Тяжелый больничный. Часть 1.

Время на больничном тянулось медленно. Сходили с отцом в больницу, находящуюся в Красновке. Сказали, что обычная простуда. Со временем и температура перестала беспокоить, а горло уже не болело. Рассечение на голове уже начало срастаться, и я начал выглядел куда лучше. начал выглядел куда лучше. Проболел я неделю, и все это время меня навещали парни, Полина и Катя. Последняя приходила чаще всего и проводила со мной больше всего времени, что не могло меня не радовать. Но было и то, что омрачало мое прекрасное настроение... *Действия, описанные далее происходят во вторник, на следующий день после событий главы 3.* Я проснулся после сладкой дремоты. Потянулся. Голова прибаливала, но уже не от температуры, а от небольшого рассечения на голове. Я встал, оделся и, обувь тапочки, начал спускаться вниз. За окном слегка падал снег, солнце вновь не выглядывало из под облаков, собравшихся плотной кучей. Красивая погода. Может даже прогуляюсь немного, если самочувствие позволит. Дома вновь никого не было. Оля в школе, папа опять в ночную смену ушел. Он иногда стал спать на работе, что бы прокормить нас и покрыть все расходы. Хоть его внимания и не хватает, но я и Оля безумно его любим. Он – наше все. Ребята сейчас наверняка в школе тусуются. Часы показывали 10:12, значит сейчас у них еще перемена. Быстренько наложив себе оставшегося со вчера булгура, я разогрел его в микроволновке и налил немного кофе. Крепкий, с молоком. Самое то утром. Сегодня в планах повторить пройденные в школе темы, возможно дорисовать собор, ну или хотя бы подготовить его к финишной прямой. А, ну и помыться наконец, а то уже весь липкий от пота. Сказано – сделано. Сразу же после еды, я отправился в ванную, где быстро принял душ, почистил зубы и полюбовался своим телом в зеркале. После переезда сюда, я стал больше заниматься спортом, что помогло придать телу вполне неплохую форму. Хоть я и не стал Арнольдом Шварценеггером, но все же какой никакой результат походов в качалку был виден. Хотя тот подвал, где мы собирались с парнями и качалкой то не назовёшь. Так, несколько гирь и чугунных блинов, оставшихся у одного мужика еще с СССРовских времен. За символическую плату он разрешал нашей компашке посещать его подобие тренажерки 3 раза в неделю. Если на этом я и Серега заканчивали свои физические занятия, то вот Бяша, Баян и Ромка, помимо 3 раз в качалке, еще и постоянно ходили на турники. Да и в автомастерской физической работы для них было не мало. Хотя бы таскать резину и запчасти для машин. Сергей этим занимался редко. Он был слабоват физически, но в умении обращаться с инструментами ему равных не было. Он, в отличии от Баяна, мог справляться не только с поломками легкового автомобиля, но так же и с грузовиками, или какими нибудь скутерами. Вдоволь собой налюбовавшись, я вышел из ванной и направился в свою комнату. Там я наконец то сменил постельное бельё и, вставив в плеер кассету, сел дальше писать свой шедевр искусства. Да уж, рисовать немецкий собор под немецкую песню это конечно символично. Вдруг, откуда не возьмись появился в рот е... Серега. Я сразу заметил его в окно. Он неформал, так сказать, его ярко зеленую куртку тяжело не заметить в такую погоду. Мое окно как раз выходило на тропинку из леса, которая вела в село. Я быстро сбежал вниз по лестнице и отпер дверь. Серега зашел в дом, но раздеваться не стал. – Здарова Тохыч, как самочувствие? – Да все отлично. Температуры нет, горло немного болит, но не так сильно. – Отлично. Я к тебе по делу заскочил. Тут такое случилось, в миг с Баянычем от жизни ахуели. – Ну ты заинтриговал. Рассказывай. – Я понял, что дело серьёзное, ведь Сергей был явно на взводе. – Одевайся потеплее и потопали. Это видеть надо. А вот это уже мне не нравится. Если кто то из нас болел, наш одноглазый Пират был последним, кто зовет куда то больного. Если уж он сам поперся в холодрыгу за мной, то дело не терпит отлагательств. – 3 минуты. – Засекаю. – Ухмальнулся Серый. Я явно себя недооценил. Мне хватило и одной минуты, 43 секунд. – Почти рекорд. – Известил меня друг, как только я вышел на улицу. – Но почти не считается. – Так, ты шутки шутить пришел, или что? – Да, ты прав, погнали. Мы быстрым шагом двинулись в сторону деревни. Путь занимал минут 15, но с нами темпом, мы дошли бы быстрее. По пути раскурили одну сигарету на двоих, благо я взял с собой пачку Чапмена. Немного поболтали, о том, о сем, так и дошли до небольшого здания с вывеской "Автомастерская". Коротко и ясно. Отворив верь