6. Хорошо быть идеальным

      Весь пол был в воде. Стоило только Тому подняться на второй этаж, как было понятно, что за час он точно не управится. Не учитывая того, что Василиск без тени сожаления сбросил с себя ненужный груз в виде Розали Поттер, на мокром полу лежало бледное тело рейвенкловки. Она без сознания, подумал Том. Прижав указательный и средний пальцы к шее прямо под челюстью, он надавил слегка на нее — никаких ритмичных толчков не чувствовалось. Надавив сильнее на сонную артерию и воспользовавшись волшебной палочкой для анализа тела, он пришел к выводу, что девочка окончательно мертва. Не долго думая, Том вытащил из внутреннего кармана мантии черный дневник и аккуратно положил рядом с трупом.       Он помнил наизусть все слова древнего заклинания, найденного в страницах Волхования, но не рассчитывал, что этот день наступит так скоро. Том вытянул руку над телом Миртл и произнес его. Он помнил, что самое главное это — внутренние чувства и правильность произношения. Пол постепенно начал дрожать — будто под ним двигаются тектонические плиты, после столкновения которых начнется землетрясение. Но ничего такого не произошло. Заклинание было произнесено четко и без запинки. Том не смог сдержать улыбки, но тут же пожалел, ибо стоило тишине распространиться, как из груди вырвался крик.       Розали увидела все. Она видела своими глазами, как из груди Тома выходит нечто темное — будто частичка его тени, которая металась и извивалась из стороны в сторону, не зная, куда направить свой вектор движения. Однако длились ее метания недолго, ибо Реддл тут же направил на темный сгусток энергии палочку и произнес заклинание. От слабости Розали не смогла разобрать слова и лишь молча продолжила наблюдать, пока сознание окончательно не покинуло ее…       Поттер распахнула глаза. Первое, что она увидела, была темнота. Все тело было в поту, и она ощущала прилипшую к телу сорочку. Стягивая с себя тяжелое одеяло, она посмотрела на мирно спящую соседку. Будить ее совсем не хотелось, но стоило ей встать с кровати, как вместо нее это сделал будильник. Лилли вслепую нащупала источник неприятного звука и кинула в сторону двери, при этом повернувшись набок и продолжив свой крепкий сон. На часах было шесть утра.       Окончательно приняв, что приснившееся было очередным напоминанием прошлогодних событий, Поттер привела себя в порядок и вышла из ванной. За окном постепенно начало виднеться солнце, а лучи - проникать внутрь комнаты и отсвечиваться на шерстяном ковре. Поняв, что никакое "доброе утро" Лилли не разбудит, Поттер прибегла к тяжелой артиллерии. И это сработало. Лилли с криками вскочила с кровати и, одарив все окружение нелицеприятными словами, уставилась на Розали. Не каждое утро тебя будят холодной водой.       — Я тебя будила, ты не реагировала, — пожала плечами Розали.       Лилли, прошептав неразборчивое «ну уж, спасибо», потопала в ванную комнату. Поттер же начала постепенно одеваться и собирать школьные вещи. О сне с присутствием Реддла она решила больше не думать. Они полностью прояснили этот момент и пришли к соглашению, что больше о произошедшем в туалете никто не заикнется. Правда, в течении последних недель Реддл яро увиливал от разговоров, связанных с темной магией, в особенности, крестражами.       — Отрезвилась?       — После твоего утреннего подарка уж точно, — с сарказмом в голосе ответила Лилли, тоже начав собираться.       — Уж, простите, — разводя руками в знак отступления, — не я вчера бухала до последнего, что двум парням пришлось затаскивать меня посреди ночи в комнату, стараясь не попасться завхозу.       — Брось, — застегнув последнюю пуговицу, — вместо того, чтобы отпраздновать начало учебного года со своими сокурсниками, кое-кто зависал с отмороженными слизеринцами. Я совсем не понимаю, что староста Гриффиндора забыла в их обществе. По ним же видно, что они — аристократы до мозга костей, а их подвал — настоящее змеиное логово.       — Там были не только слизеринцы.       Поттер знала, что не может скрывать свои отношения весь последующий год. Идя на свидание с Реддлом, она не рассчитывала, что оно будет проходить со всей его свитой. Их разговоры об учебе, будущем и политике были интересными, однако Поттер хотела провести время конкретно с одним человеком из их дружеского круга. Нечаянно опрокинув стакан с пивом на рукав Реддла, Поттер пролепетала «прощу прощения» и под предлогом «помогу убрать пятно» повела его в сторону туалета. Стоило им скрыться от ненужных глаз, как они выбежали на улицу, и поцеловались. Даже если при поцелуе время для них застывало, в настоящей реальности кто-то из близких друзей отправлялся на их поиски и находил эту странную парочку всегда с сигаретами в руках.       — Вы уже слышали про новые реформы Гриндевальда? — сделав глоток сливочного пива, спросил Абраксас.       За их излюбленном столом в «Трех Метлах» группа из близких друзей могла обсудить не только самые последние сплетни Хогвартса, но и устроить целые дебаты о нынешней политике как и в магическом, так и в маггловском мирах. Заняв удобный столик у самого уголка заведения, они всегда использовали заклинание Недосягаемости и начинали говорить только тогда, когда убеждались, что скрыты магическим барьером от потусторонних глаз.       — После строительства Нурменгарда он явно сошел с ума. Отец рассказывал, что туда могут попасть и чистокровные волшебники, если посмеют выйти против его режима, — тут же выдал Орион Блэк, самый младший из них.       — Такими темпами власти Гриндевальда придет конец, — выдохнула Друэлла, посмотрев на Поттер. По ее мнению, Розали, смотрящая постоянно в сторону, совсем не была заинтересована в их разговоре. — Он считает магов высшими существами, но при этом сам строит касты между ними, опираясь на их происхождение. А что ты думаешь, Роуз?       — Даже если у Геллерта не получится осуществить задуманное, это не значит, что кто-то другой не сможет. Его идеи с приходом либералов к власти кажутся чрезмерно абсурдными и жестокими, но именно такие люди как он и являются двигателями прогресса. Если бы европейские страны не открывали новые материки и не колонизировали коренные народы, не было бы всеми хваленной Америки, а мы не смогли бы наслаждаться вкусным кофе, — сделав глоток из маленькой чашки, где было заварено капучино, закончила свою речь Поттер.       — Так ты все же разделяешь взгляды Гриндевальда касательно сепарации магического мира? — после образовавшейся тишины подал голос Реддл.       — Моя маман всегда говорит оставаться на нейтральной стороне, — с долей сарказма ответила девушка. — Но если в мире станет меньше негров и грязнокровок, я ничего против иметь не буду.       За столом послышались смешки. Фраза, поданная широкой улыбкой, была полностью понята и принята в ее новом кругу друзей. Не нужно было быть гением, чтобы понять, каких устоев были дети аристократических семей магической Британии, ибо по их кратким фразам и нелестным высказываниям, нетрудно было прийти к выводу, что они все поддерживают превосходство чистокровных волшебников.

октябрь, 1943 г.

      На шестом году обучения сезон игры Квиддич открывают команды Гриффиндора и Рейвенкло. Поттер искренне не понимала, кто отвечает за очерёдность команд, но уже была готова придушить их. В прошлом году, несмотря на все усилия Гриффиндора выиграть кубок, новоиспеченный ловец Рейвенкло попросту вырвал эту возможность у них из-под рук. Стиснув зубы, Розали с остальными аплодировала, когда заветный кубок вручали в руки капитана другой команды. Даже по лицам слизеринцев было видно, что они с таким решением были крайне не согласны, ибо Рейвенкло смогли обыграть даже команду слизеринцев. А Розали Поттер прекрасно знает, на какие ухищрения и подлости готовы пойти последние ради победы. Поэтому Поттер поверить не могла, что команды, закрывшие последний сезон, встретятся вновь, дабы открыть новый. И на ее хрупкие плечи возложили новую ответственность — быть ловцом в предстоящем сезоне.       На небе не было и облачка, светило яркое солнце и птицы пели свои серенады. Игра шла в своем темпе. Даже если и прошло каких-то полчаса, охотники Гриффиндора уверенно забили два гола своим соперникам. Болельщики безусловно не скрывали свою радость от начала игры, однако Розали продолжала чувствовать ответственность на своих плечах, ибо она не могла проиграть снитч третьекурснику, имя которого она даже не знает.       — На поле появился снитч, — прокомментировал хаффлпаффец. Его внешний вид и голос сильно раздражали Поттер, но она ничего не могла с этим поделать и принимала как данность.       Заприметив снитч, который принесёт однозначную победу Гриффиндору, девушка, ухватившись крепко за метлу, ринулась к цели. Как и ожидалось, бок о бок с ней летел игрок команды Рейвенкло, который был также настроен на победу. Пока глаза Розали бегали между целью и мальчиком, рейвенкловец, не удостоив ее и мимолетным взглядом, ускорился и обогнал ее на несколько метров.       