Внук Гармадона

Даже когда маленький светло-коричневый домик появился среди зелёной листвы, Траэрн ещё не знал, как объяснит своей девушке столь резкую перемену во внешности. Тогда ему было девятнадцать, а его младшему брату, Ксану, шестнадцать. В отличии от старшего, лицом и характером похожего на Зелёного ниндзя, младший всю жизнь напоминал Гармадона, их дедушку. Он сам по себе был не очень общительным, а когда на него свалилось осуждение за одно только происхождение и внешность — совсем перестал с кем-либо разговаривать.        Прошло пять лет с тех пор, как Ллойд ушёл, оставив жену, троих детей, маму, дядю и всех своих друзей. Поначалу Траэрн защищал отца от нападок…        — Да не вернётся он, завёл себе другую семью небось, а возвращаться стыдно!        — Точно говорю, натворил он что-то страшное, все мы помним, какими ниндзя могут быть!        — От сыночка Гармадона всякого можно ожидать!        Но через пять лет… начинаешь сомневаться и в таких глупых вещах.        «Почему же ты ушёл? Ксану так не хватает тебя сейчас!» — вопрошал отца Эрни.        Беспокойство по поводу пропажи Великого Героя сошло на нет, место ему уступило обсуждение судьбы его детей…        — Да что тут не понятного? Сын похож на Ллойда как две капли воды, дочка — на старика Ву, а этот, средний…        — Вылитый Гармадон! Я когда случайно столкнулась с ним, мне показалось, что у него глаза покраснели!        — Я недавно видел существо, похожее на Они, может это всё тот мальчишка?        — Отправить бы его в какую-нибудь закрытую школу, как Ллойда, а то не знаешь, что у него на уме. Не нужен новому миру Тёмный Лорд!        Основываясь на простой схожести, жители самых разных миров начали требовать выгнать Ксана из монастыря. В конце-концов, он отказался от телефона и вообще какой-либо связи с общественностью. Максимум его видели в маске, когда он участвовал в миссиях ниндзя, но зелёное ги совсем его не спасало… Его узнавали, клеймили наследником Гармадона, один раз пытались убить… Жизнь Ксана превратилась в ад, и с таким давлением не могли справится даже все старшие ниндзя вместе взятые. Вскоре, из-за попыток Траэрна спасти младшего брата, все снова вспомнили о странном исчезновении Ллойда, и понеслось…        — Не нравится мне этот Траэрн, глаза у него злые…        — Точно, помните, как Ллойд превратился в Они! Все его дети взбесятся рано или поздно!        — Внуки Гармадона. С генами ничего не поделаешь.        — А всё-таки жаль эту малышку Эвелию, она такая красивая…        Когда очередь дошла до него, Траэрн был спокоен, будто скала, но как известно, любую гору можно разобрать по частям, если каждый день отламывать хотя бы по маленькому камушку. Так и с лидером следующего поколения ниндзя — однажды его нервы просто не выдержали, злость на отца собралась в груди туго завязанным клубком, и он взял и… Перекрасил волосы. Блондин превратился в шатена, а в глазах теперь красные линзы. Костюм он сменил с благородно-зелёного на чёрно-фиолетовый. Вылитый внук Гармадона.        Траэрн собирался сделать себе и рога с маской, но по итогу не стал. Даже такого преображения общественность явно не ожидала, и к удивлению… затихла. Будто поняла, что пробудила страшную силу, которую нельзя было тревожить. Но по прошествию некоторого времени — снова закипела. Новости разлетелись по интернету в мгновение ока, и конечно, Мишель Ларкинс, к которой направлялся Траэрн, не могла не знать о случившемся. Сидя на драконе, юноша продолжал думать, как же всё объяснить…        С девушкой, которая была смотрительницей «заповедника Хироши», Траэрн встречался уже полгода. Срок недолгий, но достаточный, чтобы познакомиться друг с другом. Сошлись они на любви к тишине — Траэрн вырос за высокими стенами монастыря, а Мишель — в тихом городке, в котором жители почти не пользовались транспортом. Рядом с ней юный ниндзя ощущал себя человеком во всех смыслах, он удивлялся, как она может просто существовать и не думать о мире, будущем, работе. Мирно сосуществовать с деревьями и травами… Ему казалось, что Мишель сама по себе какой-то цветочек, вылезший из маленького семечка. И сейчас, он боялся, что заразит это нежное создание своими проблемами.        — Но мы не можем весь день здесь торчать, — вздохнул юноша, ласково проводя ладонью по шее дракона, — пора спускаться.        