Глава 6. "Добро пожаловать в Бауэр."

Джинни Уизли.

      Бам!       Гермиона с силой бросила передо мной выпуск “Ежедневного Пророка”, заголовок которого гласил:

      

“Министерство Магии устраивает бал по случаю годовщины Битвы за Хогвартс!”

      Развернув газету и глазами пробежавшись по её строчкам, я заострила внимание на фотографии замка. В прошлом году в нём устроили грандиозные пляски на костях. Кажется, там собрали всех Пожирателей Смерти, которые только имелись в армии Волдеморта, от мала до велика. Орден планировал напасть, но подступиться было невозможно – десятки защитных заклинаний, охрана, великаны. Том превратил Хогвартс в свою личную неприступную крепость.       В кухонный зал вошла Анджелина. Увидев заголовок газеты, её рот скривился в пренебрежении:       -Собаки всё налакомиться не могут? Идёт война, а они празднуют.              Выглядела она уже чуть лучше. Помфри старалась как можно скорее исцелить её и вернуть в строй. От недавней встречи с Уоррингтоном её всё ещё выдавали синяки и ссадины, и тем не менее, Анджелина уже сама трансгрессировала и даже принимала участие в обсуждении некоторых заданий.       Налив себе крепкого чёрного кофе, девушка опустилась рядом на стул, загадочно посматривая на нас с Гермионой.              -Мне тут в голову пришла одна мысль. – как бы между делом сказала она, отпив небольшой глоток. – Мы ведь наверняка не знаем, где находятся важные убежища Пожирателей. Поместье Лестрейнджей так и не нашли, Долохова – тоже, Яксли – только про квартиру в Лондоне знаем, в которой никто не появлялся уже долгое время. Но когда я была у Уоррингтона, он всё упоминал графство Норфолк. Без конца повторял, что мне бы там понравилось, что таким, как я, там найдут применение, и обмолвился об Алекто Кэрроу, случайно, полагаю. Вряд ли он рассчитывал на то, что я его слышу и запоминаю весь тот трёп, который он нёс, да и что вообще выживу, но мне показалось, эта оговорка не была пустой.       -К чему ведёшь? – с подозрением уточнила Гермиона.       -Что, если поместье Кэрроу находится именно там? В Норфолке? – Анджелина склонилась над столом, перейдя на шёпот: – Мы с Джорджем могли бы отправиться на его поиски. Если нам удастся найти поместье и выяснить, держат ли в нём наших пленных, то пока все будут на балу, мы сможем пробраться в него.       -Ты понимаешь, насколько опасно даже рядом с их забором стоять? Поместье Кэрроу охраняют не хуже Малфой-мэнора.       -Да, но там ведь могут держать наших людей. Если есть возможность хотя бы узнать…       -Весь периметр в защите, а до бала меньше недели. Даже если вы его прямо сегодня найдёте, этого времени не хватит, чтобы спланировать нападение.       -Нам и не нужно планировать нападение. Нам нужно выяснить, сколько на периметр наложено защитных заклинаний, обезвредить их и незаметно пробраться в подвалы. Кого там могут оставить в качестве охраны в день праздника? Эльфов, да оборотней?       -Это уже немало.       -Но риск оправдан.       Взгляд Гермионы упал на её шею, на которой всё ещё переливался сине-фиолетовый синяк – след от удушья.       -Тебя еле спасли.       -Но спасли. Теперь я хочу спасти остальных.       С одной стороны, понять Анджелину можно – пленных нужно было спасать. Мы уже давно искали местоположение некоторых штаб-квартир, выслеживая Пожирателей, но это не приносило особых результатов: как и мы, они перемещались не напрямую, поэтому след быстро терялся. Если бы нам удалось найти поместье Кэрроу, это определённо увеличило бы наши шансы на победу.       С другой же, времени и впрямь мало. Если Анджелина хотела успеть всё ко дню победы, то как нам за неделю и поместье найти, и понять, как обезвредить защиту, да ещё и спланировать незаметное освобождение пленных?       -Предположим, вы находите дом. – осторожно вклинилась я. – И даже вычисляете защитные чары, снимаете их, и у нас появляется возможность пройти за ворота. Но что дальше? Как попасть в само здание? Пожиратели не оставят пленных без присмотра даже в день праздника.       -Не соглашусь. – возразила Анджелина. – Они вряд ли допускают мысль, что мы так нагло захотим посягнуть на их территорию, учитывая, что почти на все их убежища наложена магия сокрытия. Пожиратели опьянены своей властью и не мыслят теми же категориями, что и мы. Это Орден вынужден шарахаться от каждого звука, а люди Тома свободно передвигаются по городу, не боятся нападений, чувствуют свою безнаказанность. Ты правда думаешь, что они рассматривают вариант того, что горстка Фениксов нападёт на один из их самых охраняемых объектов? Если они и ждут нападения, то масштабного, и в этом будет наше преимущество – мы не будем нападать. Я схожу с Джорджем на разведку, и, если поместье Кэрроу действительно находится в Норфолке, то второго мая мы проберёмся в него небольшой группой. Нам не придётся ни с кем сражаться, нам нужно лишь спасти своих.       -А если кого-то поймают?       -Падма над этим уже работает. – Анджелина хорошо подготовилась к разговору. Помимо уверенного тона, она ещё достала из кармана маленькую прозрачную конфету с лёгким сиреневым оттенком. – Между приёмом внутрь и летальным исходом – около трёх минут.       -Ого. – я придвинулась ближе, разглядывая ядовитую пилюлю.       Разговоры о разработке смертельного зелья шли давно, но Слизнорт категорически отказывался участвовать в подобном, поэтому талантливым зельеварам Фениксов пришлось взять работу на себя, а поскольку из талантливых у нас была только Падма, то участь "повара" выпала ей. Она сутки напролёт прозябала в лаборатории, изготавливая не только разного рода целительные лекарства, но и вот такие конфетки-убийцы. Гермиона, как и Слизнорт, не слишком поддерживала решение о самоуничтожении, но понимала, что в случае поимки, – это самый быстрый и точный вариант, поэтому, пусть и с неохотой, но его приняла.       Рассмотрев таблетку, она хмуро сказала:       -Три много. Малфой, если постарается, за это время сможет всё моё обучение в Хогвартсе изучить. Минута. А лучше секунд пятьдесят.       Вскоре в доме остались только я, Келла и Ромильда – мы ждали Чжоу, которая должна была передать от Трелони несколько ингредиентов для зелий. От безделья мне пришлось слушать восторженный рассказ Келлы о том, как она удачно навестила Кормака в лазарете убежища в Годриковой Впадине, и я была рада узнать, что он шёл на поправку, но от той приторности, с которой она описывала их встречу, меня чуть не вырвало розовой радугой. Поэтому я поднялась на второй этаж, уверенная, что молча пялиться в потолок для моих ушей будет менее травматично.       Честно говоря, я не очень любила это убежище. Оно мне казалось каким-то безликим. Магловская деревушка с однотипными бесцветными домами и зелёными газонами навевала тоску. На фоне яркого Кэчпоула Бауэр казался унылым серым пятном. Я скучала по дому. Скучала по Норе. Скучала по семейным праздникам. Прошлое Рождество мы с Гермионой встречали в Паучьем Тупике, обтирая друг друга бадьяном после столкновения с несколькими Пожирателями, а потом напились Огдена и уснули. Праздники за последний год отошли далеко на второй план.       С улицы послышался взрыв. Выглянув в окно, я увидела облако пыли, а следом снизу донёсся крик Ромильды:       -Пожиратели!       Схватив рюкзак, я сбежала на первый этаж. Входная дверь была уже в трещинах, а Ромильда и Келла судорожно рылись в кухонных ящиках.       -Что вы делаете? Нужно скорее уходить.       -Келла где-то потеряла свой порт-ключ. – дрожащим от нервов голосом объяснила Вейн. – Ищем – вдруг кто оставил запасной.       -Какого хрена, Келла? Держать порт-ключ при себе – это правило.       Девчонка виновато поджала губы, но времени её отчитывать уже не было. Стёкла задребезжали, и с правой стороны от нас разбилось окно. Я села на пол, прикрываясь руками от осколков.       -Придётся бежать до точки трансгрессии! – крикнула я и бросила Ромильде свой рюкзак. – А ты телепортируйся сейчас.       -Я вас не брошу.       -Живее! – мой голос потонул в шуме участившихся взрывов. Эти идиоты решили уничтожить дом чередой Бомбард?       Но оказалось, не такие уж они и идиоты, потому что очень быстро помещение заполнилось дымом и пылью от рушившихся стен.       Схватив Келлу за руку, как только Вейн воспользовалась порт-ключом, я потянула её к выходу на задний двор. Бежать к лесу было рискованно, но оставаться в убежище и ждать, пока к нам кто-нибудь подоспеет с дополнительным порт-ключом, в то время как Пожиратели разносили здание на куски, было ещё хуже.       -Давай, Келла, ускорься. – подгоняла я. – Вспомни, как быстро бегает Кормак. Вдохновись им.       Девчонка в панике еле ногами перебирала, чем меня только злила. Не хотелось подыхать из-за её нерасторопности.       Выбежав из дома, мы быстро пересекли дорогу и направились через небольшое поле прямо к чаще. Позади раздались крики и в нашу сторону полетели заклятия.       -Насчёт "три" трансгрессируй! – заранее нащупав в кармане порт-ключ, я сжала его, готовясь покинуть местность. – Один! – отпустила Келлу, чтобы она не утянула меня в свою трансгрессию. – Два! – обхватила ленту. – Три... – но вместо перемещения девчонка повалилась на землю, вопя и истекая кровью. Я непонимающе уставилась на неё – может, заклятье попало? Внимательнее присмотревшись, увидела кровоточащую рану на бедре – её расщепило.       Сколько ж Пожиратели нас пасли, что успели наложить антитрансгрессионные чары за пределы границы?       Пока я прикидывала, как тащить Келлу дальше в лес, к нам уже мчался довольный Элфин Ургхарт.       Плохо дело. И бежать дальше Келла была не в состоянии.       Недолго думая, я вложила свой ключ ей в руку и, выдернув ленту, не вглядываясь в ещё два приближающихся силуэта, бросилась бежать.       Сердце билось где-то в области горла. Я убегала всё глубже в лес, туда, куда даже солнце с неохотой пробивалось сквозь кроны деревьев. Под ногами шуршали прошлогодние листья, я перепрыгивала все корни и ветки, что вырастали передо мной, словно препятствия. Было невыносимо жарко в плаще. Лёгкие горели, но я не могла останавливаться – страх преследования заставлял бежать быстрее.       Мне нужно было выиграть всего пару минут. Граница должна быть совсем близко.       Наобум бросив назад заклинанием, я услышала треск дерева и последующий разъярённый крик, а затем почувствовала толчок в спину и повалилась на землю.

Драко Малфой.

      Ургхарт, уткнувшись руками в колени, тяжело дышал в полусогнутой позе, будто издыхающий подстреленный олень.       -Пиздец она шустрая. – прохрипел он.       -Удивительно, как ты в квиддиче так долго продержался. – издевательски бросил я, а затем перевёл взгляд на лежащую на земле девицу. Издалека мне не удалось разглядеть её лица, но по рыжим волосам я уже понимал, кто передо мной.       Флинт подошёл к ней и одним резким движением поставил за шкирку на ноги.       -Гляньте, кто у нас тут. – расплылся он в счастливой улыбке. – Да это же сама Джиневра, мать её, Уизли!       Джиневра, мать её, Уизли, раскрасневшаяся от бега, судорожно окидывала нас взглядом, прямо как загнанный сворой собак лисёнок.       -Птенчик попааался. – почти пропел Флинт. – Птенчик доставил нам много хлопот.       -В мэнор её?       -Не торопись, Элф. – Маркус прислонился носом к щеке девчонки и шумно втянул им воздух. – Как сладка победа. Представляю, как Лорд будет счастлив, когда второго мая мы преподнесём ему такой подарок. – он довольно оглядел бывшую гриффиндорку с ног до головы, и по этому ублюдскому взгляду было несложно догадаться, что за мысль его посетила.       -Подотри слюни. – прервал я его полёт фантазии. – Уизли отправится в Малфой-мэнор.       -Отправится. – усмехнулся Флинт. – Только за то, что она сделала с нашим другом Кассиусом, её для начала следует хорошенько проучить. Как считаешь, птенчик? – парень схватил Джинни за подбородок и грубо повернул лицом к себе. – Ты же такая храбрая. – зашептал он. – Такая смелая. – его рука скользнула к её шее, медленно сжимая пальцы. – И от тебя слишком дохера проблем. Но мы это исправим. – он стал опускать руку ниже. – Скажи мне, птенчик, после исчезновения Поттера, кто-нибудь в твоём Ордене скрашивает твои одинокие вечера? Может, старик Аберфорт? Или аврор Долиш? А может, твои братья по очереди навещают тебя по ночам? Кто приходит чаще, Билл или Джордж? Или ты скучаешь по братишке Фреду?       Уизли сжала челюсть, пристально взглянула на липко улыбающегося Флинта, а затем со всей дури пробила ему головой в лицо, разбив тому нос.       Джиневра, ну ёп твою мать!       -Грёбаная сука! – взревел Маркус, хватаясь за окровавленный нос. Он с бешеными глазами уставился на девчонку, и с размаху ударил её по щеке, отчего та не удержалась на ногах и упала. – Ты, блядь, даже представить не можешь, что мы с тобой сделаем. – яростно выплюнул он, поднимая её за волосы. – Мы тебя прямо в этом лесу поимеем.       -Её не иметь надо, а в Малфой-мэнор вести. – снова подал голос нахмурившийся Ургхарт.       В отличие от маниакального Флинта, Элфин был не слишком рисковым парнем. Он старался не отходить от намеченных планов, всегда выполнял все задания вовремя, не заигрывался. Правда, был немного глуповат, но это ведь не так важно, когда задача стояла просто гнать Фениксов по лесу.       А вот Маркус частенько контроль терял. Вероятно, сказывалось воспитание братьев Лестрейндж.       -Хера с два. – прорычал он, с силой прикладывая Джинни затылком к дереву. – Эту суку сначала надо приструнить. – Флинт одним резким движением пнул её по ногам, раздвигая их шире, а затем дёрнул за ткань водолазки, выправляя её из штанов, отчего та неприятно затрещала.       Если поначалу у Джинни и был шанс этого избежать, то после её выходки шанс значительно снизился. Однако изнасилование не входило в список моих сегодняшних дел, поэтому с приступом Флинта надо было заканчивать.       -Я не собираюсь тратить на это время. – раздражённо обратился я к нему. – Если у тебя нет других дел, то подойди к Долохову – он быстро найдёт, чем тебя занять.       Но, похоже, достоинство парня было слишком уязвлено. Он продолжал обшаривать девицу руками под кофтой, и к её сожалению, она больше не могла никак двигаться, поэтому единственное, что ей оставалось, – это зажмуриться и терпеть.       Всё выглядело уродливо. И я это ненавидел. И Маркуса ненавидел. Долбанный жополиз Родольфуса и Рабастана, который выполнял всё дерьмо, появляющееся в их извращённых головах. Они и его этим заразили. В школе Флинт был не таким мудаком.       Несколько секунд я смотрел на разворачивающуюся картину, в которой испуганная Уизли всячески изображала из себя гордую гриффиндорку, с достоинством принимающую свою участь, но если бы не обездвиживающее заклинание, я уверен, всё выглядело бы совсем иначе. Джинни была из тех, кто без боя не сдавался. Она бы орала и вырывалась, пыталась бы смастерить из подручных веток оружие, откусила бы Флинту член, в конце концов. И если б не его магия, то Маркус не только с разбитым носом тут стоял, но и с расцарапанной рожей и отбитыми яйцами. Однако, магия у него была, и в отличие от Ургхарта, он знал как её грамотно применять.       Я мог бы не реагировать. Мог бы позволить Флинту осуществить задуманное. Подождать, пока они закончат, как в случае с Данбар, но опыт с Дафной отбил у меня всё желание оставаться в стороне. Я помнил её состояние. Помнил безэмоциональное лицо, по которому текли слёзы, помнил заливистый смех мужчин, что её окружали, помнил Родольфуса, который, наслаждаясь процессом, хрипел ей в шею. Я всё это помнил, и видеть подобное больше не хотел.       Будешь мне должна, Уизли.       Взмахнув палочкой прежде, чем Флинт успел расстегнуть Джинни штаны, я вырубил сначала его, а затем и Ургхарта – свидетели мне были ни к чему. Оба тела с шумом повалились на землю.       