Часть 4. Валентинка (метка: Фастберн)

      Через пару месяцев Шедоу в классе уже все приняли, как своего, и из главных раздражителей остался только Соник, но это было терпимо. С Эми чёрно-алый смог найти общий язык и смириться, приняв её такой, какая она есть: взрывная, суетливая, но чуткая и заботливая. Главное в общении с ней было не касаться темы её отношений с Соником.       Однажды Шедоу вернулся в класс за забытой ручкой и увидел розовую, сидящую за партой и что-то внимательно изучающую в собственной тетради.       —Ты чего тут сидишь? — удивился ёж.       Уроки сегодня уже закончились, и остальные школьники торопились по домам.       — Да вот, пытаюсь разобраться, почему уравнение решено неправильно. Из-за этого уравнения получила тройку за контрольную, — печально вздохнула ежиха.       Шедоу подошёл поближе и тоже заглянул в тетрадь.       — Ты перепутала здесь порядок действий, поэтому ответ получился неверный, — хмыкнул он.       — Где? — подняла на него удивлённые глаза Эми.       Шедоу сел рядом и объяснил правильный порядок решения.       — Блин, — приуныла ежиха, — такая глупая ошибка.       — Ошибки редко бывают умными, — усмехнулся в ответ чёрно-алый, поднимаясь и подхватывая свой рюкзак.       — Спасибо, Шедоу, — мило улыбнулась Эми. — А ты очень хорошо объясняешь.       Ёж вопросительно вскинул бровь:       — Это на что намёк?       — Мне тут ещё одна тема непонятна… Сможешь её объяснить? — ежиха смущённо улыбнулась и поглядела на него молящим взглядом.       — А тебе так сильно нужна математика? — чёрно-алый обречённо вздохнул.       — В жизни не очень нужна, но при поступлении это один из основных предметов, — розовая сморщила нос.       — Хм, а с Блейз не пробовала поговорить? Она вроде хорошо в математике разбирается.       — Пробовала, но она объясняет слишком сложно для меня, — ежиха грустно вздохнула и начала складывать учебные принадлежности в сумку. — Ничего не поделаешь, я далеко не такая умная, как она.       — Хорошо, — решился чёрно-алый, — я объясню тебе тему, но давай завтра?       — О, конечно! — Эми одарила его счастливой улыбкой. — Завтра после уроков?       Шедоу кивнул, и они отправились к выходу из школы. На крыльце попрощались и разошлись в разные стороны, так как их дома располагались в разных концах городка.       С тех пор они иногда оставались после уроков, и Шедоу объяснял Эми непонятные моменты в математике. Его радовало упорство и целеустремлённость ежихи, а её искренняя благодарность за помощь заставляла в груди разливаться странное тепло. Чем больше Шедоу общался с ней и чем лучше узнавал, тем сильнее понимал, что она ему симпатична и уже совсем не раздражает. Это понимание ежа удивляло, так как он не очень хорошо сходился с другими людьми, да и окружающие не слишком стремились с ним общаться, говоря, что у него тяжёлый характер. Но Эми на это совершенно не жаловалась, а однажды даже сказала, что ей комфортно в его обществе, наверно потому, что его спокойствие уравновешивало её эмоциональность. На это заявление ёж только усмехнулся, заметив, что для уравновешивания Эми понадобится как минимум с десяток Шедоу, за что получил возмущённый возглас и шутливый шлепок тетрадью по голове. И это оказалось совсем не обидно, а даже наоборот — весело. Чёрно-алый уже и забыл, когда последний раз позволял себе вот так дурачиться.              «Привет, тёмненький! Как у тебя дела?»

«Привет. Опять обзываешься!»

      «Ну я же любя! 😊»       Шедоу фыркнул — любя она, как же!

«Нормально. А у тебя как?»

      «Опять нормально! Да выучи ты уже другое слово!»       «Можно же написать классно, клёво, зачётно.»

«Зашибенно.»

      «Ну вот! Можешь же, когда захочешь!»

      «А если не хочу?»

      «Почему?»       «У тебя что-то случилось?»

