Chapter 6: let's forget everything for now

— Сноудин такой... красочный. Не похоже на место, в котором ты мог бы жить, док — проронил Первый, идя по центру маленького городка и рассматривая разноцветные вывески местных лавочек. — Санс, ты даже не представляешь какой здесь классный бар. Один он стоит того, чтобы перетерпеть эту броскость. Поверь мне на слово. — Броскость? Мне показалось, или ты сейчас скаламбурил? Смутившись, учёный ответил: — Это случайность. — Хм, сделаю вид, что я тебе поверил — с ухмылкой сказал Санс, а после продолжил — Кстати, раз ты ходишь в местный бар, то ты видимо любишь пить? Жить с отцом садистом это и так тяжело, а ты ещё оказывается и алкоголик? Хотя я не припомню, чтобы хотя бы раз видел тебя в нетрезвом виде. — Я предпочитаю брать воду или сок. Не обязательно же ходить в бар и пить, ты не знал? — Это странно, но, наверное, в этом есть смысл. Диалог внезапно прервал Папайрус, побежавший вперёд по улице. — Эй! Не беги! — опешив, громко крикнул Гастер, чтобы его точно услышали, — Папайрус, остановись! — Не увидев никакой ответной реакции (знаю, что это плеоназм, но мне так нравится больше), учёный быстро побежал в след за убегающим ребёнком, машинально схватив за руку Первого. Пробежав пол Сноудина, Второй резко притормозил, а после вдруг закричал: — Санс! Санс! Это же тот дом, я уверен! Это наш дом! — прыгая от счастья, тараторил Папайрус — Только почему-то он выглядит таким серым... но мы это исправим! Правда! Это же точно наш... Ой! Санс, на тебе лица нет… Первый высвободил свою руку из крепких пальцев Гастера и попытался спокойно ответить, все ещё находясь в лёгком смятении от поведения учёного: — Эм, хех, д-да, довольно большой дом… Это правда твой, док? Папс угадал? — Не строй радужных планов, Второй. Я, конечно, рад что ты хочешь сделать мой дом поуютнее, однако не превращай его в яркое месиво, умоляю. — Так значит и в правду угадал. Вау, молодец, бро. — Я знал! Я всегда знал! Но стоп, брат, как ты мог сомневаться во мне - Великом Папайрусе?! Пока Первый неловко извинялся за свое недоверие к брату, Гастер подошёл к уже не только своему дому, приподнял уголок придверного ковра и достал из-под него ключи. — Пф, а ты не церемонишься, да? Не боишься, что кто-то тебя ограбит? — переключился на действия учёного Первый. — Ни чуть, — ответил Гастер, зайдя в дом. Не услышав за собой шагов, добавил — Не стойте столбом, заходите. Осмотревшись, Папс снова убедился в том, что это имеено их дом. Однако энтузиазм быстро угас и сменился на жалобы из-за жуткого беспорядка: — Как ты тут вообще можешь жить? Тут же так пыльно... И душно! Здесь совсем нечем дышать! — открывая окна, возмутился Второй и продолжил — А эти разбросанные книги? Ты их хоть прочитал, чтобы так раскидывать?! — Ох, Втор- Папайрус, у меня болит голова, можешь потише? Если так не нравится беспорядок, то помоги мне его убрать. Меня здесь не было почти 2 месяца. А те книги... я их написал, так что я считаю, что имею право делать с ними все, что захочу. Однако ты прав, стоит их убрать, а то ещё твой брат споткнётся. — Стой-стой-стой. Погоди, — прервал того Санс — А где же ты тогда ночевал все это время? Неужели в лаборатории? Но ты же выключал свет! Ты всегда выключаешь свет, когда уходишь... — протараторил Первый, полностью игнорируя последнюю часть предложения учёного. — Именно в ней я и ночевал, Первый Санс — вздохнув, поправил себя в очередной раз Гастер — А сейчас, я пошёл за своей заначкой сигарет. Не сломайте здесь ничего до моего прихода, ясно? — Кристально ясно, сееееер — протянул Санс, раздраженный тем, что его уже в который раз не называют по имени. Когда учёный удалился, дети прошли в глубь комнаты. Чуть осмотревшись, Папс спросил: — Он правда написал все это сам? Здесь же так много книг! — Думаю, сам. Он