9. Правда сердца - Часть 2

Это было хорошо, пока это длилось. Шум дождя барабанил по крыше бара, и болтовня горстки посетителей эхом отражалась в его стенах в этот час, прерываемая лишь редкими раскатами грома вдалеке. Солнце село, и пришло время выпить. Для Эпплджек настало время выпить по совершенно другой причине. Но даже пара кружек пива не смогли помочь ей справиться с недугом. Они только усилили её чувство вины. Пинки села рядом с ней, с беспокойством глядя на подругу, выпив всего один коктейль, и была рядом, чтобы не дать Эпплджек переборщить. Уставившись в пространство и отгоняя мысли о событиях, произошедших ранее в тот день, Крестьянка попыталась поговорить о чём-нибудь другом: — Ну и... Что за месяц, а? Тон и отсутствие энергии выдавали небрежный характер этого вопроса. Пинки откинула прядь собственных волос с глаз: теперь они были скользкими и гладкими, и не только из-за дождевой воды. Она не могла вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя так плохо. — Д-да… — И какие у тебя планы после этого? Что дальше для Пинки-Барда? И снова тон был мёртвым. Небрежный вопрос, доведённый до тона, похожего на похоронный. Пинки рассеянно дунула на горлышко бутылки, которую она допила, пытаясь наиграть тихую песенку. — Ну… я пока не уверена. Честно говоря, я думала понаблюдать за тобой ещё немного. Я хотела немного узнать твою семью, понимаешь…? Никакой реакции от Фермерши, которая по-прежнему смотрела в пустоту. Бард тихо продолжила: — Полагаю, я просто не готова к тому, чтобы это приключение закончилось… — Проповедую хору, Пинки, — Крестьянка выпила ещё несколько секунд, прежде чем поставить бутылку на место. Бард знала, что у земных пони быстрый метаболизм, так что это не было непосредственной проблемой, но она всё равно беспокоилась из-за того, что подруга пытается заглушить её боль. — … А как насчёт тебя? Какие у тебя планы, теперь, когда мы закончили...? Рассеянно почесав подбородок, и сделав слабый вдох, она задумалась. — Думаю… Думаю, я пойду домой. Обниму свою семью. Потом посплю 24 часа. Потом проснусь и пойду делать… Дела по дому… Я думаю. Да. Дела по дому. То, как она произнесла это слово, звучало как нечто совершенно абсурдное: это действительно было так, учитывая, чем она занималась весь месяц. Как она сможет вернуться к своей обычной жизни после того, что она потеряла? Выслушав малину, Бард повернулась к ней. — Займёшься домашними делами…? Да ладно, Эй-Джей… Ты серьезно отказываешься от Рари… — Остановись. — Но я- — Просто остановись. Даже услышав её имя, она почувствовала невыносимую душевную боль. Фермерша говорила просто, без эмоций: каждое её слово было невнятным от печали. — Она собирается осуществить свою мечту стать Принцессой. А я собираюсь пойти к своей семье. Принцесса в башне, а Крестьянка в грязи. Так и должно быть. Бард ответила тихо, понимая, что ступает по тонкому льду. — Твоя любовь не могла быть напрасной... Этого просто не может быть. Что, если ты... Может быть, ты могла бы...? Предложение затихло, понимая, что у неё нет никаких идей. Никаких предложений. Опустив голову ещё ниже, она словно могла заснуть на столе прямо сейчас. — Что именно ты хочешь, чтобы я сделала, Пинки. Погибла, напав на замок? Восстановить эту дурацкую награду за мою голову и удвоить её цену? Подвергнуть мою семью ещё большей опасности? Подвергнуть… её ещё большей опасности? Разрушить её мечту?? Нет. Я не могу. Я просто не могу. Я не какой-то легендарный герой, ясно? Я просто Эпплджек — Крестьянка. А она… Ну, она… Тьфу… Ты хотела, чтобы у нас была легенда… Ну, тогда тебе лучше смириться с плохими концовками. Пинки подула на бутылку ещё немного, совершенно лишённая энергии. — Это ужасный конец, — пробормотала она скорбно. — Опять. Проповедую хору. Ещё более тревожная, неэнергичная тишина, подчеркнутая только раскатами грома снаружи. Как будто больше не осталось слов, которые стоило бы произносить. Но Бард не была готова остановиться. — … Так что... Ты действительно собираешься просто отпустить её? Тишина. Эпплджек повернулась к подруге, словно собиралась что-то сказать, но потом снова повернулась вперед, теряя запал. — Пинки. Я же говорила тебе раньше. То, чего я хочу, не имеет значения. Это никогда не имело значения… но спасибо тебе за то, что ты была чертовски хорошим другом во всём этом. И поздравляю… Ты убедила меня, что любовь реальна, и она постучалась. А теперь плохие новости? Любовь причиняет боль — чертовски сильную боль. Я думаю… Я думаю, мне лучше. И я думаю, что пришло время Крестьянке отправиться домой… Бард не ответила, просто наблюдая, как её подруга медленно встаёт со своего места и идёт к бару. — Оставьте сдачу себе. К большому удивлению Бармена, ему заплатили небольшим серебряным слитком. Прогулка во время грозы показалась ей довольно расслабляющим занятием, в отличие от того, что она чувствовала. Она тихо вышла наружу и вошла в гущу схватки.

