17|Я с Тамарой хожу парой, я с Тамарой всегда рядом

Меня будит врач через пару часов после того как я проснулась. Поспать удается мало, поэтому выгляжу скорее всего очень помято. Врач, а скорее всего интерн, смотрит на меня, с сожалением, и я даже не много пугаюсь, когда он смотрит то в листочки с анализами, то на меня этим грустным взглядом. - Ирина, такая молодая девушка, а уже связались с группировщиками. – Наконец вздыхает врач. – Видите, до чего таких как вы доводят эти преступники с улицы? Ах, вот в чем дело. Я даже не буду вступать с ним в полемику, пусть думает, что прав и это сделали грозные пацаны с района. - Что там с анализами? – Сонно бормочу я. - Анализы хорошие. Завтра выпишем вас. Сегодня еще денек отлежитесь, а потом пожалуйста тоже сильно не активничайте. Хорошо бы убрать из жизни на пару недель телевизор, громкую музыку и любой стресс. - Громкую музыку? – Переспрашиваю и сажусь в кровати. – Я через две недели буду выступать в Доме Культуре с музыкальным номером. Это сильно помешает? - Вашему выздоровлению? - Мое сотрясение концерту. - Знаете, Ирина, вот я уважаю таких женщин, которые, не смотря, ни на что идут к поставленным целям! – Интерн показал мне кулак. – Вот прямо такие классические русские бабы, которые и коня остановят… - Что с концертом? – Напоминаю врачу. Он очень разговорчивый, а у меня кружится голова и снова есть порыв прочистить желудок. - Придется отложить. – У парня очень быстро менялись эмоции. Только-только разгрячился в боевом настрое, и снова грустный, будто это его концерт. – Я бы вот обязательно к вам сходил на концерт. Меня кстати Александром зовут. - Меня Ирина. - Знаю. – Александр улыбается и машет моими анализами. Да, точно. – Вы отдыхайте еще, завтра перед выпиской я вам от невролога рецепт передам. В аптеку сходите, вам лекарства выдадут. Ничего сильного, так вспомогательные аппараты. Отдыхайте, Ирина. Если вдруг скучно станет можете меня позвать, я с удовольствием послушаю о вашем концерте, который, уверен, вы не пропустите даже по рекомендации медицинского работника. Тут ты Санечек прав. После утреннего туалета, ложусь обратно спать. Ну что я там поспала? Часа три от силы. Просыпаюсь уже под вечер. На улице опять темно. Да, что ж такое-то. Днем сплю, ночью брожу. Интересно, Вова приходил? Или он тоже перепутал день с ночью? Очень быстро я понимаю, что не угадала вообще. Вторым моим гостем за больничные будни был Марат. Он пришел, когда я сидела на кровати и разминала шею. Устала уже лежать, а если встану и начну ходить, голова обязательно закружится. Было уже поздно, поэтому свет в палате не горел, и я снова сидела под сияние луны. - Ирка. – Я резко вскочила с кровати услышав голос паренька в темноте. Марат приоткрыл дверь в палату и тихо звал меня, а когда увидел, то смело зашел. – Ну, наконец-то блин! Я тебя уже минут пятнадцать по всему отделению ищу. - Марат? – Я забываю, что я в больничной сорочке и быстро подхожу к пареньку. – Ты что тут делаешь? - Да вот проведать тебя решил. – Суворов смотрит на меня как на полоумную. – Че я не могу, что ли к подруге в больницу прийти? Я так обрадовалась, что меня навестили, что прям вся светилась, я взяла Марата за руку и мы вместе сели на кровать. Я в позе по-турецки, он на краешек полу-боком ко мне. - Я тебе это яблоко принес. Оно ж полезное. – Парень и вправду достает яблоко из кармана и тогда я понимаю, что я же ничего не ела за сегодня. Пропитание развозили по палатам пока я спала. Я жадно вгрызаюсь в яблоко и киваю ему в знак благодарности. – Ирка, тебя че тут не кормят что ли? У тебя вон палата какая, одноместная по-царски считай лежишь, я думал тут вообще все включено. - Днем спала, пока покушать привозили. Че там у вас? Как дела? Турбо за меня влетело? - Да прям, Кащей же не совсем зло. Он у нас старший рассудительный, понял, что его вины тут нет и даже не орал. Ты лучше расскажи, как ты в ментовскую машину влетела. – Даже в темноте вижу, как глаза Марата загорелись. Я рассказываю ему сцену в машине в подробностях, на что паренек мне респектует и даже честно признается в зависти. Медленно становлюсь его кумиром? То человека рассказываю, как вырубить одним ударом, то теперь это. Ладно, пусть не кумиром, но мне почему-то греет душу, что в глазах Марата я завоевываю авторитет. Мне