Глава 10. В омуте истинной тьмы

Разгадки порой

Бывают просты,

Наполнены водой,

А сути попробуй разбери.

      Уэнсдей несколько секунд с интересом разглядывала ведьму. Неужели получилось?       — Кто посмел меня беспокоить? Кто такой окаянный? — противным, глухим голосом проревела ведьма. Она не сводила своих чёрных глаз с Уэнсдей. Та явно её заинтересовала. — Неужели узнали обо мне?       — Как снять проклятие Хайда? — прямо спросила Уэнсдей. Она не хотела тратить время на пустые разговоры. У неё меньше пяти минут.       — А ты смелая, — ухмыльнулась ведьма. — Невелика возрастом, а в такие дела лезешь.       — Мне повторить вопрос? Неужели вы настолько потеряли разум, что не расскажете и продолжите мучить невинных людей? — ледяным тоном произнесла Аддамс.       — Они не невинные. Они все имеют грехи.       — Но ведь никто не идеален, — возразила Уэнсдей. — Если хотите отомстить, то ваше время уже вышло. Мстить нужно было сразу и именно тем людям. Они виноваты перед вами, они. Но не их потомки. Вы понимаете, что рушите жизни тысяч людей?       — Отнюдь, я не хотела сделать так. Это треклятое проклятье пошло не в то русло, — грозно сказала ведьма. Она на секунду задумалась. — Откуда ты вообще узнала обо мне?       — Дон Фрауз - знакомое имя, правда?       — Дневник… Чёрт, не успела сжечь, — рявкнула она. — Но раз ты всë-таки выкопала правду, я исполню своё обещание.       — Что нужно сделать?       — Когда ты вызвала меня в первый раз, я решила не отвечать. Думала над решением моей проблемы. Но ты ведь понимаешь, дитя, что я не могу просто так отпустить тебя с разгадкой. Поэтому сейчас загадаю я тебе загадку, если от гадаешь — сразу сниму проклятье, если нет — значит нет, — усмехнулася ведьма.       — Сколько у меня времени? — спросила Аддамс.       — Пять дней, — ответила ведьма.       — Загадывайте, — Уэнсдей понимала, что ведьма простые загадки не задаст. Уж больно она была умна в своём веке.       — Какое оружие в руках людей становится самым сильным на свете из всех существующих. Оно убивает их мучительно, долго, — после этих слов ведьма начала растворяться в воздухе. — Удачи, Уэнсдей Аддамс.       После полного исчезновения духа бабушкин браслет вытащил её из загробного мира.       — Получилось? Что сказала ведьма? — взволнованно спросил Тайлер, смотря на Уэнсдей.       — Она загадала загадку, если мы отгадаем её в течение пяти дней, то ведьма снимет проклятье.       — Бред какой-то, — задумался Галпин. Уэнсдей сама, когда услышала об этом, удивилась. Что за детский сад?       — Я тоже так думаю, — согласилась Аддамс. — Но нам нужно попробовать. Другого пути нет.       — Что за загадка?       — Какое оружие в руках людей становится самым сильным на свете из всех существующих? Оно убивает их мучительно, долго, — слово в слово повторила она. Тайлер непонимающе посмотрел на неё.       — У тебя есть предположения?       — Нет. Я не думаю, что разгадкой является какое-то необычное слово. Например, точно не пистолет, не багнакх и подобное, — Уэнсдей пока не понимала истинной сути. Ей нужно время для того, чтобы подумать.       — Вероятно... — согласился он. — У нас есть время подумать. Может, стоит спросить у телефона?       Уэнсдей протянула ему свой телефон.       — Я ещё не до конца научилась им пользоваться. Поищи сам.       Тайлер аккуратно взял у неё телефон и вбил в поисковик вопрос. Но ничего интересного и стоящего интернет не показал.       — Здесь только пишут, что самое опасное оружие — это брахмастра.       — Это явно не наш ответ, — заметила Уэнсдей. Как им теперь понять, что именно будет являться правильным ответом? Сильных орудий в мире много. Но не все они убивают медленно и мучительно. Хотя такие есть. — Ведьма жила много лет назад, значит, она ещё не знала о новых технологиях. Нужно смотреть историю.       — Об истории я не знаю ничего, — грустно произнёс Тайлер.       — Зато эта штука... — Уэнсдей указала на телефон. — Знает многое. Тебе стоит поискать информацию о древнем мире. А я подумаю.       