Глава 9. Цена ошибки
21 января 2024, 19:09 Он был разъярён, когда увидел, что заказанного волшебника кто-то успел убить до него совсем недавно, так как кровь была ещё теплой. Горло было перерезано с помощью многочисленных лезвий.
В Лондоне объявился какой-то странный преступник, который предпочитал оригинальное оружие убийства. Это было возмутительно и очень нагло.
***
В гостиной домовики устроили настоящее волшебство: наколдовали звёздное небо с летящими кометами, а по бокам от стен расставили парящие свечи. Стол был выдержан в серебристо-зелёных цветах, а повар-эльф ждал команды от хозяина, чтобы вынести первые блюда. Нотт облачился в белую рубашку и брюки чёрного цвета, которые ещё больше подчёркивали его магические глаза. Неожиданно к нему пришло бесформенное облако патронуса от Грейнджер с просьбой перенести встречу. С каких пор, у неё новая форма патронуса? Куда делась знаменитая выдра? Нотт отправил сообщение о том, что тогда ресторан явится к ней, и, получив утвердительный ответ, улыбнулся. Сегодня ничто не могло испортить ему настроение. Он буквально парил над землёй и весело подпевал в такт музыке, шагая по улице, как мальчишка. Точно в назначенное время он появился у Грейнджер и деликатно постучал. Она торопливо открыла дверь, и он замер от восхищения: её зелёное платье с длинными рукавами подчеркивало хрупкую талию и мягко струилось вниз, а серебристые серёжки, по-видимому, поддерживали слизеринский мотив. — Ты прекрасна, — он заметил лёгкое волнение, исходящее от девушки, но не придал этому значения. Гермиона нервно оглянулась и пригласила зайти внутрь. Тео заметил, что все окна были зашторены, а в воздухе витал ощутимый аромат… успокоительных. Нотт нахмурился. Как часто ей требуются такие препараты? Тео распаковал заказ из ресторана и эффектным жестом разлил вино по бокалам, словно профессиональный сомелье. Он отодвинул для неё стул и игриво улыбнулся, скрывая свою озабоченность, так как Гермиона была очень бледной, а её глаза сейчас искрились лихорадочным сиянием. — Всё хорошо? — он пожалел о том, что сегодня оставил успокоительные зелья, ведь обычно всегда носил их с собой. Издержки профессии легилимента, что уж тут сказать. Он успокаивающе сжал её маленькую руку, успев посчитать пульс. Учащённый. Плохой симптом. Это мог быть не обычный невроз, а первая волна панической атаки. — Да, — сейчас Гермиона мечтала лишиться чувств, нежели ощущать, будто потолок прижимает её к полу, а на плечах располагается целый атлант. — Почему ты спросил? — обезоруживающая улыбка. — У тебя частота сердечных сокращений составляет более ста тридцати ударов в минуту, — проговорил, смотря в шоколадные глаза. Нотт ненавидел себя за это, на свидании явно не стоило говорить о таком, но он не мог равнодушно замолчать её проблему. Гермиона была озадачена и в то же время расстроена от прозвучавших слов. — Да, я иногда нервничаю, — она облизнула губы и с тревогой посмотрела на него, словно боясь, что Тео сейчас уйдёт. — У меня бывают неудачные дни, как у всех. Она старалась вести себя спокойно и не показывать тревожное состояние, которое сегодня насильно захватило в томительные объятия. Если раньше паника продолжалась пятнадцать минут и быстро проходила, то полгода мирной жизни позволили ей вырывать целые дни из жизни девушки. Сначала она пыталась контролировать такие приступы с помощью йоги, успокоительных без рецепта, но эти меры быстро стали малоэффективными. Сейчас Гермиона увлечённо вспоминала с Тео учебные дни в Хогвартсе, пытаясь не сорваться и специально не причинить себе боль столовым ножом, так как только плата кровью почти всегда уничтожала сильную тревогу, а неглубокие раны всегда можно было исцелить магией или травами. Наверное, при Нотте не стоило этого делать. Он наверняка решит, что она ненормальная, и тогда надежда на отношения с ним разобьётся окончательно.***
