Глава 5. Only If For A Night

Ноги Драко онемели, когда его подвели к креслу, напротив которого сидел Волдеморт. Костлявые белоснежные пальцы Темного Лорда вцепились в кожу кресла, как будто он свалится если отпустит его. В поместье Драко застал множество странных событий. После побега Белатрисы из Азкабана, она принялась за гардероб Нарциссы, будто они были обычными сестрами, обменивающиеся одеждой. Браконьеры, друзья Люциуса, однажды притащили неудавшийся эксперимент по разведению потомства, в результате чего Малфои поселили у себя в гостиной изуродованный гибрид дракона и лунного теленка. Был даже такой год, когда разозлившийся деловой партнер Люциуса, уходя, проклял одну из статуй в поместье. Она месяцами выкрикивала оскорбления в адрес всей семьи, пока Люциусу не удалось найти того, кто знал контрпроклятие. Однако то, что Волдеморт сидел в кресле перед невысоким кофейным столиком так, словно был обычным гостем, пришедшим на чай, по праву стало самым странным из того, что Драко довелось увидеть в собственном доме. — М-мой Лорд, — заикаясь, пролепетал он. Люциус сел в кресло рядом с сыном. — Полагаю, ты на хорошем счету в Хогвартсе, Драко? — Спросил Волдеморт. Только сейчас Драко заметил Нагайну, как некий щит скользящую по плечам Волдеморта. — Да. — Короткие ответы уменьшали вероятность того, что его голос дрогнет. Чтобы успокоить дыхание, он начал вспоминать важные исторические моменты, которые они изучали на занятиях по Истории Магии. Международный съезд чародеев 1289 года Мыльная метель 1378 года Восстание гоблинов 1612 года Восстание гоблинов 1752 года Забастовка гаргулий 1911 года — Замечательно. Для следующего шага нашего плана репутация будет очень важна, — голос Волдеморта прервал его мысли. — Скажи мне, ты видел Исчезательный шкаф? Он находится где-то в подземельях. — Исчезательный шкаф? — Переспросил Драко. — Это тот что… — Да, точно такой, что я показывал тебе в «Горбин и Беркес», кивнул Люциус. — Смышленый мальчик! — Прошелестел Волдеморт. — Он самый. Подобный ему находится в Хогвартсе. Два шкафа соединены. Правда, насколько я слышал, тот, что в Хогвартсе, был разобран и лишен магии. Я поручаю тебе, Драко, починить его. Драко кивнул, сглотнув. — И починив его… — начал он. — Два шкафа вновь соединятся. — Губы Темного Лорда скривились в улыбке, от которой Драко затошнило. — Когда придет время, мы сможем послать моих верных последователей через тот, что находится в «Горбин и Беркес», и незамеченными привести их прямо в Хогвартс. — Я понял. — Драко сжал челюсть. — Спасибо, Темный Лорд, что доверили мне столь важное задание. — Я знаю, что верность Малфоев… — глаза Волдеморта скользнули в сторону Люциуса, окинув его взглядом. — Непоколебима. Палец Люциуса дрогнул на ручке кресла. Затем эти жуткие глаза вновь устремились на Драко. — Твой отец говорил мне, что ты выдающийся ученик. Для тебя это не составит труда. Предположительно, шкаф находится где-то в подземельях. — Сказал ему Волдеморт. Затем он запустил свои чудовищные пальцы в складки плаща. — А это для тебя. Темный Лорд протянул ему кольцо из темного серебра. Драко протянул руку, стараясь, чтобы их пальцы не соприкасались, и взял перстень в свою ладонь. Кольцо было простым, но ободок был очень плотным. — Надень его, — с опасным любопытством в глазах подбодрил его Волдеморт. Драко надел украшение на большой палец. Кольцо само изменило размер, идеально подстраиваясь под его палец. По его руке пробежал холодок, когда магия кольца соединилась с его собственной. — Это для твоего следующего задания. У Драко пересохло во рту. Следующее задание. Ну конечно он не мог остановиться только на одном. — Я узнаю, когда ты закончишь чинить шкаф. Когда следующее поручение станет возможным, я оповещу тебя через кольцо. — Сказал Темный Лорд. — Как Темная метка, — подхватил Люциус, его глаза жадно изучали кольцо. — Совершенно верно. Временное решение, если угодно. Пока у мальчика не появится собственная. — Скрипучий голос эхом отдавался в ушах Драко, пульсируя в такт его колотящемуся сердцу. Он не мог дышать. Ему нужно было дышать. Нужно было ответить ему. — Благодарю вас, — голос Драко принадлежал кому-то другому. Он не узнавал его. — Милорд. Я не разочарую вас. — Нет, — Волдеморт снова улыбался. В Мэноре было жарко. В Мэноре никогда не было жарко. Драко обрадовался, когда эти ужасающе пустые глаза устремились на Люциуса. — Я уверен, что ты не позволишь своему наследнику оступиться. — Конечно, нет. — Люциус ответил, склонив голову перед Волдемортом. Темный Лорд уже поднимался со своего места, а вокруг его рук и туловища обвивалась Нагайна. — Могу я предложить вам что-нибудь, мой Лорд? — Не сейчас, Люциус, я должен идти. — Драко снова представил себе Волан-де-Морта