Часть 9

Он знал, что находится не в реальном мире. В реальности он никогда не бывал в этом месте. Вокруг него находилось дерево, название которого он не знал (что странно), на нем росли ярко красные яблоки, налитые сладким соком. Около дерева стояла лавочка, которую обвивали ветки, выходящие из земли. На небе были облака с чудоковатыми формами, больше похожие на сладкую вату. Он мог поклясться, что увидел в облаках свое очертание. — Будешь? — Когтистая рука протянула ему сочное яблоко. Сережа вздрогнул, со страхом смотря на черные перья, которые нередко приходили к нему во снах. — Снова будешь мучить? — Смиренно спросил Разумовский, даже не оглядываясь на очередную галлюцинацию. Птица это понял, обходя его, оказываясь перед сережиным лицом. — Это место когда-то было моим домом, — Птица раскинул руки, совершенно не обращая внимания на вопрос, осматривая место, в котором они сейчас находились. — И что с ним случилось? — Решил продолжить диалог Сережа, смотря в жёлтые глаза, которые Птица в блаженстве закрыл, откусывая яблоко, сразу же откидывая его в сторону. — Ничего, — хтонь пожала плечами, махнув когтистой рукой, чтобы Сережа пошел за ним, но тот не послушался, оставаясь на месте, — не бойся, давай пройдемся. — И Сережа пошел, словно зачарованный какой-то магией. Он быстро поравнялся с Птицей, осматривая изменившуюся обстановку, в которой теперь не было ничего, кроме белоснежной пустоты и облаков. Птица лег на зелёную траву, похлопав рядом с собой. Сережа упал следом, рассматривая небо. — И зачем мы здесь? — Миллиардер едва заметно улыбнулся, замечая в небе силуэт уточки. Они с Олегом любили в детстве так делать. — Хотел попрощаться именно здесь, — просто произнес Птица, будто для него это ничего и не значило. — Попрощаться? — Сережа резко повернул голову к своему двойнику, который не хотел смотреть ему в глаза. — Что это значит? — То и значит, сереж, — Птица поджал губы, рассматривая свои когти, — перед своим уходом я хотел бы задать тебе вопрос. Можно? — Когда это ты спрашивал что-то с моего разрешения? — фыркнул Разумовский, но Птица явно этого не оценил, не желая продолжать диалог. — Спрашивай. — Почему не я? — Что? — Растерялся Сережа, который не ожидал такого вопроса. Он перебирал варианты ответов, чтобы ответить на такой непонятный вопрос. — Почему не я? — Твердо повторил двойник, наконец поворачивая к нему голову, впиваясь в родное лицо желтыми глазами. — Я не знаю, — прошептал Сережа, понимая, о чем речь. — Знаешь, — Птица не поверил ему. — Нет, не знаю, — замотал головой Сережа, закусывая губу до крови, морщась от боли в голове. — Нет, знаешь! — Повысил голос он. Сережа вздрогнул. Птица выдохнул, успокаивая свой гнев. — Послушай, — Птица поднялся, присаживаясь на траву, скрещивая свои ноги в форме лотоса. Сережа, немного посомневавшись, последовал его примеру. Птица замолчал, пытаясь подобрать нужные слова. — Я понимаю, — он кивнул, грустно смотря на того, чью внешность позаимствовал для своего существования, — просто ответь мне, — он умоляюще посмотрел на Серёжу, — ответь, — прошептала хтонь, хватая Разумовского за руки. — Сердцу не прикажешь, — голубоглазый не смотрел на него в ответ, сидя с опущенной головой. Птица горько хмыкнул: — Я знаю. Иначе приказал бы ему никогда не влюбляться в тебя, — Сережа резко вскинул голову, явно не ожидая такого признания. Птица поддался чуть вперёд, убирая отросшую челку назад. — Брось, ты знал. — Сережа кивнул вместо ответа. — С твоего детства моей обязанность было следить за тобой, оберегать тебя, заботиться, — он провел острым когтем по белоснежной коже, даже не пытаясь задеть лицо, — я слишком поздно понял, что не могу без тебя жить. А потом появился Олег, — Птица ненавистно выплюнул это имя, будто оно причинило ему боль, — я завидовал ему, я ненавидел его! И мне приходилось носить эту ненавистную шкуру ради тебя, — Птица резко выпустил ладони Серёжи из своих рук, вскакивая на ноги. Сережа взглядом проследил за ним, но не пошел следом. — После просмотра всего этого я понял, что слишком опасен для тебя. Мне надо уйти. — И куда ты пойдешь? — Сережа обнял себя руками, почувствовав небольшой холод, который появился очень неожиданно, забирая все это тепло. — Умру, — равнодушно пожал плечами он, совершенно не беспокоясь за свою судьбу. — Но так нельзя! — Разумовский резко встал на ноги, хватаясь за голову, которая начала болеть так, будто в ней стреляло куча людей. Он пошатнулся, но все же подошёл к Птице, оставляя между ними небольшое расстояние. — Нельзя, чтобы ты умер из-за меня. — Птица резко развернулся, взмахнув длинными волосами, которые у него не пропали после стрижки Серёжи. — Послушай, Серёж, я хочу, чтобы ты знал, — Птица сжал его плечо, прижимая к себе, — я не злодей. И никогда им не был. Я всегда любил тебя и оберегал. И сейчас я оставляю тебя на Олега, потому что знаю, что он позаботится о тебе, — Птица отстранился, отталкивая от себя Серёжу, который испуганно закричал, падая на землю, совершенно не чувствуя боли, будто упал на какой-то матрас. — Просто будь в порядке, хорошо? Будь счастлив. — Нет! — закричал Сережа, вскакивая с земли, пытаясь догнать своего двойника, но Птица пошел вперёд, совершенно не оборачиваясь на крики человека, которого когда-то оберегал. Впереди появился ослепляющий, из-за которого Сережа закрыл глаза рукой, пытаясь догнать своего двойника. Он смог открыть глаза, жмурясь от яркого света. Рядом с птицей стояло белое существо, облаченное в белоснежные ткани. У него были