Глава 8. Душевные шрамы

      Вечером Гермиона трансгрессировала в свой книжный магазин и сейчас распаковывала вещи, вместе с этим согласовывая с подругой мероприятие, посвящённое «Дню книги».       — Я ушла сегодня от Рона, — с восторгом выпалила она, нанося на свои непокорные кудри распрямляющее зелье. — И чувствую неожиданный душевный подъём.       — Давно пора, — с хитрой улыбкой произнесла Луна, сверяясь с окончательным списком гостей.       — И вчера переспала с каким-то парнем, — Гермиона взяла кисть, обмакнула в пудру и распределила по лицу, продлевая стойкость макияжа. — Наверное, этот момент прибавил мне решимости.       Она не могла удержаться и с энтузиазмом описала образ парня, перечисляя его достоинства, захлёбываясь от восторга, словно впервые прикоснулась к мужскому телу. Удивительно, но Грейнджер хотелось повторить тот случайный секс. Том был нежен, но в то же время властен с ней, и это не могло не возбуждать.       — Хм, кажется, концепция Блейза удачно сработала, — хихикнула Лавгуд, укладывая волосы шатенки. — Ты сможешь описать особые приметы того парня?       Луна раздумывала над тем, что за волшебник так поразил Грейнджер и ввёл в состояние эйфории, так как давно не видела подругу такой счастливой и довольной. Пожалуй, надо спросить у Блейза, может быть, он знает таинственного парня, что был на вечеринке.       — Из-за его костюмированного образа я даже не могла догадаться, кто бы это мог быть. У него красивые зелёные глаза и он был брюнетом. Волшебника звали Том, но кажется, это имя ненастоящее, — девушка внимательно окинула себя взглядом, убеждая себя в том, что её образ идеален для предстоящего мероприятия.       Распущенные волосы Грейнджер переливались на солнце от медового до янтарного оттенка, а приталенное красное коктейльное платье с открытой спиной привлекало внимание, но не было вульгарным. Гермионе захотелось снова быть красивой, поэтому давно забытая косметика, красивая одежда с триумфом вернулись.       Напоследок она выпила безрецептурные успокоительные зелья, которые уже давно покупала, с сожалением констатируя то, что они практически не помогали. Тревога вальяжно расположилась в сознании, устраивая хаос и впрыскивая порцию боли, не обращая внимания на лечебный эликсир, что сейчас струился по организму.       «Вечер пройдёт спокойно и без происшествий», — неубедительная ложь, в которую так хотелось отчаянно верить.