и разрушающуюся статую. Со своими тонкими руками он был похож на мрамор, изваянный из слишком тонкого камня. Глаза Темного Лорда быстро скользнули по нему. — Драко… Внимай моему зову. Затем он исчез, и комната погрузилась в рассеивающийся черный дым. В этот раз его уход не принес Драко никакого облегчения. Кончики его пальцев бездумно царапали кольцо, украшавшее большой палец. Он изо всех сил пытался сглотнуть, но ужасный тягучий голос все еще терзал его сознание. Люциус не дал ему и мгновения, чтобы осмыслить происходящее. — Полагаю, ты не нуждаешься в объяснении того насколько важно, чтобы ты преуспел. — Сказал отец, первым поднимаясь со своего места с помощью трости. Глаза Драко были прикованы к креслу, в котором за несколько мгновений до этого сидел Волдеморт. Он не моргал. — Значит, если я ему понадоблюсь, он позовет? — Рассеянно спросил он. — Да. Кольцо на его большом пальце казалось тяжелым, как будто оно способно протащить все его тело по полу гостиной. Оно было похоже на кандалы. Он был привязан к Волдеморту. Привязан не к той стороне. Он подумал о обручальном кольце семьи Блэк и перстнях Малфоев. Все они были пропитаны магией. Одни не могли быть сняты самим владельцем. Другие можно было отследить, как, например, портключ. Откуда ему было знать, какую магию Волдеморт вложил в это кольцо? — А если он мне понадобится? — Драко не решался посмотреть на отца. Люциус рассмеялся. — Никто не зовет Темного Лорда. Драко боялся, что это был единственный ответ, который он мог получить. Он не знал нужных распознавательных заклинаний, чтобы доказать это. Он не знал, как далеко сможет зайти, пытаясь докопаться до истины. — Оно одностороннее, Драко. Создано для единственной цели. — Люциус продолжал, его голос звучал уже за дверью. — Мы приходим, когда нас зовут. Это наше единственное задание. Даже в шоковом состоянии Драко скривил губы. Как его отец мог быть таким трусом? Построить свою жизнь и репутацию неприкасаемого, благородного, уважаемого человека… только для того, чтобы стать собачонкой Темного Лорда, которого когда-то победил младенец. Драко отправился в Хогвартс, думая, что принадлежность к роду Малфоев дает ему право на хвастовство. Теперь он не стал бы винить пуффендуйцев, если бы они смеялись над ним. Когда Люциус удалился, Драко попытался снять кольцо с пальца. Оно легко поддалось, что вызвало у него облегченный вздох. Тем не менее, он вернул его на место. Он поспешил выйти из комнаты и направился по коридору. В крыле не было никаких признаков жизни. — Миппи! — Наконец позвал он, дойдя до конца унылого коридора. Рядом с ним появилась домовая эльфийка. — Да, мастер Малфой? — Спросила она пронзительным голосом. Драко вздрогнул. — Пожалуйста, просто Драко, — сказал он и продолжил, прежде чем Миппи успела запротестовать. — Где мама? — Госпожа зашла к друзьям на чай! — Сообщила ему Миппи. — Она вернется ближе к вечеру. Драко разочарованно вздохнул. До вечера было слишком много времени, чтобы оставаться в поместье наедине с Люциусом. — Передай ей привет, ладно? — Конечно, мастер Малфой. — Миппи поклонилась ему. — Драко. — Твердо сказал он, и его пальцы тут же нащупали новое кольцо. Стать Мастером Малфой значило бы предопределить свою судьбу. И несмотря на то, что находиться в подвешенном состоянии было не на много спокойнее, но это уже было что-то. Он быстро направился из зала вниз по парадной лестнице, чувствуя, как его мантия развевается за спиной. Он не медлил, проходя через гостиную и главное фойе. Выйдя из поместья, он сделал несколько шагов, не замедляя хода, когда его обувь ступила на твердый камень дорожки. На этот раз он не стал даже украдкой смотреть на фонтан, садовый столик или лабиринт из живой изгороди. Как только поместье осталось лишь маячащей тенью позади, он аппарировал обратно в Хогвартс. Приземлившись, он оступился и ухватился за ближайший ствол дерева. В животе снова появилось тошнотворное чувство, которое завязалось в тугой узел. — Идиот, — выругался Драко под нос. Он аппарировал после встречи с Волдемортом и после того, как не ел целый день. Аппарировал на пустой желудок уже и без того чувствуя себя плохо. В Большом зале должна была остаться еда с обеда или для тех, кто хотел поужинать пораньше. Несмотря на легкое головокружение, он направился к замку. Как только он вошел внутрь, мимо в разные стороны посыпались студенты Хогвартса. Это ничуть не облегчило его самочувствие, и он старался смотреть прямо перед собой, проходя по коридорам. Все снова были такими оживленными. Когтевранцы делились конспектами лекций, а юные гриффиндорки сплетничали между собой. В коридорах стоял звонкий смех и стук метел о пол, спешивших тренироваться пуффендуйцев. Даже самые замкнутые Слизеринцы не