Глава VII

Тот бар, в который забрела Ава, благопристойностью не отличался. Минимальное освещение, еле слышная за громкими разговорами музыка, отсутствие какой-либо охраны на входе, спёртый воздух и десятка три мужчин за столиками... Идеально. Просто чудесно, в какой притон она готова была влезть из обыкновенной обиды на какого-то ведьмака. Что-то предательски кольнуло Аву при этой мысли, и она вздохнула, направляясь к барной стойке. Этой ночью она не будет думать о боли, которую Влас причинил и ещё причинит ей. Вместо этого она сосредоточится на том, чтобы причинить боль ему. Ведь ни один зарвавшийся мужчина не любит, когда у него отнимают то, чем он пользуется. Сев за стойку, Ава заказала «русскую ведьму» и стала вглядываться в лица посетителей. Среди них были в основном молодые парни, но часть из них была пьяной в усмерть, а другая часть ржала так громко, что вызывала опасения. Опрятно и адекватно выглядящих оставалось всего ничего. Бармен протянул девушке готовый коктейль, и она со скомканным «спасибо» сделала три хороших глотка. Ей нужна смелость, если в своей маленькой мести она хочет пойти до конца. — Ты ведьма? — прозвучало Аве в затылок, заставив подавиться очередным глотком. Волосы встали дыбом в том месте, где тёплое дыхание коснулось её, а лёгкие сдавило от испуга. Ава обернулась и обнаружила сидящего рядом с собой ухмыляющегося мужчину. Он смотрел на неё с расслабленным и оттого настораживающим видом. Несмотря на это, у него были приветливые, немного даже мягкие черты лица, на которых, впрочем, прекрасно смотрелась лукавая улыбка. Ещё у него были короткие каштановые волосы, небрежными завитками спадающие на лоб и виски, а также карие и, что хуже всего, трезвые глаза. А это значило, что вопрос про ведьму он задал не по пьяни. Ава, сглотнув, постаралась сменить испуг на своём лице на удивление и невинно переспросила: — Что? Мужчина молчал, рассматривая её, всего пару секунд, прежде чем ухмыльнулся шире: — Ты ведьма, ты приворожила меня? Иначе почему я не могу перестать смотреть на тебя? Мгновение тишины – и Ава облегчённо рассмеялась. Это был самый пугающий, нелепый и, пожалуй, интригующий способ познакомиться, с каким она сталкивалась. И очень своевременный. — Наблюдаю за тобой с тех пор, как ты вошла. Ты кажешься... подавленной, — улыбка на лице незнакомца сошла на нет, а брови нахмурились. — Что-то сильно расстроило тебя, да? Ава неизбежно помрачнела, опустошая свой стакан. Разглядывая мутное стеклянное дно, глухо поправила: — Кто-то. — О-о-о, теперь всё ясно, — понимающе протянул мужчина и, глядя то ли на волосы, то ли на шею Авы, пробормотал: — Каким же говнюком нужно быть, чтобы обидеть такую девушку... Его взгляд на мгновение затуманился, но он тут же взял себя в руки, так что она успела только заметить очевидный интерес в его глазах. — Может, я закажу нам что-то покрепче? — предложил он. — Тебе не помешает расслабиться. Ава хмыкнула про себя. Пытается споить её? Что ж, она не против. На трезвую голову она может в любой момент испугаться идиотизма, который вытворяет, и отступить, а этого не должно произойти. Она не хочет оставаться «чистой», «невинной» или любой другой удобной для Власа. Не после того, как он прикрывал свои амбиции обязательствами и чёрт знает зачем втирался ей в доверие. Обман за обман – это справедливо, ведь так? Поэтому Ава просто улыбнулась и кивнула. Пусть этот парень считает, что сегодня его счастливый день. Мужчина заказал себе бренди, а девушке – «яд вампира», и она чуть не рассмеялась в голос. Конечно, он думает усыпить её бдительность вторым шотом водки в коктейле, он просто никогда не встречал девушек с такой же устойчивостью к алкоголю, как у него самого. — Расскажешь, что он натворил? — спросил он, повернувшись к ней. — Сразу станет легче. Обещаю. Ава нахмурилась, заметив, с каким нажимом он произнёс последнее слово. Так уверен в том, что сможет утешить девушку с разбитым сердцем? Или кто-то до неё вёлся на эту дешёвую манипуляцию? Что ж, не то чтобы у неё был выбор, кому выговариваться. — Он обманул меня, — глядя куда-то сквозь барную стойку, сухо призналась она. — Так же, как и кое-кто до него. Парень помолчал, и Ава