2. Печёночница

Обито очень старался побыстрее сделать все: заправить постель, почистить зубы и позавтракать. — Я побежал, бабуля! — помахал мальчик единственной родне и, быстрее обувшись, помчался в лес, благо его дом был почти на отшибе деревни и не приходилось уж очень долго идти. — Обито, а бенто? — крикнула бабушка. Мальчик припустил обратно и терпеливо бежал на месте у дома, пока бабуля неторопливо пошла на кухню, взяла коробочку бенто, завязала ее в платок и, вернувшись к внуку, подала ему обед. — Обито, хорошо покушай. — Да, бабуля! — и мальчик снова помчался. Хотя его почти сразу остановила другая бабуля. Она с утра пораньше несла какие-то вилы и тяпки, и чуть кряхтела с каждым шагом. — Бабушка, вам помочь? Морщинистое лицо разгладилось в улыбке и Обито, все еще притоптывая на месте и с сожалением глядя в лес, куда бежал, отвлекся на незнакомую бабушку. Иначе не мог. Ему в каждом старике виделась собственная бабушка — она одна у него осталась и ему казалось, что помогая другим старикам, он будто помогает и своей бабуле, продлевая ее жизнь… В лесу же, на затененной кронами столетних деревьев поляне, его ждала подружка — девочка с огромными карими глазами, такими теплыми, как молочный шоколад, зажатый в руке ребенка. Уже какой раз девочка оборачивалась на тропинку, на которой должен появиться Обито Учиха, и вздыхала, понимая, что его все нет и нет. Опять придумает что-то. Опять скажет: кому-то помогал, спасал, выручал. А ее опять бросил. Девочка завидовала своим бойким подругам, способным поколотить таких несобранных ребят, как Обито. Вот только сама бы потом бросилась его загораживать. Да, Обито был ее несчастьем, но и другом. А еще очень светлым и добрым человеком. Даже в своем маленьком возрасте девочка понимала это, может потому, что сама была такой? Разве что точно не любила опаздывать. Она решила его наказать хотя бы выражением на своем лице, потому сурово сдвигала брови и недовольно поджимала рот. Все у него важнее, чем она. Впрочем, даже так ее сердечко тронет любая его отговорка и она примет все за чистую монету, чтобы он не рассказал о своих злоключениях на пути сюда. После более знающие подруги расскажут ей все как было на самом деле и что Обито тот, с кем лучше не возиться, что у него лишь ветер в голове и что толку от него не будет. — А зачем мне толк от него? — невинно спрашивала девочка. Она не умела обижаться, не умела дуться, чтобы ей потом подарки дарили, не умела показать без слов, что ей неприятно пренебрежение друга: они договорились на одно время, а его все нет… А мама ей говорила, что девочка принимает Обито таким, какой он есть. И это тоже хорошо. — Рииииин! — наконец показался в пролеске между деревьев черноволосый парнишка в шортах и курточке. Он очень спешил и едва не выронил свой бенто. — РИН! — крикнул он, будто она не слышала. А поравнявшись, снова повторил. — Рин… — Ты опоздал, Обито, — Рин Нохара повернулась к нему и мальчик прыснул — у нее такое смешное лицо. — У тебя живот болит? — собрался пожалеть подружку маленький Учиха. — Что с лицом? Рин все же очень добрая девочка и сердиться не умела. И не стоило начинать. — Ничего. Обито, мы же договорились прийти в одно время… — Она будто говорила разочарованно, но мягко, ласково, сама еще кроха, но выказывая какую-то материнскую заботу о своем непутевом друге. Кажется, это будет неисправимо в ней, как и в нем его привычка отвлекаться на помощь другим. Они просила его прийти сюда так рано, чтобы он успел увидеть чудо. Чудом была поляна сине-сиреневых цветов. Она обнаружила это случайно, когда собирала с матерью травы для лекарств на рассвете. Будто звездное небо опустилось на землю россыпью маленьких бутонов, скрытых от солнца, они сияли насыщенно-синим и сиреневым цветом как крошечные звезды, спящие в лесу. Чудо так захватило девочку, что она решительно намеревалась поделиться этим со своим другом. Обито поймет ее. Он не скажет, что рано, или что это вовсе не чудо. Потому что Обито и Рин понимали друг друга на ином уровне, где чудом могла быть сущая ерунда и оба были так мудры, несмотря на малый возраст, что не отрицали восторгов друг друга, а поддерживали искренним восхищением. — Я ведь говорила — это место, где спят звезды! — полушепотом заявила девчушка, поздно спохватившись в таинственности их похода, ведь Обито уже своими криками нарушил полудрему этой поляны, вспугнув несколько птиц с веток деревьев, зовя подружку. Теперь и Обито захватила поляна — он раскрыл рот в полу-выдохе восторга. — Надо же какие они крошечные. — Обито легко принял на веру, что это в самом деле звезды, которые, устав светить по ночам, прилегли поспать. Рин зарделась и взяв за руку Обито, осторожно стала ступать среди синих цветов, ведя друга к центру поляны, откуда вид еще более завораживал. Дети, оказавшись в центре, повернулись вокруг и потом друг к другу, улыбаясь от такого простого чуда. Естественно, обнаружив эту поляну, девочка спросила у матери, что это за цветы. И конечно она знала, что это цветы, и название у них смешное и, честно говоря, уж очень неподходящее. О чем думал человек, давая им такое нелепое имя? Звездные цветы им подходит куда более лучше. Рин так зарядилась своей задумкой, что тут же вообразила эту историю со спящими звездами. И чудо было в том, что Обито не будет смеяться над ее идеей, он примет ее версию, поддержит и даже подхватит — они забудут о настоящем названии, придумав свое, более волшебное и загадочное. Разве такие цветы не достойны этого? Это ведь дети называют что-то неприглядно, а художники и мечтатели, как Обито и Рин, видят куда больше. Они довольно долго пробыли на поляне и даже успели проголодаться, и Обито достал свое бенто. Он так спешил, что не следил как сильно размахивает свертком с обедом и теперь дети смешливо хрюкали, видя как заботливо выложенное дольками огурца и помидора, «лицо» на рисе перекосилось и стало похоже на какого-то знакомого. Вволю насмеявшись, перекусив, они собрались обратно. — Я тебе тоже кое-что хочу показать. Это невероятно! У той бабушки такой смешной пес — у него один глаз как крестик, а другой как нолик! Они так раскрашены! Ты должна это увидеть! Такого нигде больше нет! — делился Обито, когда они уселись плести из звездных цветов венки. Обито все портил, а Рин молчаливо переделывала. Ей было чуть жаль срывать такую красоту, но очень хотелось принести маме что-то красивое, поделиться своим открытием. А друг тут же решил порадовать свою бабушку. В итоге дети возвращались домой с двумя венками из звездных цветов. — Как думаешь, бабушка будет его носить? — придирчиво разглядывал Обито свое творение; правда оно было бы хуже, если бы не руки Рин. — Обязательно. Ведь это сделал ты. — Да. — Бодро кивнул мальчик. Когда ты делишься своей радостью, это ведь не может быть плохо? Бабуля будет очень красивой в таком венке. Как и мама Рин. Ведь руки детей вложили в них всю свою любовь.