Подойдя к тяжело дышащей девице, которая в недоумении пялилась то на меня, то на Маркуса, я наклонился к ней и очень вкрадчиво и тихо спросил:       -Скажи, Уизли, ты когда решила головой Флинту нос разбить, о чём думала? Что он заплачет и отпустит тебя?       Никакого вызова в её глазах я больше не видел. По сравнению с нашей последней встречей, когда она очень уверенно чувствовала себя рядом с братом и его драконом, сейчас на лице Джинни, казалось, даже веснушки выцвели. Уверен, получить Авадой в грудь её бы устроило куда больше, чем если бы Пожиратель Смерти в лице Маркуса Флинта пыхтел над ней и слюнявил, вдалбливая в дерево, в то время как сама она даже мизинцем не смогла бы пошевелить.       Сняв с неё обездвиживающее, я отошёл на пару шагов назад.       И что мне с ней делать? Вести к Лорду? Или к Долохову? Ждёт ли меня вознаграждение, если приведу ищейку Ордена в Малфой-мэнор? Или лучше трансгрессировать её в Министерство к Яксли? Почему Тео скрыл от него, что знает о способностях девчонки? Почему ото всех это скрыл? Если бы он хоть иногда делился со мной своими планами, я бы сейчас лучше понимал, как правильно поступить.       Хотя, существовало ли это "правильно"? Мой отец старался быть правильным, безропотно выполняя все приказы, и где он теперь? В земле, поедаемый червями. Ещё и мать с собой прихватил.       Пожалуйста, Тео, хоть бы это была не твоя очередная дурацкая прихоть. Хоть бы ты действительно понимал, что потом со всем этим делать.       Глядя на то, как Уизли продолжала смотреть на меня загнанным зверьком, я уже представлял, как буду жалеть о своём решении. Определённо, мой путь сейчас пролегал между Сциллой и Харибдой.       -Уходи.              Джинни уставилась на меня так, будто ослышалась. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, оба не веря, что это на самом деле происходило, но потом девчонка взглянула на лежащего Флинта и почти ввергла меня в шок своим абсурдным заявлением:       -Сначала я его убью.       Поражённый подобной наглостью, я вскинул брови:       -Что?       -Сначала я его убью. – повторила она, стараясь казаться невозмутимой.       -С чего это ты так решила?       -Он пытался меня изнасиловать.       -Нет, Уизлетта, ноги в руки и уматывай.       -Он мою грудь облапал.       Я всё понимал о уязвлённой девичьей чести, но Джинни находилась буквально в шаге от того, чтобы я вернулся к своему первоначальному плану.       -Ужасно тебе сочувствую, но ещё пару минут назад твоей перспективой было групповое изнасилование в лесу среди лосиного говна, а теперь ты права качаешь? Вали, пока есть возможность, а то я ведь и передумать могу.       Она сердито поджала губы, обдумывая всю несправедливость своего положения.       -Можно я его хотя бы пну?       Серьёзно?       -Ну, пни.       Джинни огляделась по сторонам, затем подняла с земли увесистую палку, и, подойдя к Маркусу, с размаху ударила ей его по спине, потом перевернула тело ногой и ботинком со всей силы саданула ему между ног. Он, должно быть, сильно удивится, когда очнётся.       -Полегчало?       -Нет. – она отбросила своё орудие в сторону и вздёрнула подбородок, стряхивая с лица прядь волос, а потом недоверчиво посмотрела на меня. – Тебе это зачем?       -Что “это”?       -Зачем отпускаешь меня? Ты ведь знаешь, кто я.       Не задавала б ты лишних вопросов, Уизлетта.       -Как-нибудь в другой раз поболтаем. – ответил я её же фразой и, достав из ботинка маленький нож, аккуратно провёл лезвием по своей щеке. – В миле отсюда заканчивается антитрансгрессия. – затем закатал рукав пальто и сделал надрез на предплечье. – Советую поторопиться.       Ещё несколько секунд девчонка наблюдала за мной, пока я раздражённо не взглянул в ответ, и, прежде, чем успел выпалить что-то едкое, она развернулась, откопала в листве свою палочку и скрылась за деревьями.

Теодор Нотт.