Серый заорал: – Баян! Дуй сюда! Я привел Тоху! – А парней? – Отозвался приглушённый голос нашего общего друга. – Да етить твою за ногу, у них школа блять! Я че тебе их должен с уроков вырывать?! – Да понял я, понял! Баян, весь в мазуте, бледный и кислый, как яблоко ранней весной, вышел из помещения, где стояли машины. – Здорова Тох, ты как? – Здоровей видели. Больничный небольшой себе взял, в четверг съезжу ко врачу. – Ну, хоть говорить можешь, на этом спасибо. Погнали. Мы вышли на улицу, парни повели меня за их автомастерскую. Тут то я и понял, почему Сергей такой нервный, а Баян выглядит как мумия. На белой, кирпичной стене, черным маркером было написано: "Скоро свет погаснет для вас. Когда Сергею второй выколем глаз. Скоро свет погаснет для вас. Баян подохнет из-за нас!" – Ебите меня семеро, ахуеть, да я этим пидорам зубы в глотку затолкаю! – Сомнений в том, кто это сделал, у меня не было. Ребята из Красновки до сих пор точат на нас зуб. Точнее на Баяна и Сергея. Кроме благого русского мата мне ничего в голову не лезло. – Не то слово Тох. Вот все не успокоются эти упездки. – Баян тяжело вздохнул. – Не хочется мне снова в эти терки лезть. Но видимо придётся. – Да уж. На камеры мы блять поскупились, а надо было хоть что то поставить! Так и доказательств нету, что это Красновская гопота. – Серы засунул руку в карман Баяна и достал еще одну сигарету. – Сука, если они к нам придут, нам же пиздец настанет. Мы и так у Тихонова на последнем предупреждении. – Ничо. С ним допиздеться можно. – Вздохнул я. – Главное не грохните никого. Просто если что пизды вломить. – Ага, нам просто хлеборезки раскроят. Не Серому, так мне точно. Звякни кому нибудь из милиции, пусть хоть на взводе будут. – Базару ноль. – Ответил я, топая в автомастерскую и берясь за телефон. Вскоре к нам подъехал полицейский Бобик, из которого вышел Андрей. – Здорова парни. – Он пожал руку Баяну и Серому. – Здравия желаю, товарищ Андрей Петров. Как ваше самочувствие? – Вольно Андрей. Все хорошо, жив , здоров, как видишь. Мы засмеялись. Конечно я не был старше его по званию, просто он любил так пошутить со мной. Хотя скоро, возможно, он будет отдавать мне указы, а я буду работать на него. Прохоров уедет в Москву работать, а Тихонов займет его место. Но это лишь мечты. Возможно не сбыточные. – Так, ну чо там у вас за ЧП. Показывайте. Мы провели его к надписи. Он знал о произошедшем 2 года назад, поэтому слегка побледнел. – Нихера се, вот это номер. Угрозы + порча имущества. – Тут нет ни камер, ни людей. Никого подозрительного не видели. Сами заметили пару часов назад. Посидели, подумали, решили позвать Тоху. Дальше тебя. – Баян объяснил всю ситуацию Андрею и тут начал думать. – Вы теперь на коротком поводке у меня, парни. Советую поставить камеры. Главное, если эти мудаки придут исполнять обещанное, а они скорее всего придут, то не убейте никого. Если покалечите, то отмазать вас еще можно. Единственное, Баян, без тяжких телесных пожалуйста. – Базару нет. Мы вообще что то в будущее заглядываем. Может это пиздюшня написала, поиздеваться над нами. – Не будем предполагать. – Андрей сделал пару снимков надписи и обратился ко мне. – Антон, ты в норме? – Вполне. А что? – Да надо бы пару портретов парня пропавшего нарисовать. Наверняка же про него слышал. – Да, мы ему рассказали. – Встрял в разговор Серый. – Тоха, спасибо за помощь, можешь ехать. Он похлопал меня по плечу. Я почувствовал, как дрожит его рука. Время было пол 12, так что до прихода Оли еще далеко. – Андрей, ты меня потом до дома докинешь? – Обязательно. Погна? – Поехали. Распрощавшись с парнями я сел в Бобик к Андрею. Тот на последок шепнул что-то Сергею на ухо, отчего тот, вроде как, немного расслабился. – Можешь не пристегиваться. – Сказал он, запрыгивая на водительское место. – Все равно ехать немного. И мы тронулись в путь. Хотя беспокойство за друзей меня все еще не отпускало. – Как думаешь, это реальная угроза? – Конечно же. Но вот приведут ли ее в исполнение – это уже вопрос. Андрей, не стесняясь, закурил прямо в машине. Я присоединяться не стал. Молчание было не долгим, как и путь до участка. Я вышел с бобика. Андрей ушёл куда то по делам, а я двинулся в сторону кабинета Прохорова. Подойдя к двери, я постучал. – Входите. И я вошел. Моим глазам предстало печальное зрелище. Полненький, низкий лейтенант сидел за своим столом. Большие круги под глазами и неестественная боеднота выдавали бессонные ночи. Увидев меня, он выдавил вымученную улыбку. – Здравствуй, Тош. Проходи, садись. Ну