такие же белоснежные волосы. — Не трогай его! — Изо всех сил закричал Сережа. Птица обернулся, едва заметно улыбаясь, сам прижимая руку существа к своему сердцу, начиная громко кричать, но Сережа как будто этого не слышал. Он будто находился в ванне с головой, совершенно не обращая внимания на окружающий мир. Существо с белоснежными волосами обернулось на Серёжу, заботливо улыбаясь ему. Белоснежные перья начали падать с неба. Сережа резко вынырнул из сна, испуганно озираясь по сторонам, пытаясь понять где именно он находится. — Ты в порядке? — Заботливо спросил Олег, поставив на тумбочку кружку с кофе и тарелку с оладьями, присаживаясь на кровать рядом с ним. — Да, все нормально, — закивал Сережа, вытирая бегущие слезы по щекам. — Серёж… — Он ушел. — Разумовский резко высказался. Волков замолчал, пытаясь понять о чем речь, а после радостно улыбнулся: — Это ведь хорошая новость! — Он счастливо посмотрел на Серёжу, который всхлипнул. — Хорошая же, да? — Аккуратно спросил Олег. Сережа упал в его объятия, начиная плакать, чувствуя липкое опустошение. Волков заботливо обнял его, прижимая парня к самому сердцу, успокаивающе начиная гладить его по спине. Разумовский перевел взгляд на зеркало, которое было на шкафу с одеждой, замирая не секунду. На него смотрела золотистые глаза. Он водянисто улыбнулся, пытаясь найти ответ, но глаза тут же исчезли, будто их никогда и не было. И он наконец улыбнулся. Не от облегчения, что Птицы больше нет. Он знал, что тот его одного не оставит. Сережа выпутался из теплых объятий, забирая из тарелки оладушек, начиная есть его в сухую. Олег улыбнулся, замечая, что Сережа больше не плачет. *** Он дотронулся забинтованной рукой до мрамора, стирая небольшую грязь. На него взирали ледяного цвета глаза, но такие живые, такие радостные, что хотелось просто плакать. Свободные штаны измарались в грязи, все тело ныло, но уходить он не собирался. Он едва ли мог стоять на ногах, но сейчас он стоял на коленях, высказывая всю свою любовь и верность любимому человеку. — Я знал, что найду тебя здесь, — раздался голос слишком рядом. Адам вздрогнул, но тут же расслабился, узнавая ещё одного посетителя кладбища. — Как добрался сюда? Ты же даже лежать без лекарств не можешь. — Любовь делает свое дело, — улыбнулся Адам. Уголки губ доставали до бинтов, что скрывали обоженную кожу. — Спасибо. — Ты сделал бы для меня тоже самое, — Альберт присел на корточки рядом с ним, не желая портить свой светлый костюм, переводя взгляд на могилу, вгрызаясь в знакомую фамилию, которую хотел взять его брат. Не сложилось. — Зачем возишься со мной? — Снова задал вопрос Адам, медленно отворачиваясь от могилы, обращая внимание уже на своего брата, который не смотрел на него. Адам знал, что это не из-за бинтов. — Я больше не твоя ответственность. — Но ты мой брат, — пожал плечами Альберт, будто для него это ничего не значило, но Адам значил для него слишком много. Значит. — Знаешь, я не переставал тебя искать. Я верил, что ты все ещё жив, что ты не сошел с ума, — Альберт посмотрел на свои руки, впервые показывая свою неуверенность. — Насчёт второго я бы подумал, — усмехнулся Адам. Альберт грустно улыбнулся: — Где ты был? — Ты знаешь. — Знаю, — кивнул Альберт, не отрицая того, в чем его упрекали. — Зачем тогда спрашиваешь? — Эта не та тема, которую Адам хотел бы обсуждать со своим братом, но, видимо, все же придется поговорить об этом. — Хочу услышать все лично от тебя, — Альберт наконец повернул к нему голову, не скрывая обкусанных губ и синяков под глазами. «Не спал. Волновался.» — сделал вывод Адам, смотря на своего вечно идеального братца. — Ты же знаешь, я… — Альберт замолчал, смотря прямо в родные глаза напротив. — Я поверю только тебе. — Засудишь его? — Сомневаешься? Адам тихо засмеялся, падая окончательно на землю, сразу же ойкая от боли. Альберт упал следом, подложив свою руку под голову, чтобы брат не чувствовал сильной боли. Он застонал, когда понял, что испортил новый дорогой костюм, который купил недавно. Адам, заметив это, начал смеяться заново, и Альберт позволил себе засмеяться вместе с ним. *** — Уверен, что именно сегодня? — Грустно спросил Сережа, который стоял в аэропорту вместе с остальными ребятами. Дима пытался унять слишком шумного Игоря, который слишком громко что-то доказывал Отто, не разговаривающим на русском, а переводчик переводил все слишком криво. Юля держала Марию за руку, печатая что-то другой в телефоне, не показывая это никому другому. Тёть Лена суетилась, проверяя сумку с гостинцами, подарками, сувенирами и другими вещами, которых хватит на целый год. Федор Иванович обсуждал с Олегом будущую рыбалку, на которую они планируют пойти завтра утром. После возвращения из кинотеатра что-то пошло не так, поэтому Отто и Августу пришлось остаться в Питере. — Моя сестра позвонила мне, — слишком ломано сказал Август. Он пытался выучить русский, но все было слишком тщетно. Сережа уже и забыл, что они разговаривали в кинотеатре на русском только по прихоти… Кого? — Сказала, что я срочно нужен ей. — Я буду скучать, — расчувствовался Разумовский, который после ухода Птицы стал более сентиментальным, чем был раньше. Август просто кивнул, махнув рукой Отто, и его телохранитель тут же двинулся за ним, расталкивая компанию из Димы и Игоря. Тёть Лена подбежала к нему, отдавая пакеты со всем необходимым. И они были настолько тяжёлыми, что Отто даже немного перевесило (и как эта хрупкая женщина их вообще тащила?). — Билеты взяли? На дорожку точно посидели? Попить