      “-Вы хотите лишить нас надежды. Хотите вселить в нас отчаяние. – как набатом гремело в моей голове. – Но ничто не вечно, Нотт. Ни ты, ни я, ни власть твоего хозяина.”       Наивная. Но такая храбрая. Она так много повидала за время войны, а надежда в ней всё ещё не угасла.       С каждым её образом, что всплывал в памяти, я ощущал, как внутри меня что-то просыпалось и начинало ворочаться. И как это теперь унять? Кажется, у меня появилась проблема… Но довольно любопытная.       Храбрый львёнок с синдромом спасателя. Смелая, воинственная. Живи она в средневековье, и вместо Жанны Д’Арк пришлось бы сжигать её, но как же она во всём этом была прекрасна…       -Ты чё лыбишься? – Драко подозрительно покосился на меня.       Как славно, что я не давал ему копаться в своей голове, а то этот чёрт там бы все ноги себе переломил.       -От счастья, что мой лучший друг не похотливое животное, а рыцарь, уберёгший юную деву от беды. – растянулся я в ещё большей улыбке.       -Не смешно. – буркнул он.       -Я и не смеюсь.       -Тогда сделай что-нибудь со своей довольной рожей. – Малфой нахмурился и напряжённо взглянул вдаль, где Амикус и Маркус суетливо выносили разные предметы из наполовину разрушенного дома, обворовывая пожитки Ордена. – Падальщики. – презрительно фыркнул он, манерно приподняв ворот пальто, будто старался защитить себя от их грязных действий. – Если Уизли проболтается Ордену, что я дал ей сбежать, у меня возникнут проблемы.       -Жалеешь, что спас маленькую рыженькую жизнь? – я закурил, обратив внимание на выходящего из дома Антонина Долохова, что так тщательно рассматривал какой-то предмет у себя в руках.       -Эта маленькая рыженькая жизнь половину наших товарищей перехерачила. Как думаешь, что с моей беленькой сделают, когда узнают, что я её отпустил? – Малфой раздосадовано покачал головой. – Надо было её всё-таки в мэнор тащить, и проблем бы не было.       Конечно, спасение ищейки – это проблема, но мне нужно больше информации. Придётся немного поимпровизировать, чтобы выиграть себе время. Хорошо, что я научился рассказывать всякую выдуманную чушь с непроницаемым лицом: что драматично перессказывать Флинту с Ургхартом, каким счастьем было заметить их троих, валявшихся в грязи и крови посреди леса, что с умным видом объяснять Яксли, как убил в Литтл-Дроппинге двух болгар за их помощь Фениксам, напавших на бедного Блейза.       -Уизли не станет болтать, если не дура. – озвучил я свои мысли на её счёт.       Драко со смешком выдохнул:       -Если не дура. Но я бы не был так в этом уверен.              Продолжая наблюдать за происходящим возле дома, мне становилось всё интереснее, что же Долохов в нём нашёл. А уж после того, как он усердно стал вглядываться в лес, будто стараясь разглядеть в нём что-то конкретное, моё любопытство окончательно перевесило.       Выбросив сигарету, как обычно испепелив её налету, чтоб зверюшки не топтали плохо разлагаемую бумагу, я уверенным шагом направился к нему.       -Нотт, – заметив моё приближение, Антонин протянул мне потёртую карту, на которой кровавой линией был проложен путь по половине острова. – Как думаешь, что это?       Внимательно присмотревшись ко всем местностям, что были отмечены, я вспомнил, где мог видеть подобный знакомый маршрут:       -Передвижение Руквуда?       Мужчина напряжённо задумался. Несколько секунд я пытался понять причину, пока мысль осознания не пробила мне голову.       Уизли.       Стоило раньше догадаться, что эта рыжая бестия находила Августа с помощью магии крови. И возможности её, судя по всему, уходили далеко за пределы тех отведённых сорока минут, что требовались ищейкам для поиска.       Ну, Уизли, до чего ж умна.       Но тут я вдруг понял, что ведь не только мне было известно, кто конкретно выслеживал Руквуда. И не нужно быть мудрецом, чтобы сложить два и два.       Я поторопился. Рыжая бестия не умна. Ей стоило первым делом карту спасать, а не какую-то там Келлу. А теперь о её незаурядных способностях знаем не только мы с Драко, но и Долохов.       -Позже изучу. – задумчивый вид мужчины в миг переменился, став показательно равнодушным. Он определённо старался убедить меня в том, что новость его нисколько не взволновала. Сложив карту и засунув её во внутренний карман, Антонин обратился к своим сыщикам: – Больше мы здесь ничего не найдём. Уходим. – и оглянувшись на дом, поджёг его Инсендио, после чего трансгрессировал.       -Зачем он его сжёг? – спросил подошедший Драко, глядя, как языки пламени неохотно разрушали магию крови.       -Чтобы в нём ничего не осталось.