***

      К торжественному вечеру всё было готово: непринуждённая музыка, лёгкие закуски, элитный алкоголь и очередь из писателей, которые собирались презентовать свои новые произведения.       Тео встретил её у двери, ведущую в квартиру, и протянул чёрную розу, невесомо поцеловал в щёку, стараясь не испортить макияж.       Гермиона с облегчением отметила, что от его поцелуя напряжение немного уменьшилось. Конечно, она рисковала, участвуя в таком мероприятии, однако не хотела до конца покоряться своим фобиям, так как провести всю жизнь в затворничестве не казалось заманчивой идеей.       Она обвела взглядом маленький книжный зал: так, Гарри с Пэнси, Блейз с Полумной, Драко с Асторией, много когтевранцев и гриффиндорцев, а что на этом празднике делает Рон?       Гарри виновато закатил глаза, Гермиона без слов поняла то, что Уизли просто навязался и нагло заявился, как ещё «плюс один» к пригласительному письму.       Полумна и Грейнджер получали многочисленные поздравления от постоянных клиентов и деловых партнёров, иногда они уходили в фотозону, чтобы глянцевые журналы сделали колдофото.       Гермиона смеялась, улыбалась и в тысячный раз говорила «у меня всё хорошо», но ни разу не имела этого в виду. Временами она ловила удушающее чувство, словно ей перекрывали кран с кислородом, и это заставляло впиваться ногтями в ладони сильнее, чем следовало.       Вся интеллигенция собралась здесь. И она была горда этим фактом: вместе с Луной они создали культурное место на Ислингтоне.       — Гермиона, всё просто супер! Организация на высшем уровне! — Паркинсон обаятельно улыбнулась и подала фужер с шипучим напитком. — Безалкогольное.       Пэнси внимательно следила за подругой, так как была в курсе её проблемы. Уже полгода Гермиона уверяла друзей в том, что всё под контролем, и отказывалась от помощи, однако симптомы не внушали надежды, что она сможет справиться без участия колдомедиков.       Грейнджер лишь упорно оттягивала неизбежное, вместе с этим ухудшая своё состояние.       — Не круто, — Грейнджер вздёрнула нос и отпила пузырящийся напиток, — а что тут делает Рон?       Может быть, Рон не понял её слова о разрыве или решил, что это ошибка, поэтому заявился сюда. Семья Уизли славилась своими крепкими семейными узами, поэтому они всегда старались спасти рушащиеся отношения либо распадающийся брак.       Гермиона никогда не понимала их священное правило, считая, что если прозвенел первый звонок в чувствах, то и спасать уже нечего. А уж её вчерашняя измена превратилась в набат, окончательно разрывая нежизнеспособные отношения.       — Он увязался с Гарри, а тот не смог ему отказать, — сообщила Пэнси извиняющимся тоном.       Паркинсон старалась всё время находиться неподалеку от подруги, ненавязчиво оттесняя гостей, которые подходили слишком близко к Гермионе либо хотели взять её за руку. Очередной поклонник оказался чересчур настойчивым, поэтому брюнетка бесцеремонно взяла его за локоть и потащила к напиткам.       Веселье было в самом разгаре, парни сбились в стаю в уголке, что-то оживлённо обсуждая, пока девушки с энтузиазмом знакомились с новыми литературными новинками.       Рон сильно напился, прежде чем подошёл к Гермионе. Его рыжие волосы разлохматились, а рубашка выглядела помятой, явно была не первой свежести.       — Поздравляю с успехом! Этот подарок тебе, — он вручил розовую коробку с зелёным бантиком. — Надеюсь, ты откроешь при журналистах, мне бы не помешала очередная реклама моего бизнеса.       — Спасибо, Рон, — она демонстративно распаковала коробку, так как решила, что бывший не дождётся от неё никакой помощи.       Очередная, по её мнению, ненужная и нелепая штука из магазина вредилок Уизли: пачкающие вонючки-бомбочки.       — Рон, мне же не пять лет, это выглядит просто смешно, — Гермиона не смогла сдержать раздражение.       — Ты как была занудой, так и осталась. Даже не смогла удовлетворить мою скромную просьбу, — с негодованием выпалил он. — Правильная мисс зазнайка Грейнджер.       — Да, я училась, пока ты летал на метле, скажу больше, мне нравился процесс обучения, сам Хогвартс. И только у одного из нас успешный бизнес, потому что кое-кто предпочитал, чтобы домашние задания делали за него, впрочем, как и сдавали экзамены, — ехидно заметила она.       — Ты с кем-то спишь? — он засмеялся и сделал глоток из бутылки, дико вращая глазами. — Легла под нового парня из-за денег? В семье Уизли никогда не расстаются, вот увидишь, я тебя верну. Ты изменила мне?!       Он наступал на неё, уже шатался, но упрямо продолжал путь. Сейчас его бесило всё в ней, так как алкоголь выплёскивал обиду, высекая неприятные слова. Он не хотел сдерживаться, хотя знал, что раскаяние захлестнёт его позже.        Любовь всей его жизни стояла перед ним. Недоступная. Ускользала снова.       — Рон, мы расстались, и моя личная жизнь тебя не касается, — гневно ответила Гермиона, с отвращением кидая его подарок на пол.       Ей надоело всех спасать и пытаться всем помочь. Она просто хотела тишины и спокойствия, без каждодневного выяснения отношений, без упрёков в свой адрес. Без Рона. Её уже трясло от рыжего цвета волос. Она не могла понять, почему некогда заботливый Рон стал унижать её и обвинять во всех проблемах.       — Как ты смеешь со мной общаться в таком тоне? С чистокровным волшебником. Ты — грязнокровка, мерзкое отродье, ошибка, которая родилась в немагическом мире, — ругательство он выпалил так громко, что в книжном зале воцарилась абсолютная тишина.       Грейнджер дала оглушительную пощёчину. Если бы не книжные полки, которые частично скрывали их, то ситуация стала бы ещё унизительнее. Учащённое сердцебиение вызывало звон в ушах, в то время как жар объял щёки, а кожа раскалилась, будто её подогрели в котле.       Хрустальный фужер эльфийской работы рассыпался в руках, превращаясь в прозрачные осколки, что сейчас падали на пол, а остатки стекла резали ладонь, выпуская кровь на волю.       Кажется, на сегодня её лимит спокойствия и выдержки исчерпан, необходимо уйти, ведь тщательно скрываемые воспоминания так быстро вылезли на первый план и сейчас душили, забирая кислород и впуская вакуум в лёгкие.       — Что ты так нервно реагируешь? Или у грязнокровки какие-то непроработанные психологические травмы? — насмешливо произнёс Уизли.       Она сжимала в руках самый большой осколок, представляя, как сейчас вспорет ему горло, а он будет лежать у ног и молить о пощаде. Перед лицом смерти все жертвы так одинаковы и предсказуемы: ругаются, требуют, раскаиваются, а потом просят пощады.

