Часть 2

Привет, мои внутренние демоны. На связи снова Люцифер — существо, что придало форму всему во вселенной. Ну, и заодно воплощение грандиозного косяка. С кем не бывает? Впустил в мир тьму, уговорив Еву откусить от того чёртова яблока. Но послушайте, я же не плохой, правда? Ведь нет? Изначально вселенная была сплошным светом. А я взял и сбалансировал её. Ввёл тьму, создал Инь и Ян, заложил проводящую структуру бытия. Без меня тут было бы одно сплошное сияние — ни контраста, ни жизни. Так что, выходит, я герой? Ну, хотя бы немного? Теперь свет и тьма в гармонии, как и полагается. Я ведь не хаос сюда притащил, в конце концов. Судя по тем крупицам сознания не просто хаос, а боги хаоса — с их главным заводилой, вечным противником моего отца. Этот тип — конченый изврат, фетишист до мозга костей. Стоило концепции похоти и разврата зародиться, как его будто подменили. Был себе добрый дядя Хаос, а стал старым добрым извращенцем. Прямо подросток, у которого гормоны рванули в стратосферу, а мозги остались где-то внизу. Я остановил свои размышления и провёл рукой по лицу, стирая усталость. — Это всё отговорки… — выдавил я без капли радости. Так не хочется признавать, что я — причина всего дерьма во вселенной. Смерть, голод, война, чума — и всё из-за меня. Небольшой баг в коде мироздания, мелкая оплошность на рабочем месте. Ха-ха… ха. Смешно? Не особо. Я откинулся на кучу резиновых уточек, что всё это время служили мне то ли троном, то ли кроватью, и уставился в потолок. Потом встал в полный рост, размял затёкшие плечи. Дом то у меня неплохой. Дом за пределами круга Гордыни — место, где грешники томятся. На первый взгляд, круги Ада тянутся за горизонт, но это иллюзия. Круг гордыни тому подтверждение. Особая клетка, запечатывающие души в чётких границах. Кроме чистокровных жителей ада, что могут ходить куда угодно и когда угодно. Вокруг особняка раскинулся лес. Сам дом — вычурный, в стиле ренессанса, от которого аж глаза режет. Не мой дизайн, конечно. Его создала моя жена… в голове щёлкнуло: Лилит. Лицо само собой скисло, настроение рухнуло вниз, как камень в пропасть. Опять эта проклятая грусть. Что я, в самом деле, как побитая собака? Ушла и ушла. Тысячи лет рука об руку, и хрен с ней. И всё-таки надо посмотреть на картины, освежить память. Я прошёлся по комнате. В руке словно из воздуха возникла чёрная трость с яблочным набалдашником. Направился к галерее, где висели портреты: я, семья. Семья… — А ведь у меня есть дочка, — сказал я вслух, и в голосе мелькнуло облегчение. Почему я вообще сомневался? Щелчок пальцами — и рядом возникло зеркало. Я взглянул на себя: острые зубы, змеиные зрачки, одежда бело-красная, в стиле циркового конферансье. И шляпа — шикарная, безумная, идеальная. Я даже голову наклонил, чтобы получше её рассмотреть. Да, в этом есть стиль. Я шевельнул тростью, и зеркало растворилось в воздухе, как дым. По какому-то внутреннему наитию я направился туда, где не был десятки лет — с тех самых пор, как Лилит ушла в неизвестность, хлопнув дверью. Мой рабочий кабинет. Шаги гулко отдавались в пустом доме. Раньше тут сновали бесы, но даже при всей их сдержанности и опыте работы с аристократами вроде демонов Гоетии, они панически боялись служить в доме Морнингстаров. Отказывались при первой же возможности. Только я или Лилит могли оживить это место. Щелчок пальцами — и пыль исчезала, комнаты выправлялись, дом вздыхал с облегчением, чувствуя хозяина. Это здание очень необычно, у него появилась живая воля, что живёт многие века. А что спрятано в его подвалах? Лучше не спрашивать. Это будет сюрпризом для тех, кто решит взбунтоваться против власти. Хе, хе. Я подошёл к двери кабинета. Она распахнулась сама, приглашая войти. Но стоило мне сделать шаг, как я замер и отшатнулся. Не прошло и секунды, а изнутри хлынул водопад писем — сотни тысяч конвертов, скопившихся тут с тех времён, когда Лилит бросила всё и ушла. Они завалили пол, как снег из преисподней. — Ой, бля… — вырвалось у меня с тяжёлым вздохом. Половина министерств Ада, подконтрольных исключительно мне, похоже, парализована. И всё потому, что я тут прохлаждался, а они не могли шевельнуться без моего слова. Да, я правлю мудро — то есть вообще не вмешиваюсь. Каждый в Аду знает: Люцифер не лезет в дела кругов. Но, ёлки-палки, есть же структуры, которые без воли Морнингстаров — моей или Лилит — просто не дышат! Они никому не подчиняются, кроме нас двоих. Я махнул рукой, и письма начали сортироваться — от свежих, до старых. Сначала разберу верхний слой, а потом буду спускаться всё глубже в эту макулатуру, пора разгребать.

