5

      Авраам оглядел отряд – пару десятков космических десантников, созданных магистром Савой, или ставших частью компании Хокберга каким-либо иным образом. Довольно пёстрое зрелище… было и раньше, а после появления сэра Валерио Рейна, графа Викантийского, вдвойне пёстрое.       Олицетворение праздника и фейерверка приковывал к себе взгляд и вдохновлял даже самых чёрствых на шутку о попугаях, павлинах и ещё каких-нибудь райских птицах далёких неизведанных миров.       Авраам же остановил взор не на радужном плюмаже Валерио, а на его слуге, который весь согнулся под тяжестью двуручного меча в разукрашенных ножнах. Авраам обратился к хозяину и меча, и слуги:       – Там довольно тесно. Такое оружие не понадобится.       – "Стезя" важен мне как символ, как знамя, брат-капитан! – отозвался Валерио.       – А смертный?       Авраам успел оценить тяжёлый взгляд слуги, – тот уже ни во что не верил и ничего не ждал.       – Не беспокойтесь, брат-капитан! Сид со мной уже тридцать лет. Где мы только ни были! – Валерио усмехнулся.       Авраам тоже посмеялся, а потом обратился к группе:       – Ещё раз коротко о главном. Ведущие – Котар, Валерио. Иоанн… Сид, вы замыкаете. Дистанция между двойками – десять метров. Следим за секторами, быстро движемся на сигнал капитана Карбоне. Что бы ни произошло, на орбите подкрепление. Мы всех порвём! Кровь и золото, братья!       – За Бога-Императора! Non terrae plus ultra! За Империум и человечество! – на разный манер отозвались бойцы.       Авраам оказался в середине боевых порядков. Котар же повёл группу к спуску в недра проклятой планеты, поглотившей уже столь многих.       И всё же останавливаться нельзя, иначе все жертвы принесены впустую.       Десантников встретила кромешная тьма, но она им ничуть не мешала. Даже тех, у кого шлема не оказалось, спасали оптические имплантаты или невероятные способности, дарованные во время становления сверхчеловеком.       Авраам, к слову, никогда не отказывался от дополнительной защиты, какой бы сложной ситуация со снабжением ни была. На себе не экономят. По визору шлема бежали строки с разведывательной информацией, постоянно приходили всё новые материалы из штаба. Цель находилась в сердце стального муравейника, и потеряться в таком месте проще простого, будь ты хоть сто раз лучшим воином человечества. Приходилось постоянно следить и за обновлениями, и за окружающим миром. Довольно сложная задача, но Авраам решал её на автомате, – боевого опыта у него, по меньшей мере, как у тысячи смертных солдат вместе взятых.       Космические десантники пересекли тесную кишку шахты, чьи своды поддерживала пласталевая крепь, и оказались в помещении, напоминающем пассажирский терминал.       Наёмники, отведённые на перегруппировку, наводили здесь порядок: устанавливали переносные генераторы, усилители связи, да хотя бы просто подвешивали люмены.       Стоял гул цепного оружия, шипели огнемёты, разносился смрад запечённой плоти – мера предосторожности при встрече с нечистой силой. К здешним ожившим мертвецам трудно было найти один-единственный ключ: кому-то хватало пары пуль в корпус, другие же не упокаивались даже будучи расчленёнными.       Авраам заметил по пути отсечённую кисть, что определённо направлялась на выход, и тут же раздавил. За свою долгую жизнь он видел много чего отвратительного, но всё равно поморщился, так как впереди маячило ещё полно грязной работы. Ни один инопланетный вид, даже друкхари, и близко не подобрался к той мерзости, на которую способны еретики.       Десантники не раз расходились с встречными ручейками солдат, которые тащили носилки с ранеными и убитыми. Никого эта картина не то чтобы напугала, даже не задела, но Авраам отметил, что потери значительные. Самые опасные эксперименты командование ставило на наёмниках Classis Libera, и оставалось только надеяться, что нужные выводы сделают. Эта битва – лишь начало новой продолжительной кампании.       Несмотря на шумоподавители, Авраам разобрал выстрелы где-то далеко во тьме. Он обратился к ведущему по воксу:       – Котар, что наблюдаешь?       – Глазами ничего. Но наёмники отступают, их оборону смяли. Надо растянуться в одну линию, чтобы пропустить их.       – Отряд, слушай мою команду…       Авраам внёс изменения в боевые порядки, а потом вызвал на визор небольшое окно с тем, что видел Валерио. Сначала Авраам разобрал могучую спину двуногого танка с мантией из кожи, а потом из тьмы один за другим начали появляться наёмники. Взбудораженные, окровавленные, с обожжёнными кирасами и разбитыми респираторами, – благо газа можно было уже не бояться, по крайней мере, со стороны своих.       