Она нашла благовидный предлог для того, чтобы удалиться в ванную комнату. Гермиона плеснула водой в лицо, но не нашла привычного успокоения: капли воды — непостоянный элемент, вот и сейчас они не спасали, а предавали, бессовестно толкая глубже на дно. Паника нарастала, запуская щупальца глубже и впрыскивая чернильный яд в вены, а сердце беспорядочно билось, надрывая мышцы, пытаясь уменьшить адреналин, который сейчас был губителен. Тщетно. Точка невозврата давно наступила. Сейчас то, что не поддавалось контролю, внедрило острую боль в грудную клетку девушки, проходя дальше, словно вскрывая хирургическим лезвием. Страшно было подумать о том, насколько приступ может быть ещё сильнее и беспощаднее. Она вышла из ванной, ощущая, что сердце сейчас состояло из свинца, а вены превратились в ртуть. — Гермиона, — он в третий раз обратился к ней, прежде чем она отреагировала. — Прости, задумалась, — она обольстительно улыбнулась, боясь случайно совершить ошибку, о которой будет жалеть. Нотт, пока Гермиона отсутствовала, успел вызвать к себе домовика Мипси и получить успокаивающее зелье. Острый приступ панической атаки сейчас истязал Грейнджер, а он не мог спокойно смотреть на пожирающую боль в шоколадных глазах. — Выпей, пожалуйста. Это моя собственная разработка, — он протянул флакон и обезоруживающе улыбнулся. Девушка благоразумно решила не спрашивать, что это, так как сейчас было ощущение, что она вот-вот задохнётся, и поэтому хотелось влить в себя всё что угодно, лишь бы прийти в себя. Гермиона ощутила мятные нотки на языке и потрясённо воззрилась на него, так как с первым глотком зелье оказалось безвкусным. — Это зелье меняет свой вкус в зависимости от предпочтений волшебника, — пояснил он, не отрывая внимательного взгляда от кудряшки. — Как амортенция? — Грейнджер оценила оригинальную идею. Амортенция пахла ассоциациями объекта обожания, в которого зельевар был влюблен. Не зря Снегг называл его лучшим зельеваром, после себя, конечно же. — Да, я вдохновился свойством этого зелья, когда мы его с тобой варили. Я придумал и опробовал рецепт ещё на шестом курсе, — мимоходом рассказал Нотт, заметив, что её симптомы постепенно стали утихать. Грейнджер медленно расслаблялась, хотя это было неудивительным, так как его успокоительные оказывали положительный эффект даже в малых концентрациях. — Тео, спасибо, — она неуверенно взяла его за руку, отмечая, насколько они у него изящные. — Я вернусь в Лондон через пару дней и мне надо будет обсудить с тобой одно деликатное дело, — Нотт твёрдо решил, что он обязательно поговорит о её душевном здоровье и разработает план лечения. В конце концов если Гермиона будет сопротивляться, то он увезёт насильно в свою клинику. — Теодор, если у тебя неприятности, то я могу с удовольствием тебе помочь, — она посчитала правильным предложить свою помощь. Вдруг её магические умения пригодятся. Грейнджер поджала губы. Неужели у него какие-то проблемы? Чёрт. — Нет, я поеду в пригород Лондона, так как мой бизнес располагается там, — Нотт был потрясён тем, что девушка незамедлительно предложила помощь, хотя сама в ней сильно нуждалась. — Спасибо за предложение, Гермиона. Он наклонился к ней так близко, что кудри ударили его по лицу. Эти медовые волосы были мягче и желаннее шёлка. Сердце затрепетало, когда он сжал маленькую ладонь снова, а она засмущалась. Дьявол давно искал себе личного ангела, который светил бы, как сверхновая звезда. Он нашёл. Этот ангел сейчас давал тысячу причин, чтобы оставаться влюблённым дураком. Так часто обстоятельства стирали небо для них двоих, поэтому он каждый раз рисовал заново, надеясь на то, что когда-нибудь они будут вместе смотреть на зажигающиеся созвездия. И теперь их имена не будут снова в грустных титрах, он не позволит. — Я, наверное, всё испортила, прости, — она покраснела. — Обещаю поработать над своим самоконтролем. Гермиона не могла и представить, чтобы кто-то отреагировал на её нервные выходки так спокойно и деликатно. Это давало надежду и дарило облегчение. Пожалуй, до встречи с Ноттом только Гарри, Луна и Панси проникались её проблемами и каждый раз спасали, несмотря ни на что. Чувство вины всегда наступало после окончания панических атак. Лучший исход не наступит никогда. Нотт в недоумении поднял брови и округлил глаза. Сейчас Гермиона с грустью повторяла