Часть 1: Эксперимент

Все люди мечтают, но по-разному. Мечты, которые приходят ночью из отдаленных пыльных уголков разума, тают с наступлением дня и превращаются в ничто. Те же, кто грезит наяву, с открытыми глазами — опасные люди. Они могут превратить мечты в реальность.

Т. Е. Лоуренс, «Семь столпов мудрости»

      Темнота тяжело давит на затылок, затекает в уши.       Ты ничего не видишь.       Ты не можешь двигаться. Ты не чувствуешь ни веревок, ни цепей — ничего — но твое тело ниже головы как будто парализовано. Работает только диафрагма. Воздух, попадающий в твои легкие, спертый и горячий, пахнущий кровью и чем-то незнакомым. Так могла бы пахнуть эссенция грозы, катализатор дождя, искра, из которой зарождается молния и буря.       Распущенные волосы едва ощутимо ласкают твое плечо — мягкое, мимолетное касание, которое отвлекает внимание так же, как горящая над входом аварийная лампочка в темном зале кинотеатра. Ты изо всех сил пытаешься об этом не думать.       У тебя всегда были короткие волосы.       Ты не уверена, что тело, в котором ты находишься, вообще принадлежит тебе.       С тобой говорит голос.       Он задает одни и те же вопросы. Как твое имя? Кто ты такая? Откуда ты родом? Что ты помнишь?       Ты понимаешь его речь, но его говор слишком странный, слишком неправильный, слишком непривычный. Как будто внутри твоей головы установили переводчик, юркую вавилонскую рыбку, но она все еще толком не разобралась в том, как работают синтаксис и лексемы. Порой речь твоего собеседника звучит так, словно он пришел прямиком из времен Шекспира и Ивана Грозного.       Житие твое не обещает ничего хорошего.       Порой голоса меняются. Женский голос превращается в мужской, и затем снова в женский. Иногда они говорят вместе. Иногда поочередно. Вопросы всегда одинаковы.       Как твое имя? Кто ты такая? Откуда ты родом? Что ты помнишь?       Ты отвечаешь одно и то же.       Тебя зовут Ирма Рауде, тебе тридцать три года, и ты работаешь консультирующим кризис-менеджером в латвийском ЗАО «МРВП+». МРВП означает «Мы решим ваши проблемы», а плюс означает, что вы решаете их достаточно хорошо, чтобы на вас не подавали в суд слишком часто. У тебя оставшиеся за рубежом родители, коллекция фигурок Звездных Войн и отличная кредитная история.       Ты понятия не имеешь, что из этой информации нужно голосам.       Деньги, судя по всему, пока что не особенно их интересуют. Звездные Войны насторожили их намного сильнее, и, кажется, они так и не поверили в то, что это просто выдуманные истории, выросшие из старых фильмов про героическую победу добра над злом. Возможно, дело было в слове «войны». Возможно, им просто не понравился магистр Йода.       Концепция фильмов тоже дается голосам с трудом. Ты рассказываешь, как умеешь, про движущиеся картинки, про столичные кинотеатры, жидкокристаллические дисплеи, RGB и 3D-графику, и в ответ получаешь неуверенное молчание.       Ты начинаешь подозревать, что — где бы ты не находилась — поезд братьев Люмьер сюда еще не добрался.       Одна эта мысль вызывает дрожь.       — Где я? — шепчешь ты в темноту.       Голоса не отвечают.       Ты теряешь счет времени.

