Глава тридцать девятая. Неудача.

— Зайдем в этот ресторан или поищем другой? — указав пальцем на определенный ресторан, Зенитсу посмотрел на остальных ожидая из согласия. Это был центральный ресторан в которым раньше Танджиро бывал, это было еще когда они с Игуро и Тоей искали где перекусить. Впрочем, Камадо четко помнит что им обоим там понравилось и, смотря на нынешний ресторан у Танджиро в голове возникла одна мысль, которую он решил пробормотать вслух: — Почти ничего не изменилось, наверное, за исключением украшений и голограмм которые позже были добавлены. Агацума вскинул свой взгляд на него и ойкнул. «Голограмм?...» — озадачились все. — Ох, так ты бывал здесь? Это хорошо! Однако затем Зенитсу вскинул свой презрительный взгляд на Иноскэ который все еще вел себя как малый ребенок. — А вот кабан похоже здесь вообще никогда не бывал… — Что вякнул?! — неожиданно отозвался Иноскэ. Мальчик испугался и отпрыгнул в сторону. — Господи! У тебя все дома?! Зачем так пугать? — недовольно проговорил Зенитсу сердито посмотрев на друга. Хашибира буквально навис над дрожащим Агацумой, он монотонно засмеялся чувствуя превосходства над ситуацией. — Зачем мне ваши города, когда есть горы! Там и еду бесплатно найдешь, и живешь среди своих! — гордо произнес он. Зенитсу напугано скорчил лицо. «Мда…» — мысленно разочаровался мальчик. Танджиро тем временем посмотрел сначала на одного, потому на другого и, сделав вывод что это может затянуться, он глубоко вздохнул и направился в сторону ресторана. Многие ойкнули например как Зенитсу и Иноскэ, поняв что Камадо в очередной раз без каких-либо слов уходить, они побежали за ним. — У тебя талант не предупреждать нас что ты уходишь, да?! — недовольно буркнул Агацума поджав брови посмотрев на него. Танджиро открыл дверь и, прежде чем самому туда зайти, он отошел в сторону и придержал дверь для других чтобы они вошли первыми. От такого Камадо заметить что-то подобное было уже невероятным событием. Они удивились а кто-то, по имени Канао неловко прижала ладони к сердцу и засмущалась. Когда все молча зашли, Камадо в первую очередь закрыл за собой дверь и, машинально нажал кнопку возле уха: он делал это всегда, когда заходил в людные места, ведь там были камеры. Так как многие подростки носят точно такие же маски, к ним с допросами не подходили и Танджиро воспользовавшись такой прекрасной возможностью, не оставался в стороне. Зенитсу заметив что мальчик снова этой “пугающей” маске дернулся, и посмотрел на него как на глупца. — Сними эту дрянь! — прокричал он и все тут же обратили свое внимание на него, — Зачем ты вообще ее надел?! Камадо дернулся от неожиданного заявления со стороны Агацумы, а затем ойкнул. В одно мгновение Зенитсу показалось что Танджиро то ли стесняется то ли испытывает отвращение от своего лица. От такой мысли он ненароком даже испугался что его слова могли прозвучать для Камадо оскорбительно, однако, все обошлось. — Ох, простите. — он нажал на боковую кнопку и маска исчезла с его лица, — Просто привычка от которой я хочу отвязаться. — его взгляд сосредоточился на Агацуме, — Спасибо. Он вскинул взгляд в сторону и, мягко оглядев каждый столик: почти все столы были заняты другими посетителями и остались лишь пару столов в углах и центрах. Увидев пустой столик, он направился на уголок ресторана. Зенитсу неловко улыбнулся чувствую себя весьма странно. И наверное, ему стало легче что у Танджиро нету каких-то комплексов насчет своего лица. Они направились за ним и каждый распределился по своим местам. Камадо же выбрал угол дивана, предпочитая облокотиться на стену и помыслить насчет дальнейших разговоров. Он привык к молчанию и тишине, поэтому если и будут кто-то начинать первым разговор, то точно не он. Как только они расселись, Иноскэ тут же начал вести себя как реальный кабан: он цеплялся за стол и подымался наверх, а еще кричал на мимо проходящих людей отчего те пугались и быстро уходили поодаль от них. Ко всему прочему, все люди были одеты либо в костюмы черного или белого цвета, либо в кимоно точно