Глава 2. Отголоски прошлого

      Стол задрожал, стоило кулаку ударить по дубовой поверхности. В повисшей тишине было слышно перекатившуюся на пол ручку и неравномерное тяжëлое дыхание.       Мальбонте запустил пальцы в густые смоляные волосы и взъерошил их, на мгновение прикрыв глаза. Сделал пару глубоких вдохов-выдохов, наклонившись над столом, и не двигался некоторое время, пытаясь прийти в себя.       Сейчас в его голове крутился лишь один вопрос: «Какого чëрта она здесь делает?». Бенджамин говорил о некой новенькой, за которую поручились, и он ожидал увидеть кого угодно, но никак не еë. Эта ситуация застала врасплох, хоть Мальбонте и держал невозмутимый вид до тех пор, пока дверь в его кабинет не закрылась за спиной.       Было ясно как день: Вики здесь неспроста. Он обязательно обсудит это с Харрис, и уйти от ответа Бенджамин не посмеет. Подчинëнные так не разговаривают с начальником, но Мальбонте был уверен, что его не уволят. Он был нужен.       И в очередной раз Уокер, сама того не подозревая, может подвергнуть себя опасности. Она всего-навсего хотела устроиться на работу, но Мальбонте готов поклясться, что всë не могло быть стечением обстоятельств. Кажется, план уже в действии.       Откинувшись на спинку кресла, Мальбонте стал массировать переносицу, зажмурившись. Как же он ненавидел находиться в неведении, а в последнее время всë так и происходило. Иногда не считали нужным ставить его в известность.       Глядя в тот момент на неë, он не знал, что именно чувствовал. Едва зажившие раны стали вновь кровоточить, но испытывал ли он ненависть за еë проступок в прошлом? Это было давно, но Мальбонте не мог отпустить ту ситуацию.       А хотел ли он вернуть их дружбу? За столько лет они оба изменились, как прежде уже никогда не будет. Суровая правда взрослой жизни.       Мальбонте не собирался брать ответственность за Вики. Уволить еë он не мог, Бенджамин не позволит, и отказаться от неë — значит, передать еë на управление другому человеку. Оставался единственный верный вариант: сделать работу настолько невыносимой, что она сама захочет как можно скорее сбежать из этого места.       Он мысленно извинился перед Вики за то, как будет вынужден к ней относиться: грубо, бескомпромиссно, с пренебрежением... Иначе она его не послушает, как и тогда, и сделает всë по-своему. Обычно люди учатся на своих ошибках, а Уокер... Мальбонте сомневался.       Он не спал всю ночь из-за непрошеных мыслей и воспоминаний, что блëклыми картинками вырисовывались перед глазами. Раньше он как-то справлялся с этим, со временем всë поутихло, но с появлением Вики бессонница вновь вернулась к нему. И даже тупые фильмы, под которые он засыпал, не помогали.       Их первая встреча... Мальбонте запомнил Вики, как девчонку с характером. Что-что, а еë импульсивность вряд ли изменилась за столько лет. Мальбонте еле заметно улыбнулся, прикрыв глаза.       — Вики, — Реббека даже не старалась быть ласковой с восьмилетней дочерью, потому голос еë звучал твëрдо, без шанса на милосердие. — Покажи Мальбонте наш дом. Прогуляйтесь.       — Мама, я не...       Вики тут же замолчала на полуслове, поймав пронзительный взгляд матери на себе. Она неловко замялась, нехотя слезла со стула и, сложив руки за спиной, глянула на возмущëнного Мальбонте.       — Милая, — улыбнулся ей отец, щëлкнув ту по носу. — Взрослым нужно побыть наедине. Это ненадолго.       Она неуверенно кивнула, не став спорить с родителями. Видимо, это было бесполезно.       Мальбонте помедлил, обвëл всех настороженным взглядом, а затем встал, пройдя вслед за младшей Уокер. Уж лучше пройтись по дому, чем сидеть на этом скучном застолье.       Он внимательно, даже с неким интересом наблюдал за Вики: напряжëнные плечи, поникшее лицо. Всë говорило о том, что ей некомфортно. И тогда Мальбонте попытался разбавить гнетущую обстановку:       — У тебя есть увлечения?       — Увлечения? — удивлëнно переспросила Вики, приподняв брови. Она не ожидала, что с ней заговорят. — Мама записала меня на фортепиано, а ещё я иногда читаю исторические книжки. Мама сказала, что так нужно... Но... — вдруг заговорщически зашептала Вики, приподнявшись на носочки и прикрыв рот рукой. — Мы с папой периодически играем: чаепитие с моей подругой, пираты, прятки. Больше всего я люблю кататься на его шее! Ой... — Уокер огляделась, убедившись, что никого рядом нет. — Мы держим это от мамы в секрете, потому что... Ну, она считает, такие занятия — для дураков и бездельников. А у меня... много обязанностей. Так мама говорит.       — Погоди, — притормозил поток слов Мальбонте. — Подруга?       Он никак не ожидал, что у такой зануды, как она, могут быть друзья. Да ещё и те, которые могут находиться в их доме. Интерес разгорелся вновь.       — Да! Пойдëм, — Вики схватила Мальбонте за рукав, потащив его за собой. — Сейчас увидишь!       Они поднялись на второй этаж, прошли прямо по коридору и остановились напротив одной из дверей, ничем не отличающейся от других.       