***

Мот был одним из сильнейших демонов в этом проклятом мироздании — наравне с семью смертными грехами и, по правде говоря, почти не уступал самому Люциферу. Тёмная тень в человеческом облике, с двумя синими огнями, горящими в пустоте лица, скрытого под плащом. За спиной — коса, молчаливый спутник, что старше половины вечности. Не будет преувеличением сказать, что он — руки семьи Морнингстаров в Аду. Если указы и спускаются свыше, то только к нему, а уж он гонит их вниз по иерархии. Но Муту (второе его прозвище) было скучно. Смертельно скучно. Если бы кто-то из молодых демонов узнал, что он получает горы денег за сидение в кресле, ему бы показали все средние пальцы разом. — «Сиди и кайфуй!» — крикнула бы любая выскочка из Оверлордов. Но Мот — не какой-то там юнец. Он родился в тот самый момент, когда Ад вырвался из ничего в бытие. Старик с начала времён, ответственный до мозга костей, чуткий к каждому шороху приказа. И вот он сидит, затачивает очередной карандаш и складывает его в пирамиду на столе — шедевр безделья. Всё идеально, последний штрих… — Сэр! Срочное послание! — дверь распахнулась, как гром среди ясного неба. В комнату влетела падшая ангел — одна из немногих, кто последовал за Люцифером и Лилит в их изгнание. Такие, как она, были разбросаны по седьмому кругу, работая в учреждениях, подконтрольных исключительно Морнингстарам. Мот аккуратно положил последний карандаш и повернулся. Два синих огня в его лице впились в гостью. — Что случилось? — голос был низким. Его взгляд упал на письмо в её руке. Печать — яблоко с короной в центре. Знак Морнингстаров. — Тресни моя коса… — пробормотал он. Одним взмахом руки смахнул карандаши со стола, вторым — подтянул письмо к себе. Распечатал. Пробежал глазами текст. Это был один из их запросов, отправленных к Люциферу всего месяц назад. И вот — ответ. Развёрнутый, в стильном курсиве, который ни с чем не спутаешь. — Альзаэла, — падшая выпрямилась, как струна, — разминай крылья. Мы начинаем работать. Люцифер вернулся к обязанностям. — Всё будет сделано в лучшем виде, — отчеканила она. Тёмный наряд мелькнул в дверях, и она исчезла выполнять поручение. Тысячи лет отточили её действия до автомата. Мот остался один и выдохнул с облегчением. Наконец-то работа. Дел накопилось столько, что без личного вмешательства Люцифера всё стояло мёртвым грузом. Теперь есть шанс наладить систему, чтобы на пару лет Ад крутился сам. Потому что кто знает — вдруг завтра у существа, старше самого мира, снова начнётся депрессия?