Часть 11.

Панси любила осень. Всё вокруг покрывается золотом. Последние лучи ещё по-летнему теплого солнца терялись в опадающей листве. Прекрасное мгновение, перед тем, как всё погибнет. Ей всегда было мало этого времени. Панси пыталась надышаться, наглядеться, хоть на мгновение вырваться из оков льда, которыми сама себя и окружила. Чуть поодаль шли Астория и Миллисента, о чём-то тихо переговариваясь. Прошло две недели с инцидента на защите. Милли отдалялась с каждым днём, старалась не оставаться с Панси наедине, не начинала разговоров первой, а сидеть за партой на всех парах предпочитала с Асторией, поменявшись с Трэйси Дэвис. Паркинсон старалась не думать об этом. Своей вины в случившемся она всё ещё не чувствовала, проживёт как-нибудь без глупых девчачьих разговоров. Астория чуть надменно смотрела на Панси, всем своим видом показывая, что она делает ей одолжение, составляя компанию. Паркинсон очень сильно хочется окунуть её лицом в лужу. Но она тоже делает одолжение и сдерживается. Однако, несмотря на всю неприязнь, в Хогсмид однокурсницы пошли с ней. Видимо, надеются, как и Малфой, уговорить её что-нибудь пронести в школу. Вещи старост не досматриваются, ещё одна привилегия. Панси очень сильно надеятся, что её безразмерная сумка не будет подозрительно звенеть. Огневиски. Плата Драко за то, что он остался заниматься с малышами. Уже успев забежать в Сладкое Королевство и несколько лавочек с красивой, но бесполезной ерундой, девочки направлялись к опушке у Визжащей Хижины. Обычно в это время там пусто, студенты предпочитают сидеть в Трёх Мётлах и поглощать галлоны сливочного пива. Но не сегодня. На поляне уже сидела неразлучная троица гриффиндорцев. Как всегда, обложившись книгами, грязнокровка что-то объясняла своим друзьям. Интересно, если бы Грейнджер не было, Поттера и Уизли отчисли бы на первой или всё же второй половине первого курса? Панси иногда казалось, что без своего мозгового центра эти двое даже не знают за какой конец палочки нужно держаться. Гермиона первой заметила слизеренцев и шикнула на друзей, разговоры стихли. — Идите куда шли! — Рон был, как обычно, в своём стиле. Панси вздохнула. Ещё раз его проклясть что ли? — Именно сюда мы и шли, Уизли, — Астория мило улыбнулась, — Но тут оказалось слишком грязно. Пойдёмте, девочки, найдём место поприличнее. — Вот и идите, — Рон зло посмотрел на Панси, — Эй, Мопсиха, отстань от моих братьев. Нет, совершенно точно нужно проклясть. Желательно так, чтобы Уизел в своей жизни больше слова сказать не мог. — Кто к кому ещё пристал, — зашипела Панси. Почти что парселтанг. Астория шепнула что-то на ушко Милли, и они тихонько засмеялись. Так и появляются сплетни. — Панс, — Блудстроуд растягивала все гласные, явно подхватила эту привычку у Малфоя, — Предатели крови? — Дорогуша, даже для тебя это слишком. Не нужно от отчаянья падать так низко, — Астория снисходительно улыбается, но держится на расстоянии. Правильно. Теперь Панси хочется разбить ей нос. По маггловски. Так, чтобы хруст был слышен в самых отдалённых уголках замка. Вдох. Выдох. Нужно свести конфликт на минимум. А то скоро от её репутации на факультете не останется и следа, да и должность старосты ей нравилась. — Больше Уизли слушайте, они и не такое расскажут. Выдают желаемое за действительное, — Панси пытается изобразить самое аристократичное выражение лица, — Я точно не собираюсь мараться об Уизли. — Славно, — кажется, ей не особо поверили. Близнецов стало слишком много в её жизни. За один месяц они общались чаще, чем за все пять лет. Она их даже начала отличать. Фред выше и чуть шире в плечах, более дерзкий и наглый, взгляд с хитрецой и напоминает тяжёлую синеву перед мощным дождём. А когда улыбается, то правый кончик губ всегда выше левого. Джордж спокойнее и мягче, более сдержанный, глаза — как ясное летнее небо в полдень. А так они совершенно одинаковые, постоянно вместе возникают там, где она их совсем не ждёт. К Мордреду, больше никаких рыжих в её жизни. Панси не до этого. И дело тут не в разных факультетах или статусах крови. Просто их мир цветной, а её черно-белый.

