Часть 3

— Изнасилуй меня вселенная… — пробормотал я. — Вот это я идиот. Моё состояние? Сморщенный финик — точнее не скажешь. Как, чёрт возьми, я мог забить на всё и уйти в депрессию? Ладно, Ад — хрен с ним, он и без меня крутится. Но мои личные учреждения? Они сейчас выглядят хуже узников Аушвица — кожа да кости, еле дышат. А "едой" для них были мои указы, без которых эти маленькие, но критически важные механизмы просто встали. Возьмём, к примеру, Учреждение по контролю Хаоса и Хаотичных явлений. Я уже говорил, что хаос — это мягко говоря хреново? По сравнению с ним тьма — милый грудничок. Хаос — это то, что нужно не просто держать в узде, а гасить на корню. Моей мини армией (да, у меня есть небольшая армия, сам в шоке) мы должны загонять эту тварь в самые дальние дыры Ада. А если оно вылезет в масштабах, с которыми не справиться, — бить тревогу в Рай. Или вот ещё — Учреждение по контролю богов. Некоторые божества любят совать нос в Ад, накачивая силой случайных грешников. Вроде мелочь, но это ломает баланс, подтачивает иерархию. Если такой бог слишком заиграется, его надо пинками гнать обратно в божественное измерение, откуда бы эта тварь ни выползла. Среди вороха писем — а некоторые датированы годами назад — мелькали отчёты о неком Радио Демоне. Подозрения на связь с вуду, намёки на божество Бондье. Не страшно, но подозрительно. Он исчез пять лет назад, и вроде бы хорошо, но кто знает этих грешников уровня Оверлорда? Его "отпуск" может быть затишьем перед бурей. Люцифер не следит за Адом напрямую, но информация всё равно доходит — быстро, чётко. Есть же телефон. Я вытащил его — обычный сенсорный, созданный мной самим, чтобы ни один демон не мог подслушать. Сообщений нет. Ну хоть тут спокойно. А то было чувство, что если бы Чарли написала, у меня бы сердце остановилось. Такое ощущение БАМ! БАМ! БАМ! Я резко повернулся к панорамному окну кабинета. Вдалеке, за горизонтом, виднелся Пентаграм-Сити. Часовая башня отбила последние удары перед концом отсчёта. — Отсчёт? — я прищурился. — Для чего? Ответ пришёл сверху. Из открывшегося портала хлынули сотни силуэтов — экзорцисты, как рой саранчи. — А-а-а… вспомнил. Чистка. Десять процентов грешников каждый год. Ещё одна причина, почему им нельзя шастать по кругам Ада. Я даже не вспоминаю об этом. Рутина, как понедельник для существа, что старше времени. Сколько их в моей памяти? Тысячи? Десятки тысяч? Я откинулся в кресле. Мной были разрешены чистки, и не думаю что мог бы противится. Будем честны, я сделал, что мог: уломал Рай не трогать коренных жителей Ада, смертных грехов, слишком сильных демонов (с которыми даже небесам не хочется связываться) и при возможности детей грешников. Они-то не виноваты, что их папаша — маньяк или наркобарон. Я глянул в окно. Город начинал дымиться. Интересно, экзорцисты в курсе, что их оружие, оставленное тут, может их же и прикончить? У меня в подвалах сотни таких копией валяются — ещё с времён жизни с Лилит. Чёрт знает, что с ними делать. При хорошем попадании даже Адама убить можно. Радует одно — грешников не жалко, а силы Оверлордов тают в прогрессии. Без паствы, чьи души они берут контрактами, эти выскочки — ничто. БУМ! Взрыв осветил город. Луч света, сорвавшийся откуда-то сверху, разрезал часовую башню пополам. Я пригляделся — моё зрение выхватило идиота, что болтался в воздухе, двигая тазом в неприличном жесте. С криками. — Оооо да! Кто пиздатый снайпер? Я пиздатый снайпер! Кто чпокнул ад? Я чпокнул ад! Я поправил шляпу, съехавшую набок. — Адам… — Знает ведь, что я плачу за все поломки в городе. И этот кретин только что разнёс своё же посольство. Не успел я выдохнуть, как он глянул вниз и рванул туда с бешеной скоростью. — Сдохнет — поделом, — пробормотал я, глядя в пустоту. Верховный серафим, конечно, пожурит меня для вида, но быстро отстанет. Я в этом уверен. Она сама терпеть не может эти чистки — мягко говоря, они ей поперёк горла. Истребление противоречит её сути, её концепции существа света. Иронично, что свету приходится мириться с кровью. Они