была бы благодарна ему уже за одно это, но затем он прищёлкнул языком и без эмоций сказал: — Три мои бывшие изменяли мне с одним и тем же моим другом. Девушка пыталась не таращиться на него – правда, пыталась – но у неё не получилось. — Это... мерзко. Она хотела сказать «ужасно», но поняла, что не знает этого парня, и сочувствие в его адрес прозвучит наигранно. И не похоже, что его это как-то задело – незнакомец только пожал плечами и равнодушно бросил: — Отношения – срань. Как раз тогда бармен поставил перед ними напитки, и мужчина, звякнув своим стаканом о стакан Авы, провозгласил: — Выпьем за то, чтобы у твоего бывшего никогда не встал. Она хрипло рассмеялась, отпивая терпкий гранатовый сок с алкоголем, и безрадостно усмехнулась себе под нос: вот ведь удачно было бы, случись такой «прокол» с Власом во время ритуала. Ей бы тогда, может, и не пришлось переспать с первым встречным мутным типом в грязном баре, куда, не будь она так зла, в жизни бы не сунулась. — Итак, — начал этот самый тип, отставив ополовиненный бренди на стойку. — Скажи мне, прекрасная нимфа. Ты пришла в этот бар утопить свою печаль? Если так, то я буду рад составить тебе компанию, — он обольстительно и, стоит признать, симпатично улыбнулся. — Ничего такого, но, говорят, по пьяни я неплохо шучу. Это лучше, чем страдать в одиночестве, не считаешь? Ава коротко вздохнула. Похоже, пришло время неприятной части. — Вообще-то, я пришла сюда не напиться, — она опустила взгляд на свой коктейль, задумчиво проводя по ободку стакана пальцем. Мужчина однозначно наблюдал за этим. — Есть ведь и другие способы... забыться. Она нервно сглотнула, не зная, как он отреагирует на очевидное предложение. Но незнакомец ожидаемо растянул губы в довольной, как у кота, которому в лапы добровольно впрыгнула мышь, усмешке. — Другие, да? — нарочито задумчиво отозвался он. Его голос заметно потяжелел. — Возможно, если расскажешь мне о них поподробнее, я смогу помочь и с этим. Он слегка наклонился к девушке – так, что она буквально ощутила его цепкий взгляд на своих губах. Весь выпитый алкоголь разом ударил по Аве волной жара, стремительно поднявшейся от живота к щекам и ушам. Её лицо горело, а сердце застучало в ушах тревожным быстрым ритмом. Она испытала странную смесь стыда, смущения, нервного возбуждения и паники. Покручивая ребристый стакан в руке, девушка тихо спросила: — Здесь же просторные кабинки? — Достаточно просторные, чтобы заставить тебя забыть имя того ублюдка. Ты будешь выкрикивать только моё, — нахально ухмыльнулся мужчина и, легко взяв ладонь Авы в свою, оставил невесомый поцелуй на самых кончиках пальцев. По всей её руке от этого места пронеслись мурашки. — Азраил, дорогая. А как твоё прекрасное имя? Она едва ли могла продолжать смотреть ему в глаза – на их дне всё отчётливее плясали черти. — Ава, — выдавила девушка. Азраил – мужчина с самым обычным именем, над которым в иных обстоятельствах Ава, может, и задумалась бы – склонился к ней ещё ближе, фривольно положив ладонь ей на талию. Пустив горячим дыханием ещё один сомн мурашек по шее девушки, он прошептал: — Пойдём со мной, Ава. Она едва не задрожала, но смогла сдавленно предупредить: — Я не дам тебе свой номер потом. В ответ он тихо рассмеялся. — Не беспокойся, — его ладонь стянула девушку со стула, слегка надавив на талию. — Я не стал бы просить твой номер. Ава старалась не думать слишком много, когда Азраил повёл её через клуб в сторону тёмного коридора. Ведь любые мысли заставляли её ужасаться собственным действиям. Насколько же её задела ложь Власа, что она решила испоганить его планы путём того, отчего ей было тошно? Почему готова была пойти на это из банальной обиды и почему не могла успокоить клокочущую внутри злость? Да что в этом Власе было такого, что сводило её с ума, чёрт возьми?.. Но для вопросов было уже поздно, потому что дверь за Авой и Азраилом закрылась, а он подтолкнул её в поясницу, направляя к дальней кабинке. Она безропотно зашла в неё, и мужчина, защёлкнув хлипкую дверцу, уже без прежней улыбки шагнул к девушке, оттесняя ту к стене. Её спина прислонилась к холодной поверхности, и Ава не успела осознать происходящее, когда губы Азраила