Часть 2

Кларк был у ворот поместья Люторов к оговоренному часу. Он отметился на посту охраны — в последнее время это стало уже отлаженным ритуалом. Когда просто идёшь в гости, нет причины нестись на сверхскорости через все преграды. Уже подходя к кабинету Лекса, он чуть не столкнулся с вереницей людей в деловых костюмах. Проводив их взглядом, он помешкал, прислушиваясь к разговору, и только после этого пошёл к дверям. Лекс сидел за столом, растирая виски. При виде Кента его измождённое выражение лица сменилось искренней улыбкой. — Кларк! Точен как часы. — Он встал из-за стола, широко раскинув руки. Проходя мимо столика с напитками, он взял содовую из ведёрка со льдом. Стремительно развернувшись на каблуках, он метнул её в сторону диванов. Кларк сознательным усилием удержал себя от сверхскоростного рывка, прыгнул за жестяной баночкой, схватил её в полёте и плюхнулся на диван, который издал под его весом почти человеческий стон. — Квотербек! — Лекс вскинул в воздух кулак, а в глазах его вспыхнула неприкрытая гордость. Ещё один их новый ритуал, которому положила начало случайность. В первый раз, когда Лекс хотел передать Кенту содовую, мокрая банка выскользнула у него из рук, а юноша красиво поймал её. Так и повелось: Лютор всё изощрённее бросал, а Кларк неизменно ловил. Кларк сел на диване, немного подождал, пока не станет безопасно открывать содовую, не рискуя облиться с ног до головы. Он не всё понял из разговоров людей в деловых костюмах — лишь то, что хороших новостей для Лекса они не принесли. — Ты голоден, Кларк? — спросил тот, садясь напротив. — Мама накормила меня перед выходом. — Кларк похлопал себя по животу. — В любом случае в Метрополисе полно ночных заведений. Не пропадём, — Лекс откинулся на спинку дивана, рассеянно крутя бутылку с водой в руках. — Что-то случилось? — осторожно поинтересовался юноша. — Я слышал… Лютор посерьёзнел. Его взгляд вновь сделался усталым и даже тоскливым. — Это не твоя забота, Кларк, — сказал он вкрадчиво. — Не забивай себе голову, у нас впереди прекрасный вечер. Давай думать об этом. Кларк потянулся вперёд и положил руку ему на колено, заглядывая в глаза. — Эй, с чистого листа, помнишь? Дружба не на одной только взаимовыгоде — твои слова. Ты можешь поговорить со мной, я всегда рядом. Что не так? Лютор улыбнулся одними уголками губ, как он это умел, потёр лоб, свинтил крышку с бутылки и сделал пару крупных глотков. — Дела обстоят неважно. Имели место некоторые неосторожные действия, которые не прошли мимо внимания журналистов, акции ЛюторКорп упали. Сейчас до меня вполне отчётливо донесли недовольство инвесторов, особенно если прибыль действительно, как и предупредили аналитики, по итогам квартала упадёт на… — Лекс провёл по голове ладонью. — В общем, неприятно осознавать, что гением бизнеса в нашем порочном тандеме был, очевидно, не я. Я же, так скажем, переоценил важность гуманистического подхода к ведению бизнеса. — Я уверен, ты стараешься сделать всё правильно. — Спасибо, Кларк. К сожалению, этого недостаточно. Бизнес — это всё равно что животный мир. Выживает сильнейший и наиболее приспособленный к правилам ведения игры. Одно проявление слабости — и тебя сожрут, не задумываясь. А мои последние шаги в управлении были сочтены именно слабостью. — Но ты ведь можешь всё исправить? — Конечно. Пока не случилось ничего непоправимого… Однако я начинаю понимать, что также переоценил свою независимость от него. Он был тем, кто принимал жёсткие, жестокие решения. Он беспощаден и способен внушить ужас, но в бизнесе это оказалось именно теми чертами, которые столь необходимы для успеха. Не все правильные решения приятны. Не все разумные решения могут быть преподнесены доходчиво, если тебя не боятся. — Подожди, — Кларк не поверил своим ушам. — Ты хочешь сказать, что ты готов снова объединиться с ним — только из-за ЛюторКорп? Но это же… — ЛюторКорп — это сложный многокомпонентный организм. Как бы я ни относился к отцу, но он создал его из ничего. И я пообещал себе, что смогу не потерять — приумножить его, поднять на качественно новый уровень, используя свои методы, не его. Это наследие, Кларк, это то, что я оставлю после себя, мой отпечаток в истории. Используя эти колоссальные производственные мощности, ЛюторКорп может решить самые острые проблемы человечества! Я не готов всё потерять из-за своего необдуманного, недальновидного руководства. Кларк с трудом переваривал услышанное. — Значит, ты всё решил? Лекс невесело ухмыльнулся, глядя на огонь, потрескивающий в камине. — Я понимал, что это будет непростым решением. Тем сложнее мне будет, чем дольше я существую сам по себе. И всё-таки я даже не подозревал насколько. Разве я мог представить, как хорошо это, когда в своей голове ты один? — Твои… Твои учёные смогли что-то придумать? Как ослабить его? — Я бы назвал это умеренно оптимистичным результатом. Но никто не может сказать наверняка, как это будет. К сожалению, нет ещё одного такого человека, который мог бы поделиться опытом, — Лекс хмыкнул. — Вернее, я думаю, мне не составило бы труда провести испытания… Но я не готов подвергать кого-то тому же, через что прошёл я. Кларк прикусил губу, вспоминая, как чувствовал себя, когда чёрный криптонит разрывал его и Кал-Эла. — Если есть что-то, хоть что-нибудь, что я могу сделать для тебя — просто скажи. Лютор поднял на него взгляд, и Кенту сделалось совсем не по себе. Он никогда не видел Лекса таким беззащитным. — Я не знаю, что со мной произойдёт, — повторил Лекс. — Я не знаю, сохранится ли моё нынешнее я после слияния или мы растворимся друг в друге. Я не знаю, сохранятся ли мои воспоминания об этом времени… — Лекс замолчал, собираясь с мыслями. — Я хотел бы, чтобы ты был рядом, когда это произойдёт. Чтобы ты был последним, что я увижу, и первым, что увидит… Лекс. Может, тогда… Конечно, я не прошу тебя быть со мной в одной комнате, — он невесело хохотнул. — Я буду в устойчивом ко взрывам помещении, мы же не хотим повторения истории в агролаборатории… Тебе не будет ничего угрожать. Просто я… мне… Кларк и так всё понял, ему не нужно было объяснять. Он порывисто пересел к Лексу и крепко обнял его. Тот напрягся было, но в следующий момент позволил себе расслабиться и положил голову на широкое плечо. — Не сомневайся, я буду рядом, Лекс. Обещаю.