Глава 3

Ранним, холодным утром Билл шагал по пустынной автостраде, петляющей в горах. Вокруг стояла звенящая тишина — не слышно было ни автомобилей, ни птиц, только ветер, шуршащий в ветвях сосен, что покрывали склоны бесконечной цепи гор. Серое небо отражало его состояние — глухое, мрачное и полное скрытой опасности. Холодный воздух резал легкие, но Биллу было всё равно. Он шёл, не останавливаясь, медленно ведя пальцами по металлической ограде, которая разделяла его от зияющей пропасти. Легкий звон металла, похожий на отголосок чего-то древнего и забытого, сопровождал его шаги, словно напоминание о том, что границы между жизнью и смертью тонки, и сдвинуть их под силу лишь одному его желанию. Он улыбался — улыбкой, в которой не было ни радости, ни веселья. Лишь хищное, болезненное предвкушение. "Как я представлюсь этим Пайнсам?" — думал он, глядя на извивающуюся дорогу впереди. Билл хотел убить их всех, раз и навсегда стереть это глупое семейство с лица земли. Но разве это было бы интересно? Разве такой конец стоил того? Внутри его сознания кружились мысли, как хищные вороны, жадно разрывающие плоть. Нет, он должен играть с ними дольше, не просто уничтожить, а заставить их мучиться, страдать, переживать боль, что заставляет душу скулить, как раненого зверя. Оставить одного из близнецов в живых... Да, эта мысль уже пустила корни, и теперь он не мог от неё избавиться. Ему нужно время, чтобы определиться, кого из них сохранить. Недели две будет достаточно. А затем он убьёт их всех. Всех, кроме одного. Он на миг остановился, посмотрел в сторону и увидел, как далеко внизу раскинулись горы, покрытые густым ковром сосновых деревьев. Они стояли, мрачно возвышаясь над миром, как стражи, охраняющие забытую вечность. Тусклый свет рассвета не придавал им величия — напротив, они казались чем-то чуждым и жутким, словно тени, что таились в каждом повороте дороги, готовые проглотить всё живое. — Как же скучно… — Билл скривился, его губы дрогнули, и он снова зашагал вперёд. Этот мир, человеческий мир, казался ему бесконечно пресным, обыденным. — Что ещё ожидать от людского существования? Везде одно и то же — деревья, горы, города, люди… Гравити Фолз ничем не отличался. Те же сосны, та же скука, те же ограниченные существа. — он вспомнил Форда — и холодная волна злобы захлестнула его с новой силой. Билл чувствовал, как ярость вспыхивает внутри него, как огонь, которому лишь дай волю — и он сожжет всё на своём пути. «Форд… » — он буквально выплюнул это имя про себя. Предатель. Как же Билл ненавидел его. Воспоминания о том, как тот отверг его, как разрушил всё, что они могли создать вместе, заставляли его душу кипеть. Да, он обманывал Форда, скрывал многое, но разве это не было необходимо? Он же хотел для него лучшего! Разве не хотел Форд освободить этот мир от серости, от этой удушающей обыденности, сделать его чем-то большим, чем жалкое существование, заполненное страхами и ограничениями? — Я ведь действительно хотел его сделать своим другом! — Билл заскрипел зубами, его глаза засверкали, как два маленьких яростных костра. Они могли бы покорить миры, оставить позади всю эту человеческую мерзость, но нет... Теперь этому не бывать. Билл уничтожит всё, что дорого Форду. «Убью всех Пайнсов… кроме одного», — холодный план, чёрный как бездна, возникал у него в голове. Мучительное предвкушение наполняло его, как яд. — «А затем использую близнеца для своей мести. Он станет ключом к разрушению Форда. И тогда тот поймёт, каков вкус предательства». Окружающий мир терял смысл в его сознании. Сосновые деревья, извивающиеся серые дороги, холодный ветер всё это становилось декорацией, мрачной сценой для его безумных замыслов. А его шаги, бесшумные и уверенные, несли его к новой цели. В его глазах плескалась тьма, густая и непроницаемая, та самая тьма, что рождалась в безумии и никогда не угасала. Билл продолжал идти по автостраде, его шаги были размеренными, а