боятся Ада, очень боятся. Я отвернулся от окна и вернулся к столу. Взял стопку бумаг, начал листать. Моя армия… Ну как сказать — тридцать ангелов, что ушли со мной, веря в меня, как в свой идеал. До тошноты противно от этого. Они до сих пор преданы мне, несмотря ни на что — ни на депрессию, ни на хаос, ни на мою апатию. Живут в своём выдуманном мире, где я — царь и бог в одном лице. Мне их по-человечески жалко. Я отложил лист с описанием "армии" в сторону и перешёл к тому, что сам же и изобрёл. Бюрократия. Да-да, это я дал людям понимание этого. Помню тот день — редкий проблеск в памяти. Но стоит уточнить: меня постоянно пытаются призвать. От мала до велика — я чувствую эти нити, эти зовы. Потяни за одну — и я окажусь в мире, откуда меня кличут. Иду, если скучно. Или если любопытно. Так вот, было это пять тысяч назад, Древний Египет. Один местный правитель какого-то города-государства совсем утоп в проблемах. Пошёл к магам — те ещё шарлатаны, но дело знали. Посоветовали начертить пентаграмму и звать "самого сильного бога". Откуда они знали, как её рисовать? Не моё дело. Главное, я тогда скучал, услышал зов и решил откликнуться. Явился. Человек рухнул на колени, взмолился. А мне было нечего делать, вот я и выдал ему чиновничью лестницу, и какой путь указ или бумажка должна пройти. Мол — Бери этот документ, неси к первому. Тот отдаст второму, второй обнюхает его со всех сторон и передаст третьему. Третий подпишет — и только тогда оно заработает. Может быть. Если вышестоящие не отменят. Правитель кивал, запомнил, проникся. Я ушёл, даже не попросив ничего взамен. И что вы думаете? Этот тип так всё наладил, что его систему назвали "ном" — административная единица. Грешники (50% новых чиновников) притащили её в Ад, праведники — в Рай. И создали везде систему, им привычную и удобную. Которая как-то быстро внедрялись в аппарат власти, что никто даже не успел отреагировать. Серафимы, конечно, сразу смекнули, кто виноват. На меня тут же наехали, а я что? Признался. С тех пор меня проклинают ещё громче. Вот такая незамысловатая история об создании бюрократии. Благодарите Люцифера. К чему я вообще вспомнил эту историю с бюрократией? Всё просто, сейчас я занялся самым важным — распределил годовой объём дотаций для всех организаций Ада. От мелкого бизнеса до больниц для рождённых в Аду. А что грешники? Они идут нахрен. Я схватил несколько листков, кинул их в общую стопку, и та медленно растворилась в воздухе — телепортационные чары сработали безупречно. Даже посреди чистки структуры работают как часы. Адская бюрократия переживёт любой апокалипсис — факт, проверенный тысячелетиями. БАМ! Взрыв ударил по двору, сотрясая воздух. Я лениво возвёл барьер вокруг дома — ни царапины. — Какой-то самоубийца решил покоситься на моих уточек? Или на семейные фото? — я ухмыльнулся своей фирменной улыбкой, с тростью в руке подошёл к панорамному окну. — Вопрос только, как я его "похвалю". То, что я увидел, заставило меня замереть. Ангел дрался с ангелом. Прямо у меня во дворе. Видимо, одна из экзорцисток так разозлилась, что решила прикончить свою "сестру" подальше от любопытных глаз. Я пару миллионов лет такого не видел. В голове тут же мелькнула мысль: если я это засниму и отправлю главе Рая, она обрадуется? Сказано — сделано. Достал телефон, щёлкнул кадр — как раз в момент, когда одна вырезала другой глаз и раздавила его каблуком. Жестоко, но в моём вкусе. Однако пора вмешиваться. Если эта девчонка убьёт ангела, это не просто грех — это клеймо. Я не хочу видеть, как небесные создания сами себя делают падшими. От этого тошно. Небольшой сдвиг пространства — и я уже стою между ними. Тростью небрежно останавливаю её рапиру, отводя в сторону. Она роняет ее, будто обожглась. Я опираюсь на трость обеими руками, с любопытной улыбкой осматриваю эту парочку. Они явно впечатлены — моя улыбка всегда производит эффект. — Дамы, — начал я, чуть наклонив голову, — мне жутко интересно, что такого стряслось в небесном воинстве, что сестра подняла руку на сестру? Не поделитесь?