обрушились на её шею. Спасибо, что не на губы – на это ей не хватило бы духу ответить. Его едва ли хватило на то, чтобы положить ладони на мужские плечи, а не продолжить стоять как вкопанная. Азраил целовался влажно и грязно. Нагло, с напором, не церемонясь. Это была не ласка, а прелюдия – просто апперетив перед основным блюдом, к которому мужчине явно нетерпелось приступить. Его тяжёлое дыхание под ухом Авы звучало оглушительно громко, а причмокивающие звуки заставляли всё тело гореть. Закусив губу и прикрыв глаза, она пыталась сосредоточиться на мягких прикосновениях горячих губ к шее и невольно подумала, что Влас наверняка делал бы это не так остервенело... Ну какого чёрта? Почему она не может просто забыть о нём, даже когда подставляется под поцелуи другого? Провалившись в эту мысль, Ава вздрогнула от неожиданности, ощутив, как Азраил присосался к мягкой коже под челюстью и слегка прикусил её. Дыхание девушки в ответ на это окончательно сбилось, а колени едва не подкосились от прилива адреналина или просто испуга. Одна мужская ладонь скользнула с её талии к бедру, огладив выступающую кость, а другая поднялась к груди, накрыв её, и тогда колени Авы всё же затряслись. Азраил, на удивление, заметил это и, усмехнувшись, отстранился, чтобы посмотреть девушке в глаза. — Похоже, кое-кто слишком много на себя берёт... — его голос понизился от возбуждения, но взгляд оставался трезвым. — Уверена, что справишься с этим? — Я... — Ава надеялась, что её голос не дрожит так же, как тело. — Я хочу этого. — Тогда расслабься, — Азраил плавно провёл по её бедру, закидывая ногу себе на талию, и подался вперёд, вжавшись отвердевшим пахом в живот девушки. — Я всё сделаю сам. Как ни странно, это обещание немного успокоило её. Будто сняло ответственность, избавив от необходимости пытаться выглядеть уверенной. А уверенной Ава не была – ни в своём решении, ни в человеке, нужном для этого решения, ни в своём, чёрт побери, рассудке. Она неважно себя чувствовала, пока мужчина, спустив свитер с её плеча, продолжал терзать разгорячившуюся кожу уже куда нетерпеливее и мягко сжимал грудь, запустив руку под одежду. Его действия не вызывали отторжения, даже были в какой-то мере приятны, и всё же, даже когда Ава на мгновение забывала, где и почему находится, что-то было... не так. И она никак не могла понять, что именно. Но затем Азраил одним резким движением расстегнул её джинсы, и стало уже не до паранойи. Его рука скользнула по животу девушки вниз, пальцы поддели тонкую ткань белья и проникли под неё, коснувшись едва влажной плоти. Ава боялась, что в таких условиях не сможет заставить своё тело расслабиться и немного помочь себе, но, возможно, касания этого мужчины оказались чуть более, чем терпимыми... До того момента, когда он, пройдясь всего раз по промежности, проник внутрь сразу двумя пальцами. Ава зашипела от боли и сжалась вокруг фаланг, не привыкшая к такому напору, но откуда Азраилу было это знать? Будучи уверенным в том, что у неё уже был парень, он просто усмехнулся: — Боги, тот мудак давно не исполнял свои обязанности, да? Он вытащил пальцы почти полностью, после чего плавно скользнул обратно только наполовину. — Не беспокойся, — прошептал он Аве на ухо, пока она жмурилась, пытаясь справиться с пожаром между ног. — Я позабочусь об этом. Теперь он двигался аккуратно, сантиметр за сантиметром, и это вызывало всё ту же неутихающую жгучую боль, но от неё Аву отвлекло что-то другое. Её сердце забилось уже не нервно, а тревожно. Пальцы, сжимавшие толстовку на мужских плечах, закололо чем-то незнакомым и в то же время... знакомым. Будто искры какого-то странного тепла, напоминающие те, что Ава иногда чувствовала на ладони, в которой остался след силы Власа после клятвы. Её глаза расширились от шальной мысли... Возможно, она только что почувствовала силу Азраила? И его слова о ведьме... Мог ли он сам оказаться?.. Ава одёрнула себя. Нет, не мог. Это просто случайный мужчина с чертовски странным именем, и ничего более. Ей не могло настолько не везти. — Не отвлекайся, — прозвучало над ухом словно в ответ на её мысли, а затем Ава услышала, как звенит ремень и расстёгивается мужская ширинка. Отпустив