бы не стал о таком врать — ответил Первый, а после добавил — Как насчёт перекусить? Я жутко проголодался. — Ага, я тоже. Я не думал, что мы будем идти сюда тааак долго. Спустя пару минут Гастер вернулся обратно, но, спукаясь с лестницы, он услышал ужасный звон, доносившийся с кухни и не предвещающий ничего хорошего. Найдя источник неприятного звука, учёный крикнул: — Что вы тут устроили?! Господи, у меня же была только одна просьба - ничего не сломать. Что вы двое сделали?! — Все сломали... — виновато пробубнил Второй. — Ну, не прям всееее, брат. И мы не специально! Просто хотели посмотреть, что у тебя есть из еды, но, увидев гору грязных кружек, Папс захотел их помыть, а потом... — А потом эта гора упала? Удивительно! — с сарказмом возмутился доктор — Эх, что мне с вами делать? Именно поэтому я не хотел... Тц, ладно, это уже не важно. Отойдите от стекла, не хочу, чтобы вы поранились... — сказал доктор, а через секунду заметил радостное удивление на лицах детей из-за того, что их отец неумело, но проявляет заботу. Растерявшись, учёный решил прояснить свои слова — Если ты превратишься в пыль, Первый, то я просто не смогу остановить поток слёз твоего брата, вот и всё. — Ага-ага, конечно, — ответил Санс, отходя от осколков. Какое-то время дети стояли без дела, но после они решили получше осмотреться в доме, чтобы не мешать Гастеру убирать стекло с пола. — Дааа, гостиную придётся долго убирать... — разочарованно произнес Второй, подняв пыльный носок с пола и отбросив его в сторону — Эй, брат, смотри! Тут есть лестница на второй этаж! — Пошли посмотрим, что на втором этаже. Все равно делать нам пока нечего. Поднявшись, дети увидели две комнаты, дверь, одной из которых, была полностью обвешана предупреждениями о безопасности. — Хееей, бро, как насчёт того, чтобы больше не испытывать его терпения? — предложил Санс. — Д-да, думаю тут ты прав… Не очень хочется его лишний раз злить, — смотря по сторонам, ответил Папайрус. — О, смотри какая классная картина! — крикнул Второй, указав пальцем на полотно с нарисованной огромной костью. — Ага, согласен, она прикольная. — Дааа, — протянул Папайрус — сразу видно, что этот дом принадлежит скелетам. Такой шедевр может оценить только... Поток мысли прервал Гастер, который позвал детей: — Эй! Вы двое, спускайтесь! Я почти закончил. — Чтож, видимо на этом наши исследования подошли к концу, бро. Вернувшись на кухню, дети стали ждать дальнейших указаний. Затянувшуюся тишину прервал вздох Гастера: — Фух, похоже, что все — вытирая лоб, сказал учёный — А это я с вами здесь ещё не живу. Не делайте так больше... пожалуйста — помедлив, добавил Гастер. — Мы постараемся — за двоих ответил Папайрус. — Как я понимаю, вы голодны? Могли бы просто сказать об этом. Вы же должны знать, что я что-то готовить умею. Не так хорошо, как Азгор, но все же. Как-никак занимался этим почти всю вашу жизнь — сказал доктор, заглядывая в один из кухонных шкафчиков, — Посмотрим, что тут есть… Наивные надежды маленьких скелетов разбились о суровую реальность - в доме не нашлось ничего съестного. — Господи, док, чем ты вообще тут питался? — в негодовании воскликнул Санс — Мы перерыли всю кухню, заглянули в каждый шкафчик, но здесь нет абсолютно ни-че-го. Теперь я понял, почему ты столько времени ночевал в лаборатории... Как придём обратно к Азгору, я обязательно ему расскажу, что ты тут держался только на сигаретах и растворимом кофе. — Санс, даже не смей, понял?! Такой подставы я тебе точно не прощу. Почувствовав раздражение своего отца, Второй решил вернуть разговор к насущной проблеме: — Эм, Гастер, получается нам остаётся только тоже есть твои сигареты, запивая их кофе? — неловко спросил Второй. — М-да, такой себе расклад — поддержал Первый. — Пфф, дети, все, достаточно! Папайрус, во-первых, сигареты