чьи-то чужие слова, которые, безусловно, ей навязали. Девушка никогда бы так не сказала. Неожиданно вскрылся ещё один негативный момент, который безусловно подпитывал её триггеры. Он еле сдержал горький вздох, так как догадался, кто мог такое внушить девушке. Рон. Какой же он мудила, вдобавок к списку проблем добавил ещё чувство вины за то, что она не может самостоятельно справиться с паническими атаками. Складывалось такое впечатление, словно рыжему было приятно самоутверждаться за счёт девушки с психическим расстройством. — Ты не должна испытывать вину за непривычные эмоции, которые ты не в состоянии контролировать, — он слегка задел её щеку, поправляя упавший локон. — Гермиона, ты не совершила ничего плохого. Время неумолимо шло вперёд, поэтому пришла пора прощаться. Никто из них и не подозревал, что вскоре им придётся встретиться при неприятных обстоятельствах. Нотт сообщил, чтобы в случае возникновения каких-либо проблем Гермиона не стеснялась и отправляла ему патронус, указав на то, что его домовик Мипси с радостью решит любые осложнения. Да, он дал указания домовикам, чтобы те, в случае сильного приступа Грейнджер, доставили успокоительные зелья.***
Сделка с демоном никогда не имела обратной силы, поэтому Рон Уизли заочно подписал себе смертный приговор. Рон поздно вечером вернулся из магазина всевозможных вредилок и с облегчением достал из холодильника пиво, подтянул чипсы и сухарики, а затем включил очередной матч по квиддичу: сегодня играли сборные Англии и Франции. Он устал стоять за кассой и обслуживать шумных и требовательных покупателей, пока Джордж таскал тяжёлые коробки на склад. Как же утомительно. Уизли с удивлением подумал о том, что скоро придётся съезжать из этой квартиры, ведь за неё платила Гермиона, а он получал не так много, чтобы потянуть существующую арендную плату в центре Лондона. Ничего, мама с радостью примет его обратно, тем более в Норе много комнат. Не надо готовить еду и убираться после работы. Он сможет раскручивать гномов из сада, как прежде, и летать на метле, ведь в Лондоне это запрещено. Почему же Грейнджер его бросила? Он как мог поддерживал её, выбрав тактику «не вмешиваться», ведь, по его мнению, это являлось самым лучшим решением. Просто необходимо было предоставить Гермионе время самой разобраться во всём, так как она всегда блестяще разбиралась со всеми проблемами. Девушка сама решит свои неурядицы, как успешно делала до этого. Не впервой. Она просто вспылила и всё, поэтому сказала эти жестокие слова о расставании на эмоциях. Не надо воспринимать их близко к сердцу. Даже поддержала решение о том, чтобы спать в разных комнатах. Ну да, у них сложный период из-за её психов, но это не причина явно. Просто Грейнджер зазналась от статуса «Золотой девочки», поэтому стала себя вести вспыльчиво и неадекватно, прикрываясь мнимыми душевными расстройствами. Полгода уже прошло, а она до сих пор зачем-то вспоминала старую тему с Беллатрисой. Как будто только её пытали, а другие нежились на перинах, пока Грейнджер спасала мир. Может, она таким образом пыталась привлечь к себе внимание? Наверное, он в последнее время стал мало выражать свою заботу и дарить ласку. Но терпеть её дикие требования в сексе он не хотел. Как-то от её одной эротической фантазии он впал в шок и долго не мог прийти в себя: там было что-то про доминирование. Рон — завидный жених. Чистокровный волшебник, совладелец маленького бизнеса, рыжий, герой, имеет орден Мерлина первой степени… Лёгкий шорох и завихрения свежего воздуха окатили его. — Привет, Рон! — Грейнджер мстительно улыбнулась. — Ты считаешь меня ненормальной, но ведь это не так. Я тебе покажу, что применяют ко мне в моих кошмарах, — она наставила на него палочку, заметив, как побледнело лицо Рона, а веснушки практически пропали с лица. — Круцио, — месть за всё то унижение, которое она испытала. — Круцио.***
