Глава 9. Lilith

Последнее, в чем сейчас нуждался Драко Малфой, очередной удар бладжера, запущенный в него. До сих пор он едва успевал уворачиваться от них, избегая их на расстоянии практически дюйма. Сперва Обет, за ним задание, тяжелое положение матери и наконец непредсказуемая верность Северуса Снейпа. И вот он сидит в Выручай-комнате и испытывает такую редкую эмоцию, что даже не знает, как ее назвать. Из радио, украденного Грейнджер из кабинета маггловедения, тихо играла музыка. Мягкий свет из люка заливал комнату переливающимся голубым сиянием. Он сидел на вельветовом диване, оперевшись правым боком на толстый подлокотник. В руках у него была практически доделанная домашняя работа по арифмантике. Выполнять ее было так увлекательно, что ему почти не хотелось заканчивать. Он не решался делиться мыслями с Грейнджер, ведь она наверняка припомнит, что он всего несколько недель назад высмеивал ее склонность к зубрежке. Драко взглянул на нее. Она расположилась лицом к нему, опираясь на противоположный подлокотник дивана. Учебник по прорицаниям лежал на согнутых коленях, а ее брови были беспокойно сдвинуты вместе, пока она сосредоточенно читала страницу. На ней снова была маггловская одежда. Это была футболка, правда, гриффиндорского цвета, заправленная в джинсы, которые не останавливались на талии, а продолжались до груди, где застегивались на плечах. К тому же она сняла обувь, обнажив белые носки с маленькими красными сердечками, при виде которых Драко пришлось сдержаться, чтобы не расхохотаться. Ее ступни располагались почти под его задницей. Иногда они соскальзывали и задевали его, и тогда Грейнджер быстро переставляла их ближе к себе. Он снова разглядывал непонятный предмет в виде брючной рубашки, когда понял, что она его застукала. — Могу чем-то помочь? — поинтересовалась она. В её словах не было злости, скорее искреннее любопытство. Драко уткнулся в свой свиток по Арифмантике. — Эти… штаны. Как они называются? — Комбинезон. — В ответ на это он фыркнул. — Не может быть. — Сказал он. — Правда! — воскликнула Грейнджер, и он мог услышать улыбку на ее лице. — Почему нет? — Просто звучит так по-дурацки. Маглы никак не могут быть серьезными. — Ах, да, а волшебные названия вещей звучат очень убедительно. Драко снова взглянул на нее. Похоже, он застал ее врасплох: ее глаза быстро метнулись в сторону, а затем снова устремились на него. Он не стал задавать вопросов. — Что в мире волшебников имеет смешное название? — вместо этого спросил он. — Для начала, тебя зовут Драко. — Сказала она. — Попробуй с таким именем заказать кофе в маггловском мире, все просто засмеют тебя. — А Гермиона разве нормальное имя? Грейнджер приоткрыла рот, слегка приподняв подбородок. Ее глаза изучающе смотрели на него. — Что? — спросил Драко. — Я… никогда не слышала, чтобы ты произносил мое имя. — О. — Это все, что он ответил. Последняя задача по арифмантике начала складываться в голове, и он вывел на пергаменте несколько ответов. Вот и все. Готово. Драко вздохнул и откинулся на спинку дивана, выжидая, как скоро вернется тревога. Больше никаких заданий, никакого рая. Но, к собственному удивлению, на душе было спокойно. В груди его поселилось успокаивающее чувство. Как оно называется… удовлетворение? Да, это было оно. Это и есть тот самый бладжер. На душе у него было спокойно. Когда Грейнджер впервые предложила ему делать домашние задания вместе в Выручай-комнате, он был настроен скептически. Оставаться вдвоем в замкнутом пространстве дольше, чем нужно? Это могло обернуться только криками и колдовством. Тем не менее он согласился, потому что либо здесь, либо в пыльном углу библиотеки. Он вспоминал письмо матери, в