***

Перед квиддичным матчем Хогвартс сходил с ума. В этом году первые соревнования между Гриффиндором и Слизерином, что только поднимало градус накала. Капитаны гоняли свои команды до посинения, пока мётлы не прирастут к ним намертво. Драко приходил ближе к вечеру и сразу падал спать, Монтегю был безжалостен. Тихо вздыхая, Панси давала ему свои свитки с домашкой. И вместо благодарности этот белобрысый Хорёк потащил её на тренировку в законный выходной. Поддержка ему нужна, как же. Просто знает, что если Панси пойдёт с ним, то восторженная свита из младшекурсниц не решится подойти. Панси чувствовала себя Цербером. Поэтому сейчас Панси сидела на трибуне, стараясь вывести нужную формулу по трансфигурации. Макгонагалл, кошка драная, задала ей личный проект после больничного. Подтянуть знания, так сказать. Необходима была руническая цепочка и вербальная формула для превращения одного неживого объекта в другой, совершенно отличного по форме и сути, а потом третья трансфигурация в нечто живое. И если с первыми двумя пунктами проблем не было, то последнее задание не удавалось. Её игрушечный кот всё время стремился вернуть первоначальную форму сломанного пера, только с усами и иногда мяукающего. В этом году она кровь из носу должна получить превосходно по всем предметам, отец ясно дал понять, что за меньшее ей не поздоровится. Дурацкая трансфигурация! Драко хорошо, сейчас все его мысли заняты только снитчем и никаких переживаний. Неожиданно рука в перчатке указывает на нижнюю строчку в свитке, и Панси, вздрагивая, ставит большую кляксу. — Здесь ошибка, — знакомый голос раздаётся рядом с ухом. Панси отодвигается и поднимает голову вверх. Уизли. Близнецы были в экипировке. Сборная Гриффиндора пришла на тренировку. Сейчас начнётся. Джонсон и Монтегю вновь не поделили поле. Грэхэм уже снижался с самым воинственным видом. — Пришли украсть наши секреты? — Панси смотрела снизу вверх, — Не поможет. — Правильно, змейка, вам ничего не поможет. Мы всё равно победим, — Фред опирался на древко метлы. Панси закатила глаза. Ох уж эти мальчишки и ох уж этот их квиддич. Джордж, не спрашивая разрешения, выдернул пергамент и перо у неё из рук. Старательно что-то исправляя. — Эй! — Не обращай внимания, у Джорджи приступ ботанства, — Фред прыжком перемахнул через ряд и уселся рядом с ней, — Хочешь конфетку? Он достал из кармана несколько сахарных шариков. Ядовито-зеленый и ярко-красный. Они всем своим видом кричали об опасности. Он что, думает она совсем идиотка, брать что-то из рук Уизли, предварительно не съев безоар. — Спасибо, откажусь. Я не самоубийца, Уизли. — Как можно, леди, — Фред сделал вид, что смертельно обиделся, после чего закинул в рот конфету, — Честное слово, это были просто сладости. Я тоже не самоубийца, чтобы травить слизеренскую принцессу на глазах у её рыцаря. Джордж дёрнулся и убийственно посмотрел на брата. — Туше, — Фред поднял ладони, — Я про Малфоя. Вон, твой хорёк уже спешит на помощь. — Он не мой. — Мы помним, змейка. Ведь так, Джордж? — Будь добр, заткнись, Фредерик. Панси непонимающе смотрела на близнецов. Между ними что, кошка пробежала? Драко же действительно летел к ним. Резко затормозив у трибун, он спрыгнул с метлы, бросив её у подножья лестницы. — Что вам от неё нужно? — Тебе какое дело, Малфой? — Джордж отвлёкся от свитка. Удивительно, обычно это Фред был весьма недружелюбен, — Тебя это не касается. — Драко, всё в порядке, — Панси коснулась его руки. В последнее время Малфой на нервах, может вспылить по любому поводу. Джордж неотрывно смотрел на Драко, ещё немного и прожжет в нём дыру. — Да, всё в порядке, — Фред ударил брата по коленке, — Просто хотели развлечь даму беседой. — Грязнокровок своих развлекай. — А говорят аристократы воспитанные, — Фред поднялся с места, — Пойдём, Джордж, нам здесь не рады. Уизли практически утаскивал своего брата, но напоследок обернулся: — Мы думали, у тебя есть вкус, змейка, — и смеясь, они отошли к своей команде. — О чём это они? — Драко был хмур. — Понятия не имею, прилипли ко мне, хуже пикси. Он присел рядом и положил голову на плечо Панси. — Будь аккуратней, ладно? Не думаю, что ему понравится, что ты якшаешься с предателями. Драко как всегда прав. Уже в спальне Панси развернула пергамент, руническая цепочка зачёркнута. Сверху размашистым почерком была выведена новая. Но это не главное. Главное, что в самом углу листа был рисунок. Маленькая черная змейка, извиваясь, превращалась в цветок. Опять фиалка.