Рон лежал на полу и дико орал: глаза норовили вылезти из орбит, а лицо так покраснело, что издалека казалось, будто у него случился сердечный приступ. Грейнджер ворвалась в дом, наставила свою волшебную палочку и стала пытать запрещённым заклинанием Круциатус. Он давно говорил ей о том, что надо лечь в психиатрическую лечебницу, желательно навечно. Уизли с трудом дотянулся до волшебной палочки и отправил Гарри патронус, прежде чем получил сильный удар в висок и отключился.***
Гарри был занят и сейчас мастерскими движениями слизывал разлитый огневиски с живота Пэнси, отодвигая резинку трусов, чтобы снять последний предмет одежды. Неожиданный патронус Рона заставил отложить вышеуказанные эротические действия и, чертыхаясь, собирать и судорожно застёгивать одежду, собранную с пола. — Я с тобой, — жёстко сказала она. Он взял её за руку и они аппарировали к дому, где остался жить Рон.***
Дела были настолько плохи, что Гарри машинально потёр шрам, а делал он так только в минуты сильного волнения или страха. Ему было очень страшно и боязно за Гермиону, так как сейчас она нарушила кучу законов, применяя к бессознательному Уизли Круциатус. Он пытался оттащить подругу от Рона, но получил ощутимый удар под рёбра и отборную порцию нецензурных ругательств. — Да уйдите вы все! Рон смоет своё оскорбление «грязнокровка» кровью, — она истерически засмеялась. — Гермиона, пожалуйста, остановись, — дрожащий, но обманчиво спокойный тон. — Я улажу всё, — Гарри держался хладнокровно, чувствуя, как его сейчас стошнит от такой опасной ситуации. Он ей поможет несмотря ни на что. Пэнси рискнула и обняла девушку, несмотря на яростные попытки вырваться, медленно опуская её волшебную палочку. Она гладила кудрявые волосы и держала очень крепко, лишая шанса вырваться. Вот и пригодились приобретённые навыки, полученные во времена Тёмного Лорда. Оставался единственный вариант развития событий: стереть память Рону и оказать Грейнджер помощь специфического рода. — Отправь Гермиону к своему легилименту, похоже, это единственный выход из ситуации. Она будет злиться, но я волнуюсь за неё, — Гарри встревоженно смотрел на подругу. — Гермиона, — следующим движением Пэнси воткнула в шею шприц с усыпляющим зельем. — Я позабочусь о тебе, — она бережно опустила обмякшее тело на пол. — Гарри, разберись с Роном. Когда они исчезли, Гарри вздохнул, взял палочку и решительно прошептал: «Обливиэйт». Рыжий вычеркнул из памяти этот день, а нанесённые раны затянулись под воздействием Вулнера Санентур. Гарри убрал разбитые предметы и восстановил привычный порядок в доме, будто бы ничего и не было, Оставалось самое сложное — затащить обмякшее тело Рона на второй этаж. Гарри матерился, думая о том, когда же Уизли успел стать таким тяжёлым. В спальне он укрыл его одеялом и в последний раз окинул взглядом помещение, прежде чем уйти: всё на своих местах, ничего подозрительного. Он ожидал такого финала, ведь в той битве Грейнджер досталось больше всех: Рон трусливо вцепился в Добби, несмотря на то, что Гарри судорожно пытался разжать ставшими железными руки, но не смог. Логичнее было бы уступить место Грейнджер, но Уизли в опасный момент просто струсил, услышав, что Добби сможет перенести только двоих, а кого-то одного придётся оставить. «Гарри, не медли, я в порядке. Мы встретимся, я найду вас позднее. Ты должен уничтожить последний крестраж», — она уверенно выпалила слова, несмотря на то, что к шее была приставлена волшебная палочка одного из Пожирателей смерти. Добби трансгрессировал их, а по щекам Гарри текли слёзы. Будь проклят его статус «мальчика-который-выжил». После победы даже спустя полгода Грейнджер с трудом адаптировалась к мирной жизни и отказывалась от помощи колдомедиков, испытывая к тем непонятную ненависть. Она с головой погрузилась в книжный магазин и в основном проводила время там, либо в барах с Пэнси и Луной.***
