8

      Обжигающая боль полоснула по ладони, а вспышка пламени – по глазам. Баффи вздрогнула и подскочила. Ей понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что она в безопасности – в своей квартире, в своей спальне, в своей кровати. Она повернулась, ожидая увидеть Спайка рядом, но та половина постели была пуста, Баффи прекрасно это разглядела даже в ночной темноте. Она поднялась, натянула нижнее бельё, домашние штаны и майку (когда дома ребёнок, разгуливать по этому дому голышом не лучшая идея) и вышла из комнаты.       В гостиной стояла темнота, зато из-под двери детской пробивалась полоска мягкого света ночника. Баффи подошла, но не стала открывать дверь, а прислушалась.       - …расколдовала короля, и все они жили долго и счастливо, - как раз договорил Спайк.       - А почему мачеха была такая злая? – спросил Майкл.       - Я не знаю, - после небольшой паузы признался Спайк.       - А почему Белоснежка такая глупая?       - Неожиданный вопрос, - ухмыльнулся Спайк, Баффи и сама приглушённо хмыкнула. – Почему ты считаешь, что Белоснежка глупая?       - Она взяла яблоко у незнакомой старушки. – Майкл посопел. – Все знают, что нельзя ничего брать у незнакомых.       - Думаю, в те времена многие не знали. Так что Белоснежка была не глупая, а просто наивная.       - Что такое «наивная»?       - Ну, это когда ты веришь другим больше, чем нужно. Иногда даже веришь тем, кому совсем нельзя верить.       - А как узнать, кому можно верить?       Спайк рассмеялся, и Баффи не сомневалась, что он ласково потрепал Майкла по волосам.       - В том-то и проблема, приятель: этого почти никогда нельзя знать наверняка. Но всё-таки, если тебе очень повезло, у тебя есть один, а может, даже несколько человек, про которых ты точно знаешь, что им можно верить.       - А у тебя есть те, кому ты всегда-всегда веришь?       - Конечно. Во-первых, ты, во-вторых, твоя мама.       - Это хорошо.       - Ещё как хорошо. А теперь спи.       Баффи знала, что сейчас Спайк поцеловал Майкла в макушку, в лоб или в щёку.       - Ладно, - вздохнул Майкл.       - Оставить тебе свет?       - Нет, не надо, - Майкл, судя по голосу, гордо улыбался, - я же не боюсь темноты.       - Молодец.       - Папа?       - Что?       - Ты теперь всегда будешь оставаться с нами на ночь?       - Не уверен, но очень надеюсь. Спокойной ночи, сынок.       - Спокойной ночи, папа.       Когда Спайк выходил из комнаты, Баффи успела отойти, чтоб он не наткнулся на неё, но её присутствие всё равно стало для него неожиданностью.       - Женщина, нельзя же так пугать, - негромко проворчал он, закрывая за собой дверь. Он был босой, но в штанах и футболке.       - Извини, - тоже почти шёпотом произнесла Баффи. – Мне стало интересно, куда ты делся посреди ночи.       - Я услышал, как Майкл бродит, пошёл проверить и успел вовремя – пресёк попытку кражи шоколадного печенья на кухне. – Спайк осклабился с притворным недовольством и с искренней гордостью. – У всех дети как дети – боятся темноты и ночью ни за что не вылезут из кровати, а наш шатается по квартире без света, и никаких проблем.       Разговаривая, они шли в спальню Баффи.       - Полагаю, не бояться темноты – это у него в крови, - сказала Баффи, когда они оказались в её комнате. - От нас обоих. – И, как обычно, без перехода она выдала: - Мне приснился кошмар.       Спайк обеспокоенно прищурился.       - Один из «истребительских» снов?       - Нет, обычный кошмарный сон встревоженной женщины.       Он немного расслабился, даже слегка улыбнулся.       - И чем женщина встревожена?       - Тем, что не знает, что будет дальше. Тем, что боится потерять тебя.       - И что заставило женщину думать, будто она потеряет меня?       - Ну, она уже теряла тебя. – Баффи медленно облизнула губы. – Мне приснилось это… Битва в Адской Пасти, то, как ты горел…       Спайк провёл подушечкой большого пальца по её скуле, щеке, подбородку.       - Сейчас я здесь, - проговорил он мягко. – И, может, не по-джентльменски с моей стороны напоминать, но я напомню: мы занимались любовью этой ночью.       - Думаешь, я уже забыла? - улыбнулась Баффи. И тут же опять посерьёзнела.       - Нет, думаю, это очень странно – что после такого ты решила, что потеряешь меня. Я здесь, Баффи, и я никуда не уйду. Если, конечно, это то, чего ты хочешь.       - Да, - она лихорадочно закивала. – Именно то. А чего хочешь ты?       Даже сквозь темноту она различила его взгляд - Спайк смотрел на Баффи так, что у неё задрожали коленки.       - Того же самого, родная. – Он потёрся кончиком своего носа о её нос. – Того же самого.       - Хорошо, - еле слышно, но на двести процентов искренне произнесла она, обвивая шею Спайка руками.       Они поцеловались. Поцелуй сначала был нежным, трепетным, но быстро разогрелся до страстного и жадного. В какой-то момент Баффи и Спайк упали на кровать – сложно сказать, кто из них стал инициатором, скорее всего, оба.       - Я люблю тебя, - выдохнул Спайк, стаскивая с Баффи майку вместе с бюстгальтером.       - Я люблю тебя, - всем своим существом откликнулась Баффи, стягивая со Спайка футболку.