есть у вас? Наушники, чтобы музыку послушать? Беруши, чтобы не слышать храп? Маска для сна? Салфетки? Все есть? — Лен, да успокойся ты, — легонько потрепал по плечу дядь Федя свою жену, — ничего они не забыли, ты же их собирала. — Da tetya len vse horosho , — убедил ее Август. — Господи, как дети быстро растут, — Прокопенко покачала головой, заботливо обнимая Отто, который был выше ее на несколько голов и шире на несколько тел, погладив его по спине. Отто неловко прокашлился, приобнимая ее руками, которые были заняты пакетами. Позже тёть Лена повернулась к Августу, который осознал свое поражения, первым начиная их объятия. — Тёть Лен, ты их знаешь несколько дней, — усмехнулся Игорь, пожимая руку Отто, который перекинул один пакет на другую руку, а потом сразу же пожал Федору Ивановичу, Олегу, Игорю, Серёже и Диме, чтобы больше не перекидывать туда-сюда дары тёть Лены. — И все равно как дети, — покачала головой женщина, ласково улыбаясь двум мужчинам. Отто неловко отвёл взгляд, чувствуя тычок своего босса, тут же натягивая дежурную улыбку на лицо. — Spasibo, tetya len, vi takaya zabotlivaya, nam vse ozhen ponravilos, — попытался нормально сказать Август, но некоторые слова все ещё были непонятны. — Ой, да брось ты, — махнула рукой женщина, — все, давайте уже! Посадка! Август и Отто улыбнулись, прощаясь со всеми ещё раз, заходя на борт самолёта. Юля помахала им рукой, на что Август просто поднял ладонь, сразу же опуская ее. Мария кивнула им, подходя к тёть Лене, которая стояла ближе всех. — I can't believe that I agreed to board a Russian plane and not my own, — фыркнул Август, явно не понимая как его на уговоры уломала тёть Лена. — But business class, sir, — невозмутимо сказал Отто, помогая начальнику пристегнуться. — I beg you , — закатил глаза Хольт, — just August . — Ok, August , — Отто улыбнулся ему, вспоминая все планы на сегодня, —you called your sister ? — She's already waiting ror us home , — кивнул Август. —Aunt Lena call again . — Far what ? — To tell how many people are on the plane and whether it is full , — вспомнил эту небольшую традицию Шрайбер. Август мученически застонал. *** — Вениамин Рубинштейн был задержан по подозрению в убийствах, экспериментах над своими пациентами и другими страшными преступлениями. Недавно в психиатрической больнице произошел пожар, но некто смог опубликовать все доказательства виновности Рубинштейна. Альберт Новак, известный адвокат, представляет интересы своего брата — Адама Новака, которого считали погибшим. По официальным данным Адам Новак находился под присмотром Рубинштейна и стал его экспериментом, сейчас же он находится в больнице. Сообщается, что некоторые пациенты из записей Рубинштейна не были найдены, а значит, могут находиться среди людей. Пожалуйста, если вы увидите этих пациентов, то позвоните на номер, который вы видите на экране, — официально вещала Анна Теребкина. Мария выключила телевизор, складывая руки на груди, в ожидании смотря на Юлю. — Что? — Не выдержала Пчелкина. — Довольна? — Задала вопрос Архипова, подходя к девушке на диване. — Он сядет, я уверена, — самодовольно ответила красноволосая, — Альберт Новак не из тех, кто проигрывает дела. Он обязательно разберётся со всем этим. А Дима с Игорем этого Рубинштейна засадят в самое худшее и темное местечко. — Какая ты жестокая, — усмехнулась Мария, полностью разделяя мнение своей девушки. — Как и он, — пожала плечами Пчелкина, поднимаясь с дивана. Она подошла к Марии, чмокнув ее в щеку, проходя на кухню. — Что у нас сегодня? Архипова фыркнула, идя вслед за своей любимой, включая телевизор снова, вполуха слушая новости, которые уже были не о Рубинштейне. *** Володя напевал незамысловатую мелодию, пока жарил себе мясо, посыпая его различными специями, которые нашел у себя. Рядом раздался пронзительный требовательный «мяу». — Что? — Он опустил свой взгляд, с вопросом смотря на кошку, которую подобрал вчера. Он не совсем умел справляться с животными, но всегда мечтал завести кота или собаку, чтобы жилось не так скучно. Он ещё не отошёл от того, что был жив, но уже подрабатывал на стройке, используя тайком свою суперсилу, зарабатывая себе на пропитания. Теперь он был не один, но эта кошка просила есть каждый раз, когда он просто вставал с дивана. — Ты ела десять минут назад. — Кошка недовольно посмотрела на него, как бы говоря: «Ты, между прочим, тоже ел сегодня утром, и меня не волнует то, что уже десять вечера». — И не смотри так на меня, — нахмурился Кризалис, — мне денег не слишком много платят, ещё за коммуналку платить надо, и за это подобие квартиры, ещё и еду на проживание, а половина моих честно заработанных денег уходит тебе на корм. — Кошка фыркнула, будто говоря, что он зарабатывает их не совсем честно. — Да, у меня есть суперсила, но я так намучился, чтобы получить это, поэтому не шпыняй меня. — Он проглядел свое мясо, поэтому оно чуть не сгорело. Володя быстро перевернул его, но хитрое масло брызнуло в лицо, попадая каплями в глаза, из-за чего он недовольно прошипел. Кошка, почувствовав конкурента по парселтангу тут же заорала, и Кризалис заорал в ответ, просто чтобы не отставать. Кошка слишком была шокирована этим, поэтому замолчала. — Ладно, но это в последний раз, поняла? — Он достал пачку корма, насыпая лакомство в тарелку, из которой недавно ел сам. — А кто такая хорошая? А кто такая красивая? Кто такая милая? — Начал сюсюкаться он, и кошка недовольно посмотрела на своего хозяина, приступая к трапезе. Только он протянул руку, чтобы