Снитч взмыл вверх, отчего двое соперников, тут же разлетелись в разные стороны. Публика громко аплодировала, когда увидела, как Поттер летит на метле под углом, близким к девяносто градусам. От резкой смены плоскости полёта, голова начала кружиться, а глаза не сразу заметили капризную цель. Однако это не помешало девушке увидеть, как рейвенкловец практически вплотную подлетает к ней. Снитч только прибавляет скорости, а у Поттер зарождается идея, как поймать его без лишних усилий. Заметив, что снитч летает по эллипсообразной округе, девушка примерно рассчитала его следующее местонахождение и подлетела к флагам факультетов. Мальчик оказался шустрее, чем предполагалось, и летел за снитчем, придерживаясь за метлу одной рукой. Стоило только обоим вытянуть руки чуть дальше, дабы схватить общую цель, как снитч тут же ринулся вниз к трибунам, а ловцы — за ним. По проходу нескольких минут, ловцы вновь встретились друг с другом, пролетая мимо сокурсников на своих метлах. Снитч был на расстоянии вытянутой руки. Мальчик оказался проворнее и его кончики пальцев практически касались снитча, как тут же произошло неизменное. Трибуны Гриффиндора взорвались от радости, когда победа была крепко зажата в ладони Розали. Однако на ее лице не наблюдалось привычной улыбки, так как она все это время смотрела на рейвенкловца, лежащего посреди пустых скамей, и не способного самостоятельно вытащить ногу из деревянных дощечек. В памяти тут же вспыхнула картина двухмесячной давности.       Пол в здании школы при приюте Вула был настолько стар, что застрявшую маленькую ногу девочки казалось вытащить будет невозможно. Розали протиснула в дыру несколько пальцев и пыталась доломать деревянное покрытие до конца, но их будто бетоном облили — не поддавались. После послышался взрыв, который окончательно оглушил Розали. Она зажала руками уши, но увидев, что конструкция здания не выдержит, обняла девочку и прикрыла ее от падающего потолка. Закрыв глаза и сконцентрировавшись на внутренних чувствах, она выкрикнула заклинание. Магический барьер был небольшим, но золотой окрас давал понять, что он продержится примерно три минуты, после чего потребуется создать новый. Девочка в ее руках от звука взрыва потеряла сознание. Розали не могла оставить ее, так как нога девочки все глубже проваливалась в пол. Прошептав «все будет хорошо», она присела в позе йога и положила голову девочки аккуратно на свои ноги. У нее хватило сил продержать барьер на пару секунд дольше, но позже, закрыв девочку своим телом, она позволила барьеру спасть и себе потерять сознание.       Поттер, не долго думая, подлетела к рейвенкловцу и помогла встать. Стоило ему поставить правую ногу на землю, как из груди раздался крик. Розали позволила парню опереться на себя, чтобы выйти из трибун и подойти к сокомандникам.       — Родители, узнав, что я — волшебник, долго не могли принять это, — вдруг начал он. — А тут еще я получил серьёзную травму во время игры… Если они узнают об этом, в следующем году мы можем и не увидеться, — с юмором в голосе подмигнул мальчик, перед тем как его подхватил капитан команды Рейвенкло. «Этот щегол только что пытался подкатить ко мне?» подумала Поттер, оставшись стоять на сухой траве и глядя на удаляющуюся фигуру третьекурсника.       Вечером того же дня Игнатиус поделился новостью, что мальчик сломал ногу и на восстановление потребуется как минимум месяц. Узнав, что такой выдающийся ловец имеет маггловское происхождение, Поттер неосознанно начала прокручивать в голове все события до этого момента.       Следующая игра прошла на следующей недели, где на арене встретились Хаффлпафф и Слизерин. Болельщиков Хаффлпаффа было мало, ибо их команда сама по себе была относительно слабой. Поговаривают, их декан обещал написать всем рекомендательное письмо, если просто вступят в команду и продержатся как минимум два года. Нельзя сказать, что среди них были только пассивные игроки, но за последние три года команда барсуков не одержала ни одной победы. Поэтому и трибуны загудели, когда увидели, как охотники с уверенностью забили три гола в слизеринские ворота. «Чем их подкупил декан на этот раз?» начали шептаться слизеринцы. Однако по окончанию игры Малфой все же смог поймать снитч и обеспечить окончательную победу, только охотники Хаффлпаффа из-за этого сбросили Адриана Розье с метлы, что тому с недовольным лицом приходится составлять компанию ловцу Рейвенкло в больничном крыле. Охотников Хаффлпаффа не наказали: не пойман - не вор.       — Ну наконец-то, — цокнув языком, пробурчал Адриан. — Думал, ты сдох по дороге сюда.       — Не кусай руку, которая тебя кормит, — с улыбкой ответил Малфой, показывая бумажный пакет, в котором были сладости из столовой.       — Будь тише. Этот малец задает столько вопросов, что я хотел оторвать себе уши, лишь бы не слышать его голос.       — Подкрепись, — похлопав друга по спине, сказал Малфой. — Я забыл взять учебники с собой. Мигом вернусь. Не скучай.       Абраксас побежал в сторону гостиной. Он обещал Адриану помочь с уроками, пока тот лежит на заслуженном больничном целую неделю. Мадам Розмари разрешила в виде исключения ночевать на соседней койке, ибо если кому-то из пациентов станет плохо, Малфой всегда может сбегать за помощью.       — Том, я забыл… кое-что.       Глаза были готовы выпрыгнуть из орбит, когда он увидел, как Поттер, встретившись с ним взглядом, мгновенно вскакивает и неуклюже поправляет свой внешний вид, а Реддл в спешке поворачивается к учебному столу и, беря перо в руки, начинает писать что-то на пергаменте. Малфой говорил Тому, что заночует у Розье, но не ожидал, что его консервативный друг имеет не связанные с учебой планы. Так еще и со старостой львиного факультета, с которой у него месяцами ранее были тёрки.       — Мы тут работали вместе… — поглядывая на стол, пролепетала Розали, — над эссе для Чар.       В сказанном не было ни грама лжи. Поттер пришла к Реддлу сразу после ужина с целью сделать домашние задания. Просто, когда от третьего по списку эссе начали слипаться глаза, Розали предложила Реддлу отвлечься. Они успели обсудить свои первые годы в Хогвартсе, когда Поттер ходила по комнате, пытаясь размять затекшие конечности. После десятиминутного перерыва Реддл предложил продолжить их начатое эссе. Взяв перо в руки, Розали поняла, что в голову никакие умные мысли не лезут, и, повернув голову на рядом сидящего Тома, она молча наблюдала за ним. Ему шел новый образ — аккуратные, слегка волнистые волосы с челкой, доходящей до бровей. Его глаза сосредоточенно изучали текст очередной книги. Всматриваясь в его лицо, она обратила внимание на его слегка острый нос, и, спускаясь вниз, она задержала свой взгляд на пухлых губах, которые еле заметно двигались, когда он читал интересный для себя абзац. «Почему я раньше не замечала такого красавчика?» задумалась Розали. Неспеша приблизившись к Реддлу, Поттер встретилась с такими же карими глазами как у нее. Другой рукой забрала его перо, положив меж страниц книг. Том будто был под гипнозом, наблюдая за каждым ее движением. Придерживая его подбородок, она развернула его лицом к себе и, чутка привстав, поцеловала. Поцелуй был быстрым — она всегда так целовала его щеку за завтраком в приюте Вула. Реддл, не долго думая, позволил Розали удобно усесться на его коленях и, обняв за талию, поцеловал в губы. Специально прикусив нижнюю губу Розали, Реддл уверенно углубил поцелуй, скользнув языком внутрь. Руки парня по-хозяйски спускались все ниже, обхватывая её за бедра и внаглую сжимая ягодицы. Поттер не была против, продолжая обнимать его за шею.       И именно в этот самый момент дверь комнаты внаглую распахивается и внутрь, словно ураган, влетает Малфой со словами о забытой вещи.       — Извиняюсь, — проходя к совей части комнаты и вытаскивая из комода учебники, говорит Абраксас, стараясь всеми силами избегать зрительного контакта с влюбленной парочкой. — У тебя тут помада, — показав зеркально на место возле губы, он ловит на себе неодобрительный взгляд Реддла. Розали же, отвернувшись, начинает стирать с губ всю помаду. — Не у тебя, Поттер, а у Реддла.       — Вали отсюда, — было единственное что сказал Том, перед тем как запустить на соседа обычным домашним тапком.       Стоило двери закрыться, как Розали больше не могла сдерживать смех. Том серьезным тоном уверил ее, что Малфой не станет болтать о таком в стенах школы. Поттер же, собрав свои вещи в сумку, чмокнула Тома на прощанье. Накинув на себя мантию-невидимку, подарок от родителей на день рождения, девушка скрылась в гостиной Слизерина и быстрым шагом направилась в башню своего факультета.