***

      Беллатриса хищно впилась когтями в шею, оставляя отметины на нежной коже и ставя подошву на её щеку, заливисто смеясь. В сонную артерию уткнулась волшебная палочка, а левого предплечья коснулся холодный металл фамильного кинжала Блэков.       Гермиона кричала, ломая голосовые связки, чувствуя, как с неё снимали кожу, неторопливо вырезая буквы.       — Грязнокровка, — фанатично повторяла Лестрейндж. — Я тебя сломаю и уничтожу, ты просто грязь, ты недостойна жить.       Тело предало Грейнджер уже давно: она лежала вся в крови, пропитанная потом, мочой, но разум упорно сопротивлялся, пытаясь продлить зыбкую надежду и отвоевать право на жизнь.       «Я спасу тебя, Гермиона, — чужой голос нежно шептал эти слова в голове. — Мы их всех убьем. Каждого, до единого».       Всё в тумане. Совесть продана демону, а разум потерян окончательно.       Когда она пришла в себя, то увидела, что Беллатриса мертва, её внутренности выпотрошены, а Грейнджер сжимала волшебную палочку Беллы и безумно смеялась. Она воспользовалась самой тёмной магией, которую успела изучить, перед тем, как попала в плен.       Раньше Гермиона отрицала применение таких заклинаний, будучи законопослушной, ведь не хотела губить душу и отступаться от принципов. Какой она была глупой и наивной. Идеалисткой. Верила в то, что добро всегда побеждает, а перед светом отступает любая тьма.       Это всё глупые сказки и мифы для вечных мечтателей и искателей приключений.       Теперь никто не посмеет причинить ей боль. Грейнджер будет убивать других и упиваться своим превосходством.

