Глава 15. "И в горе, и в радости."

Джинни Уизли.

      Перекинув косу через плечо, я долго всматривалась в своё отражение в зеркале. Девушка, которую я в нём видела, не казалась мне счастливой сестрой жениха. Скорее наоборот – ощущение, что она шла не на свадьбу, а на похороны, только пока было не ясно, чьи именно.       -Все уже собрались. – в комнату заглянула Луна. В блестящей фатиновой юбке и серебристой рубашке с рукавами-фонариками она напоминала воздушное пирожное.       Встав передо мной, подруга аккуратно приколола к моей груди белый цветок лилии, бережно разглаживая его лепестки.       -Гермиона там? – я старалась не выдавать своего волнения, хотелось выглядеть собранной. Луна кивнула. – Много народу?       -Достаточно. Пришла большая часть Ордена. Я и не думала, что все так любят свадьбы.       Скорее, все просто рады появившейся возможности хоть ненадолго отвлечься от войны.       На самом деле, я и сама была бы не прочь отвлечься, потому что от напряжения из-за предстоящей операции я скоро съем изнутри свои щёки. Мне много раз приходилось участвовать в разного рода заданиях, но сегодня чувство тревоги казалось особенно острым.       Опустив глаза на свои бордовые туфли-лодочки, я поняла, что даже в такой детали, как одежда, чувствовала свою уязвимость.       -Не представляю, как себя вести после допроса Аберфорта. – честно призналась я. – Вдруг придётся сражаться? Тяжело, когда это не враг, а… – я замолчала, поджав губы.              -Друг. – с пониманием закончила Луна. Она улыбнулась, глядя на своё произведение, и отошла за спину, давая мне возможность рассмотреть получше то, что получилось.       До этого обычный цветок превратился в живую лилию, чьи лепестки двигались, будто на них подул лёгкий ветер, чуть осыпаясь серебристыми искорками.       -Красиво. – я провела кончиками пальцев по их краю.       -Мы обязательно со всем справимся. – Луна приобняла меня за плечи. – Нужно только набраться терпения. – и взяв за руку, шелестя и сверкая своей блестящей юбкой, она вывела нас из комнаты.       Народу внизу собралось действительно много.       Взглядом найдя Гермиону, я подошла к ней, заметив, с какой сосредоточенностью она всматривалась в лица гостей.       -Есть какие-нибудь новости? – прошептала я, ближе склоняясь к её уху.       Допрос должен был начаться после основной церемонии, и пока все будут у алтаря, Симус с Невиллом подольют в графины с напитками сыворотку правды. А когда гости рассядутся по своим местам, Флитвик заблокирует окна и двери, чтобы никто не смог покинуть дом.       Но что, если их заметят? Или у Флитвика что-то пойдёт не так? Или предатель успеет сбежать? Что делать в таком случае?              -Пока нет. Ждём твою маму с Помоной и Роландой. – Гермиона вскользь посмотрела на моё платье. – Красиво выглядишь.       -Спасибо, ты тоже.       На самом деле мы обе выглядели нелепо: её короткое чёрное платье с открытыми плечами и моё тёмно-бордовое в пол с разрезом от бедра совершенно не сочетались с выражением наших лиц, на которых кроме напряжения и изнеможения ничего не было видно. Мы будто случайно сюда забрели, в абсолютно чужое для нас место. А моя неаккуратная коса и её небрежно собранные наверху волосы с парой выбивающихся прядей дополняли образы вернувшихся с задания замученных бойцов. Ещё ничего не началось, а мы уже выглядели уставшими.       Взглядом я зацепилась за снующего между столами Маклаггена, который, в отличие от нас, казался более расслабленным. Вот бы и мне иметь такие же железные нервы. Возле окна стояли Лаванда, Падма и Парвати, о чём-то перешёптываясь. Я заметила, как Лаванда периодически поглядывала на Кормака, тут же немного краснея и растягиваясь в кокетливой улыбке.       -Я что-то пропустила? – озадаченно спросила я.       Гермиона слегка замялась.       -Браун с Кормаком вроде как… встречаются.       Неожиданно.       -И давно?       -Ну… Честно говоря, не знаю, но всё сегодняшнее утро она в деталях рассказывала о проведённой с ним ночи.       Что, Кормак больше не выдержал ждать благосклонности Гермионы, и решил переключиться на более надёжный вариант? Умно. Хотя, будучи знакомой с влюбчивой натурой Лаванды, я не удивлюсь, если он об их отношениях даже не в курсе.              -О, милые! – в дверях появилась мама. Она тут же к нам подбежала, заключив обеих в объятия. – Вы такие красавицы. – осмотрев каждую с ног до головы, она сочувствующе улыбнулась, противореча своим же словам.       -Мам. – одёрнула я.       -Прости. – да у неё глаза были на мокром месте. Такими темпами она нас всех ещё до бракосочетания сдаст. – Я… Вам… так идёт праздник. Платья, причёски. Гораздо больше, чем…       -Мам.       Она поджала дрожащие губы, понимающе закивав.       -Да-да, ты права. – и промокнула глаза платком. – Вы уже видели Джорджа? Правда же он прекрасен в своём костюме? – но снова её голос дрогнул. – Папа бы им так гордился.       Мне уже становилось по-настоящему неловко, но Гермиона, заметив это, бережно погладила маму по плечу.       -Миссис Уизли, как Дурсли? – попыталась она её отвлечь.       -Странные. – небрежно бросила мама. – Особенно женщина. Всё время такая недовольная. Когда увидела, что посуда сама в раковину летит, визжать начала и потом целый день не спускалась даже поесть.       -Петунья Дурсль не слишком часто сталкивалась с магией.       -А мне кажется, эта женщина многое повидала. У меня сложилось впечатление, что она больше притворяется, нежели на самом деле боится. – мама чуть задумалась и оживлённее добавила: – Зато её сын, на удивление, оказался очень учтивым мальчиком. Ест хорошо, интересуется разными непонятными ему вещами. А на днях он увидел бубонтюбера и так распереживался от восторга, весь день потом ходил и допытывал меня, что это за жуть такая. Но я предупредила, чтобы близко не подходил.       -Вы в Нагорье бубонтюбера выращиваете? – скривилась я.       -А что такого? Гной-то его надо где-то добывать, вот Помона и посадила его рядом с основным садом. Ой, – она приложила руку к груди. – Совсем забыла. Мы ведь с Флёр трёхъярусный торт приготовили. Она сделала из крема фигурки, надо ей напомнить установить их сразу, как все рассядутся. – и снова окинув нас взглядом, добавила чуть серьёзней: – Пообещайте, что съедите по паре кусочков, а то исхудали так.       -Съедим. – заверила я и, придвинувшись ближе, заговорщически спросила: – А аконит, случаем, вы в Нагорье не выращиваете?       Учитывая, что в Коуве всё разворовали, было бы неудивительно, если б профессор Спроут выбрала для посадок именно такое уединённое и тихое место. Не зря же Аберфорт обложил его защитой со всех сторон, что даже порт-ключи в убежище предоставил лишь нескольким людям, включая тех, кто там жил.       Мама тут же бросила на меня суровый взгляд.       -Меньше любопытствуй, Джиневра. Любопытство до добра не доводит. Лучше предупреди Флёр о фигурках, если увидишь её раньше меня.       И заметив маячащего на горизонте Чарли, она поторопилась к нему.       Через полчаса, когда собрались все гости, мы вышли на задний двор. Поскольку свадьбу было принято справлять в “Ракушке”, то защитный купол распространили до самого моря, из-за чего поверхность воды засияла подсвечиваемыми золотистыми нитями. А вокруг дома всё было заставлено декоративными розовыми деревьями, на которых висели фонарики, и клумбами с цветами, в которые Слизнорт запустил светлячков. Мы будто в доброй сказке оказались, если не знать её сюжета.       Возле плетёной арки, украшенной белыми лилиями, стоял алтарь с парящими над ним свечами. Хлопая в ладоши, профессор Флитвик поторапливал гостей занять свои места. Он был одет в синюю мантию с мерцающими на свету созвездиями, которая ему была явно не по размеру, на что я с улыбкой указала Гермионе.       Когда народ столпился под раскинутыми ветвями голубых и сиреневых глициний, наступила тишина, сразу после которой раздался бойкий звук волынки, и к алтарю прошёл Джордж. Он выглядел…       -Потрясающе. – вздохнула Гермиона.              В чёрном смокинге, с бабочкой и широченной улыбкой Джордж был похож на английского лорда. Видел бы его Фред, и даже он воздержался бы от своих шуточек.       Несколько минут играл оркестр. Брат поймал мой заворожённый взгляд и весело подмигнул, но когда из дома вышла Анджелина в серебристом платье, похожая на Патронус, он устремил всё внимание к ней. Медленно ступая под музыку, невеста подошла к жениху, и Флитвик, поклонившись, начал свою речь.       Он говорил о сложных временах, в которых, несмотря ни на что, нашлось место для огромной чистой любви. О выборах, что каждому приходилось делать. О тех, кого с нами уже нет, и тех, кто ещё появится. О силе, которая всех нас сплотила. О друзьях, о родных, о тернистом пути, по которому мы все продолжали идти с гордо поднятой головой.       Оглянувшись назад, я увидела, как Чарли сжимал в объятиях рыдающую маму, а Билл со спины обнимал Флёр, нежно поглаживая её живот, периодически что-то шепча ей на ухо, от чего та смущённо улыбалась. Чуть в стороне стояла Лаванда, вцепившись в руку Кормака. Парвати, Падма, Ромильда, Луна – все они с восторгом наблюдали за творившейся на наших глазах историей. Луна оказалась права: неважно, что послужило её написанию, главное, что Джордж с Анджелиной действительно друг друга любили.       Даже суровые авроры во главе с Долишем выглядели чуточку мягче обычного. Будто происходящее поселило свет в каждого из нас, отбросив всю ту темноту, что была до, и будет после.       Когда Флитвик закончил говорить, золотистые нити оплели запястья молодожёнов, словно они давали Непреложный Обет, и в небе разными цветами разорвался фейерверк.       Гермиона с улыбкой сжала мою руку.       -А теперь, – снова хлопнув в ладоши, прокричал Флитвик. – Все к столу!       И тут моё сердце заколотилось быстрее.       Толпа направилась на летнюю веранду. Я увидела, как к маме подошёл Аберфорт, что-то активно жестикулируя, из-за чего она стала нервно оглядываться по сторонам. Поймав мой взгляд, она указала мне куда-то в сторону – вероятно, намекала найти Флёр, которая уже успела испариться, – после чего и сама скрылась в количестве людей.       -Пойду найду нашу вейлу. – предупредила я Гермиону, выискивая глазами белокурую голову.       Насколько мне было известно, Билл собирался телепортировать её в одно из убежищ сразу после церемонии, а значит они должны были быть где-то неполалёку, но когда я, проверив кухню с гостиной, вышла на улицу, то и там никого не обнаружила. Обошла дом, побродила по периметру, а от них словно и след простыл. Быстро же дамочка решила слинять. Хотя, возможно, это Билл со своей паранойей захотел поскорее её увести.       Ну, значит, будет торт без фигурок.       Уже направившись обратно, я всё-таки заметила Флёр возле дерева у защитной границы.       -Вот ты где. – подошла я к ней. – Думала, вы уже покинули Тинворт. Нужны фигурки на торт. Мама сказала, ты их делала. Где они?       Флёр обернулась, посмотрев так, будто я самое тупое существо из всех, что она когда-либо видела.       -На кухне, полагаю. – её тон сквозил высокомерием, от чего у меня зубы заскрипели, пусть ответ и был довольно логичным.       Я тут же вспомнила, почему мы с Гарри называли её Флегмой. Годы войны меня к ней так и не смогли расположить.       -Отлично. – натянув улыбку, я резко развернулась, чтобы вернуться в дом, но на его пороге появился силуэт, и я тут же потянула Флёр вниз, прячась за клумбами с розами.       -Ты что делаешь? – возмутилась она, на что я ей шикнула, всматриваясь сквозь куст в вышедшую фигуру.       Часть лица скрывали тень и капюшон, и я не могла разобрать, кто это был, но, судя по мантии, – аврор.       Мужчина прошёл к границе купола и начал в воздухе что-то вычерчивать волшебной палочкой. Через пару минут он создал подобие прохода, вошёл в него и мгновенно трансгрессировал.       -Какого хрена? – прошептала я, не понимая, что только что увидела.       Почему он ушёл? Кто дал ему разрешение?       -Проблемы, Уизли? – едко заметила полувейла, дыша мне почти в затылок.              -Тебя муж заждался. – бросила я не глядя.       Выйдя из своего укрытия, я направилась к месту, где только что находился аврор.       -Куда пошла? – зашипела Флёр.       -Проверю кое-что.       Стоило бы получше продумать дальнейший план действий, но подозрительный гость, что покинул праздник задолго до его окончания, да ещё так, словно скрывался от посторонних глаз, очень уж меня заинтересовал.       -Вернись в дом. – идя за мной следом, Флёр продолжала недовольно бубнить. – А лучше покинь Тинворт.       Я искоса на неё взглянула.       -Как ты?       Её чрезмерная осторожность уже начинала раздражать. Хотелось напомнить, где мы находились, ведь отсиживаться в убежищах, пока другие вели бой, не каждый мог себе позволить. Нимфадора тоже была беременна, однако всё равно сражалась.       Подойдя к образовавшемуся проходу, я почувствовала рассеивающуюся магию, что витала в воздухе. Вспомнив рассказ Гермионы о том, как Нотт смог найти её по пуговице, я протянула руку и стала читать заклинание, как при обычном поиске на крови, в надежде, что у меня хоть что-то получится. Я не была уверена в правильности, ведь никогда раньше ничего подобного не делала, но если у Нотта получилось, то у ищейки и подавно должно.       Спустя пару минут в кончиках пальцев неприятно закололо, а затем это ощущение распространилось по всей ладони. Было похоже на то, как если бы я сжала в руке горстку стальных ежей. Появилось еле заметное сияние и воздух вокруг меня стал уплотняться.       -Уизли, вернись в дом. – снова раздалось злобное шипение.       -Найди Билла. – в сознании чётко отобразился какой-то незнакомый мне тёмный коридор. – И Гермиону. Скажи ей: я пришлю Патронус. И перестань меня по фамилии называть, ты тоже Уизли.       -Что ты собираешься делать? – голос Флёр вдруг стал таким… грубым, совсем ей несвойственным.       -Пойти по следу. – уклончиво ответила я, и, ведомая чужой магией, начала трансгрессию, но в самый последний момент почувствовала жёсткую хватку на своей руке.       -Уиз…       Секундная темнота.       -…ли.       В следующее мгновение мы с Флёр оказались в пустом коридоре с кучей занавешенных портретов.       Голова начала раскалываться и в ушах зазвенело.       -Где мы? – я не рассчитывала получить ответ, но к своему удивлению услышала недовольный вздох, больше похожий на рык:       -В поместье Кэрроу.       По моему подбородку заструилась кровь, ноги подкосились, звон усилился, и я полетела на пол, но за секунду до падения почувствовала, как меня подхватили чьи-то руки.       

Гермиона Грейнджер.

      Все гости уже рассаживались по местам, но Джинни до сих пор нигде не было видно.       Симус мне одобрительно подмигнул, намекая на выполненную работу с напитками, а это значило, что скоро Аберфорт начнёт свой допрос.              Куда Джинни пропала?       Выхватив взглядом из толпы Билла, я почти бегом направилась к нему.       -Джинни не видел? – прошептала я, стараясь не привлекать к нам внимание.       -А она разве не здесь?       -Она Флёр пошла искать, но до сих пор не вернулась.       Его зрачки в бешенстве расширились.       -Флёр в убежище уже. Я её переместил сразу, как запустили фейерверк.       Мне это всё не нравилось.       Ещё раз судорожно оглядев помещение, я чуть ли не до крови прикусила нижнюю губу.       -Успокойся. – парень оглянулся на входную дверь. – Скажу Чарли, обойдём с ним периметр, пока дом не перекрыли. – он недовольно покачал головой. – Почему с ней всегда возникают проблемы? Она даже со двора на веранду десять шагов спокойно пройти не может. Займи своё место.       Он был зол. И прав – я должна была успокоиться.       Сделав пару глубоких вдохов, я пробралась к нашему столику, заняв свободный стул рядом с Невиллом.       Напряжение исходило почти от каждого, кто был посвящён в детали плана: сёстры Патил сидели с каменными лицами, медленно осматривая присутствующих, Симус и Невилл обменивались суровыми кивками и взглядами, Виктор сосредоточенно следил за некоторыми гостями, Анджелина нервно пристукивала под столом ногой. Разве что Джордж и Луна пока отличались спокойствием.       Посмотрев в сторону авроров, я заметила, что помимо Джинни не хватало ещё и Долиша.       -Где Джон? – тихо спросила я Невилла.       Его глаза тут же метнулись к столу Аврората.       -Недавно говорил с мадам Хуч.       -А где мадам Хуч? – её я тоже не видела.       Парень активно завертел головой.              -И Лаванда с Кормаком куда-то делись. – заметила я ещё пропажу. – И миссис Уизли с мадам Спроут.       Невнятно выругавшись, Невилл хотел было встать, но сбоку раздался звон стекла – Аберфорт взял слово.       Рано. Не все собрались.       Желудок скрутило. Он словно прилип к спине с внутренней стороны.       Краем глаза я заметила профессора Флитвика с довольным выражением лица. Дом, по всей видимости, тоже уже был заперт.       Чёрт.       -В этот замечательный вечер я бы хотел поднять бокал за двух отважных героев. – Дамблдор встал, учтиво обращаясь к гостям. – С самого начала Джордж и Анджелина заняли чёткую позицию, ни разу в ней не усомнившись. Их отваге и смелости можно лишь позавидовать. Даже сейчас, в столь смутное для нас время, они не побоялись и нашли место для осуществления очередного смелого поступка. – он взглянул на новобрачных. – Я хочу поблагодарить вас за сделанный вами выбор. За то, что показываете нам, что будущее существует, и оно непременно создастся нашими руками. – мужчина вновь обратился к гостям. – Так давайте же поднимем бокалы за тех, кто ведёт нас вперёд, указывая дорогу в лучшее. – его взгляд остановился на ком-то в конце зала. Проследив, я увидела стоявшего там Долиша, с улыбкой приподнявшего свой бокал. – За молодожёнов. – отсалютовал ему Аберфорт.       Под столом в руках Джорджа блеснуло лезвие ножа. Повернувшись к Симусу и Виктору, я увидела у них приготовленные палочки. Парвати и Падма тоже находились в боевой готовности.       Аберфорт распрямил плечи.       -Уважаемые гости. – его голос звучал почти утробно. Из рукава его мантии в ладонь скользнула волшебная палочка. – Все мы знаем, что в Ордене много сложностей. Они вынуждают нас нести потери, и посему нам приходится идти на крайние меры. – боковым зрением я уловила, как пальцы Невилла сжали рукоять тёмного дерева. – Осторожность всегда являлась для нас приоритетом, вынуждая действовать твёрдо. – мужчина обратил внимание на опустевшие бокалы. – Я заранее хочу извиниться перед всеми, кто желал отвлечься от всех повседневных дел, особенно перед молодожёнами, но вынужден воспользоваться случаем. Я требую встать тех, кто сотрудничает с Пожирателями Смерти.       