котором она писала, что хотела, чтобы у него кто-то был. И хотя Грейнджер не была частью его жизни, он решил, что это по крайней мере поможет ему выпутаться из череды лжи, сказанной Нарциссе. Так продолжалось почти неделю: они изучали способы управления разумом, разочаровывались и искали запасные варианты, а затем понимали, что у них осталось совсем мало времени на выполнение домашних заданий, и приступали к ним. Между ними воцарилась тишина, а музыка прекрасно заполняла отсутствие разговоров. Драко закончил с домашними заданиями. Ему пора было идти. Но он решил, что может дождаться Грейнджер. В любом случае, чем позже он вернется в гостиную, тем лучше. Вздохнув, она захлопнула книгу и встала с дивана. — Есть кое-что, что я хотела сделать. — Обратилась она к нему. Драко приподнял бровь, наблюдая за тем, как она направляется к камину. Она достала свою палочку и направила ее на стену. Когда он понял, что она делает, было слишком поздно протестовать. Грейнджер отошла в сторону, любуясь своей работой. На миг буквы ДЛМ сверкнули магией, после чего слились с остальными вырезанными инициалами. В пустом промежутке над своим именем она вписала его. Их имена располагались теперь вместе, словно так и было всегда. — Вот. Пусть теперь все знают, что ты для нас сделал. — Она повернулась к нему. — Это очень смело. — Все? Типа ОД? — спросил Драко. Он заставил себя оторвать взгляд от стены, опасаясь, что инициалы могут исчезнуть, если он отвлечется. Грейнджер покачала головой. — Нет, весь волшебный мир. Вырезав здесь свои имена, мы предположили, что магия Выручай-комнаты позволит им остаться невредимыми. Если Хогвартс будет разрушен, комната должна остаться нетронутой. Однажды, возможно, в лучшем мире кто-нибудь найдет ее. А о нас будут помнить, как о тех, кто хотя бы попытался бороться. Как маяк надежды. В любой другой день Драко закатил бы глаза. Вставил какой-нибудь ехидный комментарий, который наверняка бы ее расстроил. Однако его тревога не отпускала, и он боялся, что любое его движение приведет к тому, что она вернется. — А что, если Хогвартс не будет разрушен? И вы победите? — спросил он. — Мы победим. — Поправила его Гермиона. — Тогда это будет просто напоминанием. Памятью о том, какими мы когда-то были. И чем можем гордиться. Несколько мыслей терзали его, не давая покоя. Не заметят ли другие члены ОД? Не зададутся ли они вопросом о наличии нового имени и о том, чьё оно, и не может ли оно принадлежать Драко Малфою, так ведь? Он подумывал сказать Грейнджер, что он не герой и не должен быть причислен к таковым, не говоря уже о том, чтобы о нём помнили. Но она улыбалась ему в своём комбинезоне и дурацких носках. Он решил, что это будет равносильно попытке пнуть ребенка. — Очень по-гриффиндорски. — Заметил он, и она лишь простонала в ответ. — А что значит буква Д? — Что? — Г. Д. Г. — Драко указал на стену. — Твое второе имя. — А. Джин. — Она ответила тихо, и он готов поклясться, что увидел, как покраснело ее лицо. Похоже, это была больная тема. О происхождении ее имени и, следовательно, об ее родителях. Ему ничего не было известно о них, но было понятно, в чем дело. Ради Мерлина, его второе имя Люциус. Вечно он стоял над душой. Он снова перевел взгляд на их инициалы. ДЛМ. Драко Люциус Малфой. Даже среди других беспорядочно расположенных букв он смотрелся неуместно. Почему она написала его имя так близко к своему? — Мне пора идти. Уже поздно. — Неожиданно сказала Грейнджер, выведя Драко из транса. — Да, мне тоже. — Согласился он. — Что завтра? У нас ЗОТИ? — Да, и это напомнило мне… тебе нужно поговорить со Снейпом. — Ее тон был серьезным, а глаза смотрели на него еще строже. Теперь уже Драко застонал.