погладить трехцветную шерсть, как в дверь постучали. — Ты кого-то ждёшь? — Кошка никак не отреагировала на него, будто он вообще ничего не значил. — Вот и я никого не жду. — Но все же Володя подошёл к двери, открывая ее, немного отступая назад от неожиданного гостя. — Женя? — Поэт, — поправил кудрявый мужчина, кутаясь в свое слишком холодное пальто. — Заходи, писатель, — Володя отодвинулся от двери, впуская гостя. Кошка зашипела, отрываясь от своей еды. — Не знал что у тебя дома живёт опасная собака, — хмыкнул Поэт. — Не живёт, только сейчас зашла, — Володя улыбнулся, а Женя кинул на него недовольный взгляд. Кризалис кашлянул, понимая, что шутка ему не очень понравилась. — Это кошька. — Ты назвал кошку кошкой? — Поэт фыркнул, будто не ожидал от него ничего другого. — Нет, я совсем дурак, по-твоему? Ее зовут Кошька, — выделил он последнее слово. Поэт слабо улыбнулся, скидывая промокшую обувь. — У тебя, я так понимаю, не слишком много отличий с Максимовым? , — Закатил глаза Поэт. — Чем там пахнет? — Принюхался он. — Кошька, мясо! — Кошка испуганно вздрогнула, начиная бежать на кухню быстрее, чем сам Кризалис. — Дети, — выдохнул с улыбкой Поэт. *** Игорь наконец допил горький кофе, с грохотом поставив чашку на стол. Он осмотрелся вокруг, замечая, что в отделении остались только они с Димой и дежурная. Даже уборщица закончили свою работу, убегая домой. Гром посмотрел на Диму, который сосредоточенно изучал бумаги, читая сначала один, а потом и другой листок. — Домой не хочешь? — Майор встал с насиженного места, сладко потягиваясь, не скрывая свой зевок. — Хочу понять кое-что, — нахмурился Дима, внимательно читая записи. — Что именно? — Игорь подошёл к нему, опираясь на спинку стула, заглядывая в листочки, информацией на которых были те самые сканированные записи Рубинштейна. — Почему именно Сережа… — Пробормотал Дубин, не отвечая конкретно Игорю, пытаясь понять то, что хотел бы. — Он ведь лечил ее мать, — пожал плечами Игорь, совершенно не понимая смысл дальнейшего расследования. — Просто больной псих, который влюбился в нее, а потом захотел держать ее сына рядом с собой. — Все равно что-то здесь не сходится, — Дима устало откинулся на спинку стула, откидывая листки на стол. — Брось ты это, скоро суд, там он и расколется, — Игорь приобнял Диму за плечи, заставляя его встать со стула, начиная идти вместе с ним к выходу. — Я уж думала вы тут до утра сидеть будете, — недовольно пробурчала дежурная, растирая свои глаза, чтобы не заснуть. — Настён, если бы не я, то Дима бы тут дольше тебя сидел, — весело сказал Игорь. Настя слабо улыбнулась, провожая их взглядом до выхода. Один год назад. Сережа выдохнул, не переставая теребить нитки, которые выбились из рукавов кофты. Он усталым взглядом окинул кабинет, совершенно не удивляясь тому, что ничего тут взгляд не цепляет. Ему протянули листочек, который он тут же схватил. — Что же Вы так? — Усмехнулся психиатр. — Я выписал Вам несколько таблеток, купите их в аптеке около больницы, пожалуйста. Рецепт там тоже есть, — мужчина кивнул головой на бумажку, которую Разумовский уже спрятал себе в карман. — Вы всё-таки думаете, что я псих? — Обречённо спросил Сережа, будто для него это было концом всего. — Нет, Сергей, я так не думаю, — психиатр покачал головой, внимательно изучая бледное лицо напротив. — Ко мне много приходят таких как вы. Многие из них начинают видеть своих близких после их смерти. — Олег жив! — Слишком резко ответил Сережа, ни на миг не жалея об этом. — Конечно, — тут же согласился с ним доктор, — я верю Вам, Сергей. — Он положил свою руку на руку Разумовского, утихомирив ее на несколько секунд. — Я всегда буду Вам верить. — Спасибо, — Сергей с благодарностью посмотрел на него, вздрагивая из-за слишком громкого звука, который издал телефон психиатра. — К сожалению, наше время подошло к концу, — он с грустью посмотрел на него, смахивая будильник. Сережа кивнул, начиная вставать со стула, в несколько шагов преодолевая расстояние до двери. — До свидания, Вениамин Самуилович, — попрощался Сережа со своим психотерапевтом. — Увидимся через неделю, Сергей! Разумовский вышел за дверь. Рубинштейн посмотрел на свои карманные часы, убирая их в стол, проводя пальцами по фотографии рыжеволосой девушки, цвет волос которой не передавал снимок. Сережа вчитывался в слегка неаккуратный почерк психиатра, случайно сталкиваясь с человеком, тут же хватаясь за лоб, которым он ударился, шипя от боли. — Ох, простите пожалуйста, я Вас не заметил, — извинился кудрявый мужчина, глядя на него с сожалением в зелёных глазах. — Ничего страшного, всякое бывает, — Сережа улыбнулся, поднимая голову, смотря на этого изящного великана. Деревянная дверь открылась. Из нее тут же выглянул Рубинштейн, внимательно смотря на своих пациентов. — Евгений, я Вас ждал, пройдёмте, — пригласил его к себе Вениамин Самуилович. — Простите ещё раз, — Евгений поджал губы, сразу же направляясь в кабинет, из которого недавно вышел сережа. — Да не за что прощать... — Тихо сказал Сережа, поймав заинтересованный взгляд Рубинштейна, который быстро развернулся, закрывая дверь в свой кабинет. Наши дни, больница Санкт-Петербурга. Олег положил пакет с апельсинами на прикроватную тумбочку, где уже лежали под тридцать штук апельсин. — Да ладно, ты же миллиардер, — болезненно простонал Шура, обращаясь к Серёже, который фыркнул от смеха. — Ты мог принести мне креветки. — Мог, но по традициям все носят апельсины, — пожал плечами Разумовский, но в глазах у него искрилось