***

      Луна и Пэнси подоспели прежде, чем она воткнула в рыжего стекло, и тем самым помогли избежать бессмысленного кровопролития. Лишь вдвоём они смогли утащить подругу на склад, установив заглушающие чары и заперев дверь.       Грейнджер нервно сглотнула и прижалась к холодной стене, пока Луна и Пэнси что-то ей обеспокоенно говорили. Даже понимая их речь, не получалось вычленить хоть какой-то смысл из потока брошенных слов. Она до сих пор сжимала стекло в руке, даже не ощущая, как оно вонзается в ладонь ещё сильнее, причиняя ноющую боль, которую сейчас не чувствовала.       — Гермиона, отпусти осколок, — Паркинсон была в ужасе, смотря в карие пустые глаза, совершенно растерявшись. — Пожалуйста, отпусти, ты только делаешь себе больно.       Сбившиеся дыхание и чересчур сияющие глаза ясно дали понять им, что она не в порядке. К ужасу Грейнджер, подруги опять увидели то, что не должны. Гермиона вцепилась в осколок, как в единственную надежду, чтобы снова научиться дышать, другой рукой закрыв лицо. Каждый рваный вдох ни черта не брал в себя кислород, а впускал лишь страх, который парализовал. Грудная клетка плавилась от нарушенного процесса, а лёгкие выдали системную ошибку, случайно отравляя организм.       Необходимо переключиться и порезать себя. Этот способ всегда безукоризненно работал, но только сейчас тоже трусливо отступил перед жутким воспоминанием.       — Я за Тео, — Пэнси до жути испугалась, видя, как приступ подруги сейчас не купируется ничем. Гермиона сейчас ни на кого не реагировала, а только намеренно причиняла себе ещё большую физическую боль.       Лавгуд согласно кивнула и села рядом, положив руку на плечи, напевая детскую песенку «Three little kittens». Спокойный мелодичный голос окутывал уютом и безмятежностью, наполняя эту маленькую комнату ощущением волшебства. Её большие серёжки качались в такт песни и деликатно звенели, усиливая успокаивающий эффект.

***

      Пэнси круто повернулась на шпильках и влетела в толпу своих любимых мужчин. Гарри успел схватить её в объятия, чтобы она не упала. Их лица синхронно помрачнели, ведь они редко видели Паркинсон такой взволнованной, ведь она всегда держала свои эмоции при себе и была очень стрессоустойчивой.       Брюнетка бесцеремонно схватила Нотта за локоть и без слов потащила его на склад. Несомненно, её друг, как практикующий целитель, должен помочь справиться Гермионе с паникой, так как она и Лавгуд в этот раз оказались бессильны.       Беспокойство внутри неё росло, она не могла стереть образ испуганной Грейнджер, которая реально задыхалась и не могла ничего с этим сделать. Пэнси ругала себя за беспомощность и за то, что не может насильно увезти подругу в клинику для коррекции душевного здоровья. И вот, последний рубеж уже перейдён, и теперь приступ невозможно остановить ничем.       Теодор профессиональным жестом приказал Луне отойти от Гермионы и опустился на колени, взяв шатенку за руку.       Гипервентиляция лёгких стремилась добить, а все её мышцы сейчас изнемогали от спазма и недостатка кислорода. Он отмёл вариант с дыхательными упражнениями, так как увидел, что Грейнджер совсем не воспринимала окружающую обстановку и почти не реагировала на них.       — Гермиона, задержи дыхание на шесть-десять секунд, а потом сделай глубокий вдох-выдох, — такая методика как раз должна была помочь нормализовать дыхание при неглубоком и судорожном неправильном ритме. Нотт аккуратно гладил её ладонь, смотря в карие глаза.       — Я… за-до-хну-сь, — свистящие звуки обречённо вылетели из её уст. Он просил о невозможном. Как можно задержать дыхание, если наоборот нужен воздух, чтобы не умереть окончательно.       — Нет, я обещаю, — он вытер ладонью бегущие слёзы по щекам Грейнджер. — Всё будет хорошо, поверь мне.       Нет. Ноль эффекта. Пора принимать решительные действия. Тео повёл себя не совсем компетентно, но безусловно, это помогло девушке. Он осторожно поцеловал, коснулся её горячих губ, заставив на мгновение замереть от удивления и задержать дыхание. Десять секунд без кислорода. Мышцы счастливо обмякли, а уставший мозг всё-таки открыл полноценный доступ к кислороду, что был так необходим.       Нотт невозмутимо разжал её окровавленную руку и откинул стекло в сторону. Рана была довольно глубокой и требовала срочного вмешательства. Для начала с помощью заклинания он очистил поверхность кожи, удалил оставшиеся элементы, продезинфицировал, зашил рану и наложил плотную повязку на ладонь.       — Выпей, тебе легче станет, — Луна протянула фляжку, — это малиновый чай, мой папа сделал сегодня. Я подумала, что сегодня будет пасмурная погода, и он мне пригодится, чтобы не накладывать согревающие чары и не отпугивать робких гелиопатов. А то так можем не увидеть в этом году тёплую весну, ведь эти существа очень боятся конкуренции, поэтому так прохладно, потому что многие волшебники пользуются согревающими чарами, — Лавгуд показалось хорошим решением рассказать про этих существ для того, чтобы переключить Гермиону.       Грейнджер ощущала стыд за свои действия и старалась ни с кем не пересекаться взглядом. Она никогда не выглядела такой растерянной и уязвимой, как сейчас. Мелькнула смутная мысль, что этот поцелуй ей почему-то был уже знаком, но она мигом списала выявленное открытие на свою ненормальность.       Нотт до сих пор смотрел на неё и сжимал руку, будто боялся потерять. Парень до сих пор не поверить в то, что Рон способен на такую жестокость и так цинично играл на психологических проблемах Гермионы.       — Ждите здесь, я вернусь через пару минут, — этот рыжий должен хотя бы извиниться за ту боль, которую намеренно причинил. — Гермиона, я вернусь, не бойся.       Она вздрогнула, услышав своё имя, но согласно кивнула и разжала пальцы, убирая руку с его запястья.

