Часть 12

Юля проснулась на закате. Но это не имело для неё значения, дни и ночи слились в единое целое. Принцесса больше не ощущала времени. Секс, алкоголь, сплошные удовольствия, она не чувствовала больше ничего. Ей казалось, она спит и не может проснуться. А когда она засыпала, то совсем не видела снов, и просыпаясь не чувствовала себя отдохнувшей. Она закидывалась какими-нибудь целебными пилюлями и запивала всё это алкоголем, лишь бы хоть чуть-чуть взбодриться. И снова шла кайфовать. Окружение красивых тел ей очень льстило. Она отточила мастерство получение удовольствия до максимума. Но с каждым днём всё меньше чувствовала сама. Она перестала ощущать радость проникновений. Обычный секс без препаратов практически не приносил ей удовольствия. Она не чувствовала радости, когда сама кончала, лишь когда это делали другие. Принцесса заражалась их оргазмом, и это на секунду радовало её, а после она снова погружалась в бесконечный наркотический трип. Дни и ночи сливались воедино. Она перестала получать удовольствие от еды, перестала пьянеть от алкоголя, её кожа потеряла чувствительность практически полностью. Она не чувствовала боли и потому резала себя, пытаясь ощутить хоть что-нибудь. И часто боль, живое чувство, давало наслаждение сравнимое с оргазмом. Но вот и боль приелась и в сердце снова возвращалась пустота. «Я не должна была пережить этот день… я не должна была родиться… всем, всему миру было бы лучше без меня…». Она разбила сотни сердец и причиняла боль только ради того, чтобы опять почувствовать себя живой. Но вместе с тем мысленно себя за это проклинала. «Я приношу только горе и страдания всем. Я не несу ничего светлого. Когда меня не станет всем будет только лучше», думала она и напивалась до беспамятства. Её вены были изрезаны. Волосы, за которыми она перестала следить иссушены, принцесса жутко похудела, несмотря на то что и до этого была худышкой. У Юли запали щёки, в глазах больше не было огонька радости. - Мне не для чего жить, - часто повторяла она. – Никто меня не любит. - Я тебя люблю, - восхищённо повторяла очередная молоденькая дурочка, влюблённая в принцессу. «Глупенькая, она не знает, что я хочу разбить ей сердце». Думала Юля, но улыбалась и говорила: - Пообещай, что никогда меня не бросишь. Ведь я умру если ты меня оставишь. - Я никогда тебя не брошу, - говорила девушка и целовала её в шею. Откинувшись на спину, принцесса кайфовала, вернее пыталась получить кайф от физических удовольствий. Но тело угасало, оно теряло чувствительность. Сначала алкоголь, потом препараты, а дальше всё более тяжёлая химия. И вот уже обдолбанная Юля не получала удовольствия ни от чего. Ни боли, ни чувств, ни эмоций, одна пустота и вечная жажда. - Я причиняю боль другим, чтобы хоть что-то чувствовать, - жаловалась она очередной любовнице. Но та не верила и пропускала всё мимо ушей. «Какая же ты наивная дурочка, - думала принцесса, глядя на неё. - И я такой была. Но что-то во мне сломалась. И больше я не чувствую ничего». «Лучше бы я умерла в тот день», раз за разом мысленно повторяла она. И снова просыпалась в объятиях обнажённых лесбиянок. Одна из них лизала ей киску другая попку, с третьей Юля целовалась, четвёртой она отлизывала сама. Сверху на них лежала пятая, которая сиськами терлась о третью. Две мулатки рядом лежали в позе 69, к ним пыталась присоединиться ещё одна азиатка. И кто из них принцесса никто не знал, все целовались, лизались и сосались в этой «свалке» прекрасных юных женских тел и стройных ножек, упругих поп, округлых сисек с чувственными торчащими сосками. Принцесса из последних сил пыталась получать удовольствие. Она искренне радовалась, когда кто-то рядом его получал, но