я что? Сел напротив него. Он достал немного листок бумаги, и карандаш и точилой, после чего протянул этот боекомплект мне. – Здравствуйте, Прохоров. Выглядите не очень здоровым. Вам бы отдохнуть. – Да, Тоха, надо бы. Да вот пропажа мальчика все не дает мне покоя. Чуйка мне подсказывает, что он не просто заблудился в лесу. – Тот достал сигарету и закурил. – Ты выглядишь пободрее, чем я думал. Как самочувствие хоть? – Да все более менее. Голова болит немного, да и все в общем. А по поводу мальчика, давайте не будем загадывать наперед. Черт знает, что нам приготовила судьба злодейка. – Золотые слова Тоша. За работу тогда. Кстати, у меня тут недавно один напиток завалялся. – Прохоров широко улыбнулся, приоткрыл тумбу и достал небольшой пузырь. – Давай по 50, пока не 50. Ну так, для концентрации. – Да что ж вы, майор, спаиваете несовершеннолетних то? – Я засмеялся. – Да знаю я, что ты пьешь, можешь не притворяться мне тут белым м пушистым. – Ну, ваша правда. Все таки вынужден отказаться, выпьем, когда парня найдем. – А верно ты мыслишь. Но я все таки сейчас хапну немного. Мужик сказал, мужик сделал. Запах водки наполнил комнату, но мне он не мешал. Не первый раз Прохоров пьет, когда я у него. Да он вообще любит разбавить серые будни стопкой-другой. Тяжкое у него время сейчас. Работали молча. Каждый был занят своим делом. Контуры парня потихоньку вырисовывались. Острые скулы. волосы уложены на бок. Родинка под правым глазом. Толстые, густые брови, средний, неприметный нос и тонкие губы. Первый портрет был готов. – Алексей Михайлович. Как вам? – Я протянул Прохорову листок. Тот его осмотрел и одобрительно улыбнулся. – Тоха, болезнь тебя явно не подкосила. Все отлично! Ты не знаешь, Андрей там не занят? – Я отрицательно помотал головой и Прохоров хотел что то сказать, но потом лишь вздохнул. – Ладно, он много работал последнее время. Пусть отдохнет маленько. Если он, конечно отдыхает. Продолжай рисовать, потом отнесешь это все к нему в кабинет. И напомни мне, я дам тебе листок с особыми приметами мальчика. – Есть! – Вольно, Вольно. Вроде взрослый парень, а все шутишь. Ну ничего, ты только отучись. И шутить буду уже я. Лейтенант улыбнулся и продолжил заполнять какие то бумаги, а я, хмыкнув, занялся своим делом. Контуры легко вырисовывать, но рисунки выходили не похожими друг на друга. Что то общее между ними было, но и различия видны были отчётливо. Всегда, когда на твоих плечах тяжкий груз, все идет через одно место. У меня же на плечах была жизнь ребенка. С горем пополам, но я все таки смог нарисовать пять портретов, которые были почти что как пол копирку. Время близилось к 15:00. Оля наверняка уже дома. Я взглянул в окно. Облока все так же были сбиты в кучу, не давая солнцу и малейшей дырочки, что бы пустит свет на нашу деревушку. Голые деревья качали ветками из за легкого ветра. Синоптики по радио обещали очень теплую весну и засушливое лето. И я им верил, ведь эта зима была очень даже тёплой, для наших краев. Недавняя вьюга конечно дала понять, что мы все таки на севере, но в остальном погода баловала нас этой зимней порой. Хотя, конечно, это тебе не юг. В Волгограде вон, вообще не было снега за 2 месяца зимы. Смотреть на такую погоду было тоскливо. Хотя она мне и нравилась, но хотелось уже и солнышко увидеть. Рука немного отдохнула, поэтому я, предварительно наточив уже изрядно затупившейся карандаш, продолжил работать. Начало получаться лучше, хотя все равно постоянно что то шло не так. То брови тонкие, то губы огромные, то уши как у эльфа из книг жанра фэнтези. Все приходилось стирать уже старым ластиком и переделывать. В итоге я понял, что еще долго буду торчать в участке, поэтому, обдумав одну идею, попросил у Прохорова телефон. – Да, звони конечно. Мог бы и не спрашивать. Я быстро достал из кармана небольшой блокнот, который всегда держал при себе и набрал номер телефона Бяши. – Ало? – Послышался в трубке шипящий голос моего друга. – Бяш, привет, это Тоха. Я в участке по работе, не мог бы ты с Олей посидеть пожалуйста? А то мало ли что случится... – Я не успел договорить, как меня перебили. – Одеваюсь, выхожу, бегу к Оле. – Спасибо, Бяш. Выручаешь. – Да мне самому в кайф, на! Все, давай. Парень повесил трубку. Почему я позвонил именно Бяше? Да потому что Оля его просто обожала. Отец и мать у него не такие строгие, как у Ромки. Иногда давали ему денег на карманные расходы. Он постоянно покупал Оле вкусняшки, учил с ней уроки и читал ей разные книжки, за что та души в нем не чаяла. Думаю, если он станет