Последний солдат – пожилой мужчина с морщинистым лицом и протезами рук – совершил воинское приветствие и бросил Котару:       – Нам крепко наподдали, господин. Здешние еретики – те ещё сукины дети!       – Вольно, солдат, – ответил Котар. – До ближайшего блокпоста пятьсот метров. Там вы получите необходимую помощь и пополните боезапас.       – Отомстите ублюдкам! – бросил напоследок командир наёмников. – Я там столько пацанов оставил…       До Валерио долетел продолжительный волчий вой. Десантник выхватил плазменное ружьё и отправил пышущее синем пламенем облако на звук. Заряд раскалённого газа пронёсся несколько десятков метров, а потом поразил в могучую грудь мутанта, больше похожего на комок ярости и мышц.       Картинка не самого лучшего качества, нужно видеть собственными глазами, чтобы разобрать.       – К оружию, – передал Котар.       Авраам не торопился выхватывать меч из ножен или болтер с магнитной зацепки. В тесном пространстве как ни целься, а высадишь половину магазина в спину товарища. Оставалось довольствоваться тем, что передавала камера, встроенная в шлем Валерио.       Тот успел заметить, как Котар поймал мутанта за горло и выпотрошил его, а потом отвлёкся уже на собственного противника.       Авраам широко раскрыл глаза – по телосложению нападавший напоминал космического десантника, но такого, каких обычно не оставляют в живых после преобразования. Слишком много отклонений, скорее всего, безнадёжно повреждён мозг. Изо рта чудища текла слюна, в глазах Авраам не разобрал и искры разума, только безбрежную и необъятную жажду крови.       Пропорции искажены, мутант горбатый, одна рука толще и мускулистее другой, кисти и ступни невероятно крупные, оканчивались звериными когтями. Всё это Авраам отметил за мгновение, а потом закипела схватка.       Удивительно, но мутант не сложился вдвое от плазменного шара. В груди оплавленное отверстие, куда можно просунуть кулак, да не какой-нибудь, а силовой, но его это словно бы и не волновало. Мутант лишь замедлился, дал Валерио время на то, чтобы убрать ружьё и выхватить топор.       Валерио ударил снизу вверх – враг уклонился, бросился в сторону, оттолкнулся от стены и растерзал бы Валерио когтями, но тот успел сделать шаг назад. На кирасе остались глубокие царапины, а Валерио тем временем вонзил топор в лоб противника, нажал на руну активации, подав питание на генератор силового поля, и рассёк мутанту лицо.       Безумный вой, наконец, стих. Этой раны оказалось достаточно, хотя Авраам и заметил, как стягивается почерневшая воронка в груди и сквозь струпья розовеет новая плоть. Кто знает, может быть, и разваленная надвое закоптившаяся голова срастётся.       На Валерио тем временем навалилась сразу пара мутантов. Нехотя пришлось отступить ещё на пару шагов, из-за чего Котар угодил в окружение. Валерио использовал передышку для того, чтобы выхватить щит из-за спины.       Мутант попал кулаком по центру щита, оставил в нём глубокую вмятину и оттолкнул. Валерио проревел боевой клич, двинул щитом по морде противника, а потом вогнал топор ему в шею. Голова свесилась в сторону, фонтаном хлестнула кровь, но мутант даже не собирался падать. Валерио добил бы его в тоже мгновение, но пришлось пригнуться от яростной атаки второй твари.       В следующую секунду на помощь подоспели Пустынные Странники. Стреляли в упор, не жалея снарядов, уже оценив невероятные способности противников к регенерации. Парочку превратили в бурую кашу, а потом поспешили на помощь к Котару.       Тот однако в ней не нуждался. Двух чудовищ он изрубил колдовским фламбергом, им же приколол к стене ещё одну тварь, от остальных отбивался кулаками и синим варп-пламенем, что одновременно обжигало и замораживало. Язык огня, заключённый в глыбе льда, – невероятное зрелище!       Один из участников схватки отправил Аврааму вокс-сообщение:       – Понадобился целый магазин, цель продолжала сражаться без головы.       Вместо Авраама ответил Котар:       – Именно поэтому мы здесь. Нужно покончить с логовом этих тварей, пока их не стало ещё больше.       Авраам же в это время отдал приказ бойцу с огнемётом:       – Иоаким, обработай останки.       – Есть, брат-капитан!       Чутьё не обмануло, – когда Авраам проходил мимо поверженных мутантов, пузырились и двигались даже те, которых порвали в клочья. Эти действия напоминали одновременно агонию и попытку подняться, несмотря на сломанные кости и превращённые в фарш мышцы.       Авраам не сдержался:       – Котар! Что это за дрянь?!       – Наше уродливое подобие. Порождённые демонами, одержимые демонами. Много угроз в этих подземельях, и с этой стоит разделаться как можно быстрее. – Котар сделал паузу, а потом обратился ко всем: – Крепитесь, братья. Впереди ещё множество препятствий, и не все из нас снова увидят свет.