таких же цветовых оттенков. Даже официанты ходили в кимоно с бейджем. — Иноскэ, веди себя прилично, мы в престижном заведении! — наругал Зенитсу сердито скорчив лицо и поджав брови, — Ты не в горах чтобы вести себя так! Танджиро скорчил лицо и нахмурился когда услышал знакомую фразу. В мыслях мгновенно появился тот самый момент, когда точно также говорил Тоя Обанаю, который кстати говоря, начал фыркать. Впрочем, это сцена не сильно отличалась от этой. — Во что они вообще одеты?! С ума сойти! — удивленно пробормотал Хашибира. Его слова тянулись как ноты на пианино, когда зажимаешь клавишу. Генья насупил брови. — Ехать ты тупой… — прошептал он и покачал головой. — Это называется костюмы и кимоно, сюда часто приходят в таких потому что конкретно в этом ресторане это традиция. — объяснил коротко тот. В его голоса звучала нотка сдержанного раздражения, и похоже что Генья не очень рад компании Иноскэ. Танджиро нахмурился и перевел взгляд на Канао с Аой: те также молчали и наблюдали за этими тремя. Вздохнув он скрестил руки на груди и аккуратно взял в руки меню чтобы ознакомиться с блюдами. Оно всегда лежит на каждом столе чтобы люди могли сразу рассмотреть меню, и не ждать официанта который принесет его. Там было множество разных названий: от темпуры до удона, однако Танджиро если честно не знал что хотел бы на данный момент поесть, поэтому передал эстафету девочкам. — Ты уже определился? — спросила Аой открывая страница, но при этом смотря на него. — Нет, лучше вы выбирайте. Она поджала брови и когда хотела что-то ему сказать, к ним неожиданно подходит официант. — Добро пожаловать в ресторан «Daikokuya Tempura»! Вы уже определились что будете брать? В руках официанта был небольшой блокнот с ручкой — привычный инструмент, чтобы записывать заказы гостей. Простое, но необходимое средство, позволяющее не упустить ни одной детали из сказанного посетителями. Иноскэ с Зенитсу в ту же секунду прекратили вести себя как обезьяны и озадаченно взглянули на официанта. — Тут продается темпура?! — удивленно пробормотал Хашибира. Официант неловко усмехнулся, когда другие скорчили лицо. — Ха-ха… Конечно. — Прошу прощения, он просто… Он просто не местный. — Аой льстила. Она просто не знала как сменить тему по другому, поэтому не обдумывая сказала это. — Но мы пока еще не определились. — неловко сказала Аой опустив меню и посмотрела на мужчину. Официант кивнул и улыбнулся. — Хорошо, я буду стоять вон там. Через десять минут подойду к вам. — проговорил официант прежде чем развернутся и отойти в сторону. Аой нахмурилась и посмотрела на остальных. — Иноскэ не задавай настолько тупых вопросов… И выбирайте уже, на нас уже косо смотрят! — Так это он начал! — тут же пожаловался Зенитсу. — Разве непонятно что если название гласит “темпура”, то наверное здесь продается темпура?! Неужели ты настолько тупой? — сердито бросил он и вскинул взгляд на него. Иноскэ засмеялся и подпрыгнул. — Хе-хе круто! Заказывайте мне несколько порций темпуры! — с энтузиазмом произнес он. — Тебе никто тут не обязан! Когда официант подойдет скажешь что ты будешь несколько порций темпуры. Аой замолчала, она не хотела разбираться с этим, поэтому закатив глаза и скрестив руки на груди буркнула: — Угомонитесь уже оба… И вообще. Так как вокруг каждого стола находилось как минимум 2 дивана, а на одном из диванов Иноскэ с Зенитсу сидели, Аой решила что им стоит поменяться местами: Зенитсу присел рядом с Танджиро и Канао, а Иноскэ сел рядом с Геньей и Аой. Так как ресторан был практически полностью посвящен блюдами с темпурой, Иноскэ выбирать долго не пришлось, он выбрал 3 порции “темпуры”. Канзаки выбрала блюдо которое как ей показалось звучало вкусно — “Нута”. Канао взяла тоже самое что и Аой; Генья взял “блюдо из медузного уксуса”; Зенитсу взял “Сашими” а Танджиро… — Ты ничего не будешь?... — грустно пробормотал Агацума взглянув на друга. — Танджиро… Ты и в поместье бабочек ничего не ел. Так нельзя, это плохо коснется твоего здоровья! Камадо вскинул взгляд в сторону и поджал брови. На это у