***

Занятие по Защите от темных искусств тянулось медленно, как и каждое слово, произнесенное Северусом Снейпом. План ведения уроков Снейпа был беспорядочным и не имел ни смысла, ни последовательности из недели в неделю. Например, сегодня он рассказывал о контрзаклятиях и о том, как подобрать способ отмены любого проклятия, как зарегистрированного, так и нет. Признаться, занятие было не лишним. Учитывая то, как складывалась его жизнь, урок мог пригодиться в будущем. Тем не менее, занятие совершенно не было интерактивным. Из-за вызывающего сон голоса Снейпа и собственного внутреннего монолога, напоминающего Драко о том, что он должен будет сделать по окончании урока, он едва ли уловил хоть что-нибудь. Он не сразу понял, что занятие закончилось, пока остальные не начали вставать, их стулья ужасно скрипели о пол. Собравшись с мыслями, он успел заметить, как Грейнджер прошла мимо него и торжественно кивнула. Когда остальные одноклассники покинули кабинет, Снейп очистил доску, на которой писал. Почувствовав присутствие Драко, он остановился. — Вам что-то нужно, мистер Малфой? — спросил он, попрежнему не глядя на Драко. Драко поднялся со своего места и, подавив тяжкий вздох, направился к угрюмому мужчине. — Полагаю, наш разговор носит конфиденциальный характер? В этот момент Снейп стремительно повернулся, и двери класса захлопнулись, а жалюзи на окнах последовали их примеру. — Продолжайте. — Просто хотел сообщить вам, что у меня есть план, как загнать Дамблдора в угол. Сказал Драко. — Конечно, еще не все детали продумал, но когда это произойдет, вы узнаете об этом первым. Поэтому вы можете быть рядом… Он запнулся, не желая признавать провал, которого еще не было. — Чтобы в случае чего взять ответственность на себя. — Закончил за него Снейп, выделив последнее слово. — Верно. — Выражение лица Драко помрачнело. — Что ж, это все. Подумал, что вы должны быть в курсе плана. — Вернее об отсутствие оного. — Северус устремил свой суровый взгляд на ровно держащего спину Драко. Он не хотел, чтобы к нему относились пренебрежительно, едва взглянув на него. — Вы должны больше и быстрее работать. Отныне я связан с твоим заданием, и ты не посмеешь утянуть меня за собой. Драко прикусил внутреннюю сторону щеки, не позволяя язвительным словам сорваться с языка. Я не просил вас о помощи. Вы дали Обет ради самого простого выхода из ситуации? Или это предлог, чтобы покончить с собой? — Спасибо. — Ответил он сквозь стиснутые зубы. — За то, что вы сделали. Драко стремительно направился по рядам парт, желая поскорее покинуть темный и душный кабинет. — Я делаю это не для вас. — Снейп окликнул его, голос его гулко разнесся по классу. — Я делаю это ради нее. Нарциссы. Он застыл на месте. Имя ее, сорвавшись с губ, отскочило от стен и застыло в воздухе. От этого у него свело живот. Драко медленно повернулся. — Я тоже. — Отрезал он, встретив взгляд бездушных глаз Снейпа. В этот раз Драко знал, что его взор остается бесстрастным. Во взгляде не было ни капли сомнения. Ради Нарциссы. Он уже собирался выйти из кабинета, но любопытство и мысли о матери остановили его. — Вы открылись ей? — Да. — Ответил Снейп спокойно. С расстояния его можно было принять за статую. Такой величавый, такой неподвижный. Черная мантия струилась по его телу, словно высеченная из тяжелого мрамора и походившая на тонкие складки ткани. Тон его кожи выделялся на фоне непроглядной тьмы. Все это напоминало Драко Волдеморта. В какой-то степени Снейп внушал больше страха. Не столь худой, умелый и переживший многое. — Почему? Северус вздохнул. Они изменились: стали сдержанными и контролируемыми. — Я попытался убедить ее исчезнуть. — Сообщил он. — Когда вы были еще ребенком и появились признаки того, что еще не все кончено, я предупредил ее. Говорил ей, что нужно бежать из страны вместе с тобой, пока Темный Лорд не вернулся. Я собирался помочь ей. Переехать, скрыться, найти убежище. Она отказалась оставить Люциуса. Верила, что он образумится. И судя по нашему разговору о тебе и твоем задании, она, похоже, верит в это до сих пор. Драко не шевелился, оставаясь на месте. Но в этот момент он чувствовал себя так, словно в него только что врезался Хогвартс-экспресс. Воздух покинул его легкие, вынудив губы приоткрыться в попытке восстановить дыхание. Его мать могла сбежать. Она могла освободиться от этой жизни. Выход из этой ситуации был, но она им не воспользовалась. Из-за отца. Вновь все болезненное и невыносимое оказалось связано с Люциусом. Драко сжал ладони в кулаки, сжимая их до боли. Он просто кивнул Снейпу и вышел из класса. Предполагая, что в коридоре он будет один, он глубоко вдохнул, издав клокочущий хриплый вздох. Он ссутулился, и почувствовал, как ногти впиваются в кожу его ладони. И тут из одной из арок показалась Грейнджер. Рот ее был полуоткрыт, словно она хотела что-то сказать, но Драко не дал ей такой возможности. Мысль о том, чтобы обнять ее и уткнуться лицом в ее волосы, промелькнула в его голове так быстро, что напугала его. Он испугался ее близости, поэтому глупо махнул ей рукой и направился в противоположную сторону. Ноги сами привели его в совятню, где он начеркал письмо матери. Мама, встретимся в Хогсмиде послезавтра? Все в порядке. Просто хочу тебя увидеть. Плохой почерк, потому что я выпил пару бокалов виски. Люблю, Драко Только и всего. Он скучал по матери. Только и всего.

