Дорога...

После выполнения своей задачи по спасению людей Нейд был возвращён в комплекс "Эпсилон-03". Тень, сопровождавшая его, теперь относилась к нему иначе после всех произошедших событий - в её обычно холодных глазах появился оттенок уважения. Они находились в стерильной палате №10 медицинского сектора №1. Яркие люминесцентные лампы заливали белым светом помещение, отражаясь от металлических поверхностей медицинского оборудования. Нейд сидел на кровати с жёстким матрасом, его изношенная одежда пахла порохом и потом. Он осматривал свежие царапины на руках, когда Тень приблизилась, её шаги были бесшумны, но тень скользила по полу. — Нейд, ты успешно выполнил первое серьёзное задание, — её голос звучал ровно, но в нём появились новые нотки. — В качестве награды войска нашего комплекса не тронут выживших, а также химический завод и прилегающие территории во время боевых действий. Она повернулась к металлическому столику, где среди инструментов лежал бирюзовый шприц с густой жидкостью. Её пальцы уверенно обхватили инструмент, воздушный пузырёк исчез после лёгкого щелчка. — Сейчас я введу тебе препарат, который залечит твои раны, — предупредила она, поднося шприц к его обнажённому предплечью. Игла вошла в вену с профессиональной точностью. Нейд ощутил лишь умеренную боль - резкий укол, за которым последовало жжение распространяющегося по вене раствора. Он зашипел сквозь зубы, но промолчал, наблюдая, как жидкость медленно исчезает в шприце. Почти сразу его кожа вокруг ран начала покалывать. Он наблюдал, как шрамы от недавней схватки с мутантами бледнеют, затем полностью исчезают, оставляя после себя лишь чистую кожу. По всему телу разлилось приятное тепло, как после горячего душа. — Спасибо тебе за помощь. Я очень благодарен, — произнёс он, сгибая и разгибая пальцы, удивляясь исчезнувшей скованности в суставах. Тень отвернулась, чтобы убрать шприц, но он успел заметить, как уголки её губ дрогнули. Когда она вновь посмотрела на него, её лицо было бесстрастным, но алые глаза выдавали удовлетворение. — Я понимаю, что мы ещё недостаточно близки для душевных разговоров, но... Ты не могла бы рассказать что-нибудь о себе? — рискнул спросить Нейд. В воздухе повисла напряжённая пауза. Тень замерла, её пальцы непроизвольно сжались. Когда она заговорила, её голос звучал холоднее обычного: — Я ненавижу людей и считаю их низшей расой. Они готовы на всё ради собственной выгоды, даже когда настанет Апокалипсис или Глобальная Война. Большинство из них заботятся только о себе. Она сделала паузу, её ноздри слегка расширились, будто вдыхая невидимый дым. — Они слабы не только физически, но и морально, а я нахожу удовольствие в их страданиях. Представь, как эти жалкие существа мучаются, не в силах что-либо изменить — это чувство доставляет мне блаженство. Её пальцы провели по краю кровати, оставляя едва заметные царапины на металле. — Я крайне редко видела исключения, когда человек был действительно человечен. Если не считать тебя, Нейд... Нейд почувствовал, как по его спине пробежали мурашки, но он сохранил спокойствие, медленно выдыхая. — Не нужно так думать о людях... Они не настолько плохи. У всего есть свои исключения. Всем нужно давать второй шанс. Рано или поздно твоя доброта вернётся к тебе, нужно просто верить. На его лице появилась странная улыбка, когда она неожиданно положила руку ему на плечо. Её прикосновение было неожиданно тёплым. — Ты такой добрый, возможно, даже наивный — веришь в чудо, вероятность которого не превышает 5-10%. Но ты должен знать, что для меня ты важнее, чем другие мои подчинённые — запомни это. Твои поступки заслуживают уважения. Нейд почувствовал, как кровь приливает к его щекам. Он опустил глаза, затем вновь встретился с её взглядом. — На самом деле я хочу делать добро для всех, потому что считаю это единственно верным путём — путём правды и добра. Я стал таким, потому что в детстве часто видел людей, которым никто не помогал, которые страдали, не в силах что-либо изменить. Это произвело на меня сильное впечатление, и я решил стать тем, кто я есть сейчас. Он сделал паузу, его пальцы сжали край кровати. — Единственное, что для меня важно в жизни, — это не унывать, когда мне плохо, и помогать другим, когда им плохо. Тень замерла. Её пальцы слегка сжали его плечо, затем расслабились. Когда она заговорила, в её голосе появились необычные нотки: — Я не думала... что у тебя именно такая причина помогать людям. Ты действительно достоин уважения. Нейд почувствовал, как напряжение покидает его тело. Он выпрямился и спросил с новой решимостью: — Каково моё новое задание? [Спустя время] Кабина военного бронированного грузовика пахла маслом и металлом. Нейд устроился на потёртом кожаном сиденье, его пальцы обхватили массивный руль. Поворот ключа зажигания вызвал урчание дизельного двигателя, которое перешло в ровное гудение. Приборная панель ожила - стрелка спидометра дёрнулась, загорелись зелёные индикаторы. Фары, переключённые на режим "Дальний свет", прорезали тьму, освещая грунтовую дорогу, уходящую в лес. Грузовик стоял на обочине, его шины слегка увязли в мягкой земле. Нейд переключил передачу, почувствовал лёгкий толчок, и машина тронулась вперёд. Он постепенно увеличивал скорость, следя за стрелкой спидометра - 40... 