Глава 32. После битвы

      — Ты потерпела неудачу. Задержка была критичной ошибкой, подарившей врагам время и шанс, которыми они воспользовались. Я не ставлю её тебе в вину, потому что она от тебя не зависела. Но ты должна была принять меры для лучшей защиты Огня Дракона, ответственнее подойти к защите территории, не ставить всё на одних лишь Детей Ночи — и вот результат! Моя свобода, которая была так близко, упорхнула прочь!       Начинал Ашерон ровно, негромко, словно зачитывал лекцию. Но под конец его выдержка треснула, голос громыхнул досадливым громом, в котором звучало: ты могла бы лучше.       — Я не знала, что Винкс найдут пикси, которая способна преодолеть нестандартную защиту! — возмутилась Селина, уязвлённая замечанием учителя. Нечего ставить ей в вину не зависящие от неё факторы, она старалась как могла.       — Теперь будешь знать. Селина, я хочу, чтобы ты закрепила в уме то, что в поимке Огня Дракона ты можешь полагаться только на себя. Маги Чёрного Круга тебе не помощники, хоть это ты понимаешь?       — Да. Огрону невыгодна твоя свобода, — буркнула Селина, подавив желание огрызнуться.       — Вот именно. Он не посмеет препятствовать тебе открыто, но помогать не станет, и это касается каждого из четвёрки. Мы с тобой можем рассчитывать только друг на друга, моя ученица, и в следующий раз я жду, что ты не оплошаешь. Но перед тем как нацелиться на Блум вновь, ты должна забрать части ключа от Легендариума, займись ими в ближайшие дни. Отсрочек я не потерплю, это слишком важно.       Присутствие Ашерона ушло, оставив Селину сидеть в гостиной квартирки в Лос-Анджелесе и мрачно пялиться в стену. Она могла понять негодование учителя, но не оправдать усталостью от заточения то, что он повесил на неё всех собак. Она правда сделала всё, что смогла, и если бы не Диана, всё прошло бы замечательно. Но всего одна старшая фея со свитой — и всё пошло прахом, пришлось бежать, бросив Огонь Дракона. Хорошо хоть, что ушли до появления Небулы да одной Винкс вырвали крылья. Изувеченному до состояния клочьев ядру магию не вернёт даже Огонь Дракона, ему просто негде будет закрепиться.       Селина на это надеялась.       Но в одном Ашерон был прав: надо действовать, защитить Легендариум до того, как ему даже попытаются нанести удар. И лишь потом думать, как схватить Блум снова.       Хлопанье крыльев отвлекло от размышлений. Крупный ворон влетел в открытое окно.       — А через дверь, постучавшись, как нормальные люди? — недовольно бросила Селина Думану, картинно обратившемуся прямо в полёте и сходу плюхнувшемуся рядом с ней на диван.       — Зачем? Я же знаю, что ты мне всегда рада, — маг окинул придирчивым взглядом уже закрытый Легендариум, а затем мрачную ведьму. — Только не говори, что ты тут хандришь. Это глупо.       — Я не хандрю. И ты сам, вообще-то, не любишь проигрывать.       — Не люблю. Но если так вышло, то смысл сопли разматывать?       — Да не хандрю я, просто… обидно от того, как всё повернулось, — нехотя сказала Селина, поняв, что, если не пояснит, её могут записать в ряды меланхоличных нытиков. Думан ведь так просто не отстанет. Но про Ашерона она ему не скажет. — Мы превосходили Винкс во всём, мы должны были легко их одолеть, не потеряв Огонь Дракона, но Диана всё испортила. Кто-то привёл её, кто-то, кто не показал себя, остался где-то в стороне. Но кто?       Вопрос, который действительно не давал Селине покоя, но об ответе на который она догадывалась. Да, догадка ничем не подтверждённая, но кто ещё мог навести старшую фею на порождений Легендариума, как не та, кто изучала артефакт? Узнать бы больше деталей, чтобы утверждать наверняка, но в одном Селина была уверена: Эльдора слишком боится Легендариума, чтобы вечно оставаться в стороне.       — Выясним рано или поздно, — Думану было как будто всё равно. Он рассматривал Селину со странной задумчивостью, пребывая в каких-то своих мыслях, прежде чем заявить: — Но лучше бы тебе собой заняться. То, как феи подловили тебя со сменой облика, совсем никуда не годится.       