Открыв дверь, Уокер влетела в комнату, потянув Мальбонте за собой и закрывшись изнутри. Она распахнула шкаф, достав оттуда небольшой чемоданчик, а после выудила куклу: длинные светлые волосы, голубое платье и туфли.       — Это Сьюзан!       — Кукла... И еë ты называешь подругой? Серьëзно?       Прыснул Мальбонте, после чего разразился смехом, пока Вики стыдливо прижимала игрушку к груди.       Не выдержав, она со злостью запихнула куклу обратно и спрятала в шкаф, а затем, подбоченившись, обиженно взглянула на гостя.       — Не смешно! Не нравится — уходи!       — Как ты от скуки не померла здесь, — выдохнул Мальбонте, успокоившись. — Твоя мать — жестокая женщина.       — Нет! Она... Она хочет как лучше...       — Ври себе сколько хочешь.       Выжидающе стуча пальцами по столу, Мальбонте поднял глаза на настенные часы. Без пятнадцати минут восемь. Вики должна уже вот-вот прийти. Было бы славно, чтобы она задержалась. Тогда у него будет ещё одна причина отругать еë.       Как только Мальбонте подумал об этом, в дверь постучались, из-за чего он чертыхнулся. Неужели настолько пунктуальная? Могла бы ради стереотипа о девушках хоть немного опаздать.       — Входи.       В кабинет вальяжно вошла пышногрудая девушка, хитро улыбаясь. Цокая каблуками, она обошла стол и собиралась поцеловать Мальбонте, но тот вовремя отпрянул.       — Ости, — процедил сквозь зубы он. Не описать словами, как она его достала за последние месяцы. — Что ты тут делаешь?       — Как «что»? — фыркнула она, смахнув с голых плеч чëрные волосы. — Решила навестить своего парня. Это преступление? — облизнув губы, Ости наклонилась к нему, тем самым открывая вид на грудь. Еë обтягивающее красное платье лишь подчëркивало формы. — Если так... Тогда накажи меня.       — Прекрати этот цирк, — отвëл взгляд Мальбонте. — Я на работе.       — Ничего не случится, если ты отвлечëшься на полчасика, — она игриво провела пальцами по воротнику, расстегнув пуговицу. — Тебе нужно расслабиться.       — Ости...       Она заметила, как на его скулах заиграли желваки, но еë, казалось, лишь больше возбуждала злость.       — Уходи.       Тогда нарушительница его покоя нахмурилась, отдëрнула руку и возмутилась:       — Ты совсем холоден ко мне. Бездушная машина!       — Мы с тобой никогда не встречались, — верхняя губа нервно дëрнулась, но Мальбонте постарался унять гнев. — Если мы с тобой пару раз переспали — это ещё ничего не значит. Нам двоим было необходимо, как ты говоришь, «расслабиться». И ты наверняка помнишь, что всë случилось не в трезвом состоянии.       — Ты воспользовался мной!       — Напомню: всë было по обоюдному согласию.       Ости сжала кулаки до побелевших костяшек, сморщила нос, но ничего не ответила. Лишь исподлобья глядела на Мальбонте. Она чувствовала себя униженной, жалкой... Ей никогда раньше не отказывали мужчины. Тем более в сексе.       «Что этот ублюдок о себе возомнил?» — зелëные глаза осмотрели его с ног до головы, как бы прикидывая, насколько он действительно стоил того, чтобы тратить на него время.       — Думаешь, ты настолько важная персона?       — Ости, я так не думаю, — устало вздохнул Мальбонте, массируя переносицу. — Я знаю.       — Вот как? — вскинула бровь Ости. — Тогда и я тебе напомню: трахал ты меня, потому что того захотела я!       — Я, наверное, не вовремя, — прокашлялась Вики, смотря в упор на Мальбонте. — Вы сказали мне прийти ровно к восьми. Я готова приступить к работе, — она красноречиво перевела взгляд на незнакомую ей девушку. — Или мне прийти попозже?       Выругавшись про себя, Мальбонте поднялся из-за стола. Он тоже посмотрел на Ости, говоря всем своим видом: «Разговор окончен».       В ответ на это она выпрямилась, нервными движениями поправила платье и, в последний раз испепеляющим взглядом посмотрев на Мальбонте, направилась к выходу. Уокер отступила в сторону, пропуская, но Ости всë равно умудрилась задеть еë плечом. Вряд ли то было случайностью.       Вики прикусила губу, успокаивая закипающие эмоции внутри. Уж очень хотелось проучить эту нахалку и показать, как правильно вести себя в обществе, раз родители манерам не научили.       — Уокер, — привлëк внимание Вики Мальбонте, присев обратно на место. — Научитесь стучаться, прежде чем входить.       — В следующий раз учту.       — Садись.       Помедлив, Вики всë же прошла к креслу напротив, усевшись на его край. Почему-то рядом с Мальбонте у неë расслабиться не получалось, хоть он и ясно дал понять, что прошлое для него ничего не значит.       — Не будем терять время, — Мальбонте положил напротив Вики листок и ручку. — Я подготовил для Вас тему. Ваша основная задача: развернуть еë так, чтобы она меня заинтересовала.       — Разве ты... Вы не должны для начала рассказать мне основы, а потом давать испытание?       — Если Вам не нравится, Вы всегда можете покинуть стены этого здания, Уокер.       