителя Ночей не заставит меня даже поддаваться в вэйци, - весело хмыкнул Ло Линь, и по взмаху его пальцев доска опустилась на стол. Жунь Юй с осторожной улыбкой выбрал камешек и всмотрелся к его прозрачное нутро: - Интересно, почему Повелитель Вод предпочитает всегда играть зелеными? Ло Линь не удержался от смешка: - То есть, Повелитель Ночей терпеливо боролся за власть, чтобы осмелиться спросить, отчего ему всегда приходится играть со мной красными? Жунь Юй поспешил сделать ход, ощущая, что кончики ушей становятся похожими на камешки из его чаши. На лице Ло Линя расцвела еще более широкая улыбка: - Ну раз уж его величество провел такое славное готэ, я отвечу: этот набор подарила мне Повелительница Цветов. Она предпочитала красные камешки, и потому я даже подзабыл, что такое разыгрывать цвет. Жунь Юй мечтательно улыбнулся. Цзинь Ми любила белые и синие. И они также никогда не разыгрывали цвет. Заметив, что дочь приближается к их столу, Ло Линь великодушно сменил тему: - Что с возвратившимися небожителями? - Смена обстановки была благоприятна для их умов, - с готовностью ответил Жунь Юй. Кивнув небрежному приветствию Цзинь Ми, он спокойно продолжил: - Повелитель Грома подумывает о реставрации дворца камнем, Цзин Вэй смеется над его начинаниями, Повелительница Молний обустраивает новые печи для эликсиров, Владыка Лао планирует создать Пилюли Бесчувствия и противоядие к ним. - Заметив, как Цзинь Ми навострила уши, он добавил: - Больше они никого не запутают, а невзаимно влюбленные получат шанс облегчить свою участь. Цзинь Ми сердито увеличила сорняк, чтобы легче было его вытянуть, и хмыкнула из-за спины: - Никого эти Пилюли Бесчувствия не путают. По опыту скажу, что надо просто думать головой. - Вот и проверим, - улыбнулся ей в спину Жунь Юй. - Я собираюсь стать испытуемым, и надеюсь, мне хватит разума, чтобы не натворить бед. Цзинь Ми обернулась, как маленький ураган. - Нет, не надо этого! - Почему нет? - пожал плечами Жунь Юй. - Я вполне подхожу на эти испытания. Цзинь Ми осеклась, и тут же прищурилась: - Ну… Все-таки немножечко они мешают думать, а вашему величеству нельзя терять голову и на цунь. Жунь Юй бросил все духовные и душевные силы на то, чтобы лицо осталось серьезным, а Ло Линь деланно посокрушался, глядя то на него, то на дочь: - Неужели мне теперь не с кем будет сыграть в вэйци по всем правилам? Сквозь надутые губы Цзинь Ми возмущение полилось через край: - Отец! Мое неумение играть в вэйци никогда не было связано с действием Пилюли! Никаким образом! У меня просто уникальный стиль игры! - Похоже, Небесное Царство ожидает уникальное крушение, - отшутился Ло Линь. - И вовсе нет, - добродушно отозвался Жунь Юй, глядя как насупилась его дочь. - Я вот хотел бы, чтобы в Небесном Царстве было больше небожителей, полных светлой непосредственности, подобно Бессмертной Цзинь Ми. Дао ведь познается не логикой и соблюдением канонов, а наитием и чувствами. Будь все менее умудрены в своих суждениях, как Цзинь Ми, это облегчило бы просветление тем, кто блуждает во мраке заблуждений и печалей. Признательность в глазах Цзинь Ми сверкнула и тут же исчезла. - Видишь, отец, это - слова Небесного Императора. А смертные говорят: послушать совет государя лучше, чем читать книги десять лет. - Вижу я, что над небом еще есть небо, - хмыкнул Ло Линь, косясь то на императора, то на дочь. - Так высоко, что даже павлиниха не решится лететь. - Суй Хэ теперь там постоянно, - фыркнула Цзинь Ми, и оба игрока в вэйци тяжело вздохнули - намеков цветочная дева либо не понимала, либо понимать не хотела. Следующая дюжина камешков опускалась в молчании, но Цзинь Ми, сделав очередной круг возле стола, вдруг подбоченилась и заявила: - Все равно нельзя, чтобы ваше величество ел Пилюли Бесчувствия. - Отчего же? - повернулся к ней Жунь Юй. - Разве императору плохо быть менее удрученным? - Некоторым для этого достаточно найти достойную императрицу, - хмыкнула Цзинь Ми. - Уверена, вашему величеству это будет несложно. Жунь Юй вздохнул, оперся в оба колена и рассудил будто бы отвлеченно: - Самое сложное в обладании властью то, что у советников не допытаться, какую цель они преследуют своими рекомендациями: излишне заботятся об императоре, умиротворяюще льстят или и впрямь хотят разделить мое бремя. - Какое там бремя! - возмутилась Цзинь Ми и указала пальцем сначала на парящее вдалеке Небесное Царство, а потом в землю под ногами: - На востоке есть, на западе ночевать. Жунь Юй посмотрел на нее с укором. - Моя бы воля, я бы не менял стороны света и выбрал бы место, где угощают пирожками с отваливающимся низом. Но что поделать, все предопределено, и над некоторыми вещами нет власти даже у императора. Только и остается, что ночевать на небесах, и есть вместо пирожков Пилюли. Взор Цзинь Ми заметался, а грудь заходила ходуном: - Сочувствую вашему величеству, но и