В недоумении гости переглянулись, но вдруг за одним из столов Аврората поднялись сразу три фигуры.       Где-то вдалеке кто-то удивлённо ахнул, а в следующее мгновение комната резко заполнилась чёрным дымом.       С улицы раздался рык дракона.       -На нас напали! – послышался чей-то крик.       Вокруг началась полная неразбериха, все вскочили со своих мест в попытке бежать. Воздух разрывался треском неудачных трансгрессий.       Кто-то схватил меня за руку и повалил на пол.       -Гермиона, – это был Невилл. – Флитвик изготовил односторонние порт-ключи, которые пробьют защитные чары коттеджа. – он всунул мне в руку один из них. – Аберфорт приказал отправить тебя в Тупик. Сражаться ты не будешь.       -С какой стати? – возмутилась я, пытаясь выудить прикреплённую к бедру палочку.       -Его приказ.       -Мне такой приказ не подходит.       По памяти я отползла за пределы веранды. Справа разбилось окно, и мне на спину посыпались осколки.       Снаружи раздалось несколько хлопков – Пожиратели пробили защитный купол.       Дым, что поглотил всю летнюю веранду, стал просачиваться сквозь разбитые окна на улицу. Показалось несколько огней Люмоса.       Я побежала на второй этаж в поисках Джинни. Обойдя несколько комнат, я нашла ту, что предназначалась Джорджу и Анджелине. Она была светлой, украшенной лилиями, как весь остальной дом, а у стены, мирно потрескивая древесиной, стоял зажжённый камин.              Повернувшись к кровати с белоснежным балдахином, я застыла: на ней лежало окровавленное тело Лаванды Браун.       -Нет-нет-нет.       Подбежав к нему, я приподняла девушке голову, в надежде привести её в чувства, но она не дышала. Лаванда была мертва.       Все доносившиеся снизу звуки в одну секунду превратились в фон.       Глядя в небесно-голубые глаза, сознание тут же принялось подкидывать связанные с ней воспоминания, начиная с самой школы: как она вечно хихикала с Парвати, обсуждая мальчишек, как восторженно слушала профессора Трелони, угадывая своё будущее в магическом шаре, как присылала любовные записки Рону, а потом, за общим столом в Большом зале, с любопытством наблюдала за его реакцией, как злобно на меня смотрела после их расставания, как одной из первых пришла на собрание в Хогсмид, чтобы вступить в Отряд Дамблдора, как запустила свой первый телесный Патронус, как сражалась в Хогвартсе, чуть не попав в лапы Фенрира, как стойко выдерживала все последующие потери, как заставляла меня улыбаться, несмотря на творившийся вокруг ад, как взрослела с каждым днём, но продолжала оставаться собой.       Лаванда набрала себе так много посуды в Дроппинге, потому что была убеждена, что у неё появится свой дом. Она видела своё счастливое будущее, в котором её кухонные шкафы были заставлены фарфоровыми сервизами.       Она верила в нашу победу.       Я провела пальцами по её руке, в которой был зажат золотой медальон, что я подарила, и когда открыла его, по комнате тут же разлетелись голубые бабочки – моя магия, которой я наполнила подарок. С их крыльев стекала кровь, капая на застеленный белыми цветами пол.       Прикрыв Лаванде глаза, я бережно уложила её на подушки. В голубом платье, на белоснежной постели, в цветах из лилий.       Для Лаванды война закончилась.       Медленно, не оборачиваясь, я вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь и наложив заклинание, чтобы никто в ближайшее время не смог её потревожить.       Прижав к груди руку, я сделала несколько прерывистых вдохов.       Кто-то сообщил, где и когда мы устраивали свадьбу. Кто-то из Фениксов. Кто-то, кто сам готовил коттедж к торжеству.       Сильнее сжав волшебную палочку, я выбежала на улицу, где уже горели деревья и клумбы. Защитный купол кусками оседал на землю. Оборотни перепрыгивали остатки барьера. Их было так много. В меня полетел луч, но кто-то успел выставить Протего такого масштаба, что меня снесло в сторону.       -Твоя миссия на сегодня завершена. – просипел взявшийся из ниоткуда Дамблдор. Сжав моё запястья, он потащил меня куда-то в сторону. – Лонгботтом дал тебе порт-ключ?       -Я не уйду. – стараясь высвободиться, я как ребёнок упёрлась ногами в землю, загребая её носками туфель, лишь бы у Аберфорта не получилось принудительно меня телепортировать.       -Это приказ, Грейнджер.       -Лаванда мертва.       На секунду мужчина остановился, его плечи напряглись, но недолго думая, он потащил меня дальше.       -Томас тоже. Кто-то снял с коттеджа защиту и пустил Пожирателей.       Кто? В план были посвящены только самые близкие, я не могла поверить, что предателем мог быть кто-то из семьи Уизли, или Невилл, или Луна.       Сзади раздался рык. Я обернулась и увидела пантеру с двумя горящими жёлтыми глазами. Она медленно двигалась к стоявшему в нескольких десятках шагах от неё Маркусу Флинту, возле которого лежало тело Парвати Патил.       Парень выставил палочку, с удивлением наблюдая за анимагической формой Падмы. Выстрелил заклятьем, но зверь увернулся, продолжая путь к Пожирателю. Он выстрелил ещё раз – и снова мимо. Пантера остановилась, немного пригнулась, а затем прыгнула вперёд, с яростью вонзаясь клыками в его плечо. Флинт истошно завопил, а через секунду, с окровавленной мордой, животное выплюнуло часть его отгрызенной руки.       Истекая кровью, Маркус попятился назад, и если бы не подоспевший к нему Пьюси, то Падма разорвала бы его на части, но оба Пожирателя успели трансгрессировать.       -Аберфорт! – почти истерически закричала я. – Дай мне помочь!       -Перестань геройствовать, Грейнджер! – проорал он в ответ, резко разворачиваясь и притягивая меня к себе. – Мне нужно, чтобы хоть кто-то в живых остался!       -Я не могу уйти, пока мои друзья погибают!       -Но сделаешь это. – одним движением он притянул Акцио мой порт-ключ, и с остервенением всунул его мне в руку.       В тот же миг моё тело дёрнулось и унеслось прочь.       Последнее, что я увидела, это как Чарли спрыгнул с дракона. Руны и глаза его снова светились, а изо рта валил серый густой дым.       Вдруг всё резко стихло. Казалось, что случившееся мне лишь привиделось. Я попыталась трансгрессировать обратно, но магия меня не пустила.       Обессиленно упав на колени, я запрокинула голову, и по щекам градом потекли слёзы.       Лаванда, Парвати, Дин.       