него нет объяснения. В тот момент подошел официант и, достав блокнот с ручкой он подготовился их слушать. — Вы определились что будете выбирать? — Э-э-э да… Мне пожалуйста одну порцию “Нуты”. — сказала Аой. Официант записал название блюда в блокнот и посмотрел на другую девушку. — Мне тоже самое… — неловко прошептала она. — Мне три порции “темпуры”! — Мне пожалуйста “блюдо из медузного уксуса”. — А мне пожалуйста “Сашими”. Когда очередь дошла до Камадо все нахмурились, кроме Иноскэ которому уже было все равно. — Вы что нибудь желаете, господин? — спросил официант слегка подогнув спину к нему. Все остальные блюда он уже записал в блокнот. Танджиро холодно взглянул на официанта и выдохнул, нехотя взяв в руки меню и во второй раз рассмотрев блюда. Заставлять беспокоится других по причины того, что он не хочет есть уже как целый день — бессердечно как минимум. В первую очередь, это также его здоровье, если он перестанет нормально питаться возникнут проблемы с организмом которые после придется лечить в поместье бабочек. Если говорить проще, то Танджиро следует прекратить выпендриваться и начать нормально питаться, чтобы в итоге не беспокоить других из-за ухудшения состояния здоровья. Увидев знакомое название, Камадо недолго думая и опустив меню проговорил: — Мне пожалуйста две порции “темпу… — однако, не успев договорить, Танджиро резко ощущает боль в сердце. Она возникла неожиданно, и также неожиданно ударила по нему. Он замолкает, пока другие быстро смекнули и с беспокойством посмотрели на него не понимая что происходит. Но через мгновение, все стало предельно очевидно: Камадо резко становится плохо, он дернулся, машинально прижав ладонь ко рту, ощущая рвоту и неприятный вкус во рту. А затем он горбиться, склоняя голову, из его рта выплеснулась кровь. Капли падали на одежду, от тошноты стало мутнеть в глазах. Камадо зажмурил глаза. Как только ребята заметили состояние Танджиро, то тут же запаниковали, Зенитсу был первым кто инстинктивно и аккуратно ложит свои ладони на тело мальчика, пытаясь облегчит его дыхание. — Танджиро что с тобой?! — нервно и волнующе заговорил Агацума. — Господин с вами все в порядке? — настороженно спросил официант опустив блокнот. Однако… Танджиро резко поднимает ладонь и жестом показывает что все в порядке. Он закашлял, его ладонь окрасилась в красный цвет, а маленькие капли покрасили пол. Они недоуменно нахмуриваются. «Чертов ублюдок… Что? Совсем нечем заняться?» — рассерженно произнес мысленно Камадо обращаясь к неожиданному гостю. Мудзану. Тот усмехается и взглядывает на состояние мальчика. «Вот позор… Не представляю как ты сейчас собираешься оправдываться перед ними.» — он снова смеется, — «Впрочем, мне все равно. Главное что ты испытываешь боль. Больше ничего не имеет значения на данный момент.» Танджиро внезапно перестает кашлять, хотя его тело все еще немного тряслось и быстрее всего, это от сдержанной боли которую он предпочел терпеть. «Я не позволю тебе сорвать наши планы. Дай мне секунду.» — предупредил он. — Может мне вызвать скорую? — Н-не стоит, сэр… Все в порядке… Я… — он вздыхает, — Я слегка болею, ничего такого… Лучше не тратьте время зря. По голосу Камадо было очевидно что он так тонко намекает чтобы официант отстал от него и пошел заниматься своими делами. Видимо, этот намек поняли лишь его друзья, ибо официант так и продолжил нависать над мальчиком. — Э-э-э… Да!.. Ха-ха… — Зенитсу неловко усмехается, — Не беспокойтесь за него, мы сейчас быстро решим эту проблему! — Агацума решил подыграть Камадо, так как частично понимал его. Официант хмуро взглянул на обоих, беспокойства за посетителя и в первую очередь за свою репутацию не давала ему покоя. Однако, если они все утверждают что все в порядке, то наверное… Официант отступил и сглотнул. — Хорошо… Если будут какие-то проблемы, то пожалуйста позовите меня. — напоследок сказал официант прежде чем уйти. Когда официант ушел, они все тут же запаниковали и принялись расспрашивать Танджиро и как-то пытаться ему помогать. Камадо снова зажмурился чувствуя