Глава 9. Блум

      Блум.       Когда-то лучшая подруга, человек, бывший в жизни одним из немногих лучиков света… который с годами ощущался больше отравой, чем спасением. Не смертельной, но гадкой такой, от которой как будто возникает чувство тошноты, что доставляет дискомфорт, но никак не переходит в рвоту, после коей должно стать легче. Кончилось всё тем, что Блум возглавила список людей и вещей, на которые Селина забила, окунувшись в мир магии, упиваясь причастностью к волшебству, превосходством над простыми людьми. Тем, что наконец обладала. Тем, чего нет у Блум.       А сейчас та влезла даже в эту часть жизни.       И ныне стояла такая знакомая и чужая одновременно, рассматривая Селину без радости на лице, наоборот, с тревогой и какой-то странной обречённостью. Позади Блум стоял мрачный, на грани враждебности блондинистый парень. Само его присутствие кричало, в каком минусе шансы на то, что Блум просто заглянула навестить подружку.       Любовное зелье и тёмные феи.       Это будет не самой приятной тратой времени.       Беспокойства не было, больше раздражение от того, что эта парочка отвлекала от по-настоящему интересных дел. С тем, что справится с обоими, Селина не сомневалась. Легендариум был под рукой и наполнял уверенностью и силой.       — Блум? Вот это сюрприз. Зачем пришла? — разыграла удивление Селина, про себя прикидывая тактику.       — Поговорить. Селина, я знаю про Митси, зелье и магов Чёрного Круга. Я до последнего не могла поверить, что ты правда совершала все те злодейства! Будь это кто-то другой, я бы не приходила… Я не могу понять, Селина, почему ты это делаешь? — на одном дыхании выпалила фея.       Да, в некоторых вещах Блум не изменилась, всё такая же прямая, как палка. Очень милое признание в том, что будь вместо Селины кто-то другой, то с ним и говорить бы не пытались.       — Что ты несёшь? — Селина уставилась на Блум со смесью искреннего недоумения и возмущения.       Главный вопрос: стоит ли сейчас переходить к открытому противостоянию? Или лучше отговориться, сохранить в глазах предводительницы Винкс нейтралитет, чтобы на голову не свалились шесть зазнавшихся фей, чтобы сохранить возможность для удара в спину? Попытка отбрехаться — лишь прощупывание почвы. Пусть Блум изменилась и из застенчивого ягнёнка превратилась в наглую волевую девицу, Селина достаточно знала старую Блум, чтобы суметь навешать ей лапши на уши. Это всегда было легко.       От реакции Селины фея растерялась, в глубине голубых глаз мелькнуло сомнение, робкий огонёк надежды. Отлично, есть контакт. Память о былой дружбе Блум достаточно дорога, чтобы она стремилась искать в Селине лучшее и находить для неё оправдания. Как всегда раньше.       — Не пытайся увиливать, ведьма, наши друзья видели тебя, — холодно отрезал парень Блум и уставился на Селину инквизиторским взглядом. — Лучше признайся по-хорошему, чтобы смягчить свою участь.       Селина уставилась на него столь же враждебно, сколь он сам. Главная сложность в разговоре с Блум. Надо от него избавиться.       — Не знаю, кем ты себя возомнил, так что не смей угрожать мне на пороге моего дома.       — Хватит! — Блум влезла между ними и подняла руки, призывая к тишине. — Мы пришли поговорить. Давайте пройдём внутрь и всё обсудим, хорошо? Сегодня на улице слишком холодно, чтобы стоять снаружи.       — Ладно, но только ты одна. Этот тип пялится на меня так, будто хочет откусить голову, поэтому держи его подальше, — непреклонно заявила Селина, перегораживая собой проход и вскидывая подбородок на очередной угрожающий взгляд блондинчика.       — Я не оставлю Блум наедине с пособницей магов Чёрного Круга, — не менее непреклонно заявил парень, на что ведьма демонстративно закатила глаза.       — «Маги Чёрного Круга», что вы оба заладили? Они просто сказка, не надо её ко мне приплетать.       — «Сказка»? — спешно переспросила озадаченная характеристикой Блум. — Они реальны, мы сражались с ними много раз.       — Тогда вы неплохо сохранились для своих пятисот лет, — фыркнула в ответ Селина и тряхнула головой, уходя в полное отрицание. Она не зря маскировала внешность, а энергию Чёрного Круга прикрывал Легендариум. С этой стороны к ней не подкопаться. — Вот сколько лет этой легенде, даже волшебники не живут так долго. Поэтому хватит нести чушь.       — То есть ты не отрицаешь, что ты знаешь про них и что ты ведьма? — мигом вычленил из слов важное для себя блондинчик. Селина лишь укрепилась в необходимости от него избавиться. Слишком внимательный, пытливый и недоверчивый.       — Да, я ведьма и не понимаю, зачем мне это отрицать. И, конечно, как любой земной волшебник, хоть сколь-нибудь интересовавшийся историей, знаю про магов Чёрного Круга. Они значимая её часть, — ведьма демонстративно повернулась к Блум, показывая, что развивать дальнейший диалог с блондинчиком не намерена. — Если хочешь поговорить нормально, без приплетания сказок, то проходи одна. Или уходите оба.       Бывшая подружка выглядела слегка обескураженной. Чем? Требованием? Вряд ли. Скорее — фактом, что Селина действительно оказалась ведьмой, а она до этого августа ни сном ни духом. Но вот Блум повернулась к своему парню, чтобы мягко сказать:       — Скай, мне правда нужно поговорить с Селиной. Не волнуйся, всё будет в порядке. Верь мне.       Тот недовольно поджал губы, не желая отступать.       — Я верю тебе, но не ей. Ты ведь сама понимаешь, что она лжёт тебе в лицо, та магия в парке точно была её.       — И по какой логике ты пришёл к такому выводу? Кстати, в чём меня обвиняют теперь? — едко уточнила Селина и, скрестив руки на груди, прислонилась к косяку. Этот цирк начал ей надоедать.       Может, не заморачиваться и просто засунуть обоих в Легендариум? А потом вернуться к учебникам…       — Змеи, Селина. Ты натравила змею на Стеллу, Текна всё видела и показала мне твою голограмму — так я тебя и узнала, — с горечью поведала Блум и помрачнела, продолжая: — А потом появились тёмные феи, которые вредили людям. Винкс сразились с ними в парке, и тогда была использована магия змей, позволившая злодейкам сбежать.       «Злодейки», какое милое определение. Здесь Блум не изменилась, она всегда делила мир на чёрное и белое. Но что кажется нормальным для десятилетки, в те же шестнадцать, а то вовсе двадцать вызывает лишь раздражение.       Свою-то деятельность Блум небось считает истинно правой.       — И это твоё доказательство? Серьёзно? Магия змей не самый распространённый элемент, но далеко не редкий, по твоей логике можно обвинить кого угодно. Со Стеллой твоей, окей, у меня стычка была, но она напала первой. Все остальные обвинения — полная чушь. И я больше не собираюсь стоять на пороге, поэтому решай в темпе, Блум.       Хоть в чём-то, да стоит признаться для лучшей достоверности, полный отказ будет подозрителен, когда есть свидетели нападения на Стеллу. Но это единственное, к чему можно предъявить доказательства. От зелья и вандализма Селина собиралась открещиваться до победного. Если Митси, Шилли и Дарма её не сдадут, кроме домыслов, ей ничего не смогут предъявить.       Селина ведь знала Блум. Знала, что та хочет верить в её невиновность, и собиралась на этом желании играть. Нужно лишь избавиться от Ская.       — Предлагаю компромисс, — заявила Блум, обращаясь одновременно к Скаю и Селине. — Скай, давай ты подождёшь снаружи, а мы сядем напротив окна, чтобы ты нас видел. Ты ведь не сделала перестановку в кухне? Согласна на такой вариант?       Вполне. Пусть блондинчик смотрит сколько угодно, главное, чтобы не слушал и не лез в разговор, потому Селина кивнула. Скай нехотя согласился тоже, понимая, что в ином случае они вообще ничего не добьются. Ведьма с удовольствием захлопнула дверь перед его носом, стоило Блум переступить порог.       Сев за обеденный стол у окна в кухне, Селина мигом отметила по ту сторону недовольного Ская и задавила детское желание показать ему средний палец. Вместо того с ожиданием уставилась на Блум и подпёрла кулаком щёку. А та и не собиралась мяться и кружить вокруг да около, вывалила прямо в лоб, как и всегда:       — Я понимаю, ты не хотела признаваться при Скае, но, Селина, пожалуйста, поговори со мной! Ты можешь не бояться ни Ская, ни магов Чёрного Круга, они больше никому не навредят, если они заставили тебя угрозами…       Селина подняла ладонь в призыве к молчанию. На лице — лишь возмущение, когда внутри всё на миг застыло. Маги Чёрного Круга никому не навредят? Почему? Неужели о них ничего не слышно, потому что Винкс их…       Как бы Селина ни злилась за подставу, думать о гибели знакомых и, чего таить, симпатичных побольше любых фей магов было… дискомфортно. Да, пожалуй, что так.       А ещё это означало, что выполнить поручение Ашерона будет сложнее.       — Я разве неясно выразилась? Да-да, ты, конечно, большая любительница сказок, помню, но сейчас перегибаешь, — раздражённо фыркнула ведьма. Как бы ни хотелось спросить об участи магов, она сдержится, её тактика: отрицание. — Или ты просто хочешь уличить в беспорядках, которые устраивали те чокнутые? Мне что, заняться больше нечем? Я ведьма, а не фея, мне крылья не положены, и не пытайся меня убедить, что у тех психопаток их не было. Камеры всё засняли.       — Они не были настоящими феями, — возмутилась Блум, но настаивать, на удивление, не стала. Наоборот, сменила тему и вовсе не на любовное зелье: — Знаешь, я удивилась, узнав, что ты ведьма… Когда ты ею стала? Разве ты не должна была поступить в Облачную Башню?       — На ней свет клином не сошёлся, я училась у личной наставницы здесь, в Гардинии, после того, как моя магия пробудилась к шестнадцати, как и положено. У тебя, впрочем, тоже — вот где действительно надо удивляться. Ты настолько грезила феями, что стала одной из них. Прямо иллюстрация сбывшейся мечты… но мы сейчас говорим не об этом.       — Да, ты права. Насчёт тёмных фей… я хочу верить, что ты непричастна, и надеюсь, что не совершаю ошибку. Мы ведь дружили когда-то, я знаю, что ты хороший человек, ты не стала бы совершать такие ужасные поступки. Но ведь ты сдружилась с Митси!       И столько искренней обиды в голосе, что Селине пришлось приложить усилия, дабы не засмеяться. Такое чувство, что факт дружбы с Митси для Блум грех больший, чем любовное зелье и вандализм тёмных фей вместе взятые! Ведь как так — старая подружка перестала с ней общаться и сошлась со школьным врагом!       — Ну да, а что такого? Она прикольная, если пообщаться, — Селина всё-таки позволила себе смешок, когда Блум от возмущения подпрыгнула на стуле.       — Но она всегда была противной задирой, она мне прохода не давала! Ни дня не проходило, чтобы она ко мне не прицепилась и не посмеялась! Она ужасна! Как ты могла?..       — Ты упускаешь одну деталь: Митси была твоим врагом, а не моим, она задирала тебя, а не меня. А ещё к тому моменту, как я с ней сошлась, с тобой мы не общались много лет. Я взрослый человек и сама решаю, с кем мне водиться.       — Но твоё решение неправильное, Митси дурно на тебя влияет! — выпалила фея, пылая непоколебимой уверенностью в собственных словах, как будто услышала лишь слова Селины, но не их смысл. — Она заставила тебя пойти на подлость, сварить любовное зелье, чтобы увести Брендона у Стеллы, потому что…       Селина раздражённо стукнула по столу, прерывая пылкую речь.       — Как вы меня уже достали с этим зельем! Что ты, что твои подружки заладили одно и то же, а на каком основании? Потому что видели нас с Митси в торговом центре? Или потому что я ведьма, а? Что, из-за того, что не обладаю крылышками и не чихаю пыльцой, на меня теперь можно вешать все грехи, так, что ли?       Блум моментально сдулась, растерянно хлопнула глазами и замотала головой.       — Я не это имела в виду, то, что ты ведьма, это не что-то плохое, среди вас есть хорошие. Никто не винит тебя только за то, кем ты родилась.       — Да ну? Из твоих и твоих подружек слов складывается обратное впечатление.       Селина скрестила руки на груди откинулась на спинку стула, ожидая, как Блум будет выкручиваться. Ей не было жалко бывшую подругу, наоборот, дурить её оказалось даже забавно, особенно с пониманием, что из-за стремления искать в близких хорошее Блум сама будет обелять Селину, цепляться за любые возможности оправдать и навесить над ней ангельский нимб.       Была ли Селина в числе близких Блум до сих пор? Как знать, но былая связь для неё что-то значила, раз пришла поговорить.       Фея вновь хотела что-то сказать, уже открыла рот, как зазвонил её телефон. Взяв трубку, она изменилась в лице и резко встала.       — Что такое? — напряглась Селина, не ожидая хороших новостей. Больно выразительное лицо стало у Блум, не какая-то бытовая неурядица. — Мне ждать новой катастрофы в стиле недавних джунглей?       Отчего-то она не сомневалась, что Винкс и в то происшествие влезли. Единственное происшествие, где их вмешательство пошло на пользу, ибо вряд ли старшая фея вдруг просто так передумала карать людей.       — На этот раз всё будет хорошо, я всех спасу. Клянусь! — с решимостью заявила, убегая в прихожую. Затормозила на пороге кухни, обернулась с робкой улыбкой. — Я надеюсь, мы сможем поговорить нормально, когда всё это кончится. Я… хочу верить, что ты невиновна. И хочу, чтобы мы снова начали общаться.       Селина её не держала. Молча проследила, как фея вымелась за порог, на крыльце столкнувшись со своим блондинчиком. Они перебросились фразами, из которых ведьма успела вычислить пару несколько слов: Небула, беда, сбор. Блум сверкнула ярким костюмчиком превращения, и её огромные крылья изменились на глазах. После чего она схватила Ская, и оба исчезли во вспышке телепортации.       Ведьма лишь фыркнула им вслед и закрыла дверь, пока не продрогла. На улице будто ещё холоднее стало. Явно неспроста, вспоминая поведение Блум. Ещё одна земная фея решила показать силу? Что ж, пускай, если она явится в Гардинию, Селина её встретит. А пока ведьма неспешно пошла к своей комнате, пытаясь вспомнить, куда засунула телефон. Хотела похвастаться Митси, как обвела Блум.       Ничтожество.       Не своя мысль вспышкой молнией сверкнула в мозгу, заставив Селину растерянно застыть. Она узнала голос. И мигом забыла про Митси, спеша раскрыть Легендариум, думая, что показалось. Она не знала, как реагировать на презрительное высказывание.       И вот перед глазами иллюстрация Ашерона. Его раздражение чувствовалось даже через бумагу, и он определённо желал высказаться, ибо сразу выплюнул:       — Эта фея — жалкое ничтожество, которое тратит дарованную ей великую силу впустую. Тебе следует выбирать друзей поумнее.       — Боюсь, я тебя не совсем понимаю, Ашерон, — лишь сильнее растерялась Селина. Что великого может быть в банальной огненной магии? — О какой силе ты говоришь?       — Об Огне Дракона, чьей хранительницей является эта девчонка. Я сразу его почувствовал. Эта сила предназначена для великих свершений, а не жалких игр в спасительницу.       Голос Ашерона сочился презрением и разочарованием столь сильными, что не оставалось сомнений — в них таилось нечто очень личное. Селина отметила это в уме, больше занятая ворохом вопросов, зародившихся после слов мага. Огонь Дракона, сила, которая создала Волшебное Измерение — не сказать, что Селина знала о нём очень много. Но пары общеизвестных фактов с лихвой хватило для потопа смятения.       — Подожди, насколько я знаю, Огнём Дракона владели только на Домино. А оно…       Ведьма застыла, поражённая догадкой. Домино уничтожено, замуровано во льдах — исторический факт… которому всего около двадцати лет. Примерно столько, сколько Блум, сроки сходятся. И, кажется, Эльдора во время последнего возвращения щебетала что-то о том, что Домино возродилось. Селина тогда не придала новости значения — какое ей дело до далёкой чужой планеты?       И тут Ашерон заявляет, что Блум обладает Огнём Дракона.       — …а оно больше не заморожено, — глухо завершила Селина, чувствуя, как внутри что-то оборвалось. — И… насколько известно, хранители Огня Дракона рождались только в королевской семье.       То есть Блум принцесса Домино? Член королевской семьи колыбели жизни Волшебного Измерения, хранительница сильнейшей магии во вселенной, а ещё супергероиня до кучи. Селина почувствовала, как от лица отхлынула кровь. Пальцы с силой сжались на обложке Легендариума, а дыхание на секунду перехватило.       Она была зла. Это просто несправедливо.       У Блум и так всё было: у неё были нормальные родители, нормальный дом в нормальном районе, она спокойно могла построить хорошую жизнь без магии. А всё равно вечно застилала свои глаза мечтаниями, ныла о том, как здорово было бы отрастить фейские крылышки и улететь от проблем далеко-далеко.       И отрастила ведь, да с лихвой! Почему, пока одни в поте лица заучивают заклинание за заклинанием, зубрят наизусть десятки книг и силятся создать что-то выше своего плинтуса, чувствуя сопротивление всего своего существа… почему одним для того, чтобы хоть что-то из себя представлять, надо рвать жилы и идти на сделки со сторонними силами, а другим судьба отсыпает сплошные подарки? Когда Селина начала изучать магию, она была горда тем, что у неё наконец есть что-то, чего нет у Блум, что она творит магию под руководством настоящей живой феи, пока подружка только вздыхает и не делает ничего для своей мечты. Блум даже ни разу не пыталась поискать доказательства так заочно любимой ею магии! Чёрт возьми, у них в школе был один конспиролог, фанат инопланетян, который не гнушался облазить все злачные дыры города, лишь бы найти следы пришельцев. Тот ещё шизик, но даже он тянулся к мечте, когда Блум сидела на жопе ровно!       