"Сломанные рёбра и надежда". 12 глава

Сейчас появилась минутка для свободного вздоха. Появилась минутка, чтобы переосмыслить все, что произошло за несколько часов и к чему привело. Удачное попадание в штаб с минимальными потерями, внезапное знакомство с титаном, что бьёт своих собратьев, план по захвату газа с хранилищем, что выстроил Армин за несколько минут прошёл удачно, и тогда ребята могли направиться дальше чистить город от людоедов. Вот только неожиданно из того самого высокого, с длинными волосами и яркими рубинами вместо глаз титана, прямо из шеи, вылез никто иной, как Эрен Йегер собственной персоны. Казалось, что весь мир утих в тот момент, как только парень, со всеми конечностями на месте показался из пара. Тогда им дали немного времени на передышку, ведь этих троих приняли за врагов гарнизон, устроил им неудачный для себя допрос, который остановил гордой походкой идущий Пиксис со своими подчинёнными. Поверил в слова Армина о том, что Эрен может спасти ворота и Трост, и тогда у человечества впервые появится шанс дать отпор титанам. Построив план, Пиксис созвал всех перед стеной, поделился планом и представил Йегера, как надежду человечества. Многие хотели развернуться и уйти, не веря в план и его пригодность. Но и это старикан будто угадал, в итоге толкнув ещё одну речь, что аж всем под кожу пробралась. И сейчас, отправив всех по своим ранее начерченным местам, чтобы титанов по углам держать подальше от Йегера, Марко впервые был рад тому, что успел прикусить свой язык, чтобы подслушать то, о чём говорят Браун и Гувер. В небе он заметил сокола, того самого, что видел в последние два года, может меньше рядом с Линой. Кивнул птице, как и просила девушка тогда на крыше, а сам сглотнул, провожая Рагако взглядом. На душе скребутся кошки, Марко это совсем не нравится. Особенно не нравится то, что Лины они так ни разу и не видели после её исчезновения за углом. При полёте к штабу, ребята прижимались больше к правой части, так как она была более менее чиста, и только уходящие спины титанов они могли и видеть. Значит и правда отвлекает. Когда влетев через окно вовнутрь штаба, Марко впервые легко вздохнул от того, что все получилось. Он встал у окна, чтобы увидеть, как к ним на лошади бежит Лина, но её не было. Не было и после того, как за ними следом влетели Конни, Микаса и Армин. Оказывается, у Армина кончился газ, и он свалился куда-то в переулок. Там его Микаса подобрала, и вдвоём они созерцали нечто удивительное. Как один титан атакует другого. И в качестве подтверждения слов, румяная и глазастая рожа показалась в дыре стены, но через секунду повстречалась с кулаком длинноволосого гиганта. И тогда её не было, казалось, что она лежит где-нибудь мёртвая. Съели её, или по пути была задавлена с лошадью. Ведь даже Рагако не было в небе, и это Марко сильно напрягло. Жан нервно поглядывал в правую сторону, сглатывая слюну в горле. Чертовски переживал за свою подругу, а выглядывание её среди домов будто надежду давало, что сейчас она возьмёт и выбежит на коне. Чуда так и не случилось. Газ и клинки появились, минута, чтобы передохнуть, возникла благодаря Йегеру, что оказался тем самым титаном. Но Кирштайн молча сидел и смотрел в землю, рядом Марко подсел, где-то сзади Конни с Сашей тоже помалкивали, даже не ели и не шутили. А сейчас внутри Марко вновь загорелась надежда, ведь само появление Рагако предзнаименовало то, что Лина рядом. Возможно, что-то случилось, кончился газ, запуталась в троссах. Но она живая. Из раздумий парня вытянул голос Бертольда, что до этого молчал и всматривался в даль, на разбитые ворота. Марко притих за углом крыши, на которой эти двое стояли, а сам надеялся на то, что разговор окажется полезным для него. — Закрыть валуном дырень в воротах просто безумие.. — неверующе проговорил Гувер, а сам глаз оторвать не мог от городка и стены в целом. — А что, если Эрена съедят, как тогда поступим, Райнер? — спрашивает он у своего товарища, что с хмурыми