***

Панси неверяще смотрела на изумрудную «П» на своей работе. Она решила рискнуть и сдать исправленную Уизли формулу. И ведь получилось. Его трансфигурация держалась уже больше суток, когда у неё пропадала через пару секунд. И сколько бы Паркинсон не гипнотизировала эту формулу, так и не могла найти, в чём секрет. Всё было точно также. Ну, вроде бы точно также. И это раздражало сильнее всего. А ещё рыжий наглый лис, в которого превратился её игрушечный деревянный кот. Заклятие никак не спадало и животное поселилось у неё в спальне. У Макгонагалл лис вызвал настоящий восторг. Настолько, что она, причитая о спрятанном таланте, захотела дать Панси ещё несколько проектов. Кое-как удалось отказаться, ссылаясь на занятость по другим предметам. — Драко, ты идёшь сегодня в библиотеку? — Малфой почёсывал за ухом лиса, — Мне нужна помощь. Лис урчал от удовольствия, совсем как живой. — Не, Панс, у меня дела. — Какие? — Любые, — Драко потянулся на кровати, — Я готов заняться чем угодно, только не пыльными книжками. Забей ты, Паркинсон, а то скоро совсем в заучку превратишься. — Не могу, — Панси легла рядом, — Не могу я уступить какому-то Уизли. — Ну и зря. Первый раз Уизелы на что-то сгодились. Слушай, я возьму твое эссе по чарам? Панси махнула на него рукой. Драко был умный, но слишком ленивый. В приоритете был квиддич, потом ночные посиделки с Ноттом и Забини, придирки к гриффиндорцам, и только на десятом месте учёба. Если дело не касалось зелий, конечно. Выйдя из спальни, Панси направилась в библиотеку. Впереди её ждал долгий вечер в компании рунических справочников и талмудов по трансфигурации. Нужно было разобраться, пока лис не сгрыз её кровать. Делая выписки, Панси совсем не заметила, как кто-то сел напротив. — Разгадала загадку? — Джордж улыбался, а Панси хотелось его прибить. — Нет, — очередная страница и ничего толкового, — Всё, сдаюсь. Признаю, не все гриффиндорцы непроходимые тупицы. В чём суть? Она пододвинула к нему свиток с расчетами и перо. — Повторяй это почаще. Можешь просто признать меня гением. — Хвастун, — Панси закатила глаза, — Просто объясни. — Ничего не бывает просто, мне казалось, слизеренцы это знают, — Джордж подпёр щёку рукой, в глазах его плясали искорки веселья. Он явно наслаждался ситуацией, — Вопрос в том, что ты мне предложишь. Какие-то рыночные у них отношения. Видя, как Панси задумалась, Джордж рассмеялся. –Расслабься, я пошутил, — он открыл рунический алфавит, — Смотри, видишь эту руну? — Вижу, это Даг, она и у меня была. — Была, — Джордж кивает и кончиком пера указывает на нужную руну в цепочке, — Посмотри внимательно. Видишь, тут не доведён до конца кончик, незавершенная форма. Панси захотелось побиться головой об стол. Это было так просто. — Значит и цикл трансфигурации не завершён, что не даёт вернуться в первоначальную форму. — Верно, — Джордж шепчет формулу и превращает её свиток в бабочку, — Эффект долгий, но не вечный. — Вечной трансфигурации не бывает, этот закон ваша Маккошка ещё на первом занятии говорит. — А почему закон нельзя нарушить? Вопрос ввёл Панси в ступор. Это же непреложная истина, она нерушима. Точно так же, как и то, что вода мокрая, а львы не могут дружить со змеями. Бабочка была красивой. Темно-синей, с бархатистыми крыльями. Панси легко коснулась крыльев, на пальцах остались тёмные следы. Джордж взмахнул палочкой и бабочка исчезла. Не превратилась обратно, а просто испарилась. Уизли виновато пожал плечами. — Прости, мадам Пинс бы