больше не могла сама этого делать. Она медленно поднялась, выпутываясь из сексуальных ножек, накинула на плечи халатик и отправилась свои апартаменты. Принцесса надела свои очки видеосвязи и передала сообщение. - Прошу в случившемся никого не винить, - оно было адресовано Зену Шейдену, её министру по связям с общественностью. Последнему, кому она ещё доверяла. Девушка отложила очки и направилась к себе. Она закрылась в своих апартаментах и села на окно играться со своим любимым ножиком. «Почти такой, как был у Лии. Но у неё был ножик-бабочка. Она сидела и игралась им, а я за этим наблюдала». Улыбалась Юля, вспоминая. Она взяла бокал мартини и сделала ещё пару глотков. «Господи, как же это мерзко ничего не чувствовать», подумала она и открыла свой нож. Нежно провела лезвием по своим запястьям А после по языку. Юля ощутила солоновато-железный привкус крови. Он так пьянил её после вина. «Неужели я всё ещё жива?» Думала она, оставляя на спине глубокие царапины. Ей хотелось прижать посильнее, но острая заточка могла слишком глубоко её ранить. Одна, две, три царапины. Глубокие порезы под лопатками. Она их сделала намного больше чем было нужно для того, чтобы выпустить крылышки. И Юля выпустила их. Они раскрылись намного быстрее чем обычно. Это была единственная часть тела, которая ещё доставляла ей радость. «Мои руки пластмассовые, моя кожа будто резиновая, - думала она. – И только мои крылышки всё ещё способны получать кайф. Я их за это ненавижу». Юля провела по воздуху наточенным лезвием гравитационного ножа, и белый лоскуток крылышка упал на ковёр. - Ах, - всхлипнула она и улыбнулась. Это было так волнительно. «Я должна уничтожить что-то красивое», подумала она и снова взмахнула ножом. Раз за разом отрезая маленькие кусочки своих крылышек она испытывала болезненное наслаждение. Она как будто мстила своему телу за то, что оно перестало приносить удовольствие. Она мстила этому миру, пытаясь уничтожить ещё одну красивую вещь, которую создала природа. И вот последний лоскуток упал на ковёр. Принцесса Юля поднялась. На её спине остались глубокие порезы куда втягивались жалкие обрубки её некогда прекрасных крыльев. Принцесса подошла к окну и встала на карниз. Юля закрыла глаза. Её светлые волосы трепал холодный ветер, а на устах застыла безмятежная улыбка. «Всего шаг отделяет меня от вечности. Осталось его сделать», мысленно решилась она и шагнула в пропасть. Юля не слышала, как за её спиной открылась дверь и в комнату взлетел запыхавшийся Шейден. Он бросился к окну, успев схватить её в последний миг. Увидев Зена, Юля разрыдалась: - Почему, хнык-хнык, ну почему со мной всё это происходит? Почему я? Я приношу всем лишь страдания и боль. Ну почему? – Принцесса плакала у Зена на плече, а Шейден утешал её и гладил по волосам. - Тихо, тихо, маленькая моя, тише Юлечка, всё в порядке, я с тобой. Старина Зен с тобой, ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч. Но от его утешений хотелось зарыдать ещё сильнее. «Почему он ко мне так относится, и чем я это заслужила? Ведь я же приношу другим одни несчастья». Её накрыла волна жалости к себе. Она так долго не могла проплакаться, но вот принцессу прорвало и слезы покатились сами. Она взахлёб рыдала, а Шейден поднял её на руки и, утешая, нёс на свой персональный лайнер. Принцесса ничего вокруг не видела. Она рыдала и не могла остановиться. Как же давно уже она не плакала нормально, как долго ничего не чувствовала, копя в себе всю эту жалость. И наконец-то вскрылась. Она запомнила, как они сели в его лайнер. И как тот, оторвавшись от земли, поднялся в небо. Всё это время Юля продолжала плакать. Проплакавшись, она уснула от потери сил и пробыла в отключке