впрямь, как поступать с Пилюлей Бесчувствия дело единолично ваше. С этим она убежала в глубину сада, позабыв о так и торчащем из земли гигантском сорняке. В последующие два дня Небесный Император взялся за дела так, что Куан Лу приходилось напоминать ему о трапезах. И на пирожки Юй-ди смотрел особенно неодобрительно. Однако на третий день, в разгар полдня, в Верхний Дворец прибыл Повелитель Вод с дочерью и Темный Владыка, гневно косящийся на супругу прямо на ходу. Жунь Юй сразу подошел к лестнице и постарался выглядеть ледяной глыбой, которой его давно прозвал дядя. Остановившись у тронного возвышения, Ло Линь произнес: - Я прибыл просить Небесного Императора расторгнуть брак между моей дочерью и Темным Владыкой. Жунь Юй застыл, так и не сумев определиться, стоит ли ему оставить маску бесстрастности, или все же улыбнуться. Хотя бы в качестве приветствия… Однако прежде чем он заговорил, Сюй Фэн шагнул вперед так, будто собрался взлететь. - Небесный Император не властен расторгать брак, не им заверенный! - У меня есть на это права, - спокойно отозвался Жунь Юй. - Ты занял трон незаконно! - Отчего же? Я получил мянгуань из рук мудрого старейшины, с согласия всех небожителей. У Повелительницы Судеб не нашлось на то возражений. И пусть я получил права на престол не из рук отца, сейчас мои полномочия и обязанности не меньшие, чем были у него. Сюй Фэн стиснул зубы и метнул такой жгучий взгляд на Цзинь Ми, что та поспешила скрыться за отца. Его негодование, не достигнув новой цели, вернулось к прежней - что раздражающе сияла в серебристых одеждах. - В любом случае, я против расторжения своего брака, и не вижу тому оснований. Жунь Юй вздохнул. - Волю супруги и тестя Темный Владыка совсем не желает учесть? - Повелитель Вод всегда идет на поводу у дочери, которую едва не потерял. И справедливо ли учитывать волю той, кто вообще ни с чем и ни с кем не считается? Ни с обязательствами, ни с бессмертными! Вынуждает мужа нарушать волю родителей, а потом оставляет свои слова пустыми? В подобном поведении ни совести, ни принципов, ни благодарности! Запальчивая речь Сюй Фэна заставила Цзинь Ми высунуться из укрытия с отчаянным возгласом: - Когда совестью пытаются принудить или обязать, лучше задуматься, у кого ее больше! - Я все равно не позволю расторгнуть наш брак! - Постойте, - остановил их тихим ледяным тоном Жунь Юй и подошел вплотную к ступенькам. - Небесный Император обязан отвечать всем просителям и визитерам. Все трое застыли молча, и он продолжил: - Насколько утверждает Темный Владыка, его жена не проявляет благочестивого уважения к его родителям и чрезмерно болтлива. И это уже два из семи законных оснований для расторжения брака. Как Небесный Император, я обязан внять заявлениям супруга и удовлетворить их. Глаза Цзинь Ми распахнулись, и осознав находчивость Жунь Юя, она едва подавила желание добавить еще пару оснований: невозможность родить мужу сына, и свой протест против того, чтобы тот брал в жены наложниц - дабы пожалеть бедняжек. Сюй Фэн обомлел, а Жунь Юй жестом подозвал служанку, чтобы ему принесли брачный договор. Увидев, как драгоценный свиток обратился в прах и развеялся, Сюй Фэн двинулся на две ступени к Жунь Юю: - Я более не принадлежу к числу небожителей, и Небесный Император мне не указ! - Разумеется, - кивнул Жунь Юй. - Я не ведаю делами в Царстве Духов. Как не ведаю о заключении брака между небожительницей Цзинь Ми и Темным Владыкой по правилам демонического Царства. По твоим жалобам я расторг тот брак, что мог расторгнуть. И теперь могу лишь пообещать своим подданным защиту от незаконных притязаний. - И впрямь нет места нечестивее Небес! - бросил Сюй Фэн, и напоследок смерив взглядом Цзинь Ми и ее отца, взмыл сияющей птицей прямо со ступеней, где стоял. Жунь Юй проводил его задумчивым взглядом, а Цзинь Ми постучала себе по уху - там будто застрял пронзительный птичий крик. Наконец, Небесный Император чуть наклонился к просителям: - Все ли ваши требования удовлетворены? Повелитель Вод испытующе посмотрел на дочь, но та спешно закивала: - Все, и даже чуточку больше. Жунь Юй едва заметно улыбнулся, и Ло Линь с дочерью откланялись. Задор, что Цзинь Ми получила на Небесах, окончательно иссяк всего через пару дней, и Ло Линь, покачав тому головой, предложил ей отправиться на рыбалку. Но ни солнце, ни плеск воды, ни быстрая лодка не придали Цзинь Ми былого оживления, а вместо удочки она перекинула через борт ноги и вяло колотила по воде пятками. - Ты так всю рыбу распугаешь, - со вздохом подытожил Ло Линь и убрал весла в уключины. - Ну и хорошо, - отмахнулась Цзинь Ми. - Пусть рыбешки свободными плавают. - Если бы ты не била ногами по воде, они предпочли бы крючок. Цзинь Ми закатила глаза: - Умные рыбешки не захотят быть съеденными. Я спасаю их от собственной глупости. Ло Линь вздохнул и бросил приманку в воду. - Рыба клюет по