Часть 2

      Мелкая блондинистая девчонка со счастливыми криками сиганула с вороньего гнезда, придерживая подол простенького платьица приятного мятного цвета.       — Ви-и-и-и!       Зажмурив глаза насыщенного карего цвета, малышка почувствовала, как её немного неуверенно, но всё-таки подхватили, не дав разбиться о палубу.       — Ещё! Ещё!       — Нетушки, мелочь.       — Ну Ба-а-а-а-аги! Ну пожа-а-а-а-алуйста! Это ведь так весело!       Восьмилетку полностью опустили на землю, а руки вернулись своему законному хозяину. Конечно же, девчонка сразу подбежала к голубоволосому подростку и стала восторженно прыгать вокруг него.       — Пожа-а-а-алуйста! Папочка, мамочка и остальные ведь скоро вернутся! Ну последний раз! Ну пожалуйста!       — Нет, нельзя так. — Юнга выглядел непреклонным. Для укрепления этих позиций он даже недовольно скрестил руки.       — Ну Ба-а-а-а-аги-сама! Ты… То есть, вы. Вы такой сильный! Неужели вам слабо сделать это один, самый-самый последний раз?! — Эш приняла последнюю попытку уломать красноносого, хитренько поглядывая на него из-под неровно стриженой чёлки.       Бинго!       — Мне? Слабо? Ты издеваешься? Конечно же нет! Ладно, лезь давай, у тебя минута! Нет, даже меньше! — Встав в пафосную позу, парнишка задрал нос и прикрыл глаза, упиваясь тем, каким взглядом смотрела на него дочурка капитана. — И это… Это последний раз, усекла?       — Так точно!       Как так вышло, что они остались на Оро Джексоне вдвоём, даже без вездесущего Шанкса?       Всё просто! Роджер с Руж, по случаю возвращения первого, укатили на импровизированное свидание инкогнито. В своей маскировке они выглядели до ужаса потешными, но Эш порыв оценила и самолично навязалась пиратской команде. Ходила за взрослыми раздражающим хвостиком, путаясь у пиратов под ногами, совала свой нос куда не следует и активно подъедала запасы с кухни. И это только за полдня!       Поэтому блондинку благополучно сбагрили на плечи юнг.       А она и счастлива, а она и довольна. Забавный красноволосый парень в соломенной шляпе, которая, если верить байкам дядюшки Рейли, когда-то принадлежала папе, и синеволосый, чем-то смахивающий на клоуна. Но ему не нравится, когда она говорит про его нос, поэтому она милосердно не будет давать ему никаких характеристик. По крайней мере в устной форме.       В общем, они крутые!       Но они, причём оба, хотели погулять. А за кораблём надо следить. Вот так дилемма!       (Никто не соизволил объяснить Эш, почему за «Оро Джексоном» должны следить именно Шанкс и Багги. Надо, значит надо, в этом плане со взрослыми лучше не спорить.)       И вот, пираты ушли. Остались двое юнг, одна гражданская и один клабаутерман, про наличие которого все вышеперечисленные, наверное, были ни сном ни духом.       На мини-собрании, проведённом через пять минут после ухода взрослых, было решено выделить методом жеребьёвки одного несчастного страдальца, который будет следить и за мелкой, и за кораблём.       Что ж… Сегодня удача не на стороне Багги-самы.       — Прыгаю! — доверчиво прокричала юная Гол Д, с небольшого разбега сиганув с вороньего гнезда.       А дальше всё как в замедленной съёмке.       Вот она летит. Ветер треплет её волосы, в воздухе раздаются её счастливые крики, кожа на подмышках неприятно стягивается от того, что тело буквально повисло на двух кистях. А потом она пересекается с очень недобрым взглядом дядюшки Рейли. Рядом стоит, виновато опустив голову, Шанкс, явно отхвативший по полной. Соломенная шляпа сползла набекрень, повиснув на башенке из шишек.       Багги тоже их заметил… Заметил и, как самый настоящий, честный и праведный пират, мгновенно выставил капитанскую дочку как подобие живого щита.       Эш потупила взгляд, состроила самую тупую моську, на которую была способна, и безвольной куклой повисла на руках у юнги.       — Положи ребёнка на место. — Рейли говорил тихо, обманчиво расслабленно, но всё же с нажимом. Красноволосый, который уже огрёб, смотрел на эту сцену с интересом, неумело скрывая гаденькую улыбку.       — Это была её идея.       — Положи ребёнка. — Он говорил всё тише, тише… А молодняку становилось всё страшнее, страшнее…       — А может не надо?       — Положи…       Три минуты, и все трое, даже Эш, сидели на палубе и потирали шишки на головах.       Перепало всем, а кому-то (не будем показывать пальцем на одного мугивару) перепало даже по второму разу.       Но почему-то, когда его гнев поутих и старпом отвернулся, блондинка захохотала.       Смех почему-то оказался очень заразительным. Через полминуты от смеха трясся даже корабль.       С каждым мгновением это становилось всё громче и громче, громче и громче…       Подросток резко вскочила с кровати, тяжело дыша и слеповато оглядываясь в темноте, силясь понять, где же она находится.       Рядом надрывно плакал Эйс.       У мальца резались зубы, так что если подобные серенады ранее имели крайнюю редкость, то сейчас такое случалось по три-четыре раза за неделю.       Устало посморев на место, где предположительно должна стоять люлька, девушка встала и на ощупь маленькими шажочками пошла к окну, старательно огибая вещи, лежащие на полу.       Кажется… Здесь нужна уборка. Но всё утром, всё утром…       Отворив шторы, лунный свет осветил небольшое пространство чердака.       Подхватив ноющий кулёчек, дама стала расхаживать по комнате, напевая «Сакэ Бингса» и попутно отпинывая ногой лежащие на полу самодельные игрушки.