несколько часов. Проснувшись, Юля обнаружила себя рыдающей. Вот только на сей раз вокруг неё были не интерьеры лайнера. Принцесса Юля оглянулась. Она была не дома, а в серых стенах её бейдонтской резиденции. Зен Шейден куда-то запропастился. Принцесса осмотрелась, оценивая всё вокруг заплаканными глазами. «Что я здесь делаю?» Спросила она сама у себя. Ей правда стало чуть полегче. Внезапно появился Шейден, он нёс в каждой руке по полному ведру воды. Одно из них Зен поставил на пол, а вторым тут же окатил её с головы до ног. Холодная вода мгновенно приводила в чувства. Сгорая в ярости принцесса Юля подскочила. - Это уже все рамки переходит! – Злобно прошипела она. – Ты помнишь кем ты был до нашей встречи? Туда же и вернёшься. Это я сделала тебя тем, кем ты являешься. Ты мне обязан. И если только захочу – я тебя уничтожу! Тебе пиздец! Принцесса Юля угрожала, но Шейден вовсе не боялся. Он подошёл к ней и схватил за шиворот своей сильной рукой. Она царапалась, как кошка, но Зен поставил её на колени и макнул головой в холодную воду во втором ведре. Принцесса Юля вырывалась, царапалась, кусалась, но Шейден был раза в три её сильнее и в столько же раз тяжелее. У девушки против него не было шансов. Вот и пришлось барахтаться и хлебать холодную воду. Наконец он её отпустил, дав отдышаться. Испуганная принцесса забилась в угол, вся мокрая и несчастная, её прекрасные белые волосы выглядели сейчас, как тряпка, которой моют пол. Она дрожала, но больше никому не угрожала, и тогда Зен заговорил. - Ты посмотри на что ты стала похожа, - презрительно через губу сообщил он. – Болезненная дистрофическая наркоманка. Со впалыми щеками и глазами, с пережжёнными волосами и изрезанными венами. Ты думаешь богиня секса? Да ты асексуальна, ты отвратительна самой себе… Он говорил и говорил, а Юля слушала. И хоть не во всём была согласна. Но понимала, что во многом это правда. Зен Шейден снова вышел и вернулся со стаканом. Принцесса испугалась что сейчас он выльет ей его на голову. Но Шейден поступил иначе. Он схватил Юлю за затылок и всыпал ей в рот горсть таблеток. Она ещё сопротивлялась, но он заставил их запить и проглотить. А после кинул в руки полотенце и вышел. - Вытрись, - напоследок фыркнул Зен. Дрожащая и мокрая принцесса одна сидела в комнате и вытиралась полотенцем. В этот момент она ненавидела весь мир, себя и Зена, особенно его. Но тут внезапно Юля что-то вспомнила и быстро ломанулась в ванную. Дрожащая девушка посмотрела на своё испуганное отражение. На впалые щёки, потухшие глаза, испорченные волосы. Всё о чём говорил Зен, оказалось правдой. Она встала два пальца в рот, склонившись над раковиной и пытаясь вызвать рвоту. Но у неё не получилось. Тогда она схватила оставленный Зеном Шейденом, стакан набрала в него холодной воды с хлоркой и стала жадно пить, а после вновь два пальца в рот, чтоб поскорее вырвать. Но посмотрев на отражение, принцесса испугалась. - Нет, нет, нет, нет, - проговорила Юлия, попятившись назад. Оттуда из зеркала на неё смотрела таинственная фигура в балахоне. Она чуть не расплакалась, её увидев. Фигура повернулась к ней и проговорила холодным загробным голосом: - Пыталась от меня сбежать, не выйдет, - внезапно зеркало расширилось и из него, как из окна, появилась огромная костлявая рука, которая схватила Юлю за горло и затянула в зеркало. Вокруг кипела лава, шёл серный дождь, а на её руках и на ногах защёлкивались раскалённые оковы, впиваясь в плоть железными крюками. - Я не пыталась убежать, честно-честно, клянусь, - дрожащим голосом проговорила Юля, когда он разрешил ей говорить. - Да что ты говоришь, - промолвила фигура. – Ты думаешь, что я не видел, как ты хотела самовыпилиться?! Какой