* * *

Раньше прогулки по королевским залам приносили Рарити бесконечную радость: она любовалась плотницкими работами, украшениями, даже каменной кладкой и картинами, мимо которых проходила. Но сегодня вечером она обнаружила, что безучастно смотрит прямо перед собой, пока её вели по замку Принца Блюблада. Всё, что выходило из его рта, звучало как вилка в тарелке: гвоздь по доске. Рарити обнаружила, что почти полностью игнорирует Принца, пытаясь думать о чём-то другом, а затем пожалела об этом решении, когда всё, о чём она могла думать, было то, что она потеряла в тот день. И с этой такой пронзительной улыбкой Принц просто не мог заткнуться. — Теперь я знаю, что ты просто переполнена волнением от всего, что ты выиграла сегодня, Прекрасная Рарити: в конце концов, все твои проблемы позади! Завтра мы поженимся, но сегодня вечером я приготовил для нас чудесный ужин, и мы можем разделить мои покои… Сама мысль о том, чтобы разделить с ним пространство, в тот момент вызвала у неё отвращение. Она решительно прервала его. — Я не присоединюсь к ужину. Я просто истощена своим путешествием: я хотела бы удалиться в частные покои и отдохнуть ночью, — она не могла выдавить из себя ни эмоций, ни своего обычного обаяния. Не получить то, что он хотел, было неудобством. И это также было сюрпризом. — Н-ну тогда. Хорошо. Я организую для вас подходящие личные покои, — его недовольство было скрыто под его обычным раздражающе королевским тоном. Зная, как говорят королевские особы, Рарити решила подыграть. — После того, как я как следует высплюсь, моё настроение наверняка улучшится... Месяц скитаний по сельской местности сильно выматывает Принцессу. Принц усмехнулся. — Ну, я, конечно, надеюсь, что твоё настроение улучшится: это была бы настоящая трагедия на свадьбе, если бы ты не улыбалась во время неё! Она не могла, как ей, вероятно, следовало бы, найти в себе силы злиться на своих родителей за то, что они приняли предложение: в конце концов, месяц назад она бы непременно согласилась в одно мгновение. Бо́льшая часть отвращения, которое она испытывала к Принцу, была только по одной причине — и причина была в том, что Рарити вкусила что-то бесконечно лучшее за последние несколько недель. — Действительно, так и будет. Я так понимаю, что всё уже устроено так, чтобы это произошло? В котором часу это произойдёт? — Когда солнце будет высоко в небе, прекрасная Рарити. Благословение самой Селестии на наш Легендарный союз! Не то чтобы он даже думал пригласить Королеву Солнца, которая предпочла бы сразиться с Кракеном, чем пойти на вечеринку Принца Блюблада. — Конечно, так. Ей не свойственно было быть холодной. Но это было либо это, либо плач, либо, может быть, удар ножом. После того, что казалось мучительной вечностью, они достигли покоев, где она проведет ночь. Много, много этажей над уровнем земли, и причудливые двери открылись, открывая большие, королевские покои. Рарити шагнула внутрь без раздумий, повернувшись, чтобы закрыть дверь перед лицом Принца. Он боролся, используя свои слабые навыки в магии, чтобы держать дверь открытой, пока она толкала её своей собственной магией, едва стараясь. — П-прекрасная Рарити: знай, что слуги по твоему мановению, если ты хотя бы позвонишь в этот колокольчик: и знай, что твоё желание — мой приказ, моя Принцесса... — Тогда я не хочу, чтобы меня беспокоили. Это был не хмурый взгляд, но это был, безусловно, приказ. Она захлопнула дверь перед его лицом и заперла её, не задумываясь. Приглушённо, с другой стороны, она услышала «Тогда отправляйся спать, красавица!», который она тут же проигнорировала. Она полностью осознавала, что такому пони, как он, одолжение оказывалось только с тем, чтобы что-то получить взамен. Каждое слово таило в себе кинжал, каждое предложение было покрыто ядом. Вздохнув, она огляделась. Невероятно красивый люкс, три окна только с одной стороны, великолепные лампы, которые она зажгла своей магией, большие просторные шкафы, несколько кушеток, один светильник, достаточно яркий, чтобы она могла легко нести его с собой, и картины пейзажей, под стать одной картине Принца Блублада, которую она тут же перевернула лицом к стене. Кровать была невероятно большой и удобной, с шёлковыми простынями, на которых она мечтала отдохнуть, и одним из самых важных предметов в комнате для неё было зеркало. Она потратила немного времени, чтобы впитать всё это. Пытаясь почувствовать радость и утешение от того, что она достигла мечты, о которой мечтала с тех пор, как была кобылкой. Но эта мечта была достигнута ценой другой, и гораздо лучшей. Она стояла на прекрасной плотницкой веранде, в роскошной комнате, в роскошном замке, который должен был принадлежать ей, и, несмотря ни на что, она не чувствовала ни капли радости, как бы ни старалась. В этот момент она осознала: впервые за месяц она осталась по-настоящему одна. Отдалённый звук грозы и изредка раздававшиеся в небе раскаты грома вывели её из транса. Слабо вздохнув, она подавила слёзы. Снова призвав свой чемодан, она начала распаковывать вещи, пытаясь сделать комнату более своей. На полпути она открыла одно из окон. Она уставилась в туманную, штормовую ночь. Неспособная различить множество огней в городе внизу. Она искала что-то, что угодно. Может быть, знак? Ещё больше темноты, ещё больше дождя. Она закрыла окно. Она понятия не имела, где в этой темноте живет её Рыцарь. Какой смысл в этом? Она продолжала усердно распаковывать вещи, стараясь занять свой разум. Закончив, она почувствовала себя не более как дома, чем в драконьей башне. Она сидела перед туалетным столиком, держа кисть наготове, и смотрела на своё отражение. Может быть, это были текущие обстоятельства, может быть, это были прошлые обстоятельства, но она наконец-то увидела, насколько она устала. Насколько опустошённой она себя чувствовала. Она задумалась на мгновение, было ли это просто платой за долгое путешествие или это была плата за то, что она потеряла то, что потеряла ранее в тот день. Покачав головой, отгоняя мысли, она начала расчёсывать волосы. Хорошо, Рарити, каков твой план? Расчёсывая гриву, она на мгновение задумалась, есть ли какие-то варианты вернуть то, что она только что потеряла. Есть ли способ сохранить обе мечты живыми, или она вообще хотела эту мечту ценой другой. Она