учителем, то дети от него отлипать не будут, хоть и выглядит он слегка устрашающе. – Тош, ну ты чего, я ж тебя тут не насильно держу. Мог бы и сходить к сестре. Папа опять в ночной? – Конечно, лейтенант слышал наш разговор с другом. – Да, он вернется только завтра вечером. А по поводу того, что домой мне надо, так вы не беспокойтесь. Бяша... Ой, то есть Игорь очень любит проводить с Олей время. А мне тут надо помогать, все таки ее одноклассник пропал, как никак. – Эхх, Тоша. Главное помни, что когда у тебя будет семья, уделяй ей больше времени. Черт знает, что может произойти. Мудрые это слова были. Прохоров когда то был женат. У него забеременела жена, но ребенок родился тяжелобольным. Он скончался, а жена, не выдержав такого стресса, ушла от мужа. Так, из жизнерадостного, оптимистичного и халатного работника милиции, Прохоров стал грустным, усердным, но все еще невероятно добрым и честным лейтенантом. Он любит людей, старается им помогать, но за его улыбкой скрыта боль. И эту боль могут понять лишь самые близкие ему люди, а я таковым сейчас не являюсь. Все это я знал со слов Андрея, который был Прохорову как сын. Об этом знал еще и Тихонов, но он бы мне ничего не рассказал. Да и сейчас он чаще всего в Красновке, или Михайловке. С той гопотой, по его словам, мороки столько, что наша компашка, два года назад, в сравнении с ними это так, щенки. Я задумался над словами лейтенанта. А ведь правда, Ромке родители не удиляли внимания, вечно в были погружены в работу и алкоголь, и он начал с ранних лет курить и пить. Оля сейчас растёт без матери и редко видеться с отцом, поэтому она тихая и часто грустная. Страшно подумать, что было бы, если меня, или Бяши, не было бы. Совмещать работу и семью это очень трудно, не все с этим справляются. Перед многими встает выбор, идти им вверх по карьерной лестнице, забывая про семью, или быть счастливым семьянином, но далеко не лучшим работником. Интересно, а кем стану я? Не буду загадывать наперед. – О чем задумался? – Из мыслей меня вырвал Алексей Михайлович, вновь с сигаретой в зубах. – Да вот, о ваших словах думаю. Вы правы. Если у меня будет жена, а возможно и ребёнок, то я просто обязан уделять им больше времени. Не хочется терять счастье из за рутины. – Правильные у тебя мысли, Антон. А теперь давай побыстрее закончим с работой и ты отправишься к сестре. – Согласен. – Ответил я и принялся заново рисовать портрет парня. Время шло, рука все сильнее и сильнее болела, а количество листов все уменьшалось и уменьшалось. Вскоро я принялся рисовать последний рисунок. Тем временем часы уже показывали 19:40. Надо потихоньку собираться уже, а то время позднее, мало ли что. Вскоре последний штрих был сделан и я, собрав стопку бумажек и взяв у Прохорова листок с особыми приметами мальчика, отнес все это в кабинет Андрея. Благо тот был на своем рабочем месте. – Ага, спасибо Тох. Положи сюда. Ты уж прости, что так на долго тебя оторвали от дел, просто дел невпроворот. Я вроде думал, что уйдет на написание портретов часа 2-3, а тут вон оно как. – Парень с сожалением взглянул на меня. – Да все, хватит уже мне тут извиняться. Ты лучше нам с этой гопотой Красновской помоги, а то они нам жить нормально не дадут. Надо хоть административку впарить, за порчу имущества то! – Надо, да доказательств никаких нет толком. Попробую что нибудь придумать, но передай им, пусть при себе носят оружие какое нибудь. Да хоть киянку с гаража блять. Если уж на них и нападут, то пусть не церемонятся особо. Договорюсь с Прохоровым, что бы как самооборону записали. – От души Андрюх. Тогда я почапал. До скорого. – Я протянул ему руку, а он в свою очередь ее пожал. На выходе я снял с крючка куртку, шапку и шарф, который я впреть не забуду взять с собой. Во внутреннем кармане куртки все так же лежала пачка сигарет и зажигалка. На улице было относительно тепло. Конечно, снег все так же падал мне на лицо, но в сравнении с погодой года так 3 назад, сейчас у нас тут как на Бали. До дома идти не очень долго. Думаю, даже заскочу в магазин, куплю чего нибудь Оле. Так и поступил. Зайдя в магазин, в нос ударил запах хлеба, конфет и варенья. Помимо продавщицы там стоял какой то парень, лет 20. Он выбирал что то, поэтому я подошел к кассе. – Здравствуйте, дайте пожалуйста один Snickers и Буратино пол литра. – Здравствуйте, сейчас. – Пожилая тетя Люда наклонилась и достала из под прилавка шоколадный батончик, потом и лимонада мне дала. – Держите. – Спасибо. – Я часто заходил в этот магазинчик, поэтому цены знал и расплатился