«Да нет, всё стабильно.»

«Ты, кстати, так на вопрос и не ответила.»

      «На какой вопрос?»

«Это у тебя ещё девичья память или уже старческий склероз? 😊»

«Я спросил: как у тебя дела?»

      «Сам ты старый склеротик! 😠»       «Нормально у меня всё.»       Шедоу невольно усмехнулся, представив как собеседница на него обиженно дуется.       

«Ну вот, меня ругаешь, а сама это слово используешь! Хорошее же слово, чем оно тебе так не нравится?»

«Чем занимаешься?»

      «Чем-чем, к экзаменам готовлюсь.»       

«К выпускным?»

      «И к выпускным и к вступительным.»       

«А куда собираешься “вступать”?»

«В художку?»

      «Не, я хочу на дизайнера.»       «Только ещё не решила на какого…»       

«А какие есть варианты?»

      «Одежды или интерьера.»       

«О, давай на дизайнера интерьера.»

«Я собираюсь поступать в архитектурный. Откроем общую фирму: я строю, ты обставляешь.»

«Как тебе идея?»

      «Ха-ха, прикольно!»       «Я подумаю.»       «Ну, если конечно тебя устроит дизайнер-самоучка.»       

«А почему самоучка?»

«Ты же собираешься поступать и учиться?»

      «Собираться-то собираюсь, но кто бы меня взял. 😒»       «Там математику сдавать надо, а я её терпеть не могу!»       

«Ну, самоучки тоже бывают классные. Тут главное, чтобы талант был.»

«А у тебя он есть.»

«К тебе потом очередь будет выстраиваться, так что я первый тебя занял!»

      «Спасибо тебе.»       «Ты очень меня поддерживаешь.»       «Ладно, пока-пока, тёмненький!»       

«Ты опять! 😠»