продолжала пытаться что-то спланировать: что угодно, но ничего не приходило в голову. Никаких вариантов, никаких идей, никакого спасения. Ладно, Рарити, какой следующий шаг? Она размышляла о том, что будет дальше. Что повлечёт за собой жизнь Принцессы не-аликорна? Что она может сделать, чтобы подготовиться, когда этот замок станет её домом? Что она может сделать, чтобы вернуться к своему делу, с восстановленной энергией и решимостью, с вновь обретённой популярностью? Она обнаружила, что ей не хватает волнения для всего этого. Ладно, Рарити, ты сможешь с этим справиться? Сможет ли она заставить это работать? Сможет ли она жить этой королевской, богатой, роскошной жизнью, чувствуя себя такой пустой? Сможет ли она играть эту роль просто ради власти и признания? Хотела ли она этого вообще? Ладно, Рарити. Чего ты хочешь? Эпплджек. И вот оно. Плотина прорвалась. Слёзы текли по её щекам, когда она тихо всхлипывала, расчёсывая гриву. Она не могла больше отрицать этого, она была глубоко несчастна в этом положении. Была одна пони, которая могла утешить её, и из-за жестоких обстоятельств они были разлучены. Она отложила кисть, чувствуя безнадежность, которую она никогда, никогда не чувствовала, даже когда была заперта в башне, охраняемой драконом. Слёзы текли по её морде и приземлялись на туалетный столик. Стук в дверь почти довел её до бешенства. — Я ведь просила не беспокоить меня!! — она нахмурилась, и от непреднамеренного выброса магии зеркало перед ней треснуло. Из-за двери раздался тихий, но дружелюбный шёпот. — Рарити? Это я, Твайлайт! Твайлайт Спаркл..? Извини, что беспокою тебя так поздно, но… Маленький свет в тёмном туннеле — настоящий друг. Она нерешительно пошла к двери, не вытерев прежде слёзы. — Т-Твайлайт? Это правда ты? — Да! Могу я войти? У тебя дверь работает? Я могу просто телепортироваться, если ты предпочитаешь... Да, это действительно была Твайлайт. Она тихонько отперла дверь, выглянув наружу. Принцесса Твайлайт Спаркл, одетая невероятно скромно для Принцессы, нервно стояла за дверью, теребя свой свитер. — Эм. Привет? Могу я войти? Одним быстрым магическим движением Рарити втащила её в комнату, закрыла дверь и обняла. — О-о, Твайлайт, как приятно видеть дружелюбное лицо…! — она крепко обняла подругу: может быть, слишком крепко, но её точно нельзя было за это винить: последняя пони, которую она так яростно обнимала, могла бы выдержать это в десять раз больше, — То, что мы давно не виделись, не значит, что ты должна перестать одеваться как Принцесса, понимаешь?! — она попыталась возмутиться повседневным выбором одежды аликорна. — Я тоже р-рада тебя видеть...! Ты сжимаешь меня, можешь т-ты, может быть...? После кашля Принцесса Дружбы освободилась из её объятий. — Извини, дорогая…! — Единорожка отпрянула и села, молча глядя в сторону, слегка шмыгая носом. Она определённо не знала, что сказать. Наклонив голову, Твайлайт посмотрела на неё с жалостью. — Ты... плакала? Слишком много слов нужно было сказать сразу, поэтому она выбрала простую, честную правду, без дальнейших объяснений. — Да. Я плакала. — О-ох… Тихая, тревожная тишина. Никто из этих двух друзей не ожидал, что их воссоединение пройдёт таким образом. У обеих было слишком много слов, и они не знали, какие слова выбрать. Рарити прерывисто дышала, глядя в пол. Через минуту. Твайлайт прочистила горло. — Э-э… ну, я думаю, ты должна знать, мы с моим капитаном тоже остаёмся в этом замке. Мы уже некоторое время. И я думаю… э-э… поздравляю со свадьбой…? Вопрос был аналитическим, но неуклюжим. Рарити отошла к туалетному столику. Используя свою магию, она заделала трещины, выдохнув. Она холодно произнесла следующие слова. — Принц Блюблад — жалкая скользкая змея. Каждое слово, которое вылетает из его уст — яд, и я бы скорее скормила его химере, чем была бы счастлива выйти за него замуж. Вздох облегчения от Аликорна, который кивнул. — О-ладно! Уф! Значит, мы на одной волне. Он довольно плохой парень. Так что... Ты всё ещё выходишь за него замуж...? Рарити с тревогой посмотрела на Твайлайт через зеркало. — Я должна. Не только для того, чтобы самой стать Принцессой, но и… Я не могу рисковать, что он отступит от сделки, которую заключил с моим спасителем… Я-я смогу это сделать, Твайлайт. Думаю, я смогу, по крайней мере…? Это должно быть всем, чего я когда-либо хотела…! Твайлайт кивнула, пытаясь разгадать, что скрывалось за этими словами. — Итак, Крестьянка, которая спасла тебя, вы двое... Вы двое были близки? — В каком-то смысле… — на её губах появилась лёгкая улыбка, которая быстро исчезла, перейдя в тоску, — Полагаю, мне не стоит обременять тебя подробностями последнего месяца, который я провела, сопровождаемая по Эквестрии, дорогая… Это слишком длинная история для сегодняшнего вечера, — даже пересказ её части мог бы снова прорвать плотину. Твайлайт подошла поближе. — Ты уверена? Я бы не отказалась послушать... Друзья должны быть рядом друг с другом, понимаешь...? — Эта история слишком болезненна, дорогая. Думаю, я лучше забуду её, — она солгала с беспокойством. Она скорее позволит этим воспоминаниям нанести на её шкуру рисунок, чем забудет своего Рыцаря. — Ну, ладно... В любом случае, я слышала, что ты пропускаешь ужин, поэтому я принесла тебе кое-что, просто на всякий случай! Она достала из кармана фрукт и оставила его на туалетном столике перед Рарити. Это было яблоко. И вот так плотина снова прорвалась. Достаточно было нескольких секунд созерцания плода, и Единорожка снова начала рыдать, созерцая Яблоко, словно оно было всем. — Э-эм… Тебе не нравятся яблоки…? Потому что я могу принести тебе что-нибудь другое… — НЕТ! Она обхватила плод копытами и отчаянно его жевала. Плачет, жуёт, плачет, жуёт. Менее 24 часов назад она делила яблоко со своей любимой, и это было совсем не то. И всё же, даже намёк на Эпплджек довёл её до слёз. Твайлайт потянулась и обняла подругу, утешая её, пока она ела фрукт. — Сансет рассказала мне о тебе и Эпплджек... Что случилось, Рарити...? Что на самом деле случилось...? — она говорила тихо. Печальный, но решительный кивок Единорожки, когда она закончила есть свой плод, с грустью глядя на его сердцевину. — Ладно, дорогая. Я расскажу тебе всё. Обо мне и моём Рыцаре – трагическая история лучшего месяца моей жизни…