могли сравниться в заботах с Драко. Узел в его животе затянулся. Войдя в Большой зал, он сделал шаг к столу Слизерина. Он ожидал, что поест в одиночестве. Однако черная макушка Пэнси непринужденно покачивалась, когда она разговаривала с Блейзом через стол. За ее спиной были видны кудри Тео. Он не мог этого сделать. Драко не мог сидеть среди своих друзей и есть вместе с ними, как будто Темный Лорд только что не заклеймил его как юного Пожирателя смерти. Перстень на нем был далеко не роскошный, но, судя по тому, как его обдавало некомфортным жаром, на его лице отчетливо читалось беспокойство. И прежде чем Пэнси и ее пытливые глаза успели заметить его, он выскочил из Большого зала. Когда его мантия снова начала развеваться позади него, студенты младших курсов Хогвартса замедлили шаг и обратили на него свое внимание. Наверное, из-за драматизма своей походки он был похож на паршивую копию Северуса Снейпа. Они перешептывались друг с другом. Их глаза расширились от страха. Прежде чем он осознал, куда ведут его ноги и адреналин, он вошел в туалет для девочек на втором этаже. Он едва успел добежать до одной из раковин у дальней стены, прежде чем его вырвало в нее. Из него вышла не более чем желудочная кислота, и горло его горело, когда она поднималась вверх. Шатаясь, он обхватил раковину руками, убедившись, что больше ничего не произойдет. Его голова раскалывалась от напряжения. Драко отступил и, воспользовавшись другой раковиной, сел на пол. В туалете для девочек на втором этаже было грязно и пыльно, но Драко напомнил себе, что позже он сможет отчистить свою мантию. По крайней мере, с такого ракурса никто из случайных проходящих не смог бы увидеть его из проема открытой двери. Его скрывала круглая раковина в центре комнаты. На какое-то мгновение он ощутил… комфорт. Комфорт от того, что он невидим и изолирован. Никто не знал, где он находится. Никому не придет в голову искать его здесь. Он сидел, опираясь локтями на колени и подперев голову рукой, как будто она могла укатиться, если он отпустит ее. Когда стук в голове стал стихать, он уловил шум ржавых труб и скрежет унитаза. Она парила над ним, и ему не понадобилось поднимать голову, чтобы понять это. Он наконец убрал руки от головы, ощутив порыв холодного воздуха справа от себя. — Здравствуй, Миртл, — попытался он слабо улыбнуться. Призрак молодой девушки парил рядом с ним над кафельным полом, ее ноги были поджаты так же, как и у него. Она шумно выдохнула. — Ты неважно выглядишь, Драко, — сказала она ему серьезным тоном. И тут же хихикнула от собственных слов. — Что ж, для меня ты всегда будешь красавчиком. Драко выдавил из себя короткий, сдавленный смешок. Скорее даже вздохнул. Когда он впервые встретил Плаксу Миртл, он не был с ней так дружелюбен. Как он полагал, тихая заброшенная ванная комната, в которой он мог бы уединиться, оказалась домом одного раздражающего призрака. Он не желал с ней разговаривать. Вместо этого он осыпал ее оскорблениями, пока она пыталась обрушить на него свои самые страшные призрачные штучки. Это его не смутило. Следующие несколько таких встреч проходили одинаково: когда он входил, она появлялась, он говорил ей, чтобы она убиралась прочь, а она пыталась посеять страх в его сердце. Но они были не равны друг другу. Над Миртл издевались всю ее жизнь и после смерти. А отец Драко — Люциус Малфой. В один из особенно тяжелых дней — день, когда Волдеморт впервые приехал в поместье после возвращения на четвертом курсе — Драко не пытался ее расстроить. Вместо этого он сел у раковины и заплакал. Миртл наблюдала за ним. — Никто, кроме меня, еще не рыдал в моем туалете, — сказала она ему. — Еще никто не видел, как я плачу. — Признался он. Драко не мог понять, насколько жалко искать утешения в призраке, который поселился в девичьей ванной. Но с этим он смирился. Он принял это, когда понял, что не может оставаться подобием своего отца. Когда он понял, что по сути своей является жалкой копией Малфоя. — Опять что-то случилось? — спросила Миртл. — Теперь все хуже, чем когда-либо, — честно ответил он. Он покрутил серебряное кольцо на большом пальце. — Если Хогвартс будет уничтожен, куда ты пойдешь? — Надеюсь, что стану, наконец, свободной, — задумчиво произнесла она, блуждая взглядом по разваливающейся ванной комнате. Или, полагаю, я отправлюсь туда же, куда и ты. — И тут же улыбка вернулась. Она подмигнула ему. Драко снова попытался усмехнуться. После того как он узнал историю ее жизни, ему стало не по себе, что он пришел сюда хандрить. Но толку от этого не было. Его энергия была полностью исчерпана. Он опустил голову и провел рукой по волосам. Отчаяние охватило его, когда холодное серебро кольца коснулось кожи головы. Он посмотрел на высокий потолок, пытаясь