взгляд отсутствующим, когда вдруг позади послышался звук приближающейся машины. Раздражённо хмыкнув, он решил не оборачиваться — в конце концов, люди вокруг него были ничем не лучше насекомых, жалкие создания, пресмыкающиеся по своей ничтожной жизни. Он шёл дальше, словно не замечая звука мотора, но внезапно машина замедлила ход и остановилась прямо рядом с ним. Билл бросил короткий, презрительный взгляд в сторону — внутри сидели двое парней, один из которых с излишней энергией высунулся в окно и махнул ему. — Хей! — крикнул рыжий парень в зелёной шапке, его голос был громким, будто эхо, раздражающим слух. — Как такая красотка оказалась в такой глуши, далеко от города? — Ричи, заткнись! — раздражённо буркнул второй парень с чёрными волосами, его лицо оставалось почти неподвижным, а тон был явно более сдержанным. Он выглядел гораздо серьезнее, чем его спутник, одет в белую рубашку поверх которой был серый свитер. — Вам нужна помощь, мисс? Билл позволил себе задумчиво рассмотреть их. Первый парень, рыжий и слегка простоватый на вид, казался типичным уличным дурачком, таким же бесполезным и надоедливым, как Стэнли Пайнс. Второй же, с холодным, почти безжизненным взглядом, был несколько более интересен. В нём была какая-то тень, нечто напоминающее об одном друге близнецов, Робби Валентино. Люди, люди, люди… Сколько их было на его пути. Все они такие предсказуемые, такие жалкие, каждый со своими глупыми амбициями и ничтожными страстями. «Насекомые», — подумал он с презрением, пока на его лице играла фальшивая маска грусти и беспомощности. Они были идеальными марионетками для его игр. Это будет интересно… хотя бы на несколько минут. — Да, — вздохнул он, делая вид, что обдумывает слова, и заговорил с надрывом в голосе. — Я немного заблудилась… — его голос дрожал, глаза притворно блестели. — Я ехала с друзьями в Калифорнию, но мы… мы поссорились. И они просто бросили меня здесь… одну… — Билл выдавил несколько фальшивых слёз, стараясь добавить трагичности. «На что не пойдёшь ради жалости этих ничтожеств», — думал он, пока его лицо и голос изображали отчаяние. Ричи округлил глаза, явно поражённый такой историей. Он выглядел так, будто собирался выскочить из машины, чтобы обнять её. — Ого! Вот же сволочи! — возмущённо воскликнул он. — Марк, мы должны ей помочь! Это ужасно! Марк тяжело вздохнул, явно раздражённый порывом своего друга, но не мог оставаться равнодушным. В его взгляде просматривалась лёгкая настороженность, но в то же время он не мог отказать. — Ричи, успокойся, — он отстранил друга рукой и посмотрел на Билла с серьёзным выражением лица. — Хотите, чтобы мы вас подвезли? Билл с внутренним удовлетворением наблюдал, как его манипуляции сработали. Как легко они попались на его удочку. Его улыбка, едва заметная, блеснула на мгновение, прежде чем он театрально захлопал в ладоши, изображая радость. — О, как это мило с вашей стороны! Я была бы так признательна! — воскликнул он, будто ребёнок, радующийся неожиданному подарку. Ричи улыбнулся от уха до уха, явно довольный тем, что они были такими "героями". — Запрыгивай! — весело крикнул он, словно это была их ежедневная рутина — спасать заблудившихся девушек на автостраде. Марк, всё ещё не до конца убеждённый, вышел из машины и, чуть замедлив шаги, открыл заднюю дверь. Его движения были сдержанными, осторожными. Но это только усиливало удовольствие Билла. Как же он любил видеть этот тонкий страх, таящийся в глазах людей, ту едва уловимую подозрительность, которую они пытались подавить ради иллюзии добродетели. Билл сел на заднее сиденье, наблюдая, как Марк с лёгким сомнением закрыл дверь, не хлопая. Когда они тронулись, мотор тихо заурчал, и авто начало плавно катиться по дороге. Билл расслабился, сделав вид, что наконец обрёл покой после долгих странствий. Но внутри его сознания бурлила язвительная насмешка. Эти двое были настолько предсказуемы, что скука накатывала быстрее, чем