Часть 5

***

      Суна ворвалась в свою комнату. Её захлестнула обида, злость. Она злилась на родителей, себя, обстоятельства и жизнь в целом. Судорожный всхлип и закрытая со всей силы дверь. Не чувствует физической боли.       Сбросив туфли, она прошла к окну и села на подоконник. Больше не было сил. Неужели её снова выдадут замуж? Сколько раз ей придётся ещё проходить через этот кошмар? Сколько раз родной отец заставит её унижаться и страдать? Какой-то кошмарный сон, от которого не можешь проснуться. Но больше всего её пугало расставание с Кайёй. Впервые в жизни она влюбилась в действительно хорошего человека, который ценит и уважает её, принимая девушку такой, какая она есть, и не требует ничего взамен. Возможно, даже любит… Однако этого ей, наверное, уже не суждено было узнать.

***

      Другое время, другая комната.       Суна сидит на краю кровати, сжимая в побелевших от напряжения кулаках покрывало. У её ног устроился Саффет, покрывая мокрыми, причмокивающими поцелуями ступни. Он каким-то безумным взглядом рассматривал её ноги, поглаживая и перебирая пальчики. Животное.       — Они такие маленькие! — слащаво прошептал он, сминая её голень. — Такие вкусные! — безумно улыбнулся и начал целовать каждый пальчик на ногах.       «Замолчи!», — судорожно повторяла в мыслях одно и то же девушка. — «Замолчи, ради Бога».       К горлу поступала противная тошнота. Хотелось встать и бежать без оглядки хоть куда, лишь бы больше никогда не видеть и не слышать его голос, не чувствовать его касаний на своей коже. Хотелось в душ, чтобы стереть его запах с себя. Хотелось больше ничего не чувствовать.       — Какую обувь ты любишь носить, любимая? А хочешь мы тебе завтра купим новые туфли?       Суна лишь покачала головой, кусая губы, пытаясь сдержать отвращение. Не увидев в её глазах ничего, кроме отвращения, Саффет резко остановился и поменялся в лице. Его дурацкая похотливая улыбочка сменилась недовольством и злостью.       — Тебе, кажется, не нравится, когда я целую твои ноги, — жёстким голосом сказал он, и его глаза опасно заблестели. — Тогда позволь мне сделать тебе приятно, жёнушка. Ложись на кровать.       Саффет медленно поднялся на ноги и гадко улыбнулся. Он чувствовал страх Суны и наслаждался своим положением охотника, поймавшего дичь. Суна задрожала от страха. Её до чёртиков пугал этот человек.       — Саффет, Саффет, смотри, я сделала новый педикюр. Для тебя, — быстро затараторила Суна, пытаясь унять дрожь в голосе. Получалось плохо.       Саффет хихикнул и расплылся в улыбке. Ему нравился вид загнанной Суны.       — Ты сделала педикюр, как я и просил? Красный лак. Дай мне посмотреть твои пальчики.       Он быстро садится и берёт её ногу. Суна зажмурилась, подавив в себе желание закричать.       — Аххх, твои пальчики… Они такие чертовски сексуальные!       Мужчина с удовольствием распахнул халат, обнажая ноги Суны до середины бедра. У Саффета были свои требования к одежде и поведению Суны в спальне. Например, Суна должна быть всегда в одежде выше колен, чтобы он мог наслаждаться её стройными ногами, при этом сам никогда не трогал их выше колен.       Саффет начинает целовать пальцы по одному. Закончив целовать, он проводит рукой вверх, сжимая маленькую ступню в своих руках. Суна ложится на кровать и старается не двигаться. Всё тело напряжено, каждый мускул натянут до предела, кажется, ещё секунда и она разлетится на тысячу мелких осколков. Прикрывает глаза, думая о том, что скоро всё закончится, нужно немного потерпеть. В уголках глаз собирается влага.       