сфокусироваться на узорах стеклянной отделки. — Вряд ли ты захочешь этого, Миртл», — вздохнул он. В тишине он наблюдал, как свет пляшет по витражам, украшающим стены. Лишь капающий кран и скрипучая дверь кабинки покачивались. Затем по его правой руке пробежал холодок, от которого волосы встали дыбом. Драко обернулся и увидел полупрозрачную руку Миртл, лежавшую на его бицепсе, ее пальцы были растопырены, занимая как можно больше места. Всё, что он почувствовал, — холодок, будто ветер обдувал его кожу. Но он уставился на нее. На каждую сереющую черту, мерцающую на его бледной руке. В горле запершило. Лицо пылало. Тело словно взвыло. Ему отчаянно хотелось ощутить ее руку на себе. Чтобы его утешила та, что познала все трудности так же хорошо, как и он сам. Получить прикосновение того, кто знал, что он юный Пожиратель смерти, шпион Ордена и трус, но очень хитрый. Чтобы его услышали. Он позволил девушке задержать на себе ее руку, в то время как по его лицу скатилась одна слеза. В конце концов, он свыкся с холодом.

***

Чтобы не отключиться прямо на полу в женской уборной, Драко заставил себя подняться на ноги. Миртл лишь хихикнула на прощание и прокомментировала его задницу, когда он уходил. Он едва не свалился за стол Слизерина, хватая остатки бутерброда, лежащие на столе. Съев его в два счета, он с трудом дожевал, прежде чем взять другой. Силы понемногу восстанавливались, и конечности обрели твердость. И вдруг появилось ощущение, что на него пристально смотрят. С набитым ртом Драко поднял голову. Поттер и Грейнджер уставились на него из-за гриффиндорского стола. Выражение лица Грейнджер выражало крайнее отвращение. Драко мотнул головой в сторону выхода из Большого зала. Он прихватил с собой еще одну половинку бутерброда. Они шли за ним, когда он вошел в Выручай-комнату, но так, чтобы не казалось, что они его преследуют. Когда камни превратились в стену у них за спиной, он уже прислонился к спинке дивана. — Не думал, что увижу избалованного богача вроде тебя, который ест так, будто не видел еды несколько дней, — сказал Поттер. — Замечательно, Поттер, — ответил Драко. — Мне рассказать о встрече с Темным Лордом или ты хочешь, чтобы я вернулся к своему обеду? — О встрече с Темным Лордом? — Послышался пронзительный голос Грейнджер, которая шагнула к нему. Драко кивнул, стиснув челюсть. — Меня вызвали в поместье сегодня утром, — начал он. — Я обнаружил отца и Темного Лорда уютно устроившимися в одной из гостиных. Он дал мне задание. В подземельях находится одна вещица. Известна она как Исчезающий шкаф, потому что… — Все, что в него кладут, исчезает. — Перебила его Грейнджер. Драко бросил на нее кислый взгляд. — Пять баллов Гриффиндору. В общем… оказывается, это неправда. У шкафа есть двойник, который хранится в Горбин и Бэркесе. Если связь между ними удастся восстановить, то все, что попадет в один из шкафов, появится в другом. — А Волдеморту до этого есть дело, потому что… — уточнил Поттер. — Это не поддающийся слежке путь, который проведет Пожирателей смерти — или его самого — прямо в Хогвартс. — Грейнджер верно подметила ответ, но ее взгляд был отрешенным. — Так, значит, мы должны убедиться, что его не починят. — Голос Поттера был до раздражения спокойным. Встретив раздраженный взгляд Драко, Грейнджер пришла в себя. Он стиснул челюсть. — Гарри… Волдеморт хочет, чтобы Малфой починил его. — Сказала она, повернувшись к своему другу. Осознание этого так медленно доходило до Поттера, что Драко успел дважды закатить глаза. — Ты? — Добро пожаловать в разговор, Поттер. — Драко скрестил руки на груди. — Значит, теперь ты служишь ему? — спросил Гарри. — Похоже на то. — Драко почувствовал кольцо на большом пальце. — Хотел бы я сказать, что это единственный раз. Что меня выбрали только потому, что у меня есть доступ внутрь Хогвартса. Но… Он уже сообщил мне, чтобы я ожидал следующего задания. — Ты не должен чинить шкаф. — Сказал ему Гарри. Тупость его слов повисла в воздухе. — Ты хочешь, чтобы я умер, Поттер? — Спросил Драко. — Ничего не говори. — Грейнджер поспешно вмешалась. — Малфой, что ещё Волдеморт рассказал о следующем задании? Драко пожал плечами. — Я знаю только, что одно — починки Исчезательного шкафа недостаточно, чтобы я заработал Темную метку. Поэтому у нас есть время что-нибудь придумать. — Сказал он ей. Затем он поднял ладонь, на которой красовалось новое украшение. — Пока что это моя временная метка. Темный Лорд сказал, что когда ему понадоблюсь, он свяжется со мной через это кольцо. — Ты принес кольцо, связывающее с Волдемортом, в Хогвартс? В эту комнату? — Гарри сделал шаг к нему. — Насколько я знаю, кольцо имеет одностороннюю связь. Если я ему понадоблюсь, оно даст знать. Как и Темная метка. Оно