Откинувшись на спинку кресла, Мальбонте сложил руки на груди и равнодушно посмотрел в окно, выходящее на главную улицу — Пенсильвания-авеню. Погода была солнечной, но постепенно небо затягивалось тучами, предвещая дождь и омрачая город.       Вики ничего не ответила, опустив взгляд на лист. В самом вверху была написана тема: «Протесты в Вашингтоне: Чем сейчас недовольны люди?». Уокер удивлëнно вскинула брови, подняв взгляд на Мальбонте. Он серьёзно решил дать ей такую тему? Уокер уже второй месяц не следила за новостями, закрылась от всего мира, большую часть времени проводила дома. Откуда ей знать, чем в этот раз недовольны жители? Очередным принятым дурацким законам? Это уже не первый митинг за последний год. Возможно, их было бы ещё больше, если бы власть не решала всë радикально.       Для верхушки все их слова — лишь пустой звук. И Вики прекрасно понимала людей. Ей было их жаль. Но могла ли она что-то сделать? Если даже себе не может помочь. Ребекка никогда не прислушивалась к мнению дочери, что уж говорить о народе.       — Могу попросить поменять тему?       Мальбонте мельком взглянул на Вики, затем твëрдо сказал:       — Нет.       Прикрыв глаза, Уокер глубоко вздохнула. Ладно, она что-нибудь придумает, выкрутится. Хоть и являлась дочерью конгрессвумен, Вики давно разорвала связь с матерью и каждый раз отказывалась читать новости, лишь бы не наткнуться на еë лицо. А протесты — это частое явление, поэтому она и не вдавалась особо в подробности. Устанешь читать про всë.       Одно Вики знала точно: митинг закончился так же быстро, как и начался. По-другому не бывало, потому что еë мать всегда решала такие вопросы жëстко и без промедления, чтобы всë это не переросло в огромный снежный шар в будущем.       Взяв ручку, — этот негодяй ещё и вручную заставляет писать! — Уокер поджала губы, пробежав взглядом по теме ещё несколько раз.       «Журналист из меня никакущий, придëтся импровизировать», — мысленно Вики уже раз сто обматерилась. — «Чувствую себя школьницей, сдающей экзамен самому несносному преподавателю. Чтоб тебя!».       Словно прочитав еë мысли, Мальбонте ухмыльнулся, но тут же отдëрнул себя. Ему повезло, что Вики увлечена статьëй и не заметила секундное изменение его эмоций.       Он старался особо не смотреть в еë сторону, но не мог не отметить, что черты лица Вики за эти четыре года стали взрослее. Не сильно, но изменения всë равно заметны. Мальбонте надеялся, что и сама она с возрастом стала мудрее; что больше никогда не станет жертвовать собой ради кого-то.       Астарот... Мальбонте хорошо помнил его, до сих пор желал придушить за всë содеянное им. Он никогда не любил Вики, только пользовался ей в своих целях. Не сложно было догадаться, что дело в еë статусе, но что-то ещё за этим скрывалось...       Мальбонте не знал, что именно, но мог попытаться выяснить, если бы Вики, движимая чувствами к Астароту, не прогнала своего друга детства. Сколько бы он не пытался до неë достучаться, она жила в розовом мире, где никого не существовало, кроме еë парня.       «Интересно...», — Мальбонте нахмурился. — «Они всë ещё встречаются?».       А почему его это вообще должно волновать? Они теперь чужие люди друг для друга, пути их давно разошлись. Но, несмотря на это, он всë равно не хотел, чтобы Вики здесь работала, она лишь прибавит ему проблем.       Откашлявшись, Вики привлекла его внимание. Мальбонте увлëкся размышлениями, даже не заметив, как быстро она всë написала.       Взяв листок, он, едва глянув, смял бумажку и выбросил в мусорку. Уокер, возмущëнно вздохнув, вскочила, опëрлась двумя руками о стол.       — Что ты творишь?! Ты даже не прочитал!       — Во-первых, соблюдайте субординацию, Уокер, — Мальбонте не шелохнулся, отразив гневный взгляд своим спокойным. — Во-вторых, мне и читать не нужно, чтобы понять, что Вы ни черта не умеете. Это и невооружённым глазом видно. И в-третьих, не припоминаю, чтобы разрешал Вам вставать.       — Да что с тобой?! — всë не унималась Вики. — Ты никогда не был такой сукой.       — Вас никто здесь насильно не держит, — тогда уже Мальбонте поднялся со своего рабочего места, нависая над Вики. — Сядьте на место. Не усугубляйте ситуацию, Уокер.       Нехотя она всë же решила сесть. Что-то подсказывало, что лучше его не злить, иначе Мальбонте точно вышвырнет еë отсюда.       Вики не понимала, с каких пор он так себя ведëт с ней. Это не тот Бонт, которого она знала. Это другой человек. Маль-бон-те.       — Вторая попытка, — протянул другой лист он, а затем вышел из-за стола и подошëл к окну, оперевшись ягодицами о подоконник и скрестив руки.       — И что, тоже выбросите в мусорку?       — Выброшу. Если понадобится.       Вики прищурилась, но, не получив никакой реакции в ответ, отвернулась, вновь принимаясь писáть.       Он издевался над ней и не отрицал это. Даже немного соскучился по тому, как она злится. И изводить он еë будет до тех пор, пока терпение Вики не лопнет. А рано или поздно это случится.       Прошло десять минут, за которые Мальбонте ни разу не сводил взгляд с Уокер, пристально следя за каждым еë нервным движением, словно надзиратель.       