он мог бы ожидать. Всё это превращалось в ещё одну бессмысленную игру с безмозглыми марионетками. «Как комары, жалкие, ни на что не годные. Жужжат, раздражают, пока ты их не прихлопнешь», — мелькнуло у него в голове. Он даже позволил себе лёгкую усмешку, скользнувшую по его лицу, пока он делал вид, что любуется видами за окном. «И когда я с ними покончу… они даже не осознают, что с ними случилось. Как тупые насекомые — не способны ни на что, кроме инстинктов». Сидящий впереди Ричи продолжал нервно ерзать на месте, и его голос пронзил тишину: — Какую же мы, всё-таки, красотку подобрали! — Ричи почти пищал от восторга, его улыбка раскрылась так широко, что из-за неё были видны блестящие брекеты на зубах. — Я никогда не видел такой красотки! Билл лишь внутренне поморщился. Этот парень был слишком предсказуем — простой, глупый, с лицом наивного ребёнка, попавшего в сказку. «Смешно, как эти существа видят только оболочку. Стоит лишь немного поиграть на их жалких эмоциях, и они уже полностью у тебя в руках». — Заткнись, Ричи, — резко шёпотом прорычал Марк, пытаясь сохранить хотя бы остатки самоуважения. — Ты вообще себя слышишь? Она может подумать, что мы маньяки какие-нибудь или извращенцы! — Да брось, — расслабленно отмахнулся Ричи, совсем не понимая, насколько нелепо выглядит. — Я не похож на маньяка или извращенца. А вот ты… — ЗАВАЛИСЬ! — выкрикнул Марк, явно потеряв терпение, отчего Билл едва не рассмеялся вслух. Его чутье к человеческой глупости не подвело: эти двое были настоящим комедийным дуэтом. «О, это даже лучше, чем я думал. Один тупой как пробка, лезет куда не надо, второй — слишком запуганный собственной тенью, чтобы сделать хоть шаг без опаски. Ну разве не умора?» — мысленно Билл злорадно ухмыльнулся. — Кхм... Так, куда ты едешь? — резко спросил Марк, пытаясь скрыть раздражение и бросив мимолётный взгляд в зеркало заднего вида. Билл притворно вздрогнул, делая вид, что нервничает. «Держать их в напряжении... они так легко поддаются давлению. Не хочется разочаровать». — М? На юг, мне нужно в Калифорнию, — немного неуверенно произнёс он, добавляя в голос нотку тревоги. — Ты уже говорила, — подметил Ричи с глупой ухмылкой, — но в какой именно город? Билл на секунду притворно задумался, словно пытаясь вспомнить детали, которые не имели значения. Внутри же всё кипело от презрения к этим двум идиотам. «Как же легко вас водить за нос, как слепых котят. Ещё один шаг, и вы полностью у меня на крючке». — Мне нужно в Пьемонте, — немного спокойнее ответил он, изображая облегчение от того, что нашёл «помощь». — Откуда ты родом? — с интересом спросил Марк, снова бросив короткий взгляд в зеркало. Теперь его тон был чуть более настороженным. Билл изобразил короткий, нервный вздох. — Из Нью-Мексико, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал уязвимо. «И вы готовы поверить в любую чушь, лишь бы она не выбивалась из вашей скучной реальности. Люди такие предсказуемые. Всегда верят в то, что им удобно». — Что случилось такого, что тебя решили бросить одну посреди дороги? — нахмурившись, задал вопрос Марк, в его голосе звучали нотки подозрения. — Марк! — с раздражением выкрикнул Ричи, от чего Билл слегка поморщился от неприятного звука. — Ну нельзя же такое спрашивать! Это же неприлично! Марк скривился и раздражённо вздохнул. — Я просто хочу понять, что произошло, — продолжил он, не сводя глаз с дороги, но уголки его губ сжались в напряжении. — Может, она вообще всё выдумала. Вдруг она... какая-нибудь маньячка. Билл едва сдерживал смех. Этот момент был особенно забавным. «О, Марк, как ты близок к правде, но слишком туп, чтобы её увидеть. Даже твои инстинкты орут, что что-то не так, но ты слишком глуп, чтобы последовать за ними». — Ребята, пожалуйста, не ссорьтесь, — вкрадчиво начал Билл, вплетая в голос мягкость и спокойствие, словно старался успокоить этих простых людишек. — Мы поссорились из-за того, что один из моих