***

Вегги впервые ощутила весь спектр той боли, что они пускали на грешников. Она даже не подозревала, что такое возможно — её тело, дрожало от агонии. Что послужило это причиной? Её слабость...? Маленький грешник. Ребёнок. Она не смогла поднять на него копьё. Почему? Экзорцист не понимала этого, пока её спина не взорвалась болью. Золотая кровь хлынула вниз — другая экзорцистка, увидев её колебания, сочла это ересью. Одним ударом она лишила Вегги крыльев, оставив её беспомощной. Вегги думала, что это конец. Она смирилась с мыслью, что умрёт в этом переулке. Но вместо смерти её схватили за горло и на звуковой скорости потащили через город. Она не поняла зачем. Пока её тело не врезалось в землю, вышибая кратер, осознание пришло. Её не просто убьют — её будут пытать. Слова палача подтвердили это. — Думаешь, такому грешному отбросу место в Раю? — удар сбил её с ног. Вегги закричала, когда её глаз вырезали и раздавили прямо перед ней. — Ты предала наши идеалы! Но я милостива — убью тебя, чтобы ты не гнила в этом богом забытом месте. Только не сразу. Сначала ноги, потом руки, а там посмотрим, достойна ли ты быстрой смерти! Вегги видела, как рука с клинком двинулась к ней, но в этот момент пространство дрогнуло. Она успела заметить лишь трость с яблочным набалдашником, а затем её мучительница замерла, выронив оружие от внезапной боли. — Дамы, — голос был спокойным, почти ленивым, но от него дрожь пробирала сильнее, чем от предчувствия смерти. — Мне жутко интересно, что такого стряслось в небесном воинстве, что сестра подняла руку на сестру? Не поделитесь? Вегги хотела пошевелиться, но тело не слушалось. Она лежала, глядя единственным глазом в красное небо Ада. Её палач отступила на шаг, и тут Вегги поняла. Она вспомнила. Нет… НЕТ! Новое осознание ударило, как молния. Каждому экзорцисту вдалбливали список мест в Аду, куда соваться запрещено. Их внешность, голоса — всё было выучено наизусть. Но его, первого из них, она вспомнила с трудом — его образ затерялся под ворохом других демонов. Так как его показали первым, и никто в здравом уме, даже не мог представить встречу ним. Самаэль. Они влипли. Это конец. Даже Адам не вытащит их из этой передряги — против Люцифера нужно всё воинство экзорцистов, и то шансы мизерны. Из всех уголков Ада они угодили на территорию самого опасного существа. Вегги усмехнулась — коварно, почти безумно. Если её убьют, она утянет за собой и эту стерву. Хоть и чужими руками. Но почему они ещё живы? Внезапно силы вернулись к ней — раны затянулись, кроме крыльев и глаза. Она вскочила, ощупала себя, побледнела. Зачем её исцелили? Взгляд упал на него — Люцифера. Такой же, как на старых фото в архивах: та же улыбка, тот же стиль. Первый падший. Он кивнул, будто оценивая свою работу. — До конца истребления ещё час, — сказал он, поправляя шляпу. — Раз не хотите говорить снаружи, прошу в моё скромное жилище. Выпьем чаю, он отлично успокаивает нервы. — Его взгляд скользнул к особняку. — Не бойтесь, я не кусаюсь. Обычно. Люцифер неспешно пошёл к дому, а они застыли, осознавая всю тяжесть положения. И тут же Вегги получила пинок под зад — раз, другой. С явным намёком. Ноги сами понесли её за ним. То же с её палачом. Выбора не было.