приведет меня к нему. А не наоборот. Для избранного, как Драко показалось, Поттер очень медленно соображает. Грейнджер оказалась перед Драко, ее любопытный взгляд изучал кольцо на его большом пальце. — Эм, позволишь? Драко кивнул. Взяв его руку в свою, Грейнджер развернула его большой палец и принялась рассматривать серебряное кольцо под разными углами. Она произнесла диагностическое заклинание. Вокруг руки, которую Грейнджер держала на уровне своих глаз, замелькали символы и руны, которые Драко не хотелось переводить. Он неловко поёрзал на диване. Рука Грейнджер была невероятно тёплой и почти обжигала его кожу, где касалась кончиками пальцев. Прикосновение было противоположно касанию Миртл, по спине распространялось необычное тепло. Он осознал, что единственный раз, когда они физически контактировали, был, когда она ударила его по лицу годы назад. Все, что он тогда чувствовал, — боль и кровь, текущую из носа. Даже когда она толкнула его в альков, то схватила его за рукав одежды. Теперь же Гермиона Грейнджер, девушка, которую он с раннего возраста изводил и презирал, касалась его голой кожей. Это тревожило. Ему казалось, что он может вспыхнуть, подойдя слишком близко к пламени. — Когда… когда я получу свою Темную метку, мне будет сложнее выполнять обет, не принеся себя в жертву смертельному проклятию. — Драко продолжил, снова обратив внимание на Поттера. — Ты точно станешь Пожирателем смерти? — спросил Гарри. — Я надеялся избежать этого… но, похоже, такова моя судьба. Особенно теперь, — он указал свободной рукой на кольцо, делая вид, что не замечает, как Грейнджер вцепилась в его пальцы. — Но ведь все будет хорошо, правда? Чем ближе я буду к Темному Лорду, тем больше информации ты получишь. — Полагаю… — Голос Гарри раздался как-будто издалека. — Пожиратель смерти в Ордене… — Послушай, Поттер, — прошипел Драко сквозь зубы. — Я тоже не в восторге, ясно? Я бы не стал давать Обет, если бы знал, что подписываю контракт на смертный приговор. — Оно безопасно. — Сказала Грейнджер, и ее голос разорвал напряжение, возникшее между парнями. Она опустила руку Драко, и в том месте, где она согревала его, появился холодок. — Насколько я могу утверждать по результатам диагностики, кольцо действительно напоминает Темную метку. Я бы на твоем месте не снимала его, он может почувствовать. Но в остальном… просто односторонний портключ к нему. Поттер по-прежнему выглядел взволнованно. Он рассеянно покусывал нижнюю губу, разглядывая перстень Драко. — Если не против, мы отойдем на минутку, — обратилась Грейнджер к Драко, после чего повернулась и увела Гарри в дальний конец комнаты. Драко напряг слух, пытаясь уловить, что она говорит. Ее мягкий голос рассеивался, из-за чего он слышал только обрывки фраз, долетавших до его ушей. — У тебя сейчас много забот… Позволь мне разобраться с этим… просто, я знаю… Не твоя ответственность… Моя идея привлечь его. Поттер кивнул. — Конечно, я доверяю тебе, Миона. — Драко слышал его гораздо отчетливее. Взгляд Поттера метнулся к нему. — Ты уверена, что с тобой все будет в порядке? Грейнджер выпрямила спину и скрестила руки на груди. Очевидно, она не собиралась отвечать на этот вопрос. Они направились обратно к Драко, встретившего их скучающим взглядом. — Присяжные на месте? — спросил он. — Теперь я займусь этим. — В голосе Грейнджер слышалось волнение. — Содействие осуществлению плана противоречит Непреложному Обету. Я починю шкаф за тебя и найду место, где его можно спрятать, чтобы никто с его помощью не проник в Хогвартс. — Нет, — отрезал Драко. — Что, прости? — Спросила Грейнджер, сохраняя строгую позу. — Я обязан в этом участвовать. — Вздохнул он. — Почему? — Чувство гриффиндорского героизма раздражало его безмерно. — Потому что, Грейнджер, моя клятва — защищать вас. — Драко вперил в нее взгляд, пытаясь разглядеть в ее выражении лица хоть малейшее беспокойство. — Если ты не забыла, никто из вас двоих не давал клятву. Вы не обязались защищать меня. Возможно, вы думаете, что вы такие благородные — те, кто на правильной стороне, — что вам все могут доверять. Но я не нет. С моей стороны глупо надеяться, что кто-то, кому ничего не угрожает, в мое отсутствие будет выполнять задание Темного Лорда, порученное лично мне. Взгляд Грейнджер был жестким и, пожалуй, немного сердитым. — Прекрасно, — процедила она. — В таком случае, Малфой, останься, пожалуйста. Нам нужно провести небольшое исследование. — Драко кивнул, озорная ухмылка заиграла на его лице. Наедине с Грейнджер. Работать вместе. Это должно быть интересно. Вид у Поттера был встревоженный. Его рот несколько раз открылся и закрылся, словно он пытался заговорить. Рука его поднялась, дотрагиваясь до шрама, словно нервный тик. — Ну, что ж… — начал