своему разумению, но только в твоей власти отпустить ее или съесть… Но что уж… Даже старик Цзян, усовестившись ловить без наживки, все равно сидел и ждал, когда рыба сама клюнет. - Ничего он не ждал, - буркнула Цзинь Ми. - Это у рыбы беда, что она слишком глупа в своем подобострасти к старику Цзяну. В последующие две луны Небесный Император навещал семью Повелителя Вод так часто, что на его собственный взгляд это выглядело даже несколько неприлично. Цзинь Ми по обыкновению ворчала, выискивала у него очередные изъяны, злилась и убегала, чтобы после ее успокаивал отец. И так по кругу, как в водном колесе. Старания Жунь Юя переубедить ее не сдвинуло дела с мертвой точки ни на цунь. Даже хуже - с каждым визитом Небесный Император все больше терял благосклонность Цзинь Ми и возвращался в Небесное Царство с новой едкой отповедью. А в них цветочная дева и впрямь поднаторела: на каждый его указ она находила критику, на каждое слово - десять аргументов против. Даже одеяния императора по ее мнению были слишком блеклыми, а мянгуань была криво надета. Насчет последнего он мысленно соглашался - какой там порядок на голове, когда та шла кругом. Однако несмотря на шквал упреков Жунь Юй не раздражался - с одной стороны он был слишком рад встречам с Цзинь Ми, с другой - день за днем терял надежду что-то изменить и ощущал бессилие. А со временем ему стало казаться, что озерные жители и впрямь были правы - Цзинь Ми попросту не хотела замуж и бежала от возможных женихов, как от тигра. И к исходу третьей луны ее раздражение достигло пика. В тот день Жунь Юй по обыкновению пришел продолжить партию в вэйци, но Повелитель Вод отбыл к озерам, и его встретила Цзинь Ми. Полумесяцы ее бровей сошлись клином, а поклоном можно было отрубать головы. - Мой отец отбыл, ваше величество. Не тратьте здесь попусту время. Жунь Юй нервно перебрал пальцами под рукавами. - А скоро ли Повелитель Вод возвратится? - Я не глашатай и не распорядитель аудиенций Небесного Императора, - фыркнула Цзинь Ми. - Разумеется, - улыбнулся Жунь Юй, сдерживаясь, чтобы не шагнуть ближе. - Но тот, кто во дворце остается за главного, наверняка обо всем осведомлен. - Это только на Небесах постоянные распри за главенство и постоянный за всеми досмотр. А в нашем дворце все одинаково главные. И очень занятые. Жунь Юй ожидал, что Цзинь Ми, как обычно вздернет нос и убежит по своим делам в сад, но она вместо этого принялась невозмутимо заклинать цветы прямо под его ногами. Жунь Юй отступал, чтобы ненароком не сломать ее тонкую работу, но в конце концов был приперт к стене дворца. - Бессмертная Цзинь Ми, - выдавил Небесный Император, осознав, что окружен цветами со всех сторон. - Раз уж во дворце только ты, могу я попросить разрешения подождать Повелителя Вод здесь? Цзинь Ми напряженно поджала губы и прорастила колючий сорняк прямо под подолом Жунь Юя. Уши императора загорелись и покраснели, будто были цветущим продолжением растения. Цзинь Ми продолжила заклинать с ворчанием: - А у вашего величества, я смотрю, много свободного времени… На нем ответственность за целое Небесное Царство, а он только и знает, что прохлаждаться у воды. - Я намеревался обсудить с Повелителем Вод важные вопросы касательно управления… - только и смог выдавить Жунь Юй, вынужденный поднять одну ногу, чтобы голени не коснулись колючки. Цзинь Ми прищурилась и кивнула на его позу: - Ну да, ваше величество теперь, что журавль - хоть на одной ноге, а за всеми свысока следит. Император Тай Вэй, помнится, тоже относился к моему отцу с подозрением. Но от того хоть в затворничество сбежать было можно. Жунь Юй стиснул зубы, но колючка уже доросла под подолом до колена и мешала сосредоточиться. - Я вовсе не имею никаких подозрений или скрытых намерений… Цзинь Ми на миг застыла, но тут же снова нахмурилась, передразнивая слова Жунь Юя, что когда-то слышала: - Ну разумеется, и подозревать незачем - что от вашего величества утаишь? «Ты знаешь, я знаю, небо знает… Кто ж говорит, что никто ничего не знает?» - Внезапно в глазах Цзинь Ми мелькнула догадка о прозорливости Рыбешки относительно ее сердечных перипетий, и она добавила с еще более горячей неприязнью: - Еще бы не знать - ваше величество ведь теперь пользуется властью, чтобы докучать визитами своим подданным и выведывает, что ему вздумается. Краски схлынули с лица Жунь Юя так быстро, что казалось, будто он принимает невидимую форму на фоне белых стен дворца. Он даже ожидал нового, еще худшего сравнения со своим отцом и невольно вспомнил, каким деспотичным был с Цзинь Ми сам во сне Брахмы. Подняв на нее глаза полные несчастья, он глухо произнес: - Бессмертная Цзинь Ми права. Мне следует удалиться. С этими словами Жунь Юй поднялся в воздух рассеянным светом, так и не задев ни одного цветка. Оставшись в одиночестве, Цзинь Ми болезненно зажмурилась и заставила колючий сорняк