Массируя её ступню, Саффет принимается посасывать её пальцы, постанывая от своих действий. И каждый стон вызывает у Суны дикое отвращение. Она крепче сжимает покрывало в руках, пытаясь не заплакать и лежать молча, до боли прокусывая губу.       Закончив с одной ногой, он принимается за другую.       — Моя Суна, моя маленькая Суна. Такие аппетитные ножки… Тебе нравится, как я массирую твои ноги?       — Да, Саффет, — прошептала брюнетка, едва не завыв от отчаяния. — Да, — прикрыла глаза, сдерживая себя.       Внезапно Саффет вскакивает и мчится к шкафу, начиная поочередно открывать и закрывать ящики. Суна подрывается на кровати и смотрит на него шокированно. Раньше всё заканчивалось массированием ног и облизыванием пальцев, а иногда, под конец, он лишь изливался на её ноги. Но никогда не прерывался в середине «процесса».       Сейчас же Суна беспокоилась о том, что он зайдёт дальше, принудив её к чему-то ужасному. От одной этой мысли по телу побежали предательские мурашки. Немного порывшись в ящиках, Саффет возвращается к ней с чёрными чулками. Довольно облизнувшись, гладит её ступни, разминает пальчики и натягивает ей чулки, покрывая тонкую ткань слюнявыми поцелуями.       — Я купил их сегодня. Даже не надеялся, что ты сделаешь красный лак, как я просил, — довольно говорит он, немного оттягивая резинку зубами.       Суна сразу спохватывается и останавливает его.       — Спасибо большое. Ты… ты такой заботливый. Дальше я сама. Ты надень другой чулок.       Саффета будто распирает от этой просьбы, и он радостно берётся натягивать второй чулок. Закончив с первым, Суна медленно подтягивает и второй чулок выше на бедре. Что он задумал? Чего он хочет от неё? Неужели настал момент исполнения супружеского долга?       Сердце Суны сжалось от страха, когда Саффет положил обе её ноги на свои плечи. Он начал ласкать ноги, скользя руками по чулкам.       — Какие красивые красные пальчики в чёрных чулочках, идеально гладкие ноги… Не правда ли?       От страха горло свело спазмом, и Суна активно закивала. Слёзы застыли в её глазах, готовые упасть на белоснежный халат в любой момент.       — Моя красивая жёнушка, — хрипло произнёс Саффет, оставив ноги на своих плечах и принявшись расстёгивать брюки.       Суна не могла больше смотреть на это. Она вновь легла на постель, в этот раз прикрыв лицо руками. Будь что будет! Лишь бы это закончилось побыстрее.       Вскоре она почувствовала, как он, нежно взявшись за лодыжки, опустил её ноги, сводя их вместе. Затем она почувствовала что-то тёплое и мокрое между ступнями. Его член. Её «муж» водил членом между её ступнями, доводя себя до оргазма. Он явно наслаждался процессом, позабыв обо всём. Его член набухал, Саффет стонал, мычал, бредил чулками, шептал про её маленькие ножки…       Суна чувствовала себя такой ничтожной, такой падшей и «грязной». Сейчас, распластавшись на кровати, наблюдая за грязными действиями мужчины, девушка ненавидела себя каждой клеточкой своего тела. Её воротило от самой себя, от своей беспомощности, от жизни. Когда стоны мужчины стали громче и интенсивнее, брюнетка зажмурилась и закрыла уши руками, чтобы не слышать этого кошмара. Слёзы потекли ручьями, тошнота подкатила к горлу с новой силой, когда по её коленям потекла горячая сперма Саффета. Он обмяк, тяжело дыша, наваливаясь на неё сверху. Потный, липкий, противный и тяжёлый. Через несколько минут он упал на подушки и уснул. На несколько минут Суна будто погрузилась в вакуум. Пропали все звуки, ощущения, желание жить. В голове крутились вопросы, на которые она не могла дать ответы. Как после такого она сможет доверять мужчинам? Встретит ли когда-нибудь человека, который излечит её душу после таких унижений? Спасёт ли её кто-то? Или её судьба — это Саффет?