Гермиона Грейнджер.

      В Паучьем Тупике одним из моих любимых занятий было болтать с портретами. У Снейпа висела всего пара, но однажды МакГонагалл принесла несколько из Хогвартса, в том числе и тот, что принадлежал Альбусу Дамблдору. Вот с ним-то я периодически и разговаривала, как, например, сейчас, специально разбудив его для этого, чем он был весьма недоволен – главная отличительная черта портретного директора от живого.       -Юная леди слишком много думает. – он устало прикрыл глаза. – Попробуйте немного отдохнуть.       Грустно вздохнув, я подложила руки под голову и уставилась в потолок.       -Вот чисто гипотетически: какова вероятность пробраться в поместье Кэрроу незамеченными?       -Я уже говорил, что крайне мала.       -Но к Ноттам же у нас с Кэти получилось.       -И это печально закончилось.       Да, тут он был прав. Основные проблемы возникли не с тем, как попасть в дом, а с тем, как из него выбираться.       В таком случае, если Анджелине и Джорджу удастся найти особняк и вычислить всю наложенную на него защиту, нам придётся очень тщательно спланировать не только проникновение внутрь, но и отступление.       -Заклинания защиты на вход и выход могут работать по-разному.       -Они совершенно точно работают по-разному.       -Но у нас нет возможности изучать их ещё и изнутри.       Мне очень хотелось привести план Анджелины в исполнение, но было так много нюансов. Сколько в поместье могло находиться наших людей? Как их вызволять? Что делать с теми, кто не сможет идти? Да и права ли она была, когда сказала, что люди Тома опьянены властью и вседозволенностью, и поэтому оставят дом без должной охраны?       Я перевернулась на бок и уставилась на горящий фитиль керосиновой лампы.       Нотт тоже опьянён властью и вседозволенностью. Может, он не убил меня, потому что надеялся, что я приведу его в убежище Ордена, но не учёл Чарли верхом на драконе? Это имела в виду Анджелина? Они совершают ошибки, потому что слишком уверены в своём успехе?       Хотя, у него основания для уверенности действительно были – он слишком много знает о магии крови. Безусловно, чистокровный волшебник имел больше информации о магическом мире, чем маглорождённый, но вряд ли же ему в детстве читали на ночь книги про древние обряды, завязанные на крови, вместо сказок? Чтобы даже о “переходе” знать, недостаточно обзавестись простым гримуаром. Магия слишком опасная, подобное не хранят в общественных библиотеках. Я, например, до сих пор не знала, откуда у Аберфорта фолиант.       А все эти слова о свободе… У нас с ним слишком разное о ней представление.       “-Свобода – это удлинённый поводок”.       Да неужели? В его случае так и было, но в моём – точно нет. Будущему Министерству нет смысла удерживать меня, после того, как наступит мир, пусть я и героиня войны. Тем более, если министром станет Кингсли. И о каких бунтовщиках Нотт говорил, если приоритетом магической Британии станет равенство? Кого усмирять? Последователей Пожирателей Смерти? Так им путь проложен в Азкабан. Смысл нашей борьбы в том, чтобы построить лучшее будущее, где никого не станут классифицировать по происхождению. Постаменты не будут изображать маглов, что находятся под ногами волшебников, так же, как и не будет волшебников, валяющихся у ног маглов. Все равны. И кровь у всех одна – красная.       Нотт вообще странный. Он странно говорит, странно смотрит, странно поступает. Что значило это его: “рад знакомству”? Мы же со школы друг друга знали.       “-Я делаю всё быстро именно для того, чтобы человек не успел осознать весь ужас происходящего”.       И он считал, это оправдывало его действия? Праведный убийца-освободитель?       В комнату осторожно постучали, и в проёме показалась голова Джинни.       -Можно?       