Когда Вики опустила ручку, он оттолкнулся от окна и подошëл к ней, наклонившись так, что она чувствовала его тëплое дыхание. Уокер постаралась отодвинуться, но едва ли кресло позволяло далеко отсесть.       — Это никуда не годится, — выпрямился Мальбонте, возвращаясь на рабочее место. — Ты пишешь в общих чертах. То, что знает каждый. Такими темпами до хорошего журналиста тебе далеко.       — Опять... — пробубнила Вики.       — Суть журналиста в том, что он любыми путями добьëтся правды, иногда приукрасит. Он будет копаться в грязном белье и, если потребуется, залезет людям под кожу, но найдëт ту информацию, о которой не знал ещё никто.       — Или будет открыто врать, чтобы заработать больше денег, — развела руками Вики, закатив глаза.       — Так делают только непрофессионалы, — подытожил Мальбонте. — Переписывай.       — Что? — нахмурилась Вики, сжав кулаки. — Хватит из меня дуру делать! Ты специально меня испытываешь!       «Догадливая», — Мальбонте мысленно похлопал еë сообразительности. — «Осталось лишь доиграть этот скудный спектакль».       — Мы с Вами не друзья, чтобы Вы обращались ко мне неформально.       — А раньше ты говорил обратное!       — И Вы ровно так же тогда дали мне понять, что я порчу Вам жизнь. Не припоминаете, Уокер?       — Я... В-всë не так... — вдруг пришла в себя Вики. — Прекрати этот цирк! — и едва слышно прошептала: — Ты делаешь мне больно...       — Полагаю, мы квиты?       Вики в ту же секунду резко встала, бегала взглядом какое-то время по полу, лишь бы не встречаться с его карими глазами, хотела что-то ответить, но поджала губы и, сморгнув слëзы, быстрым шагом вышла из кабинета.       Как только дверь захлопнулась, Мальбонте провëл руками по лицу, опрокинув голову на спинку кресла и закрыв глаза.

***

      — И я, конечно, пообещала, что верну те платья, которые взяла на прокат, — девушка заправила прядь обсидиановых волос за ухо, потягивая мартини. — Больше меня в том салоне не видели. Но их главный был настолько очарован мной, что я думаю, мне простят эту маленькую шалость, — она рассмеялась.       — Мими, — улыбнулась Вики. — Когда-нибудь тебя поймают за твоë мошенничество. И почему нельзя было просто попросить отца купить их? Он же всë тебе позволяет.       — Да брось! — отмахнулась она. — Так неинтересно. Я хочу получать от жизни адреналин!       — Тюрьма — тот ещё адреналин...       Мими в ответ закатила глаза, допив остатки алкоголя и попросив бармена добавки. Они совсем недавно в клубе, но язык подруги развязался уже после одного бокала и она стала без умолку рассказывать Вики и уставшему сотруднику, что их обслуживал, о своих злодеяниях. Уокер успела сделать только пару маленьких глотков, поэтому в руках себя пока получалось держать. Возможно, по этой причине в еë голову продолжали лезть назойливые мысли.       Вики была так подавлена, что после разговора с Мальбонте, как только села в машину, сразу написала и предложила ей пойти куда-нибудь развеяться. Отвлечься бы не помешало...       — Эй, — толкнула локтем еë Мими. — На тебе совсем лица нет. Что произошло?       — Я думала, хуже уже не будет, но моя жизнь пробила второе дно, — поджав губы, Вики заглянула в серые глаза. — Недавно я встретила Мальбонте. Он... Кажется, ни капли не рад мне.       — Кто-кто? — удивлëнно воскликнула Мими, чем привлекла ненужное внимание, тогда Вики, неловко озираясь, тут же закрыла ей рот рукой. Вывернувшись, она возмутилась, но уже тише: — И ты молчала?!       — И что бы ты сделала? — резко спросила Вики, но осеклась, отвела взгляд. — Извини... Я только вчера его встретила. А сегодня он вывел меня из себя. Нарочно!       — Ну и к чëрту, — отвернулась Мими, грызя трубочку в бокале с мартини. — От мужиков одни проблемы.       — А как же Ади и Сэми?       — Не сравнивай! Они не такие.       — Знаю, — кивнула Вики, а после осторожно взглянула на подругу, не решаясь спросить, но всë же... — Ты всë ещё любишь Дино?       — Что? — по коже Мими пробежали мурашки. — Нет. Он — женатый мужчина. Меня такие не интересуют.       — Как скажешь.       Уокер даже не стала спорить, хоть и видела обратное. Не хотела причинять этим боль подруге. Вики помнила, как успокаивала Мими, которая узнала о скорой помолвке возлюбленного; как еë охватила истерика. И самое ужасное: она никак не могла помочь. Как и всегда. Из неë дерьмовая подруга.       — Мими!       — Совсем из ума выжила?! Ненормальная!       Ади выхватил из еë рук посуду, которую она собиралась разбить, как поступала и с остальными тарелками и кружками. Он, смерив еë гневным взглядом, схватил за плечи и встряхнул.       — Приди в себя! Нечего из-за всяких придурков так убиваться. Я тебя не узнаю... Ты всегда считала мужчин не достойными тебя, а сейчас — что?       — Ади прав, — Сэми успокаивающе погладил по тëмной макушке, пока та никак не реагировала ни на слова, ни на прикосновения. — Мы правда волнуемся за тебя...       — Да мне плевать! — закричала Мими, подняв голову. — Отвалите от меня!       