бедро девушки, Азраил кивнул на стену. — Повернись для меня. Её внутренности стянуло в тугой узел, а ноги как-то совсем не хотели слушаться, когда Ава нерешительно поворачивалась лицом к стене и опиралась на неё грудью и руками. Азраил взялся за шлёвки её джинс, чтобы стянуть их вниз, и она закусила щёку изнутри. Чёрт. Уже? Она ведь ещё даже к пальцам не привыкла, что говорить о... большем. Ава снова задрожала всем телом, и на этот раз страх не собирался отступать. Может, всё же стоит сказать ему быть аккуратным? Он же думает, что уже подготовил её... Или, может, лучше совсем остановиться? Прикусив губу, Ава проклинала себя за заведомо глупое, необдуманное решение. С чего она взяла, что ей хватит сил на это? Почему вдруг решила, что отдать девственность попавшему под руку незнакомцу и корчиться от отвращения к себе будет лучше, чем пострадать у себя в номере, поедая мороженое под сериал? Ава отвесила себе мысленную оплеуху. Ни один мужчина не стоил мести, ради которой ей пришлось бы пойти против самой себя. Она не должна делать это из злости на Власа. — Азраил, я... — начала девушка прежде, чем он успел стянуть её бельё вслед за одеждой. — Да? — он вкрадчиво поцеловал её в затылок. Ава сделала рваный вдох. Чёрт, быстро же запал угас... — Я не... Она не договорила, услышав, как захлопнулась дверь. Кто-то вошёл в уборную. И этот кто-то... остановился напротив их кабинки? Девушка напряглась, вжимаясь в стену, как раз перед тем, как щеколда на двери сама по себе сдвинулась, и та открылась. В дверном проёме стоял взбешённый, мрачный Влас. Тот Влас, который выследил Аву и спустил на неё псов, а не тот, который откровенничал с ней, утешал и обманывал. Настоящий Влас. Который, похоже, тоже умел мешать чай без помощи рук – и отпирать двери, тоже. — Какого... — начал было не менее злой Азраил, но его перебил ведьмак, схватив за ворот толстовки и рывком оттащив от Авы. Он отлетел к противоположной стене, врезавшись в неё затылком, и осоловело уставился на Власа. Тот глядел на него исподлобья и тяжело дышал, сжимая и разжимая кулаки, пока Ава в оцепенении натягивала на себя джинсы. — Убирайся, — выплюнул он, шагнув на попавшего под раздачу мужчину. — Пока ещё можешь ходить. Тогда Азраил как ни в чём не бывало с пониманием усмехнулся, скользя взглядом между Власом и Авой. — Так это ты – тот ублюдок, да? Чёрт, задрал же ты планку... — он покачал головой, посмеиваясь, и посмотрел на Аву странным взглядом, от которого ей почему-то захотелось поёжиться. — Эта девушка создана явно не для тебя. Влас встал перед ней, загораживая от взгляда мужчины. — Закрой рот. — Прибежал, как только твоя птичка нашла кого-то честнее тебя? — в голосе Азраила слышалось не то веселье, не то откровенное издевательство. — А где же ты был, пока она плакала из-за тебя? Будь ты всегда таким внимательным, она не пошла бы ко мне, ты так не считаешь? Ава увидела, как напряглась спина и плечи Власа. Он сжал кулаки сильнее, и она испугалась за здоровье ни в чём не повинного парня, но ведьмак ничего не сделал. Только сказал, понизив голос до такого угрожающего и озлобленного тона, какой Ава ещё не слышала: — Прочь от моей женщины. Азраил мирно поднял руки, пятясь к двери. — Я-то уйду, вот только... — его губы растянулись в широкой и совсем не доброй улыбке. — Она тоже может. Окинув Аву всё тем же странным взглядом, он ушёл, и в кабинке повисла кошмарная густая тишина. Влас повернулся к девушке, и ей вдруг стало холодно. Ава представила, как выглядит в его глазах, ведь он не мог знать её мотивов. Ведьма, ещё час назад увлечённо говорившая с ним, делящаяся частью самого тёмного уголка своей души, доверившаяся ему... и теперь пойманная едва ли не за сексом с тем, кого впервые видит. Так сразу и не догадаешься, насколько тошно и жутко ей было, правда? — Как это понимать, ведьма? Голос Власа был пустой и ледяной. По нему нельзя было сказать, что он чувствует, но в его мрачном, тяжёлом взгляде плескалась чёрная злость. Ава хмыкнула. Приятно, должно быть, считать, что плохая здесь только она. — Что ты здесь делаешь? — вместо оправданий спросила девушка. У Власа дёрнулась верхняя губа. — Объяснись, — словно через силу