Мишель уже ждала их — стояла в дверях. Как бы она не пыталась скрыть свою первую реакцию, всё равно в её глазах мелькнул страх, который отчётливо запечатлелся в сознании Траэрна. Он повернулся к дракону, забрал из сумки, прикреплённой к седлу, все необходимые вещи и… застыл на месте. Побоялся повернуться.        — Эрни… — тихо позвала девушка, — я приготовила чай, пойдём.        — Прости, пойдём конечно, — ответил ей юный ниндзя.        Они вошли в одноэтажный домик, который внутри оказался ничуть не менее зелёным, чем окружавший его лес. На подоконниках цветы, аромат которых отвлекал от дурных мыслей, на столе с зелёной льняной скатертью стояли две скромного бежевого цвета чашки… Мишель села на кровать, закинутую покрывалом, которую девушка собственными руками украсила вышивкой, в уголке лежал, свернувшись в калачик, чёрный с белым пузиком кот.        — Чай с чабрецом, надеюсь тебе такой нравится.        От чашек исходил пар и, взяв одну из них в руки, Траэрн почувствовал тепло… Хотя и так было лето, но до этого его руки были так холодны, будто он несколько дней провёл в ледяных пустошах бывшего Никогда-королевства. Мишель наблюдала, как он делает первый глоток, попутно обдумывая, что же ей сказать. Нет, она совсем не злилась и не собиралась сравнивать своего возлюбленного с кем бы то ни было, ведь никогда не делала так прежде, просто… Ей нужно было как-то утешить его, успокоить и придать сил.        — Тяжело пришлось, да? — наконец спросила она, и Траэрн застыл. Губы его дрогнули, но пока он силился не заплакать.        — Ксану гораздо тяжелее, чем мне.        — Возможно, но разве это может отрицать, что тебе тоже трудно?        — Прости.        — Если ничего не можешь мне рассказать, не нужно. Но если я могу чем-то помочь…        Траэрн поднял на неё взгляд. Красные глаза могли испугать любого, но Мишель знала, что за этими линзами прятались добрая, светлая как капля дождя… и полная страха, отчаяния и боли душа. Девушка нерешительно протянула руки и положила их на плечи Эрни.        — Я люблю тебя, кем бы ты ни был. Так будет… Всегда. — она старалась, чтобы голос её звучал максимально убедительно, но юного ниндзя так не проведёшь. Он понимал, что приносит ей неудобства.        — Я хотел защитить Ксана, — начал он, — если это хоть каплю поможет, то я… Хотел бы забрать его ношу. Пускай сила моего родного деда выберет именно меня. Я не против, если все назовут меня злодеем и отпустят… Ксан заслуживает быть Зелёным ниндзя.        «Ты заслуживаешь этого ничуть не меньше» — думала Мишель, но сказала немного по-другому.        — Ты стараешься изо всех сил, Эрни. Что бы там ни было, ты заслуживаешь быть счастливым. Ответственность за жизнь твоих родителей и дедушек лежит только на них самих. Лучше подумай, кем ты сам хочешь быть.        — Я хочу быть с тобой и больше ничего, — прошептал он, но вздрогнул, напуганный собственными словами. Тут же по его телу прошёл холодок, он покачал головой и сказал намного громче: — я хочу выполнить свой долг, чего бы мне этого ни стоило. Спасибо тебе. Прости, что напугал. Я уже в порядке. Может и смою это… когда-нибудь…        Траэрн постарался улыбнуться, но вышло криво… У Мишель в глазах собирались слёзы. Она встала, подошла к нему и заключила в объятия.        — Я…        — Ничего не говори. Всё хорошо.        Чувствуя её нежные прикосновения и тепло, которое снова воцарялось внутри него, Эрни беспомощно протянул руки и тоже обнял Мишель. На ладони девушки оставались пятна от краски для волос, но она продолжала гладить юного ниндзя по голове и повторять «всё хорошо».        За окном накрапывал дождик, и будто они находились на улице, одежда Мишель промокла. Здесь было тихо и спокойно… Совершенно беззвучно со своего места поднялся кот — потянулся, запрыгнул на кровать и забрался на колени Эрни. Дракон, оставшийся один, опустил голову на землю и смотрел в окошко. В его умных глазах светилось понимание. Юному ниндзя нужно отдохнуть.        Когда Мишель почувствовала, что всхлипы стихли, она аккуратно уложила юношу на кровать. Смежëнные веки тут же задрожали, и девушке пришлось пообещать:        — Я скоро вернусь.        Она выбежала на улицу, чтобы укрыть дракона под навесом, когда-то сооружённым Траэрном собственноручно. Когда Мишель вернулась, Эрни спал в обнимку с котом. Коричневые пряди скрыли его глаза, но тени, что собрались под ними, не скрыть ни одной краской. По крайней мере, от неё.        — Вот так ты меня любишь, да? — шутливо заворчала она, а затем, не раздеваясь, легла с ним рядом.        В мирке, созданном ею, Траэрн совсем не внук Гармадона.