Отшатнувшись от хлëстких слов, Ади ошарашенно смотрел на подругу. Она ещё никогда так на него срывалась. В шутку злилась, обижалась, но не с такой ненавистью.       Сжав кулаки, он процедил:       — Где он? Я всю дурь из него выбью!       — Даже не думай, — нахмурился Сэми. — Это ни к чему.       — Мальчики... — подала голос Вики. Они оба обернулись. — Оставьте нас наедине. Пожалуйста.       Переглянувшись, Сэми кивнул и, поддерживающе похлопав Мими по плечу, дошëл до двери, но остановился, оглянувшись на Ади. Он, раздражëнно вздохнув, последовал за ним.       Как только они вышли, Уокер подошла к подруге и крепко обняла. Единственное, чего ей так не хватало, — это отдаться во власть эмоциям, позволить себе хоть немного пролить боль.       — Не сдерживайся...       И затем Мими последовала совету, запачкав слезами футболку Вики, пока она поглаживала еë по голове под тихие всхлипы.       Телефон завибрировал. Вики достала его из кармана и слегка помутнëнным взглядом, — не заметила она, как принялась за второй бокал, — взглянула на всплывшее уведомление. Несколько сообщений сразу же отрезвили Уокер.       Отправителем был всë тот же неизвестный. В прошлый раз Вики точно заблокировала его... Угрозы от анонима напугали еë, но потом она успокоила себя тем, что это не больше чем шутка. Впервые, что ли, кто-то пишет гадости?       Первое его сообщение было весьма устрашающим... Вики вспомнила, как выронила телефон из рук, прочитав:       «Хочешь увидеть крах своей матери? Ты не должна пропустить это представление! Оно будет бомбическим. Во всех смыслах, сладкая! ;)»       А сейчас он пишет вновь, опять с неопознанного номера.       «Я огорчëн, что ты игнорируешь меня! Хоть бы смайлик отправила...»       «Кстати, твоя подружка ничего такая... Познакомишь? Мими, правильно?»       «В следующий раз, конечно же. Пока рано. Даже не думай рассказывать обо мне. Если дорожишь ей, ха-ха!».       Оглядевшись по сторонам, Вики не наткнулась ни на чей взгляд, не обнаружила никого странного. Никому не было до неë дела: кто-то танцевал, кто-то, едва стоя на ногах, продолжал пить, кто-то к кому-то приставал. Ничего необычного.       — Всë в порядке?       Обеспокоенная Мими тоже обернулась, пытаясь понять, что могла искать подруга, а затем вернула взгляд к ней.       — Да... Наверное, мне просто показалось, — выдавила улыбку Вики, стараясь не показывать нарастающую панику.       Какой-то психопат следил за ней! С какой целью? О каком «крахе» матери он говорил? Решил таким образом надавить на неë? Запугать? Чëрт бы его побрал! Или еë... Ещё неизвестно, кто мог скрываться за анонимом.       — Вики, хотя бы сейчас отвлекись от всех проблем и повеселись от души... — Мими подбабривающе улыбнулась, бережно беря подругу за руку. — Идëм.       — Куда?       — На танцпол! Покажим этим неудачникам, на что мы способны!       Не успела Вики отказаться, как еë потянули в самый центр клуба. Растолкав всех, Мими закружилась с Вики, вызвав тем самым у неë нервный смех. Ей действительно хотелось уйти от всех проблем, но всë не отпускало ощущение, что нечто страшное дышало в затылок.       Мими же сейчас ничего не волновало, отдавалась танцу полностью: изящно выгибалась, делала красивые движения руками. Она действительно выделялась из толпы, глаз от неë было не оторвать. Вики тоже не была деревянной, но в своëм умении уступала подруге.       Некоторое время Уокер следила за каждым еë телодвижением, но отвлеклась, почувствовав, как к горлу поднялся и застрял ком. Подступила тоношота, из-за чего Вики рефлекторно закрыла рот ладонью, оглядываясь в поисках туалета. Найти его не составило труда, осталось лишь протиснуться сквозь толпу.       Добравшись до туалета, Вики потянула дверцу первой кабинки, но та не поддалась, а затем послышалось сплëвывание. Похоже, плохо стало не ей одной.       К счастью, следующая кабинка была свободна, поэтому Уокер тотчас забежала в неë и тут же обняла унитаз, вызволяя из желудка всë содержимое. До невозможного омерзительная ситуация, но такая же безвыходная. Она будет надеяться, что уже завтра об этом забудет.       Вместе с рвотой смешались и слëзы. Кажется, белая полоса в еë жизни больше не наступит никогда: сначала Астарот, потом Мальбонте, затем аноним, а теперь она блюëт в клубе от алкоголя и пляски. Завершение просто грандиозное!       Уткнувшись лбом об ободок унитаза, Вики периодически всхлипывала, но затыкала ненадолго нос и рот, только бы никто не услышал. Конечно же, сейчас еë вряд ли бы кто заметил, но издавать лишний раз шум в более-менее тихом месте не хотелось.       Во рту был неприятный привкус горечи и тухлый запах, однако это меньше всего волновало. Хотелось просто домой. И ничего больше.       — Вики... Ты здесь?       Она ничего не ответила и даже не пошевелилась, продолжая сидеть на коленях.       — Я вызову такси. Мы поедем домой.       — Спасибо... — едва шевеля губами, поблагодарила Вики.       