не едят, их курят. Я уже говорил тебе это, разве нет? А, во-вторых, нам нужно сходить в магазин, чтобы купить хоть какие-то продукты на обед и, возможно, ещё и на ужин, если мы задержимся здесь допоздна — сказал учёный, направившись в коридор, — Собирайтесь, будете моими переводчиками. — А как ты обычно покупаешь себе еду, если не можешь говорить на языке монстров? — поинтересовался Второй, следуя за скелетом. — Хм, ну, обычно я просто пишу список продуктов и отдаю его продавцу. Мало кто знает язык жестов в этом городке, к сожалению. — Тяжело тебе, наверно… Мне было бы очень грустно, если бы меня никто не понимал — сказал Второй, погрузив компанию в молчание.   Выйдя на улицу, в лица скелетов подул морозный ветер, который чуть не снёс с ног бедного Папайруса. — Эй, бро, ты как? — взволнованно спросил Санс, закрываясь от холода воротником свитера. — В-все нормально. Великому Папайрусу все нипочем! — решительно ответил Папс, пытаясь преодолеть огромный сугроб. — Ну, чего вы там застряли? — устало пробормотал учёный. — Хей, док, мог бы и помочь! — возмущенно возразил Санс — Мы ещё не успели привыкнуть к такой погоде. Закатив глаза, доктор резко развернулся и подошел к своим творениям. На вытянутых руках, Гастер поднял Второго, поставил его на тропинку, а после нехотя помог отряхнуть налипший к ребёнку снег. — Вот, здесь нет ничего сложного. Давайте быстрее, не хочу долго стоять на морозе. — Большое спасибо, доктор Гастер! Мы уже идём! — с искрящимися глазами воскликнул Папайрус, очарованный поступком учёного настолько, что перестал замечать ужасный холод вокруг. — Невероятно... Я сплю или это он сейчас серьёзно?! — в недоумении спросил Первый, протягивая руку своему брату, чтобы тот помог ему преодолеть преграду из огромной кучи снега. Послышался звук дверного колокольчика, и девушка кролик перевела взгляд от кроссворда на посетителей: — Приветствую вас в своей лавке! О, неужели это вы, доктор Гастер? Давненько вы к нам не заглядывали! Отряхнувшись от снега, учёный подошёл ближе, а из-за его спины появились двое маленьких скелетов, трясущихся от холода. Заметив это, лавочница воскликнула: — Ох, детки, вы так сильно замерли! Вот, держите, — сказала она, протянув два розовых пушистых пледа. — Спасибо, миссис кролик! — обернувшись в теплую ткань, произнес Папайрус. — Вы говорите на языке монстров? Не думала, что скелеты могут на нем разговаривать, — вернувшись за стойку сказала лавочница и продолжила — Не помню, когда в последний раз видела здесь новые лица. Откуда вы пришли? Из столицы? Не зная, что стоит ответить, дети посмотрели на учёного, на лице которого тоже виднелось некоторое смятение. — Кхм, да, можно и так сказать... — скомконо ответил за детей учёный. Ничего не поняв, крольчиха решила не лезть не в свое дело, переведя тему: — На улице поднялась такая вьюга. Удивлена, что вы смогли пройти сквозь весь этот снег. Чтож, чем я могу вам помочь? — Наконец-то настал ваш черед — сказал Гастер, обращаясь к детям, — Скажите этой мисс, что нам нужно... Закупившись всем необходимым, семья скелетов вышла на улицу. Метель уже стихла, поэтому Гастер не спеша шёл по дороге. Наслаждаясь местными красотами, учёный не заметил, как в его голову внезапно прилетело что-то очень холодное. Резко обернувшись, он сказал: — Эй, я вообще-то сумки с едой несу! Можно поаккуратнее? — Ох, прости, док. Я случайно — сказал Первый, в голосе которого не было и капли сожаления. — Эй, Санс! Ну не будь таким грубым! — сказал Второй, а после добавил — Нам жаль, Гастер. Вздохнув, доктор ответил: — Ничего страшного. Идём. Прибыв обратно домой, Гастер не стал терять времени и пошёл разбирать сумки с продуктами. — Чтож, пока я тут буду готовить, вы двое, идите и приберитесь в гостиной, окей? Папс, ты же так мечтал об этом, не так