Тишина в Мире Цветов.

Бледные пальцы скользнули по пустоте, и воздух вспыхнул фиолетовым. Формулы, острые как лезвия, замерцали перед Дэмором, сплетаясь в узор, который обычный ум счёл бы хаосом. Но для него это был язык вселенной — чистый, безжалостный, идеальный. Он не нуждался в бумаге. Бумага горела, рвалась, исчезала. Его уравнения жили в иллюзиях, вечных и податливых, как сам Хаос, давший ему рождение. Мир Цветов дышал вокруг. Бескрайняя поляна, усеянная алыми маками и сиреневыми ирисами, колыхалась под незримым ветром. В центре — белоснежная беседка, его крепость. Стол, заваленный кристаллами-накопителями данных, стакан вина, темнеющего как кровь, да бесшумные приборы, собранные из обломков древних технология. Здесь не было солнца, но светились стены — мягким сиянием, словно отражённым от невидимых звёзд. Дэмор откинулся на спинку кресла, наблюдая, как фиолетовые символы танцуют в такт его мыслям. Сегодня он вычислял вероятность коллапса энергетического ядра Дагаара. Цифры дрожали, перестраивались, сливались в прогнозы. 87.3%. Неприемлемо. Правитель требовал стабильности, а Институт жаждал результатов. Дэмор вздохнул, коснулся проекции — и формулы рассыпались, уступив место новым. Он работал без устали. Демоны не спали. Внезапно в его сознании, словно вспышка, отпечатались чужие воспоминания. Его воспоминания. Переговоры с кланом Шар’тен, холодные голоса в мраморном зале, блеск клинков, отражённый в глазах двойника. Не было нужды в докладах — копии были им. Он ощутил тяжесть чужих пальцев, сжимающих рукоять оружия, услышал собственный голос, звучащий из нездешних уст: «Мятеж — это уравнение с единственным решением. Хотите проверить?» Угрозы, расчёты, тишина. Шар’тен отступили. Дэмор моргнул, и реальность Мира Цветов вернулась, как страница в книге. Всё уже завершено. Беспорядок ликвидирован. Вино поднеслось к губам само — лёгкий взмах пальца, и телекинез послушно выполнил приказ. Напиток обжёг горло терпкой горечью. Дэмор почти улыбнулся. Когда-то, века назад, он пытался объяснить своему сыну красоту математики. «Цифры не лгут, — говорил он, а юный демон смотрел на него слишком живыми глазами, унаследованными от матери. — Они — единственная истина». Сын так и не полюбил уравнения, но научился разрывать ими реальность. Гордость? Возможно. Но Дэмор не произносил таких слов. Вместо этого он усложнял задачи, заставляя своего падать, подниматься и снова идти вперёд. Любовь здесь была лишней. Выживал сильнейший. Фиолетовые проекции вдруг сжались в точку, выбросив результат: 92.1%. Ядро стабилизируется при внедрении кода V-7. Дэмор сохранил данные в кристалл, отправив их в Институт. Ещё один день, ещё одна победа. Он потянулся к вину, но остановился. В тишине Мира Цветов вдруг отозвалось эхо — смутный образ сына, блуждающешо где-то там, во тьме множество мирой. Сын больше не нуждался в уроках. Но Дэмор всё равно следил за его прогрессом. Статистика. Расчёты. Никаких эмоций… кроме одной, упрямой, как ошибка в формуле. Он встряхнул головой, рассеяв мысли. Фиолетовый свет снова заиграл в воздухе, рождая новые задачи. Где-то копии вершили политику, где-то рушились миры, но здесь, среди цветов, царила лишь тишина и бесконечный танец чисел. И это было достаточно. P.S. Вино допито. Работа продолжается.