* * *

Наконец, спустя, как мне показалось, целый год, я снова дома. Яблочная Аллея была впереди неё, а Пинки следовала за ней. Шторм обрушивался на них, темнота ночи была непреодолимой, иногда освещаемой громом, но, как обычно, Эпплджек не была затронута. Она чувствовала себя лучше, на самом деле, с потоком и бурным шумом воды, как будто она могла утопить свои мысли. Но она была дома. Ничто другое больше не имело значения. Ничто другое не могло иметь значения. Ничто другое не должно иметь значения. Они медленно дошли до крыльца. Крестьянка не открыла дверь. Свет горел, и изнутри доносился тихий сердечный смех. Пинки стояла, наблюдая за подругой, ожидая её реакции. На мучительную, долгую минуту. Эпплджек повернула голову и посмотрела назад. На Замок Принца Блюблада. Из-за дождя казалось, что он исчезает из реальности. Как будто его вообще не было. И всё же это было. Она пристально посмотрела на него. Ничего не ожидая. Чего-то ожидая. Чего угодно. Может быть, это знак. Вообще ничего. Но ничего не произошло. Она заставила себя повернуться вперёд. Она заставила себя посмотреть вперёд. Она занесла копыто над дверной ручкой. — Пинки. Когда мы зайдём туда. Просто… Просто дай мне отдохнуть, ладно…? Это была простая просьба, но она поняла её смысл. Не начинай ничего. Следуй её примеру и не напоминай ей о том, что она потеряла сегодня. Ради всего святого, не напоминай ей о том, что она потеряла сегодня. — … Хорошо. Эпплджек открыла дверь. Изнутри тут же послышался весёлый смех. — ...Ты бунтарка!! Я ДОЛЖНА как-нибудь привести сюда Скуталу!! Вы бы так хорошо поладили! — радостно заявила Рэйнбоу Дэш, откидываясь на спинку стула. Друид Флаттершай хихикнула, подтолкнув её копытом. — Может, после бури, милашка. Эппл Блум, вечно легкомысленная кобылка, взволнованно забралась на стол. — Любой друг Эпплджек — наш друг! И это касается и друзей друзей тоже!! Хихикая, Бабуля Смит начала убирать тарелки и ставить их в раковину. Ужин был чудесный, как обычно. — Ну, милочки, вы можете снова остаться в гостевой комнате, я не позволю вам двоим улететь в эту бурю, нет, дамочки! — Иииииии! — согласился Биг Мак, помогая на кухне. Флаттершай, как всегда, говорила тихо и помогала убирать со стола. — Спасибо большое за ужин, Бабуля Смит. Вы все такие милые…! Пегас-разбойник уверенно улыбнулся, помогая убрать тарелки со стола. — Теперь, ты знаешь, мы ценим гостеприимство, но я в долгу перед Эпплджек. Как только она появится, мы сможем найти способ погасить мой жизненный долг, и мы будем в расчёте! Эппл Блум хихикнула. — Хихихи, конечно, моя старшая сестра побьёт тебя одним ударом. Она побьёт любого одним ударом! — Ага! — согласился Биг Мак, хихикая и помогая убираться. Бабуля Смит хихикнула, наводя порядок на кухне. — Теперь я знаю, как ты можешь вернуть свой долг, дорогуша. Завтра сделай ещё немного наших чёртовых дел! Семья Эппл хихикнула над этой идеей. Выдувая малину, но улыбаясь, Рэйнбоу кивнула и начала говорить героическим тоном, что заставило Друида хихикнуть. — Ну, долг жизни немного круче и офигеннее, чем просто работа по дому и почта (примерно на 20% круче), но если Эпплджек требует, чтобы долг был выплачен именно так, то у меня нет выбора, кроме как подчиниться. Это мой кодекс чести как воина! — Домашние дела звучат довольно неплохо, — безучастно заявила Эпплджек, стоя в гостиной, словно скорбная статуя, полностью облитая водой. Вся группа вскрикнула от удивления, увидев её там, не заметив её появления. — ЭППЛДЖЕК!!! — её семья радостно закричала, подбежав к ней. Она, конечно, ответила взаимностью на их тройное объятие. И почувствовала себя теплее, даже смогла улыбнуться. Но она также почувствовала себя более уязвимой, чем когда-либо. И она не могла этого допустить. — Я так сильно по вам скучала, — проговорила она слабым голосом, крепко зажмурив глаза и изо всех сил сдерживая слёзы. Даже находясь в тёплых объятиях своей семьи, она не могла обмануть себя, думая, что всё в порядке. Первой заговорила маленькая кобылка. — Старшая сестренка!!! Ну же, расскажи нам, что случилось во время твоего путешествия по спасению Принцессы!! Ты правда сражалась с драконом?!?! Я хочу знать всё!!! Старшая Эппл быстро осмотрела шкуру своей старшей внучки. — Что это у тебя со всеми этими чёртовыми шрамами? Ты что, с оврага упала или что?!! — Или что-то в этом роде, — удручённая Эпплджек старалась не привлекать внимания ко всем ранам, которые она залечила за этот месяц. Выбравшись из объятий и вернувшись к столу, Бабуля Смит предложила ей сесть. — Давай, дорогуша, садись и расскажи нам, как всё прошло! — Иииияяп! — с готовностью присоединился к ним Биг Мак. Молча Крестьянка положила шляпу на вешалку, бросила сумку на пол и вытащила огромный мешок с деньгами, стукнув им по кухонному полу с многочисленными звенящими звуками. Даже когда он был полуоткрыт, все могли сказать, что это было. — Ну... Теперь мы миллионеры, — говорила она просто, без всякой энергии. — Святая корова... — Эппл Блум наклонилась вперед, никогда в жизни не видев столько денег. — Милая мамочка, это же куча бабулек! — наклонившись вперёд, Бабуля Смит чуть не потеряла вставные челюсти. — Ииииаап… — Биг Мак был в восторге. С изнуренным выдохом Эпплджек снова заговорила ясно. — Наши денежные проблемы, по крайней мере, закончились. Это награда, которую я получила за выполнение работы… Трио Эпплов зааплодировало, но Peasant к ним не присоединился. Они снова подбежали к ней и крепко обняли её. Наклонившись вперёд к мешку с серебром, Рэйнбоу присвистнула. — Ух ты. Это целая куча бабла. Она тут же запнулась, когда её глаза встретились с глазами Эпплджек: возможно, потому что взгляд, которым на неё посмотрела Фермерша, подразумевал, что она была в настроении сложить в оригами любого, кто её разозлит. — Я-я помогала твоей семье с домашними делами и прочим, пока ждала твоего возвращения — я не злоупотребляла их гостеприимством, ч-честно! Эпплджек ещё больше прищурила глаза. Разбойница подползла к Друиду, почти прячась за ней, всё ещё напуганная. — Я уже говорила, что штормит очень сильно, и мы с моей девочкой не можем улететь отсюда…? Флаттершай дружелюбно помахала Фермерше, не подозревая об опасности. — Приветствую ещё раз! Наш друг-дракон всё ещё думает о тебе! Закатив глаза и проигнорировав этих двоих, Фермерша подтолкнула свою семью и указала на Пинки, которая вытиралась у входа. — Вот Пинки, моя подруга. Она следовала за мной в моих путешествиях. Она Бард. Застенчивый взмах переднего копытца от Розовой Пони, когда она вошла в комнату, всё ещё немного мокрая. Бабуля Смит немедленно приняла меры. — Теперь у меня нет ни семьи, ни друзей семьи, которые мёрзнут и промокают!! Я разожгу камин, а вы двое устраивайтесь поудобнее за столом! — Большой Мак немедленно двинулся на помощь старой кобыле. Маленькая кобылка пошла поприветствовать Розовую Пони и задать ей тысячу вопросов о её профессии, пока Эпплджек клала на стол контракт с её предыдущей работой. — Теперь мы также полностью владеем Яблочной Аллеей. Я получила полное право собственности за выполнение миссии. Мы больше никогда не заплатим этому крысиному ублюдку Принцу ни цента. Бабушка Смит побежала так быстро, как могла старая кобыла, схватила очки для чтения и начала его осматривать. Эппл Блум последовала за ней, забравшись на стол, чтобы посмотреть. Флаттершай с любопытством взглянула на кусок пергамента. — На этом листке бумаги написано, что ты владеешь этим местом? Тебе нужны листки бумаги для этого...? Я просто живу в лесу... Рэйнбоу тут же нежно потерлась об неё носом. — Детка, ты такая горячая. Эппл Блум повернулась к старшей сестре, теряя интерес к чтению. — Я всё ещё хочу услышать о драконе!! Давай, Эпплджек, расскажи мне о нём: ты убила его одним могучим УДАРОМ?! Флаттершай ахнула. — О, нет! Теперь дракон и она — друзья! — сказала застенчивая пони к большому разочарованию кобылки. Пинки усмехнулась в ответ с другого конца комнаты. — Подожди, пока не услышишь о Мантикоре! С милым тихим вздохом уши Эппл Блум навострились. — Ты тоже сражалась с Мантикорой?? О, боже, самая крутая сестра на свете!!! Полностью сосредоточенная на контракте, Бабуля Смит была в восторге. — Ну, будь я проклята, ты сделала это... Наши проблемы действительно закончились...! — глаза старой кобылы наполнились слезами, когда она нежно обняла Эпплджек, — Ты лучшая внучка, о которой я могла бы мечтать, Эпплджек...! Твои родители были бы так чертовски горды тобой...!! Фермерша снова закрыла глаза, сдерживая слёзы. Как она ни старалась, она не могла чувствовать себя счастливой, и она не хотела делать это проблемой своей семьи. Пинки пристально наблюдала за ней через комнату. Она была вдали от своей семьи в течение нескольких месяцев: и вот они здесь, объединённые, и все их проблемы решены. И несмотря ни на что, она не чувствовала ни капли радости, как бы сильно она ни старалась. Потыкав внучку в грудь, а затем отправившись на кухню, старая Маре разогрелась. — Ты просто сиди там, я разогрею тебе суп, дорогуша. Не смей больше работать сегодня вечером! Прочистив горло и почесав подбородок, Эпплджек прервала её. — В-вообще-то… вы не против, если я пропущу ужин? Я просто… очень устала после поездки. Мне нужен душ и долгий сон… я просто пойду и сделаю это сейчас, если вы не против, — блондинка не стала дожидаться ответа, просто двинулась вперёд к лестнице. Надувшись, Эппл Блум попыталась уговорить её остаться. — Аааа, а как же дракон?? И Мантикора!??? Я хочу знать…!! С разочарованным стоном Рэйнбоу Дэш пожаловалась. — Эй! А как же мой долг жизни?? Услуги одного дерзкого Роуга, идущего один раз!! Флаттершай просто подтолкнула её, хихикая. — Давай просто помоем за них посуду, милая. Бабушка начала протестовать против ухода Эпплджек, но остановилась, когда заговорила Пинки, привлекая всеобщее внимание. — Просто отпустите её, все пони... У неё был очень, очень тяжёлый день. В комнате воцарилась тишина, когда шаги Эпплджек удалились на верхний этаж. Они переглянулись, недоумевая, почему, несмотря на победу, Эпплджек выглядит так, будто проиграла. Она выглядела так, будто потеряла всё. Пинки просто ждала. Как только её подруга окажется вне зоны слышимости, она расскажет семье, почему.