Покинув туалет, они сразу отправились на улицу. Не так давно лил дождь, поэтому им приходилось обходить лужи, а иногда и перепрыгивать. Они ушли не так далеко от клуба и решили выловить такси.       Находиться двум молодым девушкам ночью одним опасно, но для неприятных встреч у Мими в сумочке припрятан перцовый баллончик. Какую-никакую фору он даст.       Всë это время пока они шли Вики была с опущенной головой, и в какой-то момент с кем-то столкнулась. Она выпрямилась, собираясь извиниться, но вместо этого застыла как вкопанная, не веря своим глазам.       — Виктория, — не менее удивлëнным был и сам Бенджамин. — Какая неожиданная встреча.       Собрав мысли в кучу, Вики покачала головой, а после на выдохе сказала:       — Да пошëл ты. И вся Ваша организация.       — Простите?       Харрис непонимающе переводил взгляд с Уокер на еë подругу и обратно. Он не совсем понимал, с чего такая враждебность к нему и организации, но догадывался, из-за кого это могло случиться.       — Да кто вообще согласится работать у Вас? С такими-то сотрудниками, — усмехнулась Вики. — Один Ваш помощник чего стоит! Так меня ещё никто не унижал! Он всем своим видом показывал, что не желает видеть меня среди коллектива. Ну и плевать, я найду другую работу. А с ним я ни за что больше не окажусь в одном кабинете!       — Вы о Мальбонте, — улыбнулся он, прикрыв глаза, на что Вики только нахмурилась. Неужели ему смешно? — Он довольно необычная личность, с таким тяжело наладить контакт. Я обязательно с ним поговорю, Виктория. Только не расстраивайтесь. В качестве своих извинений предложу Вам испытать удачу во второй раз.       — Вы... приглашаете меня обратно на работу?       — Всë так, — кивнул Бен. — Начните с чистого листа. И не опускайте руки, когда что-то не получается с первого раза.       Пока они разговаривали, Мими заинтересованно оглядывала незнакомца, а затем прижалась к руке подруги, недоверчиво покосившись на него. Отчего-то доверия он не вызывал.       Уокер никак не отреагировала на настороженность подруги, всë это время она обдумывала предложение. Наверное, ей правда стоило попробовать ещё раз стать журналистом, тем более изначально место для неë уже было пригрето. Шанс на миллион — его нельзя упускать. Кто знает как Вики повезëт с другой работой? Там может быть ещё хуже.       Ответ нашëл себя сам:       — Я согласна.       В ту же секунду Вики почувствовала, как чужие ногти впились в кожу руки, из-за неприятной боли она прошипела, недовольно взглянув на Мими. Серые глаза в ответ смотрели предостерегающе, но Уокер отмахнулась. У подруги каждый второй мужчина вызывал недоверие, зацикливаться на этом не стоило.       — Тогда договорились, — хлопнул в ладоши Харрис. — Встретимся через пару дней, у Вас будет время подготовиться.       — Спасибо...       — Что Вы! Не стоит.       — Нам пора, — вдруг подала голос Мими, потянув Вики за собой.       — Стойте, — преградил им путь Бенджамин, Мими тут же полезла в сумочку. — Я могу вас подвезти.       — Нет, мы как-нибудь сами...       — Давайте, — согласилась Уокер, на что тут же получила толчок локтем в бок. — Мы будем благодарны.       «Дьявол, у неë абсолютно нет никакого инстинкта самосохранения!» — глубокий вдох и выдох. Мими обязательно ещё поговорит с ней на эту тему.       — Славно, — одобрительно кивнул Харрис. — Тогда приглашаю Вас в свою карету, дамы, — он почтительно поклонился, приветственным жестом направляя их к машине.       В паре шагов от них возле бордюра стояла белая Toyota Camry, идти далеко не пришлось. Что здесь вообще делал Бенджамин? Нет уж, сейчас Вики точно не собиралась забивать голову очередными мыслями.       Открыв переднюю дверь пассажирского сидения, Бенджамин пригласил Вики и, когда она села в машину, закрыл. Затем он собирался проделать то же самое, но Мими его остановила:       — Я сама.       — Как пожелаете.       Лукаво улыбнулся Харрис, не став спорить, и сел за руль. Выехав на дорогу, они большую часть времени молчали, лишь изредка Бенджамин рассказывал что-то бессмысленное, будто бы просто не желая находиться в тишине.       Первым делом отвезли Мими: она не стала называть адрес дома, поэтому остановили еë около ближайшего магазина. Бенджамина позабавила еë настороженность.       Дальше они ехали всë в той же тишине, но без Мими она была более неловкой. Харрис, казалось, и вовсе ничего не напрягало, он расслабленно вëл машину, держа руль левой рукой.       Бенджамин был спокойным, настолько безэмоциональным Вики его видела впервые. Обычно с лица начальника не сходила улыбка, а сейчас Харрис, похоже, о чëм-то задумался.       — Почему Вы так хотите взять меня на работу?       Проморгавшись, Бенджамин вдруг пришëл в себя и посмотрел на Уокер.       — Хочу дать Вам шанс, — бесцветно ответил он и вернул взгляд на дорогу. — Я знаю, каким вредным может быть Мальбонте, не стоит опускать руки только из-за его капризов.       — Вредным... — повторила Вики. — Не то слово.       