завять. Приземлившись прямо у Дворца Небесных Сфер, Жунь Юй зашел внутрь и закрыл двери. Очень, очень тянуло что-нибудь здесь развеять или сломать руками. Но с полки на него укоризненно смотрел фарфоровый Брахма, и он вспомнил, что не должен был ни на что рассчитывать изначально. Дернул же его демон подслушивать в саду Ло Линя и понадеяться… Жунь Юй вдохнул так, что заболели ребра, а руки его остались свисать как плети. Сгорбившись, он присел на топчан и уронил лицо в руки. Грех жаловаться - он получил трон малой кровью и, возможно, даже заставил отца признать грехи. Остался с Цзинь Ми в лучших отношениях, чем в той реальности, что показывал Брахма. И все же домыслы в собственной голове остановить не удавалось. Может, он был слишком навязчив и наскучил Цзинь Ми? Или рассмотрев его внимательнее, она снова в нем разочаровалась? Как знать, возможно, Пилюля рассыпалась вовсе не из-за чувств к нему, а Цзинь Ми поздно осознала свое заблуждение… Может, она даже сожалеет о размолвке с Сюй Фэном, и переносит гнев на него, потому что он расторг ее брак. Что если она вовсе этого не желала и лишь подчинилась воле отца? Быть может, вообще, все ее жалобы отцу были ложью - с Цзинь Ми сталось бы изображать стыд и чувства из опасений, что тот будет разочарован ее поведением… Голова Жунь Юя покачала руки, как ветви под северным ветром. Неужели Цзинь Ми думала, что он когда-нибудь расскажет Повелителю Вод о том, что видел у пруда Лю Цзы? А может, все дело в том, что поначалу она действительно испытывала вину, но увидев, что он спокойно перенес измену, решила, что не так уж ему нужна ее любовь, и успокоилась? Может, кроме этого стыда она ничего и не чувствовала? Жунь Юй закусил губу и устало прикрыл веки. Нет. Ему нечего сетовать. Он знал, что все будет именно так. Сам виноват, что получив Небесное Царство, выстроил еще один воздушный замок. Нельзя быть жадным. Тем более имея способ эту жадность упредить… Как только Повелитель Вод ступил за ворота своих владений, то тут же очутился в цепких руках Цзинь Ми. Она висла на его рукаве и трясла его, как грушу, сбивчиво тараторя о том, что произошло днем. Речь ее была полноводной рекой, и причитания от слова к слову выплескивались на щеки солеными каплями. Все же уловив в этом бурном потоке суть, Ло Линь нахмурился. - И что же моя дочь теперь хочет от меня? - Я… хочу… хочу… - всхлипнула Цзинь Ми и утерла ресницы. - Не знаю… Просто придумай какой-нибудь предлог, чтобы пойти к Рыбешке, и возьми меня с собой! - Зачем? Ты же сама его выпроводила. Под усталым взглядом отца Цзинь Ми стушевалась. - Ну да… Но нельзя же быть грубой, и тем более оставлять это без извинений! - Ну хорошо, - шумно выдохнул Ло Линь и кивнул. - Приведешь себя в порядок, и пойдем. Сегодня еще не поздно. Жунь Юй заставил себя пересмотреть все доклады за день, включая даже те, что можно было отложить еще на неделю. Последние свитки он просматривал уже в саду под ивой, куда его буквально выгнали увещевания Куан Лу. Пилюля Бесчувствия по словам Владыки Лао была еще не готова, но измотанный переживаниями император сумел добиться легкой прострации, заняв себя делами. Посему, когда Куан Лу доложила о том, что Повелитель Вод с дочерью попросили о приеме, он выронил свиток. Едва Цзинь Ми пересекла мостик, Жунь Юй мысленно поклялся, что не станет строить догадки, зачем она здесь. В конце концов, ее лицо выражало прежнее раздражительное беспокойство - будто и у нее под подолом пряталась колючка. Ло Линь тоже выглядел озабоченным, но приблизившись, произнес спокойно: - Цзинь Ми сообщила, что днем ваше величество приходил с визитом и намеревался поговорить со мной о делах, однако, не застав меня, ушел. Также моя дочь сказала, что ваше величество был весьма настойчив в этом своем желании, и я предположил, что имелось ввиду нечто срочное. Жунь Юй почувствовал испытующий взгляд Цзинь Ми исподлобья. Не исключено, что Повелитель Вод догадался о том, как все произошло на самом деле, и решил убедиться в домысле. А Цзинь Ми, похоже, переживала, что он будет выговаривать отцу за ее поведение. Незаметно вздохнув, Жунь Юй пригласил гостей за стол, и когда те присели, спокойно произнес: - Все верно, Повелитель Вод. У меня есть несколько вопросов для обсуждения с вами. Не срочные, но я очень хотел разобраться с ними пораньше, и потому проявил настойчивость во время своего визита. Если вы не возражаете, я бы предпочел обсудить их сейчас, за партией вэйци. Ло Линь кивнул, а Цзинь Ми посмотрела с любопытством. Однако спокойствия или облегчения на ее лице не появилось также, и Жунь Юй решил, что теперь она недовольна тем, что ее попусту затянули на очередные скучные посиделки. К его удивлению, к разговору она все же прислушивалась, будто пыталась понять, действительно ли дело было серьезным. А потом, когда речь зашла о мелочах, Цзинь Ми молча надула губы, бросая на отца