CHAPTER 9

— Я не мог поступить иначе - он смотрел на неё с теплотой, как никто не смотрит - Вы - наше солнце, Султанша. Кёсем пришла в покои Кеманкеша, чтобы поблагодарить за спасение. За весь день её пребывания во дворце они так и не свиделись. — Ты пришёл тогда, когда я уже потеряла надежду, Кеманкеш - опять смутилась под напором его карих глаз, цвета кофе, и опустила голову - Ты можешь просить у меня всё, что пожелаешь! — Мне ничего не нужно, Султанша. Главное - с Вами всё в порядке. Ваше благополучие для меня превыше всего. В этот момент с головы Кёсем слетела заколка, которая держала нижнюю прядь причёски. Неопытная служанка слабо закрепила, не справившись с густотой волос Госпожи. Неосознанно оба опустились на колени дабы поднять маленькую вещь. Одновременно взяли хотели взять её, получилось так, что её рука лежала на его, немного сжимая. Лица стали ближе друг к другу, глазами играли в гляделки, не желая прекращать. Спустя пару минут первой опомнилась Кёсем. Взяла заколку из его рук и встала с пола. — Мне..пора - мысли сбивались, сейчас было совсем не до слов. Кеманкеш легко поклонился, смотря на уходящую женщину. Ушла, лишь украдкой взглянув на него напоследок. Посмотрел на руку, которую минуту назад держала Кёсем. Улыбка показалась сквозь густую бороду. — Что же ты со мной сделала, Султанша? - не выходя из своего наваждения, сел за рабочий стол и посмотрел в окно, вновь и вновь вспоминая голубые океаны её глаз. На кухне главного дворца царила суматоха. Трое повторов готовили ужин для Султанской семьи, учитывая вкусы каждого. Главный повар - Бейнем Ага, присел отдохнуть, раздавая указания своим помощникам. — Давай-давай, Тахир! Больше базилика! - жевал кусочек яблока и положил в рот, быстро жуя. — Бейнем Ага, лёгкой работы! - на кухню вошла Назлы Хатун, кокетничая с главным поваром. — Назлы, добро пожаловать! Гюльбахар Султан пожелала что-то особенное сегодня на ужин? - встал со стула и поприветствовал Хатун. — Моя Султанша заботится о Фарье Султан. На её сроке часто мутит и тошнота. Чтобы хоть немного её состояние облегчить, Господа приказала приготовить ей мятный отвар, сделаешь? - подняла на него глаза и похлопала длинными ресницами. — Разумеется. Раз Госпожа желает, от чего же не сделать? - сразу принялся за дело, растирая листья мяты. Хатун уселась на диван, на котором ранее сидел повар и покрутила в руке пузырек с желтой жидкостью. Спустя где-то двадцать минут всё было готово. Бейнем Ага подошёл к девушке с подносом и передал ей. — Ну вот, Назлы. Пожелай Султанше от меня лёгкой беременности - улыбнулся и отдал ей поднос. Очень любил детей, однако Аллах не даровал ему своих. С женой они прожили 20 лет, но не отчаялись. Нашли себя друг в друге. — Спасибо, Ага! Хорошего вечера - скрылась за поворотом, выходя из кухни. Поставила отвар на столик, доставая из рукава пузырек. Открыла и вылила всё содержимое в стакан. Спрятала его обратно и, заранее попросив прощения и Всевышнего, пошла к Фарье Султан. Атике Султан сидела в своих покоях, перебирая чётки. Боль не утихла, обида на сестру всё росла. Предательство молодая Султанша испытала впервые, не зная как реагировать и что делать. Поток мыслей прервали открывающиеся двери. В покои тихими шагом зашла Кёсем Султан, улыбаясь дочери. Светловолосая утёрла нос, встала и поклонилась. — Валиде, я рада вас видеть - взяла протянутую руку, поцеловала и приложила ко лбу. — Милая моя - провела от волос по щеке дочери - что с тобой происходит? - задержала руку на её щеке, улыбка сменилась беспокойством. — О чём это вы? - обе сели на диван, расправляя юбки платьев. — Ты целыми днями в покоях, с братьями и сёстрами не разговариваешь. На ужин ты тоже не пришла. Я ведь волнуюсь - женщина взглядом выгнала служанку из покоев, чтобы поговорить с ней откровенно. — Мне просто нездоровится - решила соврать - меня мутит. Лекарь сказала, что всё нормально, съела что-то не то. Конечно, Кёсем не поверила словам младшей дочери. Она видела её состояние, перемены в повелении, но и предположить не могла что с ней творится. — Я ведь вижу твои печальные глаза - за подбородок подняла её опущенную голову и посмотрела в зеленые пуговки - Родная, ты печальна. Атике долго мешкалась. Слёзы вновь подступили к глазам. Вместо всех слов она прижалась к матери, как когда-то в детстве. Женщина молчала, понимала, что ей нужно время. Гладила её по голове, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Когда спустя время девушка перестала плакать, легла на колени Кёсем, прикрывая глаза. — Почему всё так сложно мама? Валиде ничего не ответила, сочувственно смотря на дочь. Она поняла, что пока ничего от неё не добьётся, значит нужно узнавать по-другому. Атике уснула, а вместе с ней и Кёсем, откинувшись на спинку дивана. *** — Мурад, я очень соскучилась по тебе - принимая его в свои объятия, пролепетала жена Халифа. — И я соскучился по вам, Фарья. Очень — почти прошептал такие сладкие для неё слова. Подняла на него свои светящиеся глаза, широко улыбаясь. В их глазах была безграничная любовь, которую скоро укрепит ещё один маленький человечек. Он положил свои руки ей на ещё плоский живот и погладил. Уже представлял как возьмёт своего ребёнка на руки. Он будет далеко не первым, но особенным, от любимой женщины. Своих старших детей не отделял, лишь меньше внимания уделял их матери, что не оставалось незамеченным. Девушки в гареме были за неё и до последнего поддерживали Айше во всём. После совершения Никяха, совсем отчаялась. Находила утешение в детях, которым отдавал всю свою любовь. Много раз пыталась насолить Фарье, за что была наказана. Узнав о её беременности, не была удивлена и расстроена, ведь ждала и знала, что рано или поздно это случится. В покои принесли самые разнообразные блюда, что источали такой манящий аромат. Вместе с ними на подносе стояла чаша с напитком, пахло травами. — Что это, Хатун? - спросила у служанки, которая накрывала на стол. — Это мятный отвар, Султанша - остановилась от своего занятия, склонив голову - Гюльбахар Султан приказала его приготовить, он поможет от тошноты. Она позаботилась о вас. Фарья очень редко пересекалась с Гюльбахар и не знала о ней ровным счётом ничего. Было приятно, что ей она не равнодушна. — Ну что ж, спасибо! Передай Султанше мои признания. Можешь быть свободна - девушка поклонилась и вышла из покоев, уводя с собой остальных девушек. — Мурад, идём, я сейчас лопну! - причитала, быстро садясь за стол. Закатила глаза, когда увидела, что Мурад смеется и совсем не спешит разделить с ней трапезу. Успокоилась когда он наконец сел рядом с ней и взял ложку с супом. Так, за разговорами и едой, прошло около часа. Влюбленные сидели рядом и обсуждали всё на свете. Фарья положила голову ему на плечо, неспешно попивая мятный отвар. Она почувствовала легкое головокружение и прищурила глаза, немного скривив лицо. Это не осталось незамеченным для Мурада. — Любимая? - слегка повернул её к себе, глядя на бледный лик. — Всё в порядке, наверное малыш дает о себе знать - намекала на токсикоз, что являлось нормой на её сроке. С его помощью встала с места и хотела пройти к дивану. Но не успела сделать и двух шагов, как начала падать. Мурад подхватил её в последний момент, не давая удариться о твердую поверхность. Положил себе на колени, убирая мелкие пряди волос с её лица. Губы посинели, вмиг стала словно неживой. — Лекаря, живо!!! Завершив дела гарема, Валиде Султан ступала по уже мужской части дворца, направляясь в центральные повороты. Шла одна, не взяв ни девушек ни верного Хаджи. Мысли вернули её в события недавнего замужества. Как бы ни пыталась забыть этот кошмар. Из мыслей её вывел резки толчок в сторону стены и не сильное, но крепкое сжатие запястья. Вскрикнуть не успела, так как сообразила только тогда, когда незнакомец уже закрыл ей рот рукой. — Тише, Госпожа. Это я - Мустафа - когда убедился, что кричать она не собирается, убрал руку, но не отошел. — Что ты творишь, черт возьми? Я предсмертную молитву прочитать успела, доведешь ведь! - продолжала отчитывать, не скупясь в интонации. Тогда ему вновь пришлось утихомирить её, но уже другим способом. Воспользовавшись её слабостью, припал своими губами к её, сминая их в страстном поцелуе. И она почти ответила, если бы воздух не закончился первым. Посмотрела на него испуганными глазами, на что он погладил её выпирающие скулы и победно улыбнулся. — Не могу скрывать больше, моя Госпожа - он говорил тихо, словно убаюкивая - Не могу скрывать свои чувства к Вам! Одной рукой прижал её талию к себе, а второй уперся в стену, пристально заглядывая в два океана. Искал хоть какую-нибудь реакцию, которая придет на смену испуга и удивления. — Я не живу без вашего аромата, голоса..- провел носом возле её макушки, вдыхая запах жасмина - без тебя не могу, Кёсем! Прошу, если есть хоть один шанс быть больше времени с тобой, приходи в сад в полночь. Если же моя участь - казнь, я приму ее как самый благой подарок взамен на близость с тобой. Если же и ты неравнодушна ко мне, дай мне победить эту борьбу, милая Султанша! Его руки скользили по её талии, переходя на плечи и шею. Кёсем рвано дышала, стараясь утихомирить возбуждение, что успело возрасти до высшей точки. Когда она наконец вырвалась из его объятий, сделала два шага вперед, остановившись спиной к нему. Кеманкеш уже представлял как его шею стянет шелковая веревка, а Султанша сердца будет за этим наблюдать, но её голова повернулась к нему, на что он тут же среагировал. — В таком случае - ты выиграл. Последний слова перед уходом. Они оба улыбались, прекрасно понимая, что их сердца уже давно связались крепкой нитью.