бровями смотрел на мелкие тени. Среди них был и важный для этой тройки Йегер. — Тогда мы ничего выяснить не сможем.. — Выкрутимся как-нибудь. — кратко ответил, а затем тяжело вздохнул. Марко удивленно вскинул брови, а сам сглотнул. Волнуется. — В любом случае, можно использовать моего титана.. — И все же зря мы ворота проломали... — досадно проговорил Гувер, руки на бока перемещая. — Если закроют брешь в стене.. — Чёрт с ними. — плюнул Райнер в сторону, руки на груди сложил. — Четыре года зацепку искали, и вот неожиданно она перед нами.. Дальше Марко не слушал. Он улетал, буквально уносился с бледным лицом и потом на лбу. Он не должен был это слышать. Он понимает, какую информацию получил. Кроме Эрена есть ещё люди, что превращаются в титанов. И они были с ребятами три, целых три года в кадетке, буквально старшими братьями стали. Лина.. Возможно ли, что она тоже догадалась до этого? И ещё те мысли вслух.. Нет, она знает, что кто-то из них Колоссальный. Теперь Марко в этом убедился. И сейчас у него стоит цель - найти Лину и вместе с ней доложить.. А кому долаживать? Внезапно Марко грудью к крыше придавливают, а после чьи-то руки сдерживают его. Райнер что-то шипит себе под нос, рядом слышится звук УПМ. — Райнер! — восклицает подлетевший Бертольд, удивленно смотря то на одного, то на другого и их странное положение. — Ты чего творишь, Райнер? — испуганно отозвался Марко, дёргаясь под давлением Брауна. Он не ожидал, он совсем такого не ожидал. — Райнер! — Ты же подслушивал? Много ты слышал? — надавливая сверху, парень вызвал вскрик боли у Бодта. — Ты вообще о чём, Райнер? — с тем же испугом глазеет на него через плечо Марко, а сам словно змея пытается выбраться из тяжёлого хвата хищника. — Ты сообразительный, возьми и мозгами своими пораскисай. — недовольно проговаривает Райнер, сдерживая порывы Бодта выбраться. — Сам догадайся. — Я не!.. — прокричал Марко, а после железной хваткой ему закрыли рот ладонью, давя пальцами на левую щеку. Походу останется синяк. — Райнер, титан приближается! — волнительно голосит Бертольд, а сам не решается даже с места сдвинуться. Марко даже смотреть в его сторону не хочет, пытаясь понять, как его могли услышать. Внезапно перед глазами появилась пара военной обуви, а подняв очи чуть выше Марко увидел перед собой запыхавшуюся Энни. Казалось, что вот, пришла надежда на спасение. Однако Бодт вспомнил слова Лины, и не решался что-либо сказать или произнести. Да и ладонь Райнера плотно закрыла рот, пришлось через нос дышать. — В чём дело? — спрашивает она, пряча клинки в ножнах. Удивленно вскидывает брови, когда замечает тёмную копну волос и веснушчатое лицо. Узнает в нем знакомого Кирштайна. — Он подслушал наш разговор, его нужно прикончить. — Марко что-то старательно мычал через ладонь, а сам с молящим взглядом вглядывался в лицо Леонхарт. Она испуганно и тревожно глядела то на Брауна, что с полным серьёзом не отрывал свой взгляд с неё, то на перепуганного и загнанного Бодта, со лба пот начал стекать из-за страха. — Издеваешься, сволочь? — нервно спрашивает, а голос чуть надорвался. Она не ожидала такого поворота, и прямо сейчас винила этих двоих за свою легкомысленность. — Титан рядом! — голосит Бертольд, который из всех переживал за свою шкуру больше всего. Браун недовольно зашипел, а Марко не прекращал попыток выбраться из крепкого хвата парня. Райнер резко потянул на себя тело Бодта, хватая того за подмышки, тем самым убирая ладонь со рта. Марко несколько отдышался, а после сглотнул вязкую слюну. Он чертовски боится не сколько за себя, сколько за остальных. Только он единственный знает о секрете этой тройки, и если прямо здесь погибнет от их рук или от титаньей пасти, то никто не сможет даже догадаться о том, что виновники павшей Марии и ворот Розы находятся среди них. Среди таких же подростков, как и он сам. — Энни, снимай с Марко привод! — твёрдо сказал Райнер, выводя бедного паренька из своих мыслей. Он недоуменно смотрел на Энни, что казалось, подвисла и с мелким намёком на отвращение смотрела прямо на Райнера. — Что? — Чего встала? — воскликнул Браун, крепче сжимая плечи Марко. — А..