И этот туда же — пенять на промахи. Селина раздражённо сверкнула на Думана глазами и скрестила руки на груди, чувствуя желание стукнуть по столу и прикрикнуть, чтобы оставили в покое, а не тыкали в свеженатёртые мозоли.       — Не изображай из себя кошку, которой наступили на хвост, я тебя ни в чём не обвиняю. У тебя мало реального боевого опыта, чего-то такого следовало ожидать, просто… помнишь ещё, как меня ломало с повреждёнными энергоканалами? — метаморф поморщился от неприятных воспоминаний, а Селина притихла, выжидательно на него поглядывая. Ещё бы она не помнила, как он корчился от боли, потерявший контроль над магией и даже рассудком. — Это случилось из-за того, что меня подловили в момент смены формы. Слишком резвая фея, одно махонькое заклинание, мужики не успели прикрыть — что вышло, ты видела.       — Это выглядело жутко, а каково тебе было, даже представлять не хочу. Если бы не Легендариум, ты бы не выжил, — Селина тряхнула головой, отгоняя мелькнувшие слишком ярко образы не такой уж большой давности. — Ты не просто так об этом вспомнил?       Метаморф вновь поморщился и нехотя кивнул. Взгляд жёлтых глаз застыл на ведьме слишком пристально и непривычно серьёзно, сгущая тучи и заставляя напрягаться в ожидании скверных вестей.       — Ты была близко к тому же самому, понимаешь? Да, Огрон успел тебя прикрыть, да, у тебя чудо-книжка с мощным целителем, но давай не доводить до крайностей. Тебе не понравится эта адская боль даже на пару минут, поверь на слово. Я, собственно, и пришёл сказать, что теперь основательно тобой займусь и хоть до слёз и обмороков доведу, но заставлю усовершенствовать навыки метаморфизма, если не собираешься от них отказываться. Тебе нужно максимально сократить сроки превращения. И освоить больше обликов: если бы ты превратилась сразу в мелочь, прицелиться в тебя было бы сложнее. Неповоротливый питон слишком удобная мишень, забудь про него в бою.       На новое замечание Думана ведьма уже не рассердилась, она полностью развернулась к магу, с любопытством его рассматривая. Угрозы изнурительного обучения она не испугалась, только рада будет освоить что-то новое или отточить старое. Тем более что не только с Думаном ей заниматься, в Лос-Анджелесе магам уже не нужно так осторожничать, как в Гардинии, и Анаган с Гантлосом обещали возобновить тренировки боем. Плюс подготовка с Огроном к созданию Чёрного Круга. Но конкретно сейчас всё это Селину волновало мало, её мысли занимало простое осознание: Думан так своеобразно о ней заботится. Снова.       — Такая трогательная опека, — капелька едкого тона сама собой просочилась в голос, но девушка сразу взяла себя в руки и сказала уже нормально и искренне: — Но я ценю то, что ты хочешь помочь мне избавиться от слабостей, а не норовишь просто обругать и засунуть под стеклянный колпак.       — Какой колпак, ты на войне, зелень, — беззлобно огрызнулся метаморф и закинул руку Селине на плечи. — Тебе ещё жить и жить, поэтому я позабочусь о том, чтобы ты вышла из Охоты живой и здоровой, а лучший способ это сделать: научить тебя защищать себя самой, не полагаясь на других и Легендариум. Учить буду, даже если будешь сопротивляться, заруби на носу.       Селина смерила взглядом руку на своих плечах: она уже хотела привычно по ней хлопнуть с посылом не лапать, но передумала и поступила наоборот, привалившись к плечу Думана. Стало тепло и уютно. Плевать на то, что чернокруговцы не будут поддерживать её в миссии освобождения Ашерона, как минимум Думан помогает и будет помогать лично ей. Не как заинтересованный в ценном вложении союзник, а как друг. Как там он заявил Тришне? «Мне не насрать»? Сейчас Селина в это верила безо всяких «но».       Она уже забыла, каково иметь настоящего друга.       — Когда это я бегала от обучения магии? Натаскай меня, и я всех порву, даю слово.       — Молодец, настрой что надо. И, кстати, — маг с ехидной усмешкой прижал ведьму чуть плотнее, — а ведь это прогресс, недотрога.       — Продолжай комментировать, и я его откачу, — буркнула Селина, устраиваясь поудобнее. — Молчи и будь моей подушкой, понял?       В ответном хмыканье звучала смесь насмешки и согласия.