процедил он. — Пока я не догнал того урода и не превратил его лицо в месиво. — Что ты здесь делаешь? — уже потребовала Ава, не в силах сдержать раздражение. — Ты следил за мной? — Да, — ведьмак сделал глубокий вдох, будто это ему, а не Аве, нужна была пауза, чтобы это усвоить. Но когда он снова посмотрел ей в глаза, в них не было ни капли сожаления или стыда. — Да, следил. Верховный велел проконтролировать твою сохранность. Он боялся, что на тебя может покуситься другой ковен, или что ты можешь попытаться сбежать, — он шагнул на неё, и от его силы, яростно клокочущей в воздухе вокруг, стало тяжело дышать. — Чего никто из нас не ожидал, так это того, что ты решишь переспать с каким-то убожеством в грёбаной туалетной кабинке. А я думал, что случилось, почему она ещё не дома... Влас прервался, издав хриплый смешок, качая головой, и каким-то дёрганным жестом потёр переносицу. — Что угодно, лишь бы под меня не ложиться, да? — резко спросил он. — Чем, по-твоему, это лучше? Ава усмехнулась: ведьмак говорил так, будто ему была нанесена личная обида, хотя они оба знали, что причина его злости далеко не в этом... А в планах, которые она едва не разрушила. — Надо же, ты звучишь разочарованно. Хотя из нас двоих право на это имею только я, — теперь шагнула к нему уже девушка, и голос стал холодным уже у неё. — Какое тебе дело до того, чем занимается средство достижения твоих целей, Влас? Ава с наслаждением наблюдала за растерянностью, медленно расплывающейся на его лице. Одно только это болезненное осознание в глазах Власа стоило того, на что она пошла. — Это близнецы? — вполголоса сказал он. На его скулах заходили желваки. — Что бы они тебе ни сказали, это не так. Я отказался от той сделки. Ава сжала губы, сдерживая подступающие слёзы. Значит, сделка всё-таки была... — Тогда чего ты от меня хочешь? — она почти срывалась в крик. — Зачем заставил меня участвовать в этом, если не ради высокого положения? Так сильно хотел угодить своему папочке? — она знала, что не должна говорить так, но напряжённо сведённые к переносице брови мужчины только подтверждали её слова, и она, не сумев замолчать, вызверилась: — Думаешь, я с великой радостью раздвину перед тобой ноги и буду биться в экстазе, пока ты будешь драть меня на глазах у своих друзей?! Её ярость отразилась в глазах ведьмака. — Я вырву им глаза, — чеканя слова, прорычал он. — если они на тебя посмотрят. И я не жду от тебя никакого энтузиазма, но ты забываешь... Влас схватил её за запястье, скользнул к ладони и вдавил большой палец в её центр. Холод прострелил руку девушки до самого плеча, она шумно втянула воздух от резкой вспышки боли, но мужчина надавил лишь сильнее, не давая вырваться, дёрнул её на себя так, что Ава чуть не врезалась в широкую грудь, и низким, до дрожи в коленях суровым голосом продолжил: — Приняв от меня розу, ты пообещала отдаться мне. Нарушишь обещание – будешь должна, — он подался вперёд и выдохнул ей в губы: — А долг с тебя я взыщу втридорога. Аву трясло одновременно от боли, страха и злости. От несправедливости. — Ты, грёбаный помешанный уб... — Ублюдок? В каком месте я ублюдок, Ава? — Влас отпустил её ладонь. — Когда я проявил к тебе неуважение? Когда причинил вред? Ты... — он прервал сам себя, резко выдохнув, и прикрыл на мгновение глаза, будто пытаясь совладать с собой, после чего продолжил уже спокойнее: — Я пытаюсь быть хорошим, но я не требую от тебя того же. Простой верности своему слову будет достаточно. — Хорошим? — девушка не сдержала нервный смешок. — Твоя ложь делает тебя хорошим, Влас? И снова этот его тяжёлый вздох – о, как же Ава устала от них! Будто это Власа обманывали, будто это он так чертовски беспросветно злился, что не знал, куда себя девать. Только на этот раз, почему-то, вздох получился каким-то рваным, а его кадык нервно дёрнулся. — Послушай... — Я не хочу тебя слушать. Уже... наслушалась, — голос девушки треснул, но она только стиснула зубы, не собираясь плакать при нём. — О том, как ты вынужден взять меня, как ты не хочешь принуждать меня и о том, какой ты чертовски заботливый. Влас сделал шаг к ней. — Всё не... Ава отступила от него, не давая договорить, и спросила: — Следишь за