а чего я? — сомнительно пролепетала Леонхарт, все ещё стоя на своём месте. Глаза хаотично бегают вокруг двоих кадетов, с шеи медленно сползает капелька пота. — Я видел, как ты помогла Конни в штабе. Ты рискнула своей жизнью ради чужаков. — сверкнув глазами, твёрдо отозвался Браун, будто гипнотизируя своим взглядом Энни. — Может, ты уже привязалась и к порождению зла? — Марко дернулся от последних слов, понимая, кого имеет в виду Райнер. — Если нет, то немедленно докажи делом! Или же ты со своим отцом также местные грешники? Напряжённая пауза, что пропитана страхом Марко. Кровь на несколько секунд будто остановилась, выбивая из колеи парня. Что он только что узнал? Очень скрытую информацию, которую Райнер выдал буквально за один присест. Порождение зла? И это он называет тех людей, что живут в стенах в качестве безопасности от титанов? Тогда выходит, что эта тройка явно не отсюда. Со своей родины. Марко понял. Теперь Бодт все понял. — Я долго буду ждать?! — воскликнул Райнер, а Бодт сжался под таким напором и взглянул на Энни. Впервые запуганную Энни. Голубые глаза хаотично бегали туда-сюда, словно полевой цветок на ветру. — Райнер, титан уже близко, буквально пару метров! — Энни! — громко крикнул Браун. Нет, не так. Приказал Браун. Бодт вздрогнул, когда почувствовал, как чужие ладони расстегивают ремни привода и само УПМ. — Нет, Энни, не надо! — провопил Марко, по щеке стекла первая слеза. Слеза недопонимания. — Зачем ты это делаешь? — вторая. Слеза отчаяния. — За что ты так со мной? — третья. Слеза предательства. Энни закусила губу, окончательно избавив тело парня от тяжёлого металла. Резво выбросила его в окно. Стекло разлетелось на несколько осколков, один из которых ровно и чётко попал в правый глаз Бодта. Парень болезненно вскрикнул. Леонхарт сжалась под этим воплем, осознавая то, что натворила. Дрожащие ладони она поспешила сжать в кулаки, чтобы не показать свои слабость и страх. Дикий испуг и душевное терзание. — Вот, правильное решение, ты настоящий воин, Энни. — довольно проговорил Райнер, выпуская Бодта с истекающим в крови глазом на крыше. Тройка на УПМ взлетела в воздух, отдаляясь от Марко. — Так нельзя.. — шепчет он себе под нос, а сам одним глазом смотрит на их спины. Бертольд через плечо поглядывает на Марко, что-то в душе у него сжимается, но он отворачивается. — Так нельзя.. Три кадета, три чёртовы куртки с эмблемамм мечей, три металлических УПМ и три предателя. Двое парней, что тесно общались с их компанией, подкалывали Жана и его отношения к Микасе, а тот в ответ подтрунивал над Райнером и его взглядами, что обращены всегда на Кристу. Спарринг с Эреном, в котором Энни обоих уложила за несколько секунд задницами к небу. Всегда тихий Бертольд, что открывался и рассказывал много интересного только при Армине и Эрене. Реакция парней на странную позу для сна от Гувера, с помощью которой Конни с умным видом собирался предсказывать погоду и настроение Шадиса на построениях. Редкие, но отрывки диалога Энни с Микасой и Сашей, недолгое общение с Имир и Кристой. Споры с Сашей о том, почему в её порции так мало каши и лёгкие смешки со стороны Брауна и Гувера. Теперь все это Марко может забыть навсегда. — Мы же даже нормально не поговорили, предатели! — прокричал он, со слезами, жгучими слезами на лице наблюдая за тем, как эти трое останавливаются в нескольких домах от него. Энни с ужасом глазеет на то, как титан приближается к Марко. Окровавленный правый глаз, полосы крови, что образовывают на крыше лужу. С каждой секундой она становится все больше и больше, а горечь и жжение растекается по всей грудной клетке. Она не хотела этого делать. Она не хотела никого убивать, не хотела предавать. Ведь даже так, даже без нормального общение она привыкла к спокойным и буйным денькам в кадетке. К каждой шумихе и