***

      Суна всё ещё сидела на подоконнике, уставившись в одну точку, размышляя о своей судьбе.       Кто-то, тихо постучавшись, вошёл в комнату. Это была Эсме. Суна не обратила внимания на звук и приближающегося человека, ей было всё равно. Только по закрытой позе и отрешённому выражению лица дочери она поняла, что Суна подслушала их недавний разговор.       — Доченька, — позвала она, подойдя ближе, но та никак не отреагировала. — Милая? — коснулась плеча дочери, и та вздрогнула.       — У меня нет выбора, да? — спустя несколько минут молчания Суна тихо спросила. — Я всё ещё должна принести выгоду моему отцу, всей этой семье?! — взорвалась девушка, сбрасывая руки матери с плеча. Хотелось рвать и метать, крушить всё в комнате, только бы не чувствовать ничего.       Грустно вздохнув, женщина обняла Суну. Она и сама не хотела насильно выдавать дочь за человека, которого она не любит, а тем более за старика. Но не могла выступить против Казыма и Хаттуч.       — Я сама когда-то была на твоём месте. Не хотела выходить замуж за твоего отца, — сказала Эсме, пытаясь утешить дочь.       — Тогда почему ты позволяешь этому случиться? Почему ты хочешь, чтобы я прошла семь кругов ада с этим стариком то же, что и ты с отцом? — раздражённо сказала Суна, наконец обернувшись к матери. — Почему?! — сжав от злости кулаки, прокричала девушка.       — Если бы не этот брак, то не было бы тебя и Сейран. Только ради вас я живу, ради вас я всё терплю.       Суне захотелось закричать в этот момент. Она не хотела такой жизни — ни для себя, ни для своих будущих детей. Одна мысль о том, что у неё может быть ребёнок от Мустафа-ага вызывала у неё приступ тошноты.       Понимая, что ей никак это не объяснить матери то, что чувствует, она попросила её уйти.       — Хорошо, доченька, хорошо. Только не рассказывай об этом Сейран. Ей и так тяжело сейчас. Не стоит беспокоить её ещё больше.

***

      Ей потребовалось много времени, чтобы оправиться от личных травм. Всю её жизнь ею пренебрегали. Сколько же насилия и жестокости ей пришлось перенести… У Суны никогда не было друзей, не считая сестры. Всегда одна против всех. За всю свою жизнь девушка ни разу не чувствовала себя нормальной, нужной кому-то. Она так отчаянно нуждалась в любви и заботе, ласке от кого-либо. Но у жизни были другие планы на неё. Всё, что девушка чувствовала в своей жизни — одиночество и боль. Пока не появился он.       За то короткое время, что они знакомы, Кайя стал для неё поддержкой и некой опорой в жизни. Кайя видел её разной. Ненужной, когда отец всем своим видом и действиями доказывал это всем, игнорируя её. Униженной, когда сестра опозорила перед всеми. Суна — невидимка в собственном доме.       Постепенно девушка начала ловить себя на мысли, что испытывает к нему чувства. После Абидина она не думала испытывать искренние чувства любви к кому-либо, поэтому это осознание пугало её. Кайя был не такой как все остальные мужчины. Он заставлял чувствовать её особенной, показывал насколько она важна для него. Не торопил её и давал понять, что рядом если нужен.       Суна со временем влюбилась в Кайю и не могла отрицать эту мысль.       Когда молодые люди оставались наедине, он обнимал девушку, прижимая крепко к себе и целовал в макушку, а она в ответ льнула к нему всем телом и не прекращала улыбаться. С ним было спокойно. Кайя — тактильный человек, поэтому никогда не стеснялся взять её за руку или обнять в любой момент. Поначалу это пугало Суну, ведь та не привыкла, чтобы люди прикасались к ней, а тем более мужчины. Не то чтобы ей это не нравилось, просто поразило то, как сильно он хотел этого. Даже Абидин в своё время не позволял с ней таких «вольностей». Однако со временем и Суна осмелела, начиная проявлять инициативу, потому что ей хотелось этого не меньше. Хотелось трогать его, держать за руку, прижиматься к сильной груди и вдыхать его аромат. Терпкий сандал и немного мяты. Её любимый аромат. Хотелось смотреть в его глаза и тонуть в них без остатка. Ни шанса на спасение.