друзей, Зак... притащил траву. Я была категорически против. Ну а остальные... они были не прочь покурить это дерьмо, — Билл начал изображать скорбь, стараясь выглядеть как можно более уязвимо. — Вот они и бросили меня тут одну… Слова были искусно подобраны, как яд, медленно просачивающийся в разум его "спасителей". Билл позволил себе притворно всхлипнуть, утирая «слёзы». Фальшивое рыдание эхом отозвалось в тесном салоне машины. — О боже, это ужасно, — выдохнул Ричи, его лицо исказилось от жалости. — Как они могли тебя бросить? — Сволочи, — пробормотал Марк, теперь его тон был мягче, и он уже почти не сомневался в её словах. «Вот так. Такие простые, такие глупые. Люди всегда доверяют тому, что видят, никогда не сомневаются в маске». Билл, устроившись на заднем сиденье, сдерживал победную ухмылку, смотря, как эти двое становятся всё более расслабленными и доверчивыми. Его мысли, подобно ядовитым змеям, извивались в сознании, оплетая его волю. «Как смешно. Вы всего лишь игрушки в руках чего-то, чего никогда не поймёте. Даже не догадываетесь, как близки к своему концу… Но не спешите, порадуйте меня ещё немного. Мне нужно время подумать, прежде чем я разорву вас на кусочки», — мысли Билла становились всё более мрачными и жестокими. Внезапно Ричи развернулся в сторону заднего сиденья, резко забыв, что именно он был за рулём, и его лицо озарилось яркой улыбкой. — Ох! Чуть не забыл! — громко воскликнул он, словно только что осознал что-то важное. — Меня зовут Ричи, — он указал на Марка, который в панике пытался вернуть контроль над машиной, — а это мой друг Марк. Марк резко дёрнул руль, когда машина слегка качнулась на дороге, и его голос прорезал воздух: — Ричи, твою мать! Вернись к рулю, кретин! — он чуть не закричал от страха, его руки побелели от напряжения, сжимающего руль. — Ты нас всех угробишь! Ричи, вскрикнув, быстро вернулся к своим обязанностям, не теряя при этом улыбки, словно всё это было шуткой. Билл наблюдал за ним с насмешкой, внутренне кипя от смеха. «Как же легко испугать этого идиота. Ещё немного — и он упадёт в свою собственную панику». — Меня зовут Би… атрис, да. Беатрис Сайфер, — Билл изобразил смущение, словно впервые представляясь. Его новое "имя" словно бы вызвало у него лёгкую улыбку, ведь это был ещё один способ потешаться над ними. Они никогда не догадаются, кем он был на самом деле. — Интересное имя… — Марк посмотрел на неё через зеркало с каким-то подозрением, словно пытаясь уловить что-то, что ускользало от его понимания. — Ого! У тебя такое красивое имя! — с радостной простотой воскликнул Ричи, искренне восхищённый. В его голосе не было ни намёка на сомнение, только чистое желание подбодрить "бедную девушку". — Спасибо! — Билл изобразил благодарную улыбку, но внутри него всё больше нарастала презрительная насмешка. «Как же легко вы ведётесь на такие мелочи. Глупцы. Вы заслуживаете того, что с вами случится». Машина продолжала ехать по извилистым дорогам, окружённым густым лесом, и Марк вдруг снова заговорил: — А зачем тебе вообще нужно в Пьемонте? — спросил Марк, повернув голову резко назад. Билл сделал вид, что слегка смущён, его ум лихорадочно прокручивал сценарий. «Чёрт, не подумал об этом заранее. Но ничего, этим идиотам подойдёт любая версия». — Оу… — Билл нервно улыбнулся, его взгляд слегка блуждал, создавая иллюзию размышлений. — Я еду… на работу! — добавил он, как будто только что вспомнил важную деталь. — Что? — одновременно переспросили оба парня, переглянувшись, словно услышав что-то неожиданное. — Да, мои друзья и я направлялись на подработку, — Билл с лёгкостью выдал очередную ложь. — Дядя моей подруги Стейси предложил нам работу. Я вот собираюсь работать няней для двух близнецов. Он улыбнулся самой глупой из своих улыбок, стараясь не рассмеяться, глядя на их удивлённые лица. «Какая же нелепая история, но для вас, идиотов, она вполне сойдёт. Вы даже не осознаёте, что я играю с вами, как кот с