спорах Йегера с Кирштайном, которые после получали хорошие тумаки от Аккерман и Шадиса. От вечно шустрых и до ужаса глупых Браус и Спрингера девушке всегда хотелось посмеяться искренне. От мечтательных речей Армина о море и книгах, интересных рассказов у Леонхарт буквально сжималось сердце и душа. Ведь они не видели море ни разу, а ей удалось даже соленую воду попробывать. Она опускает голову вниз, закрывая глаза. Ей стыдно и больно, что из-за них, из-за своей миссии они должны лицезреть смерти людей. Подростков, простых горожан. Марко с ужасом понимает, что вместо твёрдой крыши тело ощущает нечто тёплое и шершавое. Пальцы титана обхватывают его практически полностью, медленно поднимая вверх. Ближе к пасти. — Линаа!!​ — во все горло вопит Бодт, принимая последнюю попытку выжить с важной информацией в голове. Он не должен умирать, другие не должны страдать из-за рук и способностейтой тройки. Нельзя допустить такого сюра и обмана в глазах у остальных. Внезапно вылетевший из угла сокол яростно когтями цепляется в глаз титана, звонко восклицая и размахивая крыльями. Людоед недовольно отшатнулся, ослабевая хват сжатой ладони. До ушей Марко доносится звонкий лязг УМП, а после чей-то недовольный хрип. Со всей яростью тень вырезает ошмёток мяса с шеи, и кровь титана хлыщет водопадом ей на лицо. — Берлинер! — Лина изо всех сил кричит через саднящую боль в грудях и горле, как гром среди ясного неба оказываясь у головы титана. Марко осознает, что летит вниз. Опоры никакой нет, высота большая. Однако спина ударяется о деревянные доски, при этом что-то впереди смачно так издаёт ржание. Лошадь, чёрная лошадь, что теперь на всех порах заворачивает за правый угол и мчит вперёд. Бодт сидит в повозке, а спустя секунду наблюдает, как со вскриком приземляется в седло Лина. Она с шипением согинается вперёд, ладони к груди прикладывает. — Прости, что запозднилась.. — хрипит она, с болезненной улыбкой и потом на лбу смотрит через плечо на Марко. — В..возьми бинт и повязку, обмотай..глаз.. — откашливается кровью, а после сплёвывает красный сгуток на землю. — Л..лина.. — неверующе шепчет он, дрожащими руками подбирая повязку и бинт. Ему все равно на боль в правом глазу, все равно на боль в спине, что появилась после падения в маленькую повозку. — Как ты.. — Давай..доедем..сначала.. — хрипит она, а после замечает тень, что преследует их на УПМ. — М..марко, садись и бери..поводья.. — недовольно шипит, сжимая тугой бинт в области солнечного сплетения. — Да..сейчас.. — без лишних вопросов он обматывает глаз с приложенным квадратиком повязки, а после аккуратно вытягивает Лину из седла. И только сейчас он замечает, как за ними следует Райнер. Гневный, рассержанный, с клинками на готове и прожигающим насквозь взглядом. Марко сглатывает, а после осознание приходит в голову. — Быстрее! — гневно хрипит, а после стопой пихает его к лошади. Марко в панике, тревоге, но выполняет то, что ему сказали. Если Лина настаивает, значит так нужно. Бодт ловко и быстро садится в седло, наматывает поводья, а сам нервно поглядывает за спину. Лина осторожно поднимается с колен, сгорбливаясь от боли в груди. Повязка на голове, тугая повязка на грудной клетке и деревяшка, что затянута в бинт у позвоночника. Рваная штанина, лохматые рыжие волосы и уставшее, бледное лицо. Она держит в обеих руках клинки, последнюю пару, что ей отдал Жан. Становится в боевую стойку и наблюдает. Наблюдает мутными, зелёными глазами за Райнером. Как и всегда, весь основной удар берет на себя. Заботу об остальных берет на себя. Ответственность за младших берет на себя. Даже в таком болезненном состоянии, что жжёт душу Марко, Гранде стоит спиной к нему, закрывая своей побитой тушкой его живого. Практически целого, не считая расшатанных нервов и пробитого глаза. — Что, раскрылась чёрствая натура, Браун? — хрипит она чётко свой вопрос, замечая нахмуренные брови преследователя. Он не отстаёт, наоборот, старается догнать повозку с лошадью и двумя особо опасными людьми, что владеют слишком личной информацией. — И это поступок..