Так они и сделали. Тайлер больше часа упорно перерывал различные источники. Уэнсдей в этот момент думала. Она прекрасно знала о нескольких орудиях того времени, но нужно вспоминать подробности. Иногда они переговаривались по поводу найденной информации. Но ничего стоящего так и не нашли.       — Нам нужен перерыв, — наконец-то признала Уэнсдей и откинулась на спинку стула. Она устала перебирать все возможные варианты и опровергать информацию из интернета. Уже даже голова начинала побаливать.       — Правильное решение, — поддержал Тайлер и тоже откинулся на спинку дивана. — Слишком много тайн.       — Даже не одна, — устало произнесла Аддамс.       — Есть какие-то другие? — Тайлер удивлённо повернул на неё голову. Уэнсдей только сейчас вспомнила, что ничего не рассказывала ему о сталкере и серëжке.       — Я не говорила тебе раньше, потому что не было возможности. У меня появился сталкер, — серьёзно сказала она. Теперь точно стоит всё рассказать Тайлеру. Он на её стороне. Кажется, доверие вернулось. — Он где-то узнал номер и присылал мне мои фото. В том числе и в Уиллоу Хилл. Я за всё это время так и не узнала о нём ничего.       — Значит, ещё не всё закончилось, — Тайлер задумался. Он усердно пытался что-то вспомнить.       — Скорее всего. Знаю только одно — он как-то связан с Лорел.       — В период, когда мы с ней общались, она постоянно с кем-то была на телефоне, они постоянно что-то обговаривали... — задумчиво сказал Галпин.       — Правда? Ты что-нибудь знаешь о нём? — быстро произнесла Уэнсдей. Она надеялась, что Тайлер как-то поможет ей. Даст хотябы одну зацепку.       — Ровным счётом ничего. Могу только уверенно сказать, что это был женский голос.       Уэнсдей не верила в совпадения, поэтому пазл уже начал складываться. Возможно ли, что та серëжка была не подкладной?       — Я нашла в постели твоего отца серëжку. Очевидно, она не принадлежала ему, — Аддамс достала из кармана серьгу и показала Тайлеру.       — Знакомая серьга… Я где-то её видел, — Галпин задумался. Кажется, у него появилась зацепка, с помощью которой он может разблокировать закрытые воспоминания.       — Где?       — Не помню, — сухо ответил он. — Но в голове начинают появляться разные моменты. Я что-то начинаю вспоминать.       — Постарайся вспомнить. Сейчас это важно.       — Стараюсь. Это всё?       — Нет. Ещё кто-то пытался взломать систему защиты нашего особняка. Ни разу после её установления попыток взлома не было, — поделилась он. — И ещë, рядом с воротами нашего дома я видела огромные следы от обуви. Это точно была человеческая нога. Просто большая.       — Думаешь, сталкер?       — Да. Ему нужна я. Но зачем, я пока не понимаю.       — Возможно, та женщина была соучастником. И теперь, когда Лорел мертва, та продолжает её дело, — предположил Тайлер. — Она хочет отомстить всем, и в первую очередь, тебе. Я думаю, до начала учебного года преступник залëг на дно. И пока у него есть время, он тратит его на тебя. Сначала — ты, потом — все изгои.       — Хорошая версия, — заметила Уэнсдей. Она уже думала об этом, но ей показалось не совсем логичным. Но Тайлер тоже так думает. Значит, что-то в этом действительно есть, — Но теперь другой вопрос, как в этом убедиться? Лорел Гейтс мертва, откуда теперь искать информацию?       — Может, тебе стоит сходить в Невермор... — задумчиво произнёс Тайлер. Уэнсдей вопросительно на него посмотрела. — В кабинете Лорел может храниться какая-нибудь важная информация. Возможно, она сохранилась.       — Ты думаешь, в этом есть смысл?       — Намекаешь на то, что всё подчистили? Но ведь ты знаешь, что в Неверморе не было обыска, и посторонний не может туда зайти. Соответственно, в кабинете всё нетронуто.       — Я не думала об этом, — призналась Аддамс. Теперь эта идея казалась невероятно гениальной.       — Конечно, шанс очень маленький, но, согласись, он есть, — добавил Тайлер. — Правда, Невермор, наверное, хорошо охраняется..       — Это не проблема, — заметила она. — Спасибо за идею, я прямо сейчас туда поеду.       — Тебе нужна будет помощь? Давай я поеду с тобой.       — Вот это лишнее. Для тебя это рискованно, тем более, — Уэнсдей указала на рану, — она ещё не зажила.       — Ладно, тогда я буду продолжать искать разгадку, — согласился он.       