он. — Мне пора. Дела Ордена… — Увидимся, Поттер. — Насмешливо протянул Драко, когда Гарри направился к скрытой двери. — Спасибо за информацию, Малфой. — Ответил он с нотками раздражения в голосе. — Увидимся в гостиной, Миона. Каменные плиты сдвинулись, открывая Гарри выход в западный коридор. Когда они в очередной раз закрылись, между Драко и Грейнджер повисла гробовая тишина. Поняв, что Драко не собирается ничего говорить, Грейнджер подошла к дивану и опустила на него свою сумку, засунув всю руку в зачарованный аксессуар и роясь там. Небрежно вытащив перо, бутылочку с чернилами, пергамент, несколько библиотечных книг и старые учебники, знакомые Драко по первым годам обучения в Хогвартсе, она сказала: — Я всегда держу под рукой все необходимое для подобных ситуаций, — рассуждала Грейнджер, раскладывая вещи на столе перед камином. Когда она открыла бутылочку с чернилами, часть содержимого выплеснулась наружу, видимо пролежав в сумке Мерлин-знает-как долго. — Гарри и Рон считают меня параноиком, но я не просто так попала в Гриффиндор, не так ли? Драко заметил, что она рассматривает содержимое сумки словно от этого зависела ее жизнь. Он не мог не ухмыльнуться. Неужели он уловил намек на небольшой страх? Сложив книги в одну стопку, она недовольно поморщилась и пробормотала себе под нос, что все смотрится не так, как надо. Она переставила их раз, второй. Затем развернула пергамент и разгладила его, чтобы лежал ровно. Наконец она окинула взглядом свое рабочее место и одобрительно кивнула. И тут поняла, что Драко наблюдал за каждым ее движением. Девушка подняла голову и встретилась с ним взглядом, ее щеки покрылись румянцем. — Что? — требовательно спросила она. Заметив брызги чернил, попавшие на ее лицо, Драко сдержал смешок. Черная капля попала прямо на скулу. — Боишься остаться со мной наедине, о храбрая гриффиндорская принцесса? — Спросил он, склонив голову набок. Девушка снова скрестила на груди руки и выпрямила спину, поставив ноги на пол, развернувшись к нему лицом. — Нет. — Уверенно сказала она. — А может, стоит? — Драко расслабился. Энергия, возникшая между ними, опьяняла. После всех этих лет, на протяжении которых она обыгрывала его на занятиях, а профессора вступались за нее, когда он подшучивал над ней… наконец-то он победил ее. Но Грейнджер покачала головой, и тушь на ее лице слегка размазалась. Драко не был уверен, что это было — стремление к совершенству или попытка устрашить, но его рука метнулась к ней, чтобы стереть пятно с щеки. Прежде чем он успел дотянуться до нее, Грейнджер схватила его запястье. Она уставилась на него широко раскрытыми глазами. Ее шокировало, что он попытался дотронуться до нее. — Что ты творишь? — спросила она, вздымая грудь. — Точно… не боишься. — Он ухмыльнулся. Она отпустила его запястье. Красный след остался там, где она его сжимала. — Всего лишь готова защищаться от каждого моего движения. Клякса осталась на лице. Чернила должно быть уже высохли. Ее прикосновение снова было продолжительным. Горячее, обжигающее и немного болезненное. Ещё мгновение… Драко облизнул подушечку большого пальца и потянулся к ней. На этот раз Грейнджер не успела остановить его, как палец коснулся ее щеки. Он вытер пятно чернил, обнажая веснушки. Грейнжер покраснела — от смущения или от гнева, он не мог сказать точно. Ладонью она вытерла его слюну со своей щеки. Глаза ее буравили его, тёмные, изучающие. — Я не боюсь тебя, потому что ты строишь из себя не пойми кого, — сказала она с горечью в голосе. — Пока здесь только мы с Гарри… ты спокоен. Когда нет публики, тебе не перед кем выделываться. Злость захлестнула Драко с такой силой, что он ещё ближе подошёл к ней. — Прекрати пытаться прочесть меня, как одну из своих книжек, — сказал он, в его словах чувствовался яд. — Ты думаешь, я твой мелкий проект, который надо улучшить? — Перестань, Малфой, рядом никого нет, чтобы лицезреть, как ты издеваешься над маглорожденными, ясно? — Грейнджер скривила губы. Он еще никогда не видел, чтобы она выглядела так недоброжелательно. Даже когда она его ударила. — Да как ты смеешь… — Я ведь права, не так ли? — Она повысила голос, он эхом отражался от стен Выручай-комнаты. — Смотри мне в глаза и скажи, что я не права, Малфой. Но Драко не собирался смотреть на нее. Вместо этого он устремил взгляд на пылающий камин слева от них. Он чувствовал, как магия Обета заставляет гнев затихнуть. Но другая его часть не нуждалась в магии, чтобы поддаться усталости, которую он чувствовал. Ссоры с Гермионой Грейнджер больше не доставляли удовольствия. — Разве не всегда, Грейнджер? — Он огрызнулся — одновременно и оскорбление, и подтверждение. Пламя потрескивало в воцарившейся тишине. — Так что, мы можем начинать? — наконец спросила