настоящего солдата? Брауна будто кипятком ошпарили. Злость сменилась на удивление, пот со лба только сильнее поступил, а запястья с клинками в ладонях задрожали. Райнера будто подменили за секунду. Лина правильно надавила, она этого и ждала. С болью и шипением она поднимает небольшой мешок, а после делает надрез клинком вдоль, и бросает в сторону летящего Брауна. Песок вмиг попадает ему на лицо, в глаза, ноздри и рот, и с недовольным возгласом от теряет управление на УПМ, врезаясь в окно разрушенного дома. Гранде болезненно отхаркивается, падает на колени и выпускает испорченные лезвия из рук. Сжимает в тиски тугой бинт, а после слышит рёв. Дичайший рёв, что доносится со стороны ворот. Она не замечает, как её окликает Марко, не видит, как меняются здания перед лицом. Кровь стекает с подбородка, повязки начинают влажнеть от пота и раскрывшихся ран. Лина смотрит вдаль, смотрит туда, где показался титан с камнем на плечах. — Эрен.. — хрипит Гранде, не в силах отвести взгляд от мощной, мускулистой спины гиганта. Его длинные, тёмные волосы закрывали затылок. — Йегер.. Она забывает о дикой боли на несколько секунд. Прокручивает в голове рёв несколько раз, прежде чем он отдаётся в голове болью, а в сердце слишком громким ударом. Дрожащими ладонями хватается за бортик повозки, через помутневшее сознание разглядывает тени на стене. Люди, там стоят люди. Титан несёт огромный камень, рядом с ним летают такие же мелкие тени, словно мухи или мошки. —.. Лина! — слышит девушка, однако поток воздуха, словно футболист, пинает её назад. Гранде падает на спину, провожая голубое небо через закрытые веки. Обессиленная, она потеряла сознание. Марко сглотнул, наблюдая за неподвижным телом своей подруги. Уже совсем рядом, на стене, находились знакомые зелёные плащи. Разведчики только что прибыли, вернулись назад со своей вылазки. Бодт слышит дикий рёв, а после земля резко содрагается. Секундная тишина, вместо которой наступает облегчение и спокойствие. Эрен закрыл ворота валуном. Операция удачно завершилась, и человечество одержало свою первую победу над титанами. Марко обернулся на лежавшую подругу, что не смогла застать такой важный момент. Титаны по большей части столпились у ворот, и это только сыграло на руку Бодту. Он выехал с правого крыла, направляясь прямиком в штаб. Сзади он услышал звон УПМ, и в страхе обернулся назад. Один из разведчиков приземлился прямо в повозку, сразу же проверяя пульс и состояние Лины. — Как..как она вообще осталась живой.. — пролепетал мужчина, поднимая свой взгляд на сидящего в седле Бодта. — Это ты её спас, кадет? Марко отрицательно махнул головой, с лёгкой улыбкой и слезой, что скатилась с левого глаза, остановил Берлинера у дверей штаба. Штаб от титанов подчистили, но это не означало, что можно было расслабиться. — Это она меня спасла. — только и ответил он, прежде чем заметить летящих в их сторону несколько военных гарнизона. * * * * * * * * * * Коридоры больницы Каранеса принимали каждого пациента с любым заболеванием и проблемой. На первом этаже одного такого, на деревянной лавке, сидели родные какого-то кадета, что пострадал при зачистке Троста. Леда отвела взгляд от плачущей семьи, что о чем-то шептались между собой. Женщина сглотнула, сама хаотично глазами забегала по деревянном полу, переживание вновь накатило целым ведром. Гранде не знала, куда свои ладони деть и чем занять их, в итоге схватилась за белый халат, а зубами в нижнюю губу вцепились. — Леда.. — Карла поднимается со скамьи и к подруге подходит, за локоть её подхватывает и поглаживает по плечу. — Всё нормально будет.. Выкарабкается она.. — Ох, Карла.. — шмыгает носом женщина и лбом в плечо утыкается. Йегер сочувствующе приобнимает её, вздыхает и на дверь деревянную смотрит. — Как же так.. Внезапно открылись двери, и из палаты вышел Феликс. Идеально выглаженный белый халат, отросшие светлые волосы, что