мной ты тоже только потому, что так велел твой верховный? Он замер на несколько мгновений, словно всерьёз размышляя над ответом, а затем едва заметно качнул головой. — Нет. Не только. Ава сжала кулаки, отказываясь верить ему. Конечно, в этом был какой-то подвох. Как выяснилось, он всегда был. Ему никогда не было на неё не всё равно. И всё же Влас не выглядел как тот, кто врёт. Он был прямолинеен и говорил твёрдо: — На то, чтобы присматривать за тобой, есть причины. Слишком многие хотят заполучить подходящую для ритуала ведьму. И далеко не все ритуалы так же безобидны, как тот, что предстоит тебе, — он вновь предпринял попытку приблизиться к ней, а когда она вновь отступила назад, сжал на миг челюсти и бесстрастно закончил: — Злись сколько хочешь, Ава, ненавидь меня, если так станет легче, но я не дам им забрать тебя. Это были самые сухие и правдивые слова, что Ава слышала от него. Но какое право он имел говорить ей это после того, как уже обманул её? — Мне не нужна твоя забота, — прошептала девушка, дыша через раз – это почему-то стало тяжело делать. — Всем нужна забота, — просто ответил Влас, и Ава не выдержала. Ещё несколько подобных фраз – и ей захочется остаться, выслушать его и попытаться понять, а она не хотела этого. Не хотела рисковать вновь оказаться дурой. — Ава, я... — начал Влас, но она уже отвернулась от него и шагнула к двери. — Ава! — его тёплые пальцы сжались вокруг запястья девушки, пытаясь удержать её. — Дай мне объяснить. Она ощутила, как горячие слёзы потекли по щекам. Этого не должно было происходить – Влас не должен был так отчаянно хотеть объясниться ей, а она не должна была разрываться между желанием выслушать его и необходимостью уйти. Да, ей нужно было уйти. Нужно было успокоиться и подумать, а рядом с Власом это всегда получалось скверно. Выдохнув, она, не оборачиваясь, прошипела, вкладывая в слова всю свою невысказанную злость: — Оставь меня в покое или, клянусь, я трахну себя ближайщим членом просто чтобы тебе ничего не досталось. Рука ведьмака задержалась на её ещё на несколько долгих секунд, прежде чем отпустила. Перед тем как уйти, Ава зачем-то всё же посмотрела на него и встретилась с пустым взглядом, на дне которого затаилась тихая, ничем себя не выдающая боль. От этого взгляда что-то в Аве треснуло, и она не была уверена, что сможет это как-то исправить. На самом деле, она не была уверена, что вообще сможет исправить хоть что-то в себе после этой ночи. Практически вывалившись из бара, нетвёрдой походкой девушка поплелась по незнакомым улицам. Она не могла понять, что именно её так подкосило – алкоголь, осознание того, что она чуть не сотворила с собой, пришедшее только теперь, когда адреналин в крови уже спал, или просто разговор с Власом. Ава обернулась, проверяя, не пошёл ли он за ней, но увидела только пустую улицу. А ещё капли дождя, усеивающие асфальт. Потому что эта ночь не могла быть просто кошмарной, ей надо было стать ещё и противной. Ава выругалась себе под нос и ускорила шаг, пытаясь найти козырёк какого-нибудь здания, под которым можно спрятаться и вызвать такси, только вот... куда? Если она вернётся в свой номер в отеле прямо сейчас, не исключено, что туда заявится Влас. Она не могла знать, в какой момент он всё же захочет добраться до неё. Все магазины уже закрыты, идти в другой бар она ни за что не станет, а завалиться к подруге посреди ночи в слезах – такая себе идея. А больше Ава нигде и не была, разве что... — О, боги... — она остановилась посреди улицы и достала телефон. — Да вы издеваетесь... Пальцы скользили по заляпанному дождём экрану, пока Ава искала номер, с которого близнецы звонили ей. Она напечатала сообщение: «У вашего собора есть адрес?» В конце концов, Аарон сам сказал, что эти двери открыты для неё. Будто он знал, что ей понадобится спрятаться. «Есть, — почти сразу пришёл ответ. — Зачем он тебе?» Зубы Авы уже стучали от холода – её одежда промокла почти насквозь, и она не хотела тратить время на разговоры. «Просто скажите.» К её удивлению, они так и сделали, и уже в следующую минуту она ждала такси, пусть вызвать его получилось и не с первой попытки. От недоумевающих, видимо, близнецов пришло сообщение: «Нам предупредить Аарона, что ты приедешь?» Ава шмыгнула носом, повела пальцем над клавиатурой, но тот так дрожал, что не попадал по буквам. «Ава? В чём дело?» Она сдалась и погасила экран, убирая телефон в карман. Возможно, это не очень красиво, но близнецы точно переживут. Такси, к счастью, подъехало быстро, и водитель оказался неразговорчивым. Ава не запомнила дорогу, только то, как дрожала, и какое облегчение испытала, увидев перед собой храм. Вот уж не думала, что когда-то испытает здесь что-то кроме страха. Дверь под ладонью ведьмы приветливо скрипнула, пропуская её внутрь. Её шаги эхом отдавались по тёмному коридору, пока она шла в залитый лунным светом пустой зал. Ава остановилась перед алтарём. С её последнего визита он почти не изменился, только на стене за ним появилось что-то вроде креста с петелькой сверху и иероглифами – наверное, египетскими. А вот Ава изменилась. Как пройдёт ритуал после этой ночи? Как она будет лежать здесь и принимать в себя Власа теперь, когда знает, что он сделает это лишь затем, чтобы после получить власть? Ава обняла себя руками, не зная, жалеть себя или ругать. Не зная, что теперь делать. На этот раз слёзы сами потекли по лицу, ей не пришлось даже задумываться об их причине. Ей было уже плевать, отчего так больно, она просто устала. Измученная мыслями голова закружилась, а промокшие ноги подкосились. Ава опустилась на ступеньки перед алтарём сначала на колени, затем завалилась на бок и прикрыла глаза, беззвучно рыдая. И даже тогда все её мысли сводились к нему. Не стоило говорить с ним. Не стоило смотреть, не стоило задумываться. Не стоило доверять. Не стоило вообще сюда приезжать. — Кто-то умер? — прозвучал вдруг над девушкой спокойный, вкрадчивый голос. Она вздрогнула, заставляя себя приподняться и мутным взглядом посмотреть на Аарона, стоявшего перед ней в одних штанах с голым, испещрённым странными шрамами торсом и почему-то совсем не удивлённым видом. — Нет, — сипло сказала она, вытирая рукавом глаза. — Нет, конечно. Он наклонил голову и спросил с искренним замешательством: — Тогда почему ты плачешь? — Прости, это... — Ава прерывисто вздохнула, безуспешно пытаясь успокоиться. — Я... — Никогда не извиняйся за слёзы, — сказал Аарон и вдруг сел на ступеньку рядом с ней. — Как и любое другое проявление настоящих чувств, они – величайшая ценность. Он перекинул ей за спину мокрые волосы и сделал это так осторожно, что она и не подумала отстраниться. Улыбнувшись, мягко спросил: — Так что же расстроило нашу маленькую ведьму? Ава опустила взгляд в пол. — Ты ведь знал, что Влас захотел лечь со мной только потому, что хочет стать верховным, да? Его никто не заставлял принуждать меня, — тихо сказала она. — Ты это знал и молчал, как и все остальные. Аарон и не думал оправдываться. — Я не знаю всей правды. И ты тоже, — всё теми же аккуратными движениями он собрал волосы девушки и, скрутив в жгут, выжал из них дождевую воду. Отстранившись, спокойно сказал: — Тебе будет лучше услышать его объяснения. — А я не хочу его слушать! — крик Авы эхом разнёсся по залу, но она больше не могла держать себя в руках. Ей хотелось кричать во весь голос, а не так – сдавленно и сипло. — Сейчас, когда я только подумала, что могу ему верить, оказывается, что он врал. Врал, как и... Она сглотнула, останавливая себя. Нет, она не вспомнит об этом. Не в сотый раз за сутки, не снова и уж точно не при Аароне, почему-то выслушивающем её. — Я думала... — из её горла сам собой вырвался всхлип. — Я поверила, что он может... не знаю, понимать меня, слышать? — ещё один всхлип новым эхом разнёсся по залу, а голос девушки превратился во что-то глухое, искажённое слезами и незнакомое ей. — Но он соврал. Что, если он всё время врал?.. — Ты не можешь этого знать. Не рви себе сердце, — голос ведьмака остался спокойным, а его глаза нашли замыленный слезами взгляд Авы. Нахмурившись, он пробормотал тихо: — Глупышка. Так изводишь себя из-за того, чего даже не знаешь. — Но я не хочу себя изводить, — она опустила голову, глядя на свои руки, подрагивающие на холодном каменном полу. На них закапали слёзы. — Я не понимаю, почему... Почему так больно? — её голос надломился, став