***

      Тёмные воды бесконечной пустотой простирались вокруг, лишь на дне скрашиваемые подводной флорой, недвижно застывшей в свете ведьминских огоньков. Периодически в освещённую зону попадали длинные хлёсткие щупальца, покачивавшиеся вокруг хозяйки, словно конечности застывшего в засаде спрута. Новое превращение, высосанное из пленённой нимфы Сиреникса, позволяло трём ведьмам дышать под водой без заклинаний и в целом чувствовать себя так же комфортно, как и на суше, для которой они были рождены.       Айси, из-за того, что стала ближе к своему ненаглядному Тританусу, что они все получили в руки ключи от Бесконечного Океана, была без ума от радости. Хотя в наличии в её блондинистой голове ума Дарси в последнее время сомневалась всё больше, стерев в мозоли глаза зрелищем «влюблённая курица обыкновенная». Вернее, уже не курица, а моллюск. Отвратительно. Если бы не ответственность, которую за годы вне закона и по уши в неудачах ведьма иллюзий привыкла нести за сестёр, её след простыл бы сразу, как Тританус отпер их клетку в андросской тюрьме.       Дарси уже порядком надоела такая жизнь: от тюрьмы к тюрьме, без чёткого понимания картины собственного будущего. Айси неустанно говорила о мести, силе и власти, вновь и вновь задавая Трикс цель, и сёстры привычно повиновались и шли за ней. Только сейчас она всё чаще говорила «мы» о себе и Тританусе, забывая о существовании Дарси и Сторми, и ведьма иллюзий не уставала задумываться: а что дальше?       Тританус жалкий сосунок и неудачник, в нём нет ни капли харизмы и внутренней силы, только мутации да волшебный трезубец. Подводный принц неплохо играл роль злого властелина, но он был больше похож на сорвавшегося с цепи пубертатного подростка, до тошноты напоминая Дарси её саму с сёстрами, когда они захватили Огонь Дракона и напали на Магикс — но они добились всего сами, когда Тританусу всё на блюдечке приносили именно они, Трикс! Чего бы он без них добился? Метался бы мутировавшей рыбкой в аквариуме, пока папочка бы не казнил, только и всего. Прекрасно всё это осознавая, Дарси чувствовала себя оплёванной каждый раз, когда выполняла приказ этого ничтожества, а Айси, ради которой она шла на такие жертвы, даже тени благодарности не показывала. Уже представляла себя подводной императрицей, купаясь в силе и власти со своим русалом.       И вместе с ним забывая о Дарси и Сторми, отводя им роли слуг-исполнительниц. Даже мысли не допускала о том, что они сами так жить не захотят. Не взбунтовались и не ушли они лишь от безысходности, ведь податься им, самым разыскиваемым преступницам Волшебного Измерения, некуда.       Но если бы представилась возможность, место, где можно спокойно осесть, Дарси схватилась бы за этот шанс тотчас. Ей уже было плевать на месть и власть, она просто хотела жить для себя, заниматься собственным развитием и своими увлечениями без постоянного риска, что на голову свалятся всякие стражники и Винкс.       Хоть отплатить последним Дарси была бы не прочь. Как же её душа пела при восхитительном зрелище поверженной Музы и оторванных крыльев в руке тёмного мага, кровью и криком говоривших: для этой феи всё кончено. О, Дарси будет рада понаблюдать аналогичные картины с участием каждой Винкс и даже приложить к их осуществлению руку. И приложить с куда большим энтузиазмом, чем плыть по очередному капризу Тритануса, потому что маги Чёрного Круга и их союзница с могущественной книгой выглядели и действовали не в пример солиднее, чем надоевший русал.       Пожалуй, именно встреча с этой пятёркой заставила Дарси задуматься о будущем и о том, что пора бы что-то делать.       Она не желала менять шило на мыло, вместо руки Тритануса переходить под руку Огрона, хоть он и напоминал Дарси ту Айси, которую она уважала — а это в её глазах весомое достоинство. Их с Трикс договор всё ещё в силе, ведьмы повыманивают фей в загребущие руки магов, но этим их участие ограничится. Ввязываться в войну с земными феями непосредственно Дарси не желала, но почему бы не поселиться на Земле после того, как охотники очистят её от крылатых стерв? Один раз они уже это сделали и жили себе спокойно, никто их не трогал, пока не трогали они. Дарси про себя пожелала им успеха повторить своё деяние, чтобы после она смогла схватить Сторми за шкирку и осесть где-нибудь на Земле, заняться, наконец, своей жизнью.       — Дарси, хватит гипнотизировать водоросли, — Айси бирюзовым спрутом проплыла мимо, заставив растительность закачаться от колебаний воды. — Нам пора к Трону Императора, ещё немного и Тританус возьмёт всю власть над Бесконечным Океаном в свои руки.       Нет, пожалуй, Дарси устроит себе пару выходных на Земле уже сейчас. Ей будет приятно отдохнуть от влюблённого моллюска и перекачанной рыбины.       Пусть эта парочка пускает пузыри без неё.