возмущенные взгляды. Жунь Юй решил, что она хочет поторопить Повелителя Вод с завершением визита, но теперь не решается показаться невежливой - особенно после того, как отец ее в этом заподозрил. Ло Линь же продолжал спрашивать и уточнять, как будто был заинтересован в беседе больше самого инициатора. И камешки вэйци, и вопросы от него падали, как затяжной дождь. Цзинь Ми оставалось только вздыхать, склоняясь к столу, как прибитый этим дождем цветок. Это показалось Жунь Юю немилосердным, и дождавшись, когда Ло Линь сделает ход, он уперся в колени и произнес: - Повелитель Вод, благодарю за визит и плодотворное обсуждение дела, однако на этом я вынужден прервать нашу беседу. К сожалению сегодня у меня еще есть дела, которые не терпят отлагательств. Ло Линь кивнул, встал и посмотрел на дочь. Цзинь Ми встрепенулась, будто разбуженная кошмаром, и вперила ответный взгляд в отца. Не дождавшись от него помощи, она обратила свою обиду себе же в помощь: - Отец, ступай вперед… Вы все обсудили, а мне нужно кое что сказать его величеству наедине. Ло Линь на это непочтительное спроваживание прищурился: - Его величество сказал, что сейчас будет занят. Негоже отвлекать его от дел. На миг глаза Цзинь Ми сердито вспыхнули, но тут же исполнились того же сожаления, что у кота, оплакивающего мышь: - Я не отниму у императора много времени… Покачав головой, Повелитель Вод откланялся, а Цзинь Ми подошла к опешившему Жунь Юю. - Ваше величество, я хочу извиниться за то, что вела себя днем невежливо. - Не стоит беспокойства, - выдавил Жунь Юй, безуспешно избегая ее взглядом. - Я действительно не учел, что подданные могут привечать меня лишь из-за моего положения, и, более того, могут опасаться возражать или отказывать… На лице Цзинь Ми снова появилось недовольство: - Да я тебя никогда не боялась! - Значит, дело в этикете, - заключил Жунь Юй, скрывая вздох так, что стал казаться неживой частью сада. Цзинь Ми потрясла головой, как мокрая кошка, и принялась перекатываться с пяток на носки: - И не в этикете тем более! - Тогда к чему эти извинения? Цзинь Ми замерла на носках. В тишине ей показалось, что она может услышать и стук сердца и то, о чем говорят покрасневшие глаза напротив. Наконец, она пожевала губу и пробубнила: - Потому что ваше величество - гость моего отца… - Тогда это тем более не стоит твоей тревоги. В следующий раз, когда нам с Повелителем Вод нужно будет побеседовать, я приглашу его сюда. Думаю, он будет не против посетить мою обитель, сколь бы скромной она ни была. А в крайнем случае, мы можем найти и другие места в Небесном Царстве, или где-то еще. Лицо Цзинь Ми вытянулось с сердитым пыхтением, а взгляд забегал по непробиваемо-каменным чертам Жунь Юя. Наконец, она выпалила: - Ну уж нет! Иначе получится, что семья Повелителя Вод отнеслась к вашему величеству с недопустимой непочтительностью. И отец расстроится! И если ваше величество перестанет посещать наш дворец, я решу, что вы затаили обиду… - По-твоему я настолько злопамятен? От печального взгляда напротив Цзинь Ми показалось, что смеркается раньше положенного. - Нет, не в этом дело… Цзинь Ми замолчала, растеряв слова от понимания, что снова его задела. - Ах, верно… - Жунь Юй прикрыл глаза, и встал к ней спиной, якобы любуясь колыханием ивовых ветвей. - Ты судишь по тому, что видела на мятеже, и потому действительно можешь иметь все основания считать меня мстительным. Снова развернувшись к растерянной деве, он продолжил: - Однако, если для твоего спокойствия нужен мой визит, я продолжу посещать Царство Вод. Просто попрошу Повелителя Вод устроить встречу подальше от вашего сада. Губы Цзинь Ми стянулись пухлым кисетом и повиляли из стороны в сторону. - И ты ни капельки на меня не обиделся? - К чему обиды на собственные неоправданные ожидания? Цзинь Ми застыла неприятно пораженной, и Жунь Юй уточнил с какой-то блажной и чуждой улыбкой: - Мое сиюминутное огорчение уже прошло, и впредь больше не будет меня тревожить. Не переживай. Ресницы Цзинь Ми захлопали в непонимании: - Так ты все же не будешь у нас гостить?.. Ты же сказал, что будешь, чтобы я не считала тебя злопамятным… - Я продолжу свои визиты к вам. Просто больше не стану остро реагировать, если снова столкнусь с твоим недовольством. Озадаченность Цзинь Ми сменилась внезапным пониманием: - Так ты решил принять Пилюлю Бесчувствия? Или уже принял? Жунь Юй застыл молча, а она смотрела на него так, будто собиралась влезть к нему в рот, чтобы проверить догадку. Наконец она шагнула к нему с такой решимостью, что под подошвой сапога расплылся маленький круг силы. - Ваше величество совсем не думает обо… о чувствах своей будущей императрицы! Замыслив такое, ваше величество должен был сперва спросить разрешения у той, на ком хочет жениться! Жунь Юю показалось, что он растворяется под одеждами. Как облако, из которого ветер выполоскал весь