3

Третий раз включал в себя победу над одержимым "обществом идеальных героев" серийным убийцей, у которого не было носа, как у Волдеморта из "Гарри Поттера", просто...с причудой вместо магии. Изуку даже не был в Мусутафу во время этого инцидента. Он тогда учился в Хосу, практикуясь в боевых искусствах со своим учителем, в основном отставным линчевателем по имени Кастет, который немного перегибал палку в боях, но был очень надежен, когда дело касалось борьбы с преступностью и правосудия. Вроде бы. В любом случае, он шел пешком на вокзал, чтобы вернуться в общежитие старшей школы и отдохнуть. Он брел, спотыкаясь, по улице, уставший от тренировок (и от жизни в целом), когда здание вдалеке охватило пламя. За ним последовало еще несколько зданий. А потом по городу бродило множество существ, которые выглядели как люди, но на самом деле не были таковыми? И у всех этих существ мозг располагался на макушке? Изуку никогда еще не был в таком замешательстве. Но в то же время он чувствовал, как что-то шевелится внутри него, побуждая защитить, помочь. Хотя, черт возьми, что он должен был защищать? Вселенная ответила на его вопрос в виде лязга металла о металл и глухого стука чего-то тяжелого, упавшего на пол. Руководствуясь инстинктом самосохранения главного героя фильма ужасов, Изуку быстро направился туда, откуда, как он полагал, доносился звук, несмотря на все свои ноющие суставы и мышцы. Это был еще один темный переулок, но здесь преступником был печально известный герой-убийца Стейн, а не просто какой-то случайный бандит. И если Изуку не изменяет память, то человек, на которого Стейн направил свою катану, был Иида Тенья, студент-герой Юэй и младший брат Ингениума, в то время как местный профессиональный герой, Индеец, лежал, истекая кровью, на земле, медленно теряя сознание. Первоочередной задачей героя должно быть спасение людей, а затем поимка преступника. Но когда он увидел, как в глазах Ииды горит жажда мести, он сразу понял, что его цель - месть, в которой нет никаких чувств, кроме горя и гнева. Изуку должен был как-то помочь Ииде, пока тот не пострадал сильнее, чем рана на ноге, или не совершил чего-то, что безвозвратно разрушило бы его будущее, например, не совершил убийство. “Иида-кун, пожалуйста, отойди!” “Это то, что я должен сделать сам. Мне не нужна твоя помощь!” “Отойди. Назад” Повторил Изуку со спокойствием в голосе, от которого мелкие преступники пачкали штаны, а по спине Ииды пробежали мурашки, заметные даже сквозь его доспехи. "Я уже некоторое время наблюдаю за тобой, Декиру. Ты достоин. Прямо. Как. Всемогущий. Так что сегодня не день твоей смерти. Я убиваю только фальшивок, и этот студент из Юэй - идеальный пример фальшивого героя. Разве ты не согласен?” Произнес Стейн, и безумие окутало его, а лунный свет отразился от его окровавленной катаны. В любой другой день Изуку отверг бы это обвинение, и смутился (и краснел, и заикался, и...) из-за того, что его сравнили со Всемогущим, но не тогда, когда человек, сравнивающий его, был убийцей. Тем, кто убил множество людей, чтобы достичь своего идеального мира, вместо того, чтобы дать им время вырасти. Это было неправильно. “Он все еще студент. Вы даже не собираетесь дать ему время поучиться на своих ошибках? Люди меняются, знаете ли”. “Это так печально, что ты защищаешь подделку. Я ожидал от тебя большего, Де-ки-ру” сказал Стейн, его разочарованный голос разбивал рабочее имя Изуку на слоги, когда он бросился вперед, изодранный шарф волочился за ним. Все, что Изуку мог чувствовать в тот момент, - это страх, от которого леденело сердце и который удерживал от любого движения, за исключением дрожи в ногах. Казалось, он не мог сдвинуться с места, даже