восемнадцать лет, а я радуюсь тому, что вызываю восхищение у восьмикласника. Ну и ладно. - Ой, ну ты даешь конечно. Но мы, знаешь, тоже не отстаем, у нас сегодня такооооое было. – Тянет Суворов. – Прикинь, кинопленка, ну это с улицы Востания, короче, решили расширяться. Ну территорию себе грабануть и прикинь че больницу себе решили оттяпать. Хоть и чуть-чуть просвещена в уличные дела благодаря Турбо и Вове, ничего не понимаю из того что говорит Марат. Он, видя мое недопонимание закатывает глаза. - Ц. Любая больница - это вообще то нейтралитет. Никто не может сказать, что больница теперь наша, понимаешь? Потому что, когда на скорой везут тебя как-то не спрашивают, куда везти. А эти чучела, не по понятиям поступили, а Вова их засек за их делишками. Ну мы одним днем и собрались, и стенка на стенку пошли, что б они не херели сильно. – Парень забылся от пережитых эмоций за день. Ему было весело, он словно герой книжных историй, участвовал в приключении по освобождению территорий от злодеев. – Там такой махыч был. Нас двадцать человек, их человек сорок, и мы их раскидали короче, прикинь? - Ну вы крутые конечно. – Поддерживаю его настроение. Он ведь кому еще это расскажет то? Мне то он говорит только для того, что б почувствовать себя крутым, а я как девушка его брата наигранно восхищаюсь им. Вот мы и поменялись местами. – Их же в два раза больше было! - Да. – Смакует паренек. – Это все потому что у нас сила духа крепкая! А они придумали ерунду какую то, а мы по-справедливому им накостыляли за это. Мы конечно тоже не без потерь. Я вообще к Вовке пришел, проверить как он, ну думаю дай и к тебе загляну. Медленно поворачиваю голову. Взгляд мой злой ужасно. То есть Вова лежит в больнице, а он мне об этом говорит спустя час нашего разговора? Вот поэтому Маратом нельзя долго восхищаться, очень быстро вспоминаешь что он в силу своего возраста подтупливает иногда. - Марат, ты че дурак? – Кричу я и он шугается. – Где он? - Да че ты орешь то, Ир. На четвертом этаже он лежит. Вовка сказал у него ниче серьезного, так, ушиб легкого… - Щас у тебя ушиб мозга будет! - Как у тебя? - Марат! Веди меня немедленно к брату! - Не, я туда больше не пойду. Там санитарка орет как фурия! Выгнала меня вон. Иди сама! Ты ж тут как дома уже. А я кстати тоже домой пойду, пора уже. И Суворов младший выскальзывает за дверь. Свинтил подлец. Я вздыхаю. Носится по больнице в сорочке слишком не прилично, поэтому стаскиваю одеяло с кровати и укрываюсь им. Тапочек у меня не было, поэтому иду босиком. Сначала спускаюсь в регистратуру, чтобы спросить палату, а потом и на четвертый этаж поднимаюсь. Видимо уже очень поздно. В коридорах никого не встречаю и во многих из них не горит свет. Когда нахожу нужную палату, думаю сначала постучать. Потому что мало ли, что может происходить в мужской палате, но потом думаю, что кого-нибудь разбужу и тихо открываю дверь. Как мышка проскальзываю внутрь. Палата пятиместная, и быстро оглядываю четырех пацанов, Вова лежит около самой двери, я аккуратно сажусь к нему на кровать, глаза его закрыты, и я думаю стоит ли мне будить. - Пацаны, смотрите к нам девченка пришла. – Говорит какой-то пацан достаточно громко, и я понимаю, что в палате очень мало спящих. - К стенке отвернулись и уснули. – Грозно говорит Адидас и открывает глаза. – Привет, душа моя. - Так и будем теперь в больницах видеться? – Обреченно отзываюсь я. Парень переплетает наши пальцы. Я удивляюсь тому, что он делает это при пацанах. Которые к слову и вправду легли к нам спиной. Суворов улыбается. - Я подумал тебе компанию составить, что б так одиноко не было. - Ага, а меня предупредить забыл… Не хочу на него смотреть. После вчерашнего разговора мы все друг другу объяснили и все вернули на круги своя, но я все равно как-то неудобно себя чувствую. То ли после вчерашнего, то ли от того что нас подслушивают другие люди. Смотрю на тумбочку и вижу на ней зеленое яблоко, усмехаюсь и показываю на него пальца. - Мне тоже такое сегодня такое принесли. - Он рассказал? - Если наплету тебе, что чувствую, когда тебе плохо, поверишь? Вова тихо смеется и мотает головой. Потом морщится от боли и прекращает. Я кладу свободную руку ему на ногу и легонько глажу. Что ж такое-то? Сначала я в больницу загремела, теперь вот он. Но мне хотя бы уже не больно. Голова