***

      Рон расслабленно пил огневиски и курил на заднем дворе, ничуть не испытывая сожаления. Мама ему правильно говорила о том, что девушкам надо периодически напоминать о том, где их место.       — Рон, ну ты и уёбок, — Нотт размахнулся и кулаком дал ему в лицо, радостно отметив то, что сломал нос.       Он продолжал бы так и дальше, целую вечность, ведь не мог остановиться или не хотел.       — А что за претензии ко мне, Теодор? — хлюпая носом и вытирая идущую кровь, рукавом, спросил Уизли.       — Зачем ты специально играешь на её душевных травмах? — прошипел он.       Какой же Рон тупой и ничтожный, действительно похож на слизняка.       — Она меня довела. Видит Мерлин, я терпел сколько мог закидоны и сейчас терплю, ведь она моя любовь, — уверенно выпалил Уизли, пытаясь оттереть кровь с воротника и утешая себя огневиски. — У нас временные проблемы в отношениях, я уверен в том, что Гермиона меня любит до сих пор, она просто болеет, потому так себя ведёт.       — Силенцио, — Нотт не смог слушать эти бредни и заставил замолчать.       Удивительно, как умнейшая ведьма столетия могла не замечать, каким чудовищем являлся Рон.       — Тео, ты его убьёшь, остановись, — Блейз попытался оттащить, но его сил не хватало, хотя он был физически довольно развитым. Только вместе с Драко им удалось взять друга под контроль.       Малфой применил заклинание и убрал кровь Рона с рук и привёл в порядок костюм Нотта.       — Тео, кажется, он достался тебе. Ты знаешь, что Рон должен сделать, — сообщил Драко, негодующе пронзая рыжего взглядом. Всегда был уверен в том, что Уизли — семья сумасбродов, и не ошибся в этом.       Блейз сообщил, что с Гермионой находится Луна и Пэнси, а Гарри и Астория отвлекают журналистов и посетителей.       Нотт взял рыжего за шиворот и потащил внутрь. Рон хрипел и пачкал кровью свою серо-белую рубашку.       — Зайдём со служебного входа, — он зло улыбнулся.       Он распахнул дверь склада, швырнув Уизли в центр комнаты и заставил опуститься на колени.       — У тебя есть шанс исправить то, что ты натворил, — твёрдо сообщил Тео.       Нотта трясло от гнева. Увидев пустой взгляд Грейнджер, он ещё больше озверел. С трудом сдерживался, чтобы не прикончить жалкого Уизли прям тут, расписывая стены нищебродской кровью. Как же Малфой был тогда прав, когда наслал на рыжего заклинание слизней.       — Гермиона, прости, — Уизли, кажется, понял, что натворил, поэтому стыдливо прятал лицо в своих огромных руках. — Я просто напился и перебрал с алкоголем. Прости.       «Мы же не будем его прощать, Гермиона?» — демон нетерпеливо перебирал лапками и уже разрабатывал план мести. Этот рыжий наполнил чашу терпения до дна, а потом нагрел, испаряя малейший шанс на спасение.       — Да, конечно, — чересчур равнодушно бросила она. Формальное прощение получено, как он и хотел. — Ты можешь идти, Рон, приятно было тебя увидеть, — эти слова звучали настолько механически, будто их произнёс робот.       Да, зверь был прав, не стоит давать всем бесконечный лимит «вторых» шансов. Больные игры разума никогда не прекращались, с каждым разом повышая ставки.       Рон, шатаясь, ушёл. Пэнси и Лавгуд пробормотали, что им надо срочно поправить нервы ещё одной бутылкой выдержанного вина и удалились, оставив их вдвоём.       Гарри ворвался к ним, взволнованно замерев на полпути.       — Гермиона, ты в порядке? Я уже поговорил с Роном, никогда бы не подумал, что он мог такое сказать, — он обнял её, чувствуя сквозь тонкую водолазку, как она дрожит.       — Да, мы уладили конфликт с Уизли. Он просто много выпил и наговорил лишнего, — сладкая ложь с щепоткой будущей мести.