Грейнджер, указывая на разложенные на столе предметы. Драко нерешительно устроился на диване, как можно ближе к краю. Грейнджер улыбнулась, но все равно села рядом с ним, похоже, просто чтобы позлить его. — Почему бы тебе не сесть ко мне на колени, Грейнджер? — Пусть он и не мог ссориться с ней, как в старые добрые времена, но подначивать её он точно мог. — А ты позволяешь каждому сидеть там? — ответила она. Драко развёл колени так, что одно из них уперлось в её ногу. Она не шелохнулась, как он и ожидал, но раздраженно выдохнула через нос. — Комфортно устроился? — Какая же ты невыносимая. — Драко подался вперед, чтобы посмотреть, что она принялась записывать на пергаменте. Та замолчала, выводя неразборчивым почерком какую-то чепуху. Драко уловил несколько слов. Василиск. Дьявольские силки. Пушок. Волшебные шахматы. — Не поделишься? — спросил он. Грейнджер поморщилась, не отрывая взгляда от писанины. — Сначала я думала поместить его в Тайную комнату. — Ответила она. — С тех пор как василиск исчез… там не осталось ничего, кроме старой змеиной кожи и засохшей крови. Я думаю, что мысль вполне здравая… расположить шкаф где-нибудь в глубинах подземелий Хогвартса. Там, где на пути будут преграды, чтобы, выбравшись из него, Пожиратели Смерти не смогли пробиться на поверхность. Может, это и не остановит их, но точно замедлит. И, надеюсь, в таком случае у нас будет достаточно времени, чтобы суметь столкнуться с ними там. — Так… — Драко жестом руки велел ей продолжать. Грейнджер снова нахмурилась. — Что ж, у нас есть идеальное место, — признала она. — Но? В чем проблема? — Потребовал он. Она взглянула на него, приготовившись к его реакции. — Ну, Гарри бы точно не одобрил. — Ответила она. — Он бы не хотел снова переживать трудности, с которыми столкнулся на первом курсе. Драко так сильно закатил глаза, что опасался, как бы они не застряли на затылке. — Поттера же здесь нет? — спросил он. И тут его осенило. — Так вот почему ты сама ввязалась в это? Грейнджер закусила нижнюю губу, зажав ее между зубами. — Наверное, да, — признала она. — Он просто… он просто не должен узнать об этом, хорошо? Вот теперь Драко и вправду ухмыльнулся. — Именно это я и хочу услышать. Бросай строить из себя хорошую девочку и приступай к работе. Так о какого рода трудностях мы говорим? Грейнджер рассказала ему о том, с какими препятствиями столкнулись она, Поттер и Уизелби в конце первого курса. Для него было новостью, что Поттер впервые встретился с Волдемортом на первом году обучения в Хогвартсе. Даже если он использовал Квиррелла в качестве вместилища, он не мог вообразить свою реакцию, столкнувшись с Тёмным Лордом в столь юном возрасте. Он выяснил, что каждый из профессоров подготовил собственную ловушку, чтобы помешать Волдеморту на пути к Подземным комнатам. Пусть они и были разрушены, но Грейнджер была уверена, вдохновившись, она сможет создать собственные препятствия. — В этот раз нам придется двигаться в обратную сторону. Последнее препятствие перед встречей Гарри с Квирреллом — загадка Снейпа о зельях. — начала она. — Это детская игра. Я придумаю собственную. Потом были волшебные шахматы. Как ты думаешь, Пожиратели смерти умеют играть? — Ставлю на то, что большинство этих безработных придурков коротают время в своих особняках, играя в них. — Ответил Драко. Грейнджер рассеянно постукивала пером по лицу. Затем она что-то черкнула и покачала головой. — Так не пойдет. Драко вспомнил слова Пэнси. Мне не придется работать ни дня в своей жизни, тем более заниматься арифмантикой. Несомненно, большинство чистокровных наследников, особенно те, кто отчаянно стремился стать Пожирателями смерти, думали так же. — Может, решить какое-нибудь арифмантическое уравнение? — Предложил он. — Зачарованные двери, которые не откроются пока не решишь уравнение. Глаза Грейнджер загорелись. Она нацарапала на пергаменте «арифмантика». — Мне нравится. Вернемся к нему, — сказала она. — Дальше были крылатые ключи, которых достаточно, чтобы заставить любого взбеситься. Мне кажется, что группа Пожирателей смерти просто попытается сбить нужный ключ, но я думаю, что сумею создать заклинание, дублирующее все уничтоженные ключи. — Как гидра, — подсказал Драко. — Точно. — На лице Грейнджер заиграла улыбка. — Для доброй души ты слишком любишь создавать дьявольские западни. — Сказал ей Драко. Она проигнорировала его. — Я обсужу с Невиллом Дьявольские силки. Думаю, он знает, как усилить их. Так что остается только Пушок. — Пушок? — Вопрос прозвучал скорее как утверждение. Конечно, он ослышался. Но Грейнджер рассказала ему о злобном трёхголовом псе, который охранял вход в подземелье. Он успокаивался и засыпал только тогда, когда звучала музыка. Пожиратели смерти не любили