дождь. Сглотнув, он произнес как можно спокойнее: - Бессмертная Цзинь Ми права. Спасибо, что просветила меня. Пожалуй, я спрошу мнения вероятной императрицы завтра же вечером. Рот Цзинь Ми задергался, и едва смог исторгнуть: - Не стоит благодарности, ваше величество. Позвольте откланяться. Если до этого Жунь Юй чувствовал себя опустошенной тучей, то теперь эта туча переполнялась новой тревожной надеждой. Следующий день для Цзинь Ми тянулся очень долго. Она даже спросила у отца, когда наступит вечер. Тот этому только подивился: - Что за странный вопрос? Как стемнеет, так и вечер. - Ничего не странный! - топнула ногой Цзинь Ми. - Мне нужно знать точное время! - Началом вечера считают конец Часа Петуха. Цзинь Ми к его удивлению только закатила глаза: - И почему я не удивлена… Какая мелочная метафора для императора! С этим она удалилась, а Ло Линь тихо хмыкнул ей вслед: - Ну хоть не всякий рассвет возвещает курица. В противоречивых эмоциях Цзинь Ми побежала к постаменту с солнечными часами и принялась кружить вокруг него, подумывая, не сдвинуть ли ей чуточку гномон. Рыбешка наверняка явится вовремя - это так же определенно, как то, что солнце поднимается на востоке… а указав на сломанные часы, она сможет упрекнуть его в опоздании и получить преимущество до начала беседы. Дернув за гномон раз-другой без результата, Цзинь Ми признала, что все ее замыслы бессмысленны, ребячливы и разрушительны. Хорошо хоть есть на свете прочные вещи, вроде гномона… Посему она оставила часы в покое, и принялась ходить вокруг постамента для циферблата. Ее сердце влекли сразу два противоположных желания: чтобы побыстрее стемнело и чтобы солнце не садилось вовсе. И ко всему ее мучила тревога - а вдруг Жунь Юй уже нашел себе другую невесту и не ее имел ввиду? Мало ли с кем он еще в вэйци играет! Может, оттого он и решился сделать кого-то императрицей, что устал от ее упреков и получил вчера последнюю каплю в чашу терпения? Но зачем тогда ему Пилюля? Любая хотела бы стать императрицей… Цзинь Ми устало повертела головой. В который раз она подумала, что в семье Тай Вэя все какие-то ненормальные. Но больше всего Цзинь Ми беспокоило то, что она не знала, что ответить Жунь Юю, если он открыто спросит ее о том, что вчера обещал. Хотелось бы сказать одно, но памятуя, сколько боли она ему принесла, ей казалось, что любой ответ, кроме нового выпроваживания, застрянет у нее в горле. А потом она снова думала о том, что Жунь Юй не придет. Только без какого-либо облегчения. Цзинь Ми оглянулась на вытоптанный в траве круг, и поворчав, подняла примятые растения духовной силой. В конце концов, если Жунь Юй и не придет, то правильно сделает. Все будет правильно и справедливо. Выпятив нижнюю губу, Цзинь Ми плюхнулась в траву и на этом решила оставить всякие размышления. А вечер действительно выдался странный - стемнело слишком рано, но ни одной звезды не было видно. И подмеченное на небе безобразие Цзинь Ми решила взять на вооружение. Не гномоном укорять, так беспорядком… Единственная звезда, что все же появилась в небе, тут же упала к воротам дворца Царства Вод, обернувшись Небесным Императором. В сумерках его светлые одежды сияли, а губы нервно дергались. Цзинь Ми хотела скривиться педантичной чистоте, но рот не слушался, и она спряталась в приветственный поклон. Цикады вокруг вдруг замолчали. Жунь Юй подошел ближе, и осмотревшись, произнес: - Бессмертная Цзинь Ми, не могли бы мы побеседовать где-то наедине? Цзинь Ми передернула плечами: видел же император, что вокруг ни души. С чего такая предусмотрительность?.. Подавив желание озвучить этот вопрос, она указала ему на сад, усыпанный персиковыми цветами сверху донизу. Ступая следом за Цзинь Ми, Жунь Юй заставлял себя сосредоточиться на красоте деревьев. Днем он настолько извелся, что подумывал проглотить Пилюлю Бесчувствия для одного только спокойствия в предстоящем разговоре. Он думал, что достиг некоторого равновесия в том, чтобы принять любой исход, однако теперь только и мог, что пытаться отвлечься на лепестки под ногами и попытки найти закономерность их падения. Совершенно безнадежное дело - персиковый сад выглядел прекрасным хаосом, как и все, что создавалось дочерью Повелительницы Цветов. Наконец, они вышли на поляну с качелями, и Цзинь Ми, сев на один край доски, предложила Жунь Юю другой. Отыскав устойчивое положение, и упершись для верности пятками в землю, Жунь Юй повернулся к ней вполоборота. Голос его был вкрадчивым, как он ни старался сделать его проще: - Цзинь Ми, Пилюля Владыки Лао готова к испытанию. И я хочу спросить тебя, следует ли мне ее принять? Взгляд Цзинь Ми остановился на лепестках под ногами. - Это не мне решать, я же говорила. Жунь Юй сглотнул, слепо уставившись на опадающие цветы, и постарался добавить голосу доброжелательности: - Но раньше ты охотно давала мне в этом совет. И немногим позже