Как она с таким подходом вообще в Алфею попала?       И выясняется, что пассивная мечтательница получила то, чего желала, да сверху могущественнейшую силу во вселенной. Но при этом всё равно прибежала переворачивать с ног на голову другой мир и насаждать окружающим свои порядки.       И так ли свои или всё идёт от Домино?       Селина считала, что возненавидела бы Блум, возьми Эльдора ту под крыло, ведь урождённая фея мигом бы оставила слабенькую ведьму плестись позади. Но сейчас Селина чувствовала такую злобу, что не погнушалась бы дёрнуть крылышки Блум в лучших традициях охотников на фей. Да, жизнь сама по себе не справедлива, но Огонь Дракона это уже слишком!       Пришлось приложить немало усилий, чтобы сдержаться, не вскочить, не заметаться по дому разъярённым зверем, не начать крушить всё на своём пути, не начать орать во все лёгкие. Селина просто застыла бледной статуей, что даже голос своего учителя услышала не сразу.       — Селина, неужто тебя настолько впечатлило осознание встречи с хранителем Огня Дракона? — с едкой насмешкой звучал голос мага, когда Селина вновь начала воспринимать реальность.       — Отнюдь, — процедила ведьма, заставляя побелевшие пальцы расслабиться и перестать так цепляться за Легендариум. — Мне плевать на Блум и её Огонь Дракона. Я всё равно буду лучшей, но не за счёт голой мощи, а благодаря мозгам, знаниям и мастерству. Я превзойду её и изгоню с Земли.       Хватит ей всё получать, верующая и покорная феям Земля Блум не достанется, это уже дело принципа. Селине хватило уже тенью сидеть в сторонке и от досады кусать локти, пока Блум получала всё, чего желала она. С Легендариумом она потягается и с Огнём Дракона. Она лучше Блум, и она это докажет.       Смех Ашерона звучал одобрением, поддержкой и… пониманием?       — Ты злишься. Ненавидишь. Завидуешь… Жаждешь поставить зарвавшуюся Хранительницу на место, и это прекрасное желание. Ведь, пока ты трудишься до слипающихся век, тренируешься до полуобморочного состояния, сбиваешь в кровь пальцы, карабкаясь по лестнице к величию и могуществу, она получает всё просто потому, что повезло родиться избранной Драконом. Они все такие, сколько бы лет ни прошло и сколько бы поколений ни сменилось… но в этом их величайшая слабость.       Монолог Ашерона каждым словом вызывал в бурлящей от обиды и злобы душе отклик. Селина слушала внимательно и позволяла губам кривиться в горькой усмешке согласия. Эльдора в схожей ситуации принялась бы читать мораль о том, как плохо завидовать и к чему это может привести. Ашерон действовал строго наоборот. Он одобрял и направлял, он поддерживал и понимал. Ведь в его словах было немало личного, и он того не скрывал.       У него на пути стояла своя «Блум».       — Соперничество с Огнём Дракона пойдёт твоему развитию на пользу. Не смей отойти в сторону и опустить руки, если по-настоящему жаждешь достичь вершин магического искусства и превзойти Хранительницу, — подвёл своеобразный итог Ашерон и тут же не преминул напомнить: — Но не забывай о своей главной цели, о том, что ты должна для меня сделать.       — Не волнуйся, я обязательно тебя освобожу… и достану для тебя Иллидиса, — пообещала Селина, не покривив душой.       После речи учителя она прониклась к нему большей симпатией. Он понял её, как не смог бы никто иной, и всецело поддержал в чувствах и стремлениях. Для Селины это было важно.       Тёмный маг удовлетворился её ответом, одарил напоследок одобрительным хмыканьем и его присутствие пропало. Картинка стала просто картинкой, разговор завершён, а Селина направилась к себе, чтобы поискать тёплые вещи. Она начала мёрзнуть, даже несмотря на закрытые двери и окна, и вновь задумалась о том, что аномальные холода сегодня — далеко не простой каприз погоды.       Когда над Гардинией навис огромный ледник, догадки подтвердились, вызвав у девушки ругательство и вспышку злости. Среди Винкс нет фей с элементом льда, потому дрянь эта дело рук очередной земной феи.       Селина укрепилась в мысли о необходимости поиска магов Чёрного Круга. Не только по заданию Ашерона. Но ради того, чтобы узнать, собираются ли охотники на фей работать наконец по специальности.