***

      — У меня никогда не будет собственных детей… — убитым голосом донеслось откуда-то из глубин плетёного кресла.       Был июль… Солнце пекло как сумасшедшее, превращая хижину в филиал ада.       Бандиты вытекли из дома и разбрелись по лесу в поисках тени.       Вытащили стулья, лёгкие плетёные кресла и качающуюся люльку (оказывается, Догра мастер на все руки. Эти же руки Эш была готова ему целовать. После изобретения этой шайтан-машины Эйс начал больше спать.)       Дама тоже начала больше спать. Синяки под глазами стали меньше, и она более даже не угрожала своим видом тем, что свалиться в обморок.       Счастливая, довольная, она растеклась в кресле, иногда лениво попинывая чудо-люльку.       — Как же хорошо~ — слегка отросшие волосы Гол Д собрала в небольшой хвостик. Всем своим видом она излучала умиротворение и покой.       Постепенно летняя жара начала сморивать её, и блондинка начала дремать.       И вроде всё хорошо. Эйс спит, Эш спит, даже Дадан сморило… В общем, идиллия!       Зато не спят бандиты, которым слегка (нет) хотелось жрать.       Вообще, с появлением дочки Роджера жизнь их стала намного комфортнее.       Настолько, что непривычненько было готовить самостоятельно.       И не то чтобы они боялись разбудить Эш.       Но она ведь одна не просыпается… Младший брат ревностно охраняет её и зачастую начинает бодрствовать синхронно с ней. Или она просыпается, стоит только начать плакать. А следом будет Дадан… А у Дадан кулак тяжёлый, особенно когда она злая.       В общем, пока что всё семейство Гол Д оставили мирно дремать в тени тропических деревьев.       Это — одно из счастливейших воспоминаний Эш.       Почти весь день её не трогали, младший брат не плакал вообще, а ещё было тепло (прям как в худшие в погодном плане тёплые дни на Батерилле).       Удушающая жара уроженке из Вест Блю была ни почём. И не с таким справлялись!       Жалко только, что это было одним из немногих счастливых воспоминаний после смерти родителей.       А что ещё более печально — таких дней и таких воспоминаний в ближайшее время не планируется.       В скором времени Эйс начал ползать…