мышью». — Ого! Это круто! — снова воскликнул Ричи, широко раскрыв рот в восхищении, не уловив ни единой фальшивой ноты в рассказе Билла. — А мы с Марком едем на концерт! — с гордостью добавил он, явно ожидая, что его новость произведёт впечатление. — Концерт? — переспросил Билл, приподняв бровь, словно ему действительно было интересно. «Концерт. Ещё одна бессмысленная человеческая забава. Как много времени и энергии они тратят на такую ерунду». — Ага, — подтвердил Марк, его голос стал чуть мягче, словно разговор помог ему забыть о подозрениях. — Мы собираемся выступать. Я играю на гитаре, а Ричи поёт. — Понятно, — Билл кивнул, сделав вид, что его действительно заинтересовала их банальная жизнь. «Как же скучно, эти люди со своими жалкими амбициями. Концерт, работа, семья… всё это не имеет значения. Как же они наивны. Но я… я покажу им истинное лицо реальности». Когда Марк неожиданно полез в бардачок и достал оттуда книгу с изысканной обложкой, Билл машинально скользнул взглядом по ней, не придав значения. Но внезапно что-то привлекло его внимание: золотые узоры, звёзды, насыщенный синий цвет, изображение величественного особняка… Сначала книга показалась ему очередной человеческой безделушкой, но потом он заметил название — "Великий Гэтсби". Билл на мгновение задержал взгляд на книге, и его внутренняя усмешка усилилась. Как бы он мог не узнать это произведение, если читал его сотни раз в разных формах и версиях за все свои бесконечные существования. Но эта обложка сбила его с толку. — Ты читаешь Великого Гэтсби? — не сдержав довольную ухмылку, спросил Билл, с некоторым удивлением и даже ироничным восхищением в голосе. Марк, несколько смущённый, отвёл взгляд и пожал плечами, отвечая неуверенно: — Эм... Да. — он слегка покраснел, явно не ожидая такого вопроса от попутчицы, которую они подобрали на дороге. — Ты… тоже читала? Билл откинулся назад и с притворной радостью воскликнул: — Читала? Ха! Да я читал его раз сто! Это же, без сомнения, лучшая книга во всей галактике! — он смотрел на Марка с видом эксперта, при этом его глаза слегка блестели от скрытой насмешки. «Какая же ирония. Люди так цепляются за свои банальные истории о пустых мечтах, не осознавая, насколько их жизнь бессмысленна». Марк моргнул от неожиданности. Он явно не ожидал такого энтузиазма от "Беатрис". — Даже так? — неуверенно переспросил он, поднимая брови. — Не знал, что другим подросткам нравится Великий Гэтсби. Ричи, который до этого с безразличием смотрел в окно, повернулся, услышав название книги, и скривился. — Только не ботанская хрень! — недовольно буркнул он, словно обсуждать литературу было ниже его достоинства. — Великий Гэтсби не хрень! — почти хором воскликнули Билл и Марк, словно на секунду забыв о своих различиях. Ричи приподнял руки, чтобы успокоить обоих, и вздохнул, сдаваясь: — Ладно, ладно, не надо кричать. Если вам нравится эта... книжка про богачей и фонтаны, пусть будет так. Билл лишь покосился на Ричи, его губы снова искривились в ухмылке. «Этот парень так предсказуем. С такими же можно и не стараться. Хотя… он может быть полезен. Его тупость всегда забавляет». Марк тем временем, будто приободрившись, продолжил разговор: — Ты правда читала его сто раз? — он снова посмотрел в зеркало заднего вида, словно не веря своим ушам. Билл, не скрывая наигранной радости, взмахнул рукой: — О, конечно! Это такая глубокая книга. Это ведь не просто история о богачах. Это история о людях, которые гонятся за пустотой! Джей Гэтсби — воплощение всех тех глупых стремлений, которые ничего не стоят. Он строил свой мир на мечтах, но в итоге его мир рухнул. Знаешь, это так… правдиво. — Билл почти шептал, его голос был пропитан искусственной страстью. «Они верят в сказки. Люди всегда цепляются за что-то, за свои жалкие иллюзии о значимости жизни. Как же забавно наблюдать, как они раз за разом попадают в ту же ловушку. И этот Гэтсби — такая же пустая оболочка, как и все