***

      Однажды темнота заканчивается.       Ты смаргиваешь, нелепо щуришься, пытаясь заново привыкнуть к свету, к ворвавшимся в мир полутонам, цветам и краскам. Свет непривычный, мягко-лазурный, течет по стенам камеры. Его излучают кристаллы на посохах мужчины и женщины, замерших у тяжелых кованых дверей по левую сторону от тебя. Их лица обветрены, их одежды непривычного покроя, больше напоминающие гибрид чародейской мантии и римской тоги. В отличие от римлян, эти не слишком почитают белый цвет; их тона — темно-серый и пурпур, на их запястьях — золотые браслеты с выбитыми на них рунами.       Рунами вычерчены каменные стены в твоей камере, каменные плиты пола. Ты стоишь на коленях в рунном круге, и к нему по узким желобам от стен течет темно-багровая жидкость.       Если бы не паралич, у тебя скрутило бы желудок.       — Лорд Дарий желает тебя видеть, — говорит женщина.       — Просто отвечай на его вопросы, — говорит мужчина. — И не делай глупостей.       Ты узнаешь их голоса. Это они допрашивали тебя все это время.       У тебя на языке тоже вертятся тысячи вопросов, но остатки здравого смысла и чувства самосохранения велят тебе пока что не открывать рот. Возможно, это твой шанс. Местный лорд Дарий, кем бы он ни был, может стать твоим счастливым билетом к свободе. Или хотя бы к выходу из этого кошмара с кровью, темнотой, странными людьми и сводящей с ума неопределенностью.       Тебе во что бы то ни стало надо убедить его в том, что ты можешь принести пользу.       Ты делаешь несколько глубоких вдохов, стараясь сосредоточиться. Страх — это просто выученная реакция животного мира. Инстинкт, прошитый красной нитью в миндалевидном теле всех поколений твоих разумных и неразумных предков. Но и он не всемогущ. Теперь ты наконец-то в своей стихии. Ты напоминаешь себе, что за твоей спиной десятки проблемных клиентов и заседаний советов директоров. В твоем боевом арсенале труды Дейла Карнеги, Кевина Митника и Карстена Бредемайера. Ты выкрутишься. В свое время ты смогла убедить представителя Google Analytics поделиться с вами данными.       Адреналин запускает тело в режим войны.       Когда дверь открывается и в камеру заходит лорд Дарий, ты готова.       Лорду Дарию около сорока лет, и в его коротких темных волосах уже местами проступила седина. Он невысок, у него острый взгляд и едва заметно сведенные брови, высокий лоб и ровно очерченные скулы. В его жестах и поступи присутствует почти намеренная неторопливость, но это неторопливость тигра, готового в любой момент совершить смертоносный прыжок. Само его присутствие неуловимо заполняет собой все помещение, вызывая инстинктивное желание подчиниться.       Тебе хорошо знаком этот тип людей. Это они за кулисами утверждают бюджеты стран, переписывают законы и решают, куда повернется руль монетарной и фискальной политики.       Ты уже много лет беззаветно влюблена в неудержимый и стремительный огонь их умов.       Лорд Дарий останавливается перед тобой, за пару шагов от границы рунного круга. Его руки сложены за спиной, в темных глазах — холодное любопытство.       — Я Дарий Нулла, магистр Империума Тевинтер, — говорит лорд Дарий. Его голос негромкий и ровный. — Мастер третьей ложи венатори.       Он делает паузу, наблюдая за твоей реакцией.       Ты слегка наклоняешь голову, запоминая новую информацию. Большая часть его слов сейчас ничего для тебя не значат, кроме того, что, скорее всего, ты в намного более глубоком дерьме, чем тебе казалось. Ты не знаешь ни одного государства с таким названием. Ты почти уверена в том, что его не существует.       Кто эти люди?       — Ты находишься в мире, который мы называем Тедас, — спокойно говорит лорд Дарий, с заметным интересом разглядывая твое лицо. — Мы переместили твое сознание в подходящее для этого тело. Хотя, признаться, мы до сих пор до конца не уверены в результатах этого эксперимента.       Ты напоминаешь себе о необходимости дышать.       И делаешь вид, что это самое очевидное объяснение из возможных.       — Эксперимента?       Он коротко кивает.       — Погружение в глубины Тени. Мы полагали обнаружить там одного из изначальных духов или демонов, или, возможно, некий катализатор магии… но, возможно, мне повезло даже сильнее, чем я думал.       Магия, думаешь ты.       Ты находишься в другом мире, и в этом мире есть магия.       — Так кто же ты такая? — с любопытством говорит лорд Дарий, и это звучит почти как риторический вопрос. — Демон обмана? Но ведь его обман рождается лишь из того, что могут произвести наши разумы, он не способен изобретать. Дух, сущность Тени, рожденная за порогом известного нам времени и пространства?       Ты не понимаешь половины того, что он говорит. Ты понятия не имеешь, что такое «Тень». Ты не знаешь, было бы это хорошо или плохо, окажись ты демоном или духом.       Опыт торговых переговоров подсказывает: в отсутствие любой другой информации, иди ва-банк.       Привлеки внимание.       Ты заставляешь себя едва заметно улыбнуться. Ты смотришь тигру в глаза и говоришь:       — Я лучше.       Лорд Дарий едва заметно поднимает бровь в ответ. В его глазах расчетливое любопытство.       — Я знаю то, чего не знает ни один демон, — мягко говоришь ты, и это тоже правда. По крайней мере ты на это надеешься. — Возможно, я буду вам полезна. В чем состоит ваша цель, милорд? Учитывая ваши возможности… полагаю, вы не размениваетесь по мелочам.       Ты не сомневаешься в том, что он читает лесть, как открытую книгу, но рекомендации Карнеги еще ни разу тебя не подводили. Любому человеку приятно, когда его хвалят, даже если он не хочет этого признавать. Главное не делать это слишком топорно.       Лорд Дарий суховато улыбается.       — Смотря что считать мелочью, — негромко говорит он. — Многие уверены, что венатори хотят исключительно власти. Возможно, мы всего лишь неудачливые узурпаторы, совершающие одну ошибку за другой.       — Только если власть является самоцелью.       Он не отвечает, но в его взгляде что-то неуловимо меняется; в нём словно проскальзывает холодная искра, электрический разряд. Ты делаешь судорожный вдох, и воздух вокруг пахнет грозой и озоном — и силой, способной подчинить эту грозу своей воле. Ты видишь, как даже те двое, мужчина и женщина, молчаливо и почтительно ожидающие у дверей, едва заметно подаются ближе, и их пальцы чуть сильнее сжимаются на древках их посохов.       Где же та молния, невольно думаешь ты, что лизнет вас своим языком? Где то безумие, что надо бы привить вам? Смотрите, я учу вас о сверхчеловеке: он — эта молния, он — это безумие.       — Возможно, — тихо говорит лорд Дарий, — мы не хотим видеть свою страну на коленях.       Ты понимаешь, что это далеко не все.       Но для первого хода уже достаточно.       Ты в другом мире, и в этом мире есть магия, демоны и духи, и есть некие партии, соревнующиеся за власть и за право видеть этот мир таким, каким они считают нужным.       Но здесь все еще не знают, что такое пиар-кампании, соцсети и масс-медия.       В тебе поднимает голову великий комбинатор.       У тебя все еще чертовски мало внятной информации, и чертовски много открытых вопросов, но основная суть задачи кристально ясна. Кто бы ни были эти магистры, венатори и лично лорд Дарий Нулла, они хотят расширить свое влияние. У них есть амбиции, воля и средства чтобы воплотить свои идеи в жизнь. О причинах и морально-этических дилеммах можно будет позаботиться позже.       Возможно, этот мир не так и отличается от твоего.       Ты практически видишь перед собой безграничные океаны новых возможностей. Почти чувствуешь, как щекочет загривок знакомое манящее чувство грядущего успеха, растекающийся по крови дофамин. Великие идеи двадцать первого века, выстроенные на магическом фундаменте, здесь могут стать революционными. Все, что тебе нужно, это один-единственный шанс. Скромный патент на реализацию мирового господства.       — Милорд, — мягко говоришь ты, глядя в глаза тигра. — Нас ждет история.