***

      Она предложила Тео и Гарри подняться к ней домой, решив, что хватит с неё общественных мероприятий. Её квартира находилась на втором этаже и была небольшой, но очень уютной: спальня в бежевой гамме, гостиная с огромным диваном и многочисленными книжными полками, маленькая комната для зельеваренья.       Теодор заметил насколько защитных заклинаний, будто квартира располагалась не в богемном районе, а в гетто.       — Кофе? — она нервно взмахнула волшебной палочкой, проверяя не проникал ли кто-то внутрь в её отсутствие. Нет. Это успокоило.       Получив утвердительный ответ, девушка прошла к плите, чтобы сварить кофе в турке, так как захотелось очень крепкого напитка. Кофе из кофемашины она попьёт в следующий раз, когда не будет на взводе.       Три простые белые чашки. Молотый кофе. Крепость на максимум.       Она подала кофе магловским способом без волшебной палочки и прислонилась к окну, не сводя глаз с коридора.       — Ты в порядке, Гермиона? Что за конфликт Рон устроил? — мягко поинтересовался Гарри.       Он никак ожидал от Уизли такого проявления низости. Да, за годы дружбы Рон часто мог вспылить, но никогда не выражал агрессию по отношению к друзьям.       — У меня всё хорошо, Гарри, — бодро произнесла она, рассматривая плескавшийся кофе на дне.       Друг нахмурился, мигом распознавая ложь, ведь они были знакомы так давно, что считывали друг друга по мимике и жестам. Когда же Гермиона согласится с тем, что ей нужна помощь? Ведь в этом нет ничего постыдного, однако она фанатично убеждала всех в том, что справится со своими проблемами сама.       — Рон обвинял меня в измене. И он прав: вчера я занималась сексом с парнем, которого даже не знала, — спокойно ответила Гермиона.       Гарри закашлялся, подавившись кофе, а Тео побледнел и теперь напоминал по цвету пергамент. Только девушка спокойно смотрела на них, улыбаясь в такт воспоминаниям.       — И мне не стыдно. Секс с ним был потрясающим, — девушка слегка вздёрнула подбородок, словно бросала вызов.       Нотта пронзила неожиданная мысль, которая взбудоражила мозг, вывернув наизнанку: может быть, та девушка и была Грейнджер? В таком случае он начал знакомство с секса, обойдя тему первого свидания.       — И где ты его нашла? — сдавленно поинтересовался Тео, надеясь на то, что тон не выглядит заинтересованным.       — На вечеринке у Луны, — хихикнула девушка, слегка краснея. — Мне повезло встретить волшебника, который не эгоистичен и умеет слушать других.       — Не ожидал от тебя такого, но я рад, что ты смогла бросить Рона, — протянул Поттер, поправляя очки и размышляя над тем, что за парень это был. Может быть, его стоило найти и привести к Грейнджер, если отношения не сложатся, так пусть хоть хороший секс у неё будет.       Звук открывающейся двери заставил девушку вздрогнуть и наслать Экспеллиармус в сторону источника шума.       — Протего, — чей-то девичий голос уверенно отбил заклинание.       Гермиона сжала в левой руке волшебную палочку так сильно, что побелели пальцы, и вопросительно посмотрела на Гарри.       — Это, наверное, Полумна, — бодро сообщил он, отрицательно качнув головой в сторону.       Напряжение внутри росло, а тело требовало вступить в бой, получив дополнительное преимущество.       — Это кто-то из подруг. Ты же помнишь про защитные заклинания, которые наложила на квартиру и магазин? Сколько раз твою невидимую преграду сметали Пожиратели смерти, заставляя отступать и отбиваться от смертельных заклинаний. Один галеон — вот цена твоей защиты, Гермиона. Везде опасно. Ты же умная и знаешь, что до сих пор поймали не всех приспешников Тёмного Лорда.       — Но, главное, Беллатриса мертва, я сама её убила.       — Серьёзно? А вдруг это очередная твоя фантазия?       — Нет, я помню кровь на своих руках и её волшебную палочку.       Внутренний диалог прервался.       — Гермиона, это Луна, — в конце коридора показалась пепельная макушка.       Лавгуд неторопливо вошла, так плавно, будто летела над полом.       — Я пришла попить кофе, пока Блейз, Драко и Пэнси развлекают прессу, — она уверенным движением открыла шкаф на кухне и достала любимую чашку с розовым единорогом, которую подарила ей Грейнджер, затем нажала на кнопку приготовления кофе. Лавгуд обожала кофе с двумя кусочками сахара и двадцатипроцентными сливками.       Грейнджер расслабилась и теперь надеялась на то, что Нотт не испугался её случайной вспышки тревожности, ведь Тео хорош собой, а поскольку она свободна, то может предложить ему встречаться. Полумна предложила выступить в Роли профессора Трелони и погадать на кофейной души, отчего Грейнджер задорно рассмеялась, но идею одобрила.       — Гарри, у тебя тут леопард. Тебе надо быть осторожнее в высказываниях сегодня, — Луна аккуратно отдала ему чашку обратно и прошла дальше. — В обсуждениях ты проиграешь брюнетке.       Поттер задумался над её словами. Мало кто мог переспорить Паркинсон и убедить её в том, что она не права, поэтому Поттер с лёгкостью уступал по многим вопросам, предпочитая делать так, чтобы девушка была довольна.       Возможно, он стал подкаблучником, но его это не беспокоило. Он давно не хотел всегда быть первым, надоело.       — Тео, у тебя перевёрнутый волшебник. Ты ведёшь двойную игру. Будь аккуратнее, чтобы тебя не раскрыли раньше времени.       Нотт улыбнулся уголками губ и одобрительно кивнул. Расклад ему понравился. Хотя он не знал, как она это сделала, но у Лавгуд получилось довольно точное предсказание. Казалось, двойная жизнь являлась семейной чертой фамилии Нотт. На публике влиятельные аристократы, меценаты, всегда готовы помочь волшебникам, попавшим в трудную ситуацию. А за фасадом — искусные убийцы, практически не проявляющие никаких эмоций.       — Гермиона, у тебя проявилось изображение в виде клоуна. Парень, которого ты встретила вчера, и есть твоя судьба. Из трёх сложится один пазл, — туманно ответила Лавгуд.       — Как это из трёх выйдет один? — Грейнджер вздохнула и опять всмотрелась в кофейную гущу.       Вся эта мистика никогда не вдохновляла, однако предсказания Луны ей нравились гораздо больше, чем профессора Трелони. Подруга всегда говорила факты, которые были весьма необычны, а иногда даже сбывались.       — Потому что он играет и меняет роли, — серебристо-серые глаза блестели и стали ещё больше.       Приобретённый скептицизм к прорицаниям и гаданиям не позволил зафиксировать неожиданно важную информацию в памяти Грейнджер.

