Часть 4. Среда.

«Что ты сделаешь, если узнаешь, что умрёшь сегодня ночью?»

***Лэйн***

Я вскочила на кровати, задыхаясь так, будто лёгкие забились пеплом. Горло саднило, руки дрожали, а в голове крутился лишь один вопрос: «Какого хрена происходит?!» - Меня буквально разрывало от непонимания где я. «Это был сон или на самом деле произошло?» Торопливо осмотрела себя: ни крови, ни порванной куртки, ни арматуры в руках. Сердце гулко колотилось, будто всё ещё помнило, как остановилось мгновение назад. — Спокойно, Лэйн… спокойно, — пробормотала себе под нос, прижимая ладони к лицу. Но спокойствие не приходило. После первой волны шока, меня тут же окатила вторая. «Ян!» — Всё тело парализовало. Несколько минут я стояла и неподвижно пялилась в одну точку на стене. Словно всю нервную систему резко отключили. До боли захотелось выбежать из своей спальни и со всех сил побежать в то крыло казармы, где жил Ян. Мне было жизненно необходимо узнать, что с ним. Сердце болезненно щемило, но я сдержалась. «Если это был просто сон, значит с ним всё хорошо. Если что-то случилось — на построении Яна не будет…» Пытаясь успокоиться таким объяснением, на дрожащих ногах отправилась на плац в надежде увидеть охотника на демонов.

***

Холодное утро на плацу впивалось в кожу, словно ледяные иглы. В строю всё выглядело привычно: ровные ряды, шаги, чёткие голоса. Но сердце колотилось так, что в груди было слышно только гулкое, сбивчивое, неумолимое биение. Я искала одно лицо среди десятков. И не находила. Паника подкрадывалась медленно, как хищник. Сначала это был лёгкий холод в пальцах, потом ком в горле, и, наконец, пустота внутри, такая же мёрзлая, как этот плац. — Грег, — выдохнула шёпотом, будто боялась, что слова обернутся признанием в собственном безумии. — Ты Яна видел? Друг нахмурился, бросил быстрый взгляд и пожал плечами: — Нет. А что? В горле пересохло. А что? Да то, что внутри всё рушилось, словно земля уходила из-под ног. Но объяснить я не могла. Только отрицательно качнула головой и снова начала рыскать глазами по лицам. Дмитрий сделал шаг вперёд, его приказ строиться звучал жёстко, как всегда. — Лэйн. Как успехи с Книгой Апокалипсиса? Успехи? Я едва могла дышать. Слова застряли в горле, я смотрела в пустоту, пытаясь понять, как можно ответить, когда Яна до сих пор нет. И вдруг… движение на краю строя. Я моргнула и увидела. «Ян…» Запыхавшийся, волосы чуть растрёпаны, будто только что сорвался с места и бежал. Лицо напряжённое, но живое. Настоящее. В этот миг в груди что-то рухнуло и освободило дыхание. Слёзы защипали глаза, и я уставилась вниз, разглядывая ботинки, лишь бы никто не заметил, что мир только что вновь обрёл краски. — Мне нужно… пару книг, — поспешно произнесла, чтобы скрыть дрожь в голосе. Дмитрий недовольно приподнял бровь, обернулся, и взгляд его упал на фигуру в строю. — Ян. Поможешь. Я вскинула голову. Наши глаза встретились. Мир будто дрогнул. Во взгляде мужчины мелькнуло то же облегчение, что только что спасло меня от бездны. Казалось, Ян тоже кого-то искал. Казалось… меня? Резко втянула воздух, чтобы не выдать своё волнение. Слишком много мне «казалось» в последнее время. Слишком часто в его обычных словах о погоде, о дисциплине, о пустяках выискивала тайные признания. Слишком отчаянно искала доказательства того, что он тоже… что-то чувствует ко мне. «Наверное, я просто схожу с ума. Этот мужчина на столько занял сердце и мысли, что эта влюбленность обретает нездоровый оттенок… Но почему он смотрит так, словно наконец-то нашёл меня?»