веселье. — Да я эти традиции, — проворчал Саша, приподнимаясь на больничной койке, морщась от боли. Олег уже вскочил, чтобы помочь ему, но Шура поднял ладонь вверх, чтобы ему не помогали. — Как ты вообще выжил? — Сел на кровать рядом с ним Олег, когда Сережа предпочел стул около кровати. — Врачи говорят, что в жизни такого чуда не видели, — Саша болезненно улыбнулся, посматривая на лекарство в капельнице. Благодаря связям Разумовского его поместили в лучшую палату с самым лучшим доктором, хотя Сережа долго боролся с тем, чтобы поместить Сашу в частную больницу, но в таком состоянии его перевозить было нельзя ни в коем случае. — Боги спасли меня. — Ты теперь в бога веришь? — Волков удивлённо поднял брови, явно не ожидая такого от своего старого друга, который даже в самых опасных операциях кричал об отсутствии бога, предпочитая выбираться своими силами, а не тратить время на молитвы. — В бога света, — усмехнулся Шура, осматривая уже наизусть вырученную палату. — Если ты любишь Джона, то необязательно было умирать, чтобы тебя воскресили, — закатил глаза Сережа, не обращая внимания на недовольный взгляд Олега, который только начал смотреть сериал. — Зато полностью проникся персонажем, — слабо улыбнулся Саша, явно приписывая к Серёжу плюс из-за того, что тот поддержал тему сериала. — Жаль, что меня не воскресила горячая красноволосая женщина. — Она все равно старуха, — хмыкнул Разумовский под слова Олега, чтобы они перестали рассказывать все серии сериала. — Все мы будем стариками. Если доживём до... — Договорить Шура не успел, потому что дверь с грохотом открылась, стукаясь о стену. Все трое в палате вздрогнули, а Олег уже потянулся за пистолетом. В проходе стоял Вадик с пакетом в руке, довольно перекидывая зубочистку во рту. Через несколько секунд забежала уставшая медсестра, которая запыхалась от бега. Первым пришел в себя Шура, закатывая глаза от такого представления. Потом отмер Олег, начиная тихонько посмеиваться, маскируя это кашлем. Сережа кинул уничтожительный взгляд на блондина, который этого даже не заметил. — Все хорошо, можете не волноваться, — как можно убедительнее улыбнулся Шура медсестре, которая без лишних слов кивнула, выбегая из палаты. — Я уж думал мне придется ее вырубить, слишком уж доставучая, — поморщился Вадик, подходя к кровати, приобнимая одновременно Олега и Серёжу, передавая пакет Шуре, который с интересом туда заглянул. — Да ладно, — Шура с недоверием посмотрел на него, замечая знакомую еду навынос из его любимого фастфуда. — Господи, выходи за меня, — Шура с благословением посмотрел на Вадика, который начинал жестом сгонять Олега с кровати. — Ты его раздавишь, — не хотел уступать Волков. — Я тебе сейчас череп раздавлю, — пригрозил Вадим, показывая кулак Олегу, который с этого засмеялся. — Мы завтра зайдём, — улыбнулся Сережа, утаскивая Олега из палаты, который явно не хотел уходить от друга, предпочитая проводить время с ним. Когда под небольшую ругань дверь закрылась, Вадик наклонился к Шуре, будто их кто-то может подслушать: — Куда ты потом? — Шепотом спросил Вадик, убирая апельсины в комод, расчистив путь для своего пакета. — Не знаю, залягу на дно, — пожал плечами Шура, доставая наугад бумажную коробку из пакета, пока не открывая ее. — Ты знаешь, где и как меня найти. Шура улыбнулся. У них с Вадимом не было особых дружеских отношений, но и не было ненависти друг к другу. Вадим иногда относился к нему как к собственному брату, а потом мог запустить ножом, чтобы не расслаблялся. Но никогда Вадим ещё не предлагал свою помощь так явно и открыто. — Как думаешь, может, снова в розовый бахнуться? — Задумчиво накрутил отросшие волосы себе на палец Шура. — Синие тебе идут. — Только если они не становятся фиолетовыми , — хмыкнул Мальвина. Вадим одобрительно засмеялся, а потом начал рассказывать про все и всех. И слушая его трёп, Шура понял, что по-настоящему счастлив, наконец находя свою семью. *** Сережа выдохнул, пряча руки в карманах. Олег шел следом, держа в руках два стаканчика кофе из автомата. — Отстойный кофе, — морщился Сережа, который сделал всего глоток, но жаловался уже несколько минут на кофе, который стоит дешевле, чем бахилы в этой больнице. — Пить можно, — ответил непривередливый Олег, который в Сирии радовался ощутить песок на зубах, лишь ощутить, что он все ещё может дышать. После контракта ничего не изменилось. — Ужас просто, — не унимался Разумовский, ускоряя свой шаг, оглядывайся по улице, чтобы найти свою машину на заправке. — Ты бы попробовал кофе Вадика, — хмыкнул Волков, который после кофе своего друга на этот напиток неделю смотреть не мог. — По нему сразу видно, что варить он не умеет, — засмеялся Сережа, открывая машину, чтобы уехать отсюда. — А по мне? — Что? — Сережа резко остановился, разворачиваясь к Олегу, но тут до него дошла суть вопроса. — По тебе сразу видно, что ты шеф-повара, — Разумовский потянулся к нему за поцелуем, поправляя неуложенные волосы. — Фу, долбанный кофе, — поморщился он, отпрянув от губ Олега, который громко засмеялся. Рядом послышался шорох. — Тихо, — шикнул Сережа, снова начиная оглядываться в попытке найти источник. — Ты слышал? — Что именно? — Нахмурился Олег, поставив стаканчики кофе на крышку багажника, находя пальцами оружие, которое всегда было при нем. — Там кто-то есть. — Сережа указал на кусты, которые были в нескольких сантиметрах от их стоящей машины. Волков аккуратно достал пистолет, щёлкая предохранителем, начиная идти буквально на цыпочках к кустам, выставляя оружие