      Шедоу закрыл чат и задумался. Скоро приближался один из самых нелюбимых его праздников — День всех влюблённых. Все эти валентинки, глупые признания, разговоры о любви и шоколадки в виде сердечек… Всё это очень раздражало чёрно-алого, но приходилось терпеть. Нынче праздник выпадал на будний день, а прогуливать школу не хотелось, вряд ли учителя посчитают уважительной причиной нелюбовь к любви. После долгих размышлений он решил, что от него не убудет, если он подарит валентинку Эми. В последнее время ежиха ходила грустная, и он надеялся её хоть немного подбодрить.       И вот наступил день «Х». Ещё вчера все были какие-то возбуждённый, а сегодня началась форменная вакханалия по мнению чёрно-алого: школьники дарили друг другу валентинки, конфеты и небольшие подарочки, обнимались и признавались в любви или просто галдели, громко обсуждая, кто кого любит или не любит. Шедоу раздражённо поглядывал на окружающих, стараясь обходить стороной массовые скопления учащихся в коридорах.       К концу учебного дня чёрно-алый вздохнул с облегчением, но тут заметил в коридоре компанию своих одноклассников. В центре стояли Соник и Салли, держась за руки, и синий, сияя улыбкой, торжественно объявил:       — Я выбираю своей валентинкой Салли и всех извещаю о том, что я люблю её и мы теперь пара!       Салли тоже выглядела очень довольной. Остальные ребята начали их поздравлять, а Шедоу встревоженно оглядывал собравшихся в поисках Эми. Наконец он заметил, как розовая тихонько выбралась из толпы и быстрым шагом направилась к лестнице. Ёж поспешил за ней, понимая, что она сейчас очень расстроена.       Эми нашлась в небольшом закутке возле лестницы, ведущей на чердак. Она сидела на ступеньках, обхватив колени руками и тихо всхлипывая. Слёзы оставляли на щеках чёрные потёки туши. У ног валялись обрывки разноцветной бумаги.       Шедоу молча подошёл к ней, сел рядом и, мгновение поколебавшись, всё же осторожно обнял её. Сначала он ощутил, как ежиха напряглась, и подумал, что она его оттолкнёт, но та вдруг обхватила его за шею, уткнулась лбом в грудь и зарыдала. Вздохнув, чёрно-алый обнял её крепче и начал гладить по иглам. Как же ему хотелось сейчас найти этого синего придурка и разорвать его на мелкие кусочки, как Эми порвала валентинку, которую явно готовила для любимого. Но сейчас он был нужнее здесь, а Соник от него всё равно никуда не денется. Некоторое время они так и сидели в тишине, нарушаемой только всхлипываниями. Спустя некоторое время Эми перестала плакать и отстранилась, опустив голову и избегая взгляда Шедоу.       — Ты как? — встревоженно спросил он.       — Нормально, — гнусаво ответила ежиха и шмыгнула носом. — Прости, что я устроила тут истерику.       — За что тебя прощать? — удивился Шедоу. — Ты же не робот. Чувствовать — это нормально. Не твоя вина, что не все чувства приятные.       Эми снова шмыгнула носом и полезла в сумочку за платком, всё ещё не глядя ему в глаза.       — Я не должна была заливать тебя слезами. Ты же не виноват в моём плохом настроении.       — Но и ты в этом не виновата, — возразил ёж. — Если кто и виноват в этом, так это Соник. Ему давно уже нужно было перестать морочить тебе голову.       — Соник не морочил мне голову, — возразила ежиха, вытирая слезы.       — Что?! Ты его оправдываешь? — Шедоу почувствовал, как в груди неожиданно стало горячо от яростного желанию придушить синего. А ещё очень хотелось взять розовую за плечи и хорошенько встряхнуть её, чтобы она наконец очнулась и перестала считать себя главной виновницей случившегося.       — Ну, Соник правда не виноват, это я ему навязывалась, душила своей любовью… Наверно, мне нужно быть более сдержанной, — она тяжело вздохнула, а потом вздрогнула от раздавшегося прямо над ухом злобного рычания и удивлённо повернулась к чёрно-алому.       Шедоу всё-таки не выдержал, схватил за плечи Эми и довольно грубо встряхнул её.       — Да как ты не понимаешь! — продолжал рычать он от ярости. — Ты ни в чём не виновата, и твоя эмоциональность тебя совсем не портит, тебе просто не повезло влюбиться в этого придурка!       