***

В библиотеке всё было так же как во сне. Я снова устроилась между стеллажами, делая вид, что изучаю корешки книг. На самом деле пальцы дрожали так, что возьми я в руки хоть что-то, оно непременно рухнет на пол. Кажется, если я отпущу себя хоть на секунду, вырвется крик. Радость, боль, облегчение, всё спуталось в один клубок. «Ян стоит рядом. Живой. Настоящий. Дышит. Смотрит.» И как объяснить, что мы погибли вместе? Как сказать человеку, что он умер у тебя на глазах, а ты вдруг снова встречаешь его утром того же дня, словно ничего не было? Я не знала, куда деть руки. Книга едва не выскользнула, и я торопливо прижала её к груди, будто щит. Хотелось броситься к Яну, обнять, убедиться, что он реальный. Впиться в губы и осознать, что и я сама живая. Но боялась сделать лишнее движение. Боялась, что он примет меня за сумасшедшую. — Лэйн, всё хорошо? Выглядишь обеспокоенной, — спокойно сказал Ян. Простое предложение. И будто когти отродья вновь вспороли сердце. Я застыла. Слова застряли в горле, открыла рот в попытке что-то сказать, но не смогла выдавить и звука. В голове вихрем крутился крик: «Ты умер, Ян! Ты умер закрывая меня собой… и я умерла с тобой тоже. Как мне сказать это, не превратившись в сумасшедшую? Как понять, мы в реальности или это мой личный ад — быть в дне, когда ты погибнешь?» Но смогла выдавить лишь: — Это трудно объяснить. Мужчина посмотрел внимательно, чуть кивнул, принимая моё молчание. Ни вопросов, ни давления. Только его тёплое «ладно, я понял». Через некоторое время Ян наклонился, протянул книгу: — Глянь, может, это подойдёт. «Прикладная криптография. Протоколы, алгоритмы и исходные коды на языке С». — Раскрыла книгу и быстро пробежалась по строчкам в поиске нужных зацепок. И тут… «Когда время встанет в кольцо, любимец Божий познает путь только через сердце. И будет день тот проживать как время, покуда не раскроет суть.» Я замерла. Каждая буква жгла глаза. Я перечитывала снова и снова, пока Ян не окликнул: — Что-то нашла? — Вот, смотри. Мужчина склонился и спокойно прочитал: — «Простейшие методы подстановки позволяют…» — Нет… там другое. — Я моргнула в недоумении. — Лэйн, — он улыбнулся легко, без издёвки, — здесь именно это. Хочешь, открою любую страницу? Я открыла следующую. И снова то же самое послание. Всюду один и тот же текст, повторяющийся, как приговор. Но Ян читал совсем другое. — Ты шутишь? — вырвалось у меня. — Я абсолютно серьёзен, принцесса. Не обратив внимания на обращение, сжала книгу крепче и погрузилась глубоко в мысли: «Значит, только я это вижу? Значит, это предназначено только мне? Почему? Зачем?» Я прижала том крепче, будто только так могла найти ответы, и тогда Ян тихо коснулся моей руки возвращая в реальность. Его касание было осторожным, теплым, будто спрашивающим разрешение. — Знаешь, — он посмотрел на меня серьёзно, — когда мы разговариваем наедине, ты всегда напряжена. Как будто чего-то боишься. Скажи прямо: я пугаю тебя? Может, сказал что-то не то? Я бы не хотел, чтобы ты боялась меня… У меня дыхание перехватило. Никогда. Никогда в жизни я не боялась его. — Ян… — прошептала тихо-тихо. — Я тебя… — «Люблю!» так и рвалось наружу, но предложение было закончено совсем не так. — Не боюсь… Меня до ужаса пугали две вещи: первая — что Ян меня отвергнет, вторая — умрёт в действительности. Мужская ладонь дольше, чем следовало бы, задержалась на моей. Лёгкое прикосновение и будто разряд тока пробежал по коже. Я застыла, не решаясь даже вдохнуть. Ян смотрел прямо, глаза темнели, как море перед штормом, и мне казалось, что он слышит, как громко колотится сердце. Выдернуть руку не могла, она словно приросла к его пальцам. И в то же время каждое мгновение тянулось всё сильнее: «Скажи, скажи ему, пока не поздно…» - Но язык не слушался. — Лэйн… — голос мужчины стал тише, теплее, чем обычно. — Ты дрожишь. Я попыталась улыбнуться, но получилось криво. Книга чуть не выскользнула из рук. — Просто… устала. На самом деле я едва держалась. Так хотелось сказать всю правду, но не хватало смелости. Ян не убрал руку сразу. Сжал мои пальцы едва заметно, будто проверяя, не оттолкну ли. — Хорошо… — наконец произнёс он и отстранился. Пустота в ладони обожгла сильнее огня. Я прижала книгу к груди, чтобы скрыть дрожь. Оба сделали вид, что ничего не произошло. Но воздух между нами был натянут, как струна, и было ясно одно: стоит одному из нас позволить себе переступить эту грань и начнется безумие. Но вот кто решится первым?