он заплетает постоянно в пучок. В ладонях листы с бумагой и заточенный карандаш, на лице вымученный взгляд и лёгкая улыбка. — Доктор, как она? — Леда подрывается с места и ладонями цепляется в локоть мужчины. Тот с блеском в глазах смотрит на женщину, аккуратно сжимает её плечо. — Доктор?.. — Она очнулась, когда я осматривал её. — ответил Феликс, и вовремя успел придержать Леду, чтобы та не сорвалась в палату. Карла сзади рукой обняла подругу и притянула к себе, сдерживая напор Гранде. — Сейчас её не стоит тревожить. — поспешил заверить Чесней, осторожно закрывая собой путь к двери. — Очнулась.. — неверующе прошептала Леда, оседая прямо в руках Карлы. Ладони закрыли лицо, и плечи начали поддергиваться. Она плачет. — Доктор, скажите, когда можно будет её навестить? — тихо спрашивает Йегер, разворачивает к себе Гранде и прижимает. Свободное зелёное платье, верхняя его часть постепенно становится влажной. — Завтра утром. Даже если к вечеру она проснётся, ей нужен покой. — Феликс женщин ведёт к лавочке, а сам подзывает к себе одну из медсестёр. — Стакан воды. — просит он и молодая девушка скрывается в недрах коридора. — Нам толком ничего не смогли сказать.. — проговорила Карла, а сама с надеждой взглянула на Феликса. — Расскажите о состоянии, в котором поступила к вам Лина. Леда сжалась в объятьях Карлы, словно боялась услышать то, что скажет ей доктор. Сама же Йегер смотрела в упор, сверкая своими глазами и надеждой в них. Лина для неё словно вторая дочь, самая старшая для Эрена, Микасы и Армина. После спасения от титана, операции на ноги, крыши над головой, Карла обрела вторую семью. Разговоры и посиделки с Ледой за чашкой чая, партии вместе с дедушкой Армина, помощь в сборе огорода со старшим Гранде. Даже с Каспером удавалось переговорить по домашней рутине. Её дети растут с каждым днём и стараются радовать и веселить женщину. Эрен, Микаса и Армин до ухода в армию помогали с хозяйством, развешивали бельё и убирались в комнатах. А Лина всегда была рядом, присматривала и оказывала нужную помощь. Благодаря ей Карла обрела второе дыхание не только для себя, но и для тех, кто ей дорог. Феликс пристально смотрел в глаза Карлы, разглядывал бушующие эмоции. Но все же выдохнул, вытягивая из середины небольшой стопкой один лист. — Капитолина Гранде поступила к нам вчера. Солдаты гарнизона доставили пострадавшую на отдельной повозке. Первую помощь оказала себе сама, сделав тугие повязки вокруг головы и грудной клетки, кроме этого совершив иммобилизацию. — считывая с листа, Феликс поднял взгляд на женщин, что с застывшим дыханием слушали каждое слово врача. — Прибыла в бессознательном состоянии. Кроме синяков и ссадин по всему телу, Капитолина получила травму головы и переломы двух пар рёбер. — тише добавил он, заканчивая чтение общего осмотра. — А сейчас.. Какое состояние Лины? — отзывается Гранде, поворачивая залитые слезами глаза в сторону Чесней. — Не сказать, что стабильное, но и не тяжёлое. Очень хорошо, что она пришла в сознание. — Феликс поднялся со скамьи, забирая стакан из ладоней медсестры. Та несколько секунд простояла, а после вновь скрылась в коридоре. — Она только сутки лежит у нас, ничего сказать не могу по поводу скорости выздоровления. Минимальный и быстрый срок - три месяца, не больше. И то, если соблюдать диету и не нагружать себя физическими нагрузками. — Феликс покачал головой, закусывая губу до крови. — Мы в тот же вечер провели хирургическое вмешательство, в ходе которого и выяснилось, что пострадали только две пары рёбер. Осколки костей пришлось соединять вручную, как и смещать уцелевшие назад. Важные органы и лёгкие не пострадали, большие проценты указывают на то, что выздоровление пройдёт без осложнений. Скорее всего травма получена в следствии падения чего-то тяжёлого прямо на грудную клетку. — Послушайте.. — Карла резко повертелась на одном месте, а затем принялась что-то искать в своей сумке через плечо. — Я это нашла в общей комнате детей, у кровати