Джинни пропала.       А я, как в ловушке, не могла покинуть это место. Не могла ничего сделать.       Рядом раздался хлопок. Повернувшись на звук, я увидела Кормака – он был весь в крови.       -Ты жив. – подбежав к парню, я заключила его в объятия.       -Тише, Грейнджер. – прохрипел он. – Задушишь.       -Прости-прости. – я отодвинулась, рассматривая его ранения: из уха текла кровь, а левую сторону лица пересекал глубокий порез. – На тебя оборотень напал?       -Нет. – он от боли поморщился. – Кто-то кинул проклятье.       Нужен бадьян.       Я осторожно потянула Кормака за руку в дом, взбежала на второй этаж в свою комнату, и в спешке припала к кровати, вытряхивая на неё содержимое ящика с лекарствами.       -Лаванда мертва. – мой голос дрогнул, а в глазах защипало. – И Парвати с Дином.       -Я видел.       От того, как обессиленно он говорил, я начинала нервничать сильнее.       Где чёртов бадьян?       Наконец, найдя бутылёк, я откинула крышку и, встав на ноги, развернулась, но не успела и шагу сделать.       -Экспелиармус. – Кормак поймал мою палочку, нацелив на меня свою.       Бадьян со звоном упал на пол, разбрызгиваясь по ногам.       -Кормак?       -Прости, Грейнджер. – на его лице отразилось сожаление. – Но лучше я, чем Мальсибер.       Перед глазами всё поплыло. Понимание происходящего не хотело оседать в голове.       -Почему? – почти неслышно спросила я.       Несколько секунд Маглагген молчал, а затем тихо ответил:       -Решил занять сторону победителя.       Внутри словно взорвался вулкан. Мне казалось, я задохнусь от этого чувства.       Только бы не упасть.       -Орден прячется, словно крысы, в то время, как Лорд пирует на балах. У вас заканчиваются еда и лекарства. И люди.       -Но ты… – мне было физически больно говорить. – Ты ведь с нами был… всё это время. Лаванда мертва.       Парень опустил голову, с горечью взглянув на меня исподлобья.       Только не это.       -Ты её убил?              -Я не хотел. Но она увидела, как я передаю сообщение по камину. Лаванда следила за мной. Она давно начала меня подозревать, поэтому и в койку ко мне улеглась. – Кормак издал разочарованный смешок. – Я уж и правда подумал – влюбилась.       -Ты же получил ранение, спасая её.       -Нет, Грейнджер, я получил ранение, потому что пытался сбежать, опасаясь попасть под горячую руку Нотта. Я не знал о его появлении. У Пожирателей Смерти задействовано много ресурсов, и о некоторых из них не всегда предупреждают. До определённого момента я даже не знал, что мы с Долоховым делим одного и того же информатора.       Меня затошнило. В памяти вспыхнули все те моменты, когда мы с Кормаком сражались бок о бок, но образ истекающей кровью Лаванды заставил меня собраться.       -Ты вонзил ей нож в сердце и пустил в Тинворт Пожирателей Смерти. Из-за тебя погибли наши… мои друзья.       -Мы находимся в завершающей стадии войны. Приходится применять всю артиллерию. Не смотри на меня так, у каждого свой способ выживания.       -В Норфолке нас тоже ты сдал?       -Да.       -И местонахождение Алисии?       Парень устало выдохнул:       -Да. Но изначально в доме должна была быть Джонсон. Аберфорт слишком быстро изменил планы. – он чуть помолчал, раздумывая, стоило ли говорить дальше. – Я не хотел, чтобы семья Спиннет погибла, но мой поручитель предупреждал, что Нотт неуправляем. Так уж случилось, что мне нужен был именно он. Я должен был привести его в Кэчпоул к Патил, Бауэру и лаборатории в Уингинге.       -Бауэру?       -Это я выкрал у Келлы ключ, когда она пришла навестить меня после ранения. Вместо неё в убежище должна была отправиться Парвати, но, как обычно, Аберфорт всё переиграл. – Маглагген недовольно хмыкнул. – Если бы я знал тогда, что Джинни тоже ищейка, я бы лучше её сдал. Хотел после Норфолка, но было рискованно – слишком мало людей отправилось на задание. Джордж хорошо скрыл его детали от посторонних, даже не сказал об оторванной руке с Меткой. А учитывая, что только я успел трансгрессировать, то привлекать внимание было нельзя. Пришлось молчать. Удивительно, как ей удалось скрыть от меня свой навык, мы ведь часто отправлялись на задания вместе.       Мне хотелось выколоть ему глаза.       -Надеюсь, ты будешь умирать в муках, Кормак. – произнесла я ледяным тоном, вкладывая во фразу всю свою ненависть к нему.       -Имеешь право. Но я хочу, чтобы ты знала: я не горжусь тем, что сделал. Однако и ты перестань быть такой наивной. Все эти связывающие дружеские узы, о которых так любит говорить Дамблдор, не обеспечивают ни одному из нас безопасности. Уже давно нет никаких светлых и тёмных сторон, Грейнджер. Есть победивший и проигравший, и я хочу быть в числе первых.       -Ценой жизни тех, кто тебе доверял.              -Доверие – тоже выдумка Ордена. Из-за него каждый второй стал Хранителем тайны, превратив её в информацию, и посмотри, что случилось с Коувом. Дамблдор посчитал, что аконит не найдут в столь заброшенном месте, и даже не защитил его должным образом.       -Ты чёртов Питер Петтигрю. После того, что ты сделал, тебе ещё хватило наглости явиться на похороны?       -Не жди от меня раскаяния. Для меня цель оправдывает средства. Ты не поймёшь, ты всегда была идеалисткой, но смерть Трелони на руках Дамблдора, не на моих. Он должен был лучше защищать аконит. Поверь, Грейнджер, я делаю это не ради удовольствия. Просто я не вижу иного пути, как быстрее со всем покончить. Война идёт слишком долго, и она жестока. Да даже сейчас я делаю тебе одолжение своим поступком. Уж лучше ты умрёшь от моей руки, чем попадёшь к Мальсиберу. Там быстрой смерти не жди.       -Как великодушно.       -На самом деле, это действительно так. Ты сейчас ненавидишь меня, но поверь, если бы ты знала, на что способен Мальсибер – заговорила бы по-другому. То, что он под Империусом приказал Фосетт перерезать себе горло, – цветочки по сравнению с тем, что он захочет сделать с тобой, за то что ты Бомбардой на части разорвала его отца.       Так вот, значит, кто был тот мужчина в поместье – Мальсибер.       -У него слишком нездоровый к тебе интерес, так что да, чёрт возьми, с моей стороны – это великодушие.              -На твоих руках столько крови, Кормак. Как ты будешь с этим жить?              -Полагаю, нелегко. – сухо признался он. – Но за мою работу мне пообещали неплохую должность в Министерстве. Уверен, угрызения совести будут сглаживать хороший огневиски и шёлковые простыни.       -Так дёшево стоишь?       -Моя цена – свобода, а Огден и мягкая постель – лишь сопутствующее благо.       -И ты уверен, что всё это получишь? Не думал, что о появлении Нотта в Дроппинге тебе не сказали не случайно? И про Долохова ты узнал тогда же, когда и мы. Не похоже, чтобы ты был у своего поручителя в почёте. Ты ведь даже про Аббот, Фосетт и Броклхерст не знал, хотя мог с ними сотрудничать.       -Аббот, Фосетт и Броклхерст были дурами, ничего толком не умеющими. – раздражённо выпалил он. – Если бы они не уродовали Кристал Империусом и Обливиэйтом, то она бы даже не вспомнила, что дневник остался у Спиннет, и не рассказала бы об этом тебе, чуть не испортив весь мой план. Не представляешь, как долго мне пришлось внушать ей снять с убежища магию крови. Я до сих пор не понимаю, зачем Долохов нанял этих троих. Но Яксли умнее, и ставит на правильных игроков. – парень резко замолчал, испуганно уставившись на меня, затем нахмурился и недовольно покачал головой. – Впрочем, неважно. – он поднял палочку выше, решительно нацелив её мне в лицо. – Ты всё время от меня убегала. Что в школе, что после, а ведь я мог вымолить для тебя у Лорда прощение. Согласилась бы? Если бы я предложил тебе остаться со мной.       Я не могла поверить, что он действительно задавал подобный вопрос после всего, что сделал.       -Если бы ты прямо сейчас вернул мне мою палочку, – выделяя каждое слово, произнесла я. – Я бы взорвала тебе голову.       С разочарованной улыбкой, парень медленно закивал.       -Я так и думал. – какое-то время он рассматривал меня с некой грустью, затем набрал в лёгкие воздуха и, расправив плечи, встал в боевую стойку. – Прости, Грейнджер, но это лучшее, что я могу тебе предложить.       Словно в замедленной съёмке Кормак открыл рот, чтобы произнести заклинание. На его лице изобразились горечь и боль, и я всей душой надеялась, что в конечном итоге его сожрёт чувство вины, пусть я этого и не увижу.       Секунда, две, три…       Его глаза округлились, рот искривился, а палочка выпала из рук.       На меня брызнула кровь.       Голова Кормака отлетела в сторону, а из-за его спины, словно тень, выросла фигура Теодора Нотта, с руки которого на пол стекала кровь.       -Умойся. – он безразлично взглянул на труп. – Я здесь уберу.

Теодор Нотт.

      Гермиона стояла напротив зеркала, глядя на своё отражение. Её взгляд был настолько пустым, что она становилась похожа на призрак.       Я подошёл, вставая у неё за спиной.       -Как ты узнал? – не отводя от себя глаз, спросила она.       -Увидел, как он трансгрессировал за тобой.       -Ты был в Тинворте?       -Да.       -Многих убил?       -Никого.       Повисло недолгое молчание. Гермиона словно размышляла, верить ли моим словам.       -Аберфорт наложил защиту на весь примыкающий к дому периметр. Отсюда нельзя уйти.       -Я знаю. Я попросил его запечатать убежище на выход.       Челюсть Гермионы сжалась, и она со всей силы ударила кулаком по стеклу. Тут же зеркало покрылось кровью и мелкими трещинами.       Я понимал её злость. Был к ней готов, но по-другому сохранить ей жизнь я не мог. У меня не было заранее точной информации, что на коттедж готовилось нападение, но когда Яксли сообщил о предстоящем вечернем налёте, я понял, чем это может грозить.       -Так нельзя. – прошептала она, опустив голову. – Там столько погибших.              -И ты могла стать одной из них.       Грейнджер развернулась и с ненавистью оттолкнула меня.       -Ты не имел права! Я обязана быть там!              Впиваясь яростным взглядом, она сделала ко мне шаг, вцепилась пальцами в края пальто и, уткнувшись мне в грудь, изо всех сил закричала.              Плевать на Яксли с его чёртовым списком, на Лорда, жаждущего моего безумия, на будущее, в котором ей не было места.       Когда крик перешёл в хрип, я сильнее прижал её к себе, будто доказывая, что удержу, даже если пол под ногами провалится. Но обессиленно замолчав, она сама отстранилась.       -Кормак работал на Яксли. Он рассказал ему, что Джинни ищейка. Ты знал об этом?       -Нет. Но Яксли приказал мне вас обеих убить.       Выражение её лица не изменилось. Только спустя время она вдруг разразилась смехом.       Скинув с ног перепачканные грязью и кровью туфли, Гермиона на пару шагов отошла, и, разведя руки в стороны, со злобной ухмылкой сказала:       -Ну так давай.       Мне хватило всего секунды, чтобы возненавидеть себя за то, что позволил себе сделать дальше.       Обхватив её лицо руками, намеренно выждав немного, чтобы у неё было время меня остановить, я поцеловал её.       Вокруг всё исчезло. Не осталось ничего, что бы имело для меня значение. Ничего, кроме неё.       На вкус она была как моя личная война, как магия, как море. И мне было мало. Я хотел её себе всю целиком.       Подхватив Гермиону на руки, я усадил её на рядом стоявшую тумбу, с каждой секундой впиваясь поцелуем всё сильнее.       Стоило отступить. Вернуть над собой контроль, понять, насколько это всё разрушительно, но мне всё меньше хотелось с собой бороться. А когда она сжала мне волосы, углубив поцелуй, я почувствовал, как лишался последней капли самообладания.       Но всё должно быть не так.       Мне было важно, чтобы она запомнила меня по-другому. Чтобы она хотела касаться меня не потому, что была зла. Чтобы её поцелуй не нёс в себе ненависти ко мне.       Ладонями Гермиона пробралась под мою кофту, прошлась вверх по груди, коснулась рёбер, затем лопаток, и вдруг резко повела вниз, царапая ногтями спину.       Я вдохнул воздух сквозь сжатые зубы, прихватил её за подбородок, и отодвинулся, чтобы видеть её лицо.       -Ты ведь не так хочешь.       Её глаза почеренели, а губы искривила жестокая улыбка.       -А ты знаешь как? – с вызовом бросила она. – Лучше меня знаешь?       Я отступил на шаг, слишком ярко ощутив отсутствие близости, но так будет правильнее.       Гермиона руками упёрлась в край столешницы, не спуская с меня хищного взгляда.       -Могу только догадываться.       -Я тебя разочаровала? Ты хотел хорошую девочку? Хотел, чтобы я нарядилась в серенький свитерок и пряталась в библиотеке, чтобы, найдя меня там, плохому мальчику было интереснее иметь меня на столе в окружении учебников? Тебе не нравится, что я вся в крови, а не в цветах? – её голос стал твёрже. – Вот только я не хорошая. И кровь сопровождает меня повсюду. Так что ты зря тратишь время. – она кивнула в сторону двери. – Иди. Растворись в воздухе, как в прошлый раз.       -Почему ты злишься на меня?              -Потому что ты мне надоел. Все твои поступки – хаотичный бред. То ты отрываешь на моих глазах головы, то спасаешь меня, то бежишь. – Гермиона спрыгнула с тумбы, сделав ко мне шаг. – Ты сам не понимаешь, чего хочешь, скрываясь вечно за маской загадочности. Таинственно молчишь, таинственно смотришь, таинственно дышишь. – она подошла почти впритык, выплюнув: – И меня это достало.       В ней было столько гнева, что он не умещался.       -Тебя. – тихо произнёс я, окинув нас обоих взглядом. – Но не так. Я не хочу иметь тебя ни среди учебников в библиотеке, ни в подвале, ни даже на кровати. Я в принципе не хочу тебя “иметь”. – поддев её подбородок двумя пальцами, не давая ей возможности отвернуться, я ещё какое-то время всматривался в её лицо. Этот враждебный взгляд пробирался мне в самую душу. – И я не стану брать то, что предлагается не от желания, а в порыве гнева. Ты девственница, Грейнджер, – она чуть ли не отпрыгнула от меня, в попытке вырваться из моей хватки, но я не дал, я хотел, чтобы она смотрела мне в глаза, пока я говорил. – И мне не нужно, чтобы из-за пожирающей тебя злобы сейчас, ты пожалела обо всём этом потом. Я хочу тебя на языке, понятном тебе.       Тихо выдохнув, она растерянно моргнула, обхватила моё запястье и осторожно отодвинула руку.       -Ты можешь уйти? – прошептала она еле слышно.       -Могу.       И я покинул Паучий Тупик.

Драко Малфой.

      Уперев руку в камин, я смотрел на огонь, периодически делая небольшие глотки виски.       Или большие.              Сколько прошло времени? Час? Два? А Уизли всё никак не приходила в себя. На мгновение мне даже показалось, что она умирает. Было так много крови.       -Почему ты голый? – послышался её хриплый голос, после которого зашуршала одежда.       -Не получилось обратно трансфигурировать платье в рубашку. – не поворачиваясь, ответил я. – И я не голый. На мне штаны.       -Что с Флёр?       Прикрыв глаза, я двумя пальцами потёр переносицу.       Неужели, это первое, что её интересовало?       -Покинула Тинворт ещё до твоего появления.       -Как ты смог сделать Оборотное зелье?       Я всё же повернулся.       Уизли сидела на кровати вся бледная и растрёпанная. Декольте её платья было испачкано кровью, как и туфли, которые я честно пытался отмыть. Вышло плохо.       Её побелевшие губы потрескались, и я отлевитировал ей стакан с водой. Несколько секунд она тупо на него смотрела. Я не знал, то ли она пыталась выяснить был ли в нём яд, то ли голова её настолько плохо соображала, что она не понимала, что с этим стаканом делать.       -Выпей. – подсказал я на всякий случай. – Это обычная вода.       Обхватив посудину, Джинни начала жадно пить, не спуская с меня глаз.       Разрез её платья доходил уже до живота, оголяя намного больше, чем было задумано, и чтобы её лишний раз не смущать, я вновь отвернулся к огню.       -На столе твоя волшебная палочка.       Посещение Тинворта далось нелегко. Поскольку в Ордене были предатели, я не хотел подставляться, но ещё меньше я хотел выполнять работу для убийцы своих родителей, поэтому, когда увидел покидающую "Ракушку" Флёр, решил незамедлительно прикинуться ей, чтобы иметь возможность хотя бы наблюдать за происходящим. В такой суматохе Пожирателям было бы сложно меня отследить, зато потом, на собрании, я бы мог в деталях рассказывать о налёте, не вызвав никаких подозрений. Но Уизли снова нарушила мои планы.       Девчонка решила поиграть в следопыта и попёрлась в неизвестность за каким-то хромым мужиком, но потеряла сознание, как только мы оказались в поместье Кэрроу. Не знаю, каким образом нам удалось попасть внутрь, но выбраться так же легко не вышло.       Действие Оборотного зелья с волосами Делакур, которые я ещё в прошлую встречу сумел у неё выцепить, начинало рассеиваться, и я очень быстро стал походить на странноватого парня, который решил в момент нападения на Орден нарядиться в женское платье, но не угадал с размером. Моя рубашка не вернула до конца свою прежнюю форму, поэтому я оказался в блестящей женской кофте с цветком, на которой не сходились пуговицы (благо брюки с ботинками у меня были с собой).       И вот в таком виде, с полумёртвым Фениксом на руках, я попытался прокрасться к выходу, в надежде, что меня не заметят. А это было сложно, учитывая, что часть Пожирателей ожидала сигнала именно в поместье Кэрроу. Проблематично скрывать в набитом оборотнями доме ту, за кем велась охота. Задача усложнялась ещё и тем, что Джинни истекала кровью, которую так отлично чуяли оборотни. Пришлось искать свободную комнату, чтобы переждать в ней, пока дом опустеет, не бросая попыток привести Уизли в чувства. Только вот нихрена у меня не выходило.       -Не получается. – раздался раздражённый голос.       Я даже не сразу понял что у неё не получается. Пить?       Вопросительно на неё взглянув, я увидел, как истерично она размахивала палочкой, тыкая на свою ногу.       -Не выходит. – повторила она. – Я не чувствую магии.       Это ещё что за херня?       -Произнеси заклинание вслух.       Девчонка на меня злобно уставилась.       -Репаро. – но ничего не произошло.       Я подошёл и сел перед ней, перехватив её руку, которой она усердно продолжала размахивать, стараясь палочкой выколоть и себе глаз, и мне.       Медленно наведя древко на её ногу, я повторил:       -Скажи вслух. Спокойно.       -Репаро.              Ничего.       -Ты, наверное, сил много потеряла. – предположил я.       -Я даже не чувствую её. – возразила она. – Вообще ничего. Я как будто сквиб.       Достав свою палочку, я махнул ей, и ткань на платье тут же затянулась.       Губы Джинни задрожали. Она подняла голову к верху и, прикрыв глаза, сделала глубокий вдох.       -Я лишилась магии.       -Это невозможно, ты чистокровная волшебница.       -Я знаю! – заорала она. – Но я её не чувствую!       