же это позорный побег из жизни. Ты думаешь я не знаю почему ты всё время напивалась. Ты думаешь раз ты меня не видишь, то и я тебя не вижу. Думаешь кто останавливал твои дурацкие попытки суицида? Неужели ты считаешь, что там за гранью жизни ты встретишь не меня, а кого-то другого? Девушка дрожала, она была загнана в ловушку и не знала, что ей отвечать, поэтому сказала правду. - Я больше не могу так, своими требованиями ты убиваешь меня, своей заботой делаешь мне больно, я чувствую себя на чужом месте. Неужели ты желаешь мне такой судьбы? Ты говорил, что любишь… - Твоя судьба - быть принцессой. Она неразрывно связана со мной. - Это ты так решил?! Ты всегда принимал за меня решения, даже когда мне казалось, что я этого хочу сама. Я была вынуждена играть в твои хотелки. И вот я наконец добилась того, чего ты от меня хотел. Но больше я не чувствую себя живой и нужной. Да я хочу сбежать. Прости, но я мечтаю лишь об этом, - на её глазах опять сверкнули слёзы. - Девочка моя, - сказала фигура в дыму. – Куда ты хочешь убежать от своей судьбы? Кому ты ещё нужна кроме меня? Ты ведь сама не знаешь, чего хочешь. - Я хочу… Я хочу чего-то, но не этого… Хочу стать матерью. - К сожалению, нельзя, это условия престола. - Тогда мне не нужен этот престол, мне ничего не нужно, оставьте меня. Оставь меня со своей заботой. Ты думаешь, что делаешь мне лучше. Но это ты сделал меня несчастной, - рыдала юная принцесса. - Такова твоя судьба. И ты её примешь, смиришься рано или поздно. Пойми ты моя плоть и кровь, ты всё что от меня осталось в целом мире. Твоя судьба сидеть на троне. А моя – приглядываться тобой с той стороны. Он растворился в дымке, оставив юную принцессу на полу возле разбитого зеркала. Услышав звуки бьющегося стекла, в ванную вбежал испуганный Шейден. Он посмотрел на Юлю и успокоился. - Ты как, в порядке? Не поранилась случайно? - Да вроде нет, - ответила принцесса. Оглядывая себя, она заметила кровь. Когда она упала то наткнулась на осколок зеркала, и сильно распорола себе руку. Зен Шейден притащил аптечку, обеззаразил Юле рану и сел ей делать перевязку. А Юля на него смотрела своими большими серыми глазами и наконец сказала. - Спасибо, Зени. - Я знал, что ты так скажешь, - впервые улыбнулся толстый Шейден. Он сильно похудел и перестал бухать, не позволяла служба. Ведь он теперь министр по связям с общественностью. А на его плечах сверкали новые погоны генерал-полковника. Он проводил принцессу в комнату пока в ванной меняли зеркало и убирали. Он с ней сидел, держал её за руку и смотрел в глаза, как будто уговаривал не пить. - Я ж как-то завязал, - сказал Зен Шейден, как будто это аргумент. А Юля посмотрела на него и улыбнулась. «Ты не представляешь себе причину, по которой я бухаю». Подумала принцесса. - Я думаю пока не стоит возвращаться во Дворец, - продолжил Шейден. – Побудешь пока здесь, освоишься под моим присмотром. И отдохнёшь от отдыха, ха-ха. - Да это правда, ха-ха-ха, мне надо отдохнуть. А то я что-то перетусовалась. - Бывает, - улыбнулся Шейден. У них был ужин только на двоих. Салат и стейки с кровью, никакого алкоголя. Принцесса Юля отрезала себе кусочек и положила его в рот. - М-м-м, как же вкусно, - проговорила девушка и улыбнулась. Она была так благодарна Зену, что он помог ей выбраться. Вот только он не знал, что из другой тюрьмы ей никогда не выбраться, пусть даже после смерти. «Моя тюрьма всегда со мной», мысленно повторила принцесса, отрезая ещё кусочек стейка. На завтрак у них была яичница с беконом. Но утро омрачили плохие новости. - Я не хотел вчера об этом говорить, ты была немного не в себе, - начал издалека Зен. - Ну говори уже, что там, - нахмурилась принцесса. Она была одета