ноябрь, 1943 г.

      Первые два месяца осени Вилкост грозно отчитывала всех шестикурсников за их оценки на СОВ. Она заваливала их несколькими эссе, дабы подтянуть теоретическую часть, и когда ее гнев все же смягчился, она позволила взять в руки палочки и поколдовать. «Начните с Алахаморы, мистер Аткинсон» с сарказмом в голосе начала она, когда студенты разбивались на пары, дабы потренировать боевые чары. И такие колкие фразы услышали в свой адрес абсолютно все. У Розье, видите ли, неправильная стойка. Лонгботтом больше печется о своих туфлях, нежели о собственной жизни. Друэлла совершенно не умеет держать палочку. Поттер нужно потренироваться над произношением. Она даже прошлась по Реддлу, сказав тому не быть таким уверенным.       — Лестрейндж, вы в паре с Поттер.       На этот раз они в парах тренировали и защиту, и боевые чары. Разбившись по двое, студенты начали имитировать бои в расширенном профессором кабинете. Все начиналось безобидно: Поттер и Лестрейндж ловко уворачивались от заклинаний и вовремя создавали щиты, пока Розали не запустила на него несколько заклинаний подряд, оставив его напоследок без волшебной палочки простым Экспеллиармусом.       — Она не ваша возлюбленная, а враг на поле битвы, — подойдя и вернув Лестрейндж палочку, сказала Вилкост. От ее сравнения по телу Поттер прошлись мурашки, ибо Лестрейндж хоть и был высоким чистокровным волшебником, но явно не в ее вкусе. — Постойте, мистер Лестрейндж, вы мне только что подали отличную идею. До конца занятия осталось пятнадцать минут, и мы теоретически успеем провести настоящую дуэль. Вы двое, — указав пальцем на Поттер и Лестрейнджа, — в центр, а остальные внимательно смотрим и после в качестве домашнего задания сделаете полный анализ боя.       Не скрывая удивления, студенты разошлись по сторонам, образуя неровный круг. Викост, не теряя времени, создала магический барьер — теперь Поттер и Лестрейндж чувствовали себя как животные в цирке. Разминая в это время шею, руки и ноги, Розали не сводила глаз со своего оппонента. Она прекрасно знала, что он и другие слизеринцы состоят во внеклассном клубе Реддла, где они практикуют боевые чары. Том приглашал ее посетить одно из их собраний, но Розали постоянно находила отмазки не приходить.       — Поклон! — Оба послушно кивнули и разошлись по сторонам.       Стоило Викост сказать «Начали!», как из палочки Поттер вышел красный луч, сопровождающийся простым Экспеллиармусом. Второй раз Лестрейндж на такую уловку не попался, попросту успев увернуться от него и произнеся Ступефай. Алый луч казался заденет Поттер прямо в грудь, но та успела выкрикнуть Протего Тоталум.       — Неплохо, Поттер, — усмехнулся он. — Инкарцеро!       Длинные веревки устремились в сторону Розали, готовые обвить ее вытянутую руку в любую секунду. Только у Поттер хорошая реакция, и она, произнеся Протего, не дала веревкам сомкнуться на руках. На миг она направила палочку на голову Лестрейнджа, но сказав кратко Импедимента, направила в конце замедляющее заклинание прямо на его ноги. Парень не успел среагировать, но все же смог устоять на ногах. Однако стоило ему открыть рот, как в его сторону полетело Коллошу, и его обувь напрочь прилипла к полу.       — Как по-детски, — прокомментировал Лестрейндж. — Ступефай, — направив палочку на движущуюся фигуру Поттер, выкрикнул он. Не прошло и секунды, как он продолжил. — Силенцио! Остолбеней! Инкарцеро!       