"Я просто не хочу сойти с ума здесь."

Пестролистая отбежала на большое расстояние — точнее, так оно ощущалось — от своего нового знакомого и продолжила искать других котов здесь. — Что-ж, он не такой уж и плохой, — пробормотала себе под нос кошка, немного усмехаясь. — На первый взгляд. И действительно. Муравьятник не был слишком агрессивен в разговоре с ней, а это уже было хорошо. Хотя бы немного, но хорошо. Сейчас кошка направлялась искать остальных. Главное, чтобы эти остальные не убили её — хотя Пестролистая сомневалась в том, что можно умереть в третий раз. Ведь они итак уже находятся просто нигде — куда ещё можно попасть? Хотя, кто его знает. Но небольшие — хотя нет, достаточно огромные — сомнения у кошки на счёт этого были — и они были явными.

***

Бродя по тёмной, мрачной пустоте, Пестролистая заметила слабый «свет» неподалёку — а поскольку других источников «света» — точнее, слабого белого оттенка — кроме очертаний других котов нет, значит, это был кто-то. Хотя, может, это её галлюцинации? Впрочем, проверить всё равно стоит, поэтому она молча направилась к месту, где «сиял» чей-то силуэт.

***

Подбежав ближе, она поняла, что это Звездоцап. Он выглядел каким-то то ли угрюмым, то ли раздражённым, то ли просто безразличным. Пестролистая неспеша подошла к коту, стараясь не тревожить его. — Всё… в порядке? — тихо спросила кошка, немного приподняв лапу и наклонив голову в бок. Крупный кот повернул голову за спину, где и стояла Пестролистая. Его взгляд был недовольным, будто она его потревожила, пока он занимался чем-то важным, что, собственно, не являлось таковым. Но прогонять он пока что её не собирался. — Угу, — немного обиженно хмыкнул Звездоцап, поворачивая голову обратно. — Чего тебе? Пестролистая тихо фыркнула на его слова, но сильно не злилась, хотя то, что ей было обидно, это был факт. — Ты просто выглядишь… расстроенным или угрюмым, — сказала кошка в немного холодном тоне. — Впрочем, ладно, если тебе не хочется это обсуждать, то и пусть. Кот фыркнул ей в ответ — если это можно было назвать ответом. — Ты же не будешь против собраться с остальными котами? — хмыкнула Пестролистая, немного ближе подойдя к Звездоцапу. — Не будешь же ты тут вечность сидеть. Тот, в свою очередь, глянул на неё таким взглядом, который будто сам за себя говорил «отстань от меня», однако без особой злости на кошку — просто раздражение. И бывшая целительница это могла прекрасно понять — точнее, не прекрасно, но она тоже чувствовала долю раздражения, отчаяния и грусти, когда попала сюда. Но, в отличии от некоторых, она это хоть немного, но пыталась скрыть. — Может, и буду, — наконец, ответил Звездоцап в холодном тоне. — Тебе какое дело-то? Пестролистой стало немного грустно от этих слов. Она ведь просто хочет помочь, разве нет? Чувствовать себя в одиночестве, даже когда вокруг тебя есть много других котов, — да даже если немного, то явно больше двух — этого ему, что-ли, хотелось? Хотя, зная Звездоцапа, ему было бы по боку. Наверное. — Просто хочу подбодрить, хотя бы немного, — немного недовольно фыркнула Пестролистая. — А меня это как касается? — вопросительно рыкнул кот. — Да и вообще, зачем тебе это надо? — Я просто не хочу сойти с ума здесь, — фыркнула кошка, присев рядом с крупным котом. — И тебе не советую сидеть вечно угрюмым и раздражённым в одиночестве. Так-то точно можно с ума сойти. Звездоцап задумался. Может, она права? Впрочем, бывшая целительница умела убеждать словами, а не действиями и физической силой, несмотря на её доброту, милосердие и некоторую мягкотелость. — Ладно, — вздохнул он, медленно вставая с «земли», обводя взглядом Пестролистую. — Может, ты и права. Кошка невольно немного улыбнулась. Кот слабо улыбнулся ей в ответ, хотя это больше было похоже на оскал, только без обнажённых клыков. Они стояли ещё немного, смотря друг на друга, после чего Пестролистая вместе со Звездоцапом направились к Муравьятнику — точнее, если они его найдут вообще, без ориентиров тут сложно как-либо передвигаться. «— А зачем я это делаю?» — пронеслось сомнение в голове у кошки, но тут же мысленно дала себе ответ на этот вопрос. — «Чтобы не сойти с ума. Но почему меня волнует то, чтобы другие не сошли с ума?» Точного ответа она дать не могла. А впрочем, зачем он?