Эми испуганно хлопала глазами, и хватала ртом воздух, явно собираясь что-то возразить, но слов пока не находилось. Шедоу отпустил её и попытался успокоиться, всё-таки ежиха не заслуживала такого грубого отношения.       — Прости, я не должен был так себя вести и кричать на тебя, — он на мгновение отвёл взгляд, но потом снова твёрдо посмотрел ей в глаза. — Мне просто очень неприятно видеть, как ты расстраиваешься из-за того, кто тебя совершенно не достоин.       Эми помолчала минуту, пытливо глядя ему в глаза, словно стараясь прочесть его мысли и убедиться в том, что он не шутит. Потом она вздохнула, и на её губах появилась осторожная улыбка.       — Спасибо тебе, — чёрно-алому пришлось навострить уши, чтобы расслышать тихие слова.       — За что? — удивился он.       — За то, что ты делаешь, — в зелёных глазах появилось тепло.       — Я ничего не делаю, — смутился от такого непривычного внимания Шедоу.       — Как «ничего»? Ты меня поддерживаешь, — возразила ежиха.       — Я всего лишь сказал тебе несколько слов, — продолжал отпираться чёрно-алый, чувствуя всё большее смущение. А вспомнив о том, что он ещё собирался сделать, и вовсе почувствовал, что его щёки начинают гореть. Он ведь хотел подарить Эми валентинку. Сделав пару глубоких вздохов, он всё же решился. Нашёл в рюкзаке злосчастную открытку и протянул её ежихе.       — Поздравляю с праздником, — криво усмехнувшись, буркнул он.       При виде валентинки глаза Эми широко раскрылись.       — Ох, Шедоу, это мне? — она посмотрела на него с таким восторгом, как будто он подарил ей бриллиантовое ожерелье.       — А ты видишь здесь кого-то ещё?       Эми хихикнула, осторожно взяла открытку и повертела её в руках, разглядывая.       — Спасибо, — она снова подняла на него горящий восторгом взгляд. — Она такая красивая.       На такое Шедоу даже не нашёлся, что ответить. На его взгляд открытка была обычная.       Взглянув на часы, он нахмурился:       — Уже пора домой.       — Ох, — встрепенулась ежиха, — точно, ещё же уроки делать.       Они быстро спустились вниз, забрали одежду из гардероба и, только выйдя на улицу, заметили, что глухой шум, который появился недавно, был шумом сильного ливня, обрушивавшегося с неба ледяными потоками. Они замерли под навесом крыльца, с удивлением глядя на буйство стихии. Утром небо было безоблачное, и ничего не предвещало такой резкой смены погоды. Зонта ни у кого из них с собой не было. Шедоу глянул на озадаченную ежиху. На Эми была лёгкая ветровка, которая явно не спасёт её от дождя. Сняв свою плотную куртку, он накинул её на плечи ежихи и натянул капюшон ей на голову, и прежде, чем Эми успела хоть что-то возразить, подхватил розовую под руку и быстрым шагом потянул в сторону её дома.       — Шедоу, ты же промокнешь! — попыталась вывернуться она, но ёж только сильнее опустил капюшон, мешая ей поднять голову.       — Ничего со мной не случится.       Пробежав два квартала до дома Эми, чёрно-алый вымок до нитки. Шерсть и иглы недовольно вздыбливались в рефлекторной попытке защититься от холода, но против потока холодной воды это не срабатывало. Забежав в подъезд, Шедоу уже хотел попрощаться и бежать к себе домой, но Эми чуть ли не всем весом повисла на его руке, не отпуская, а затем потянула за собой на лестницу.       — Пошли, тебе нужно хоть немного обсохнуть и согреться. Я дам тебе полотенце и сейчас же поставлю чайник.       — Эми, — попытался упереться чёрно-алый, но куда там, — не стоит, я лучше быстренько добегу до дома и уже там высушусь.       — Тебе до дома далеко бежать, — не поддалась розовая. — Дождь сильный, а такие долго не длятся. Посидишь, погреешься, а как он закончится — пойдёшь домой.       — Эми, — снова попытался вразумить ежиху Шедоу, — я тебе весь дом водой залью.       — Ничего страшного, вытру, — остановившись на третьем этаже, Эми начала копаться в сумке в поисках ключа. Это заняло некоторое время, так как ей приходилось действовать одной рукой, другой она продолжала держать Шедоу, словно боялась, что он тут же сбежит, если она хоть чуть-чуть ослабит хватку. Наконец дверь была открыта, и ежи попали в квартиру.       