Пытаясь увернуться от нескончаемых лучей, Розали создала временной щит и продолжила передвигаться с ним. Только когда ты в движении и не знаешь точный вектор заклинаний твоего противника, в один момент ты можешь потерять бдительность. Поэтому и простой на первый взгляд Остолбеней заставил Поттер и вправду остановиться.        Только заклинание, наложенное в спешке, длится не долго, и девушка успела увернуться от очередного луча.       — Силенцио! — Луч пролетел в сантиметре от лица Лестрейнджа, от чего на его лице появился оскал. Поттер начало раздражать, что рот парня все не заткнется. — Мимбл Вимбл.       — Импедимента! Ступефай!       — Экспеллиармус!       Оба волшебника произнесли два разных заклинания одновременно, посему в центре круга встретились два алых луча. Никто их них не хотел отступать, пытаясь одолеть своего соперника. Не выдержав давления, лучи вспыхнули ослепительным шаром и взорвались ударной волной. Из-за защитного барьера, никто из окружающих не пострадал, но Поттер и Лестрейнджа отбросило по разные стороны барьера. Стоило дыму рассеяться, как оба, пытаясь принять боевую позу, неуклюже покачивались из стороны в сторону.       — Довольно! Ничья! — выкрикнула профессор, убирая защитный барьер. — Все свободны, пока эти двое не взорвали кабинет к чертям… — Студенты, обсуждая короткую, но интересную дуэль, начали понемногу собираться. — Поттер, задержитесь на минуту.       Пожав руку Лестрейнджу и обменявшись короткими любезностями, Розали подошла к столу Викост. Фраза Лестрейнджа «Защитные чары в следующий раз не спасут» засела в ее голове.       — Профессор Вилкост, — поправляя на ходу волосы, заплетенные в две косы, подошла Поттер к ней. — Что-то случилось?       — Да, — строгим голосом ответила профессор. — Вы уже шестой год обучаетесь у меня, а свои дуэльные способности показываете только сейчас. Поэтому не могу не пригласить вас в дуэльный клуб. Он проходит каждую пятницу в четыре часа дня, в дуэльном зале на пятом этаже. Только для шестого и седьмого курсов.       — Спасибо, профессор, — склонив голову слегка в поклоне, ответила Розали. — Я обязательно присоединюсь.       Отказать Вилкост означало купить билет в один конец, ибо отказом можно изрядно подпортить отношения с профессором и не увидеть заветного «Превосходно» на шестом курсе. Поэтому выслушивая бурчанья Поттер об обязанностях старосты, ловца, так еще и члена дуэльного клуба, Реддл лишь кивал головой и вставлял просто «Понятно», «А ты что думаешь?» и «Хорошо». Во время монолога Розали молодые люди успели пройтись вдоль берега и зайти в беседку цвета слоновьей кости, стоящую одиноко на озере. На воде постепенно начало появляться отражение луны, а временами слышались карканье воронов и звуки сов.       — Так если ты в клубе Вилкост, почему бы тебе не вступить в мой клуб?       — Он нелегальный, Том, — оперевшись на пирилы, усмехнулась Розали.       — Но ты же хочешь взять реванш у Уолтера.       — Да, но Лестрейндж состоит в клубе Вилкост. Прямо, как и добрая половина Слизерина, включая тебя.       — Однако, — взяв ее ладонь, — вы будете практиковать лишь обычные заклинания, — сказал Том, посмотрев ей в лицо. — Сегодняшняя ваша дуэль, уж извини, была нелепо смешной из-за так называемых боевых чар, которые мы проходили еще в первых годах обучения. Школьная программа слишком ограничена. Немного практики в свободное время явно никому не помешает.       — Знаешь, Том, уговорил, — выпрямившись, неожиданно для обоих ответила Розали. — Я вступлю в твой клуб при одном условии. — Реддл изогнул бровь, не зная, что выкинут мадемуазель Поттер на этот раз. — Новогодние каникулы мы проведем у моих родителей.