***

Во время их следующей проработки плана Грейнджер вела себя подчеркнуто непринужденно. Она не стала его расспрашивать, по какой причине он так странно вел себя, покидая кабинет Снейпа, что дало Драко повод не думать об этом и дальше. Лишь заверил, что, пусть и с легким недовольством, Снейп готов принять участие в любом плане, который придумает Драко. — Хорошо, отлично. — Гермиона кивнула, расхаживая взад-вперед, на этот раз подальше от камина. Рукава были закатаны до локтей, а рубашка расстегнута до неприличия низко, галстук болтался на шее. — Тебе жарко, что ли? — спросил Драко, в его голосе слышалось раздражение. — Что? — она остановилась и взглянула на него. — Твоя одежда. Она чуть ли не спадает с тебя. — Ответил он, уставившись в скучную старую книгу, которую она ему дала. — Прости, неужели тебя задевает мое тело? — в ее голосе слышалась все большая осторожность, было похоже на то, как они разговаривали друг с другом до того, как мир перевернулся с ног на голову. Это был риторический вопрос, и ему придется тщательно продумать свой ответ. В кои-то веки разум Драко не предложил ему спонтанную остроту. Он медленно поднял голову и посмотрел на нее со своего места на диване, позволяя глазам задержаться на обнаженной коже ее рук. Она была такой загорелой по сравнению с его собственной и усыпана россыпью веснушек. Тем не менее, она все равно выглядела лучше, чем его кожа, казавшаяся в данный момент тошнотворно белой. Драко с трудом сглотнул. -Нет. — Решительно заявил он. -Ну, хорошо, тогда я могу продолжить? — Спросила Грейнджер с ноткой раздражения. Драко снова опустил взгляд в книгу и сделал вид, что читает, безмолвно указывая рукой, чтобы она продолжала. — Мне пришла в голову мысль использовать Гарри в этом плане, но, очевидно, не можем позволить ему узнать, что мы делаем. Он бы никогда не одобрил применения волшебства против Дамблдора. Но он все равно может быть полезен. Только он способен привлечь внимание Дамблдора. Драко фыркнул. — А я отчетливо помню, как Поттер бегал по коридорам за Дамблдором, выкрикивая его имя, и не получал никакого ответа. — Что ж, и такое бывало. — Признала Гермиона. — Действительно ничего не скажешь. — Нельзя полагаться на что-то настолько нестабильное. — Сообщил он ей. — Пусть это будет запасной план, но нужно придумать что-то еще. Грейнджер присела рядом с ним и уставилась на огонь. Они молчали, пока она думала, а он читал, но это была комфортная тишина. Драко почувствовал облегчение. По мере того как он погружался в спокойствие окружавшей его комнаты, до него начали доходить строчки из книги. Он сел ровнее, когда несколько строк привлекли его внимание. — Что там? — спросила Гермиона, наклонившись к нему так близко, что ее обнаженное предплечье касалось его. Драко мысленно пожалел, что надел свой чертов костюм, потому что в нем действительно было жарко. — Ты что-то нашел? Его взгляд устремился вниз, туда, где ее тело прижалось к нему, и она быстро отодвинулась, чтобы оставить между ними немного пространства. — Здесь говорится, что воздействие на сознание не сработает, если цель будет застигнута врасплох. — Сказал ей Драко, указывая на строки, которые цитировал. Глаза Грейнджер забегали, наверное, она прочитала этот абзац раньше, чем он успел бы объяснить. — При мне он всегда будет настороже. Но помнишь, когда мы ходили прятать Исчезательный шкаф, как ты смогла разобраться с Филчем. Может быть, мы могли бы использовать твой статус старосты, для того чтобы добраться до Дамблдора, не вызвав подозрений? Грейнжер прищурилась, не отрывая глаз от страницы. — Например, я скажу