Лины. — протягивая сложенный лист, пролепетала женщина, с надеждой и вопросами глядя на доктора. — Инвалидная коляска.. — проговорил Феликс, задумчиво разглядывая чертёж "стула на колесиках". Всё подробно расписано, нарисовано, даже материалы указаны. — Позволите взять его с собой, на рассмотрение и обсуждение с самой Линой? — обе женщины кивнули, а мужчина поспешил спрятать его в кармане халата. — Спасибо, доктор. — проговорила Леда, поднимаясь со скамьи. Пустой стакан вручила в ладони Чесней, склонила голову. — Большое спасибо, что нашли время среди пострадавших для моей дочери. Феликс легко улыбнулся, кивнул на слова женщины. Поднялся следом со скамьи, а после приобнял Гранде в утешающем жесте. — Она героем у вас растёт. — отозвался мужчина, отстраняясь от Леды. — С её рук к нам поступило три пациента, которые сейчас спокойно проходят лечение в этой больнице. — женщина улыбнулась, рукавом стирая слёзы со щёк. — Горжусь ей. — Гранде взяла под локоть подругу, что довольно поглядывала на спокойную женщину. — Скажите, а в каких палатах они сейчас находятся? Мы бы с Карлой проведали их. — Йегер кивнула на слова Леды, с вниманием и вопросом глядя на Чесней. — Пройдёмте за мной. С удовольствием вам покажу личных пациентов вашей дочери. * * * * * * * * * * Вокруг меня..ничего. Совсем ничего. А нет, белое нечто. Нет ни углов, ни дырок, ни трещин. И правда ничего.. Осматриваюсь, кружу вокруг себя, и тут резко, неожиданно, это нечто меняется на поляну. Что за фокусы такие, неужели я как истинный эндермен могу телепортироваться? Смотрю на свои руки. Да нет, не тёмные длинные палки, надежда не оправдалась. Атмосфера на поляне не такая радостная, как хотелось бы. Трава никакущая, на болото больше смахивает. Тёмная, больше на раскрас для камуфляжа смахивает. Вокруг меня также лес, жуткий, смешанный. И ели, и сосны, и берёзы.. Родные берёзы.. Делаю несколько шагов вперёд, чтобы осмотреться и найти что-нибудь ещё. Или деревеньку, или городок.. Поток ветра легко обдувает лицо, и в нос ударяет запах сырости. Дождя вроде нет, небо правда серое. Но я не синоптик, так что программы о погоде не будет. Сама же я в своей кадетской форме. Точнее в той, в которой и потеряла сознание в повозке. Прекрасно помню момент со спасением Марко, с тем, как очнулась под костями титана. Это ж сколько я там пролежала? Помню, с каким кряхтением и болью обвязывала бинтами сиси и голову. Иммобилизировать пришлось грудинку, чтоб осколков костей меньше по тканям целым не раскидало там. Переломы, я чётко ощущала переломы. Но понять скольких пар рёбер не смогла. Помню, что Рагако отвлёк меня от ощупывания, и я со своей медлительной скоростью отыскала повозку. С каким трудом и рвением я её закрепляла. А после как Берлинер скакал прямо за Рагако. Я до сих пор рада тому, что эти двое меня не оставили. Проторчали до самого момента, пока я не очухалась. В итоге видела спину титана и Марко, которому в правый глаз кто-то успел зарядить, да ещё и зуб людоедика наровился попасть. Разрезала я, позвала своего верного друга, а сама кровью потекла. Нет, не менструацией. С кряхтением шлёпнулась в седло и мы погнали куда-то. Куда не знаю, я ж большую часть пролежала под доской. В итоге поперся за нами Райнер. Злобный качок, походу вместо обещанной смерти ему вручили щелбан со словами "лошпед гениальный", вот и гнался тогда. Поменялись мы с Марко местами, теперь он сверху, а я - сни.. Ладно, без шуток, там ситуация напряжённая была. Это сейчас я с шутками и улыбкой вспоминаю.. Мешок с песком нашла, да с Рагако сыпанули ему, повозка воздух подпортила, с кем не бывает. Оторвались, и я рёв услышала. Такой же, как и при проломе в дом. В голову влез Эрен со своими изумрудными глазками, вот и ляпнула тогда о нём. А после грохнулась. Вот так всегда. И сейчас я, походу, сплю. Так как до этого пришла в сознание и лежала в палате. А рядом Феликс сидел, да что-то в бумажках писал своих. Нужно им ручки помочь изобрести, а то карандаши