Пред история. Завязка.

      Гермиона направлялась на завтрак, её шаги отмеряли привычный ритм по знакомым коридорам Хогвартса. Но утренняя встреча с Малфоем добавила этим ветхим стенам новые краски.  С одной стороны, ссориться с полу обнаженным Драко, было приятнее, с другой - её безумно пугало то, как он смотрел на неё. Его серые глаза, будто растворялись каплями дождя на её теле, проникая в самую глубину её души.  Побочным эффектом многолетней войны стала избыточная подозрительность. Ступив на вечно сменявшиеся лестницы, которые стали к восемнадцати годам обыденностью, Гермиона начала гадать, почему Малфой ошивался ночью у их факультета. Ни уж то, эти змеёныши что-то задумали…?   «Драко Малфой трахает кого-то из гриффиндора?»- предположила ведьма, после чего разразилась громким смехом, чем привлекла внимание нескольких студентов.   В отличии от остальных змеенышей, именно этот слизеринец громче всех кричал о том, какие все красно-жёлтые уродцы.  «Мерлинова борода, вот он хорек».   Гермиона начала перебирать в голове женские имена со своего факультета и гадать, кому подошла бы роль пассии Драко Малфоя. Разочаровавшись в своих детективных способностях, ведьма предпочла понаблюдать за белобрысым во время завтрака. Ведь люди, которые провели вместе ночь, просто обязаны переглядываться. Но поедая оладьи, Драко прожигал взглядом только одну девушку - её саму!  Но на это у Гермионы тоже был рациональный ответ. Она допустила два варианта: либо Драко раскусил её план, и поэтому издевался над любопытной дурочкой. Либо та, что была с ним, сидела поодаль неё. Оглянувшись вокруг, Грейнджер увидела лишь Джинни и Рона. Ведьма конечно не очень хорошо знала о предпочтениях Драко, но Рон точно не входил в «топ три».

***

        Первым уроком была алхимия. Слизнорт пообещал, что сегодня будет практическая работа в парах, и ведьма напряженно ожидала своего напарника, пока остальные студенты болтали, сидя на партах, и баловались легкими заклинаниями.  Тема прошлого урока всплыла в голове ведьмы, когда та разглядывала дерево в окне, которое будто, нарисованное художником, было украшено всевозможными осенними красками. Цвета в алхимии имеют особое значение. У каждого цвета и сочетания есть своя философия. На пример: красный и серый множество раз упоминаются в старых писаниях, и считаются основными цветами в природе зельеварения. Они как исходный металл и золото, представляют две разные стороны человеческой природы, которые должны примириться. Металл холодный, грубый, капризный материал. А вот золото очень чувственный и требует особого подхода. Алхимия затрагивала философию волшебников, через практическую магию, связывая таким образом материальное и духовное.   Дверь в кабинет распахнулась, прерывая размышления гриффиндорки. Ведьма почувствовала легкое покалывание в правой ноге, при виде белобрысого, она поёжилась на стуле, предвкушая «занятие». Профессор начал лекцию, а всё внимание Грейнджер было сфокусировано, на собственной ноге. Гермиона искренне расстроилась, когда не ощутила привычного давления.  Малфой сегодня держал ноги при себе. В отличии от рук! Ни прошло и пары минут, как Грейнджер ощутила культяпки Драко у себя на коже. Он медленно поглаживал коленку, поднимаясь выше и выше.  Гермионе захотелось скинуть его руку, захотелось наорать, поставить его на место, но она не могла отрицать того, что безумно желала узнать, куда держит путь его рука.   — Мистер Малфой, как бы Вы описали алхимию? — Внезапно обратился  учитель. — Какой сакральный смысл несёт этот предмет?   Рука Драко мгновенно исчезла в карман, на его лице ни дёрнулась ни одна мышца, он не потерял самоконтроль и был всё так же уверен в себе. Вставая, поправляя манжет, он усмехнулся уголком рта, такому легкому и наивному вопросу.     — Одно из толкований, которое я нашёл в библиотеке Мэнора, звучало так: Алхимия символизирует духовное путешествие, ведя волшебника от невежества, которое подразумевает под собой металл, к просвещению – золоту. Я считаю, что сбалансированное наполнение научного и духовного делает этот предмет, как минимум, интереснее  остальных. — Малфой поправил волосы и сел на своё место.   — Мистер Малфой, вы читали очень старое писание. — Удивился  Слизнорт. — Очень достойный ответ. Десять очков получает слизерин!   Змеи захлопали, а Гермиона заворожено смотрела на Драко. Как настолько разные люди, могли полюбить один и тот же предмет, видя в нём одинаковый смысл? В последнее время этот парень всё больше удивлял. Но куда важнее было сейчас понять, что это был за маневр. Рука на колене – серьезное заявление, и Гермионе следовало бы отчитать его. А в лучшем случае, понять мотивацию. Уж сильно сомневалась ведьма в его искренних чувствах.   — А сейчас, я хочу, чтобы вы приступили к изготовлению сыворотки правды. Я вернусь к вам перед ужином, от остальных предметов, на сегодня, вы освобождены. Только пара, которая первая выполнит задание с оценкой «превосходно», сможет забрать зелье себе. Слизнорт скрылся за старой дверью.    — Каким дебилам понадобиться весь день на его изготовление. — Возмутился Драко.   — Малфой, было бы тебе известно, перья болтрушайки настаиваются в течении трёх часов.   — Не учи меня, Грейнджер. — Фыркнул Драко.   Он отправился в кладовую за ингредиентами, а Гермионе показалось странным то, сколько времени выделили им на задание. Она посмотрела в листок и её глаза расширились от удивления, ведь объёмы превышали одну порцию. Девушка отправилась в кладовую, чтобы поделится информацией с напарником.   — Малфой, нам нужно сделать две… — Не успела ведьма договорить, как Драко развернувшись, врезался в гриффиндорку.   Нужно сказать, что кладовая была не больше двух каморок для швабр, поэтому развернуться здесь было особо некуда. Но даже для такого тесного пространства, ребята стояли неприлично близко.  Губы Малфоя буквально ощущали её дрожь. Смущенная Гермиона была прекрасна. Щеки краснели, приобретая пунцовый оттенок. Глаза уверенно уткнулись в пол, благодаря чему Драко осмелился, с нежностью осматривать каждый уголок лица ведьмы. Аромат корицы завладел его разумом и с каждой секундой было сложнее отдалиться. Он принял решение, которое бы не изменил даже под угрозой непростительного. Сейчас он поцелует её и пусть будет отвергнут. Пусть она упрямо отвергает его хоть каждый день, Драко будет пробовать вновь и вновь, пока стена между ними не падет. Он легонько берёт её за подбородок, приподнимая лицо, губы Грейнджер приоткрываются, что даёт ему зеленый свет. Но едва ли коснувшись желанных губ, слизеринец чувствует толчок в грудь.   — Эй, ты чего? — С паникой в голосе произнесла ведьма.   — Я чего? — Безразлично и как всегда холодно переспросил Драко. — Сама сюда притащилась и накинулась на меня.   Гермиона возмущенно ловила ртом воздух, не находя слов. Бежать было некуда. Глупая выдумка, кажется становилась реальностью, и это до бледноты пугало гриффиндорку.   — Ты только что поцеловал меня? — Звук разбивающихся, с треском, розовых очков, пронесся в голове ведьмы.   — С чего бы мне целовать тебя? — Усмехнулся Малфой. — Ты застыла как вкопанная, может чего привиделось.   — Не делай из меня дуру! — Гермиона злобно тыкнула Драко в грудь.   — Просто не можешь признаться себе, что хочешь меня. — Драко усмехнулся.   — Да кому ты нужен? — Фыркнула девушка.   — Всем. Грейнджер, я нужен всем.   Драко приблизился к ведьме всматриваясь в её глаза. Гермиона не двигалась и не дышала. Его умиляла такая реакция.   — Салазар тебя дери, Малфой, ты что удумал? — Шепотом сказала Гермиона, легонько пытаясь отодвинуть однокурсника. Но Малфой был неподвижен, будто скала.     — А, ну да. — Фыркнул Малфой. — Я и забыл, что тебе неизвестно, чем занимаются живые люди, с книгами, пади, всё иначе.   Грейнджер пару секунд смотрела на Драко, надеясь, что всё происходящее шутка, после чего залилась звонким смехом. Да, момент ни лучший, но он разговаривал, будто персонаж тупых книг, которые она так любила читать, в свободное время. Малфой попятился назад.   — Что смешного, Грейнджер?   