очередную порцию боли, сопровождаемой невыносимым покалыванием в голове. — Танджиро! Что с тобой?! Что я могу сделать?! — запаниковал друг, нервно тряся его. — Д-дай мне… Дай мне н-нож… — хрипло простонал Камадо. Мальчик преподнес дрожащую руку к ним и жестом пальцев попросил их положить его сюда. Фраза, которая прозвучала весьма требовательно и одновременно хладнокровно заставила других не на шутку испугаться. — Ч-что?... Зачем тебе нож?... — напугано спросил Агацума. На это Танджиро ничего не ответил, он просто проигнорировал этот вопрос. Тем не менее, они уже могли просто наблюдать за тем, как их друг страдает. Поэтому, Канао быстро взяв столовый прибор аккуратно положила его на протянутую ладонь Камадо. Когда он почувствовал холодный нож у себя в ладони, то сжал его и опустил к другой руке. Они не знали, что прямо сейчас собирается делать Танджиро, хотя и предполагали. И это происходит. Камадо резко сжимает в кулаке нож и, замахивается острым лезвием ножа прямиком в свою ладонь, протыкая ее насквозь. Он сделал это не чуть выше стола, поэтому помимо них, этого никто не заметил. У всех расширились глаза. Рука, которую он только что проткнул, затряслась и оттуда пошла кровь, стекая вниз и окрашивая пол который уже был грязным. — Танджиро! Ты в своем уме?! — испугался Зенитсу. Однако, в тот момент, Танджиро внезапно перестал трястись. Его дыхание стало равномерным, рука не дрожала, он поднимает голову. Его подбородок был в крови, а бинт в некоторых местах окрасился в темный алый цвет. Лицо мальчика приняло обыкновенную холодность и безразличие, он посмотрел взглядом то на одного то на другого. Но после откашлялся. — Извините за этот неловкий момент. Это просто было необходимо сделать. — оправдался Танджиро. Они все еще обеспокоенно смотрели на него и на его проткнутую руку с ножом в середине. Так как они смотрели с неким отвращением, Камадо не мог этого не заметить. Он дернулся и вздохнул. — Ох да. Это… Танджиро чуть опустил руку чтобы не демонстрировать другим свою испачканную ладонь, затем другой рукой он с неприятным звуком достал нож. Лицо Камадо не пошатнулось от такого неблагоприятного сеанса. Он взял салфетку и аккуратно положил нож на нее. В тот момент подошел встревоженный официант. «Как раз вовремя.» — подумал Камадо. — Господин! Что вы делает-... Но не успел официант договорить как вдруг Танджиро перебивает его и проговаривает: — Извините сэр. Я просто… Просто проверял качества этого ножа. Ну и слегка промазал. — встретившись с недоверчивым взглядом официант, Камадо наигранно заулыбался и неловко усмехнулся. Он начал махать руками в качестве извинения, — Обещаю что плохого отзыва не будете. Это выглядело нелепо. Нелепо, как Танджиро на полном серьезе пытается оправдаться. И самое смешное в этом было то, что официанту зашла идея с “отзывом”. По просьбе остальных, Камадо принесли бинты и обезоруживающие. Канао и Аой удалось настоять на том, что они справятся без врачей так как по факту сами являлись врачами. Благо, все быстро сложилось на свои места и никаких допросов не произошло. … — У-а-а… — простонал Иноскэ смотря на свои три аппетитные порции “темпуры”. Им наконец принесли еду, заняло это если честно мало времени, и все же, многие такие как Иноскэ, уже сильно проголодались, и аппетит у него стал сильнее. Не долго думая, он начал брать сразу по две штуки с каждой тарелки и кушать их. — Вкуснятина! — обрадовался Зенитсу кушая свою порции, — Как же хорошо живется, когда не нужно идти на задания… — с облегчением добавил он. Все принялись за еду, кроме Канао и Танджиро. Несмотря на то, что она сама хотела уже приняться за еду, ее взгляд сосредоточился на Камадо который по ощущениям не мог заставить себя поесть. Он просто хмуро смотрел вглубь тарелки, будто пытаясь что-то там найти. Ее это беспокоило, она хотела дождаться пока тот начнет есть, и только тогда лишь, она также начнет есть. Тишина затянулась, и нарушить ее принялся лишь один человек. — Танджиро, м-м-м… А что ты за пистолет использовал? Ну в бесконечном замке, когда