* * *

— … И вот так, дорогая. Мы провели такой чудесный день вместе, я просто не желала ничего другого, кроме как оставаться с ней, и ну... В тот момент, когда я вошла в этот замок, я уже чувствовала себя опустошённой. Уходить от неё было очень больно — с-словно моё сердце истекало кровью...! Рарити закончила свой рассказ, развалившись на диване. Спустя несколько салфеток и слёз, по крайней мере, было приятно делиться с другом. Твайлайт провела ещё немного времени, размышляя, размышляя, обдумывая решения. — Это безумие... Ты и вправду убила того убийцу, который пришёл за вами обеими...? Плаксивый Единорог не испытывал никаких угрызений совести. — Я бы скорее убила ДВАДЦАТЬ убийц, чем позволила им убить её! Это просто ещё одна причина для меня презирать этого ужасного Принца: ОН послал этого убийцу, ОН назначил награду за её голову!! … Хотя, полагаю, это, в общем-то, и моя вина… В конце концов, я тянула… Я задержала нас, просто чтобы провести с ней больше времени… — Боже, ты... Ты действительно, действительно любишь её, не так ли...? Она взмахнула гривой, немного драматично, подчеркивая свою скорбь. — Она была моим Рыцарем в Сияющих Доспехах!! Мы с ней — возлюбленные, попавшие под знамена звёзд!!! Ох, чего бы я только не отдала, чтобы снова оказаться в её объятиях...!! И снова взобраться на неё, как на дерево... — Кхм, давай не будем отвлекаться…! — Твайлайт быстро прервала эту тираду, прежде чем она зашла дальше. Всё ещё шмыгая носом, Единорожка положила голову на край дивана, печально подёргивая копытом. — О, как мне не хватало обморочного дивана... Я ещё больше скучаю по Эпплджек… — она надулась. Немного грустной тишины, и после ещё одного скорбного вздоха она тихо продолжила. — Я... я думаю, что люблю её больше, чем когда-либо любила кого-либо, Твайлайт... И... я думаю, она чувствовала то же самое... Аликорн в отчаянии захлопала крыльями. — Вы обе так много вынесли, больно видеть, что всё это было напрасно! Тьфу, должно же быть что-то, что мы можем сделать…? — Это безнадёжно, Твайлайт. У меня её сердце, но у меня нет её самой! Без неё всё это пусто! Я чувствую себя пустой!! Из-за этого ужасного Принца, есть значительная опасность в нашем воссоединении, как бы оно ни было- И я просто не могла, я просто не могла просто- разрушить счастливый конец, который у неё есть с её семьей...! Я не знаю, можем ли мы что-то сделать...! — она нервно потёрла гриву. Они сидели в тишине, которую нарушал только шум дождя. И, как ни странно, всхлип, доносившийся из-под кровати. Они обе навострили уши, и Рарити встала с дивана, приподняв кровать своей магией. — Теперь, как ты думаешь, ты- СВИТИ БЕЛЛЬ?? Маленькая кобылка вылезла из-под кровати, со смущеённым видом и опухшими от слёз глазами, проплакавшись над историей сестры, она нахмурилась, становясь агрессивной. — Я знала, что между тобой и Эпплджек что-то не так! Почему ты нам не сказала!? Она была слишком расстроена, чтобы задуматься над словами своей младшей сестры. — И что ты, по-твоему, делала, прячась под моей кроватью — шпионила за нами?? Как ты вообще туда попала?! Прочистив горло, Твайлайт смущённо улыбнулась. — Э-э-э... Возможно, я помогла ей пробраться сюда с помощью магии, когда ты открыла мне дверь. Это была её идея. Единорожка усмехнулась. — Фу, так вот почему ты заставила меня пропустить подробности о реке светлячков? Честное слово, дорогая! Свити, тебе следует немедленно отправиться в свою комнату! Отказавшись, маленькая кобылка подошла к окну. — Нет!!! В чём смысл, Рарити?? Принц Блюблад — придурок, в любом случае! Нам просто нужно убежать!! Может, если мы сделаем верёвку из этих простыней и штор, мы сможем выпрыгнуть из этого окна — я уверена, мама и папа поймут… Твайлайт поспешила поправить. — Мы слишком высоко, чтобы использовать верёвки для спуска, и это было бы небезопасно, особенно в шторм! Есть много более эффективных способов убежать, если хочешь советов…? Свити Белль проигнорировала это, неуклюже пытаясь сделать веревку из штор с помощью своей магии, ничего не преуспев в этом, продолжая преследовать свою сестру. — Ты любишь Эпплджек!! Почему бы нам просто не сбегать к ней домой или что-то в этом роде? Разве она не суперсильная?? Эта чушь про «Истинную любовь» в любом случае намного лучше, чем этот королевский хлам с этим напыщенным Принцем!! Быстро опровергнув, Рарити держала свою младшую сестру, уводя её от окна, глядя в сторону, равнодушно. — Я не могу так навязываться, Свити: я просто не могу ворваться в её дом и потребовать, чтобы она взяла меня, как бы мне этого ни хотелось, это должен быть её выбор... И что ещё важнее, да, она невероятно, чудесно сильна, но она не непобедима... если Принц Блюблад узнает, что я сбежала, чтобы быть с Крестьянкой, которую он презирает больше всего — это будет иметь ужасные последствия для всех нас, и больше всего для неё. Я не могу этого допустить. Всё, что угодно, кроме этого, — её разум мелькнул в последний раз, когда она думала, что потеряет свою любовь, с содроганием. Короткий период тишины, подчёркнутый дождем. Пока простая идея не пришла в голову Твайлайт. — А что, если бы ты могла дать ей выбор? — Хм? — Если бы ты могла попросить её помочь. Если бы ты могла спросить её, что она думает, чего она хочет, или если бы ты могла спросить её о чём-то, о чём угодно... А что если? Потребовалось всего несколько секунд раздумий: её взгляд с тоской отвёлся, прежде чем Рарити получила окончательный ответ. — Если бы я попросила её... Она бы пришла за мной. Свити Белль подтолкнула её своими крошечными копытцами. — Тогда почему бы и тебе не сделать этого! Давай, сестренка! — Я… я боюсь того, что случится с ней, если я это сделаю… С нами обеими. Я… я просто не смогу вынести потери её… я просто не смогу…! Одно лишь предположение едва не прорвало плотину ещё раз. Твайлайт подошла к ней, говоря ласково и мягко, с пониманием. — Рарити. Я могу отправить письмо Эпплджек. Ты можешь написать всё, что захочешь сказать, будь то просьба к ней спасти тебя или настоящее прощание. Что ты думаешь…? Рарити закрыла глаза, тяжело дыша, пытаясь снова сдержать слёзы. — Я... я должна ей как следует попрощаться... Она этого заслуживает...! Маленькая кобылка посмотрела на неё с жалостью. Твайлайт улыбнулась, пусть и слабо. — Ладно, тогда… — она закрыла глаза, и её рог вспыхнул фиолетовым сиянием, переходящим в красное сияние, всего на мгновение. Свити Белль наклонила голову. — Что это было…? Улыбаясь, Аликорн ткнула копытом в пол, почти с лёгким румянцем. — Дай ей пару секунд, она... Вспышкой Сансет Шиммер телепортировалась в комнату, немедленно подбежав к Принцессе Дружбы. — Я здесь! Всё в порядке? Ты не ранена, правда? — она тщательно осмотрела Твайлайт. Аликорн, хихикая, заверил её. — Я в порядке, Сансет. Это другой вид чрезвычайной ситуации. Кхм! Капитан Шиммер, я хотела бы, чтобы вы собрали свою самую доверенную стражу Пегасов для срочной доставки очень важного письма в Яблочную Аллею! Капитан отдал честь и кивнул. — Абсолютно верно, Принцесса. Я знаю, какой именно «Жеребец» подойдёт для этой работы. Хотя я подозреваю, что доставка может быть осуществлена не раньше завтрашнего утра, учитывая шторм. Разрешите говорить откровенно, Моя Принцесса? — Разумеется! — Мне нравится, когда ты навязываешь мне своё звание. Её поведение полностью изменилось, когда она приблизилась к Принцессе с тем, что можно было охарактеризовать только как глубоко интимную кокетливую улыбку. В комнате стало на пару градусов теплее, так как Принцесса была взволнована до потери сознания. — Сансан!! Там другие смотрят!! — прошептала она, останавливая приближающуюся к ней приливную волну страсти. — О. Привет, Рарити. Привет, Свити, — глаза Капитана сузились, когда она остановилась, раздражённо фыркнув, и её поведение снова изменилось. Рарити, наблюдавшая столь кратковременное проявление страсти, снова разрыдалась, вскочив на свою новую кушетку для обмороков. — ВАААА ... Сансет смотрела на эту сцену со смесью замешательства и жалости. — Так что, всё настолько плохо, да…? Твайлайт грустно вздохнула. — Это письмо Рарити напишет Эпплджек. Она планирует официально попрощаться с ней... Но я пытаюсь убедить её отправить письмо, в котором она просит свою любовь прийти и спасти её, вместо этого... Она сказала, что если она попросит — Эпплджек придёт за ней. Сансет наклонила голову, уже обдумывая худшие углы. — Ты уверена, что хочешь втянуть её в эту заваруху? У Принца МНОГО защиты, и, по сути, армия в его распоряжении: и вообще, включая Эпплджек в это... Твайлайт поспешила обратиться к разуму. — Сансет. Если бы меня заставили выйти замуж за того, кого я не люблю, а тебя заставили бы жить вдали, ты бы не разозлилась? — Я бы, наверное, начала убивать всех. Да, — она не колебалась ни секунды в своём ответе. Твайлайт чуть не задохнулась, услышав этот ответ, но она не была удивлена. Восстановив самообладание, она принесла листок бумаги и ручку. — Рарити… Пожалуйста, подумай о том, чего ты хочешь, прежде всего, даже о своих страхах. Сансет одарила плачущего Единорога понимающим, тёплым взглядом. — Нет ничего, что я бы хотела увидеть больше, чем как кто-то, кто врывается на вечеринку этого придурка Принца. Если ты выберешь это, знай, что ты получишь нашу поддержку. Я с нетерпением ждала, когда смогу прикончить этого самодовольного ублюдка... Даже Свити Белль подтолкнула её. — Давай, сестрёнка!! Сев, всё ещё шмыгая носом, Рарити схватила бумагу и ручку своей магией, с беспокойным дрожанием. — Я... я просто не могу потерять её. Я просто не могу...! Как я вообще могу требовать этого от неё...? Твайлайт уткнулась носом в шею своего Капитана с усталой улыбкой. — Любовь — это выбор, который ты делаешь каждый день, Рарити… — … И это стоит риска. Прежде всего, это так. Поверь нам, — добавила Сансет, с улыбкой уткнувшись носом в её спину. Единорожка в отчаянии шмыгнула носом, размышляя. Целую минуту она думала о том, что напишет в этом письме своему Рыцарю. Зная, что это, возможно, будут её последние слова. И затем, хорошенько всё обдумав, она написала.

