В поисках веселья.

      Когда мы спустились со сцены, до меня еще доносились поздравительные выкрики гостей, их бурное довольство нами и произошедшим. Я на миг оглянулась, но сцена уже оказалась пуста, и зал заполнился ненавязчивой музыкой. Интересно, куда лорд ушел так быстро?       Саундвейв сжал мое запястье, и я отвлеклась на него, ойкая.       — Тут я, тут… Давай-ка отпразднуем такое событие, что скажешь? — спросила я воодушевленно, оценивая своими датчиками каждый бокал сверхзаряженного. И не нужно быть экстрасенсом, чтобы ощутить скепсис Саундвейва. Я самоуверенно фыркнула. — Что? Мы с Нуной по бокалу выпили, и всё было отлично. Да и вообще, может, я хочу напиться? Поводов достаточно, — только я умолчала, что не все из них положительные. А еще мне нужен собутыльник, а Саунд вряд ли пойдет до конца.       Не заставив себя искать, подруга появилась передо мной, удерживая под локоть Лилию. Та недовольно потирала своё плечо. Позади них прошел Старскрим с партнершей, оба выглядели гордо и самоуверенно. Командирша посмотрела на нас, кивнула и пошла дальше. Из забавного: Старскрим не особо поспевал за её четко выверенным шагом, отчего чуть ли не бежал, резво цокая серво. Я весело фыркнула и сменила фокус на фем передо мной. Стоя с наивными выражениями на фейсплейтах, они желали суеты, и это их желание я разделяла. Словно некий девичник, корпоратив и день рождения вместе. Конечно же, было бы веселее всё это разделить и растянуть, но никто не мешает праздновать и несколько раз. Да хоть каждый день!       Я посмотрела на Саундвейва рядом.       Ну, кроме него, вероятно. Он же не ревнивый муж, не отпускающий в клуб с подружками, правильно?.. Судя по всему, у них тут изменять в целом не принято, если просто не невозможно. Я-то не против, чтобы он с нами пошел, скорее даже «за», просто думаю, что ему будет неуютно в нашей женско-человечьей компании.       Может, как-нибудь в другой раз, только вдвоем.       — Мы же можем вместе отпраздновать? — спросила я у него. — Недолго! Обещаем планету не разнести.       — /Недолго/, — сказал он и фыркнул. От мысли о его шее по корпусу пробежалось возбуждающее тепло, и я неловко кивнула. Да почему эта его деталь настолько меня не отпускает?!       А когда он ушел, я переглянулась с девочками, и затем мы, не сговариваясь, направились к великому и ужасному — алкоголю. Когда между нашими пальцами были зажаты ножки бокалов, мы на миг замерли, переглядываясь. Остальные гости вокруг давно не стеснялись разорять алкотеку этого мероприятия — не осуждаю. Мы возьмем с них пример сию же секунду.       — А вы знаете, как… веселиться? — спросила я, с ужасом понимая, что дальше детских дней рождений не уехала. Фемки задумались и неопределенно покривлялись.       — Я была на мероприятиях, но это определённо не то, чего ты хочешь добиться, — ответила Нуна и резко обернулась на Лилию, та распахнула окуляры шире. — Уж ты-то должна знать!       — Знаю! Но тут разве такие же развлечения? Может, вообще нельзя по закону, — понизила она голос до шепота и заоглядывалась.       — Саундвейв же разрешил, — с некой гордостью сообщила я, и девочки издали протяжное «о-о-о». — Как бы то ни было, мы всегда можем взять всё необходимое и пойти ко мне, — они вновь переглянулись.       — Это будет очень неловко, — хмыкнула Нуна, а я покачала свободным пальцем перед ней, а бокалом перед собой.       — После этого будет как-то плевать, — после чего мы дружно чокнулись бокалами и выпили до дна. — Подождем, пока накроет, — намекая, я глянула на танцпол, на котором уже танцевали некоторые мехи, удивляя меня.       — Может, мы их недооценили? — с усмешкой предположила Нуна, подавая нам новые бокалы.       — Нет, это всё еще очень скучно. И неловко.       — Но для разогрева пойдет, — произнесла Лилия, и мы уставились на нее, она похлопала окулярами и выпила вперед нас. Её передернуло, и она провентилировала. — А это приятно! — мы активно закивали, и легкое чувство волнения окатило нас. Нам очень не хотелось втайне пить в уголке и медленно передвигать серво в центре зала. Но неужели здесь нет ни одного развлечения?! Мне стало печально от этой мысли, но в то же время… Это и не вечеринка. Это скорее как… Хотя нет, это точно праздник: сообщение о победе, посвящение, представление фем. И много других моментов — это точно важный день, который теперь должны праздновать каждый год.       — Вместо того, чтобы ломать процессор, думая о недостаточном уровне веселья, — строго произнесла Нуна, вручая нам новые полные бокалы, — берем, что имеем, и ищем развлечений сами, — в её окулярах плясали искры. Своим улучшенным зрением я это ясно видела. Словно в её радужке проносились маленькие молнии. Мы выпили еще несколько глотков, и мой взгляд приковался к той двери.       — Видели Стейси?       — Так странно, — Лилия передернула плечами и даже пальцами тряхнула в сторону. Но я так и не поняла, это она к моему вопросу или что-то странное почувствовала.       — Видели, — конструктивно ответила Нуна. — И думаю, что простое «не повезло» тут неуместно.       — Её убьют? — спросила я, как будто такая перспектива мне не нравилась сильнее, чем если бы я сама… Да кому я вру, не смогла бы я её убить. Максимум металл погнула бы. Намного проще было думать, что она просто не переживет переход, и тогда, в каком-то смысле, никто не виноват.       Я добила сверхзаряженный и качнулась в сторону той двери, ощутив искры уже даже на визоре.       — Что это ты задумала? — с подозрением спросила Нуна, уже немного поддерживая глядящую в потолок Лилию.       — Зовите меня Лиливайт! — сообщила она, мы никак на это не отреагировали, и она надула щеки.       — Просто погляжу, я быстро, — прошептала я и уже увереннее направилась туда. И только с началом движения поняла, насколько сильно уже подействовал алкоголь. Всё внутри подрагивало от бегающих искорок. Они щекотали нутро и сбивали системы с толку, словно пытаясь их перенаправить. Процессор пока что работал отдельно от движка. Вот шаг вперёд, разряд, и шаг сбивается в сторону. И как забавно от этого. В человеческом теле всё сбоит одновременно, а тут… Возможно, есть защита для процессора, чтоб совсем не свихнуться.       Мысли выбил ощутимый удар о стену.       — Ауч, — я расстроенно потерла визор. Он странным образом заболел от удара. Благо хоть от двери недалеко. Боже, надеюсь, этого позора никто не видел!       Коснувшись стекла ладонью и слегка оперевшись, та предательским образом открылась вовнутрь. И я, чертыхнувшись, завалилась в комнату. Благо хоть удержалась в вертикальном положении. На меня тут же уставились три пары окуляров. Четыре, если считать вехикона.       — Что ты тут делаешь? — спросил Гальватрон недовольно, а следом сразу спокойнее. — Что-то случилось? — я немного растерялась. Похоже, он не знал, как реагировать. Я так-то тоже!       — Извините, я случайно, серво не держат просто, — промямлила я, выпрямляясь. Шоквейв мигнул окуляром немного будто заинтересованно, а маленькая Стейси прожигала меня полным ненависти взглядом. У меня даже всё желание её защищать отбилось. Мысленно я дала себе подзатыльник. Это точно алкоголь так на меня повлиял. Типичная ситуация, когда под градусом пишешь бывшему или страдаешь ещё какой фигней, которой в трезвом уме никогда бы не занялась. До подобного я напилась лишь раз и стала писать преподу, который занизил мне балл ни за что. Пересмотрел ли он результат после этого? Ответ — нет. Задумался ли он, чтобы его понизить ещё? Да.       Козлина, ничего он в молодости не понимает…       — Мне повторить свой вопрос? — недовольнее спросил Гальватрон, и я спохватилась, поклонилась, изображая четкий угол в девяносто градусов, прилагая при этом все усилия, чтобы не травмировать визор снова, только теперь о пол.       — Прошу прощения! Я просто хотела обсудить ситуацию Стейси. Но не знаю, о чем я думала, когда и правда пришла, простите!       — Не нужно так трястись, я не настолько страшнее Мегатрона. Встань и говори.       Мне захотелось улыбнуться, но я сдержалась. «Не настолько»? Да он видел себя со стороны?! Такая тяжеленная громадина с акульими дентами и острыми рогами на шлеме. Да он может превратить меня в лепешку, просто случайно наступив. Его ладонь легко обхватит мой шлем или схватит поперек корпуса. Даже представлять жутко, насколько просто ему всё это сделать.       