Властью данной мне

Зал дворца сверкал хрусталём люстр, отражая тысячи свечей, мерцавших, словно звёзды на ночном небе. Король Теодор, с короной, тяжелой, как его собственная воля, поднялся, его мантия из тёмно-красного бархата шуршала, как шепот предчувствия. Рядом с ним сидела королева Элеонора, её жемчужное ожерелье переливалось, отражая блеск её холодных, бесстрастных глаз. «Дорогие подданные!» – голос короля раздался, гулким эхом отражаясь от сводов зала...