без сдачи. – До свидания! – Заходите еще. – Продавщица говорила эту фразу уже на автомате. Выйдя на улицу, я открыл бутылку и начал понемногу пить ее содержимое. Буратино как родной уже мне. Незнаю, почему именно он мне полюбился. Знаю только то, что он неимоверно вкусный. Вскоре к звуку хруста снега под моими ногами перестал попадать в такт моим шагам. Я обернулся и увидел того парня, из магазина. – Вы что то хотели? – Вежливо поинтересовался я, хотя внутри нарастало некоторое волнение. Парень подошел ко мне ближе. – Да, у вас это... Сигаретки не найдётся? – Он выглядел слегка смущённо, когда спрашивал меня об этом. Видимо у него не слабая такая ломка. – Найдется конечно. Ну ты лучше бы сразу меня окликнул, а не преследовал как маньяк. Я уж испугался. – Я опустил глаза вниз, рассматривая куртку, дабы достать сигареты. Волнение отступило, но ,как оказалось, зря. – Да уж, неспокойное сейчас время. Тут я почувствовал, как меня разко схватили за волосы и ударили обо что то твердое. Видимо, о коленку. Благо ударился я не очками, а носом и челюстью. Как только меня отпустили, я разогнулся как пружина, но не успев прийти в себя, меня тут же нанесли удар под дых. Это заставило меня согнуться пополам. Дальше удар ногой по уху. Кровь капала с губы, из носа. Ухо просто невыносимо болело. Да где ж я так нагрешил, что меня каждый день бьют? То корень, то какой то хуя с горы. Благо дальше ударов не последовало. – Передай дружкам своим, что скоро мы придем и за ними. – Голос парня сильно изменился. Из стеснительного он стал властным и насмешливым. – И смотри не мусарнись, а то больше говорить не сможешь. Дальше – Лишь удаляющиеся шаги. Попытка встать успехом не увенчалась. К горлу начала подкатывать тошнота, и кашель принялся разрывать горло. Вскоре недавно выпитый мною буратино оказался на снегу. Кашель уже начал отпускать, а я в свою очередь принял еще одну попытку встать. Она оказалась более успешной, но все же после пары шагов мне пришлось сесть на снег.Башка болела, благо хоть старая рана не открылась. Губа была разбита, как и нос. Ухо осталось целым. Опухнет немного, да и все. Переломов вроде бы нет, так что жить можно. На куртку капала кровь. Время уже позднее. Пол девятого наверное. Домой надо, да только черт его знает, как мне туда дотопать. Тут Бог, если он конечно есть, видимо сжалился надо мной и послал мне ангела хранителя, да еще и красивого, до чертиков. – П-петров? Антон, это ты?... – Такой прекрасный голос. Но его дрожь и страх в нем заставляли сердце сжиматься. Было стыдно показываться Катьке таким. Побитым, слабым, беспомощным... – Катя? Что ты тут делаешь? – Подняв взгляд, я лишь убедился в своей догадке. Это она. Катя, ничего не сказав, подбежала ко мне и начала осматривать. В тусклом свете фонаря, я не мог разглядеть всю палитру эмоций, написанных у нее на лице, но все же дрожащие руки говорили за нее. Вскоре к крови на моей куртку прибавились и слезы. Катины слезы. – Идиот! Зачем ты полез драться?! Ты и так больной! А помимо этого шлялся весь день не пойми где, так еще и подраться решил! Она говорила прям как моя мама, когда я возвращался домой со школы поздно вечером. У нее был такой же голос. – Прости, Кать. Я не хотел. – Сил оправдываться не было, поэтому я мог лишь извиняться, как ребенок, пойманный за сигаретой, или игрой с зажигалкой в деревянном доме. – Вставай. Пойдем ко мне. – Зачем к тебе? – Да потому что до твоего дома пиздаебить дохуя времени. Вот такого я от Кати точно не ожидал. Ладно там базовые маты, но то б настолько... Видимо она не просто зла, она в бешенстве. В итоге она помогла мне встать, утерла свободной рукой слезы с щек, и мы молча пошли в сторону ее дома. Ноги постоянно подкашивались, что привело бы к падениям, если бы не Катя. Благо сил у нее было достаточно. – Петров, вот вроде выглядишь худощавым, а на деле как камаз весишь! – Да уж, дни тренировок в зале все таки приносят какие никакие плоды. – Буду считать это за комплимент. Это был наш единственный диалог за весь путь. Ну, оно наверное и к лучшему. Не хотелось говорить, да и губа была явно против этого. Вскоре в свете лампы показался и дом Кати. И вот открывается калитка. После нее и входная дверь. Мне пришлось облокотиться на стену, то бы не упасть, пока Катя открывала дверь. Все таки эти удары не прошли бесследно. К головной боли прибавилось еще и головокружение. И вот оно – спасение! Дом, тепло и сон. – Спасибо, Кать... Без тебя я бы там и остался, наверное... – Охххх, Петров. Свалился как снег на