***

      Дети шумные. Дети чертовски шумные гадёныши. С такими индивидуумами никто не стал бы долго находиться в одной комнате на добровольных щях.       Конечно, если это не твои родственники или если тебе за это не платят.       К сожалению, Эш за это не платят… А с подобным отношением создаётся ощущение, что она вообще не член семьи, а что-то совершенно левое, подобранное с помойки во имя одной-единственной благой цели — следить, чтобы его высочество пиратский принц не окочурился раньше времени.       Ведь Эйс тоже мелкий и шумный гадёныш, слежку за которым ей любезно навязали. Ну а что? Пусть сразу знает правду о себе и не обольщается!       А вообще, он — ленивая задница, которая решила сначала игнорировать все нормы развития стандартных, адекватных детей, а потом раз! — и вот он уже развивается быстрее, чем Эш успевает приноравливаться.       А она очень хорошо и быстро умеет приспосабливаться, так что всё вышесказанное о многом говорит.       У него окончательно прорезались молочные зубы, и он начал ползать…       В бандитском доме наступил ад.       Неугомонный чертёныш лез, куда не просили, вечно падал, скользил, вылезал из тех мест, куда бы он чисто физически не мог бы забраться, а ещё издавал такие звуки, что все здешние звери диву дивились!       Конечно же, у него появилось любимое хобби — кусать сестру.       Нет, зубами-то он цапал всё, что двигалось, а всё, что не двигалось, двигал и всё равно цапал.       Но только блондинку он кусал с особыми частотой, силой и рвением.       А это ещё пол беды… Не уж-то вы думали, что ночные серенады прекратились?       Конечно нет, это ведь святое!       Колики уже закончились, но его организм всё ещё перестраивается и формируется.       Дети в это период жизни такие слабые и беззащитные!       Если верить книжкам, то Эйс узнаёт только знакомые лица, знакомые голоса, всё ещё с запозданием реагирует на звуки, но уже способен концентрироваться на мелких объектах и питаться не только молоком.