И всё равно чертовски горячий…       — Простите! — извинилась я за всё вместе, резко выпрямилась, и картинка в процессоре дернулась. А Стейси теперь не выглядела такой уж злой. — Я просто подумала, что её могут убить за такой результат, и мне стало не по себе от этого. Просто… Может, и для неё занятие найдется тоже?       — Как раз это мы и обсуждали, — ответил Шоквейв, указывая на мини-фем пальцем. — У нас есть вариант. Ждем ответ три цикла. Если нет — отдадим самому мелкому миникону, какого только сможем найти, — Стейси поморщилась, а мне оставалось только кивнуть.       — Не думай, что это несправедливо, — произнес Гальватрон. — Она сама создала эту проблему. Это не была ошибка переноса или ещё что-то. Возможно, она не ожидала, что выйдет так, но она слишком не хотела меняться, зная все опасности этого желания.       — Да… Извините, я тогда пойду.       — Иди. И… приглядывай за Саундвейвом, — лорд хмыкнул, а я удивилась, но согласно кивнула. После чего выбежала оттуда так быстро, как только могла, и вернулась к подружкам, заливая в себя новый бокал, лишь бы запить тот стыд, что испытала.       — Всё нормально? — спросила Нуна, она совсем не выглядела пьяной, стояла вполне ровно и даже Лилию придерживала. Та, в свою очередь, осматривала каждого мимо проходящего бота внимательным взглядом. словно хищник на охоте.       — Да, нормально. А она? — я кивнула на витающую в облаках. Нуна хмыкнула.       — Более чем.       — Я тут вообще-то, — буркнула она, — пойдемте отсюда уже, пока Нокаут с нами не захотел.       — А он захочет? — удивилась я.       — О да! — воскликнула она и потянула Нуну, и меня заодно, на выход. Я была рада и раздосадована одновременно. Найти место повеселее — класс, но ведь там все напитки будут платными… Но следом в процессор проникла другая мысль: «А разве я не богатая? Или, не знаю, не имею привилегий?»       Просто о деньгах Саундвейв не рассказывал, свою карту, как говорится, не давал и зарплату не переводил. Хотя не удивлюсь, если он за спасибо господина работает…       Я переглянулась с фемками, когда мы сделали последние глотки «на дорожку», но не заметила и тени сомнения в их окулярах. Разберемся, значит.       — Погнали! — скомандовала Лилия и прорвалась вперед, а мы за ней. И только по походке Нуны я поняла, что алкоголь на неё всё же подействовал. Она хмурилась и ворчала, когда её корпус пошатывало в разные стороны, а я тихо посмеивалась, дойдя до какого-то баланса опьянения и внутри, и снаружи.       Выйти нам никто не помешал, лишь проводили внимательными взглядами. Растерянно осмотревшись вокруг, оказавшись на стемневшей улице, на площади, пошли в итоге наугад — прямо. Шли, фактически гуляя, разглядывая вообще всё вокруг, высоко задирая головы вверх, прослеживая всевозможные направления многоуровневых трасс и высоченных зданий прямоугольных и цилиндрических форм. В один момент, хотя мы шли просто прямо по тротуару, мы обнаружили разлом. Пеший путь заимел ограждение с правой стороны, а внизу… Мы аккуратно перегнулись через него и глянули туда, обнаруживая, что все здания уходят глубоко вниз, на множество уровней. Там также были дороги, мосты, туннели и здания.       — Слоеный пирог, — икнула Лилия. А я в шоке приближала изображения так близко, как могла. Очень и очень глубоко. Туда если упасть, то полет займет вечность. А если можно вылететь с обратной стороны планеты, то я даже не удивлюсь.       — Там есть движение, — сказала я, и подруги уставились туда же. На самом деле на многих нижних этажах оно замечалось. Там его было намного больше, чем мы видели здесь. Надеюсь, мы и правда на поверхности планеты, а не просто на очередном уровне. Но… Я взглянула вверх и по сторонам: нас ничего не закрывало, никаких огромных пластов металла или еще чего-то, небо было вполне различимо. А по сторонам всё чисто, пустынно и тихо.       Мы вновь глянули вниз. Там правда кто-то передвигался, что-то ездило. Что-то вроде поездов и лифтов. Не так много, как если бы это был оживленный город, но всё равно достаточно. Туда очень хотелось, но уверенности было мало в этой затее.       — Айда туда! — воскликнула Лилия, готовая прыгать хоть сейчас, но мы её придержали с двух сторон.       — Непонятно, как туда попасть и насколько безопасно, — озвучила голос разума Нуна, и я с ней была согласна.       — Давайте лучше найдем бар, — подытожила я, и милашка, грустно вздохнув, поплелась за нами следом, ворча что-то недовольно, словно маленький ребенок, которого родители забирают с детской площадки.       Нам пришлось пройти немало, пока мы не решились свернуть на более неприметную улочку. Только тогда нам и удалось найти то, что нам нужно: низкое по сравнению со всеми остальными здание без единого окна и с разнообразной неоновой подсветкой. Входные двери широко распахнуты, а по бокам от них скрытый за стеклом энергоновый водопад. Явно что-то на богатом. На входе стоял всего один широкий мех грязно-зеленого цвета. Он удивленно посмотрел на нас, когда мы подошли ближе. Не став препятствовать, он указал на вход. Мы благодарно и немного смущенно закивали и взволнованно проследовали внутрь.       С каждым шагом по зеркальному полу вдоль стен подсвеченного разными цветами коридора музыка становилась всё громче. И мы становились всё увереннее в том, что не ошиблись.       — Как-то слишком просто, — сказала Нуна, повышая голос, я шикнула на неё.       — Не сглазь, — я внимательно осматривалась, но не замечала ничего опасного. Да и в целом я ничего опасного не ждала. Будь тут опасно, вряд ли бы нас отпустили гулять одних, нет уж.       В какой-то момент музыка стала заметно громче. Её звучание ощущалось немного непривычным, но это всё равно была вполне привычная и знакомая музыка, под которую хочется двигаться. И в один момент коридор, который оказался на самом деле довольно коротким, вдруг закончился, и перед нами предстал, и правда, ночной клуб. Он не был битком полон трансформерами, но всё равно их было достаточно много. Не меньше, чем на мероприятии. Причем коридор, из которого мы пришли, не был единственным, и из других также кто-то приходил и уходил.       Огромное темное помещение с неоновой подсветкой, меняющейся в такт музыки, завораживал зрительные сенсоры, вводя в транс. Большой танцпол заполнен мехами и лязганьем металла, невероятным образом резонирующим с основной музыкой, дополняя её агрессивный и бодрый стиль. Вместо диджея — аппаратура и огромные колонки от пола до потолка. Может, кто-то ими и управлял, но я никого не заметила.       — Бар! — дёрнула нас Лилия куда-то вправо от танцпола, задержавшись на нём взглядом лишь на миг, я качнулась за ней. И правда, чтобы опозориться там, сначала надо опозориться тут. А точнее, подготовиться к позору, чтобы в моменте не так стрёмно было.       Когда нас замечали, давились энергоном и странными закусками. Я никогда не видела твёрдой еды у кибертронцев ранее. Пропускали нас вперёд, а у барной стойки освободили три места, быстро убегая и пьяно перешёптываясь, но я не успела расслышать, ведь к нам сразу подлетел высокий и тощий бармен. Если такое понятие применимо к их виду. Его корпус — тонкий и хрупкий, окрашенный в чёрный цвет с фиолетовыми вставками. При этом его пальцы ловко крутили напитки, а окуляры заинтересованно блестели фиолетовыми огнями. Он очень напоминал Саундвейва, до жути. И, похоже, он это знал.       — Фем, какая честь, — радостно сказал он, удивительным образом говоря громче музыки не напрягаясь. Хотя вряд ли есть сложность в настройке вокалайзера… — Чем наше скромное место привлекло ваше внимание?       — Мы сбежали с официального праздника, хотим веселья, — вздохнула с надеждой Лилия, опираясь локтями о бар и строя ему глазки. Мы с Нуной одновременно хмыкнули.       — Там было настолько скучно? Это же элитная вечеринка!.. — он произнес это так странно, будто восхищался и раздражался одновременно. — Как бы то ни было, сегодняшний вечер в вашу честь. Так что всё за счет заведения! — мы радостно переглянулись. Но Лилия всё равно не упустила шанс выглядеть мило и непринужденно перед ним и немного жалобно воскликнула:       — Нам очень хотелось посмотреть на настоящее веселье!       — Тогда вы точно по адресу! Во всём городе места круче не найти, — он подмигнул, ловко подкатывая к нам по столу низкие стопочки со сверхзаряженным, а рядом поставил общую глубокую тарелку с маленькими голубыми твердыми конфетами, похожими на виноградины. — Сильная штука. Рискнете? — усмехнулся он нам. — Энергоновые конфеты. Для фем всё самое сладкое.       — Ва-а-ау, как интересно, — протянула Лилия, поднимая стопочку в одном манипуляторе, а конфету в другом. Она вопросительно глянула на нас, а потом на бармена, тот свел манипуляторы вместе, а потом изобразил взрыв. Представлялось пугающе. Но очень интересно. Надеюсь только, что это не что-то запрещенное.       Мы переглянулись заинтересовано и насчет три опрокинули в себя жидкость, следом за ней по конфетке.       — Жуйте, — намекнул бармен насмешливо, и мы дружно раскрошили кристаллы дентами.       Они сами изначально были гладкими, со сточенными гранями, совершенно безвкусные. Но стоило надавить, как те легко рассыпались на мелкие кусочки и песчинки. Смешавшись с жидкостью, они стали искриться и прыгать во рту, создавая горячую сладость. Напоминало шипучий порошок, только это нечто намного сильнее и ещё долго искрилось и щекотало внутренности, пока спускалось вниз.       — Ааых! — удивленно выдохнула Лилия, высовывая глоссу, а Нуна как-то даже довольно прищурилась, ей явно понравился эффект.       Алкоголь ударил резко и неожиданно. На фейсплейте появилась глупая улыбка, а зрение пошло помехами. Но это ощущалось приятно и забавно, это бодрило и заставляло дергать пальцами в желании выпустить лишнюю энергию.       И неожиданно теперь Нуна подхватила нас и потащила в зал, её зрачки быстро мигали. Всё же и на неё это подействовало. Я криво махнула бармену, мол, мы ещё вернёмся, а затем зашагала даже ещё быстрее, махая крыльями, словно в попытке взлететь подобно птице. Кого-то даже шлепнула ими, но я не заметила претензий в свою сторону. Но, кажется, я ойкала и извинялась после каждого удара. Но ничего я поделать с этим не могла, слишком хотелось то ли попрыгать, то ли полетать!       Интересно, а тут можно пьяным за руль? Ну, то есть в альтформу?       Не сдержавшись, я засмеялась, схватившись сильнее за плечо Нуны, она выпучила на меня окуляры, явно испугавшись от неожиданной смени моего настроения.       — А как… А как мы домой доберемся, ведь водить пьяными нельзя?! — я выплюнула горячий воздух и снова захохотала, хотя это и правда звучало, как проблема.       — А это уже проблемы будущих нас! Удачи им! — воскликнула Лилия, вскидывая манипулятор с новым бокалом. Мы уставились на неё.       — Да откуда?!       — Мхм, — она пожала плечами, — просто тут взяла где-то, — она выпила его до дна и «слепо» пошарила пальцами вокруг, пока бокал не установился на что-то и просто не улетел. Мы в шоке проследили за улетающим подносом, который в темноте было почти не видно, он только со дна подсвечивался по кругу. Вскинув головы вверх, мы увидели сотни кругов, которые являлись летающими подносами, обслуживающими гостей.       Это было так интересно и весело, что я начала пританцовывать, а подруги вместе со мной, не отрывая взгляда от потолка, следя за полетом этих кружочков. Они мелькали, вводили в транс, качали на качелях музыкального ритма.       А дальше… Была какая-то череда звуков, света, различного сверхзаряженного и движений. Мелькали какие-то мехи, разговоры, смех, а потом помехи, жар и звон.       Зрение вдруг вернулось, но я продолжила словно по инерции танцевать, и вдруг меня сжали чьи-то манипуляторы. Я испугалась, вскрикнула, попыталась вырваться, но мои серво не касались пола, забрыкалась, случайно выпустила небольшие ракеты из поясницы и снова испугалась. Раздался звон и взрыв, я вскрикнула, и вдруг…       Меня окатило горячим воздухом, чьим-то недовольством и смущением. И только после этого я замерла и более осознанно огляделась.       