* * *

По крайней мере, ощущение тёплой воды на коже приносило ей утешение. Большую часть времени Эпплджек держала глаза закрытыми, принимая душ, пытаясь избавиться от накопившейся за месяц боли и усталости в теле. Оставшись одна, она наконец попыталась отпустить ситуацию и заплакать. Но обнаружила, что слёзы не текут. С изнуренным вздохом она вышла из душа и протёрла запотевшее зеркало в ванной. Может быть, это были текущие обстоятельства, может быть, это были прошлые обстоятельства, но она наконец-то увидела, насколько она устала. Насколько опустошённой она себя чувствовала. Она задумалась на мгновение, было ли это просто платой за долгое путешествие или это была плата за то, что она потеряла то, что потеряла ранее в тот день. Все эти шрамы. Вся эта усталость... Из-за того, что казалось ничем. От происходящего её отвлекли звуки отдалённого говора внизу. Бесполезно было об этом думать. Ничего хорошего из этого не выйдет. Она вышла из ванной, намереваясь направиться прямо в свою комнату. Её прервал только брат, который сидел в коридоре и ждал её. — Тебе больно, — прямо заявил он, зная, что это факт, и глядя на неё с жалостью. Она вздохнула, отклоняя заявление. — Эти шрамы заживут, Биг Мак. По крайней мере, большинство из них. Не стоит беспокоиться обо мне. — Это совсем другая боль, — прямо заявил он, непринужденно глядя на сестру. — Агаааа, — это было всё, что она смогла выдавить из себя в ответ. Он заговорил тише, надеясь, что она откроется. — Почему ты нам не рассказываешь? — Дай мне день. Может быть, пару дней, на самом деле. Спокойной ночи, брат, — она прошла мимо него в свою комнату, тихо закрыв за собой дверь, не сказав больше ни слова. Она отчаянно надеялась, что её больше не потревожат, даже если она понимала добрые намерения своей семьи. Ей просто нужно было немного времени побыть одной. И вот она стоит, одна. Впервые за месяц. Её комната кажется почти пыльной, бесплодной, нетронутой. Ничего не изменилось за месяц. Только тихий стук дождя снаружи подчеркивает тишину этой могилы. Она не теряла больше времени и легла в свою усталую, скрипучую, старую, чрезвычайно удобную кровать: в матрасе была кратер с её неясной фигурой в нём. О, как много раз она лежала в нем и засыпала меньше чем за минуту. Было уютно и комфортно лежать в этой постели. Но впервые в жизни эта кровать показалась ей пустой. Той ночью ей было трудно заснуть. И она была не единственной. Укрытая шелковистыми простынями, с высочайшим комфортом, в самой королевской постели, в которой она когда-либо спала, Рарити ворочалась и пыталась заснуть, но безуспешно. Она обняла подушку, скучая по объятию, но в ней не было и тепла её Рыцаря. С долгим вздохом нерешительности она собрала свою магию. Бледно-голубая аура танцевала вокруг неё, и она придала ей нужную форму. Эпплджек, или так близко к ней, как только могла. Её Рыцарь стоял, похожий на Голубую голограмму, может быть, даже на призрака, у подножия её кровати. Она приказала этой несовершенной копии присоединиться к ней и сплелась с ней в объятиях, пытаясь имитировать или вспомнить, как ощущается настоящая вещь. Ему не хватало тепла, пушистости, и ему не хватало нежного дыхания её возлюбленной. Но придётся обойтись и этим. Она закрыла глаза с скорбным выдохом. — Я люблю тебя, Эпплджек. — Я люблю тебя, сахарок, — прошептал её призрак, пытаясь как можно точнее передать голос возлюбленной. И вот, несмотря на борьбу, она уснула.