наготове. Сережа пошел за ним следом, сжимая в кармане телефон, чтобы в случае чего дать сигнал Марго. Снова послышался шорох. Олег аккуратно отодвинул куст, наставляя оружие, как на него тут же каркнули. Сережа с Олегом вздрогнули, осматривая нарушителя их спокойствия. — Ворона? — Растерянно спросил Сережа, смотря на создание, которое беззащитно лежало в кустах. — Ворон, — незамедлительно попросил Волков, присаживаясь на корточки, чтобы внимательно осмотреть найденное существо. — Ещё и раненый, — он потянул к птице руку, но тот незамедлительно его укусил за палец, опасливо каркнув. — Зараза! — Прошипел Олег, тут же убирая свой палец от опасного клюва. Сережа внимательно посмотрел на их находку. Среди темно черных перьев виднелось одно белое, будто это были девственные облака. Именно такие были в его сне. Разумовский медленно протянул руку, которую схватил Олег: — Сдурел? Хочешь, чтобы он тебе палец откусил? — Возмутился наемник. — Не откусит, — уверенно заявил Сережа, вырывая свою руку из хватки, снова протягивая ее ворону. Тот, словно дикий кот, изучающе посмотрел на него золотистыми глазами, будто присматриваясь, а потом, на удивление, мотнул головой, будто не был птицей, а был бездомной собакой, что хотела в новый дом. Олег удивлённо посмотрел на этот дуэт, понимая, что Сережа эту птицу умирать здесь не оставит. — Поехали, — Сережа аккуратно взял птицу с земли, бережливо прижимая ворона к груди, будто желал скрыть от чужих глаз. Олег вздохнул, плетясь вслед за ним, потому что выбора у него особо не было. —Марго, найди ближайшую ветеринарную клинику, — попросил Сережа свою помощницу как только сел в машину. — Делается, — отреагировал ИИ, мгновенно запуская поиск, — нашла. Проложить короткую дорогу? — Делай, — кивнул Сережа, смотря на ворона, который лежал рядом с ним на задних сидениях. Олег сидел за рулём, вдавливая тут же газ. — Эй, в машине ребенок! — У клиники обед через двадцать минут, успеть бы, — ответил ему Олег, сбавляя скорость. — Тогда гони, — хмыкнул Разумовский, блаженно закрывая глаза, когда Олег набрал скорость. Ворон довольно посмотрел на Серёжу. Они приехали в клинику за пятнадцать минут до закрытия на обед. Это была дешёвая ветклиника с обшарпанными стенами, будто их не красили со времен СССР. Крыльцо в некоторых местах было сломлено, перил тоже кое-где не было. Сережа с недоверием посмотрел на больницу, но все же вошёл туда вместе с вороном и Олегом. Из-за звука колокольчика к ним вышла женщина средних лет, которая была одета в медицинских халат. Ее светлые волосы были заплетены в хвост, а зелёные глаза особенно выделялись из-за очков. — Здравствуйте, чем могу помочь? — Она приветливо улыбнулась, убирая ручку в нагрудных карман халата. — Здравствуйте, — он протянул ей ворона, который недовольно ухнул. Женщина сразу же взяла птицу в свои руки, с восторгом осматривая раненое животное. — Какой красавец! — Она аккуратно погладила его по голове, но, несмотря на недовольно, ворон не стал кусать ее за палец, как это сделал Олегу, а просто смирился. — Подождите здесь, пожалуйста, я осмотрю его. Олег и Сережа кивнули. Через несколько минут женщина вышла с вороном на руках, отдавая им бумажку, на которой были написаны рекомендации. — В целом все хорошо, с крылом проблемы, но не такие серьезные, — известила она их, отдавая птицу в руки Серёже, — можете подождать Настю, она сейчас выйдет, оформим его в приют. — Мы заберём, — не согласился с ней Серёже. — Мы что? — Не поверил его словам Олег, поворачивая голову к Серёже. — Заберём его, — с нажимом сказал Разумовский, — спасибо большое! — Кинул он ветеринару, которая просто кивнула, скрываясь снова в своем кабинете. — С ума сошел? — Возмутился волков как только они вышли из клиники. — Это тебе не кот, чтобы заводить его в домашние животные! — Я знаю, — кивнул Сережа, — но мы заберём его. — У него жёлтые глаза, — немного погодя сказал Олег, понимая, что с Серёжей спорить бесполезно. — Да, — пожал плечами миллиардер, аккуратно укладывая ворона на сиденье. — Как и у Птицы когда-то, — продолжал Волков, пытаясь донести свою мысль Серёже. — Абсолютно верно, — невозмутимо ответил Сережа, — поэтому его зовут Птица. — Тебе пора провериться у психиатра, — вздохнул Олег, потирая устало свои глаза. — И тебе, — не остался в долгу Разумовский, а после повернулся к нему, обнимая своего любимого. — Эй, Птица ушел от меня из-за того, что заботился обо мне, — грустно сказал он, — и я просто не могу упустить этот шанс начать все сначала. Я верю, что это он. Я верю. Олег успокаивающе обнял его, смотря на ворона, который внимательно его изучал. Волков вопросительно поднял брови, а ворон, закрыл глаза, взмахнув здоровым крылом. — Хорошо, — сдался Олег. Сережа отстранился от него, недоверчиво смотря прямо в глаза. — Но убирать за ним будешь ты, — он ткнул его пальцев в грудь, — и кормить его ты тоже будешь. Я к нему не имею никакого отношения. — Ты лучший! — Сережа чмокнул его в щеку, обегая машину, садясь рядом с Птицей. Волков покачал головой. Он обернулся, увидев за дверью клиники женщину, которая с улыбкой помахала ему рукой. Наемник помахал ей тоже, садясь за руль. — Получилось? — Раздался мужской голос за спиной. Ветеринар усмехнулась, поворачиваясь к мужчине с белыми волосами. — Не боишься его? — Решила поинтересоваться она, наблюдая за отъезжающей машиной. — Он сдался мне сам, — мужчина подошёл к ней, смотря уже на пустующую дорогу, потому что машина уехала на большой скорости. — Это не делает его безопасным, — засомневалась женщина. — Он ничего никому не навредит в облике животного, Семиаза, — выстрелил мужчина. Образ женщины рядом с ним рассеялся, показывая мужчину в белоснежном обличии, с похожими белоснежными волосами, но они были куда длиннее. — И как быстро ты догадался? — Усмехнулся ангел, сцепив руки за спиной в замок. — С самого начала, — довольно ответил Кутх, — твой мальчик много чего устроил. Но я должен поблагодарить его, ведь из-за него Кутх согласился изничтожить себя. — Он всё исправит, — уверенно сказал Семиаза. — Главное, чтобы твой братец не натворил предписанных дел. — Я за ним пригляжу, — пообещал он. — Уж будь любезен, — Семиаза исчез, оставляя после себя лёгкий ветер. ***