***

      Кайя знал, что ему повезло, что в его жизни появилась такая добрая и милая Суна. У него никогда не было много друзей, и это делало её ещё более особенной. Это было лучшее, что случалось с ним в этом доме, когда им удавалось выкроить немного времени. Суна — единственный близкий для него человек в этом доме, стране, и, кажется, мире. Было в этой девушке что-то такое, что заставляло чувствовать себя комфортно и безопасно. Сначала Кайя очень сильно привязался к ней. Первое время он правда пытался отрицать свои чувства, но от себя не убежать. Кайя сдался — любит её.       Сонмез боялся потерять её, если признается в своих чувствах. Что будет, когда она однажды поймёт, что он не такой сильный, как кажется всем окружающим? Когда она узнает, через что ему пришлось пройти, с какими целями они с мамой приехали в этот дом? Как может такая доверчивая, прекрасная девушка испытывать к нему какие-то чувства после того как узнает правду? Она возненавидит его.       Что было плохого в том, чтобы просто быть её другом? Ровным счётом ничего. Но Суна была в каждой его мысли. Постоянно думал о ней, искал взглядом и ждал встречи. И Кайя будет последним лгуном, если скажет, что не хочет девушку. Он чертовски сильно хотел её: тело, душу и сердце.

***

      Суна не помнит, когда в последний раз она чувствовала себя так — оцепеневшей, испуганной. Как будто мир вокруг неё движется в замедленном темпе. Такое случалось только после побоев отца и рядом с Саффетом.       Девушка смотрит на Кайю, идущего рядом с ней. Он еле сдерживает свой гнев. Это можно понять по напряжённой позе, играющим желвакам на лице, хмурому взгляду, от чего на лбу выступили глубокие морщины, и сжатым кулакам. Мужчина идёт быстро, чётко делая широкие шаги. Казалось, что он сейчас взорвётся от гнева.       Суна понимает, что такая реакция мужчины должна привести её в ужас, но этого не происходит. По правде говоря, девушка благодарна ему за то, что всё обошлось. Когда молодые люди оказались в особняке, Кайя открыл дверь своей комнаты, пропуская её первой. Его движения были уверенными и спокойными, несмотря на необузданную ярость, которую она видела не так давно.       Девушка вспоминает об этом так, словно это было далёкое воспоминание, а не событие, произошедшее менее часа назад.       Пока Кайя был в магазине и выбирал материалы для новых четок, Суна ждала его на улице. Вдруг какой-то незнакомый мужчина начал приставать к ней. Начал говорить, какая она сладкая, что ей нельзя оставаться одной. Суна попыталась сказать, что ей всё это неинтересно. Но тот наглым образом приобнял её за плечи и попытался увести, не смотря на её протесты. А потом погладил по щеке.       Она застыла, пока этот противный сукин сын пытался… Суну начало трясти.       Затем всё произошло так быстро. В один момент она стояла в оцепенении с незнакомцем, а в следующий он просто исчез. Девушка даже не успела понять, что произошло.       Это был Кайя.       Она в шоке наблюдала за тем, как человек, которого она знает доброго и спокойного, в одну секунду превратился в разъярённого и злого. Широкая грудь тяжело вздымалась, глаза горели злостью, волосы растрепались. Он подлетел к молодому человеку и со всей дури схватил за воротник рубашки, а потом и вмазал тому так, что мужчина не сразу дал отпор.       В ответ мужчина нанёс несколько ударов, но ярость Кайи дала ему преимущество. Суне потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя и остановить их. Пришлось прокричать несколько раз имя, прежде чем Кайя смог остановиться. Парень посмотрел на неё так, словно забыл, что здесь есть кто-то ещё. Злость затмила его разум.       