голову.... – Продолжение фразы я уже не слышал, ведь просто отрубился. Прямо на диванчике в кухне, на котором пару дней назад сидел, попивая чаёк и беседуя с моей спасительницей. *Повествование от лица Кати* Подойдя к дому Петрова я постучала в дверь. В школе сегодня меня донимали все. От орущих одноклассников, до учителей, высасывающих из меня всю душу. Меня вызывали к доске на алгебре, биологии и географии. Пришлось знатно выкручиваться, ведь я ничего не учила, из за этого долбоного белобрысого очкарика. Благо на алгебре мне дали довольно легкий пример, на биологии я выкрутилась знанием старых тем, а вот с географией... Вообще в дневнике у меня красовались две пятерки и одна тройка. Охх, лишь бы географичка маме не рассказала о моем позоре у доски. Тут дверь открылась и из нее высунулась голова Оли. – Привет, а где Тоша? – Привет, а братик ушел, я не знаю где он. – Она пожала плечами и отошла, что бы пропустить меня внутрь. – Ну, он наверное скоро вернётся, поэтому проходи. – Спасибо. Я зашла внутрь и закрыла дверь. С собой я принесла свой новый кулинарный шедевр, но он и так остыл, а Антона нет. Ладно, хоть Ольку накормлю. Я достала медовик, над которым трудилась весь вчерашний вечер, а Оля достала тарелки. Она решила попробовать его первой. – Ммм, вкуснятина. Жаль братика нет, ему бы очень понравился. – Правда вкусно? Я вчера над ним трудилась довольно долго. – Радость на лице Оли заставила меня немного засмущаться. – Да, очень-очень-очень. Прям то, что нужно! – Приятно слышать, что мои старания не пошли коту под хвост. А Тоша не звонил тебе? – Нет. Он иногда уходит куда то, порой и на долго. – Понятно. Шляется больной, не пойми где. Надеюсь с ним хоть ничего плохого не случится, а то мало ли что. Хотя, чего это я за него волнуюсь? У него своя голова на плечах! Не маленький уже! Сам знает, что делает. Наверное. Но сестру оставлять одну дома это не дело. Ладно, надеюсь он не будет злиться, если я подожду его. Заодно и с Олей время проведу. Перекусив, Оля ушла к себе, делать уроки. Я предложила ей свою помощь, но та отказалась, сославшись на то, что тема сегодня лёгкая, поэтому моя помощь ей не к чему. Тогда я решила заняться своими уроками. Помимо медовика, я взяла с собой тетрадку по истории и обществознанию. Они нужны будут Антону для подготовки к экзаменам, так что ему нелишним будет почитать конспекты, что заставляли нас писать учителя. Время уже перевалило за четыре часа, а Антон все не возвращался. По словам Оли, пришла она ближе к часу дня, значит он шастает где то уже не меньше трех часов. А вдруг и вправду случилось что? Может ушел куда то, да и с температурой свалился в снегу? Или его похитили, как того мальчика? Из этих ужасных мыслей меня вырвал стук в дверь. Ну наконец то! Я подошла к входной двери и начала ее открывать. – Антон! Тебя где черти но.... – Но я не закончила фразу, увидев, кто стоит за дверью. – Смирнова?! А ты что тут забыла?! – Бяша был ошарашен не меньше меня. – Вопрос к тебе аналогичный. – Мне Антон позвонил, сказал, что бы я с его сестрой посидел, на. Он занят сейчас на. – Без колебаний сказал Бяша. – Теперь твоя очередь. – А тебя так сильно заботит, что я тут делаю? – Все таки захотелось как то съязвить. – Не-а, просто был удивлен, когда тебя увидел. Может пустишь меня, на? – Ну, заходи. Не на улице ж тебя оставлять. Да и если тебя Антон попросил прийти, то я не в праве тебя не пустить. – Я немного отошла, что бы дать парню пройти. Он снял сначала куртку, затем шапку и шарф, закинув все это на грядушку стула. – Оляяя! Иди сюда! – Прокричал парень, отчего дверь на втором этаже открылась, а сестра Антона, чуть ли не кубарем, слетела с лестницы. – Бяша! – Та запрыгнула на шею беззубого парня и крепко обняла. – А где братик? – Антоша сейчас по делам ушел, но вечером обещал вернуться. Пока что с тобой посижу я. Ты же не против? – Спрашиваешь! А мультики смотреть будем? – Будем конечно. – Ласково ответил парень, потрепывая девочку по голове. – Но сначала уроки! Я просто не могла поверить. Минуту назад передо мной стоял Бяша, а сейчас... Да это же совершенно другой человек! Он, который постоянно стебался над всеми, едко подшучивал и пакостил, сейчас обнимал сестру Антона и искренне ей улыбался! Вроде бы это даже не сон. Хотя мне в это просто не верится. Но я все таки предпочитаю верить своим глазам. Видимо Антон не шутил, когда говорил, что Бяша хочет стать учителем начальных классов. Смотря, как к нему сейчас липнет Оля, складывалось впечатление, что он вовсе не такой человек, каким