Тебе кажется — Аигел

Бар переполнен людьми. Все они что-то говорят, не затыкаясь ни на секунду. Бармен то и дело мешает новые коктейли под крики "До дна" и громкие аплодисменты, когда кто-то наконец выпил то, что ему намешали. — Не мог выбрать бар спокойнее? — Недовольно спросил Данила, осматривая все то, что здесь творилось. Люди, видимо, не понимали, что здесь находятся и другие, или же просто выпили слишком много, поэтому предпочитали танцевать на скользком столе под первую попавшуюся песню в телефоне приятеля. Были и те, кто флиртовал, хихикая над тупыми шутками, чтобы перепихнуться раз и забыться. — У меня здесь скидка, — улыбнулся Андрей, кивая бармену, который сразу же подошёл к ним, пожимая руку Радову. — Это Данила, он мой лучший друг, — кивком указал на него Андрей, представляя бармену. — Саша, — представился крупный бармен, который напоминал ему непроходимую гору своей лысиной и большой комплекцией. — Данила, — снова озвучил свое имя Рыков, кивая в ответ бармену. — Нам твое фирменное, — сказал Андрей бармену, поворачиваясь к Даниле, — ты слышал новости? — Ты любую нашу встречу начинаешь с этой фразы, — фыркнул Данила, потому что это и правда было так. Они встречались по выходным, но каждый раз разговор начинал Андрей, и каждый раз желая узнать, слышал ли что-то Данила. — А заканчиваются наши встречи драками, — ухмыльнулся Радов. Данила засмеялся, наконец занимая место у барной стойки, покрутившись чуть на стуле. Андрей сел рядом с ним, благодаря Сашу, который поставил перед ними два стакана со светлым пивом. — Так что за новости? — Решил продолжить разговор Рыков, сразу же после фразы отпивая несколько больших глотков. — Там какой-то богатый сыночек девчонку из детдома сбил, — осведомил его Андрей, тоже отпивая свой напиток. — Что? — Тут же отреагировал Данила, с грохотом поставив стакан с пивом на барную стойку. Саша кинул на него беглый взгляд, но сразу же отвернулся к новому клиенту, молчаливо кивая на его заказ. — А что? — Нахмурился Андрей. Он ожидал подобной реакции от Данилы, потому что тот был неравнодушен к людям, а ещё тот работал... А где он работал? Они дружили, кажется, уже сотню лет, но Андрей не знал о своем друге ничего, кроме его имени и имён его друзей. И он только сейчас понял, что их дружба совершенно пуста, потому что он даже не помнил как они познакомились. — Как зовут девочку? — Торопливо Спросил Данила, со страхом смотря на друга, будто это он был виноват в произошедшем. — Не помню... — Задумался Андрей, мгновенно забывая все свои вопросы и сомнения. — У нее такая фамилия интересная... Макарова, что ли... — Данила вскочил со стула, чуть не опрокинув стакан с пивом на друга. — Да что с тобой? — Она жива? — Встревоженно спросил Данила. — Вроде сейчас она в коме, — Андрей потянулся за телефон, вытаскивая его из кармана, — подожди, я посмотрю. — Некогда мне, прости, — Данила большим шагами преодолел расстояние до двери, махнув рукой растерянному Андрею. — Я потом тебе все объясню, — пообещал он, выбегая из бара, — если я не потеряю тебя, — тихо добавил он.

Разбуди меня, когда зазвонит звонок

Я собираюсь поспать, потому что ты живешь в моих мечтах наяву.

Take a slice — Glass Animals

Темная фигура зашла в заброшенное здание. Он мгновенно поднялся наверх, совершенно не замечая разнообразные граффити на стенах. Окна у здания были выбиты, на полу валялись различные шприцы, бутылки и упаковки. В некоторых углах был утрамбован мусор в пакетах. Он выбил дверь ногой, входя в заброшенную комнату, которая выглядела намного лучше, чем само здание. Рядом с окном стояла фигура. — Я знал, что ты придёшь, — отреагировал блондин, разворачиваясь к нему лицом. — Чем обязан? — Своей смертью, — рассерженно ответил широкий мужчина в капюшоне, угрожающе надвигаясь на блондина, который лишь усмехнулся, явно не пугаясь с этого. — Я так понимаю, ты узнал об этом, да? — Утвердительно сказал блондин. — Это все из-за тебя, — наставил на него палец рассерженный мужчина. — Это ведь ты все устроил, Данила, — хмыкнул блондин, делая несколько шагов навстречу, но все же не подходя слишком близко. — Ты меня заставил! — Рыков стянул капюшон с голову, сжимая свои руки в кулаки, чтобы не превратить разговор в драку. — Заставил? — Издевательски усмехнулся Антихрист, которого веселила эта ситуация. — Ты сам на это пошел. — Ты угрожал моей семье! — У тебя нет семьи. — Жестко сказал Антихрист. — Есть, и ты это прекрасно знаешь, — сжал от злости челюсти Данила. — И ты лишил меня этого. — Я лишил? — Переспросил Антихрист. — Ты сам в этом виноват. — Ты мог прекрасно устроить это один, зачем было делать все это? Зачем нужно было собирать их, чтобы показать то, что предначертано? — Благодаря этому я спас куча людей, — довольный собой ответил Антихрист, поправив свои блондинистые волосы. — Они должны были умереть, — с тяжестью ответил Данила, который сделал бы все, лишь бы спасти больше невинных душ. — Должны были, — согласился Антихрист, — но кто сказал, что мы не может спасти их? — Вся временная линия коту под хвост! — Воскликнул Рыков. — Вся предписанная судьба коту под хвост! — Так измени их жизни, — наплевательски сказал Антихрист, будто для него это ничего не значило. — Сделай так, чтобы Олег все ещё был в Отряде. Чтобы Разумовский сходил с ума от раздвоения личности. Давай, ты же можешь! — Данила закрыл глаза, качая головой.