по-домашнему, мешки под глазами закрасила тоналкой, сами глаза закапала, чтобы в них никто не видел налёт усталости. Волосы с утра были обёрнуты в оздоравливающую маску и потому сейчас блестели. Принцесса понемногу приходила в чувства. - Наши враги, ваши друзья, опять буянят, - ответил Шейден. - Что за друзья-враги, опять эти загадки, ха-ха, - искренне улыбнулась Юля сверкнув беленькими зубками. Которые на фоне её огромных белков глаз сверкали ещё ярче. - Маршал и Яков, - говорил Зен. – Не стоило его отпускать. - Их обоих, - ответила Юля, вспоминая как Винсент Францыч с лёгкостью отпустил Дориана Якова, когда тот был у них в руках. - Прости что? – Не понял Шейден. - Да забей, рассказывай, что дальше, - девушка галантно отрезала кусочек бекона и положила его себе в рот. - Маршал пропал, а после объявился в компании каких-то ребят, и они сейчас делают дела на юге. - Ты с кем сейчас говоришь? Ты можешь конкретнее без этих своих словечек «делают дела». - Они там какую-то Конфедерацию мутят, объявили мобилизацию. Это не то, что было в Тау эмирате, - при упоминании Тау эмирата Юля нахмурилась. Ей было неприятно вспоминать о том на что она пошла ради престола. Девушка до сих пор себе не простила. - Дальше, - справившись с эмоциями, прошептала она. - Ты норм? – спросил её Зен Шейден. - Рассказывай дальше, - устрашающе посмотрела на него принцесса. Ей было сейчас не до улыбок. «Не буду лезть ей в душу. Захочет, сама всё расскажет». Решил Зен Шейден и перешёл к сути. - Пара десятков эмиратов и кантонов объединились в Конфедерацию. Кто там у них главный хер поймёшь. - Причём тут Маршал? – Юля с явным трепетом произнесла эту фамилию. - Походу он и главный. По крайней мере на всех постерах и официальных выступлениях всегда есть он. - Угу, угу, - кивала Юля и жевала. - Он проклинает тебя, угрожает тебе смертью, и всех зовёт на свой священный джихад. - Джихад? – Нахмурилась принцесса Юля от непонимания. «Как же я отстала от этой долбанной политики». Подумала она при этом. - Это Дориан Яков придумал. Они сейчас с Маршалом как ниточка с иголочкой. Всё время выступают вместе. Только Маршал из своего Омикрона, а Яков из Сиридара. - В принципе, как и всегда. Просто теперь ещё и Омикрон добавился, - пожала своими худыми плечами принцесса. - Да нет, они мобилизовали чуть не миллион и всех вооружают. Это уже не шутки, Ваша Светлость, таких сил не было у Якова даже на старте революции. - Тогда у него было 2 млн, - посмотрела ему прямо в глаза принцесса. - Необученных и не обстрелянных, – ответил Зен. – А это ветераны Ксилиана, миллион ветеранов. А сколько они ещё призовут добровольцев? И техники у них в разы больше. Сейчас её даже больше, чем у нас. - Но мы же построили линию обороны!? - Вскинула брови принцесса. - Вот тут как раз заминка, - слегка поник Зен Шейден. – Штабные генералы предлагают отступить. Он достал какую-то папку с бумагами и разложил их на столе перед принцессой. Которая уже наелась и потому спокойно отодвинула тарелку в сторону. Юля ненавидела бумажки, но эти были оформлены как надо. Размашистые подписи, огромные картинки. Видать Зен Шейден делал под себя. - Ваша Светлость, вам нужно это подписать, - он перешёл с ней на официальный тон. Но Юля их ещё не посмотрела. Принцесса разложила перед собой документы и напрягла зрение. Здесь были фотографии Якова и Маршала на целый листик А4. Райан получился отлично, при виде его фото, у принцессы сжалось сердце. «И почему мы должны воевать? Почему не можем быть вместе», подумала она и чуть не зарыдала. Но всё же она держала себя в руках. Райан на фотке получился таким дерзким. Она как бы случайно коснулась его лица своими тонкими пальцами. «Он ненавидит меня