Слизеринец держался уверенно, несмотря на то, что в области солнечного сплетения скрутился узел. Долгое время Малфой боялся, что может быть противен Грейнджер. Но чувствовал связь между ними, неужели он ошибся? Обида и стыд, именно эти чувства захватили сейчас сердце парня. Гермиона стала первой девушкой, чьих губ он решил коснутся. Первой, кого захотел поцеловать. Волшебник пользовался популярностью среди девушек Хогвортса и чуть ли не первый на курсе, начал вести половую жизнь. Но ни одна подружка ни удостоилась поцелуя. Он не понимал, почему людям вообще хочется обниматься и держаться за руки, а рот предназначен для еды, а не для обмена микробами. Но Гермиона, она изменила всё. При виде неё внутри становилось тепло, а зуд в голове стихал, но сейчас она смеется прямо ему в лицо.   — Чего смешного? — По слогам, вновь спросил Драко, однако смех ведьмы не прекращался. — Я что, по-твоему смешон? — Драко уже ни на шутку злился. Посмотрев на неё пару секунд, он резко вышел, хлопнув дверью.   Ведьма облегченно выдохнула, вытерев выступившие от смеха слезы. Видимо этого напыщенного индюка никто не ставил на место, думала девушка, собирая ингредиенты. Ещё и обвинил её в том, что она накинулась… И вообще, неужели всё это время он знал о её фантазиях. Все эти мысли смущали Гермиону, но одно она знала точно: нет ничего страшнее обиженного мужчины, тем более, если этот мужчина слизеринец! Выйдя из кладовой, она не обнаружила Драко, что было ожидаемо. Грейнджер решила, что выполнит задание в одиночку, но через пару минут, дверь класса открылась, и показалась белобрысая макушка.   — Не смотри на меня так! — Шипел Малфой. — Даже не дыши в мою сторону, Грейнджер. Я вернулся ради оценки и тупого зелья. Так что, старайся!   Гермиона сдержала улыбку, решив на этот раз промолчать. На протяжении всего времени, отведенного под зелье, ведьма, как бы невзначай, касалась Драко. На удивление, он ни разу ни отпрянул от неё. Конечно у Гермионы была цель: Ей нужно было посмотреть на реакцию этого хорька. Увидеть в его серых глазах страх или отвращение. К её удивлению, Малфой ни наорал, ни обозвал грязнокровкой. Наоборот! Позже и сам начал играть в игру: «Ой, прости, я случайно».   — Грейнджер, мы вроде варим сыворотку правды, а не амортенцию, что ты задумала? — Малфой посмотрел на неё прищурившись, сокращая расстояние между ними.   — Не понимаю, о чем ты. — Гермиона перевела своё внимание на котёл, помешивая отвар. — Кстати, думаю минут через пять всё будет готово.   Драко развернул Гермиону к себе, беря ее за предплечья.   — Ты какая-то мутная, Грейнджер. — Он внимательно рассматривал её лицо, пытаясь понять в чем подвох. — С чего это ты липнешь ко мне?   — Странно, правда? — Гермиона скинула руки Драко, вставая ровно и расправляя плечи. — Вызывает подозрения, ни так ли, Малфой?   — К чему ты…   — Я тебе не верю. — Перебила  ведьма. — Не знаю кому ты проспорил, но прекрати свои игры раз и навсегда! Драко застыл в замешательстве, в голове была свора мыслей, внимание на себя переключил, внезапно зашедший профессор.   — Ну что, мои юные алхимики, как ваши успехи? — Профессор осмотрел класс. — У кого зелье уже готово?   — У нас! — Выкрикнула ведьма.   — Грейнджер, что ты делаешь? Ему еще надо пару минут! — Прошипел Малфой, на что получил легонький толчок в живот, от локтя девушки.   — Профессор, я хотела поинтересоваться, как вы так сортируете ингредиенты? У вас такой порядок, безумно удобно работать.   — О, мисс Грейнджер, мне приятно что вы заметили. — Гараций смущенно поправил костюмный жилет. — Я обязательно поделюсь с вами этим заклинанием, но для начала проверю вашу, с мистером Малфоем работу.   Драко восхищенно наблюдал за Грейнджер, ведь этого диалога хватило, чтобы зелье дошло до нужной кондиции. Слизнорт наклонился к котлу, аккуратно помешивая и принюхиваясь.   — Это «превосходно» и конечно же, две порции сыворотки вы можете забрать с собой. — Гараций и класс поаплодировали. — Используйте её с умом. Не всякая правда приятна. Разрушив фантазию, об истину, можно навсегда лишить свою душу света.