что мне нужно поговорить с ним о своих обязанностях? — Да, о чем-то обычном. О чем староста могла бы поговорить с директором. Гермиона кивнула, откинувшись на спинку дивана. — Это может сработать. Думаю, нужно придумать что-то такое, из-за чего среди старост пойдет слух, что мы чем-то недовольны. Ничего серьезного, какая-нибудь стычка в ванной комнате старост или что-то в этом роде. Все будет выглядеть достоверно, чтобы он знал, что все взаправду. Драко рассмеялся. — Знаю, что ты придумываешь на ходу, но надеюсь, ты придумаешь что-нибудь получше стычки в ванной. — Хорошо, как скажешь, я подумаю над этим. — Отмахнулась она. — Завтра у нас собрание старост. Не хочешь встретиться после? — О, не могу завтра. Я встречаюсь кое с кем в обед. — Ответил он, не очень понимая, почему. Гермиона вздрогнула. — С… Сам-знаешь-кем? — У тебя жар, Грейнджер? — Драко приподнял бровь и повернулся к ней лицом. Он положил книгу на стол. — Обед в Хогсмиде с Темным Лордом? Под веснушками на ее лице проступили красные пятна. — Ну, я не знала, что встреча пройдет в Хогсмиде. — Тихо произнесла она. Он усмехнулся в ответ на ее смущение. — Так с кем? Только не говори, что собираешься на свидание. — Жар и провалы в памяти, — поддразнил он. — Как ты помнишь, отсутствие свиданий — именно та причина, по которой Пэнси Паркинсон выставила меня из гостиной Слизерина. Гермиона бросила на него невеселый взгляд. — Ты преувеличиваешь, и знаешь это. — Она вздохнула. — Кроме того, может поэтому ты так взъелся на Пэнси и ее отношения. Может, твои развивается не так, как планировалось? Она явно издевалась над ним, о чем свидетельствовала гордая улыбка на ее лице. Но, тем не менее, это заявление вызвало у него раздражение, и он неловко отодвинулся. — Я встречаюсь со своей матерью, всезнайка. — Отрезал он. Улыбка исчезла с ее лица, и Драко почувствовал легкое чувство вины. — О. Она… Ты…? Драко вздохнул, подавшись вперед и обхватив голову руками. — Не знаю, что именно во время совместных занятий заставило тебя думать, что мы друзья, Грейнджер, но тебе лучше не лезть в чужие дела. — Как только эти слова сорвались с губ, он был уверен, что она ответит ему пламенной речью, и задался вопросом, почему он так поступает с самим собой. Разрушает единственное укромное местечко, которое ему удалось найти за весь год. Но вместо этого она рассмеялась. — О, прекрати, Малфой. Мы же одни, помнишь? От этого заявления его серце ухнуло вниз. Интересно. Это определенно что-то новенькое. Драко снова поднял голову, оглядывая пустую комнату. — Ты уверена, что Уизли нет поблизости? — спросил он. При мысли об этом брови Гермионы приподнялись, а затем скривила лицо. — Определенно нет. Это вызвало смех у Драко. Звук удивил его, он не ожидал такого. Что же было такого в этой ведьме, что он не знал, кто он такой рядом с ней? Он был благодарен ей за то, что она прервала его мысли. — Ты закончил задание по чарам? — Еще не начал. — Нам стоит сделать перерыв и позаниматься ими. Так, посмотрим… — Грейнджер начала доставать свои принадлежности из бесконечной сумки и раскладывать их на столе. Она спустилась с дивана и устроилась прямо на полу. — Если нужно, можешь взять мой учебник. — Что ты делаешь? — спросил Драко. — Хм? — Гермиона подняла на него глаза, и проследила за его взглядом. — А, всего лишь хочу отдохнуть на полу. Нам всем это нужно. Помогает снять напряжение. Драко подумал, что она, должно быть, говорит абсолютную маггловскую чушь, так как в ее словах не было ни капли смысла. Тем не менее, он тоже опустился на пол, чтобы воспользоваться ее учебником. Его колени неловко