После Бауэра она сразу отправилась в Годрикову Впадину и времени всё обсудить у нас было не слишком много. Джинни рассказала о нападении и как ей повезло, что удалось сбежать, но я чувствовала, что она что-то не договаривала.       -Проходи. – я подвинулась, освобождая ей место рядом. – Луна сказала с Келлой ничего страшного. Ногу расщепило, но мадам Помфри сделала на бадьяне отличную мазь.       -Это хорошо. – подруга села на край кровати и начала задумчиво поглаживать плед, вырисовывая на нём пальцем узоры.       -А ещё Виктор решил остаться в Британии, чтобы помогать Ордену здесь. Флитвик его даже хозяином Бэббертона сделал.       -Этого стоило ожидать. – ответила она, не поднимая глаз. – Крам очень испугался за тебя. Да и его владение тёмными искусствами поможет нам куда больше провизии. Он неплохо знаком с древней магией.       -Кстати, насчёт провизии: Аберфорт договарился с одним владельцем мясной лавки в Бристоле, что тот будет обменивать мясо на одежду. Он магл, для него галеон – это не более, чем причудливая железяка, а поскольку магловских денег у нас почти не осталось, то подобный обмен нам очень поможет. Так что поищи у себя ненужные вещи. У меня пол мешка уже набралось. А Лаванда с Парвати и все три насобирали.       -Зачем ему наша одежда?       -Что-то вроде благотворительности.       -А почему мы не можем воспользоваться пластиковой картой? Я видела как Дин прикладывал такую к терминалу в магазине.       -У карт есть особенность истекать по сроку годности, а привлекать лишнее внимание к оформлению новой – идея не из лучших, особенно после случая, когда Оливеру пришлось вступить с Пайком в дуэль прямо в магловском банке. Можно, конечно, начать воровать...       Джинни едва заметно улыбнулась, но очень быстро выражение её лица вновь сменилось.       Из-за чего она так расстроена? Или растеряна? Из-за Келлы?       -Джин, с тобой всё в порядке?       Но вместо того, чтобы ответить на мой вопрос, она вдруг задала свой:       -Почему ты никому не сказала, что Нотт не пытался забрать тебя с собой, когда появилась возможность покинуть дом в Дроппинге?       От неожиданности я немного опешила, но ответила:       -Потому что об этом бы узнал Аврорат.       -А почему Аврорату нельзя об этом знать?       -Потому что меня бы затаскали по допросам.       В Ордене давно все разделились на “своих” и “чужих”, и мне было неприятно признавать, что, находясь на одной стороне, я не могла полностью доверять людям Кингсли. Они пошли за ним, кто-то поступился долгом службы, но мы не были с ними друзьями.       -Долиш? – догадалась Джинни, на что я кивнула. – Он стал параноиком. Но… ты правда думаешь, что тебя бы стали допрашивать? Гермиону Грейнджер?       -Я осталась один на один с Пожирателем Смерти... Не так. Я осталась один на один с Теодором Ноттом, но вместо того, чтобы убить меня или взять в плен, он ушёл. Даже не нанёс мне никаких травм. А изучив мои воспоминания, Долиш увидел бы в них, как Нотт за собой ещё и прибрался.       -И что бы это могло значить?       -Что я с ним в сговоре?       -Но ведь это даже звучит абсурдно. Как Гермиона Грейнджер может пособничать Пожирателям Смерти?       -Здравый рассудок давно утерян, Джин. Сейчас на кону выживание.       -То есть, если Пожиратели не убивают нас, а просто отпускают, то об этом лучше молчать?       -Если речь не идёт об обмене, то да.       Она снова задумалась, но на этот раз я не стала её ни о чём спрашивать. Я понимала, что все эти вопросы она задавала не просто так, и если ей было, о чём рассказать, я подожду. Пусть она сама найдёт для этого подходящее время.       В комнату без стука ворвался Симус с бешеными глазами.       -На Литтл-Уингинг произошёл налёт Пожирателей. – выпалил он на одном дыхании. – Несколько авроров мертвы, двое в плену, четверо тяжело ранены. Лаванда, Сабрина и Ханна пропали. Вернон Дурсль убит.