того водяного столпа ранили. — вдруг поинтересовался Генья, разжевывая и держа перед собой тарелку с палочками. Оба Канао и Танджиро погруженные в размышления дернулись от неожиданности, Камадо перевел взгляд на него и нахмурился. Он не хотел это вспоминать. Ему было противно от той мысли, что Гию мог бы умереть тогда, если бы он вовремя не подоспел. Снова же, он считает что в этом виноват исключительно он сам. Мудзану бы Гию не нужен был бы, если бы он не знал что Камадо дорожит Томиокой. И все же… — А. — он опустил руку в карман и нащупал пальцами маленькое оружие, которое стремительно достал и продемонстрировал им, — Вот. Перед ними предстало маленькое оружие: пистолет с иероглифами. Оно было настолько маленькое что им всем показалось что Танджиро так шутит, и перед ними вовсе не оружие против демонов а игрушка какая-то. — Э-э-э… Это точно тот? — неуверенно спросил Генья, поджав брови и указав пальцем на пистолет. Камадо недовольно скорчил лицо и вздохнул, посмотрев куда-то за ними. Но после, он легким движением большого пальцами нажал на кнопку, которая была у курок. В ту же секунду, пистолет словно большой механизм заработал: как трансформер он превратился в стандартный размер пистолета однако с добавлением куча голограмм и деталей. Они удивились. — Тот? — холодно спросил Танджиро. — Да… — неловко пробормотал Генья. Покачав головой, Камадо поджав брови и перекрутив пистолет в сторону Геньи заговорил: — Также как и твой, у него пули с глицинией, — он указал пальцем на магазин, — Принцип работы точно такой же, что и у твоего, наверное, за исключением лишь того, что тут пули бесконечные. — он нахмурился, — Словами трудно будет объяснить, поэтому тебе придется поверить мне на слово. Генья хмыкнул, соглашаясь с мыслью Камадо и приступил есть свою порцию. Танджиро нажав на кнопку, у курок, положил пистолет обратно в карман. Он вздохнул и на мгновение закрыл глаза. — И-и-и… Как у тебя были дела? Чем ты занимался все это время? — неожиданно поинтересовался Зенитсу. Камадо открыл глаза и перевел взгляд на друга, однако затем тут же посмотрел в сторону. — Ничем интересным, я просто пытался вернуться сюда. — он взял свою порцию в руки и почему-то нахмурился, — Там просто было одиноко. Когда Канао заметила что Танджиро принялся за свою порцию, то тоже начала кушать. — Ох… Голос Агацумы прозвучал грустно. Понятно, ведь Камадо уточнил что там было одиноко, к тому же, он точно услышал от него звук печали. Это его еще больше расстраивало, ведь он как никто другой понимал Танджиро. Но он никогда ему этого взаправду не желал, напротив, Зенитсу не хотел чтобы такой как Камадо испытывал одиночество. — Ну зато теперь ты не один! — вдруг с энтузиазмом произнес Агацума, и заулыбался словно кот. Камадо на это нахмурился и снова посмотрел куда-то за ними. Что-то было явно не так и Танджиро это прекрасно чувствовал своим носом. Было слабое ощущение, будто опасность приближается. Однако, так как Камадо ничего не видел, он отшвырнул эту мысль под предлогом что наверняка просто устал. — А чем вы тут занимались. — спросил Камадо откусывая маленький кусочек темпуры. Зенитсу ойкнул и скорчил лицо, неловко посмеявшись. — Э-э-э… Да ничем собственно говоря. — он посмотрел в сторону и скрестил руки на груди, — Нас лишь звали на задания совместные, и мы иногда встречались где-то в поместье. Мы болтали о разном и многом! Временами нас даже навещал змеиный столп прикинь?! Агацума разболтался и Камадо уловил лишь фразу “змеиный столп”. Хотя, если быть точнее, то он отреагировал лишь на эту фразу, всю остальную информацию он как будто пропустил, хотя это вовсе не так. — Обанай-сан? — Ну да, этот… — его голос сменился на легкое раздражение. — Так вот, ну мы порой помогали в поместье бабочек девочкам, а еще к нам также время от времени приходил Акума. И тот тип который весь такой из себя депрессивный. — встретившись с недопонятым выражением лица Танджиро, Зенитсу закатил глаза, — Ну тот с которым ты сегодня практически поссорился! Еще скажи что ты забыл… — А… Саэ. Камадо