кажется со стороны. – Ну, я тогда пойду, наверное. Пока Оль! – Я уже развернулась, как девочка отлипла от Бяши и переместилась ко мне. – Подожди еще! Братик должен уже скоро прийти, наверное. Давай вместе мультики посмотрим! У меня их много, тебе понравится. Бяша видимо слегка прифигел от такого предложения, как и я сама. – Ну, если ты конечно не против, то я готова остаться. – Ну вот и порешили. – Довольная улыбка растянулась на лице девочки. – Катя, в медовик еще остался? – Ну да, а что? – Давайте тогда вместе пить чай! – Сказав это, белобрысая девочка вприпрыжку пошла на кухню. Нам ничего не оставалось, кроме как последовать за ней. – Оля, а ты нормальной еды поела, как со школы пришла, – Бяша нахмурился, строго глядя на пятиклассницу. А после оглядел кухню. – Как я погляжу, нет. Поэтому сначала нормальная еда, потом сладкое! – Ладно. Все равно есть хочется. – Предложение парня видимо совершенно не опечалило, а лишь еще сильнее порадовало сестру Антона. На том и порешили. Бяша осмотрел скептически взглядом холодильник, но лишь вздохнул. – Видимо сегодня на обед яичница. Оль, тебе сколько яиц? – Два! – Резво ответила девочка. – А тебе Кать? – Спасибо за предложение, но я дома поела. – Язвить почему то не хотелось. Он же все таки мне ничего плохого не сделал. Пока не сделал. В итоге Бяше принялся готовить. Даже не знала, что он умеет это делать. Да еще и такой вкусный запах наполнил комнату, что в животе предательски заурчало. – Может все таки сделать и тебе, Кать? – В голосе его звучал легкий смех. – Все таки организм словами не обманешь. Тут он не выдержал и рассмеялся. – ха-ха, очень смешно! Ладно, сделай и мне пожалуйста. Немножко. – Красная краска ударила в лицо. Да, Катя, ну ты даешь. – Будет сделано, мисс Катерина! – С сарказмом произнёс брюнет и, подав Олено блюдо на стол, голантно поклонился. – Не выеживайся. – Сквозь зубы прорычала я. – Ну, имею право. Как никак, твоя еда в моих руках. – На лице этого уродца все сильнее растекалась довольная улыбка. – Правда что ли? – Я встала и подошла к плите. – Не мешайся под ногами, беззубый. – А вот это было обидно. – Бяша надулся и сел на свое место за столом. А я в свою очередь принялась готовить себе поздний обед. Вскоре мы втроем сидели за столом и болтали. Бяша попросил попробовать мою яичницу и я так же пожарила ему одно яйцо. Тот поразился вкусное моего блюда. И даже, до сих пор трудно поверить, сказал, что это намного вкуснее, чем его стряпня. В итоге мы сами не заметили, как 20 минут болтали о готовке и разных рецептах. Теперь помимо конспектов, в тетради по истории красовалось несколько рецептов, которые мне посоветовал Бяша. Мы бы еще долго болтали так с этим парнем, но Оля начала яро требовать медовик. – Ну что Катя, готовься на. Медовик нельзя есть без чая, или кофе. Что ты выберешь на? – Ну, давай кофе наверное. – А ты Оль на? – На его лице появилась такая широкая ухмылка, что казалась мышци на лице сейчас рваться начнут. – А мне чай! – Сказав это, девочка наклонилась ко мне и шёпотом заговорила. – Кофе у Бяшки просто сногсшибательный. Ты будешь в таком шоке! – Правда? Я вся в предвкушении. – И это не было ложью. Мне и впрямь было интересно, что ж там за кофе такой, волшебный? Как только чайник вскипел, в нос ударил такой аромат кофе, что аж слюни потекли. – Катя, тебе с сахаром, или без? С молоком? – С молоком и 2 ложки сахара. – Да ты у нас сладкоежка оказывается? – Все таки видимо колкости между нами это уже привычка. – Да, а что, есть вопросы? – Нет. –Видимо мой тон дал понять, что ему стоит придержать свой язык за зубами. Если он не хочет остаться без него. – Я тоже сладкое люблю. – И я, и я! – Заверещала Олька. И тут настал момент истины. Мне на стол подали кофе. О Боги, как же он вкусно пахнет! Бяша принялся нарезать медовик и вскоре на столе лежал и десерт. От торта осталость совсем немного. Но это я попросила оставить Антону. Для него пелакла все таки. – Вау! Это очень вкусно! Вы где такой купили? – У Бяши глаза на лоб полезли, как только он попробовал торт. – Ну, я сама приготовила. Антон болеет, все таки надо хоть немного скрасит его серые будни. – Да уж, а если я заболею, ты мне готовить будешь? – В глазах брюнета загорелись огоньки надежды. – Нет. Ты и сам это сделать можешь. Огоньки надежды тут же потухли. Тут я вспомнила про кофе и тут же попробовала его. Сладкий, вмеру горьковат и невероятно насыщенный вкус. – Бяша, да это просто нечто невероятное! Как ты его приготовил? – Секрет фирмы Кать на. Взамен рецепта медовика