***

      Она ушла с Тео покурить на балконе.       Его улыбка слегка надменно изгибалась в уголках рта, а пронзительный изумрудный цвет глаз предлагал упасть в пленительный омут. И кажется, она уже летела вниз, ведь внезапно захотелось ловить падающие звёзды ладонями.       — Я забронировал столик для нас в ресторане на завтра, — он изогнул бровь и продвинулся ещё ближе, слегка касаясь пальцами её руки.       Сердце ухнуло вниз, когда она услышала название ресторана. Естественно, это заведение было самым модным и дорогим в Лондоне, кажется, входило в топ 3 по версии журнала «Ведьмополитен». По слухам, бронь на столики была расписана на год вперёд.       Конечно же, сливки общества не ходили в обычные заведения, чтобы не путаться с серой массой. Наверное, там много людей и очень шумно. Главные триггеры панических атак соберутся в одном месте и устроят проверку на самоконтроль девушки.       — Тео, я не смогу пойти в место, где много волшебников, — она нервно облизнула губу, затягиваясь никотином сильнее, чем обычно. — Прости.       Нотт слегка сжал губы, будто о чём-то размышляя, затем аккуратно растворил окурок сигареты в руках, не оставляя пепла.       — Тогда завтра я зайду за тобой и проведу для тебя экскурсию по своему поместью, — непринуждённо выпалил он. — Я завтра ночью уезжаю в пригород Лондона, поэтому мне важно с тобой увидеться перед поездкой.       Поттер никогда не говорил ему о том, что у Гермионы есть какие-то проблемы психического свойства.       Он заметил, как девушка облегченно вздохнула и благодарно улыбнулась. Гермиона так и не знала, чем занимался Нотт и Забини в мирной жизни, по слухам, их бизнес был связан с зельеварением и помощью волшебникам, попавшим в трудную ситуацию. Она докурила и открыла дверь, Нотт пропустил её первой, затем зашёл следом.       В гостиной Луна упорно стреляла в неё взглядами, поэтому Грейнджер с облегчением проводила Гарри и Тео, так как не терпелось поделиться приглашением на свидание.       — Вы долго курили на балконе, — промолвила Лавгуд. — Морщерогие кизляки уже бы повесились от клубов сигаретного дыма.       — Кажется, меня Тео пригласил на свидание, ну или это просто встреча, — растерянно сообщила девушка. — К себе в мэнор. У меня при мысли об этом сразу пульс повышается до неприличных пределов, а вдруг я опять натворю что-то экстраординарное?       — Нет причин отказываться. Попробуй. Рон просто создавал нервную обстановку, его бесили все твои промахи, — Полумна утешающе взяла за руку подругу. — Блейз всегда поддерживает любую мою идею.       Грейнджер предложила заночевать у неё, вспомнив старые времена.       Она уступила Луне свою кровать, а сама легла вниз, расстелив спальный мешок и положив палочку в зоне видимости.