и мечтает убить. Ну что ж, пусть попробует». От этого ей становилось больнее. Яков постарел. Но держался. Его халифат превращался в настоящую империю. Тем более, судя по докладу Шейдена, он сумел объединить под собой всех. И как бы не называлась эта Конфедерация она со временем вольётся в халифат. «Его страна уже в разы больше империи, и будет нависать над нами как Дамоклов меч». Раздумывала принцесса, разглядывая остальные изображение. Здесь была линия обороны на 1.000 км севернее Ксилиана. Принцесса взяла в руки лист А3 со схемой. И пусть она не заканчивала военных академий, но всё равно неплохо разбиралась в картах. - А это что? – Спросила Юля. - Мы долго это обсуждали, - замялся Шейден. – Сам Ксилиан – это долбаная дыра в пустыне с какими-то руинами. Их сложно содержать и сложно удерживать. Вся имперская инфраструктура находится на севере за пустыней. Нам будет в тысячу раз проще если наши войска будут опираться на неё. - Я спрашиваю, что это?! Вы за меня решили сдать столицу? Да вы в своём уме?! - Нет, это просто предложение как рационально распорядиться нашими ресурсами. В отличие от халифата у нас людей не бесконечность. - То есть ты предлагаешь мне сдать Ксилиан без боя, я правильно поняла? - Я же говорю это руины в пустыне, какие-то храмы какие-то камни и больше ничего. - Там Дворец Океанов, его задумал мой несчастный Александр. Я не буду сдавать Ксилиан! - Логика войны на истощение не предполагает его удержания. - Значит нам не подходит такая логика. Я не отдам имперскую столицу, священное место династии Астрайдеров. Место где мы с Александром поженились. В конце концов я не могу предать его мечту о планетарном курорте, Дворце Океанов. Это исключено. - Да что ж всем правителям Альсары так всрался этот Ксилиан? – Психанул Шейден. – Он нужен Якову и тот готов ложить войска хоть бесконечно, потом он нужен был Астрайдеру из-за чего прошло 2 года сечи. Теперь он нужен вам, принцесса. Что в этом городе такого, что стоит за него убить миллионы? - Я не отдам Ксилиан, и точка. - Чёрт, - прошептал Шейден. – Я искренне надеялся, что хоть у тебя осталась толика здравого смысла. Новый план предполагает оборону, которую мы сможем держать десятилетия. Конечно при условии, что нам удастся привлечь ресурсы Уникейджен в необходимых объёмах. - Мы не сдадим Ксилиан, я не позволю, точка! – Подытожила принцесса. - Хорошо, - печально выдохнул Зен Шейден. – На этот случай у нас есть план обороны. Но Дворец Океанов, всё равно придётся оставить. - Нет! - Вспылила принцесса, но, успокоившись, продолжила. – А даже если так, то я хочу, чтобы оттуда вывезли всё. Чтоб ни одно растение и ни одно животное не пострадало от этой долбанной войны. Оставьте одни каменные стены. - Как скажете, я дам распоряжение. - Возьми под личный контроль, - ткнула ему в лицо пальцем принцесса. - Всё до последнего фикуса забрать. - Это займёт больше времени. - Сколько бы не заняло. Я слишком много своей души вложила в это место. Оно мне дорого как память об Александре. - Подпишите пару документов, Ваша Светлость? - Зен разложил перед ней бумаги. Он переходил на Вы, когда общался с Юлей, как с принцессой. Но сразу после возвращался с ней на «ты». Юля с лёгкостью подмахнула задним числом приказ о мобилизации. А также ещё несколько указов о подготовке империи к новой войне. - Ксилиан всё равно придётся сдать, - констатировал Зен Шейден. - Мы будем сражаться за каждый дом, каждую улицу. Мы заставим их пожалеть об этой войне. Мы посеем в их сердцах страх осознания потерь. И закончим войну великой кровью. Пусть в памяти поколений запечатлеться цена, которую им придётся заплатить. Принцесса заканчивала завтрак, а Шейден спешно собирал бумаги.