Мой дом. Меня удерживают манипуляторы Саундвейва, а сами мы на пути в спальню. Точнее, он меня туда нёс. Немножко оглядевшись, я обратила внимание на поцарапанный пол, немного поцарапанного и немного пыльного связного. А, ну и в стенах теперь есть парочка дыр от моих ракет. Благо, что те оказались слабо заряженные. И только теперь до меня немножко дошло, что без проблем донести мой бренный корпус до дома не получилось…       Я пристыженно вжала голову в плечи.       — Я что-то натворила?..       Он вновь фыркнул на меня горячим воздухом, но всё же донес до кровати, уложил и навис сверху. Теперь я заметила, что Лазербика не было «дома», шейные магистрали были в странном беспорядке, словно их перебирали и заплетали, но не уложили на место. Если такое возможно… На корпусе присутствовали царапины, особенно в районе живота и плеч. И если сначала мне хотелось хмуриться, то теперь я испугалась и засмущалась.       — Я пьяная лезла к тебе?! — звучало скорее как утверждение, нежели вопрос. Саундвейв медленно, смакуя мою реакцию, кивнул, явно потешаясь надо мной. Ладно, я заслужила. Не хочу даже знать, что я творила до того, как он забрал меня из бара. Надеюсь, это сделал он, а не охранники выкинули за неадекватность. Боже мой…       Я прикрыла визор ладонями и провентилировала. Опьянения почти не было, словно его выкачали из меня или слили, а вместо информации о ближайшем прошлом — помехи и глухие звуки.       — А ты пил?       — Нет и да, — ответил он сам, а у меня словно дежавю проскочило.       — Ты пил?       — /Нет/.       — Тогда это нужно исправить!       Он потянул ко мне щупы, которыми и подключился.       — Я почти не пил, но это заразно.       От его интонации стало даже жутко. Что я сделала с ним?!       То, что со связным что-то не так, теперь предельно ясно, причем в этом явно была моя вина, по крайней мере отчасти. Интересно вот только как… Что означает «заразно»?       Он отсоединился и стал касаться своими щупами меня в разных местах, чего он раньше не делал. В том смысле, что трогал, но пальцами. Ладно, ерунда какая, наверное, это потому, что он нависает надо мной, манипуляторы ведь заняты.       Рассуждаю так, будто хочу его касаний пальцами…       — Раз так, то, может… перезагрузимся? Это же состояние проходит так?       — /Проходит/, — согласился он, занятие не прерывая, но приподнимаясь. Мне показалось, что он слегка обиделся.       — Ну, если хочешь, то можешь и дальше гладить меня. Я же ничего такого не имела в виду…       Он замер, обдумывая мои слова. Прошло несколько мгновений, после которых он поменял нас местами, и я оказалась лежащей на нем сверху. Это оказалось достаточно удобно, хоть смущающе и неожиданно. Я вновь уперлась взглядом в его шею, которая просто не отпускает мой больной разум ни на миг. И я всё же не сдержалась и слегка прикусила выпирающую деталь корпуса, прикрывающую желанную часть. Он прижал меня чуть сильнее и вновь подключился.       — Перезагрузимся.       — Прямо так? — удивилась я, спрашивая одновременно и про позу, и про соединение. Он кивнул, а я же решилась подключиться в ответ. Пусть будет наше первое обоюдное подключение!       Дав команду, я активировала свой внешний интерфейс, который находился прямо рядом с занятыми портами. Небольшие кабели продвинулись вперед и стали слепо шарить по его груди. Словно ищейки, они каким-то своим способом вынюхивали порты. И найдя, подключились. Прямо в том месте, где обычно находится Лазербик. В целом даже логично. Интересно, можно ли ими воспользоваться, когда он «дома», или есть еще варианты?       Он нашел мои размышления забавными. Теперь он слышал все мои неумело скрытые мысли. Ну и ладно.       — Есть другие, эти для кассет, — ответил он, его усмешка раздавалась эхом в моей голове, мои щеки слегка нагрелись от стыда. — Функционал почти такой же, так что ничего страшного. Отключайся, мне есть, что тебе показать, — он продолжал быть навеселе. Саундвейв точно немного пьян. И… нагрет.       Но он не стал больше отвечать, просто отключился первым. Может, даже не совсем умышленно. Мысленно я усмехнулась, ведь победила такое сильное опьянение лишь коротким отключением, насколько понимаю. И даже без особых разрушений! Поэтому с чистой совестью отключилась тоже.       Как же я ошибалась в тот момент…