После этого всё было как в тумане: прохожие вмешались в драку, разнимая их. Некоторые сказали, что видели как тот мужчина приставал к девушке, и паре нужно немедленно уйти, чтобы избежать разговоров с полицией. Суна глядела на лежащего на тротуаре мужчину с окровавленным до неузнаваемости лицом, когда Сонмез взял её за руку и быстрым шагом потащил за собой.       Девушка внимательно смотрит на него, прежде чем перешагнуть порог комнаты. Не зная, что ей делать и какая будет реакция у мужчины, просто решает сесть на край кровати и наблюдает за действиями парня. Кайя закрыл окна, спустил шторы и, наконец, включил свет.       — Кайя…       Он снимает кожаную куртку, прежде чем оказаться на коленях перед ней. Взяв её руки в свои, Кайя начинает растирать холодные ладони, как будто пытаясь избавить её от недавних воспоминаний. И ей кажется странным, что она не отталкивает мужчину.       Кайя смотрит ей в глаза. Его взгляд тёмный, глубокий, проницательный. У неё перехватывает дыхание, когда он подаётся к ней поближе.       — Ты в порядке?       Суна автоматически кивает, не говоря ни слова.       Его внимательный взгляд скользит по её лицу, пытаясь определить, лжёт девушка или нет. Она сама ещё не определилась с чувствами и эмоциями недавних событий.       — Хорошо, — говорит после долгого молчания, поглаживая хрупкие плечи. — Тебе что-нибудь нужно? Может, воды или…       Но договорить не успевает, так как Суна посмотрела на него, и, закусив губу, тихо произнесла дрожащим голосом:       — Ты… я хочу….       Она понятия не имеет, как сказать ему, что не хочет, чтобы он уходил, хотя ей одновременно также хотелось бы побыть одной.       Беспокойство на его лице только усиливается, но он кивает после паузы.       — Хорошо. Я вернусь быстро, обещаю. Просто расслабься. Я ненадолго.       Мужчина поднимается с колен и нежно целует её в лоб, прежде чем уйти.       Вскоре возвращается с бутылкой воды и двумя стаканами. Суна залпом выпивает полный стакан. Кайя решает дать девушке время побыть одной и заходит в ванную.       Сидя на кровати, девушка вспоминает то, как начались их отношения, и как они сблизились за почти четыре месяца. Как она в первый месяц их знакомства не доверяла ему, старалась избегать. И как в последний месяц они начали тайно встречаться.       Только что Кайя чуть не убил того подлеца после того, как тот начал лапать её. То, как Кайя разозлился, в секунду превратившись в зверя, заставило девушку задуматься о том, что никто ранее никогда не защищал её. Некому было заступиться, решить её проблемы и дать почувствовать себя слабой и защищённой. Повергло в шок и то, как Кайя быстро усмирил свой гнев, стоило ей позвать по имени. Остановился ради неё.       Суна смотрит на дверь ванной и слышит звук льющейся воды. Ей так необходимо сейчас его присутствие рядом: поцелуи, объятия, слова поддержки.       Кайя резко вздыхает, когда смывает кровь со своих рук. Он опирается руками на зеркало, глубоко дышит и закрывает глаза.       Он полностью потерял контроль над собой. В последний раз парень так яростно дрался, когда был под веществами или пьяным вдрызг в подростковые времена. С прошествием лет научился держать свой гнев под контролем и не реагировать так «остро» на события. Однако, даже сейчас, он уверен, что сделал бы то же самое ещё раз. Только не Суна. Никто не посмеет тронуть её. Он мог убить того сукиного сына даже за то, что он косо посмотрел на девушку, не говоря уже о том, чтобы прикоснуться к ней своими грязными руками с намерением…       Когда прибежали прохожие, мужчина уже лежал с окровавленным лицом. Но Суна закричала его имя несколько раз, и, обернувшись, он увидел её. Девушка обняла себя руками в защитном жесте и дрожала. Он испугал ту, которую обещал оберегать и не давать в обиду. Осознание пришло в тот же миг. Чувствовал себя паршиво.       