когда меч приближался все ближе и ближе к его телу. Как будто ему снова было шесть лет, и он пытался защитить какого-то случайного ребенка от гнева Каччана, кровь стыла в жилах, и каждый мускул в его теле требовал от него что-то сделать. Но все, что он мог тогда сделать, - это принять это. Примите весь этот гнев без жалоб и станьте не более чем прославленной боксерской грушей. Но на этот раз? На этот раз ему удалось заставить свое тело повиноваться. Менее чем через секунду лезвие вонзилось в стену позади него, а на верхней части бицепса, в том месте, где он его задел, остался неглубокий порез. Если бы он хоть немного замешкался, лезвие пронзило бы его мышцы насквозь. Возможно, этого было недостаточно, чтобы убить, но определенно достаточно, чтобы остановить его работу линчевателя, точно так же, как Стейн помешал Ингениуму продолжать работу героя. Он прыгал вокруг, уворачиваясь от ножей и других острых предметов, которые летели в него из, казалось бы, бесконечного арсенала, пытаясь найти лазейку, которую он мог бы использовать. Посреди всех этих безжалостных атак ему каким-то образом удалось сказать парализованному Ииде, чтобы тот вызвал подкрепление. Он знал, что не сможет сделать это в одиночку, не с двумя потенциальными жертвами, не без причуды. (В конце концов, он был всего лишь бесполезным, лишенным причуд Деку. Что, черт возьми, заставило его думать, что он вообще изменился?) Кратковременная потеря внимания. Представилась возможность. Пятно слизал кровь Изуку с острого лезвия. Он не мог двигаться, не чувствовал своих конечностей. Он был парализован. (Он действительно бесполезен.) Внезапно температура в переулке резко упала, и в поле его зрения попал лёд. По земле растекался верглас, а над ним острыми сверкающими точками поднимались ледники, направляясь прямо к Стейну. Атаку возглавлял другой мальчик, ровесник Изуку, золотой сын Старателя, Тодороки Шото, который не использовал свою огненную часть на протяжении всего спортивного фестиваля и в итоге занял второе место. До него дошли слухи, что Старатель был абсолютным тираном, и действия его сына только доказывали это. Он не воспользовался своей огненной стороной, даже когда Стейн напал на него, рассек ему щеку и наклонился, чтобы слизать кровь. И тут чей-то голос прорезает быстро нарастающее напряжение в переулке. "ТОДОРОКИ-КУН, ЭТО ВЕДЬ ТВОЯ СИЛА, НЕ ТАК ЛИ?!" О, это его голос, но в нем столько эмоций, каких не было уже довольно давно. Адреналин бурлит в его венах, а отчаяние скапливается в животе, когда он кричит изо всех сил. В тот момент он был легкой добычей, и все, о чем он мог думать, это о том, что он не хотел умереть в каком-нибудь темном переулке, где воняло кровью, рвотой и другими отвратительными вещами, которым нет названия. Он хотел помочь большему количеству людей. Он хотел что-то изменить. Он не хотел умирать! “ИСПОЛЬЗУЙ СВОЙ ОГОНЬ, ЕСЛИ ХОЧЕШЬ ВЫБРАТЬСЯ ОТСЮДА ЖИВЫМ! ЕСЛИ ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ХОЧЕШЬ СТАТЬ ГЕРОЕМ!” Ответом на его крики стала волна огня, которая прокатилась слева от Тодороки, обдавая стены яростным жаром. Теперь Изуку мог двигаться, и, очевидно, Иида тоже. Он не знал ни одного из них достаточно хорошо, но они почти без проблем сработались, чтобы схватить Стейна. К тому времени, как прибыли герои, Изуку уже давно исчез, оставив лишь кусочек виридиановой ткани в качестве доказательства того, что он когда-либо был здесь. На следующий день главный заголовок ежедневной газеты гласил, что Стейн, по-видимому, потерпел поражение и был взят в плен Старателем, но затем скончался из-за сломанного ребра. Изуку надеялся, что он каким-то образом помог этим двум парням, пусть даже совсем немного.