стукнулись о стол. Они работали молча, прерываясь лишь на то, чтобы время от времени спрашивать друг друга. Ответы Грейнджер звучали еще до того, как он заканчивал задавать свой вопрос, а еще она комментировала даже свои, пусть и в один голос с Драко, который ответил бы меньшим количеством слов. «Два ботана уединились в Выручай-комнате», — подумал он про себя, издав мрачный смешок под нос. На фоне всего беспорядка своей жизни он понял, что именно этого ему не хватало. Ясности мыслей, легкости ума. Туман рассеялся. С другой стороны, он наблюдал, как отдельные воспоминания, связанные с Грейнджер на протяжении многих лет, сменяются новыми. Часть из них была такой мучительной, а другая — словно свет среди всего этого уныния. Высказывания, брошенные ему в детстве. В защитном порыве страх перерос в ненависть и был направлен на самую легкую мишень, которую он мог найти. Ее слезы на ступенях во время Святочного бала. Она была самим совершенством. Она должна была быть на танцполе. Прошедшие несколько недель. Ее маггловская одежда, ее смекалка, ее способность отвечать на его колкости. Он оглянулся и увидел, что она читает учебник, а ее губы беззвучно произносят слова. Никогда ненависть к Грейнджер не была такой сильной, как к Волдеморту. Да и к отцу тоже. И даже к Поттеру в его наихудшие моменты. А теперь всё это исчезло. Он так долго был ослеплен своим воспитанием. Теперь она сидела рядом с ним, не магглорожденная и не гриффиндорка. Просто девушка. Возможно, теперь они были друзьями. Возможно, они всегда должны были быть друзьями.

***

Драко пробирался сквозь прохожих Хогсмида, ворча на очень медлительных третьекурсников, которые занимали всю дорогу. Не то чтобы он особенно торопился добраться до выбранного матерью места встречи, но, тем не менее, это доставляло неудобства. В последний раз, когда он видел ее, она лежала осабленная в постели. В этот раз она стояла у входа в магазин Мадам Паддифут в дорогом серебряном платье, ее волосы были уложены в прическу и ни одной выбившейся пряди, а солнечные лучи ослепительно отражались от них. Она выглядела обеспокоенно, сжимая в руках снятые перчатки. — О, Драко, — вздохнула она, увидев его, и заключила в объятия. Он хотел насладиться объятиями, но боялся, что за ними непременно последуют рыдания. А ему совсем не нужно было давать младшим ученикам повод для перешептываний. Он отстранился и открыл перед ней дверь в чайную. — Ты прекрасно выглядишь, мама. — Сказал он ей, когда они уселись в дальнем углу заведения, подальше от остальных. — Даже черезчур хороша для этого места, тебе не кажется? — Всегда Малфой. — Нарцисса улыбнулась ему. Подошел официант, и его мать принялась снисходительно зачитывать из меню свои любимые сорта чая и печенья. В этот момент Драко не услышал ни слова из заказа, изучая других посетителей зала. В основном это были шумные третьекурсники или старожилы Хогсмида. С ними все должно быть в порядке. Как бы там ни было, он наколдовал Муффлиато, как только ему принесли чай. — Почему ты выбрала это место? — поинтересовался он, пока она до краев наливала чай в его чашку. — Уверен, поблизости есть несколько более приятных мест, куда мы могли бы пойти. — Не будь глупцом, Драко. — Ответила мать, легонько ударив его по руке. — Раньше мне здесь нравилось. Я не была здесь столько лет. Твой отец водил меня сюда. Наши первые свидания проходили именно здесь. Нарцисса задумчиво улыбнулась, отпивая чай. Драко оглядел облезшую пастельную краску, безвкусные украшения и вычурные обои. Мысль о том, что его отец приходил сюда по собственной воле, была смехотворной. — Должно