Двух зайцев, может, одному и не поймать, но вот вдвоём — вероятно.       Уэнсдей взяла пальто и проверила карманы. Она не любила в них ничего носить с собой, но стоит убедиться ещё раз. Ей нужно место, дабы сложить находки. Если они, конечно, будут.       — Вещь, пойдёшь со мной, — ледяным голосом сказала она. — Мне нужна будет помощь.       Тот послушно пошёл за ней. Когда Аддамс уже накинула на плечи пальто и пошла к выходу, Тайлер окликнул её.       — Уэнсдей, — он поднялся с дивана и подошёл к ней.       Теперь она смотрела на него снизу-вверх. Привычное для неë положение.       — Будь аккуратнее, — серьёзно сказал Галпин. Уэнсдей чуть улыбнулась.       Тайлер уверенно наклонился и поцеловал её в губы. На этот раз поцелуй был нежный, медленный. Он как-будто насыщал её, придавал новых сил. Уэнсдей ощущала всё те же чувства, всю ту же свободу. Пожалуй, она действительно рядом с ним становилась какой-то другой... Самой собой.       Они отстранились друг от друга. Уэнсдей смотрела ему в глаза, и ей хотелось улыбаться. Теперь точно на душе всё спокойно.       — Я постараюсь, — пообещала она и нехотя пошла к двери.       Уэнсдей села в катафалк и поехала в Невермор. Она не собиралась возвращаться туда раньше начала учебного года, но планы меняются слишком неожиданно.       — Ларч, остановись недалеко от входа, — сказала она и посмотрела на Вещь, который сидел рядом. — Отвлеки охранника хотя бы на двадцать минут.       Тот показал положительный ответ. Уэнсдей знала, что в Неверморе особой защиты нет. Главное — пройти мимо охраны.       Аддамс вышла из катафалка и подошла поближе к выходу. Она выглянула из-за укрытия и увидела охранника. Он стоял на посту.       — Вещь, действуй, — приказала она, и тот побежал ко входу.       Вещь аккуратно подкрался к мужчине и, кинув в него маленький камушек, показал фак. Охранник мигом разозлился, пробубнил ругательства и побежал за рукой. Уэнсдей при улыбнулась. Это всегда рабочая стратегия. На мужчин действует безоговорочно.       Она быстро пробежала в ворота Невермора и оказалась около главной двери. К счастью, та была открыта, и Уэнсдей спокойно зашла внутрь. И вновь уже родные стены перед глазами.       Уэнсдей быстро направилась в кабинет Лорел Гейтс. У неё мало времени.       Кабинет был всё тот же. Уэнсдей в первую очередь осмотрела небольшой шкаф, тумбочку и рабочий стол. Но там ничего не было. Она открыла нижнюю полку стола и увидела сгоревшую бумагу.       Уэнсдей взяла её в руки и поняла, что это письма. Вот только они полностью сгорели. Содержимое не сохранилось, лишь только обложка. Аддамс перевернула одно из писем и на марке увидела подпись:       Ларисе Уимс.       На всех оставшихся письмах был тот же адресат. Они все были направлены директрисе Уимс.       Это очень напрягло Уэнсдей. Она несколько раз всматривалась в буквы, но ничего не менялось. Причём здесь Уимс? Может, это просто письма по работе? Они ведь всё-таки работали вместе. Но что-то в голове промелькнуло.       Она поняла, что времени у неё мало, поэтому встала на ноги и последний раз осмотрела комнату. Ничего необычного больше она не заметила.       В планы Уэнсдей не входил осмотр кабинета директрисы Уимс, но теперь всё поменялось. Раз она здесь, нужно осмотреть всё, дабы исключить лишние версии. Поэтому Аддамс уверенно направилась в кабинет.       Девушка свободно открыла огромную дверь и зашла внутрь. Уэнсдей ещё раз отметила, что ей сегодня везёт.       Кабинет был огромным, и Аддамс даже не знала, с чего начать. Наверное, стоит начать со шкафа. Уэнсдей быстро осмотрела все полочки. На них лежала куча документов. Ничего необычного в них она не нашла. Обычные бумаги.       Лишь на верхней полке, под кучей бумаг она нашла тетрадь. Уэнсдей открыла первую страницу.       Дневник Ларисы Уимс.       Да, ей всё-таки везёт на дневники. Времени его читать не было, поэтому она просто взяла с собой.       Взгляд Аддамс упал на небольшую неприметную полочку в шкафу. На ней лежало кольцо. Очень знакомое кольцо. Уэнсдей быстро подошла поближе, и глаза мгновенно округлились. Она дотронулась до него и... Провалилась в видение.