остальные. В конце концов, ничто не имеет смысла». Марк на мгновение задумался, словно слова Билла действительно его впечатлили. — Хм... Никогда не думал об этом так. — Марк явно растерялся, словно "Беатрис" открыла ему что-то новое. Билл внутренне усмехнулся. «Как же легко манипулировать этим мальчишкой. Он жаждет чего-то большего, но не понимает, что всё это пустота. Он думает, что книги могут открыть ему истину. Но он понятия не имеет, как устроен мир на самом деле». Ричи тем временем снова вздохнул и покачал головой, не проявляя никакого интереса к их разговору: — Ну, вы и ботаны… Я лучше поищу по радио что-нибудь повеселее. Когда Ричи потянулся к радиоприёмнику, чтобы включить музыку, Билл закрыл глаза и слегка откинул голову назад. За окном темнело, и дождь всё ещё стучал по крыше машины, как будто сам мир плакал от отчаяния. Мрачные леса, огибающие дорогу, скрывались за пеленой дождя, их силуэты казались чернее ночи. «Какая же эта реальность скучная… Но ничего. Я сделаю её интересной. Очень скоро они увидят, что такое настоящий хаос». Капли стекали по стеклу машины, создавая жидкие дорожки, которые напоминали о тонких границах между миром живых и его собственным миром хаоса. Миром, где не было ничего постоянного — только разрушение, только конец. Машина медленно катилась по мокрой дороге, погружённой в густую темноту леса, а перед его внутренним взором разворачивалась сцена ужаса, сплетённая из самых мрачных фантазий. «Пайнсы… Эти жалкие людишки... Все они скоро станут пылью», — мысли Билла разливались, как яд, обволакивая его сознание. Вид из окна был не более чем серой мешаниной теней и размытого пейзажа: мокрые деревья склонялись к дороге, словно вытягивая свои костлявые руки к машине. Сосны чернели на фоне угрюмого неба, их силуэты казались враждебными, угрожающими. «Их дом. Их смех. Эта тёплая, глупая семейная идиллия… Как же это омерзительно. Всё это сгинет, как и они. Стэнли. Форду я должен кое-что особенное. И, конечно, близнецы. О, я сделаю так, чтобы они страдали дольше всех. Я лишу их надежды, я сотру с их лиц даже тень улыбки». Билл с трудом сдерживал рвущийся наружу смех, поглощённый своими мыслями. В его голове хаос уже начал своё медленное, беспощадное движение. «Я буду играть с ними, как кошка с мышью. Но они — не просто жертвы. Они мои марионетки, а я — их кукловод. Весь этот мир — лишь сцена для моего безумного спектакля». Сквозь сонливость он едва замечал, как туман застилает дорогу, поглощая свет фар, растворяя мир в мутной дымке. «Этот лес… Такое же унылое место, как и весь этот жалкий мир людей. Деревья, тьма, дождь. Всё такое же предсказуемое. Они думают, что живут в безопасности, что контролируют свою жизнь… Но как же они ошибаются. Никакой безопасности нет. Есть только я и хаос, который я принесу». За окном лес казался бесконечным, его мрачные сосны поднимались высоко, словно древние стражи, нависающие над дорогой. Их тёмные, мокрые ветви сливались с небом, скрывающимся за плотной завесой туч. Капли дождя, удары ветра — всё это было не просто погодой. Это был сам мир, который начинал содрогаться перед бурей, перед тем, что придёт вслед за Биллом. «Они все заплатят за то, что стояли у меня на пути. Но сначала… Сначала они испытают настоящий ужас. Каждый миг, каждая секунда их жизни станет пыткой. Никакой пощады. Никаких сожалений». Билл погружался всё глубже в свои тёмные мысли, уже представляя себе, как это будет. Форда он разорвет на части не физически, нет. Сначала — его разум. Старик будет сходить с ума медленно, чувствуя, как всё, что он знал, разваливается у него на глазах. Как всё, что он любил, исчезает. А Стэнли? О, с ним будет проще. Он всегда был тупым, но это сделает его боль только острее. «Я доведу их до безумия… до самого края», — мрачные образы вихрем пронеслись в голове Билла. Дождь теперь стучал по стеклу всё громче, словно сам мир пытался предупредить о надвигающемся кошмаре.