говорила, что я обязан уточнить это у той, которую хочу взять в жены… - Я поняла, что ошибалась, - отрезала Цзинь Ми. - Это решение только во власти вашего величества. Жунь Юй стиснул колено пальцами, но тут же их расслабил. - Верно, но чтобы решить, я должен быть просвещен. Я ведь прихожу сюда с надеждой, и только ты можешь сказать, пуста ли она. Мне снова нужен твой совет, чтобы выбрать путь. Цзинь Ми горячо задышала в воротник, и тут же вскинула голову: - Почему я должна нести ответственность за решения вашего величества? - Я прошу тебя не выбрать за меня, а ответить, как тебе хочется, чтобы я мог сделать выбор. И мне не нужна твоя жалость, поскольку у меня есть надежный способ утешиться. Твоя нелюбовь больше не заставит меня страдать, но любовь может сделать меня счастливым. От просветленной улыбки Жунь Юя Цзинь Ми стало нехорошо. Брови ее выгнулись как хвостики уточек, которые собирались плыть вместе, но передумали в последний момент. Ее голос зазвучал тише, чем опадающие вокруг лепестки: - Мне ли говорить об этом после всего? - Только ты и можешь дать мне ответ, - вздохнул Жунь Юй. - Будь решение за мной, мы уже давно были бы вместе. Цзинь Ми посмотрела на него с отчаянием: - Если ты простишь меня, то потеряешь собственное достоинство. Жунь Юй наклонился к ней едва заметно: - Ты перестанешь уважать меня после? Настолько, что я стану тебе противен? - Нет, но каким ты станешь в своих глазах, и в глазах подданных? Нос Цзинь Ми покраснел, а руки принялись терзать ткань ханьфу. Жунь Юй ответил тверже: - Мне важно лишь то, что думаешь обо мне ты. Хотя я, и всяк, кто зряч, увидели бы меня счастливым. Или ты предпочтешь сделать меня несчастным из своих представлений о моем достоинстве? - Без меня ты будешь счастливее, - совсем поникла Цзинь Ми. Жунь Юй подавил порыв приобнять ее за плечи, и вдруг замер, как диковинный сугроб посреди кружащей вокруг весны. - Ты действительно так считаешь, или это способ мне отказать? Взгляд Цзинь Ми замер на его бледном лице, округляясь, как созревающие вишни. - Рыбешка… какой же ты… С таким отчаянным облегчением даже «глупый» могло прозвучать, как «хороший», однако гнусавый голос проглотил соленый остаток. Сейчас Жунь Юй казался ей еще более противоречивым, чем она сама - нежный, но абсолютно непробиваемый в этой нежности. И Цзинь Ми знала всего один способ разоружить непробиваемое, пусть даже и непробиваемую мягкость. Она хотела приблизиться медленно, но доска под ними качнулась, и императору ничего не оставалось как поймать ее в объятия. С заколотившимся сердцем он ждал, что Цзинь Ми сделает дальше, хотя подхватил ее довольно крепко, чтобы она не соскользнула, если решит отстраниться. Цзинь Ми, почувствовала, что ее решительность исчезает с каждым мгновением, и из последних сил запрокинула к нему лицо с вызовом. Будь что будет - в конце концов, Рыбешка сам не выпускает ее из объятий. И едва в ее глазах мелькнула тревога, Жунь Юй склонил к ней лицо. Соприкосновение их губ было подобно вышедшей из берегов реке - один порог перехлестнуло, и остановить течение было невозможно. Губы Цзинь Ми и впрямь были подобны лепесткам - поначалу туго сжатые, они трепетно раскрылись, а потом жадно распахнулись, точно у цветка, что после засухи дорвался до влаги. Жунь Юй в ее требовательном тепле отогрелся и растаял, как река, сломавшая по весне лед и отбросившая все осколки на берег. Наконец, ему показалось, что Цзинь Ми дышит слишком тяжело, и он плавно приподнял голову. Цзинь Ми не выпускала его воротник из рук с тех пор, как попала в объятия, и теперь воспользовалась этим, чтобы потянуть его обратно. - Нет, не отстраняйся! Несмотря на этот протест, Жунь Юй усадил ее в устойчивое положение, погладил по щеке, и улыбнулся с толикой интриги: - Ми-эр, давай оставим некоторые вещи на время после свадьбы. - Мне все равно, будет ли свадьба, - надула губы Цзинь Ми, и их яркость напомнила Жунь Юю цветок еще больше. - Как все равно, что скажет отец. И ты столько меня ждал… Жунь Юй не переставая улыбаться, моргнул, как если бы ресницы были веерами. - Цзинь Ми, не стоит так суетиться. Твое нетерпение наверняка вызвано лишь новыми страхами. А я не хочу твоей нежности ради искупления или из чувства вины. - Это тут ни при чем, - пробурчала Цзинь Ми. Хотя Жунь Юй был проницателен относительно ее поведения, так долго целоваться ей очень даже понравилось. - Ты уверена? - получив вместо ответа пыхтение, Жунь Юй продолжил хитрее: - Тогда, может, ты думаешь, что я тебе не доверяю, и пытаешься так заслужить доверие? - очередное пыхтение заставило его еще и покачать головой: - Видимо, ты все же считаешь меня злопамятным. - И вовсе нет, - буркнула Цзинь Ми и начала играть с его ладонью. Жунь Юй вздохнул: - Если ты не можешь пока осознать, что именно тебя побуждает, подумай хотя бы о том, что получение нежности из чувства вины или страха