***

      — Не кусай тётю Дадан. Это вредно, и ты можешь отравиться её пропитанной алкоголем кожей. Или кровью. Кусай лучше Догру, конечно, этого будет маловато, но до обеда тебе хватит. И он, по крайней мере, почти трезвенник, ты не траванешься.       Словно внемля её словам, младенец перестал грызть руку рыжей разбойницы и действительно пополз в сторону Догры.       И тут два варианта: он либо действительно умный, развитый не по месяцам и прочий бред, либо у него отличная интуиция.       Был вечер, была очередная пьянка, и именно поэтому Дадан, которая была слегка в щи, не обратила внимание на колкость тепличного цветка.       Эш, с видом самого удручённого и несчастного человека на свете, мыла обблеванные полы.       Эйс задорно грыз ногу первого попавшегося бандита. К сожалению или счастью, это был не Догра.       — Бля… Ну есть же тазик, специально для вас притащила. Если подаёте плохой пример ребёнку, то хотя бы в ёмкость! Ём-кость! Чтоб это по полу не размазывалось! Свиньи пьяные! И сволочи! Все вы сволочи! Скотины! Сво-ло-та! — негромко причитала Гол Д., старательно собирая в названный выше тазик кусочки непереваренной закуски.       Всё же пить что-то столь высокоградусное без банального хлебушка — самоубийство.       А бандиты не самоубийцы. Бандиты — это бандиты.       И стоило ей только подумать, лишь на секунду помыслить, что всё, можно хоть немного отдохнуть, как из угла, где лежали и храпели кучки пьяных тел, послышалось невнятное кряхтение.       — Уэааааааа!       Это был Гол Д. Эйс. Младшему брату надоело грызть чью-то ногу, и он очень решительно требовал внимания сестры.       — Как же ты… — гортанно, голосом, полным желчи к малышу, Эш лишь секунду думала, матюкнуться ей или нет, — заебал.       Психанув и кинув несчастную швабру куда-то в угол, возможно попадая кому-то в лицо тряпкой, измазанной в блевотине, подросток пошла в сторону, где предположительно бесновался мелкий.       Перед лицом Пиратского принца зависла кислая мина его старшей сестры-мамы. Может быть, сейчас она даже поиграет с ним! Ведь грызть те невкусные толстые палки (читайте как волосатые голые ноги) неинтересно. Но она всегда даёт ему что-то более весёлое!       Эйс забавно, словно тараканчик, поболтал всеми своими конечностями в воздухе.       Эш, игнорируя все советы из книг, наставления бухой Дадан (откуда бы ей вообще это знать, даже будучи пьяной? Девчонка не верит, что эта страшная женщина когда-либо подрабатывала нянькой! Так что её бред не в счёт, даже если он оказался частично правдивым) и весь-весь здравый смысл, схватив мальчика за шкирку, подняла на уровень своих глаз.       Быть может, упади он с этой высоты — свернул бы шею, сломал кости (она слышала что примерно в этот период жизни он боль чувствуют всем телом. Может быть он бы умер от болевого шока), может, нашлись бы ещё какие неприятности… Какое счастье, что кареглазой этого никогда не узнать. Не так ли? С Эйсом ведь ничего не случится под присмотром пятидесяти бандитов и его собственной старшей сестры?       — Что ж, идём, Чёртик. Поиграем, или что там тебе надо. И пускай ты не понимаешь меня, но, может быть, ты заткнёшься? Хоть немного? Ты и так постоянно шумишь… Пожалуйста, можешь сегодня спокойненько поиграть в углу? Может, мы сегодня даже поспим?       В его глазах — ни капли понимания и интеллекта.       — Ох~… И кому я это затираю? Пошли! Хоп! Хоп!       Пересадив его себе на левую руку и поморщившись от веса, проигнорировав мысли в духе «ему б поголодать, что он жирный-то такой?», весело и задорно направилась наверх, оставляя внизу хрипящие тела и творческий беспорядок. И если это надо не только ей — сами утром уберут, жили ведь как-то до их прихода?       — Давненько нас Гарп-сан не навещал. Почти полгода прошло с тех пор, как он закинул нас в эту дыру. Тебе-то нас… Плевать тебе, шмырдик. Ты малолетний, но, надеюсь, что не идиот. Как подрастёшь, наверняка он начнёт тебя тренировать… — обманчиво ласковыми движениями она взлохматила чёрную шевелюру. К этому моменту он снова стал волосатым и снова стал ещё более похожим на папу. Только веснушки да некоторые черты лица — мамины. — Может быть, ты станешь дозорным? А что? Это разве плохо? — Остановившись и перехватив брата двумя руками за подмышки, она заглянула ему в глаза. — Может, возьмёшь мамину фамилию… А что? Главнокомандующий Дозора, Портгас Д. Эйс! — Торжественным тоном, с кривой-кривой ухмылочкой Эш почти с удовольствием произносила эти слова. — А если… Просто Портгас Эйс? И ведь не докопаешься, если не начинать копать под прошлое. По официальным версиям ты даже Ди не будешь! Просто способный парень! Но даже в случае ищеек у тебя будет Гарп… Нет, не так. На этот случай у тебя будет твой дедушка. Если смотреть сильно объективно, то ты не заслужил такого моего отношения к тебе. Да и вообще не заслужил, чтобы за тобой охотились. В отличие от меня, которая знала отца, ты вырастешь, узнавая его лишь по слухам. Ну, и по моим рассказам. И всё-таки… Что-то мне подсказывает, что ты будешь их всех либо ненавидеть, либо игнорировать.       Ещё секунду подросток постояла и посмотрела на ребёнка в своих руках.       — Хотя, давай подумаем вместе… Раз он дедушка, не логичнее ли взять его фамилию? Монки Д. Эйс, внук Героя дозора! Железные аргументы, если так посмотреть! Да и звучит красивенько…       На это брюнет недовольно улюлюкнул. Первый признак того, что вот-вот и начнётся потоп.       — Ладно, ладно, подумаем о твоём будущем, если ты до него доживёшь. В случае если нас найдут правительственные шавки, то ни о чём подобном и речи не идёт.       Эйс что-то проулюлюкал и скривился, приготовившись рыдать.       — Та-а-а-к! Отставить панику и слёзы! Хочешь играть? Тогда идём играть, дорогой, — Эш скривилась, показывая, что никуда её отношение не делось, — пиратский принц.       Вновь переместив малыша на левую руку, правой она мастерски открыла довольно сложный замок на чердак, и влезла в свою их обитель.