И как они только с таким характером уживаются? Это же невозможно! Она и правда его не узнавала. Мальбонте всегда поддерживал и подталкивал Вики идти дальше, а сейчас будто бы специально преграждал ей путь. Хочет отомстить? Или просто не может простить и не желает видеть рядом? Чëрт его знает.       Дело ли в другом? Но в чëм?       — Что между вами произошло? — поинтересовался Харрис, не прекращая смотреть прямо.       — Не забивайте голову.       Тогда Бен усмехнулся. Вики на секунду встретилась с изумрудными глазами и тут же отвернулась, смотря на знакомый пейзаж за окном.       — Приехали.       — Спасибо Вам большое.       — Не благодарите. Я же не мог оставить вас там одних.       Уокер кивнула, заставила себя приподнять уголки губ, создав подобие улыбки, и вышла из машины. Она провожала транспорт взглядом до тех пор, пока он не скрылся за поворотом, а затем развернулась и направилась домой.

***

      Вид из панорамного окна одиннадцатого этажа на город поистине завораживающий. Особенно когда он на ладони и буквально в твоей власти. Но, вопреки всеобщему мнению, конгрессвумен Реббеку Уокер пьянило не столько господство, сколько желание показать всей стране, чего она стоила. И пусть пока она лишь пешка на шахматной доске, обычный член Сената, это не значит, что еë стремление к ещё высшему испарилось за кипой бумаг и постоянной работой.       Реббека пойдëт по головам, если придëтся, но доберëтся до поставленной цели. Не побрезгует ни чем.       А вот Фенцио ей было совсем капельку жаль, пришлось сместить его с поста, лишить даже крупицы власти раз и навсегда. И всë-таки он сам виноват, что влюбился и готов был переступить через себя, лишь бы продвинуть дорогую сердцу женщину в политику. Реббека на его месте думала бы головой, а не поддавалась мимолëтным чувствам.       Первый шаг к цели уже сделан: о Реббеке знает каждый второй, пусть и не в хорошем свете. Плохая репутация разлетается даже быстрее, поэтому некоторая популярность и внимание у неë уже есть.       Но Уокер беспокоило кое-что другое: она не хотела отдавать всë достигнутое своими руками чужим людям и после смерти, поэтому ей нужен был преемник. Еë дочь. Человек, который продолжил бы этот путь. Только незадача: Вики ещё несколько лет назад отказалась от их родства. Она с самого начала дала понять, что еë впутывать в политические дела не стоит.       В большинстве своëм о жизни дочери Реббека узнавала через Винчесто, с которым Вики охотнее поддерживала контакт, в то время как с матерью она соблюдала дистанцию и была холодной. Но был ещё кое-кто, докладывавший о ней... Вот только он подвëл.       И, конечно, Реббека могла бы заставить силой Уокер младшую занять еë место в будущем, но знала: она будет сопротивляться до последнего. И, если надо будет, вцепится в свою беззаботную жизнь зубами и ногтями.       У Вики скверный характер и дурной нрав. Она даже по совершеннолетию сразу собрала вещи и ушла из дома, жить самостоятельно и свободно. С ней нужно действовать через хитрость, иначе никак. Стоит один раз показать, как жесток бывает мир, — и Вики тут же прибежит под крыло матери.       Действия Реббеки могут показаться чересчур жестокими, но у неë не оставалось выбора. Винчесто не знал о еë проделках, Уокер специально ничего не рассказывала ему, потому что знала: он будет останавливать.       Именно она дала ему наводку на журналистскую организацию, в которой он пристроил Вики. Хотела, чтобы дочь была в курсе событий Конгресса, жизни в стране и всего, что могло касаться Реббеки. Чтобы не забывала, чья она дочь.       Опустив скрещённые руки и отойдя от окна, Реббека подошла к стеклянному прозрачному столику в центре комнаты и, усевшись на один из диванов, взяла телефон, набрала номер и позвонила.       Два гудка — и трубку взяли. Уокер нравилось, когда еë не заставляли ждать и отвечали сразу.       — И что ты скажешь в своë оправдание? — бесстрастно спросила она, уже предугадав ответ.       — Всë под моим контролем, — донëсся сдавленный голос из трубки, явно не обрадованный звонку Реббеки.       — Ты говоришь это каждый раз — и каждый раз всë одно и то же, — закатила глаза Уокер и потянулась к бокалу вина. — Мне это надоело.       — Вы не можете просто так от меня избавиться, — по ту сторону послышался нервный смешок. — Я Вам нужен.       — Не настолько, чтобы терпеть твои провалы.       Наступила тишина. Кажется, он обдумывал свой ответ и не торопился что-то говорить. Терпение Уокер заканчивалось и, как только она хотела сбросить вызов, собеседник заговорил ровно и более спокойно:       — Я что-нибудь придумаю.       — Я редко даю второй шанс, — Реббека специало растягивала каждое слово, заставляя его напрячься.       «Пусть понервничает, он совсем расслабился за последние дни», — думала она и, болтая вино в бокале, закинула ногу на ногу.       — Воспользуйся им, Астарот.       И затем Реббека сбросила вызов, кинув телефон рядом на мягкое сидение.       — Прости. Я ужасная мать, — прошептала она в пустоту. — Но на полпути я не остановлюсь.