прерывистым шёпотом. — Я же его почти не знаю, так почему... Аарон едва слышно вздохнул. — Не стоит слишком много думать о том, над чем не имеешь власти, — он вдруг щёлкнул Аву по носу и, когда она растерянно посмотрела на него, улыбнулся одними глазами. — Боль – это не плохо. Она означает, что ты ещё жива и что-то чувствуешь, — он потрепал её по голове мягким, почти братским жестом. — Остальное поправимо. Ава только теперь, глядя на бледное безмятежное лицо Аарона, поняла, что он утешает её. Ведьмак, делящий разум и тело с демоном, каким-то образом находит в себе силы успокаивать её... И у него это странным образом получается. Сердце уже не так болезненно бьётся, а слёзы не так упрямо продолжают течь. Напряжённые плечи медленно опускаются, и Ава выдыхает, растирая руками лицо. — Прости, что заявилась без проса, — тихо сказала она и неловко добавила: — Не хотела возвращаться в отель. Аарон улыбнулся уголками губ. Окинув девушку задумчивым взглядом, заключил: — Ты устала. И уже давно должна спать, — он встал на ноги и протянул ей руку. — Пойдём. Уступлю тебе свою кровать. Ава нахмурилась, принимая помощь и поднимаясь. — А ты? Мужчина равнодушно пожал плечами. — Всё равно не могу уснуть. Конечно, это показалось Аве странным, но она уже перестала удивляться его странностям и действительно чертовски устала, чтобы спорить. Ноги едва держали её, когда она плелась за Аароном в глубь храма. Он вернулся к коридору у выхода и открыл дверь напротив той комнаты, в которой девушка проснулась в свой первый визит сюда. За ней оказалась винтовая лестница, поднявшись по которой они оказались в спальне. Вернее, в комнате, служившей спальней. Напротив лестницы стояла стиральная машинка, рядом с ней была газовая плита, на которой исходился паром старый чайник, мини-холодильник и небольшой обеденный стол с двумя стульями, а в дальнем от входа углу располагалась идеально заправленная полутораспальная кровать. Окно в комнате было лишь одно – маленькая форточка над кроватью, а разбавлял удручающий интерьер только комод рядом с постелью, на котором стояла стопка книг, светильник и незажжённые благовония на подставке. Жилище Аарона было пустоватым и одиноким, но неожиданно уютным. Пока Ава осматривалась, мужчина, подойдя к комоду, вытащил из нижнего ящика махровое полотенце и протянул его ей. — Вот, оботрись. Рассеянно кивнув, девушка промокнула волосы, сняла и повесила на стул куртку, принявшую на себя основной удар дождя, и попыталась обтереть одежду. Аарон, оценивающе оглядев её, снова нахмурился. — Ты вся дрожишь, — констатировал он. — Иди в постель. Ава, покачнувшись, направилась к кровати и, почти повалившись на неё, с трудом стянула с себя обувь. Холод и рыдания вымотали её сильнее, чем она думала. Она забралась под одеяло. Постель Аарона пахла чистотой и морозом. Обычная подушка показалась тяжёлой голове настоящим облачком, а от ощущения мягкого тепла, окутавшего её, Ава едва не застонала. Со стороны плиты послышался плеск – Аарон налил что-то из чайника в кружку и, подойдя к кровати, поднёс её к Аве. — Тебе нужно выпить это... — сказал он, помогая ей поднять голову. Девушка безропотно сделала глоток на пробу. Она почувствовала мяту, мелиссу и немного ромашки, и в итоге выпила почти всю кружку. — Вот так, — пробормотал ведьмак, опуская её голову обратно на подушку. — Я сам делаю отвар из лесных трав, он помогает мне успокоиться. Он отошёл к столу, чтобы оставить там кружку, и оттуда сказал: — Не беспокойся о Власе. Если он заявится сюда прежде, чем ты захочешь увидеть его, я его не пущу. Ава с облегчением выдохнула, прикрывая глаза. Тёплое питьё окончательно сморило её. — Спасибо, Аарон. Она не открыла глаза даже когда он подошёл к ней и натянул одеяло повыше. — Поспи, — он откинул у неё со лба влажные волосы. — Пусть мысли успокоятся. Девушка почувствовала запах сандала и лаванды – ведьмак, должно быть, зажёг благовония. Послышался шорох стула по полу, тихий стук рядом с кроватью и шелест книжных страниц. Аарон тихо мычал себе под нос какую-то мелодию, а Ава наконец ни о чём не думала. Впервые она почувствовала себя в безопасности в этом храме и, вдыхая лавандовый дым, провалилась в сон.