быть, ты ему очень нравилась. — Пробормотал он, глядя в свою чашку с чаем. — Очень на это надеюсь, — сказала Нарцисса, подняв брови. — Так о чем ты хотел поговорить? — Разве сын не может пригласить свою маму на обед безо всякой причины? — Спросил Драко, надеясь, что она расслышала усталость в его голосе, когда он запихивал в рот печенье. — Драко! Сначала доешь одно, а потом бери следующее. А то зубы испортишь. — Выругалась она. — И да, конечно, может. В нормальном мире и при нормальных обстоятельствах. Так в чем дело? И почему ты не смог приехать домой? — Мама. — Драко глубоко вдохнул и на мгновение закрыл глаза. Открыв их, он взял ее руки в свои. — Я не буду больше ходить вокруг да около, поскольку мне известно, что ты знаешь обо мне больше, чем я могу даже представить. Но ты должна пообещать мне, что отнесешься к моим словам спокойно, зная, что со мной все в порядке. Я более чем в порядке. Вы хорошо меня воспитали, и я прекрасно справляюсь с собой. Обман за обманом. Для нее, для нее, для нее. — О, Драко, что случилось? — ее голос перешел в напряженный шепот. — Ты меня пугаешь. — Не пугайся, мама. — Драко сжал ее ладони. — Но учитывая обстоятельства… мое задание, встречи, профессор Бербидж… он. Мэнор больше не является для меня домом. Я все еще буду навещать его, потому что ты там. Но сейчас я просто не могу смириться с этой мыслью. Я знаю, чего ждет от меня отец. Я сделаю это ради интересов семьи Малфой, но это не то, кем я являюсь. В ее глазах уже стояли слезы. Он предположил, что в последнее время они появлялись чаще, чем обычно. В мгновение ока его носовой платок оказался в её руке, там, где только что была его рука. — Пожалуйста, не плачь, — тихо попросил он, несмотря на Муффлиато. — Все в порядке, я просто хотел, чтобы ты знала. Но мне кажется, ты уже поняла это. Нарцисса кивнула, опустив взгляд на стол и борясь со слезами. — Уже давно. Но услышать это от тебя… — Женщина вытерла глаза платком. — Мне жаль, что у тебя отняли дом. — Хватит, больше никаких извинений. Ты слишком строга к себе за то, чего не совершала. — В общении с ней он был решителен, но нежен, как и она всегда держалась с ним. — В любом случае, я хотел поговорить не об этом. Его мать взяла себя в руки, отпила чаю и распрямилась в старом шатком кресле. — Я хочу знать, почему ты осталась. — Продолжил Драко. — Я говорил со Снейпом, и он сказал мне, что пытался помочь тебе. Предложил тебе выход. Тебе больше не нужно притворяться, мама. Я знаю, что ты не веришь в прежние порядки. Я знаю, что ты скучаешь по тете Андромеде, и я знаю, что ты боишься. В этом доме тебе вряд ли будет комфортно. Там, где полно людей, которые приходят и уходят, когда захотят… Так почему же ты не уехала? — Из-за твоего отца. — Ответила она почти неслышно. — Я знаю, знаю. Но он что, вынудил тебя остаться? Неужели он причинил тебе боль? В ответ Нарцисса пылко покачала головой и провела рукой перед лицом, словно пытаясь отогнать саму мысль. — Нет, никогда. Ничего подобного. — Заверила она его. — Он просто не хотел уезжать со мной. А я не могла его бросить. Драко откинулся на спинку кресла, не спеша выпустив материнскую руку. — Я просто… не понимаю. — Он вздохнул. — Как может человек… как можно так сильно любить кого-то? Вопрос звучал глухо, и был скорее риторическим, однако теперь мать смотрела на него хмуро. — Если бы я знала… О том, что Темный Лорд вернулся, что ему понадобишься ты… Все было бы по-другому. Потому что я тоже очень люблю тебя, Драко, но. — Я не знаю. Никто не скажет о том, что делать в такой ситуации. Я была совершенно одна. Мне было так страшно. — Её