* * *

Где-то вдалеке пели петухи, но Эпплджек не обращала на них внимания. Солнце взошло на небе, но Эпплджек проигнорировала это. Снизу послышался какой-то разговор, но она его тоже проигнорировала. Ничто не могло вытащить её из этой кровати. Ещё пару дней, подумала она. Окаменение в этом матрасе показалось ей подходящим выбором, чтобы провести день, может, и неделю. Лёгкие шаги её младшей сестры приближались к её комнате, но она не обращала на них внимания. Её дверь открылась, но она проигнорировала и это. — Сестренка, уже больше девяти! Давай, тебе нужен завтрак! — навязчиво проговорила Маленькая кобылка, ожидая ответа. Дверь открылась, и в комнату проник запах завтрака: блины и что-то похожее на печенье. Может, пирог? И голоса её семьи и друзей тоже раздавались там. В ответ Крестьянка смогла издать лишь тихое ворчание. Запрыгнув в кровать, с тихим стуком Эппл Блум начала подталкивать сестру. — Давай, тебе нужна еда! Вставай! Ещё одно ворчание, которое можно приблизительно перевести как «Устала». На мгновение маленькая кобылка замолчала, и её сестра тоже. Пока она не нарушила это молчание. — Эпплджек… Что случилось с Рарити? Тело фермерши тут же зашевелилось, заставив себя встать с кровати. — Я готовлю завтрак, — пробормотала она, игнорируя вопрос, и направилась прямо к выходу, игнорируя также жалобы своей младшей сестры. Вся болтовня стихла, как только она вошла на кухню. Бабуля Смит, Биг Мак, Пинки Пай, Рэйнбоу Дэш и даже Флаттершай просто уставились на неё, когда она вошла, словно она была призраком. И она осталась тихой, как прежде, когда села за стол, взяла тарелку и положила себе немного тёплых блинов. В комнате по-прежнему было тихо: все глаза были обращены на неё, но она не обращала на это внимания. Послышались неуклюжие шаги кобылки, спускающейся по лестнице. — Я её спустила!! — она тоже бросилась садиться за стол. Все молча наблюдали, как она жуёт, а она не обращала на это внимания. Она говорила небрежно, хотя и не слишком энергично. — Я тут подумала. Я могла бы сходить в город и купить нам кое-какие припасы сегодня днём. Теперь, когда мы можем себе это позволить, нам следует кое-что исправить… Бабушка прервала её, явно. — Эпплджек. Что случилось с тобой в прошлом месяце? Что случилось с Рарити? Она перестала жевать, уставившись на бабушку усталыми глазами. — Неужели нам действительно нужно это делать сейчас? Это вмешательство или что-то в этом роде? Пинки ткнула копытом в стол, строго глядя на неё. — Эй-Джей. Я рассказала им немного, но недостаточно. Они заслуживают знать, что ты пережила, от тебя самой, и ты это знаешь! Рэйнбоу Дэш наклонилась вперед, подзадоривая её. — Да ладно, чувак, даже нам любопытно узнать. Её гнев начал немного ослабевать, она указала на двух пегасов. — Так вы двое теперь просто живете здесь или что?? И смелый пегас сдался, пробормотав испуганно: — Долг жизни, чувак…! Флаттершай тихо заговорила. — Я думаю, важно быть честной со своей семьёй, Эпплджек. Если дружба с драконом — это только одно из дел, которые ты сделала в своём путешествии, разве они не должны знать и об остальном? Эпплджек нахмурилась, размышляя о том, какая ирония в том, что другая пони призывает её быть честной. Она собиралась было возмутиться, но бабушка строго на неё посмотрела, скрестив копыта на груди. — Эпплджек. Выкладывай всё как есть. Сейчас же. Со стоном Фермерша откинулась на спинку стула. Выдохнув, она начала говорить. — Ладно. Это был лучший месяц в моей чёртовой жизни, ясно? Всё началось, когда я встретила Пинки, возле той чёртовой арены...