не болит, только кружится, а к назойливой боли в щеке я привыкла. Что там пару порезов. Марат сказал, что Суворов старший получил ушиб легкого. Как вообще можно такое заработать? - Что произошло, Володь? – Тихо спрашиваю я. Уже знаю, что он не ответит. Тут пацаны под боком и вообще по тому Вове, что я знаю, могу сказать, что он сейчас выставит себя героем. Не как Марат в своих безбашеных рассказах, а как человек, который не захочет делиться своей болью с другими. Подобно моему Отцу, Адидас продолжит меня прятать от правды жестокой части мира. - Упал. – Вздыхает Суворов и я цыкаю. – Представляешь шел, хотел ограду перешагнуть у полисадника. И чего-то равновесие не удержал и прям на нее свалился. Забавно так, теперь лежу вот, а ты как мой ангел хранитель пришла и уже все прошло. Я вздыхаю, но улыбку не сдерживаю. Дверь в палату открывается и заходят два парня в медицинских халатах. Тоже наверно интерны. Они завозят каталку и перекладывают очередного пострадавшего в кровать. Я думаю, что меня сейчас наругают, но все еще хуже. - Ирочка. – Александр ошарашенно смотрит на меня. – Тебе же покой нужен, ты чего здесь сидишь? Пойдем я тебя в палату отведу. Сжимаю руку Вовы на прощанье и встаю с его кровати. Он провожает меня взглядом, но больше не улыбается. Когда я чувствую руку интерна у себя на спине, я кидаю напуганный взгляд в сторону лежачего на кушетке парня. Мол, смотри это не я если что. - Доктор, а зайдите пожалуйста ко мне, что-то у меня совсем легкое разболелось, может пилюлю какую дадите? – Только говорит Адидас, смотря перед собой. Взгляд его отсраненый будто он уже не здесь, а летает где-то в своих мыслях. - Сейчас я Макарова к тебе отправлю. – Кивает Александр, но руку не убирает. - Да мне еще пока терпит. Вы Ирочку проводите и возвращайтесь, хорошо? Поджимаю губы, когда дверь в палату за нами закрывается. *** Откидываю одеяло и резко встаю. Подхожу к кровати новоприбывшего, он в отключке. Отлично. - Пацаны, прогуляться не хотите? – Спрашиваю своих товарищей по больничной койке. Знаю, что не спят заразы, все подслушивают. Они один за другим поднимаются, кто-то с недовольным лицом, кто-то со стоном от боли. – Не обессудьте. Вокруг по сути даже не все пацаны, но слушаются незамедлительно. Потому что я в отличии от них старший. А конфликт для скорлупы с любым старшим дело гиблое. Сначала он наваляет, потом свои же старшие добавят, потому что полез на Автора и теперь проблемы у всех. Легкое и вправду болит, когда делаю резкие движения, но это ничто по сравнению с тем, что у меня аж кровь кажется закипает. Ирочку он проводит. Я тебе щас провожу, чушпан медицинский. Встаю рядом с дверью и жду. Не дай бог, ты сейчас на минуту дольше в ее палате задержишься. Я не ревную. Все свои карты Ирина Николаевна мне уже показала и я в ней уверен, она со мной и с другими ей быть точно не хочется. А вот другим с ней ой как колется. Я периодически вижу, как пацаны мне откровенно завидуют. На дискотеке, например, но там все знают и понимаю, что утоми ее своим присуствием и вмешаюсь я. А вот интершка не знал. Ну, самое время ему рассказать. Дверь открывается, и я безошибочно определяю этого придурка, что решил ухлестнуть за моим сокровищем. Двумя руками делаю армейский удушающий захват и парень хватает ртом воздух. Ноги его волочатся по полу в попытках встать. - Я, знаете, как думал? - Немного задорно говорю ему на ухо. – Что у врачей какая та этика есть. Что они как-то к пациенткам не клеются своим. Ошибся получается? Его шея зажата в моих руках, и он еле слабо мотает головой из стороны в сторону. - Не ошибся. – Спокойно начинаю разъяснять. – Значит к Ирочке не подходим, а наблюдаем из далека какая она прекрасная, да? – Когда вижу неуверенные кивки, ослабляю хватку. – Вот и хорошо. Дядя доктор, я знал, что мы поймем друг друга без слов. Я, то тебя точно. А тебе еще раз продублирую девочка красивая и скромная, поэтому не скажет тебе: “Отъебись от меня”. А я скажу. Еще раз я увижу, что ты рядом с ней маячишь, придется друзей стоматологов искать. Пшол вон. После того как выкидываю его за дверь, думаю, что как-то я снисходительно к нему. Он бы не пришел, меня б не взбесил, может Ира у нас в палате бы осталась. Вместе заснули бы в обнимку. Засыпаю после тяжелых двух суток без сна с мечтами об этом.