Пэнси поддерживала Гермиону за талию, надеясь на то, что колдомедик уже их ожидает. В этой частной магической лечебнице была её мама, которая успешно справилась с обсессивно-компульсивным расстройством. Полная анонимность и конфиденциальность — то, что нужно для известной личности. Огромный плюс состоял в том, что этим бизнесом владел её друг. Да, пусть он раньше и работал на Тёмного Лорда, но тогда убивал всех дистанционно: с помощью зельев или проклятий, поэтому никаких косвенных доказательств не нашли. Если Драко был самым популярным учеником Слизерина, то Нотт являлся лучшим, даже Северус Снегг отмечал талант и недюжинный ум задумчивого и спокойного парня. — У нас проблема! — кивнула она. — Гермиона напала на Рона из-за вчерашнего оскорбления. Он удивлённо хмыкнул и аккуратно взял Грейнджер на руки, отметив, что девушка была очень худой и измученной. — Пэнси, ты решила вспомнить старое и опять похищать волшебников? — неприкрытый сарказм. — Ты же знаешь мои правила, а насколько я могу судить, то Гермиона явно не добровольно сюда переместилась, — зелёные глаза пристально смотрели на Паркинсон. — Посмотри её палочку и всё поймёшь, — она кинула предмет на стол из массива дерева, затем тяжко вздохнула. — Она чуть Рона не убила. Он нахмурился, когда Приори Инкантатем показало запрещённое заклинание, применённое к рыжему в большом количестве. Грейнджер всё-таки дошла до нервного срыва и чуть не убила Рона, если бы не Гарри и Пэнси, всё закончилось бы Азкабаном или Министерской тюрьмой. — Хорошо, жди здесь, — он позвал домовика и распорядился подать кофе и огневиски.***
Для Грейнджер он подготовил палату номер 13: двухкомнатные апартаменты, которые были похоже больше на квартиру-студию в классическом стиле, нежели на обычную безликую больничную палату, что располагались в больнице Святого Мунго. Волшебник считал, что кроме лекарственных средств и сеансов психотерапии необходимо создавать положительное окружение для пациента. Именно поэтому он уделял тщательное внимание мелочам: личный эльф-домовик исполнял любое желание клиента, естественно, если оно не нарушало правила заведения, маленький сад для медитаций и индивидуальное меню от знаменитого шеф-повара. Здесь не пахло больницей, здесь витал аромат нишевых интерьерных духов, а обстановка больше напоминала пятизвездочный отель, чем лечебницу. Он бережно опустил девушку на кровать и укрыл одеялом, замечая, что домовик уже распаковал вещи девушки и ожидал дальнейших указаний. — Ачи, будешь помогать мисс Грейнджер, — твёрдо заявил легилимент.***
Вернувшись к Пэнси, Гарри увидел, что девушка вальяжно лежала на кожаном диване, держа стакан алкоголя в руках и затягиваясь сигаретой в перерывах между большими глотками. Она пила так идеально, что не оставляла красных следов на стеклянной глади, а в чёрных волосах уже играли первые лучи утреннего солнца. — Не рано ли, Пэнси? — ухмыльнулся он, торопливо доставая из пачки папиросу. — Нервы расшалились. Гермиона так убедительно говорила мне о том, что всё в порядке, а я такая дура, верила. И что теперь? Она ушла в нервный срыв, — цокнула языком Паркинсон, крутя в руках стакан. — А я сейчас ощущаю себя плохой подругой. — Хочешь об этом поговорить? — он ехидно поднял брови и округлил глаза. Пэнси гневно кинула в него подушку, удовлетворённо отметив, что не промахнулась. Он проводил подругу и задумчиво смотрел колдограмму Гермионы. Показатели были, мягко говоря, плохими, и это не удивило легилимента, так как девушка практически жила только на сигаретах и горьком кофе. Тревожность, раздражительность, ночные кошмары о травмирующем событии, паранойя о том, что на неё могут неожиданно напасть — идеальный клиент для его психиатрической клиники. Из перечисленных симптомов можно было написать восхитительный доклад по посттравматическому стрессовому расстройству и с успехом представить его на очередном колдомедицинском конгрессе. С Грейнджер он будет взаимодействовать максимально бережно и нестандартно.***
Гарри с облегчением упал на диван и под удивлённые взгляды девушки отпил огневиски прямо с горла. — Главный аврор может так сделать, чтобы успокоить нервы? — он поцеловал её. Эта брюнетка была лучшая награда в его жизни. — Определённо, но потом ты отработаешь это в спальне, — Паркинсон многозначительно посмотрела на него, — ты мне остался должен. — Пэнси, я люблю тебя, — зелёные глаза потемнели от осознания того, что он действительно готов остепениться и связать жизнь с бывшей слизеринкой.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!