ли? — улыбнувшись, сказал учёный. — Ты просто нас эксплуатируешь, док… — устало протянул Первый. — Да ладно тебе, брат! Это, должно быть, весело! Пошли! — схватив за руку брата, сказал Второй, напрявляясь в гостинную. Когда громкие шаги детей стихли, Гастер, чтобы не отрубиться прямо перед объектами, заварил себе кофе. Устало выдохнув, он взялся за дело, начав неспешно готовить. Санс взял на себя ответственность за сбор книг из всевозможных мест. Когда он нашел какой-то блокнот в цветочном горшке, он перестал удивляться беспечности своего создателя. Пролестав парочку из найденных книг, Санс отобрал себе те, которые его заинтересовали, а после сложил их в маленькую стопку на тумбочке. Папайрус же в это время собрал весь мусор с пола, недовольно бурча себе под нос. Закончив с этим, он протер от пыли полки, стол, пол и другие поверхности. Изрядно подустав, дети упали на диван, пытаясь прийти в себя. Но скоро приятный аромат оживил маленьких созданий. Обед уже был почти готов, и на кухню вбежали дети. Восхитившись прекрасным запахом еды, Папайрус подошел ближе к Гастеру, пытаясь разглядеть, что он такого вкусного приготовил. — Хей, док, мы закончили, что дальше? — Садитесь, остальное я сделаю сам — ответил доктор, накрывая на стол. — А ты не хочешь поесть вместе с нами? — встревоженно спросил Второй, на что быстро получил ответ: «Я не голоден». — Сказал, как отрезал… — вымолвил Первый. — Так нельзя! Хоть для приличия составь нам компанию! Посмотрев в грустные глаза Папайруса, доктор не смог долго сопротивляться. — Вечно тебя приходиться уговаривать, чтобы ты сделал хоть что-то! Сколько можно? — поставив ещё одну тарелку на стол — Вот, держи.   Закончив с едой и помыв посуду, учёный сообщил: — Раз мы все равно здесь, то нужно подготовить дом к вашему переезду. Идите за мной, разгребём одну из комнат. Послушно следуя за Гастером, дети пришли в душное, серое помещение на втором этаже, которое как раз располагалось за той странной дверью, с вывесками «Не входить!». — Кхе-кхе, боже, Гастер, что ты тут вообще делал? Тебе бы не повредило хотя бы иногда прибираться в доме — начал возмущаться уже даже Санс. — А что ещё может делать учёный у себя дома? Ставил маленькие эксперименты, конечно же. А теперь стоит тут все разобрать… Хм, с чего бы начать? Заметив, как Второй начал рыться в одной из коробок, док сказал — Так, Папс, не трогай эту штуку, иначе она может вступить в реакцию и… Послышался взрыв маленькой петарды. — ...взорваться. — Вауви! А у тебя есть ещё одна такая? Такие красивые огоньки! Мне понравились! — радостно прокричал Папайрус. — Брат, у тебя лицо все в саже какой-то. Давай помогу её убрать — сказал Санс, подойдя к брату. Попытавшись убрать грязь, ребенок сделал только хуже, да ещё и сам испачкался. — Это бесполезно, Первый, остановись. Черт, теперь придётся вас ещё и отмывать после того, как мы закончим здесь, блеск. Смирившись, учёный начал прибираться: открыл окна, убрал пыль с мебели, систематизировал пару коробок, которые после отнес в домашнюю лабораторию в гараже. Приведя комнату в порядок, Гастер уже хотел выдохнуть с облечением, потому что его работа на сегодня официально подошла к концу, но не все так просто. — Дети, вы точно хотите от всего этого избавиться? — спросил уставший Гастер, стоя на дворе своего дома с кучей петард в руках. — Определённо, да! — объявил Первый. — Чтож, тогда отойдите подальше. Выполнив просьбу, дети стали дожидаться волнующего момента. — А теперь приступим… — сказал учёный, начав поочереди подрывать свою драгоценную коллекцию петард. Когда фаершоу подошло к концу, Второй вдруг подытожил: — Ваушки! Как красиво! Но зачем тебе столько бомбочек? — Согласен, это даже немного жутко — поддержал Первый. — Я любил их мастерить в студенческие годы. Было очень интересно