***

      Что-то вновь ему не нравилось.       Вы бы знали, как это её достало…       Ночной серенадный марафон продолжался.       Хотя, если судить по светлым лучам, что робко пробирались сквозь слегка приоткрытые шторы, на улице уже во всю царствовало прохладное летнее утро.       Где-то в районе шести часов утра… Если повезло — пяти тридцати, но не раньше.       И сейчас бы вылезти в окно, знакомой дорожкой сползти по одной из балок, да пойти гулять по джунглям, что, несмотря на свои опасности, манили звуками, запахами, обилием зелёных растений — а значит, и тени, и, конечно же, отсутствием людей.       Будь она посильнее, половчее, поупёртее… Быть может, сейчас бы не сидела тут, укачивая младенца.       Её срубало… Шутка ли?! Не спать четыре дня!       Эш вам клянётся, эта мигрень сводит с ума! А это даже не самое страшное…       Например, сегодня она обожглась из-за того, что начала засыпать прям на ходу и чуть полностью не опрокинула на себя кастрюлю с кипятком. Благо, осталась живой, почти целой, но уж точно не невредимой. Теперь на правой руке красовалась марлевая повязка, а под ней — ожог.       Жаль, что, скорее всего, останется шрам…       И нет бы хоть какая-нибудь сволочь вызвалась помочь хотя бы в готовке! (Она уже даже не говорит про Эйса, по их мнению, это полностью её обязанность.) Никто даже пальцем не пошевелил! Перевязал по-быстрому, и снова батрачить.       — Эйс, пожалуйста… Просто заткнись.       Он не успокаивался.       — З-заткнись, чёртов слабак! Что… ЧТО, ТАК ТРУДНО ПРОСТО ЗАМОЛЧАТЬ?! УСНИ УЖЕ! УСНИ! УСНИ! УСНИ!       Блондинка сорвалась на крик, но, испугавшись собственного охрипшего, как у старухи, голоса, упала со стула.       Растрепав волосы и цепко сжав часть из них в кулаке, пару секунд она смотрела в никуда.       В голове набатом била одна навязчивая идея. Но дама быстро её откинула, ведь таких на рассмотрение в последнее время было очень много.       Через пару мгновений она, решив, что судьбу надо брать в свои руки, подползла к люльке, правда, на коленях.       Сложив руки в молитвенном жесте, высокая скрюченная фигура склонилась прям над кроваткой и шёпотом начала умолять.       — Ну усни! Ну что тебе так трудно?! Всем людям нужен отдых, а мальцы в это время должны спать! Ну почему ты не хочешь этого делать?! Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему?! ОТВЕТЬ МНЕ, ЭЙС, ПОЧЕМУ?!?       Секунда, и в комнате стало тихо.       — Почему ты не отвечаешь… ЭЙС!!!       Гол Д. Эш не помнит, как обе её руки оказались на хрупкой детской шее, сдавливая нежную кожу на горле.       Младенец под ней жалобно хрипел и, повинуясь каким-то инстинктам, а, может, и госпоже интуиции, пытался посмотреть ей в глаза.       Возможно, он всегда знал, что Эш не сможет убивать глядя в лицо. Эйс всегда был умным. Даже в шесть с половиной месяцев.       — ЗАМОЛЧИ! ЗАМОЛЧИ! ЗАМОЛЧИ! ЗАМОЛЧИ! ЗАМОЛЧИ! ЗАМОЛЧИ! ПРОСТО ЗАТКНИСЬ И СДОХНИ, ЭЙС! ДАЙ МНЕ УЖЕ ПОСПАТЬ, СВОЛОЧЬ!       ДАЙ! МНЕ! ПРОСТО! ПОСПАТЬ!