магических зверей. Такой способ поставить их в тупик был бы идеальным. Прежде чем они смогут наконец попасть в Хогвартс, им придется победить собаку. Грейнджер развеяла его надежды. — К сожалению, я не думаю, что есть способ провести Пушка в замок. Нам придется рассказать Хагриду, что мы делаем, и… — Только не это. — Перебил ее Драко. — А почему, собственно, он назвал трехголового пса-убийцу Пушком? Грейнджер лишь пожала плечами. — Думаю, если мы достанем боггарта, это сможет сбить их с толку. От боггарта можно избавиться только с помощью Риддикулуса. Если же они не будут знать, что это боггарт… — То будут атаковать его совершенно бессмысленные заклинаниями. — Закончил Драко. Грейнджер кивнула. — У тебя есть идеи, чего может бояться обычный Пожиратель смерти? Драко задумался. Он предположил, что это может быть сам Темный Лорд. А если нет, то, скорее всего, что-то опустошающее, например, потерять члена семьи или быть оставленным. Увидев, как их страхи воплощаются в жизнь на их глазах, они бы сошли с ума. — Чего-нибудь настолько ужасного, что можно хорошенько подраться. — Это все, что он мог ей предложить. — Великолепно! — Грейнджер хлопнула в ладоши. — Ты сейчас чем-то занят? Ему хотелось сказать ей. Хотелось выбраться из этой душной комнаты и найти общество среди тех, кто не был его неприятелем с детства. Но он бы солгал. А Пэнси и Блейз все равно еще не спят. Они будут задавать вопросы, и ему придется снова вспоминать свою встречу с Темным Лордом. Придется притворяться, будто отец просто вручил ему новое фамильное кольцо. — Что за задание, профессор? — спросил Драко у Грейнджер. Она невозмутимо протянула ему один из своих учебников и лист пергамента. — Арифмантика ведь твоя идея, верно? Ты уверен в своих способностях? — Спросила она. Драко недовольно скривил рот. — Конечно. — Прошипел он. — Значит, я придумаю загадку с зельями. — Схватив свой клочок пергамента и древнюю книжку по зельеварению, она откинулась на спинку дивана, сгибая ноги в коленях, чтобы опереться на них. Они работали в тишине. В основном. Самой неприятной чертой, которую Драко обнаружил в Грейнджер, оказались тихие звуки, которые она издавала, когда концентрировалась. Похожие на писк, они вылетали из глубины ее горла. Он подумывал сказать ей, чтобы прекратила, но решил, что она и не догадывается, что издавала эти звуки. Когда он бросал на нее взгляд, она даже не обращала на него внимания. Спустя время Драко перестал замечать ее. Он погрузился в «состояние рая», увлекшись созданием арифмантической задачки с нуля. Он принялся за решение собственной загадки, придумывая список волшебных зверей, которых можно превратить в определенные числа. Он рассчитывал на то, что с помощью зверей удастся сбить с толку невоспитанных Пожирателей смерти. Таким образом, он составлял тригонометрические уравнения, решить которые возможно, только если сперва отгадать перечень зверей. Прежде чем его сознание помутнело, он закончил несколько пробных уравнений. Уснул он с лёгкостью. Как никогда в общей комнате Слизерина. Потеряв голову от своих уравнений, он даже не успел запретить себе засыпать. Проснувшись, он обнаружил, что в Комнате царит кромешная тьма, только пламя в камине горит. Потребовалось немало времени, чтобы прийти в себя. Что произошло? Он опустил взгляд на свои колени. Лист пергамента и перо лежали на раскрытом учебнике арифмантики. Он заметил след чернил, оставленный им, когда он задремал. Он едва не подскочил с места, услыхав возле своего уха вдох. Он вскинул голову, путаясь в волосах носом и ртом. На его плече спала Грейнджер. — О, Мерлин и четверо основателей, — выругался он, хватая ее за плечи и усаживая в вертикальное положение. Ему не хватило порядочности, чтобы говорить потише. — Грейнджер. Проснись. Грейнджер испуганно вздрогнула, не сразу сориентировавшись, как и Драко. Она растерянно огляделась по сторонам, её волосы были растрепаны после недолгого сна. — Что? — Спросила она. — Мы уснули. — Коротко ответил Драко, убирая одну длинную вьющуюся прядь волос со рта. Он нахмурился. Грейнджер вздрогнула. — Боже, извини. — Смущенно сказала она. Девушка поспешно встала и принялась собирать свои вещи. — Что ж, уже поздно. В любом случае, мне нужно поговорить с Невиллом и Ремусом, чтобы уладить кое-какие дела. Ты сможешь встретиться со мной завтра, чтобы мы могли закончить с обсуждением наших планов? Драко кивнул, протягивая ей лист с задачами по арифмантике. — Оставь это пока у себя, хорошо? Получив ее согласие, Драко пожелал ей спокойной ночи. Он не знал, ответила она или нет. Его мысли путались от усталости, когда он вышел из Комнаты. Ее волосы оказались мягкими, совсем не такими, как он представлял. И было щекотно, когда она прижималась к его плечу.