экспериментировать с химическими элементами. Если хотите, то могу показать вам свою диссертацию про взрывчатые вещества. Она вышла достаточно неплохой. Там много интересных открытий, которые могли бы вас заинтересовать на часок с лишним. — Ой, да неужели? Что же там такого интересного, док? — К примеру, там написано какие штуки лучше не смешивать. Кетчуп и горчицу, например. — ЧТО? Санс, ты же этого не делал? — удивлённо воскликнул Папайрус. — Док, не морочь голову, я же не идиот. — Я не идиот! — с криком закричал Папс и со слезами на глазах вбежал в дом. — Ну, давай, маленький гений, беги успокаивать его — с насмешкой сказал учёный. Выкурив сигарету, а после зайдя в дом, Гастер увидел двух детей, сидевших на диване в гостиной: — Папайрус, ты уже успокоился? —спросил учёный. Получив кивок в ответ, Гастер потянулся и продолжил — Ох, как же я сильно устал за сегодня. Вы же не против, если мы заночуем здесь? — Не против. Ты не представляешь, как я сейчас близок к тому, чтобы провалиться в сон — с зевком ответил Первый, облокотившись на плечо своего брата. — Отлично, тогда я позвоню Азгору и предупрежу его о том, что сегодня он может нас не ждать… И ещё, не засыпайте пока, вас нужно отмыть от всей этой грязи, что покоится у вас на лицах. Услышав в ответ разочарованные вздохи, учёный набрал номер Азгора, предварительно начав набирать ванну для объектов. Проболтав с королем как минимум 10 минут и уверив его, что у семьи скелетов все хорошо, Гастер снова зашёл в гостиную: — Отлично, король не против. Чтож, идите сюда. Наконец-то заметив, что его никто не слушает, доктор увидел двух дрыхнущих детей, развалившихся на диване. — Эй, не спите! Я для кого ванну набирал? — Док, я так устал — жалобно протянул Первый — Я не хочу мыться, может лучше завтра? — Не хочется признавать, но и я – Великий Папайрус тоже уже утомился. — Так не пойдёт, поднимайтесь. Ну же… — постояв у дивана какое-то время, Гастер понял, что сами объекты идти не собираются. Прикинув варианты, учёный решил воспользоваться тем, который бы выбрал Азгор, будь на его месте. Доктор нагнулся над Вторым, а через секунду осторожно поднял его на руки. — Мг-г, чего? Что?! — в полном изумлении прокричал Папайрус. — Так, не дёргайся. Я вообще-то твоего брата поднять пытаюсь. Наконец-то подхватив обоих детей, учёный направился в ванную комнату. — Гастер, ты и в правду изменился… — наслаждаясь моментом сказал Папайрус. Никак не отреагировав, доктор зашел в ванную комнату, опустил на пол сначала Второго, а затем и Первого, который только сейчас проснулся, почувствовав давление гравитации на свое тело. — Мг-м, где это я? — Доброе утро, Первый. А теперь, вы оба, залезайте в ванную. Раньше начнём, раньше закончим. — Может лучше завтра? — с надеждой спросил Санс. — Я вообще-то тоже устал — ответил учёный, про себя добавив, что устал он ещё с утра. Из-за того, что промучился от кошмаров пол ночи. Закончив с ванными процедурами, дети вернулись в гостиную, объявив, что спать они собираются прямо здесь - на диване. Только их головы дотронулись до подушки, они мгновенно отрубились, прижавшись к друг другу. — Вау.. в первый раз вижу, чтобы кто-то так быстро засыпал... — шёпотом сказал учёный, накрывая детей пледом,— Даже как-то завидно... Сверив взглядом свои творения в последний раз, Гастер развернулся в сторону лестницы, но, не пройдя и двух шагов, тихо сказал: — Спокойной ночи. Спустя пару секунд, учёный услышал, как Санс перевернулся на другой бок и ответил: — Ночи... Остолбенев, Гастер почувствовал как по его спине прошёл табун мурашек от ответа, на который он совсем не рассчитывал. Когда учёный заметил, что застыл на месте, он одумался и попытался пошевелиться, а после медленным шагом побрел в свою комнату, осознавая, что не сможет уснуть ещё как минимум час.