вскинул взгляд в сторону и надкусил еще один кусочек темпуры. Удивительно, их действительно беспокоило как они, или они просто навещали их по просьбе кого-то из поместья? Танджиро решил углубиться в этот вопрос, а потому недолго думая спросил: — Ты случаем не знаешь почему? — Зачем приходили? Если честно, понятия не имею, но они всегда спрашивали про наше состояние, и типо приглашали на свои тренировки. — Агацума насупил брови, — Они всегда приходили так, словно были полицейскими! Бестолковые допросы, так еще они и спрашивали это с такими суровыми лицами что мне вообще не хотелось отвечать им больше! — не с того ни с сего пожаловался Зенитсу. Камадо недовольно скорчил лицо. Вполне неудивительно что эта тройка выглядела в глазах Агацумы как бандиты, которые пришли к должникам. — Ох, а еще этот Саэ смахивает на педоф#ла! — Что? — недоуменно озадачился Танджиро. — Он всегда смотрит на Канао с каким-то странным взглядом. Не понимаю, почему он такой странный? Однако в ту же секунду вмешалась Аой, она подслушала их разговор и когда диалог дошел до этого, она решила заступиться за него: — Не путайте его с собой. — ЧТО?! — Саэ-кун не смотрит на Канао как извращенец, он смотрел на нее скорее с удивлением. Танджиро в этот раз посмотрел на Аой с любопытством. — В плане? — спросил он. — Хм, даже не знаю как это объяснить… — он поставила ладонь на подбородок и задумалась. — Ну точно не так как это объясняет Зенитсу. Даже если и объяснение Агацумы было примерно таким, это все равно не отменяет тот факт, что он смотрел на Канао с неким удивлением. Что он конкретно в ней такого нашел? Что собственно говоря он увидел в ней? Танджиро хотелось знать правду. Он если не забудет, обязательно поинтересуется об этом у Саэ. Тем временем Агацума начал возмущаться, ведь его якобы назвали тупым. Камадо не обратил на это свое внимание, он посмотрел на Канао и Иноскэ. Странно было то, что Иноскэ был как мышь: ни единого звука с его стороны еще не прозвучало. «Может что-то случилось.» — невольно подумал Камадо. — Иноскэ, что насчет тебя? — озадачился Танджиро. Хашибира дернулся, по всей видимости он о чем-то долго размышлял, пока другие болтали с друг другом. Затем он засмеялся в своей привычной форме и молниеносно схватил свою последнюю порцию темпуры. — Что насчет меня? Хе-хе-хе, я чувствую себя лучше всех! Задание были настолько простыми, что я толком их почувствовал! — гордо произнес Иноскэ, указав большим пальцем на себя. — Это хорошо, ты стал явно сильнее. — отстранено, однако с ноткой гордости похвалил Танджиро. Иноскэ снова усмехнулся и на его лице появился легкий румянец. — Давай, хвали меня! — он чуть повысил тон, — Я скоро стану сильнее тебя! — в этот раз он указал пальцем на него. Камадо вздохнул и продолжил есть свою порцию. — Не сомневаюсь. И вообще, не думаю что ты не наравне со мной… Думаю даже сильнее. Танджиро снова себя обесценивает, и делает он это всегда. Очевидно что Камадо на выше голову сильнее их, у него ведь униформа столпов уже. Он невольно перевел свой взгляд на тихо сидящую Канао, которая уже кстати доедала свою порцию. — Что насчет тебя, Канао? Она слегонца дернулась и смущенно посмотрела на него, повисло недолгое и неловкое молчание. — Ну… — пробормотала она посмотрев в сторону, — Также как и у Зенитсу… Ее голос звучал отстраненно, она была слишком сжата в себе чтобы раскрыться ему прямо сейчас. Танджиро заморгал и, не заставляя больше ее трепаться с ответом он кивнул. Он вскинул взгляд на Аой, как только он хотел спросить у нее как ее были обстоятельства, то мальчик неожиданно чувствует нарастающую тревогу и опасность. — Ложитесь. — вдруг говорит он. Они хмуро посмотрели на него, не понимая о чем идет речь, однако в следующее мгновение, когда они обернулись то все поняли. — Ложитесь! — уже громче прокричал Танджиро и, опрокинув стол лицевой стороной, происходит неожиданный взрыв. Перед этим, они все легли так как просил их Танджиро. В тоже мгновение послышался выстрел и похоже что, это стрелял Камадо. А затем все резко потемнело.