это не понравилось, а обратной формулы я ещё не разработал. — Возможно, не так уж ты и гениален, — Панси усмехнулась, лихорадочно перебирая в голове все руны. Что-то должно было нивелировать свойства незавершенной руны. — Возможно, мне просто не хватает взгляда со стороны. — Джордж, ты ещё долго? — в дверях возник Фред, приобнимая Анджелину Джонс. Интересно, братья хоть иногда разделяются? — Нас заждались. — Потом, — Джордж отмахивается от близнеца, — Иди, я догоню. — Смотри, так всю жизнь в книжках и проведёшь, — Фред со смехом запускает заклинание, и справочник с громким хлопком закрывается у носа Джорджа, — Хоть компанию себе нашёл, уже хорошо. — Фредди, пойдём уже, — Анджелина потянула Уизли прочь, — Тут сейчас будет скандал. — И точно, — Фред посмотрел куда-то за их спины, — Джорджи, змейка, удачи! — Вот же шут… Джорджа перебило громкое покашливание. Мадам Пинс нависала коршуном над ними, священная тишина была нарушена. — Молодые люди, немедленно покиньте библиотеку. Безобразие. Извинившись, Джордж закинул в сумку несколько книг и, схватив Панси за руку, бодро зашагал прочь. — Уизел, обнаглел? Отпусти! — Панси дернула рукой, — Ты что творишь? — Прости, — Джордж замялся, — Мне показалось, что ты захочешь продолжить. Нет, точно, рыжие — ненормальные. Один агрессивный, другой клоун, а третий впадает в исследовательский транс. Панси скрестила руки на груди и отошла на шаг. — Ладно, я дальше сам, ещё раз прости. Джордж развернулся и медленно побрёл в сторону учебного крыла. Панси поджала губы, с чего он вообще взял, что она будет с ним над чем-то работать! Вообще, это её не касается. Хотя, если подставить перевёрнутый Сигил вместе с Ис, то может что-то получиться… — Уизли, стой, — Панси подошла к нему, — Ты забрал мои книги. — Какое самомнение, — Джордж обернулся, — Они общие, библиотечные. — Но записаны то на меня, не хочу проблем. Поэтому пойдём, — Панси ругалась на себя, но интерес был сильнее. — Куда? — Куда ты там хотел, прослежу, чтобы ты ничего не испортил. — Прошу, — Джордж победно улыбнулся. Прости, Фредди, но тебе придётся одному развлекать Анджелину и Кэти. *** Пустой класс они нашли довольно быстро. Панси морщила носик от пыли, но всё равно села рядом с Джорджем прямо на пол на его мантию. — И даже без батистовых подушек? Я думал принцессы более избалованы. — Заткнись, Уизли, — Панси расстегнула манжеты блузы и закатала рукава до локтей, — Прокляну. — Буду только рад. Панси начала быстро чертить новую цепочку, Джордж внимательно следил, периодически внося свои коррективы. Первые две попытки оказались неудачными. Трансфигурированная из щепки птичка взорвалась ворохом перьев. Паркинсон сама не знает, что её надоумило соединить Хег и Хагл. Вторая неудача пришлась на Джорджа — всё также канарейка одеревенела, но так и не приняла изначальной формы. — А если в конец Хагалаз, — Джордж начертил на новой щепке руну, — Но перевёрнутую? — Вместо обновления наоборот увядание? — Панси закусила кончик пера, — Можем попробовать. Новая формула была готова. Панси положила щепку на свиток и кивнула Джорджу. — Давай, это твоя идея. Уизли прикоснулся палочкой к свитку и прошептал заклинание. Щепка замигала, превратилась в камень, а после в птицу. Жёлтая канарейка черными глазками-бусинками смотрела на них. Джордж направил ещё немного магии на свиток, и канарейка вновь превратилась в щепку. Без перьев, без хвоста, словно ничего и не было. — Получилось, — Панси повторила превращение, только у неё