Этому должно было быть объяснение. Невозможно лишиться магии, если она была изначально.       -Уверен, она вернётся, когда тебе станет лучше.       Уизли с силой сжала рукоять, а потом отложила палочку в сторону, глядя на неё так, будто готова разломать пополам.       Она вновь посмотрела на меня, и только в этот момент я понял, как выглядел со стороны: сидя у неё в ногах, положив руку ей на колено, я испытывал жалость, которая отображалась у меня на лице. И всё это время я был без верхней одежды.       Потрясающе.       Я словно прощение у неё за что-то просил. Судя по сложившейся картине, за неудачный секс.       Резко встав, я взял со стола свой стакан и упал в кресло, почти с ним сливаясь, стараясь скрыть ощущение неловкости.       -Посидишь здесь пару часов, восстановишь силы, и магия вернётся. – сказал я, как можно спокойнее.       Хотя, наверняка я этого не знал. Самое ужасное, что могло со мной случиться, не считая наблюдения под Империусом за тем, как насиловали мою подругу, это лишиться своей магии. Я даже не представлял, что в данную секунду могла чувствовать Джинни.       Мы погрузились в тяжёлую и удручающую тишину.       Уизли безэмоционально смотрела в стол, а потом, переведя взгляд на Огден, кивнула на него:       -Могу?       -Можешь.       Она даже не попросила стакан.       Сделав внушительный глоток, Джинни убрала от лица бутылку, вытерла рот тыльной стороной ладони и твёрдо спросила:       -Что случилось?       Хороший вопрос. С чего бы начать?       -Нас телепортировало в поместье Кэрроу, ты отключилась, я вытащил тебя и перенёс сюда.       Краткость – сестра таланта.       -Как ты смог обратиться Флёр?       -У меня оставались её волосы.       -Как пробил защиту коттеджа?       -Кто-то из ваших снял чары.       -На Тинворт напали?       -Да.              -Знаешь, кто нас сдал?       -Нет. Приказ поступил от Яксли.       -А того аврора, за которым я последовала, знаешь?       -Не успел рассмотреть. После того, как ты перенесла нас в поместье, я старался не попадаться никому на глаза. – я с любопытством прищурился. – Как ты это сделала?       -Нотт научил.       От неожиданности я даже выпрямился.       -Нотт?       -Он смог с помощью порт-ключа, который изготовила Гермиона, найти её по её магии, и пробить наложенную на Тупик магию крови. Я попробовала повторить.       -По магии можно найти человека?       -Как оказалось. – пожала она плечами. – Я делала это впервые.       -Не слишком умно, учитывая, что ты не знала последствий.       -Если у Нотта получилось, то почему не должно было у меня? – она обвела комнату взглядом. – Снова здесь. Что это за место?       -Наш дом отдыха.       Джинни усмехнулась, и снова отпила.       -Долго я была без сознания?       -Часа три.       -Есть новости из Тинворта?       А на этот вопрос отвечать я не торопился.       Новости из Тинворта…              -Какие-то есть.       -Говори.       -Несколько авроров, Томас, одна из Патил, Хуч и Вейн – погибли. Лавгуд сильно ранена. Билл тоже.       Её грудь начала тяжело вздыматься, а лицо ещё больше побледнело.       -Сильно, это как?       Я сглотнул, а после запил волнение виски.       Почему я вообще волновался?       -Лавгуд лишили зрения, Билла – ноги.       Какое-то время Уизли смотрела на меня, будто не верила, а затем со всей силы запустила бутылкой в камин. Огонь вспыхнул, пытаясь выбраться за пределы решётки, пришлось усмирять его магией.       -Мне надо вернуться. – она резко встала.       -Я пытался трансгрессировать тебя в Годрикову Впадину и Паучий Тупик, но они заблокированы.       -Мне надо вернуться! – её крик эхом разнёсся по всему помещению.       Но тут входная дверь распахнулась, впуская порыв ветра, и в дом вошёл Теодор. Задумчивым взглядом он прошёлся сначала по мне, затем по Уизли, а после Нотт опустился в свободное кресло, без слов указав Джинни сделать то же самое. Почему-то она его послушалась. Призвав пергамент и перо, он положил их перед ней:       -Сообщи Грейнджер, что жива.       -Я не хочу писать записку, я хочу вернуться.       -Пока это невозможно.       Уизли раздражённо схватила предложенные предметы, и на короткое время тишину нарушил скрип пера о бумагу.       -Написала.       -Бросай. – кивком указал он ей на камин.       Не решаясь признаваться, девчонка занервничала.       -Не могу.       -Почему?       -У меня нет магии.       Тео нахмурился. Несколько секунд он смотрел на неё, затем забрал пергамент и сам бросил его в огонь.       -Слишком часто использовала магию крови? – не отводя глаз от огня, спросил он.       Джинни удивлённо приподняла брови, но быстро вернула себе прежнее выражение лица.       -Какое это имеет значение?       -Очевидно, большое.       И я, кажется, стал понимать.       -Разве ваш затейливый учитель не рассказывал о последствиях?       -О том, что я лишусь магии – нет.       Тео перевёл на Джинни уставший взгляд.       -Ты не лишилась магии. Просто она... временно тебя отвергает. Светлую часть тебя.       -Что это значит?       -Это значит, Уизли, что чем больше ты используешь магию крови, тем меньше простых заклинаний тебе будет доступно. Акцио, Репаро, Протего – ничего из этого. А потом не сможешь использовать целительные чары и вызывать Патронус. Светлая магия перестанет поддаваться, и со временем тебе останется применять только тёмную, которая, в результате, тебя поглотит. Всегда нужно соблюдать баланс, но ты его нарушаешь. Почему, думаешь, Пожиратели Смерти не используют её? Баланс, Уизли. В нас его нет, мы прибегаем исключительно к тёмной магии, поэтому такие заклинания, как Патронус, мы использовать не можем.       -У Амбридж есть Патронус.       -Потому что она искренне верит, что является светлой волшебницей. Но чтобы использовать магию крови одной веры недостаточно. Волшебник должен быть, говоря на вашем языке, действительно светлым. Древний обряд плохо совместим с тёмными искусствами, потому что сам является гораздо темнее, а магию крови нужно чем-то подпитывать, поэтому светлому волшебнику этот баланс найти проще. Но, чем ты чаще её используешь, тем меньше света внутри остаётся. Она его пожирает.       -И что случится в итоге?       Повисло секундное молчание.       -Твоя магия тебя убьёт.