Единственное, о чём он сейчас сожалеет — Суна увидела его таким. Настолько разгневанным и злым, что тот почти забыл, что происходит вокруг, сосредоточившись только на сукином сыне под собой.       Дверь в ванную открывается с тихим скрипом. Их взгляды встречаются в зеркале. Кайя медленно оборачивается к Суне.       Она выглядит такой уязвимой, хрупкой, но в то же время красивой. Волосы спадают с плеч, открывая вид на её ключицы и лебединую шею, в которую так и хочется впиться жадным поцелуем, оставляя следы. Руки опущены вниз, поза расслаблена, но, когда Суна замечает раны на его лице, тут же подходит к нему и берёт его лицо в свои руки, чтобы лучше разглядеть.       — Суна…       — Тихо, — прикладывает большой палец к губам. — Нужно обработать твои раны.       Взяв его израненные руки, она открывает воду и начинает осторожно, но тщательно смывать кровь. Всё это время Кайя не сводит с неё взгляда. Ни одна женщина ещё так не заботилась о нём. Потом, достав бинт из аптечки, начинает аккуратно бинтовать его руки. Кайя видел, как дрожат её руки, поэтому помогает с узелками. Закончив с руками, она вновь внимательно смотрит на его лицо.       — Садись на кровать, — просит она.       Кайя молча подчинился её приказу. Суна, взяв аптечку, пошла за ним. Когда она обрабатывала его раны, не могла оторвать взгляд от желанных губ. Хотелось ощутить их вкус и почувствовать мягкость. Кайя выдохнул, опустив голову, когда та закончила все процедуры:       — Суна, я хотел извиниться за… за то, что сделал.       — За что? — убирая все принадлежности в аптечку, спросила девушка.       — За то, что не сдержался, за то, что напугал тебя. Я… я не хотел этого. Не хотел бы, чтобы ты видела.       — Как ты меня защитил? Ведь ты защитил меня, Кайя, — с надеждой в голосе сказала Суна. — Я благодарна тебе.       Подняв голову, он увидел, как Суна смотрит на него, нежно улыбаясь. Рядом с ней он идёт на поводу у своих чувств с каждым новым днём, начиная бояться того, что придёт время сделать выбор. Выбор между любимой девушкой и чувством мести, ради чего он приехал сюда.       — Всё совсем не так. Я хотел сказать то, что… — он встал.       И она, будто очнувшись, поняла, что Кайе нужно побыть одному. И что ей вовсе не стоило заходить в его спальню.       — Мне лучше уйти, — сказала Суна, направляясь к двери. — Оставлю тебя одного.       Кайя резко встал и схватил её за руку. Больше всего он хотел, чтобы она сейчас была рядом с ним.       — Нет, не уходи. Пожалуйста, присядь. Нам нужно поговорить, — аккуратно взял ладонь в свою и выдохнул. — Послушай, не пойми меня неправильно, но ты особенная девушка. И я… Я боюсь навредить тебе. Я бы никогда не хотел причинить тебе боль.       Суна смотрит на него, внимательно слушая мужчину. На глаза сами собой подступили слёзы. Ей показалось, что это конец, и Кайя хочет всё закончить. Стало не по себе, поэтому ей пришлось закусить губу до крови, чтобы справиться с напряжением.       — То, что происходит между нами… Всё развивается настолько стремительно, что я не могу поверить, что оказался таким везучим. А ты? Ты понимаешь, что происходит между нами? Ты уверена в своих чувствах? Ведь всё происходит так быстро.       Выдохнув, она выпрямилась и посмотрела ему в глаза.       — Кайя, возможно, в твоих глазах я — простая антепская девушка. Да, я не жила в Лондоне как ты. И ты видишь меня как наивную, неопытную. Но знай, что и у меня была жизнь. И не очень простая, — отвернувшись, она продолжила. — Моя «школа жизни» преподала мне такие уроки, о которых даже говорить сложно, а вспоминать тем более.       