***

      — Блум, ты серьёзно? После всего случившегося ты сбежала прятаться в Гардинию?       Лейла застыла в дверях комнаты, рассматривая свою подругу нечитаемым взглядом. Прошло несколько часов с момента, когда Винкс и Диана победили Селину, магов Чёрного Круга и Трикс, заставив бежать, а после освободили Блум от чар вампирши, попросту ту убив. Только самой фее казалось, что прошла целая вечность, наполненная страшным осознанием.       Подруга детства оказалась предательницей и врагом.       Думан выжил.       Маги Чёрного Круга на свободе.       Трикс и, следовательно, Тританус вступили с ними в сговор.       Дафна в плену.       Муза искалечена.       А Скай даже не пришёл помочь спасти. Брендон, отводя глаза, заверял, что, если бы Скай не потерял память, он бы не поставил дела Эраклиона выше, но…       Всё казалось каким-то ночным кошмаром, от которого не получалось пробудиться, как получилось очнуться от тисков ментального рабства. Блум не понимала, как до такого дошло и — главное — почему. Где она оступилась, где не доглядела, что всё стало настолько плохо? Фея не знала, что ей думать и как дальше быть, она не могла даже смотреть в глаза изувеченной Музе, которой не могла вернуть крылья вновь, не знала как. И Блум не могла смотреть на Стеллу и Текну, прикованных к кроватям, чьим словам про Селину она не смогла поверить.       Ей нужно было переварить всё случившееся. Она просто сбежала. Спряталась, как черепаха в панцирь, в доме приёмных родителей, как делала всегда, когда было плохо. Майк и Ванесса, как обычно, поддержат и утешат, рядом с ними лечить душевные раны всякий раз было проще.       Так Блум Лейле и сказала. Но сразу стало понятно, что сказала она что-то не так, потому что лицо феи морфикса в миг закаменело.       — Знаешь что, твои демонстративные страдания уже надоели! — выпалила Лейла, заставив Блум отшатнуться, как от удара. — Когда ты стала такой… такой… такой лицемеркой? Есть люди, которым хуже, чем тебе! Когда Скай всего лишь потерял память, ты так страдала, словно его жестоко убили, а когда погиб мой Набу, ты корчила из себя святую и говорила «не мсти», а потом «всё будет хорошо»! Сейчас ты скажешь то же самое, когда его убийца на свободе, мой кузен поработил всю нашу подводную родню и угрожает Волшебному Измерению, а мою лучшую подругу искалечили навсегда?! А всё потому, что ты, как дура, поверила лживой ведьме! То, что Муза, Стелла и Текна пострадали — твоя вина! А ты смеешь убегать и страдать, как будто тебе хуже, чем им?!       Блум открывала и закрывала рот, словно выброшенная на берег рыба. Слова Лейлы били хлёсткими пощёчинами, рвали душу на части, впивались в лоб терновым венцом. Блум осознавала свою вину и оттого ей было так тяжело, но она никогда не страдала напоказ! Ей действительно было плохо, но… неужели именно так она выглядит в глазах подруг?       Почему же они молчали?       — Но Селина правда была моей подругой… — растерянно попыталась возразить огненная фея. — Я ведь знала её с самого детства, она никогда не была злодейкой, которая добровольно поддержит монстров вроде магов Чёрного Круга или Трикс!       — Опять её выгораживаешь? Кто падёт новой жертвой твоей попытки обелить ведьму? Она держала тебя в плену, неужели даже это не заставило тебя прозреть?       Даже хуже, чем заставило. Блум поджала губы и закрыла глаза, вызывая свежие болезненные воспоминания. О том, как чары вампирши превратили собственное тело в клетку, из которой не выбраться. Как фея не могла даже пальцем пошевелить против своей воли. Как та, кому верила, призвала вакуум, чтобы взять Огонь Дракона для злых целей… точно так же, как Трикс несколько лет назад. А потом стояла рядом не только с магами Чёрного Круга, но и с теми же Трикс, показывая, насколько глубоко пала во тьму.       С силой сжав кулаки, Блум заставила себя вспомнить жёсткие слова Селины, которые она вылила на неё, свою безвольную пленницу. Так хотелось их забыть, ведь они пошатнули правильную картину мира феи, непогрешимость её позиции, но… Блум не имела на то права.       — Блум… — Лейла опустила голову так, что глаз её не было видно, но по таким же сжатым кулакам становилось понятно, что с тяжёлыми истинами на сегодня она не закончила. — Ты моя подруга… наша подруга. Мы столько вместе пережили, и я хочу верить, что это для тебя что-то значит. Навести Музу, если твоя драма для тебя не превыше всего. А потом… я не знаю, если честно. Я хочу расправиться с Огроном, и если ты вновь заговоришь про запрет мести, мы очень крупно поссоримся. Я навсегда потеряла дорогого мне человека, не тебе судить о моём праве покарать его убийцу. Но также я принцесса Андроса, чей родич угрожает океанам Волшебного Измерения, и я не могу отбросить его ради мести. Я получу Сиреникс и остановлю Тритануса. А потом вернусь на Землю и раз и навсегда покончу с Чёрным Кругом, если земные феи не сделают этого раньше. Если твоя «подруга» будет с ними — её я тоже смету. Хватит с меня потерь, я покончу со всеми, кто отнял у меня близких людей и может отнять ещё. Я буду рада, если ты и девочки мне поможете, но если придётся — буду сражаться без вас. Я сказала всё, что хотела.       — Лейла, подожди, всё не так… — но дверь уже захлопнулась, фея морфикса высказалась и не желала слушать возражения и оспаривания. Блум какое-то время смотрела на дверь с протянутой рукой, словно надеялась, что это вернёт подругу обратно, но в итоге уронила руку и потерянно закончила: — …просто, как мы думали.       С Тританусом и Трикс всё однозначно и понятно — их надо остановить, как останавливали злодеев до них, ведь это их, Винкс и новой Команды Света, долг. Маги Чёрного Круга… Фарагонда говорила, что они жаждут властвовать на Земле, те же слова сказали старшие феи Земли, но Селина заявила совершенно иное. И, как бы ни хотелось оспорить, за прожитые годы на Земле Блум правда не встречала следов власти тёмных магов. Да она даже прочих ведьм и колдунов не видела, не думала о них, пока бывшая подруга прямым текстом не сказала: они есть и с феями им не ужиться. Потому что вера землян работает в одну сторону.       Верить Селине после всей её лжи Блум больше не могла. Но те слова подтачивали её убеждённость в их правом деле, как черви гниющее яблоко, и фея не могла никак от них отмахнуться и вновь постановить, что Винкс принесли Земле исключительно благо.       Но всей ли Земле или лишь части? Они, Винкс, действительно не задумывались о глобальных последствиях, для них всё было привычно: есть злодеи, которых надо одолеть, и их жертвы, которых надо спасти физически и душевно.       Но если Селина хоть в чём-то права, то они принесли лишения для земных ведьм и магов, что просто жили и никого не трогали.       Сомнения не давали Блум покоя наравне с болью от предательства и едкой вины. Хотелось заползти обратно под одеяло, обнять подушку, попить маминого чая и погрустить в тишине… но Лейла права: у неё нет права себя жалеть. Из-за доверчивости Блум пострадали её близкие, она должна предотвратить новые потери. Любые потери.       Приняв решение, фея полностью откинула одеяло и прошла к книжной полке, бегая глазами по корешкам. Сказки о феях, фэнтези-романы, пара школьных учебников и, наконец, искомый томик греческих легенд. Блум раскрыла книгу на произвольной странице и вчиталась в ровные строчки.       Магов Чёрного круга она тоже щадить не будет, за свои преступления против фей они должны быть наказаны сполна. Смертью Набу и увечьем Музы они лишь подтвердили свою злодейскую натуру. Но если их на этот путь толкнула не просто жажда власти и силы, то среди тёмных волшебников Земли могут найтись их последователи, желающие восстать против несправедливости, а земные феи с их нравом покарают их жестоко и беспощадно.       Если слова Селины окажутся правдой, Блум будет обязана не столько остановить чернокруговцев, сколько предотвратить новые войны между волшебниками Земли. Найти какой-нибудь способ привести их всех к миру и равенству. Но для начала ей нужно больше информации о том, что происходит на самом деле, как всё началось, почему началось. Нужно будет посетить библиотеки, а ещё лучше — поговорить с тем, кто знает конфликт изнутри, но при том непредвзят, несмотря ни на что.       Пора вновь навестить Монти-Сибиллини.       И, конечно, Блум параллельно бросит все силы на то, чтобы покончить с Тританусом и Трикс. Она не позволит Лейле броситься за ними в одиночку, не позволит клубу Винкс распасться.       Но утром она отложит все дела и навестит Музу.