эти.. Он тогда чуть весь персонал криком не созвал, но я со своим хриплым "закрой рот и дай воды", первой фразы не было, это я так, разбавить атмосферу, умолкнул и со скоростью растраты моей зарплаты принёс мне спасительный стакан. Осушила, как рюмку с настойкой деда, да закусывать начала переживаниями Феликса и всей родни, ещё и ребят с моими пациентами упомянул. Я хрипло отвечала, и вместо длинного рассказа пообещала все после того, как прокуренный голос поменяется на мой обычный. Рассказал мне он о травмах. Как и думала, переломы есть, но так как события до отключки помню, то тяжёлой стадии сотрясения нет. Походу средняя, но если вспомнить, как я шлёпнулась затылком о деревянный пол и потеряла сознание.. Возможно рассекла лоб, и поэтому кровь была. Фиг его знает. В итоге спать захотелось, и отправила я Феликса за дверь, на коврик, чтоб ждал меня выспавшуюся. И вот я во сне. Шифтингом, вроде, не занималась, а так похоже на это. Только половой акт не с кем проводить, разве что с де.. Нуждаюсь прямо сейчас в пинке от своего анастезиолога. Удивлённо поднимаю брови, когда дохожу до тёмных, даже готических ворот. Здоровые такие, с разными закорючками и острыми концами. Это как в мультике про девчонок-монстряшек? Сейчас ворота откроются передо мной, и я стану красоткой на районе? А Венера¹ будет со мной дружить, когда узнает, что и я увлекаюсь растениями и заботой об экологии? Даже надгробия и чьи-то могильные плиты.. Здания школы нет. Однако я представляю вывеску с надписью "добро пожаловать на кладбище, чувствуйте себя как дома". Буду чувствовать себя как дома только тогда, когда буду дома. Подхожу к воротам, однако в нескольких метрах от них внезапно возникает Лука. Старший брат чёрт возьми.. От его вида и появления сжалось все в груди, и тело будто сейчас возьмёт и рухнет. Голова только останется висеть, так как ею сейчас все и перевариваю. Это сон, всего лишь сон. Я жива, не померла, так какого черта перед собой вижу брата? Ничего против не имею, однако сон и его составляющее меня сильно напрягает. — Капа.. — и вот нужно разрушить всю атмосферу слёзную одним этим словом! Сглатываю комок ненужной воды, надо экономить запасы, а то над Эреном всё растратила. — Лука.. — шепчу я, глядя на родное лицо. И черт, как же я скучала по нему.. Волосы, что всегда заплетены в пучок, зелёные глаза.. Изумрудики, как у Эрена. Чем-то они похожи, чертовски похожи.. — Лука, почему мы здесь? — спрашиваю у него, руки в стороны разводя. — Что это за место? — Капа, пошли со мной, я тебя с ребятами своими познакомлю.. — протягивает мне руку, а я сглатываю и глазею на ладонь. — Ну, чего ты, пошли скорее.. Он погиб, он погиб давно, ещё на вылазке. Письмо, рисунок, нашивка.. Я отчётливо помню тот момент. Слёзы, закрытие в своей комнате и горькая печаль от одиночества. А сейчас Лука передо мной, и зовёт к себе на кладбище. В голове прокручивается наставление от деда и диалог с покойной Миной. Делаю несколько шагов назад, недоверчиво глазея на ладошку Луки. Мозолистая, как всегда. Сколько бы настоек не предлагала, всегда отказывался от них. — Капа, пошли со мной, не расстраивай меня.. — а он с усмешкой смотрит, как любил подтрунивать надо мной. — У меня есть цель и семья, о которой я должна позаботиться. Мне ещё рано идти к тебе в гости и твоим ребятам, Лука. — смотрю на его грустное лицо, что постепенно начинает растворяться. Зелёные изумрудики поблескивают на вышедшем из серого неба луче. — Я буду ждать тебя и продолжать звать до нужного момента. — слышу шёпот у уха, но не смею оборачиваться. Во всех фильмах дальше идут скримеры, а весь сон для меня - он единственный. — А пока продолжай то, что ты прекрасно умеешь делать. — поток ветра доносит последние слова брата, и вокруг все начинает превращаться в дымок. — Лечить людей. — отзываюсь в тумане я, и глаза сами по себе закрываются. Наша первая встреча с покойным братом произошла во сне, у кладбища, что дала мне намёк на сломанную надежду.