голос прозвучал совсем тихо. — Его возвращение изменило твоего отца. Даже те слухи, которые появились, когда ты был совсем маленьким… Он изменился. Ты не знаешь того человека, которого знала я, и мне жаль, что так вышло. Но я верю, что он где-то там, и я смогу его вернуть. — Тебе не нужно ничего делать. — Сказал ей Драко. — Я просто хочу, чтобы ты не вмешивалась, пока все не закончится. Его мать кивнула, и несколько мгновений они сидели в тишине. Драко бездумно потягивал чай, пытаясь хоть чем-то себя занять. Затем руки Нарциссы потянулись к его лицу и нежно коснулись его кожи. — Ты выглядишь так же, как он, когда был в твоем возрасте. Только вот волосы намного короче. — Она вздохнула, убирая несколько прядей с его глаз. — И у тебя такое большое сердце. Как будто я снова здесь с ним. Драко едко хмыкнул, прежде чем смог остановить себя. Нарцисса нахмурилась еще сильнее. — Он был таким любящим. Я знаю, в это трудно поверить. Она продолжила. — Но это тот Люциус, которого я знала. — Ты не сможешь убедить меня, что не было никаких признаков того, что он стал По… его сторонником. Он поступает так, будто вся его жизнь к этому вела, и я думаю, он и правда в это верит. — Он вздохнул. Руки матери медленно опустились. — Да, ты прав. Он всегда знал. И я всегда знала. — Теперь на ее лице читалась вина. А ее взгляд не был обращен на сына, и Драко почувствовал холод в его отсутствии. — О, Драко. Я знала, что любить твоего отца — ошибка, с той самой минуты, как он поздоровался со мной. Для всех, кто меня окружает, было неправильным. Знала, что потеряю сестру, независимость, большую часть своей личности и жизнь, какой я ее знала. Именно такие браки заключаются в древних семьях волшебников. Но когда мы были вдвоем… это было правильно. Я не могла избавиться от этого чувства. Я все ждала, когда же оно изменится. Чтобы найти повод сбежать. Но все оказалось таким правильным. И этого было достаточно. Драко почувствовал, как его лицо побледнело, и на него накатило сильная тошнота. Его мама не знала этого, но она только что оправдала один из его самых больших страхов. Список этих страхов постоянно пополнялся. Как только он вычеркивал один из них, к нему стремительно прибавлялись другие. Дыхание стало тяжелым, пульс отдавался в ушах. Он слышал, как мать произносит его имя, но оно звучало глухо из-за хаоса, царившего в его собственных мыслях. Драко схватился за стол, почувствовав, как от старой древесины отлетают щепки. Нарцисса вскочила на ноги и обхватила его так же, как он ее в теплице. От внезапного движения он вздрогнул и потерял равновесие. — Ты в порядке? — Взгляд ее широко раскрытых глаз судорожно метался по его лицу. — Я в порядке, в порядке. — Сопротивляясь жалкой реакции своего тела, он заставил себя подняться на ноги. — Я забыл поесть, вот и все. Проголодался. Его мать снова заняла свое место, но она не была полностью уверена в его благополучии. Напичкав его еще несколькими печеньями и сэндвичами, она снова успокоилась. Драко знал, что чай расслаблял, а потому еще не раз подливал его в чашки, пока не почувствовал, что напиток подействовал на них. — Драко, ты пропускаешь приемы пищи? — Поинтересовалась мать под конец их встречи, и он вздохнул с облегчением. Нельзя было допустить, чтобы она подумала, что все гораздо серьезнее. — Обычно нет, мама. Сегодня я просто проспал. — Еще одна ложь не повредит. В самом деле, последнее, что ему было нужно, — больше еды. Но правда была слишком тяжелой для него, слишком. Он не мог ей сказать. Ни сейчас, ни когда-либо еще. Но он знал, что должен сделать. Ему нужно поговорить с Пэнси.