Несколько слёз всё же упали с её глаз, и Кайя, не сдержавшись, приобнял её. Но она освободилась от объятий. Неужели она вновь ошиблась в своём выборе? Но ведь с Кайёй всё по-другому, она была уверена, что у них всё по-настоящему. Ни с кем ещё не было так, как с ним.       — Мне пора, извини, — вытерев слёзы тыльной стороной руки, говорит Суна и отходит к двери.       — Суна, стой, — сказал Кайя, снова поймав её за руку. — Не уходи, прошу. И не говори за меня. Я не думаю такие вещи про тебя. Наоборот, я тебя понимаю больше, чем ты думаешь.       — Я услышала тебя, Кайя, ладно, — сказала она, не глядя на него. — Я должна «разобраться в своих чувствах». Прости, если я тебя не так поняла изначально. Давай всё забудем. Забудем то, что было между нами. Об этом никто не узнает, обещаю. Расстанемся друзьями.       Было больно говорить эти слова, но ещё больнее понимать, что она снова осталась одна и её отвергли в очередной раз. Её мир рушится снова, но сейчас она не уверена, что сможет собрать себя по кусочкам.       Кайя медленно подошёл к ней, не сводя внимательного взгляда. Он взял её лицо в свои руки и поцеловал. Сначала девушка хотела отстраниться, но потом начала издавать тихие стоны, отвечая на жаркие поцелуи.       — Суна… — когда воздуха стало не хватать, Кайя отстранился от желанных губ и всмотрелся в лицо любимой.       Учащенное дыхание у обоих, чувства на пределе. Он хотел её здесь и сейчас. И держал себя в руках из последних сил, которых осталось чертовски мало.       — В чём дело? Я сделала что-то не так? — не понимая, в чём дело, забеспокоилась Суна. Ей хотелось вернуться к его поцелуям и ни о чём больше не думать.       — Нет, нет… — отвечает тот торопливым шёпотом, кладя её правую руку на свою щеку. — Ты не… ничего плохого.       — Кайя… — девушка коснулась своим лбом лба мужчины и прикрыла глаза, дав себе секунду на то, чтобы собраться с мыслями.       — Скажи мне, чего ты хочешь?       Она выглядит такой неуверенной, но он выжидает, пока она колеблется, прежде чем ответить тихим шёпотом.       — Я хочу… — тяжело сглатывает. Щёки краснеют, и она опускает взгляд.       Её глаза скользят по его телу, взгляд задерживается на его плечах, груди, животе, а затем на его… И когда она снова встречается с ним взглядом, он больше не сомневается, чего она хочет.       — Ты хочешь этого? — он прямо смотрит в её глаза, заправляя прядь шелковистых волос ей за ухо.       Секунда на подумать, и Кайя впивается страстным поцелуем в такие желанные для него губы. Никогда раньше он так не целовал её. Суна чувствует металлический вкус крови на своём языке, но не останавливается, уверенно целуя его в ответ. Этот поцелуй она считает первым настоящим их поцелуем.       Когда он открывает глаза, чтобы снова встретиться с ней, она смотрит на него своими большими глазами, её дыхание сбивается.       — Ты уверена, что хочешь этого? — хрипло и тихо шепчет он, глядя прямо в глаза. — Ты хочешь меня?       Они теперь так близко, что он чувствует, как её охватывает дрожь, и после долгой паузы… она кивает.       — Скажи, скажи это, Суна.       — Я хочу тебя, Кайя. Очень сильно. Хочу быть твоей.       Он медленно наклоняется к ней и убирает волосы на одну сторону, припадая к шее. Он слишком долго этого ждал, чтобы сейчас торопиться и испортить момент. Сегодня он будет нежным и размеренным, покажет ей настоящее наслаждение. Никаких резких движений или действий. Медленные поцелуи, томные касания, слова нежности между поцелуями. Сейчас только он, она и их желание одно на двоих. Девушка прижимается всем телом к парню, обвивая крепкую шею. Кайя исследует каждый её изгиб, немного задерживаясь на пояснице. Суна прогибается в спине и тихо стонет тому в губы.       Но тут дверь внезапно распахивается, и на пороге стоит разъярённый Казым…