50... 67 км/ч. Дорога была неровной, с множеством кочек и выбоин. Грузовик подпрыгивал на ухабах, заставляя содержимое кузова греметь. Разгоняться до 80-100 км/ч было бы безумием - в любой момент могла появиться глубокая колея или заброшенная баррикада. Проехав несколько километров по пустынной дороге, Нейд заметил, как твёрдый грунт постепенно сменяется размытой грязью. Внезапно в свете фар мелькнуло что-то металлическое в овраге у обочины. Он притормозил, включил аварийку и вышел. Воздух был тяжёлым, пахнущим сырой землёй и чем-то сладковато-гнилым. Тишину нарушал только треск остывающего двигателя. Перед ним лежал перевёрнутый седан - его передняя часть была смята, как бумажный стаканчик. Дерево, в которое он врезался, торчало из капота, его ветви пронзили лобовое стекло. Стекла автомобиля покрыла паутина трещин, на лобовом застыли тёмные пятна - брызги засохшей крови. Передняя дверь, помятая и перекошенная, едва держалась на одной петле. Когда Нейд потянул за ручку, раздался скрежет металла. Внутри, на передних сиденьях, сидели двое. Мужчина в кожаной куртке - его грудь была разорвана глубокой раной, обнажая рёбра. Девушка в разорванном платье - её левый глаз отсутствовал, а лицо пересекал длинный порез от виска до подбородка. Кровь на её лице уже почернела. Нейд почувствовал, как в горле поднимается ком. Он обошёл машину, снег хрустел под ботинками. Задняя дверь была приоткрыта - на сиденье сидела маленькая девочка в розовой куртке. Её правая рука отсутствовала, на её месте был окровавленный обрубок. Лицо девочки было бледным, как мел, глаза широко раскрыты. На щеках застыли дорожки слёз, смешанных с грязью и кровью. Нейд замер, осознавая весь ужас ситуации. Холодный ветер шевелил волосы, разнося металлический запах крови. Его взгляд скользил от разбитого автомобиля к безжизненным телам, затем к темнеющему лесу. В груди сжалось - оставлять их на растерзание хищникам было немыслимо. "Они заслуживают достойного упокоения", - прошептал он, сжимая ручки лопаты до побеления костяшек. Работа заняла около получаса. Нейд выбрал небольшую полянку в двадцати метрах от дороги, где земля была мягче. Каждый удар лопаты сопровождался хрустом корней и шуршанием земли. Постепенно на его ладонях под перчатками образовались кровавые мозоли, но он продолжал копать, превозмогая боль. Три неглубокие могилы - для мужчины, женщины и ребёнка. Когда последний ком земли был выброшен из ямы, Нейд выпрямился, ощущая, как пот стекает по спине. В этот момент по спине пробежали мурашки - кто-то наблюдал за ним. Он резко обернулся, и... Из кустов метрах в пяти вырвалось нечто ужасное. Существо напоминало волка, но его шкура была покрыта гноящимися язвами, а из пасти капала пенистая слюна. Оно прыгнуло с рычанием, сбив Нейда с ног. Лопата с грохотом отлетела в сторону. Нейд оказался прижатым к земле. Вонь гниющей плоти ударила в нос. Сквозь кровавую пелену перед глазами он разглядел мутные желтые глаза существа, полные нечеловеческой боли и ярости. "Мутант...", - мелькнуло в голове. Инстинктивно он вогнал правую руку в полураскрытую пасть, почувствовав, как зубы впиваются в перчатку. Левой рукой ударил по воспалённому глазу. Существо взвыло и отпрянуло, дав драгоценные секунды. Нейд кубарем откатился в сторону, хватая лопату. Вместо того чтобы замахиваться, он принял оборонительную стойку, держа инструмент горизонтально перед собой. Когда мутант вновь бросился, Нейд резко опустился на колено, подставив черенок под горло существа. Раздался хруст. Тело мутанта обмякло, но ещё дергалось в агонии. Нейд всем весом навалился на лопату, чувствуя, как тварь бьётся в последних судорогах. Когти рвали его руки, но он стиснул зубы и держал, пока наконец тело не обмякло окончательно. Поднявшись, он осмотрел повреждения - обе руки были изодраны до мяса, кровь сочилась сквозь порванную ткань рубашки. И вдруг... блеск на земле. Инъектор с голубоватой жидкостью, выпавший, видимо, из разорванного кармана мутанта. Не раздумывая, Нейд вонзил иглу в плечо. По венам разлилось ледяное тепло. Кожа на руках начала шевелиться, стягиваясь, как на замедленной съемке. Через две минуты остались лишь розовые шрамы. Закончив захоронение, Нейд воткнул лопату в землю и опустился на колено: - Пусть земля вам будет пухом, - голос его дрожал. - Я не священник... но надеюсь, это поможет вам обрести покой. Поднявшись, он перекрестился по старой привычке и направился к грузовику. Впереди была деревня выживших - и люди, которым ещё можно было помочь. Вскоре он добрался до деревни выживших, а точнее — до блокпоста и ворот, которые закрывали въезд. В последующий час Нейд поделился с жителями всем содержимым кузова грузовика, а также передал ценные карты с данными о ресурсах и опасностях местности. Теперь у выживших был целый грузовик, еда и медикаменты, которые могли продлить их существование на несколько недель.