вместо канарейки получился маленький сычик. — Готова признать, что я гений? — Даже не надейся, Уизли. — Джордж, меня зовут Джордж, — Панси удивлённо приподняла брови, а Джордж нахмурился, словно разозлился на то, что сказал, — Неважно. Пойдём, уже отбой. Уизли поднялся и подал ей руку, Панси, даже не задумываясь, ухватилась за неё. Джордж задержал пальцы на её ладони чуть дольше необходимого, по крайней мере, ей так показалось. Паркинсон наколдовала Темпус. Почти полночь, а она и не заметила, как пролетело время. И Панси себе соврёт, если скажет, что ей это не понравилось. Выйдя из класса, они пошли к лестницам. — Мяу! Панси обернулась. Миссис Норрис, значит Филч где-то рядом. Словно подтверждая её мысли, послышались шаркающие шаги. У неё только закончились отработки! — Бежим! — Джордж дернул её за рукав и потянул за собой. Свернув за угол, они остановились у странной горбатой статуи. Уизли несколько раз коснулся горба палочкой и фигура отъехала в сторону, открывая тёмный проход. Он шагнул внутрь и махнул Панси. Кажется, юным слизеренцам ещё на первом курсе говорят не ходить по тёмным страшным коридорам с коварными гриффами. Панси обернулась, в конце коридора показался свет от лампы завхоза. — Боишься? — Ещё чего! И Панси шагнула. Статуя бесшумно встала на место. Тусклый огонёк люмоса освещал им дорогу. С каменного свода капали холодные капли конденсата, а на влажных стенах сидели толстые слизни. Панси передёрнуло. Пожалуй, она будет держаться поближе с Уизли. Так, в целях безопасности. Парень бежал по коридору, отлично ориентируясь в запутанных коридорах. Паркинсон едва за ним поспевала. Тайный ход круто наклонился вниз, и Панси надеялась, что она не свернёт себе шею на этих скользких ступеньках. Маленькие каблучки проскальзывали по полу, и она сама ухватилась за руку Джорджа. Он улыбнулся. Путь всё не кончался. Похолодало и стало ещё влажнее. Панси казалось, что они где-то рядом с Чёрным озером. Тишина вокруг напрягала, но Панси не знала о чём говорить, а обычно болтливый Уизли хранил загадочное молчание. От быстрой ходьбы дыхание сбилось, Панси не приучена к такой активности. Дверь отвалилась внезапно, свет от факела резанул по глазам, и Панси, пытаясь отдышаться, прислонилась к стене. Джордж присел на корточки напротив неё. Подземелья. Они вышли в подземелья. Буквально за поворотом был вход в её спальню. Панси посмотрела на Джорджа. Грязный развод на покрасневшей щеке выглядел слишком некрасиво, и она, не успев подумать, подошла к Уизли и присела напротив него. Аккуратно, почти не касаясь, Панси попыталась стереть след с кожи. От направленного на неё взгляда стало неловко. Панси быстро одёрнула руку. Какой-то абсурд! Ночь, подземелья и Уизли, звучит как начало плохой истории. — Мы забыли там книгу. — Угу, — Джордж медленно кивнул, проводя пальцами по щеке. — Пинс нас убьёт, — Панси поднялась и отошла к стене, стараясь не смотреть на Уизли. — Угу. — Я скажу, что это ты виноват. — Истинная слизеринка, — Джордж усмехнулся и тоже встал. До двери в спальню они дошли вместе. — Эй, Панси, через неделю матч. — Я знаю, Уизли, — она поправляется, — Знаю, Джордж. — Ты придёшь? — Не думала об этом. — А если я тебя об этом попрошу? — Придется согласиться, должна же я увидеть, как вас размажут. — Панси… — она не даёт ему договорить и скрывается в гостиной. Пульс участился, и Панси не понимает почему. Это же просто Уизли. Просто Джордж. И ей совершенно точно показалось, что он пытался флиртовать.