расскажу. – Равноценный обмен. Как дома буду распишу тебе. Завтра же принесу. – Добро на. – Ответил Бяша и протянул мне руку. Я пожала ее, а Оля разбила наше рукопожатие. Поев вкуснейший медовик, я решила идти домой, но Оля начала упрашивать меня остаться, что бы посмотреть вместе мультики. Мне ничего не оставалось, кроме как согласиться и отправиться в ее комнату. В итоге почти до 8 вечера мв смотрели Золушку и играли в приставку. А Антона все так же не было. – Бяша, я все спросить хотела. А куда Антон делся то? – Да в участке он. Парень же недавно пропал, вот он его и рисует, для доски розыска. Вскоре должен вернуться. Хотя чёрт его знает, может он там и до 12 сидеть будет. – Поняла. А родители твои волноваться не будут? – А что им волноваться? Они знают где я. Телефон тут есть. Да и мне уже не 12 лет на. – Ну, справедливо. Тогда я пойду пожалуй, а то поздно уже, а я даже уроки не делала. – Уже? Может посидишь еще немного? – Оля услышав мои слова развернулась и начала меня упрашивать. – Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! – Оленька, я бы с радостью, но у меня еще много дел. Оля расстроено проводила меня до двери и на прощанье обняла. – А ты завтра придешь? – Думаю, что да. Но ничего не обещаю. – Я буду тебя ждать. Бяша же ограничился пожатием руки. Но все же вздохнул и сказал: – Слушай, может тебя проводить? А То мало ли что на? – Да нет, не стоит. Спасибо еще рвз за кофе, классно посидели. – А тебе за медовик спасибо. Тогда до завтра? – До завтра. И я вышла на улице, а дверь за моей спиной закрылась. Теперь путь лежал через лес. Такой страшный и тёмный, что колени невольно начали потряхивать. Да, я все еще побаиваюсь темноты. И от этого страха трудно избавиться. Но другого выхода у меня все равно нет. Поэтому вперед, по темному лесу! Белая пелена земли хрустела под ногами, а деревья трещали от ветра. Снег падал, но его было уже не так много, как раньше. Теплеет последнее время. Скоро уже весна наступит и жизнь окрасится в новые краски. Уйдёт это тоскливое, серое небо. Голые деревья вновь оденутся в зеленую листву. А я начну беспрестанно чихать из за сраной аллергии на пыльцу. Но даже это не омрачало желание скорейшего наступления весны. Жаль только, что снега не будет, но и без него хорошо. И вот впереди показался мост. Такой старый и мрачный в ночи. Ступив на него я услышала треск досок. Стар этот мост, да удал. Я взглянула на лед подо мной. Его почти не было видно в тьме. Вдруг что то хрустнуло за спиной. Я резко обернулась, но ничего не увидела. Что это? Может, заяц? – Эй! Кто здесь? Ответа не последовало. Услышала лишь хруст снега под ногами. Но ноги это были не мои. Я нервно сглотнула и начала уходить, спиной вперед. Как только могла с моста развернулась и быстрым шагом начало уходить. Хотя, скорее, убегать. Но путь мой был недолгим, ведь вскоре, недалеко от местного магазинчика, я увидела тело лежащее в снегу. Это был Тоша. И вот, я уже дома. Этот идиот отрубился, как только голова его коснулась подушки. Уснул он на кухне, на небольшом диванчике. Первым делом я подложила по его голову еще одну подушку, что бы он не захлебнулся ночью из за крови, которая все еще лилась из носа. Что бы ее остановить я взяла два ватных диска и скрутив, вставила в ноздри парня. На слегка пострадавшуб мочку уха налепила пластырь. Губу просто обработала зеленкой. Рассечение было не сильное, поэтому через пару дней должен быть как огурчик. Так! Нужно рассказать об инциденте Бяше. Что бы он как минимум не ждал Антона домой. Подойдя к телефону я прочитала телефонную книжку до страницы с одноклассниками. Вскоре в трубке послышались гудки. – Ало? – Бяша, привет, это Катя. Я по поводу Антона звоню. – Еще раз здравствуй. Антон ещё не пришел. – Да блять, знаю я, что он не пришел. Этот еблан у меня спит уже. Я его по дороге нашла. Видимо подрался с кем то. Хотя скорее это была не драка, а избиение. – Скоро буду. – Бяша видимо уже хотел повесить трубку, но мой крик его остановил. – Сиди дома с Олей! Все завтра решите! Да и я спать хочу. Скажешь завтра в школе, что я плохо себя чувствую , поэтому дома осталась. Понял, принял? – Да, но... Дальше я слушать его не стала и просто бросила трубку. Все, сегодняшний день высосал из меня все соки. Завтра никуда не попрусь. Спать хочется, ужас. Напоследок я зашла в кухню и села рядом с Тошей. Он тоже явно устал сегодня. Но зачем тогда он драться полез? Странно все это... С такими мыслями я тоже отрубилась, прямо за кухонным столом. Даже не переодевшись. Завтра. Все завтра.