* * *

— ...И, ну, это было всё. Мы выпили по паре коктейлей, а затем отправились сюда. Первый раз, когда я влюбилась, и, конечно, это было в чёртову Принцессу... Я никогда, никогда не думала, что влюблюсь. Но, наверное, всё бывает в первый раз. И, клянусь Селестией, как я её любила. Слишком сильно. Слишком чертовски сильно. Это разрывало меня на части, оставляя её там... Но какой у меня был выбор...? Я не могла позволить, чтобы у нас отняли наш дом... Я не могла потерять нас. И, ну, я заплатила цену, я думаю. В моей груди дыра, где должно быть моё сердце… — она низко опустила голову, неровно дыша. Пересказ событий последнего месяца только добавил ей усталости. Все присутствующие молча смотрели на неё то ли с жалостью, то ли с беспокойством, то ли с удивлением. Разбойница слегка затрепетала крыльями, нарушая тишину. — Подруга, ты засуплексила мантикору?? Ага! Флаттершай тут же заставила её замолчать, хлопнув крыльями. Это было семейное дело. Её брат и младшая сестра опустили головы в печали, размышляя, что сказать. Старший из них первым нарушил семейное молчание. — Эпплджек… я очень разочарован в тебе. Это заявление ударило Фермершу словно пощёчина. — Ч-что?? Да ладно, Бабуля?! Но её Бабушка не дала ей договорить, сердито. — Я очень, очень разочарована в тебе! Ты всегда делаешь всё для нас, работаешь до изнеможения, и что ж, в первый же чёртов раз у тебя появляется шанс быть счастливой, для себя, и ты его упускаешь, для нас? Ты была влюблена, Эпплджек! Сестра и брат Эпплы согласно кивнули. Покачав головой, она вмешалась. — Да ладно, я не могла позволить этому крысиному ублюдку Принцу уничтожить Яблочную Аллею!!! Да что там, наши родители… Но бабушка её основательно перебила. — Были бы в восторге, узнав, что их дочь счастлива в любви. И они бы не возражали, они бы даже глазом не моргнули, если бы нашу ферму разрушили, лишь бы ты была счастлива! — она настойчиво хлопнула своими старыми копытами по столу. — Как ты можешь так говорить?! Это место… — Да, это наш дом, и да, это важно. Но знаешь, что важнее? Пони в нём, Эпплджек! Да я бы предпочла жить в старой развалюхе, чем видеть тебя с разбитым сердцем!! — Да!!! — с энтузиазмом согласился её брат. Эппл Блум яростно кивнула. — Да!! Я бы с удовольствием жила в чёртовой бочке, лишь бы ты была счастлива!! — Язык! — вмешалась вся семья Эпплов, в результате чего она прижала копыто ко рту. — Извините! Трое посетителей не смогли сдержать смех. Чуть тише Бабуля Смит продолжила. — Ты так часто сражаешься за нас, Эпплджек. Почему ты не можешь бороться за себя? Минута молчания и сожаления, пока Фермерша смотрела на стол. Она колебалась, не зная, что сказать. — Так вы все на самом деле просто... Хорошо, что я люблю Принцессу? Чёрт, люблю кобылу...? Её брат положил копыто на стол, ласково глядя на сестру. — Сестрёнка. Если бы ты была влюблена в саму Селестию. Ей было бы повезло, что ты у неё есть. Эппл Блум и Бабушка согласно кивнули, а старшая хихикнула. — Чёрт возьми. И не думай, что мы не знали, что тебе нравятся кобылы. Лгать и хранить секреты не в твоей природе, Эпплджек, — она тепло улыбнулась внучке. Выдохнув, Фермерша откинулась на спинку стула. Она равнодушно отвернулась. — Ну... Спасибо, все. Но в любом случае, всё кончено. Она там, живёт своей мечтой... Бард с энтузиазмом и неуверенностью постукивала копытами по столу, её грива наконец-то вернулась к своей обычной радостной пышности. — Ну, тогда иди за ней, Эпплджек!! После всего, что случилось, вы не можете думать, что вам друг без друга лучше!! — Пинки, послушай… — Нет! Я была права практически во всём в этом приключении! Когда ты уже поверишь мне, Эй-Джей? Я говорю тебе, ты сможешь это сделать!! Дерзко подняв копыто, с великолепной решимостью Рэйнбоу Дэш самодовольно ухмыльнулась. — Если набег на замок, чтобы спасти девушку, это то, что тебе нужно — ты заполучила себе пожизненно обязанного Разбойника, который будет преданно помогать тебе до последнего вздоха!! Биг Мак скрестил копыта на груди, со строгим взглядом. — И брат. Ты заслуживаешь счастья, Эй-Джей. Я с радостью совершу набег на замок вместе с тобой, если это поможет. Эппл Блум запрыгнула на стол. — И-и я!! Я не собираюсь сидеть сложа копыта!! Давай, сестрёнка!! Даже Флаттершай с энтузиазмом кивнула. — Я тоже помогу! Чем смогу! Любовь того стоит! Пинки самодовольно и гордо кивнула. — И у тебя есть свой Бард! И в огонь, и в воду, Эй-Джей! Ну же, что скажешь? Последнее приключение, ради всех шариков?? Весь стол затих, ожидая её ответа. Она почесала подбородок, встревоженная, размышляя об этом. Серьёзно обдумывая это. Выдохнув, она посмотрела на стол. — Все… Спасибо. Но я не могу. Я просто не могу. У неё есть мечта, и я просто… Я просто не могу её разрушить. Все присутствующие за столом разочарованно застонали, готовые попытаться убедить её ещё раз... Пока все не остановились. Раздался стук во входную дверь. — Доставка письма Эпплджек Эппл от некоей «Принцессы Рарити Белль»! — раздался снаружи приглушённый весёлый голос. Сердце Эпплджек остановилось. За столом воцарилась тишина. Пока Пинки не вскочила со своего места, не побежала к входной двери и не открыла её. — Да, она здесь! Это она, вон там! Прямо там!! Всё это время Фермерша со страхом смотрела на них. Пегас в броне тепло улыбнулся, вручая Барду письмо. — Вот, держите, мэм! Флэш Сентри к вашим услугам. Извините за задержку, тут много ферм вокруг, я немного заблудился...! Мне пора идти, но я надеюсь, что это письмо принесёт тебе ответы, которые ты ищешь! Ты выглядишь обеспокоенной...? — ВотспасибочтотытакоймилыйПОКА! Бард бросила ему серебряный слиток из их денежного мешка и радостно закрыла дверь. Приглушённое «мэм, это серьёзная переплата- О, какого чёрта. Пока! Спасибо!» послышалось снаружи, прежде чем «Пегас» взлетел. Бард бросилась к столу, положила запечатанное письмо перед Эпплджек и села рядом с ней, ожидая. Все остальные за столом переминались с ноги на ногу позади неё, чтобы взглянуть на картину, а Фермерша всё это время смотрела на неё с колотящимся сердцем и тревогой. — Ну, давай, открывай! — подтвердила бабушка, подталкивая её. Все остальные вокруг согласились с ней. Она закрыла глаза, глубоко дыша, пытаясь успокоить сердце. Разбойник тоже подтолкнул её. — Чувак, давай, чего ты ждешь? Все хотят знать, что в этом. — Я думаю!!! — заявила Эпплджек, прикрывая письмо копытом. Эппл Блум вскочила на стол, взволнованная. — О чём тут думать?!! Давай, сестрёнка!! Пинки дружелюбно положила копыто ей на плечо. — Эпплджек. Она тянется… Поколебавшись ещё немного, Крестьянка выдохнула. Собравшись с духом, переведя дух, она открыла письмо.

Дорогая Эпплджек.

Тоска по тебе причинила мне глубокую боль.

Я обременила себя размышлениями, прежде чем написать это письмо, но это нужно было сделать. Мне нужно было дать тебе этот шанс.

Я люблю тебя больше, чем могу вынести... Но я не могла позволить себе разрушить твою мечту. Если ты чувствуешь то же самое ко мне, тогда, ну...

Знай, что я совершенно лишена счастья, зная, что выйду замуж за этого ужасного Принца. Даже если это была моя мечта, она того не стоит. Не со скукой по тебе.

Свадьба состоится сегодня, когда солнце будет выше всего на небе.

Помнишь, ты сказала, что сделаешь всё, о чём я тебя попрошу?

Если ты всё ещё чувствуешь то же самое... И если ты любишь меня так же, как я люблю тебя…

Тогда приди и спаси меня из другого замка, Мой Рыцарь. И я буду твоей.

Я люблю тебя, Эпплджек.

P.S. Тебе на самом деле не нужно разрушать его замок, я просто пишу это, потому что знаю, что ты это сделаешь.

— Твоя “сахарок”

Откинувшись на спинку стула, широко раскрыв глаза и уставившись на листок бумаги, Эпплджек громко выдохнула. — Она... Она спросила...! Вокруг неё раздавались тихие разговоры о письме и его теме, подчеркивающие, насколько оно романтично, или как удивительно, что Принцесса могла написать такие вещи. А Эпплджек всё это проигнорировала. Она встала со стула и направилась к двери, взяв шляпу с вешалки. Бабушка ахнула, увидев в ней узнаваемый драйв. — Куда ты идёшь? С целеустремленностью Эпплджек прищурилась, подняла свой рюкзак и полезла в него. — Я её Рыцарь. Она попросила — поэтому я иду. Она достала из рюкзака предмет, о котором не думала уже несколько дней, может, недель. Флаттершай ахнула при виде этого предмета. Это была флейта, призывающая драконов, которую ей подарил друид. Эппл Блум с беспокойством подошла к ней. — Н-но это целый замок??! Что ты собираешься делать?! Эпплджек открыла дверь и приготовила флейту. — Ничего разумного.