Новая встреча.

Пестролистая бродила в поисках кого-либо, но никого не находила. Странно, ведь только недавно она видела и Бича, хотя имени его она узнать не смогла, и Звездоцапа, а чуть раньше — Звездолома. Или прошло не так уж и мало времени? Впрочем, узнать она об этом не могла, поэтому отбросила мысли об этом. Поэтому она просто продолжала идти куда-то, не задумываясь или стараясь не задумываться ни о чём.

***

Она шла уже долго. По ощущениям, по-крайней мере, было так. Хотя, возможно, ощущения обманывали кошку. За своё время брожения она так и не встретила никого, если только мелькающие силуэты вдалеке не были игрой воображения. А зачем она это делает? Зачем ищет других, если даже не уверена, что кроме тех трёх котов, что она встретила, есть другие? Зачем хочет собрать их всех вместе? Чтобы не потеряться? А какой смысл? Пестролистая остановилась. А действительно — зачем? Зачем ей это всё? — Зачем я это делаю?.. — повторила свой вопрос кошка, но уже вслух. — Делаешь что? — послышался незнакомый голос из ниоткуда. Пестролистая дёрнулась. Здесь был кто-то ещё. — Ты кто? — настороженно фыркнула кошка, заметив слабо-видимый силуэт. Тень подскочила к ней. Силуэтом оказался поджарый кот, который выглядел худощавым. Выражение его мордашки было… между спокойным и раздражённым. — Муравьятник, — проговорил кот, смотря на Пестролистую. — Ты так и не ответила на мой вопрос. Муравьятник любопытно, но в то же время и безразлично посмотрел в глаза кошки, на что Пестролистая немного нервно дёрнула хвостом. — Пестролистая, — фыркнула она, уставившись на кота. — А тебе какое дело? Непривычно для Пестролистой, она была немного… груба? Или же это не грубость? Определить она, конечно, не могла, но знала точно — если это и «грубость», то какая уже разница? — Мне просто интересно, — холодно сказал Муравьятник. Кошка вздохнула. Она ведь хотела собрать здесь всех, так? Значит, этого странного кота — по-крайней мере, на первый взгляд — это тоже касается. — Хочу собрать всех здесь, — наконец сказала Пестролистая. — Зачем? — поинтересовался Муравьятник. — Просто хочется, — ответила кошка. — Ты бы смог бродить тут один, в этом бескрайнем и тёмном месте? — Да, — кратко отрезал кот. — Что я, по-твоему, делал, когда попал сюда? Пестролистая немного дёрнулась. Это был первый кот, попавший сюда? В глазах и душе кошки загорелась искорка надежды. Может, он знает больше об этом месте? Тогда она может воспользоваться этим, чтобы найти выход отсюда… он вообще существует? Но в то же время Пестролистой стало жаль Муравьятника — она не знала, сколько он тут пробыл в одиночестве, но она прекрасно знала — даже день, если его можно здесь измерить, в одиночестве может сильно повлиять на психику и эмоциональное состояние, хотя сама бывшая целительница никогда не была в полном одиночестве. Если память её не подводила. — Так что? — наконец, прервав тишину, спросила Пестролистая. — Так уж и быть, — вздохнул Муравьятник, однако в душе он был немного рад. — Вечно в одиночестве и я сидеть не смогу. — Хорошо, тогда жди здесь, — спокойно сказала кошка, разворачиваясь. — Если что — крикнешь, иначе я тебя не найду. — Да пожалуйста, — фыркнул кот, после чего сел. После этого Пестролистая что-то пробормотала себе под нос — а, возможно, просто тихо фыркнула — и направилась искать кого-то ещё.