***

      Постучавшись и получив в ответ «Войди», Мальбонте прошëл в кабинет и остановился в шаге от стола, за которым, скучающе попивая кофе и читая какой-то дешëвый женский журнал из киоска, сидел начальник. У Бенджамина всегда были специфические вкусы и интересы...       — Что-то произошло?       — Да, — согласился Бен, не поднимая глаз. — У тебя с Викторией. И я хотел поинтересоваться, что между вами стряслось.       — Она некомпетентная. Нам такие не подходят.       — Позволь мне решать, кто нам подходит, а кто — нет, — Харрис поставил кружку и бросил журнал на стол. — Твоей задачей было только обучить еë всему, а не доводить до трясучки.       — Вы же понимаете, — вкрадчиво начал Мальбонте, прищурившись. — что брать неопытного человека и обучать его за короткий промежуток времени той профессии, с которой он никогда не был знаком, очень глупо с Вашей стороны. В нашей организации работают специалисты, которые выучились на это направление и потратили не какие-то там жалкие несколько дней, а годы. И сейчас Вы предлагаете взять девушку, которая в этом ничего не смыслит? Я начинаю сомневаться и в Вашем профессионализме.       Последние слова нисколько не оскорбили Харриса, он тоже специализированный специалист и всю жизнь мечтал стать журналистом. Он прекрасно понимал всю абсурдность ситуации со стороны, но Бенджамин знал, что делает.       — К твоему огромному сожалению она вернëтся уже послезавтра.       Мальбонте не подал виду, что его это начинало выводить из себя, всë так же стойко выдерживая чужой напор. И всë-таки Вики решила вернуться, несмотря на недавний инцидент... Неугомонная.       — Не знаю, что ты задумал, Мальбонте, — на мгновение даже показалось, что зелëные глаза сверкнули, однако роль в этом сыграло выглянувшее из-за облаков солнце. — Но прекращай свои игры.       В одном его взгляде читалось: «Иначе я сделаю всë сам». Мальбонте не мог этого допустить и принял решение временно отступить. Нужно выжидать, необдуманность и спешка сулят проигрыш.       Желание устроить Вики на работу не являлось актом доброты. Бенджамин никогда не был альтруистом. У каждого его поступка есть скрытый мотив, каким бы добрым и хорошим он не казался со стороны.       Впервые Харрис не доверил Мальбонте свои планы, хотя они всегда действовали сообща. И наверняка с самого начала знал, что он и Вики знакомы давно. Бенджамин не просто так отдал новенькую именно ему.       Мальбонте никогда не любил быть в неведении, поэтому он, во что бы то ни стало, выяснит все детали. В лоб спрашивать бесполезно, остаëтся только набраться терпения и постепенно узнавать всë самостоятельно. Всему своë время.       — Если тебе так претит мысль работать с ней, я могу забрать еë себе, — Бенджамин наигранно вздохнул. — А ведь я так хотел помирить двух друзей детства. И так всегда: на добро отвечают злом.       На лице Мальбонте не дрогнул ни один мускул, на что Бенджамин состроил кислую мину и отвернулся.       — Сухарь.       Он хотел сблизить их... Но с какой целью?       Харрис потянулся к ящику стола, открыв его и достав оттуда газету, и затем протянул Мальбонте.       — Ты же знаешь, что смерть твоих родителей не случайна, верно? — Бенджамин опëрся локтями о стол и положил подбородок на кулаки, следя за тем, как Мальбонте смотрел на фотографию с разбитой машиной, словно впервые, и раз за разом перечитывал заголовок «Несчастное ДТП: смерть конгрессмена и его жены». — И прекрасно понимаешь, кто мог приложить к этому руку.       Мальбонте сжал газету в руке, исподлобья взглянув на Бенджамина.       «Нельзя показывать свои эмоции», — скрипнул зубами он. — «Иначе Бенджамин будет играть на них».       Сморгнув пелену едва скрытой ярости, Мальбонте облизнул губы, после чего едко прокомментировал:       — Возомнил себя благодетелем?       — Ты знаешь, к чему я клоню, — выпрямившись, Харрис махнул рукой. — Свободен. Подумай над моими словами хорошенько.       Не сдвинувшись с места, Мальбонте некоторое время смотрел на начальника, в то время как Бенджамин уже потерял всякий интерес к нему.       Всë ещё держа в руке газету, он развернулся и вышел из кабинета, в который больше никогда бы не пожелал возвращаться.