Эми быстро повесила куртку Шедоу на вешалку, скинула кроссовки и поспешила дальше. Ёж услышал, как торопливо хлопают дверцы шкафов, и уже хотел тихонько сбежать, прихватив свою куртку, но ежиха успела вернуться раньше и буквально затолкала его в ванную.       — Раздевайся! — скомандовала она, бросая на стиральную машину большое полотенце, и, видя, что Шедоу не торопится её слушаться, сама попыталась вытащить его футболку из-под ремня джинсов.       — Эми! — возмутился ёж, отталкивая её руки. — Я сам могу.       — Ой, прости! — ежиха отпрянула, прижимая уши, и её щёки заметно покраснели. — Я-я… я сейчас халат принесу! — и торопливо выскочила, захлопнув за собой дверь.       Шедоу дождался, когда Эми отдаст ему халат и уйдёт греть чайник, и только тогда начал снимать холодную, неприятно липнущую к телу одежду. Футболку и джинсы пришлось натурально выжимать. Наскоро вытершись и закутавшись в халат, он вышел из ванной и направился на шум закипающей воды. Эми суетилась на кухне, на столе уже стояли две кружки, вазочка с вареньем, тарелка с печеньем и ещё одна — с бутербродами.       — Я тебе сейчас фен принесу, — оценила его мокро-растрёпанный вид ежиха и проскользнула мимо него прежде, чем он успел хоть что-то возразить.       Шедоу не привык, чтобы вокруг него наводили такую суету и всячески старались о нём позаботиться, но решил не расстраивать розовую, считая, что ей будет полезно немного отвлечься от неприятных событий неудавшегося праздника всех влюблённых.        Вздохнув, он вышел из кухни, с любопытством оглядываясь, он ещё ни разу не был у Эми в гостях, да если говорить на чистоту, то он вообще ещё ни у кого в гостях не был и к себе никого не приглашал. Остановившись в дверях гостиной, чёрно-алый невольно обратил внимание на самое яркое пятно в поле зрения, оказавшееся картиной на стене. Ему пришлось несколько раз моргнуть, чтобы убедиться, что глаза его не обманывают — на стене висел натюрморт, изображающий глиняную вазу с ромашками и зелёное яблоко.       — Вот, я нашла фен, — голос, раздавшийся сзади, заставил его дёрнуться. — Ой, прости, я не хотела тебя пугать, — зачастила Эми, но извинения его сейчас интересовали в последнюю очередь.       — Откуда у тебя эта картина? — голос чёрно-алого прозвучал строго, и ежиха удивлённо на него посмотрела.       — Э-э… Это моя картина. Я её сама нарисовала, — не понимая странной реакции Шедоу, розовая продолжала на него смотреть слегка растерянно. — Тебе не нравится?       Ёж моргнул, пытаясь уложить в голове тот факт, что Rose, его подруга по переписке, и Эми — это, оказывается, один и тот же человек! Но разве бывают такие совпадения?       Решив проверить, он снова посмотрел на картину:       — Я смотрю, ты всё-таки переделала блик на яблоке.       — Да, переде… Постой! Откуда ты знаешь про блик?! — Эми непонимающе нахмурила брови, а потом её глаза широко распахнулись в осознании. — Не может быть… — прошептала она. — Тёмненький?       — Ну сколько можно меня так обзывать! — тут же возмутился Шедоу.       А потом они уставились друг на друга в напряжённом молчании. Часто бывает так, что с незнакомыми людьми разговаривать гораздо легче, чем с теми, кого ты знаешь. Эффект случайного попутчика — так это, кажется, называется. Этому случайному попутчику можно рассказать даже какие-то постыдные тайны, зная, что вы больше никогда не встретитесь, и он, скорее всего, уже через минуту после расставания с вами всё это забудет, но даже если не забудет, то всё равно не сможет рассказать никому из ваших знакомых. Анонимность дарит чувство защищённости. Но здесь неожиданно оказалось, что виртуальные случайные попутчики в реальности живут бок о бок, хорошо друг друга знают и даже дружат. И что теперь с этим знанием делать?       — Вот это совпадение, — наконец решил прервать молчание Шедоу.       — Да уж, — смущённо отвела глаза Эми, — расскажи кому, не поверят, ещё и скажут, что всё специально придумала.       — Ну вот, я думал, у меня есть два друга, а оказалось, что только один, — неловко пошутил Шедоу.       Эми хихикнула и подняла на него весёлый взгляд:       — Один, зато какой! Твой будущий партнёр по бизнесу!       Шедоу тоже усмехнулся.       — Ну, что же, будем тогда знакомы, партнёр? — и протянул руку для рукопожатия.       — Будем знакомы! — Эми уверенно сжала его ладонь. — Давай сушись, партнёр, и пойдём чай пить.       За чаем они разговорились, шутя и подкалывая друг дружку, и даже не заметили, как пролетели два часа. Ливень давно закончился, одежда Шедоу высохла, чай был выпит, а домашнее задание по математике совместно выполнено. Попрощавшись с Эми, ёж отправился домой в приподнятом настроении, быстро справился с оставшимися уроками и лёг спать.       Но сон почему-то не приходил, а в голове начали появляться странные мысли. Шедоу неожиданно понял, что ему очень комфортно в обществе Эми, даже несмотря на её излишнюю эмоциональность. Ежиха была искренней, открытой и честной девушкой, очень чуткой и внимательной к окружающим, доброй и заботливой (иногда даже в ущерб себе), стремилась помогать другим, резко реагировала на несправедливость (ведь она тогда пришла в сквер, чтобы поддержать Шедоу, и даже ругала Соника, хотя считала его своим парнем и, по идее, должна была быть на его стороне). А ещё она была очень талантливая и целеустремлённая — всячески старалась освоить математику, чтобы осуществить свою мечту стать дизайнером.       Такая девушка не могла не восхищать, а ведь она была ещё и очень красивой. Шедоу сильно удивляло то, что Соник не видел этого и всячески избегал общества ежихи. Неожиданно от мысли, что этот глупец наконец-то прозреет и Эми станет девушкой синего придурка, у Шедоу словно все внутренности узлом скрутило и начало разъедать жгучей кислотой, дыхание перехватило, ладони непроизвольно сжались в кулаки, а зубы заскрипели — настолько сильно он их стиснул, сдерживая рычание. А потом его как холодной водой окатило. Собственная реакция удивила и напугала. Почему он так разозлился на этого синего глупца? Потому, что тот может получить девушку, которой недостоин?.. Или потому, что это Шедоу может потерять девушку, что очень ему нравится?.. На мгновение дыхание снова перехватило, но уже не от злости, а от ужаса. По спине пробежали ледяные мурашки, дыбя шерсть. Эми ему нравится? Да, нравится, и он уже достаточно давно понял это. Но только сейчас осознал, насколько сильно Эми ему нравится.       Пытаясь осмыслить и принять это открытие, он проворочался в постели почти всю ночь. Удалось задремать только под утро, поэтому он чуть не проспал школу и был очень рассеян и раздражителен весь день. Эми обеспокоенно спросила, не простыл ли он после вчерашнего, и эта забота теплом отозвалась в груди, слегка поумерив проявления недосыпа.       Противоречивые мысли и чувства не давали покоя чёрно-алому ни днём, ни ночью. Эми начала тревожиться, видя такое странное состояние обычно спокойного ежа. Но как бы она ни выспрашивала, Шедоу отказывался озвучить причину своего плохого настроения. Какой смысл говорить Эми о том, как сильно она ему нравится, если ежиха влюблена в другого?       Наконец, после целой недели мучений, Шедоу решил, что с этой неопределённостью пора заканчивать. Нужно узнать, есть ли у него хоть какие-то шансы на отношения с этой прекрасной девушкой или лучше прямо сейчас заставить себя перестать надеяться на невозможное и начать думать, как жить дальше.       В субботу вечером написал Эми сообщение, что хочет увидеться с ней в сквере завтра утром. Через десять минут она ответила, что будет. После этого Шедоу завёл будильник, выдохнул и позволил себе заснуть крепко и без сновидений.       Воскресное утро выдалось ясным и бодрящим. В сквере никого не было, и пришедший заранее чёрно-алый устроился на скамейке, положил рядом с собой пакет и приготовился к ожиданию. Эми не стала долго его мучить и пришла без опозданий.       — Привет, — она улыбнулась ежу, но в её глазах была тревога.       — Привет, — Шедоу встал ей навстречу и тоже попытался улыбнуться, но судя по тому, что тревога Эми только усилилась, вышло не очень.       Пригласив девушку сесть, он устроился рядом.       — Эми, прости, что притащил тебя сюда в такую рань, но мне хотелось поговорить с тобой так, чтобы нам никто не мешал.       — Да, конечно.       Глядя в эти добрые зелёные глаза, сейчас полные тревоги за него, он глубоко вздохнул и осторожно взял ладони девушки в свои.       — Эми, я понимаю, что это звучит очень странно… и, может быть, даже неуместно, но… — Шедоу чувствовал себя так, словно он стоит на краю высокого обрыва и ему нужно шагнуть в бездну. — Я понял, что ты мне очень нравишься, и я хочу, чтобы ты была моей девушкой.       Уши нервно прижались, глаза хотелось закрыть, чтобы не видеть, как после его признания во взгляде ежихи появится недоумение, или она рассмеётся и скажет, что это была прекрасная шутка, но она всё ещё любит Соника и лучше бы им с Шедоу остаться друзьями. Но он огромным усилием воли заставил себя не отводить взгляд. Затаив дыхание, он смотрел на нахмурившуюся ежиху и ждал, когда она решит озвучить приговор.       — Шедоу, — наконец прервала напряжённое молчание розовая. — Это, действительно, очень неожиданное предложение… — чёрно-алый уже приготовился, что она отстранится, и невольно сжал её ладони сильнее, словно это могло её удержать. — Но ты уверен в этом? — пытливый взгляд проникал в самую душу, завораживал и не отпускал.       — В чём уверен? — растерянно переспросил Шедоу, похоже, от нервного напряжения он слегка отупел, раз не смог понять простого вопроса.       — В том, что ты хочешь со мной встречаться, — пояснила ежиха.       — Конечно, уверен, — ещё больше растерялся ёж. — А почему ты спрашиваешь? — нет, он точно отупел.       — Ну, я не совсем понимаю, зачем тебе такая девушка, как я, — сказала ежиха, опуская глаза и позволяя чёрно-алому вырваться из гипнотического плена, но он продолжил молчать, и Эми решила пояснить свою мысль. — Ну, я не слишком умная, не разбираюсь в математике, зато слишком эмоциональная, да и внешность у меня обычная… — под конец голос Эми совсем затих.       Несколько секунд Шедоу молчал, с удивлением глядя на сжавшуюся девушку. А потом вздохнул, осторожно отпустил её руки и, бережно обхватив лицо розовой ладонями, поднял её голову и посмотрел ей в глаза.       — Кто тебе сказал такие глупости? Ты невероятно красивая, добрая, талантливая и очень мне нравишься.       — Но Соник говорит… — попыталась было трепыхнуться ежиха.       — Соник — придурок! — жёстко отрезал Шедоу, и Эми невольно вздрогнула, распахнув глаза. — Я вижу, какая ты замечательная, и не только я это вижу, а что касается твоей эмоциональности, она меня не пугает, — он мягко усмехнулся. — Я, знаешь ли, тоже не подарок: бесчувственный, необщительный, грубый…       — Нет, — резко прервала его Эми. — Ты совсем не такой.       — Ну, это только твоё субъективное мнение. Вот Соник, например, говорит… — начал с усмешкой Шедоу, но в следующую секунду ладонь ежихи легла на его губы, а сама она захихикала.       — Так, всё, я поняла, что ты имеешь в виду… Но ты правда уверен, что хочешь, чтобы я была твоей девушкой? — казалось, Эми всё ещё не может поверить в реальность происходящего.       Когда она убрала ладонь, чёрно-алый смог ответить:       — Конечно, хочу! Я же сам это предложил, а я за свои слова отвечаю, — он строго взглянул на девушку и отпустил её лицо. — Скажи, ты всё ещё любишь Соника?       Эми замерла на несколько секунд, а затем напряжённо выдохнула:       — Я… Я теперь в этом не уверена… Мне казалось, что я люблю его… и когда он выбрал Салли, мне было очень больно и обидно… — её глаза подозрительно заблестели, но она глубоко вздохнула и продолжила. — А сейчас я чувствую какую-то пустоту. Возможно, я не любила Соника, а просто хотела почувствовать, что меня кто-то любит, и решила, что Соник сможет подарить мне это чувство, — ещё один глубокий вздох, и Эми твёрдо посмотрела в глаза Шедоу. — Мне нужно будет разобраться и понять, что это было за чувство, но сейчас его нет.       — Хорошо, — кивнул чёрно-алый, — у тебя есть ещё какие-либо причины, которые помешали бы тебе стать моей девушкой?       Эми сначала отрицательно мотнула головой, а потом уже произнесла вслух:       — Нет. У меня больше нет причин.       — Хорошо, — повторил Шедоу, а затем взял свой пакет, достал из него пышную алую розу и протянул её девушке. — Эми, ты мне очень нравишься, и я хочу, чтобы ты была моей девушкой.       Ежиха посмотрела на Шедоу, потом на розу, потом снова на Шедоу и, протянув руку, приняла цветок.       — Шедоу, ты мне тоже очень нравишься, и я согласна стать твоей девушкой.