— Что, кишка тонка? — Они не для этого смотрели будущее, чтобы начать все сначала. — Тогда зачем ты здесь? — Что с Лизой Макаровой? Будущее ведь изменено! Она не должна была погибнуть. — Она и не погибла, — пожал плечами Антихрист, — ты ведь не дашь ей этого сделать. Как и тому синеволосому парню. Кстати, почему ты пожалел его? — Решил спросить блондин. — Что, сильно расчувствовался из-за мыльной оперы, которую устроил Волков? — Он не должен был умереть. — Твердо сказал Данила. — Это было не его время. — Того времени уже не существует. — Выстрелил в ответ Антихрист. — Ты все перелопатил так, что больше не существует того будущего, которое должно было быть. Ты ещё не понял? — Усмехнулся Антихрист. — Этого нельзя было избежать. Апокалипсис бы случался, ты бы создал новый мир, а секта Око расследовало бы это дело. Неважно: стал бы Разумовский Чумным Доктором или нет — это не то, за что следовало бы волноваться. Ты бы не изменил будущее. Эксперименты Рубинштейна все равно случились. — Кутха больше нет, — ответил Данила. — Его здесь и не было, — улыбнулся Антихрист. — Не было? — Удивлённо спросил Данила. — Не было, — подтвердил блондин. — После твоего воссоздания Кутха и не было. Был лишь Птица, которого уничтожил Кутх. — Но ты ведь сказал, что Кутха не было... — Не было его темной версии, потому что он стал Птицей, практически безобидным существом по сравнении с темной версией, — объяснил Антихрист, — остался лишь светлый Кутх, уничтоживший Птицу. — Я не совсем понимаю о чем ты говоришь, — покачал головой Данила. — А Лиза? Разве это стоило жизни маленькой невинной девочки? — Это стоило тысячи жизней, которые должны были погибнуть, — абсолютно спокойно ответил Антихрист. — Она этого не заслужила. — Ты ее не знал — Как и ты этих людей. Антихрист усмехнулся, признавая свое поражение в словесной схватке. — Она должна была умереть, это то, что нужно было вселенной. — Она не мертва. — Но умрет, — совершенно бездушно ответил Антихрист, будто его не интересовала жизнь невинной девочки. — Исаева умрет, Гречкин умрет, Бехтиев тоже умрет. — Продолжал Антихрист. — Зато Чумного Доктора не будет. — А кто сказал, что им будет Разумовский? — Усмехнулся Антихрист, довольствуясь своим положением. — Мы и так нарушили законы вселенной. — Ты нарушил их. — Разве? Разве не ты показывал им будущее? — Это была твоя идея. — Я всего лишь следовал твоим приказам. — Усмехнулся Антихрист. — Это ты держал меня на привези. Ты забрал у Андрея Радова счастливую жизнь, заставляя его жить рядом с собой! Ты оживил тех, кто умер за тебя, хотя они пожертвовали своими жизнями как герои! Ты заставлял смотреть их будущее, издеваясь над ними! Ты, а не я! — Не делай из себя жертву! — прокричал Данила, делая выпад вперёд, но Антихрист исчез, будто его никогда и не было. — Мы не договорили! Вернись! Вернись! — Отчаянно закричал Бесобой, оглядываясь по сторонам. Обнародованная комната начала постепенно исчезать, показывая заброшенное здание с выбитыми окнами, кучей мусора и бессмысленными граффити. — Данила? — Спросил знакомый голос. Бесобой обернулся, смотря на Пашу, который с беспокойством на него смотрел. Паша с их первого знакомства сильно изменился. Теперь, в новом мире, он работал в полиции, а не в МЧК. Он не использовал магию, только оружие и свои боевые качества. Вся его семья: Балор — Господи, он бы никогда не принял всерьез то, что называл его своей семьёй! —, Яна, Паша, Дядь Леша, Настя, Шмыг — все они были людьми, совершенно не имея каких-то необычных способностей. Они умерли за него, но Данила оживил их в новом мире, стирая им частичную память о Рае, Аде, и других сверхъестественных существах, чтобы они были счастливы. Но он скучал. Признаться честно, он очень скучал по сверхъестественному. Ему не хватало драк, демонов, Шмыга на плече — все это было таким родным, но таким давним. — Все хорошо? — Спросил Очередько. — Почему ты так смотришь на меня? Будто призрака увидел, — неловко усмехнулся Паша. Данила на ватных ногах подошёл к нему, обнимая своего друга, чувствуя, что беспокойство уходит на второй план. Паша шокировано простоял, ведь Данила особо не проявлял тактильности, а потом обнял его в ответ. — Все хорошо? Антихрист вам что-то сделал? — Заботливо спросил Данила, не выпуская друга из объятий. — Антихрист? — Нахмурился Паша. — Кто это? — Данила в оцепенение замер. Паша выпутался из объятий, обеспокоенно смотря на друга: — Данил? В ушах зазвенело. Слова Антихриста глубоко врезались в мозг, не выходя из головы. Он действительно мучил своих друзей? Действительно ли страдал Андрей, когда находился рядом с ним? А что чувствовали другие? Неужели он и правда монстр? — Мне так жаль, — прошептал Рыков. — Что? — Растерянно спросил Паша. — Я найду тебя в любой вселенной, — пообещал Данила. — О чем ты говоришь? Данила щёлкнул пальцами. Он пошатнулся он пустоты. Паши рядом не было. Сожаление заполнило все тело, но не смогло пересилить пустоту. Игра закончена.