сделало бы меня жалким. - Но я правда виновата! - сжала его руку Цзинь Ми неожиданно сильно для самой себя. Жунь Юй мягко накрыл ее беспокойные руки свободной ладонью. - Ми-эр, у тебя просто было мало опыта и представлений о себе и мире. И потом, - улыбнулся Жунь Юй, - в результате всего случившегося я остался уверен, что ты выбрала меня не из чувства долга, и не потому, что не знала иной любви. - Цзинь Ми посмотрела на него со всем возможным сомнением, и ему пришлось добавить: - Любовь это ведь ежедневный выбор, а верность - его повторение, а не слепые ограничения. - У тебя на каждом облаке серебряная подкладка, - пробубнила Цзинь Ми и уложила голову ему на плечо. Жунь Юй не то усмехнулся, не то выдохнул. - Я жил среди облаков. Под луной они и правда изнутри серебряные. Цзинь Ми вдруг вспомнилось, что в Небесном Царстве цветы были из дыма, и посмотрела на Жунь Юя испытующе: - А у тебя было много этого самого опыта? Жунь Юй улыбнулся - раз уж проснулось собственничество, значит, с Цзинь Ми все в порядке. Обняв ее чуть крепче, он посмотрел ей в глаза так, что она смутилась. - Я очень удачно выбрал ждать свою невесту. - Единственный выбор - это не выбор, - фыркнула Цзинь Ми. - У рыбешек довольно острое зрение, чтобы вовремя узреть все, что нужно. - Они не видят крючков. - Видят. Но некоторые из них предпочитают попасться и остаться на крючке. - Может, только из страха вернуться в холодный пруд. - В привычную обитель возвращаться не страшно. Страшнее упустить шанс узнать, кто упорно тянет в вышину, и что из этого выйдет. - Некоторые и сами до дракона допрыгивают. - У дракона тоже есть рот, чтобы ухватить крючок. А рыбью привычку не отбросишь. Едва услышав что-то про рот, Цзинь Ми перестала думать о чем-либо еще и безотчетно прикусила губу. А еще спустя миг немного придвинулась вполне сознательно. - Кто еще кого тогда утянет кверху. И вообще, летучую рыбу практичнее ловить в сачок. С этим она обвила шею Жунь Юя руками и посмотрела опьяняюще. И что поделать - тот всегда был слаб от вина… - Доверюсь твоему рыбачьему чутью. В этот раз они целовались еще дольше, но снова первым отстранился Жунь Юй. Цзинь Ми посмотрела с игривым укором, но в ее тоне было больше стеснения, чем вызова: - Не боишься, что пока ты не спешишь, я снова сбегу? Жунь Юй приподнял бровь - не то чтобы ее подразнить, не то от задумчивости. Нет уж, теперь в их отношениях не место чувству вины и ее желанию уравнять его с играющим на опережение Сюй Фэном… Даже если речь о получении желаемого, а не о благовоспитанности. - Нет уж, - заверил Жунь Юй. - Теперь я знаю способ не упустить тебя. У нас будет роскошная свадьба и много радостных и спокойных лет вместе. - Прости, - поджала губу Цзинь Ми и поправила его перекошенный воротник. - Наверное, я просто непорядочная. - Настоящая порядочность не расходится с побуждениями сердца. Улыбка Жунь Юя была столь заразительной, что Цзинь Ми расслабилась и снова принялась играть с его рукой, сводя его кончики пальцев со своими и рассуждая как бы невзначай: - Ну, в Царстве Злых Духов меня однажды спросили, возьму ли я на себя ответственность, если репутация первого высочества будет мной подпорчена. Я промолчала, а молчание - знак согласия. Жунь Юй закатил глаза так, будто от счастья у него кружилась голова: - Ты взялась отвечать за мою репутацию так ретиво, что у меня голова кругом пошла, пока я искал способ унять это усердие. Я и впрямь уже был готов последовать твоему совету и спросить «почему моя законная женушка-императрица не торопится ко мне». - Я уже тогда вела себя глупо и невежливо, - фыркнула Цзинь Ми. - Зато сам вопрос заставил меня надеяться на то, что это не совсем праздный интерес, - невозмутимо улыбнулся Жунь Юй. Цзинь Ми метнула на него деланно сердитый взгляд: - Я не такая расчетливая, как ты думаешь. Жунь Юй искусно состроил расстроенное лицо: - Значит, после свадьбы ты даже не спросишь меня о духовных силах? Цзинь Ми шлепнула его по руке. - Так теперь ты меня дразнишь? - Ожидание дразнит меня не меньше, - вздохнул Жунь Юй и мягко потянул ее к себе. Отстранился он лишь тогда, когда на небе появилась луна. Цзинь Ми вгляделась ему в глаза. - Иногда пугает, что ты читаешь меня, будто открытую книгу. - Пугает? Цзинь Ми кивнула, и Жунь Юй вздохнул. Он по себе знал, каково быть под постоянным надзором без права на ошибку. Посему он вздохнул, напустив на себя виноватый вид: - Не так уж я и проницателен. Сознаюсь, о том, какие ты испытываешь ко мне чувства, я узнал, подслушав твой разговор с отцом. И грех мой тем больше, что я не раскаиваюсь… Сам бы я ни за что не догадался. - Ты возмутительно расчетливая рыба! - Каков рыбак, таков улов. Цзинь Ми, сама надувшаяся, как рыба-еж, сердито выдохнула и прищурилась: - Ну раз вся ответственность на мне, ты будешь обязан меня слушаться! И Жунь Юй на это не успел и рта раскрыть.