***

      Уэнсдей оказалась во дворе школы Невермор. Она ощущала внутри дискомфорт. Небо над академией было черное, а луна красная… Это был тот самый день финальной битвы.       Она оглянулась по сторонам и увидела в воротах школы изгоев, в том числе себя. Это тот самый момент, когда они праздновали победу.       Обернувшись, Уэнсдей неожиданно увидела Ларису Уимс. Поначалу даже не поверила своим глазам. Она ведь умерла на её глазах.       Директриса вышла из тени академии и подняла кольцо Джозефа Крэкстоуна. Она поднесла его к самому лицу и противно усмехнулась.       Уэнсдей хотела подойти ближе, но её с неожиданной силой вытянуло обратно, в реальный мир.

***

      Она очнулась на полу кабинета директрисы. Вот сейчас было действительно жёстко. Неужели всё настолько сложно?       Аддамс быстро достала дневник из кармана пальто и открыла первые страницы. На них ничего интересного не было. Лишь какие-то сопливые жалобы на болезнь.       Из дневника неожиданно выпал листик, на котором Уэнсдей увидела свой номер телефона. Что он здесь делает?       Затем, в дневнике было написано то, чего она ожидала меньше всего.

Я пишу сюда, потому что больше не могу держать в себе. Я ненавижу всех изгоев. Я никогда их не любила и не полюблю. Родители насильно отправили меня в Невермор учиться в детстве, я не хотела. А теперь, будучи директором, я хочу отомстить всем. Особенно семейке Аддамс. Они меня бесят больше всего. Самовлюбленные, наглые выскочки. Сначала Мортиша, а теперь Уэнсдей. К моему счастью, я нашла помощника — Лорел Гейтс. Я даже не подозревала, что судьба мне настолько поможет…

      Уэнсдей судорожно закрыла дневник.       Серьга, следы, дневник, слова Тайлера, письма… Нет, она точно не верит в совпадения.